ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-38326/2020

город Ростов-на-Дону

08 июня 2021 года

15АП-6459/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 08 июня 2021 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Долговой М.Ю.

судей Емельянова Д.В., Николаева Д.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 01.03.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Ростовские тепловые сети»

на решение Арбитражного суда Ростовской области         от 05.03.2021 по делу № А53-38326/2020 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Ростовские тепловые сети»

к ответчику ФИО2

при участии третьих лиц: арбитражного управляющего ФИО4; Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области; публичного акционерного общества «ТНС энерго Ростов-на-Дону»; акционерного общества  «Водоканал Ростова-на-Дону»

о привлечении к субсидиарной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Ростовские тепловые сети» (далее – истец, общество, кредитор) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением к ФИО2 (далее – ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам товарищества собственников жилья «Фиола-6» (далее – товарищество, должник) в размере 517 633 руб. 54 коп. (уточненные требования).

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 05.03.2021 в удовлетворении исковых требований отказано. С общества в доход федерального бюджета взыскано 11 282 руб.  госпошлины. 

Истец обжаловал решение суда первой инстанции в порядке, определенном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просил решение отменить, принять новый судебный акт. Доводы апелляционной жалобы сводятся к тому, что судом первой инстанции не дана надлежащая оценка доказательств неплатежеспособности должника, вследствие чего суд пришел к ошибочному выводу об отсутствии оснований для подачи руководителем должника заявления о банкротстве должника. Общество указывает, что при рассмотрении спора о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом требуется установить дату, в которую у ответчика возникла такая обязанность. Судом первой инстанции при рассмотрении данного спора соответствующая дата установлена не была. Общество ссылается на то, что ФИО2 не представила перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения (в том числе первичные документы по дебиторской задолженности). Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Кроме того, суд первой инстанции сделал вывод об образовании задолженности в период председательствования ФИО5, однако не привлек указанное лицо в качестве третьего лица, не смотря на то, что обжалуемым судебным актом сделан вывод о ее правах и обязанностях. 

От ООО «Ростовские тепловые сети» через канцелярию суда поступило платежное поручение об оплате госпошлины для приобщения к материалам дела.

Представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 156 АПК РФ счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителя ФИО2, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением суда от 13.12.2018 по делу                № А53-36432/2018 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Ростовские тепловые сети» о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 17.04.2019 по делу № А53-36432/2018 в отношении должника введена процедура наблюдения. Требования заявителя на общую сумму 389 067 руб. 63 коп. включены в реестр требований кредиторов.

Определением суда от 04.07.2019 по делу № А53-36432/2018 требования заявителя на общую сумму 128 566 руб. 01 коп. включены в реестр требований кредиторов.

Определением суда от 01.10.2019 по делу № А53-36432/2018 производство по делу о банкротстве должника прекращено. Требования общества к должнику остались непогашенными.

Как указывает истец, ФИО2 (ИНН 

<

***>) являлась председателем правления должника, то есть его руководителем, с 01.10.2018.

Товарищество как юридическое лицо создано 20.02.2007. Основным видом деятельности организации являлось управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе (ОКВЭД 68.32.1).

Истец указывает, что анализ финансового состояния должника за 2016-2017 гг., проведенный в ходе процедуры наблюдения временным управляющим ФИО4, показал, что товарищество по состоянию на 31.12.2016, 31.12.2017 характеризуется как неплатежеспособное, финансовое состояние - как критическое.

Также истец указал, что задолженность образовалась за период 2017 (74 615 руб. 21 коп.) - 2018 (922 620 руб. 43 коп.) годы.

По мнению истца, приведенные сведения подтверждают, что должник в 2017 году прекратил платежи по обязательствам и имел признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Единственным активом должника являлась дебиторская задолженность. Сведения о размере и составе финансовых и других оборотных активов временному управляющему представлены не были, ввиду чего сделан вывод о невозможности восстановления платежеспособности товарищества. Руководитель организации, действующий добросовестно и разумно, в такой ситуации должен оценить финансовое положение подконтрольного ему юридического лица и в соответствии с положениями статьи 9 Закона о банкротстве обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом. Однако указанная обязанность не исполнена руководителем должника.

