ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-23133/2021

Дело № А40-197669/18

г. Москва

26 мая 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 мая 2021 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 26 мая 2021 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В. В. Лапшиной, 

судей  И.М. Клеандрова, Р.Г. Нагаева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего АО «Фарминжиниринг» Малтабар Натальи Семеновнына определение Арбитражного суда г. Москвы от 22 марта 2021,вынесенное судьей Никифоровым С.Л.,о включении требования ФИО3 в реестр требований кредиторов должника АО «Фарминжиниринг» в размере 10 865 733,12 руб.- в третью очередьпо делу № А40-197669/18 о признании АО «Фарминжиниринг» несостоятельным (банкротом) 

при участии в судебном заседании:

от ФИО3 – Драгун Д.В. по дов. от 11.02.2020

от арбитражного управляющего ФИО2 – ФИО4 по дов. от 11.01.2021

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 19.04.2019 г. АО «Фарминжиниринг» (ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена ФИО2. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.07.2019 г. требование ФИО3 включено в реестр требований кредиторов должника АО «Фарминжиниринг» в размере 14 720 533, 76 руб. - в третью очередь.

 Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2019 г. определение Арбитражного суда города Москвы от 22.07.2019 г. оставлено без изменения. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.12.2019 г. определение Арбитражного суда города Москвы от 22.07.2019 г. и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2019 г. отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. 

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда города Москвы от 22 марта 2021 года включено требование ФИО3 в реестр требований кредиторов должника АО «Фарминжиниринг» в размере 10 865 733,12 руб.- в третью очередь. В остальной части отказано.

Не согласившись с вынесенным определением в части включения требований в реестр требований кредиторов должника, конкурсный управляющий должника обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

В судебном заседании апеллянт поддержал доводы жалобы в полном объеме.

Представитель ФИО3 возражал по апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В силу части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Из текста жалобы следует, что судебный акт обжалуется только в части удовлетворения заявленных требований.

Поскольку стороны возражений относительно проверки только части судебного акта не заявили, апелляционная коллегия проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что имеются основания для отмены судебного акта в обжалуемой части в силу следующего.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что задолженность должника перед ФИО3 в заявленном размере возникла в связи с неисполнением должником как заемщиком обязательств по договору займа и залога права № 3 2015/11-27 от 27.11.2015.

В подтверждение факта предоставления заемных денежных средств кредитором были представлены платежные поручения от 07.12.2015, 30.03.2016, 31.03.2016, 28.04.2016, 29.04.2016, 17.10.2016, 21.10.2016, 17.11.2016, 17.11.2016, 28.03.2017, 25.04.2017.

Направляя обособленный спор на новое рассмотрение, Арбитражный суд Московского округа указал на необходимость исследования правовой природы отношений между ФИО3 и должником, проверить источники предоставления денежных средств, экономическую целесообразность и необходимость их привлечения путем выдачи займа, для чего предложить кредитору представить доказательства, обосновывающие источники предоставления им денежных средств должнику, либо рассмотреть ходатайство конкурсного управляющего об истребовании соответствующих доказательств у обслуживающих кредитора банков.

Суд первой инстанции, признавая требования ФИО3 обоснованными и включая их в реестр требований кредиторов должника в размере 10 865 733,12 руб., установил, что в подтверждение финансовой возможности ФИО3 в материалы дела обслуживающими кредитора банками представлены выписки по расчетным счетам, заверенные банком; в материалы дела также, как посчитал суд,  представлены достаточные доказательства, подтверждающие финансовую возможность ФИО3 выдать сумму займа.

Суд указал, что в материалы дела не представлены достаточные доказательства, свидетельствующие о том, что заключение указанного договора было направлено на нарушение прав и законных интересов должника и его конкурсных кредиторов, а также, что сумма задолженности является завышенной вследствие наличия между кредитором и должником иных договорных правоотношений, а аффилированность заимодавца и должника материалами дела не подтверждается, т.к. 19.06.2014 г. в ЕГРЮЛ внесена запись 2147747699152 о руководителе ФИО3 30.11.2017г. в ЕГРЮЛ внесена запись 6177749230280 о новом руководителе ФИО5.

По мнению суда первой инстанции, сам по себе факт такой опосредованной "аффилированности" кредитора и должника не может являться основанием для вывода об отсутствии экономической целесообразности заключения указанного договора с учетом длительности срока его действия.

Кроме того, суд первой инстанции установил, что должник, получив заемные средства от ФИО3, направлял их на реализацию своих целей в рамках хозяйственной деятельности и в соответствии с п.1.3. Договоры займа, для финансирования строительства объектов жилищно-общественного назначения с реабилитацией территории по адресу: г.Москва, ЦАО, Большой Толмачевский пер., вл.5.

