ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-13355/2020

25 февраля 2026 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена 16 февраля 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 25 февраля 2026 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Аносовой Н.В.

судей Бурденкова Д.В., Юркова И.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания Котеневым П.А.

при участии: согласно протоколу судебного заседания от 16.02.2026

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-29920/2025) ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.10.2025 по обособленному спору №А56-13355/2020/тр.9 (судья Емелькина А.Н.), принятое финансового управляющего ФИО2 о включении требования в реестр требований кредиторов ФИО1

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

установил:

Гражданин ФИО3 (далее – должник) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 20.03.2020 указанное заявление принято к производству.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.10.2020 (резолютивная часть определения от 02.10.2020) по настоящему делу в отношении ФИО3 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.11.2023 (резолютивная часть определения от 28.11.2023) по делу № А56-90419/2023 в отношении ФИО1 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

Определением суда от 30.11.2023 названные дела объединены в одно производство с присвоением объединенному делу № А56-13355/2020.

15.07.2025 в арбитражный суд через информационную систему «Мой арбитр» (зарегистрировано в АИС «Судопроизводство» 18.07.2025) от финансового управляющего ФИО3 поступило заявление о включении в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1 требования ФИО3 в размере 427 659 180,68 руб. с ходатайством об отсрочке уплаты государственной пошлины в размере 1 306 648 руб. за подачу заявления.

Определением от 28.10.2025 суд восстановил процессуальный срок на подачу заявления о включении требования в реестр. Признал обоснованным и включить в третью очередь реестра требований кредиторов гражданки ФИО1 требование гражданина ФИО3 в размере 427 659 180,68 руб. Взыскал с гражданки ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 1 306 648 руб.

ФИО1 не согласилась с вынесенным определением и обратилась с апелляционной жалобой, в которой просила определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

Податель жалобы ссылалась в апелляционной жалобе на то, что заявление финансового управляющего о взыскании убытков не подлежало рассмотрению в форме заявления о включении требования в реестр требований кредиторов ФИО1, а должно было быть предъявлено как самостоятельное требование о взыскании убытков в рамках дела о банкротстве ФИО3

ФИО1 полагала, что в ее действиях отсутствует состав гражданско-правовой ответственности. По ее мнению, финансовым управляющим не доказаны противоправность ее поведения, факт причинения вреда ФИО3, причинно-следственная связь между ее действиями и наступившими последствиями, а также ее вина.

По эпизоду, связанному с долей в уставном капитале ООО «Липница Инвестментс Сарл» и уменьшением стоимости имущественного комплекса во Франции, ФИО1 в жалобе указывала, что корпоративные права ею не осуществлялись, имущество принадлежало юридическому лицу, а не лично ФИО3, и доказательств причинения вреда именно ее действиями судом не приведено. Кроме того, она считала, что финансовым управляющим пропущен срок для предъявления соответствующего требования.

Относительно дебиторской задолженности ООО «Липница Инвестментс Сарл» в размере 413 225 евро ФИО1 указывала, что соответствующее требование является активом, а не убытком, и что отсутствие его взыскания не свидетельствует о причинении вреда. Дополнительно заявлено о пропуске срока исковой давности и срока для включения требования в реестр.

По эпизоду списания денежных средств банком «Эдмон де Ротшильд» в размере 1 626 767 евро ФИО1 указывала, что обязательство носит текущий характер, поскольку списание произведено в период после признания ее банкротом. Также она полагала, что списание денежных средств не находится в причинно-следственной связи с ее действиями и что срок для включения требования в реестр требований кредиторов пропущен.

По эпизоду вложения денежных средств в размере 80 350 284 руб. в PIKE HYDRO POWER PVT LTD ФИО1 указывала, что доля в уставном капитале является активом, а не убытком, ее стоимость судом определена произвольно, при этом отсутствуют доказательства причинения вреда именно ее действиями. Также заявлены доводы о пропуске срока исковой давности и срока включения требования в реестр.

По эпизоду сокрытия имущества на сумму 35 603 000 руб. ФИО1 указывала, что указанное имущество является предметом спора о разделе совместно нажитого имущества супругов, в связи с чем у нее отсутствовала обязанность по его передаче финансовому управляющему. Кроме того, заявлены доводы о пропуске срока исковой давности и срока предъявления требования.

ФИО4 также ссылалась на необоснованность восстановления судом первой инстанции срока для включения требования в реестр требований кредиторов, полагая, что финансовый управляющий располагал сведениями об обстоятельствах спора значительно ранее и обратился в суд с пропуском установленного законом срока.