Истец указывает, что в связи с отсутствием достоверных сведений об активах должника на 31.12.2017, а в последующий период до возбуждения дела о банкротстве, период неправомерного бездействия руководителя (неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом) начинается с 01.11.2018 (дата вступления ФИО2 в должность председателя правления - 01.10.2018). За период бездействия руководителя (с 1 ноября 2018 года по 13 декабря 2018), у должника возникла новая задолженность, которая так и осталась непогашенной, в том числе, перед обществом.

Указанные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения в суд с иском по настоящему делу.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований, исходя из следующего.

В соответствии с абзацем 8 пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) арбитражный суд прекращает производство по делу о банкротстве в случае отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53), по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.

Как верно указано судом первой инстанции, производство по делу № А53-36432/2018 о банкротстве товарищества прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, при этом требования истца к должнику основаны на вступившем в законную силу судебном акте, исходя из этого истец вправе обратиться с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным ст. 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, вне рамок дела о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Поскольку определение о прекращении процедуры по делу № А53-33543/2017 вынесено судом 01.10.2019, применению подлежат нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. 

Согласно пункту 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: - удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; - органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; - органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; - обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; - имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

С учетом предмета доказывания, обратившееся в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности лицо в силу статьи 65 АПК РФ должно было доказать, что предъявленная к взысканию сумма обязательств должника возникла не ранее чем через месяц с даты, когда должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества или иным обстоятельствам, предусмотренным пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции Верховного Суда, изложенной в Определении          № 309-ЭС17-1801 от 20.07.2017 по делу № А50-5458/15 одного лишь наличия неисполненных денежных обязательств на сумму превышающую 300 000 рублей и сроком более трех месяцев недостаточно для возникновения на стороне должника обязанности по подаче генеральным директором должника заявления о признании общества банкротом, поскольку указанные обстоятельства могут иметь лишь временный характер. Наличие такой задолженности лишь позволяет внешним кредиторам инициировать дело о банкротстве общества-должника.

Возможность привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника на основании статьи 9 Закона о банкротстве возникает при наличии совокупности условий: возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в абзацах два - семь пункта 1 данной статьи, установление даты возникновения данного обстоятельства; неподача соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым руководитель привлекается к субсидиарной ответственности.

Соответственно, заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность наличия хотя бы одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, является основанием для отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В действовавшем ранее пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время статье 61.12 Закона о банкротстве, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.10.2019 № 305-ЭС19-9992, заявитель, требующий привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, должен сослаться на период возникновения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве должника и представить доказательства, подтверждающие соответствующие обстоятельства. Суд рассматривает требования исходя из сформулированных оснований и предмета заявления.

Общество полагает, что руководитель предприятия должен был подать заявление о признании должника банкротом в арбитражный суд не позднее 01.11.2018.

Проанализировав представленные документы, в том числе бухгалтерскую отчетность должника, суд приходит к выводу о том, что только после формирования бухгалтерской отчетности за весь 2018 год, председатель товарищества мог с полной очевидностью установить, что кредиторская задолженность превысила стоимость активов, и должник стал обладать признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Порядок составления бухгалтерской отчетности регулируется Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон № 402-ФЗ). Как следует из положений статьи 13 Закона № 402-ФЗ, действующим законодательством предусмотрено составление годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности, промежуточной бухгалтерской (финансовой) отчетности.

Годовая бухгалтерская (финансовая) отчетность составляется за отчетный год. Промежуточная бухгалтерская (финансовая) отчетность составляется экономическим субъектом в случаях, когда законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов государственного регулирования бухгалтерского учета, договорами, учредительными документами экономического субъекта, решениями собственника экономического субъекта установлена обязанность ее представления.

Промежуточная бухгалтерская (финансовая) отчетность составляется за отчетный период менее отчетного года. В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Закона № 402-ФЗ отчетным периодом для годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности (отчетным годом) является календарный год - с 1 января по 31 декабря включительно, за исключением случаев создания, реорганизации и ликвидации юридического лица.