Апелляционный суд полагает, что выводы суда первой инстанции об обоснованности заявленных требований являются неправомерными и сделаны без учета всех обстоятельств дела и указаний суда кассационной инстанции.

Возражая против удовлетворения данного требования кредитора, конкурсный управляющий ссылался на необходимость применения к данному кредитору, аффилированному с должником в силу занимаемой должности, повышенного стандарта доказывания, в связи с чем, просил проверить не только обстоятельства, касающиеся того, как именно должник расходовал полученные денежные средства (что было проверено судом), но и обстоятельства, подтверждающие источники наличия у кредитора – займодавца денежных средств, с тем, чтобы исключить возможное использование для расчетов денежных средств самого должника, для чего ходатайствовал перед судом первой инстанции о запросе в банковских организациях, обслуживающих кредитора, банковских выписок по его счетам.

Судом первой инстанции не было учтено, что заявленное конкурсным управляющим обстоятельство (проверка источников предоставления денежных средств должнику аффилированным лицом) входило в предмет доказывания по настоящему обособленному спору с учетом той судебной практики, которая была сформирована Верховным Судом Российской Федерации по отношению к проверке обоснованности требований кредиторов, являющихся аффилированными с должником лицами и предоставивших должнику заемные денежные средства (определения от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (1) (2), от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4,5), от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1,2), от 04.02.2019 № 304-ЭС18-14031). 

В указанных определениях Верховный Суд Российской Федерации неоднократно разъяснял, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства. 

При этом высшая судебная инстанция при рассмотрении требований таких лиц рекомендовала в каждом конкретном случае исследовать правовую природу отношений между участником (аффилированным лицом) и должником, цели и источники предоставления денежных средств, экономическую целесообразность и необходимость их привлечения путем выдачи займа, дальнейшее движение полученных заемщиком средств и т.п. 

Текстом обжалуемого судебного акта подтверждено, что суд первой инстанции проверил дальнейшее движение полученных должником как заемщиком денежных средств, указали на цели получения займа, соответствующие пункту 3.1 договора займа (финансирование строительства объектов жилищно-общественного назначения с реабилитацией территории по адресу г.Москва, ЦАО, Большой Толмачевский переулок, вл.5).

Однако, суд первой инстанции не проверил иные обстоятельства, на необходимость исследования которых отмечено в постановлении суда кассационной инстанции (экономическую целесообразность и необходимость привлечения средств путем выдачи займа аффилированным лицом, источники предоставления денежных средств).

Из материалов дела следует, что определением суда от 16.03.2020 по настоящему спору судом истребованы у конкурсного управляющего КБ «БРТ» (АО)-Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» выписка по счету №40817810800000000008, за период с 01.01.2015г. по 01.03.2016 г., владелец счета ФИО3 (ИНН 

<

***>); в Центральном филиале АБ «Россия» (105082, 

<

...>) выписка по счету №40817810245010000001, за период с 01.01.2015г. по 30.11.2017 г., владелец счета ФИО3; в Центральном филиале АБ «Россия» (105082, 

<

...>) выписка по счету №40702810145010006728 (АО «Фарминжиниринг»), за период с 01.07.2015г. по 30.12.2018 г.

Выписки по счетам №№ 40702810145010006728, 40817810800000000008, 40817810745010003951 были представлены на основании запроса суда.

Согласно выписке с расчетного счета ФИО3 открытого в КБ «БРТ» (АО) 07.12.2015г. на счет ФИО3 поступили денежные средства от ЗАО «ИнвестПроект-М» (ИНН 

<

***>) в размере 3500000 рублей с назначением платежа оплата за вексель по договору учета векселей №2015/12-4 от 04.12.2015г.

Далее после поступления денежных средств от ЗАО «ИнвестПроект-М» ФИО3 сам же перечислил АО «Фармигокиниринг» 3 500 000 рублей, указав в качестве основания перечисления договор № 2015/11-27 от 27.11.2015г.

Учитывая данную последовательность перечисленных транзакций ФИО3 распорядился денежными средствами ЗАО «ИнвестПроект-М» и перечислил их в пользу ЗАО «Фармижиниринг» со своего расчетного счета создав кредиторскую задолженность перед собой.

В рамках дела № А40-183336/16 судами установлено, что 31 марта 2014 года на внеочередном общем собрании акционеров ЗАО «Фарминжиниринг» принято решение о реорганизации ЗАО «Фарминжиниринг» путем выделения из него ЗАО «ИнвестПроект-М». Сообщение о принятом решении реорганизации ЗАО «Фарминжиниринг» путем выделения ЗАО «ИнвестПроект-М» было опубликовано в «Вестнике государственной регистрации», в части 1 №16(476) от 23.04.2014/2275 и повторно в части 1 №21(481) от 28.05.2014/2250.