Протокольным определением от 02.02.2026 апелляционный суд отложил судебное заседание на 16.02.2026.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 16.02.2026 представитель ФИО1 доводы жалобы поддержал.

Представитель финансового управляющего возражал против удовлетворения жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Представитель ФИО5 также возражал против удовлетворения жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО1 и ФИО3 состоят в браке с 10.08.1984 по настоящее время.

В обоснование заявленного требования финансовый управляющий имуществом ФИО3 ссылался на то, что в результате противоправных действий ФИО1 был причинен вред конкурсным кредиторам ФИО3, которые не смогут претендовать на удовлетворение своих требований за счет имущества, не поступившего в конкурсную массу или поступившего без возможности его дальнейшей реализации на территории Российской Федерации.

По мнению финансового управляющего имуществом ФИО3, противоправные действия ФИО1 повлекли невозможность пополнения конкурсной массы ФИО3 на общую сумму 427 659 180,68 руб., из которых:

- стоимость имущественного комплекса, расположенного на Лазурном Берегу во Франции (Виллефранш-сюр-Мер, ул. Бармасса, д.16), в размере 1 183 909 евро, что по курсу Центрального Банка Российской Федерации (далее – Банк России) на 02.07.2025 составляет 109 795 720,66 руб.;

- списание денежных средств банком «Эдмон Де Ротшильд» со счета ФИО3 в размере 1 626 767 евро, что по курсу Банка России на 29.12.2023 составляет 163 587 689,52 руб.

- задолженность Липницы Инвестментс С.А.Р.Л. перед ФИО3 в размере 413 225 евро, что по курсу Банка России по состоянию на 02.07.2025 составляет 38 322 486,50 руб.;

- денежные средства, вложенные ФИО3 в компанию Pike Hydro Power PVT. LTD, в размере 80 350 284,00 руб.;

- имущественный комплекс, сокрытый от финансового управляющего и кредиторов на территории Российской Федерации, в виде недвижимого имущества (1 квартира и 19 транспортных средств) стоимостью не менее 35 603 000 руб.

Полагая, что ФИО3 обязана возместить причиненные убытки, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции счел заявление обоснованным, установив следующие обстоятельства.

Суд установил, что ФИО1 и ФИО3 состоят в браке, в отношении их имущества действует режим совместной собственности, а на ФИО1 вступившими в законную силу судебными актами возложена обязанность предоставить сведения о совместном имуществе и обеспечить к нему доступ финансовому управляющему.

Суд пришел к выводу, что соответствующие судебные акты ФИО1 не исполнены, доказательств раскрытия полной информации о составе совместного имущества не представлено.

В части доли в ООО «Липница Инвестментс Сарл» суд установил, что ФИО3 являлся единственным участником общества, активом которого являлся имущественный комплекс во Франции. В связи с сокрытием информации о данном активе и неисполнением обязательств обществом на недвижимость обращено взыскание, в результате чего конкурсная масса лишилась актива стоимостью 109 795 720,66 руб. Суд признал наличие причинно-следственной связи между нераскрытием информации и утратой актива.

По эпизоду списания денежных средств банком «Эдмон де Ротшильд» суд указал, что обязательства по договору займа возникли до возбуждения дела о банкротстве, следовательно, требования не являются текущими. Сокрытие сведений о наличии денежных средств на счетах привело к их списанию вне процедуры банкротства и в ущерб иным кредиторам, что повлекло причинение убытков в размере 163 587 689,52 руб.

В отношении дебиторской задолженности ООО «Липница Инвестментс Сарл» суд установил, что сведения о ней финансовому управляющему своевременно не раскрывались, документы, позволяющие реализовать право требования, не переданы, в связи с чем возможность взыскания задолженности утрачена, что повлекло убытки в размере 38 322 486,50 руб.

По вложению денежных средств в PIKE HYDRO POWER PVT LTD суд пришел к выводу, что непредставление сведений о составе активов и финансовом состоянии общества сделало невозможной оценку и реализацию доли, что повлекло убытки в размере 80 350 284 руб.

По эпизоду сокрытия имущества на территории Российской Федерации суд установил, что имущество финансовому управляющему не передано, его местонахождение не раскрыто, несмотря на наличие вступивших в законную силу судебных актов, и признал причинение убытков в размере 35 603 000 руб.