Учитывая, что обязанность по сдаче бухгалтерской отчетности за 2018 год установлена до 31.12.2018, то только после этой даты, в течение месяца, у должника в силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве возникла обязанность по подаче заявления о признании его несостоятельным (банкротом).

В соответствии с пунктом 1 статьи 149 Жилищного кодекса Российской Федерации председатель правления товарищества собственников жилья избирается на срок, установленный уставом товарищества. Председатель правления товарищества обеспечивает выполнение решений правления, имеет право давать указания и распоряжения всем должностным лицам товарищества, исполнение которых для указанных лиц обязательно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 135 Жилищного кодекса Российской Федерации товариществом собственников жилья признается некоммерческая организация, объединение собственников помещений в многоквартирном доме для совместного управления общим имуществом в многоквартирном доме либо в случаях, указанных в части 2 статьи 136 настоящего Кодекса, имуществом собственников помещений в нескольких многоквартирных домах или имуществом собственников нескольких жилых домов, обеспечения владения, пользования и в установленных законодательством пределах распоряжения общим имуществом в многоквартирном доме либо совместного использования имущества, находящегося в собственности собственников помещений в нескольких многоквартирных домах, или имущества, принадлежащего собственникам нескольких жилых домов, осуществления деятельности по созданию, содержанию, сохранению и приращению такого имущества, предоставления коммунальных услуг лицам, пользующимся в соответствии с настоящим Кодексом помещениями в данных многоквартирных домах или данными жилыми домами, а также для осуществления иной деятельности, направленной на достижение целей управления многоквартирными домами либо на совместное использование имущества, принадлежащего собственникам помещений в нескольких многоквартирных домах, или имущества собственников нескольких жилых домов.

В соответствии с изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 27.01.2017 № 306-ЭС16-20500 правовой позицией, специфика функционирования организаций по управлению многоквартирными домами такова, что текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности граждан за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, однако само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Следовательно, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Наличие у должника задолженности не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Общество, обращаясь в суд с рассматриваемым требованием, не привело доказательств того, что в случае обращения должника в суд с заявлением о банкротстве задолженность перед кредиторами была бы погашена.

Следует учесть, что негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности, тем более при осуществлении деятельности по управлению и эксплуатации жилого фонда.

Согласно пункту 2 статьи 162 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору управления многоквартирным домом одна сторона (управляющая организация) по заданию другой стороны (собственники помещений в многоквартирном доме, органы управления товарищества собственников жилья, органы управления жилищного кооператива или органы управления иного специализированного потребительского кооператива) в течение согласованного срока за плату обязуется оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в таком доме, предоставлять коммунальные услуги собственникам помещений в таком доме и пользующимся помещениями в этом доме лицам, осуществлять иную направленную на достижение целей управления многоквартирным домом деятельность.

По существу такая организация осуществляет, в том числе, полномочия по сбору денежных средств с владельцев квартир и оплате потребленной энергии. При этом может возникнуть ситуация, когда из-за несвоевременной оплаты жилищно-коммунальных услуг собственниками помещений в многоквартирных домах наступает просрочка в оплате поставленных коммунальных ресурсов.

В этой связи ситуация, при которой такая организация имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью граждан является обычной для функционирования управляющих организаций; в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги граждане постоянно имеют просроченную задолженность перед управляющей компанией.

Таким образом, сам по себе признак недостаточности имущества у должника и наличие задолженности перед ресурсоснабжающими организациями за определенный период времени не могут свидетельствовать о наступлении обязанности у ответчика (руководителя) подать заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

При этом из материалов дела следует, что ответчиком производился сбор денежных средств за поставленные коммунальные ресурсы с октября 2018 года по март 2019 года, которые вносились наличными денежными средствами в кассу поставщиков. Осуществлялись мероприятия по частичному погашению задолженности.

Правоотношения должника со своими контрагентами носили длительный характер и не могли быть прекращены, с учетом положений Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354.

Принимая во внимание вышеизложенное, однозначно сделать вывод о том, что наличие у должника задолженности перед кредиторами по состоянию на 01.10.2018 должно было оцениваться руководителем юридического лица как критичная ситуация, свидетельствующая о невозможности восстановления удовлетворительного платежеспособного положения организации, не представляется возможным.