Судом апелляционной инстанции в рамках указанного дела установлено, что из разделительного баланса и передаточного акта следует, что ЗАО «Фарминжиниринг» передало правопреемнику - ЗАО «ИнвестПроект-М» права и обязанности, включая обязательства, оспариваемые сторонами, вытекающие из взаимоотношений ЗАО «Фарминжиниринг» со всеми имеющимися на 31 марта 2014 года контрагентами, кроме взаимоотношений, касающихся Инвестиционного контракта от 27.04.2012 года. ЗАО «ИнвестПроект-М» получены активы в сумме 278 456 тыс. рублей, в том числе: результаты исследований и разработок по государственному контракту с Министерством образования и науки РФ «Разработка устройства для контрастного термолазерного воздействия на патологические изменения биоткани» в сумме 120 000 тыс. рублей, финансовые вложения в векселя кредитной организации на сумму 132 707 тыс. рублей, права на объекты недвижимости в сумме 13 696 тыс. рублей, денежные средства на сумму 3 092 тыс. рублей. 

При этом надлежащих доказательств реальной стоимости результатов исследований и разработок по государственному контракту с Министерством образования и науки РФ «Разработка устройства для контрастного термолазерного воздействия на патологические изменения биоткани» в сумме 120 000 тыс. рублей, а также их регистрации в установленном законом порядке ответчиками не представлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недобросовестном распределении при реорганизации активов и обязательства ЗАО «Фарминжиниринг» по состоянию на 01.09.2014.

Следовательно, ЗАО «ИнвестПроект-М» входило в одну группу лиц с ЗАО «Фарминжиниринг».

В свою очередь ФИО3 никак не объяснил необходимость проводить денежные средства через него, а не напрямую ЗАО «Фарминжиниринг».

Учитывая изложенное, имеются основания полагать, что денежные средства в размере 3 500 000 рублей  предоставлены в качестве займа не за счет средств кредитора ФИО3  

Кроме того, оставшиеся денежные средства согласно выписке с расчетного счета Акционерного Банка «Россия» предоставлялись ФИО3 за счет средств которые он вносил наличными денежными средствами на свой счет, в связи с чем природа их возникновения не обоснована и документально не подтверждена кредитором.

Кредитом также не представлены доказательства, обосновывающие источники предоставления им денежных средств должнику.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. 

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. 

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. 

Следовательно, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

Как указано в абз. 2 п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Согласно позиции изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 N 310-ЭС18-12776(2) по делу N А68-7860/2016 Гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки, сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

В данном случае поведение ФИО3 не соответствует типичной модели поведения обычного гражданина - участника гражданского оборота, находящегося в схожих обстоятельствах, оно противоречит интересам самого ФИО6 и логически не вытекает из ситуации, в которой он находился.

Из материалов дела следует, что ФИО3 не участвовал в уставном капитале должника, являлся руководителем. 

Несмотря на это он на условиях займа с 2015 по 2017 годы регулярно передавал возглавляемой им организации денежные средства. 

Новые транши предоставлялись при наличии непогашенного долга по предыдущим. Вследствие этого задолженность только нарастала. 

Апелляционный суд полагает, что при заработной плате 19500 рублей в месяц у ФИО6 не было никакой экономической целесообразности предоставлять займы в течение двух с половиной лет, при этом зная о наличии возникшей кредиторской задолженности. Так в реестр требований кредиторов включена задолженность должника перед Компанией «Юнифарм Экспресс ЛЛП» в размере 83 323 128, 69 руб.- в третью очередь, которая возникла в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по договору займа и залога прав №4-14/001 от 29.04.2014 г.

В этой связи представленными в материалы дела доказательствами достоверно не исключено возможное использование для расчетов денежных средств самого должника, учитывая, что при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

Согласно пункту 3 абзаца 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить определение суда первой инстанции полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

При таких обстоятельствах Определение Арбитражного суда г. Москвы от 22 марта 2021 по делу № А40-197669/18 в обжалуемой части следует отменить, а в удовлетворении заявления ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника АО «Фарминжиниринг» отказать полностью.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 22 марта 2021 по делу № А40-197669/18 в обжалуемой части отменить, в удовлетворении заявления ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника АО «Фарминжиниринг» отказать полностью.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:                                                              В.В. Лапшина

Судьи:                                                  И.М. Клеандров

 

                                                                                                              Р.Г. Нагаев