АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

25 июня 2024 года

Дело №

А56-101870/2022

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Чернышевой А.А., судей Зарочинцевой Е.В. и Тарасюка И.М., 

при участии ФИО1 (паспорт) и ее представителя ФИО2 (доверенность от 16.08.2022),

рассмотрев 10.06.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2024 по делу № А56-101870/2022,

у с т а н о в и л:

Производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (ранее – Груздевой) Екатерины Сергеевны возбуждено на основании ее заявления определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.10.2022.

Решением от 24.11.2022 заявление признано обоснованным,               ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

В связи с окончанием мероприятий по формированию и распределению конкурсной массы финансовый управляющий представил суду отчет о своей деятельности и о результатах проведения процедуры реализации имущества в отношении должника, заявил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина, освобождении ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств.

Определением от 30.06.2023 проводимая в отношении ФИО1 процедура реализации имущества завершена, должник освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2023 определение от 30.06.2023 отменено, дело направлено на новое рассмотрение.

В дальнейшем финансовый управляющий ФИО3 представил в суд уточненное ходатайство о завершении процедуры реализации имущества и освобождении ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Акционерное общество «Банк «Вологжанин», адрес: 160000, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Банк), заявило ходатайство о неприменении в отношении ФИО1 правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед Банком по договору потребительского кредита от 28.05.2021 № 600473321.

Определением от 12.12.2023 проводимая в отношении ФИО1 процедура реализации имущества завершена, должник освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

Не согласившись с определением от 12.12.2023 в части освобождения  ФИО1 от исполнения обязательств перед Банком, последний обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

Постановлением апелляционного суда от 13.03.2024 определение от 12.12.2023 отменено в обжалуемой Банком части, в указанной части принят новый судебный акт – о неприменении в отношении ФИО1 правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед Банком.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на допущенные апелляционным судом нарушения норм материального права и несоответствие вывода суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, просит постановление от 13.03.2024 отменить, оставив в силе определение от 12.12.2023.

Податель жалобы утверждает, что в ходе проведения процедур банкротства ФИО1 вела себя добросовестно и разумно, исполняла требования Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), не препятствовала действиям финансового управляющего и представила все необходимые документы; признаки преднамеренного или фиктивного банкротства, а также факты, свидетельствующие об уклонении должником от исполнения своих обязательств, совершении действий по сокрытию имущества или иные обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестном поведении ФИО1, не выявлены.

В обоснование кассационной жалобы ее податель указала, что правовых оснований для неосвобождения ФИО1 от исполнения обязательств перед Банком не имелось, поскольку совокупность и последовательность действий должника демонстрирует ее добросовестность при исполнении обязательств.

Податель жалобы утверждает, что предмет залога отсутствует в натуре с октября 2021 года; транспортное средство, являющееся предметом залога, выбыло из владения ФИО1 по объективным причинам; должник не предпринимала каких-либо противоправных действий, направленных на уничтожение или сокрытие спорного имущества. 

Податель жалобы обращает внимание на то, что об обстоятельствах утраты предмета залога ФИО1 даны исчерпывающие пояснения судам нижестоящих инстанций, а также представлены доказательства, в совокупности свидетельствующие об обоснованности доводов должника.

Как указывает податель жалобы, передавая автомобиль своему сожителю ФИО4, ФИО1 действовала неразумно, однако она не намеревалась скрыть имущество от Банка и причинить вред его имущественным правам; должник попала под влияние третьего лица, которое ввело ее в заблуждение относительно своих мотивов; факты преднамеренного сокрытия или уничтожения залогового имущества либо предоставления недостоверных документов, в результате которых кредитору был нанесен материальный ущерб, материалами дела не подтверждаются; даже после утраты залогового имущества должник продолжала исправно и добросовестно вносить ежемесячные платежи, направленные на погашение долга по кредитному договору, пока у нее имелась такая возможность. 

Податель жалобы утверждает, что, вопреки доводам Банка об обратном, ФИО1 приняты меры по обеспечению сохранности и защите залогового имущества; должник уведомила кредитора об утрате предмета залога после того, как ей самой стало об этом известно; своевременно обратилась в правоохранительные органы. 

В отзыве на кассационную жалобу арбитражный управляющий           ФИО3 оставил вопрос об удовлетворении кассационной жалобы на усмотрение суда.

В судебном заседании ФИО1 поддержала кассационную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, в соответствии с частью 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –                АПК РФ) надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 названного Кодекса не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы.

Как усматривается из материалов дела, в связи с проведением всех мероприятий в процедуре банкротства финансовый управляющий ФИО3 обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина и об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств.

Из отчета финансового управляющего следует, что в реестр требований кредиторов должника включено требование одного кредитора – Банка, размер требований которого составил 1 491 694 руб.; требование кредитора осталось непогашенным; признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства должника не выявлено; приняты меры по розыску имущества должника путем направления запросов в соответствующие регистрирующие органы; имущество, подлежащее включению в конкурсную массу должника, не обнаружено.

Поступление денежных средств за процедуру реализации имущества составило 274 450,21 руб.; при этом 196 603,18 руб. были выданы должнику в качестве прожиточного минимума; 69 100,00 руб. были выданы должнику в качестве командировочных выплат; 8747,03 руб. были направлены на частичную компенсацию расходов финансового управляющего.