Ответственность за невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве предполагает под собой в качестве объективной стороны правонарушения недобросовестное сокрытие от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица и заведомой невозможности удовлетворения требований новых кредиторов, повлекшее впоследствии возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Именно такое поведение влечет возложение на руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы, обеспечивая, тем самым, защиту кредиторов, не осведомленных по вине такого руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов.

В данном случае конкретные фактические обстоятельства, установленные судом, не позволяют суду прийти к выводу о том, что со стороны ФИО2 имело место подобного рода бездействие.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Поскольку вменяемые ФИО2 действия (бездействия) имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, при разрешении вопроса о привлечении указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию в соответствии с вышеизложенным применению подлежат положения главы III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве» Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Как установлено судом первой инстанции, согласно протоколу № 1 от 07.12.2006 было создано ТСЖ «Фиола-6». Председателем правления выбрана ФИО6 (протокол № 2 от 21.07.2007)

Согласно приказу № 2 от 10.02.2012 управляющим товарищества назначена ФИО5. Согласно протоколу № 1 от 16.05.2016 ФИО5 избрана председателем товарищества. В соответствии с приказом № 1 от 16.05.2016 обязанности по ведению бухгалтерского учета возложены на ФИО5

Протоколом № 1 внеочередного собрания собственников от 01.09.2018 выбран способ управления - управляющая организация - ООО «Управляющая компания «Комфорт».

Ответчик избран председателем товарищества 23.09.2018 на основании протокола № 2 собрания членов правления; 01.10.2018 в ЕГРЮЛ внесены соответствующие сведения. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуации, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Само по себе абстрактное указание на лишение временного управляющего возможности пополнить конкурсную массу должника в связи с непередачей документации не может служить достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Как разъяснено в пункте 19 постановления № 53 при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В пункте 24 постановления № 53 разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежит обязанность по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Как следует из пояснений ответчика, документы товарищества ему не были переданы в полном объеме, ответчиком предпринимались меры по истребованию документации у предыдущего председателя ФИО5 

Указанные доводы подтверждаются заявлением в адрес и.о. прокурора Первомайского района г. Ростова-на-Дону, постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела. 

Заявителем не доказано, каким образом непередача ответчиком документации, состав которой суду не представлен, затруднила исполнение обязанностей временного управляющего.

Сведения о том, что временный управляющий проводил мероприятия в целях установления дебиторской задолженности должника и получения информации о составе имущества путем направления соответствующих запросов в налоговый орган, в уполномоченные органы, к контрагентам должника по сделкам (по платежам, указанным в выписке) в материалах дела отсутствуют.

Как разъяснено в п. 1 постановления № 53 привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. Указанное нарушение прав кредиторов в объективной стороне заключается в невозможности удовлетворения требований в ходе конкурсного производства. При этом, с целью удовлетворения требований кредиторов предусмотрены мероприятия конкурсного производства, включающие мероприятия по инвентаризации и розыску имущества должника. Таким образом, отсутствие сведений об имуществе должника на дату открытия конкурсного производства само по себе еще не образует нарушения прав кредиторов.

Сам факт непредставления руководителем должника документов бухгалтерского учета не может являться безусловным основанием для удовлетворения заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности при недоказанности наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и невозможностью формирования конкурсной массы должника. 

Таким образом, в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии связи между отсутствием бухгалтерской и иной документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов товарищества.

Из материалов дела не следует злонамеренности действий ответчика, направленных на причинение убытков должнику или его кредиторам, а также совершение действий, направленных на сокрытие активов, за счет реализации которых возможно удовлетворение требований кредиторов, что является основанием для отказа в удовлетворении требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по подп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Кроме того, определяя начало исчисления срока на подачу заявления в суд о признании должника несостоятельным (банкротом), следует иметь в виду, что основная часть кредиторской задолженности товарищества представляет собой задолженность перед ресурсоснабжающими организациями, поскольку должник наделен полномочиями по сбору денежных средств с владельцев квартир и оплате потребленных коммунальных услуг. При этом, имелись ситуации, когда из-за несвоевременной оплаты жилищно-коммунальных услуг собственниками помещений в многоквартирных домах наступала просрочка оплаты поставленных коммунальных ресурсов. В этой связи ситуация, при которой такая организация имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью граждан, является обычной для функционирования управляющих организаций, в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги граждане постоянно имеют просроченную задолженность перед управляющей компанией.