Суд также пришел к выводу об отсутствии пропуска срока исковой давности по заявленным требованиям и признал уважительными причины пропуска срока для включения требования в реестр требований кредиторов, восстановив данный срок.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для удовлетворения жалобы и отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 N 40 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года N 107-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации", в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению законных прав и интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Довод апелляционной жалобы о том, что требование о взыскании убытков должно было рассматриваться как самостоятельное заявление в рамках дела о банкротстве ФИО3, отклоняется.

Из материалов дела следует, что на момент предъявления требования ФИО1 признана банкротом, в отношении нее введена процедура реализации имущества, а дела о банкротстве супругов объединены в одно производство.

В силу пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве после признания гражданина банкротом требования к нему могут быть предъявлены исключительно в рамках дела о банкротстве.

Следовательно, предъявление финансовым управляющим требования в форме заявления о включении в реестр требований кредиторов является надлежащим способом защиты нарушенного права. Оснований для вывода о нарушении процессуального порядка рассмотрения спора не имеется.

В соответствии с положениями пунктов 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу статьи 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25), следует, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" содержатся разъяснения, согласно которым, по общему правилу, в конкурсную массу гражданина включается все его имущество, имеющееся на день принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом и введении процедуры реализации имущества, а также имущество, выявленное или приобретенное после принятия указанного решения (пункт 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

В силу пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.

Для этого финансовый управляющий вправе запрашивать во внесудебном порядке у третьих лиц, а также у государственных органов и органов местного самоуправления сведения, необходимые для проведения процедур банкротства (абзацы седьмой и десятый пункта 1 статьи 20.3, пункты 7, 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

Пунктом 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве установлена обязанность гражданина по требованию финансового управляющего предоставлять ему любые сведения о составе своего имущества, месте нахождения этого имущества, составе своих обязательств, кредиторах и иные имеющие отношение к делу о банкротстве гражданина сведения, при неисполнении которой финансовый управляющий вправе обратиться в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, с ходатайством об истребовании доказательств у третьих лиц.

Целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами, а также недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела (пункт 42 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан").

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждено, что вступившими в законную силу судебными актами на ФИО1 была возложена обязанность предоставить финансовому управляющему сведения о совместно нажитом имуществе и обеспечить доступ к нему.

Доказательств исполнения данных судебных актов в материалы дела не представлено.

Непредставление сведений об имуществе, составляющем конкурсную массу, препятствовало его выявлению, оценке и дальнейшей реализации с целью погашения требований кредиторов.

Такое поведение противоречит требованиям статей 213.9 и 213.25 Закона о банкротстве и носит противоправный характер.

Суд первой инстанции обоснованно установил наличие причинно-следственной связи между уклонением от раскрытия сведений и невозможностью формирования конкурсной массы в полном объеме.

По эпизоду с «Липница Инвестментс Сарл», апелляционным судом сделаны следующие выводы.

Материалами дела подтверждено, что супруги владеют иностранной компанией – Липница Инвестментс С.А.Р.Л. (страна инкорпорации – Люксембург, регистрационный номер В107043), которая в свою очередь владеет недвижимым имуществом во Франции – зданием (жилым домом) по адресу: Виллефранш-сюр-Мер, ул. Бармасса, д.16, кадастровый квартал AR 26.

ФИО3 являлся единственным участником общества, а соответствующая доля подлежала включению в конкурсную массу еще в 2020 году.

ФИО1 была осведомлена о наличии данного актива и об обязательствах, обеспеченных залогом доли и недвижимого имущества.

Сокрытие сведений о наличии указанной доли и иностранного актива привело к тому, что финансовый управляющий не имел возможности своевременно реализовать корпоративные права и принять меры к сохранению имущества. Впоследствии на недвижимое имущество было обращено взыскание, что повлекло утрату основного актива общества.

Размер убытков в сумме 109 795 720,66 руб. подтвержден бухгалтерской отчетностью и не опровергнут ФИО1 Оснований считать выводы суда первой инстанции в указанной части ошибочными не имеется.

По эпизоду списания денежных средств банком «Эдмон де Ротшильд» апелляционным судом сделаны следующие выводы.

Так, довод о текущем характере требования отклоняется.

В силу пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве текущими признаются только обязательства, возникшие после возбуждения дела.

Обязательства по договору займа возникли 14.01.2016, то есть до возбуждения дела о банкротстве.

Списание денежных средств со счета ФИО3 являлось исполнением обязательств, возникших ранее, следовательно, требования носят реестровый характер.