Рассматривая вопрос о завершении процедуры реализации имущества в отношении должника, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 213.28 Закона о банкротстве, исходил из проведения финансовым управляющим мероприятий, необходимых для завершения процедуры реализации имущества должника, отсутствия оснований для ее продления.

При этом суд посчитал возможным применить положения пункта 3             статьи 213.28 Закона о банкротстве и освободил должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Суд первой инстанции исходил из того, что утрата залогового имущества не представляет собой недобросовестное уклонение от погашения кредиторской задолженности, а также сокрытие принадлежащего должнику имущества, за счет которого кредиторы могли бы получить удовлетворение требований; кредитор был извещен должником об угоне автомобиля, что подтверждается в том числе письмом Банка от 03.12.2021; Банком не доказано, что ФИО1 действовала незаконно, в том числе совершила мошенничество, злостно уклонялась от погашения кредиторской задолженности, предоставила кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыла или умышленно уничтожила имущество.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции и указал, что поскольку поведение ФИО1 при утрате и дальнейшем поиске залогового имущества не является разумным, обоснованным и добросовестным, направлено на причинение вреда кредитору,  в связи с чем пришел к выводу об отсутствии оснований для освобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения требований Банка.

Проверив законность обжалуемого судебного акта исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 286 АПК РФ суд кассационной инстанции проверяет правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Предметом кассационного обжалования в данном случае является вопрос об освобождении/неосвобождении должника от исполнения обязательств перед кредитором.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

– гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

– доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В соответствии с пунктом 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45) освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в абзаце четвертом пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

В силу разъяснений, данных в пунктах 42 и 43 Постановления № 45, целью положений пункта 3 статьи 213.24, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28 и статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Как усматривается из материалов дела, между Банком и ФИО1 заключен договор потребительского кредита от 28.02.2021 № 600473321, в соответствии с которым Банк выдал кредит должнику в размере 1 500 000 руб., цель получения кредита – приобретение автомобиля «Тойота-Камри», 2015 года выпуска, VIN 

<

***>. 

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору был заключен договор залога обозначенного автомобиля от 28.05.2021                       № 6004473321-3, пунктом 4.2 которого предусмотрено, что в период действия договора залога залогодатель не вправе без предварительного письменного согласия залогодержателя отчуждать предмет залога путем продажи, дарения, обмена, внесения его в качестве вклада в хозяйственное товарищество или общество, передавать его во временное владение или пользование другому лицу либо распоряжаться предметом залога иным образом.

Определением суда первой инстанции от 02.03.2023 по обособленному спору № А56-101870/2022/тр.1 требование Банка в размере 1 491 694 руб. признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника. При этом в удовлетворении требования как обеспеченного залогом отказано по причине отсутствия предмета залога.

Из ответа Управления Государственной инспекции безопасности дорожного движения Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 02.12.2022 исх. № 3/22781192717 следует, что спорное транспортное средство («Тойота-Камри», 2015 года выпуска, идентификационный номер 

<

***>, государственный знак 

<

***>), было снято с регистрационного учета 20.09.2022 по заявлению собственника, при этом процедура банкротства в отношении должника возбуждена определением суда первой инстанции от 14.10.2022.

Согласно позиции ФИО1 в октябре 2021 года ее сожитель ФИО4 похитил указанное транспортное средство; должник обратилась в полицию с заявлением о совершении преступления, а также сообщила кредитору о том, что предмет залога был похищен; должник не обладала возможностью предоставить другое имущество в залог Банку взамен утраченного в связи с тем, что в ее собственности отсутствует какое-либо ценное движимое или недвижимое имущество. 

Из материалов дела усматривается, что ФИО1 было отказано в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления.

В данном случае апелляционный суд установил, что заложенное имущество выбыло из владения должника в связи с тем, что должник не приняла необходимых мер к сохранению своего имущества, являвшегося предметом залога, в нарушение условий договора без согласия Банка передала его сожителю ФИО4, в результате бездействия должника утрачена возможность принятия своевременных мер по поиску и истребованию транспортного средства.

Поведение должника, направленное на причинение ущерба кредитору, который был вправе рассчитывать на удовлетворение своих требований за счет реализации предмета залога, признано судом апелляционной инстанции не отвечающим критерию добросовестности. 

Доказательств, подтверждающих отсутствие у должника объективной возможности предотвратить утрату предмета залога, суду не представлено и в материалах не имеется, мотивированные пояснения относительно того, какие меры были ею приняты к сохранению и возврату залогового имущества не приведены, сомнения относительно добросовестности своего поведения не устранены.

Совокупность установленных фактических обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестном поведении должника в процедуре банкротства при исполнении обязательств перед кредитором, позволила апелляционному суду сделать обоснованный вывод о наличии оснований, предусмотренных пунктами 4–6 статьи 213.28 Закона о банкротстве, при которых должник не подлежит освобождению от дальнейшего исполнения обязательств перед Банком.

Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом апелляционной инстанции установлены, представленные сторонами доказательства полно и всесторонне исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Выводы суда соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 АПК РФ основанием для отмены судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, так как направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых ими доказательств, что недопустимо в силу положений статьи 286 АПК РФ. 

Иная оценка подателем жалобы обстоятельств дела не свидетельствует о судебной ошибке и не является основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

С учетом изложенного кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд                   Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2024 по делу № А56-101870/2022 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.А. Чернышева

Судьи

 

Е.В. Зарочинцева

И.М. Тарасюк