Суд первой инстанции правомерно указал, что сокрытие сведений о счетах и наличии денежных средств привело к их списанию в пользу одного кредитора - «Эдмон Де Ротшильд» вне рамок процедуры банкротства и в ущерб иным кредиторам.

Причинно-следственная связь между нераскрытием информации и наступившими последствиями установлена.

По эпизоду дебиторской задолженности Липницы Инвестментс С.А.Р.Л. перед ФИО6 по ранее выданному беспроцентному авансу, апелляционным судом сделаны следующие выводы.

Судом установлено, что сведения о наличии задолженности Липницы Инвестментс С.А.Р.Л. в размере 413 225 евро финансовому управляющему своевременно не раскрывались, документы, подтверждающие условия возникновения обязательства и сроки его исполнения, не представлены.

Как следствие, к моменту выявления информации истек срок исковой давности для взыскания соответствующей задолженности.

Доказательств неликвидности данного актива и нереальной возможности его взыскания, в случае своевременного совершения соответствующих действий, в материалы дела не представлено. При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции о причинении убытков в указанной части также является обоснованным.

По эпизоду с PIKE HYDRO POWER PVT LTD апелляционным судом сделаны следующие выводы.

Материалами дела подтверждается, что ФИО3 в 2017 году с расчетного счета, открытого в публичном акционерном общества «Сбербанк России» (далее – ПАО Сбербанк), переведено 80 350 284 руб. для целей приобретения акций PIKE HYDRO POWER PVT. LTD. (Республика Непал).

ФИО1 о наличии соответствующего имущества в совместной собственности супругов известно, поскольку соответствующее имущество заявлено ФИО1 к разделу в качестве ее доли в совместном нажитом имуществе супругов в рамках гражданского дела № 2-2/2024, рассматриваемого Фрунзенским районным судом города Санкт-Петербурга (уточнения от 08.04.2024, 31.07.2025).

При этом документы, позволяющие определить действительную стоимость доли, структуру активов и обязательств общества, финансовому управляющему не переданы.

Как верно указал суд первой инстанции, убытком является не сам факт приобретения акций, а невозможность оценки и реализации актива вследствие сокрытия информации. Доказательств сохранности актива либо его стоимости, сопоставимой с первоначальными вложениями, не представлено.

Срок исковой давности судом первой инстанции определен с момента получения достоверных сведений о нарушении права и признан не пропущенным.

Сведения о приобретении акций Pike Hydro Power PVT. LTD представлены финансовому управляющему ответом от 08.08.2023, который был получен финансовым управляющим только 15.08.2023.

С рассматриваемым заявлением финансовый управляющий обратился 15.07.2025, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности, следовательно, срок исковой давности в данном случае не может считаться пропущенным.

Апелляционный суд соглашается с данным выводом суда первой инстанции.

По эпизоду сокрытия имущества (1 квартира и 19 транспортных средств) на территории Российской Федерации апелляционным судом сделаны следующие выводы.

Довод о том, что наличие спора о разделе имущества освобождало от обязанности передачи имущества финансовому управляющему, отклоняется.

Так, вступившими в законную силу судебными актами (определение суда от 03.12.2021 по обособленному спору № А56-13355/2020/з.1) на ФИО1 возложена обязанность предоставить сведения и обеспечить доступ к конкретному имуществу. Наличие спора о разделе имущества не отменяет действия судебного акта и не освобождает от его исполнения.

Имущество финансовому управляющему не передано, его местонахождение не раскрыто. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Размер убытков определён в сумме 35 603 000 руб. Именно в такой сумме определил имущество сам ФИО3 Доказательств иной стоимости имущества, материалы дела не содержат.

Доводы о пропуске срока включения требования в реестр также отклоняются по следующим основаниям.

Суд первой инстанции установил, что до вынесения постановления Арбитражного суда Северо-Западного округа от 11.07.2025 правовые последствия действий ФИО1 компенсировались признанием обязательств супругов общими. Лишь после отмены соответствующего судебного акта возникла необходимость самостоятельного предъявления требования о возмещении убытков.

С учетом последовательности процессуальных действий и объективной невозможности предъявления финансовым управляющим настоящего требования ранее, суд первой инстанции обоснованно восстановил срок на включение требования в реестр.

Оснований для вывода о злоупотреблении правом со стороны финансового управляющего не установлено.

Иные доводы жалобы не являются существенными и не способны повлиять на выводы суда, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ апелляционная инстанция не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.10.2025 по делу № А56-13355/2020/тр.9 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Н.В. Аносова

Судьи

Д.В. Бурденков

И.В. Юрков