В соответствии с пунктом 14 Правил предоставления коммунальных услуг управляющая организация, выбранная в установленном жилищным законодательством Российской Федерации порядке для управления многоквартирного жилого дома приступает к предоставлению коммунальных услуг потребителям в доме с даты, указанной в решении общего собрания собственников помещений о выборе управляющей организации, или с даты заключения договора управления домом, но не ранее даты начала поставки коммунального ресурса по договору о приобретении коммунального ресурса, заключенному управляющей организацией с ресурсоснабжающей организацией.

Таким образом, заключая договоры ресурсоснабжения, управляющая компания является исполнителем коммунальных услуг, который самостоятельно не осуществляет реализацию коммунальных услуг, а лишь выступает посредником при осуществлении расчетов, занимаясь сбором соответствующих денежных сумм с собственников жилья и их перечислением в полном размере на счета организаций, реализующих коммунальные услуги.

Согласно правовой позиции, отраженной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.06.2017 № 308-АД17-1209, товарищество собственников жилья не признается хозяйствующим субъектом с самостоятельными экономическими интересами, отличными от интересов его членов. Заключая договоры на оказание коммунальных услуг, на эксплуатацию и ремонт жилых помещений и общего имущества в многоквартирных домах, ТСЖ выступает в имущественном обороте не в своих интересах, а в интересах членов ТСЖ. Указанная правовая позиция распространяется, в том числе на деятельность управляющих компаний с учетом функций выполняемых последними. Данная правовая позиция также изложена в Постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 10.11.2016 № 23-П, а также в Постановлении Пленума ВАС РФ от 05.10.2007 № 57.

Часть 6.2 статьи 155 Жилищного кодекса Российской Федерации устанавливает, что управляющая организация, которая получает плату за коммунальные услуги, осуществляет расчеты за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг, с лицами, с которыми такой управляющей организацией заключены договоры холодного и горячего водоснабжения, водоотведения, электроснабжения, газоснабжения (в том числе поставки бытового газа в баллонах), отопления (теплоснабжения, в том числе поставки твердого топлива при наличии печного отопления), в соответствии с требованиями, установленными Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2012 № 253 утверждены Требования к осуществлению расчетов за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг. Документ определяет требования, предъявляемые к управляющей организации, товариществу собственников жилья, жилищно-строительному, жилищному кооперативу и иному специализированному потребительскому кооперативу при осуществлении ими расчетов с ресурсоснабжающими организациями за ресурсы, поставляемые по заключаемым указанными лицами договорам энергоснабжения (купли-продажи, поставки электрической энергии (мощности)), теплоснабжения и (или) горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения, поставки газа (в том числе поставки бытового газа в баллонах), необходимые для предоставления собственникам и пользователям помещений в многоквартирном доме или жилых домов коммунальной услуги соответствующего вида. В пункте 6 требований к осуществлению расчетов за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг указано, что платежи исполнителя (в том числе, управляющей организации) подлежат перечислению в пользу ресурсоснабжающих организаций и регионального оператора не позднее рабочего дня, следующего за днем поступления платежей потребителей исполнителю.

Таким образом, денежные средства, поступающие от потребителей коммунальных услуг, аккумулируемые на расчетном счете управляющей компании, имеют целевое назначение - оплата жилищно-коммунальных услуг, оказанных ресурсоснабжающими и обслуживающими организациями.

Управляющая компания, выступая посредником между потребителями коммунальных услуг и ресурсоснабжающей организаций, получая от потребителей денежные средства, является транзитным звеном, обеспечивающим перераспределение поступивших денежных средств между ресурсоснабжающими организациями. При этом управляющая компания не вправе иным образом определить назначение денежных средств, зачисленных на ее расчетный счет от потребителей коммунальных услуг. Названные денежные средства не являются имуществом должника и не могут быть направлены на погашение кредиторской задолженности в процедуре банкротства.

Данный вывод основан на правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.08.2015.

Таким образом, денежные средства, причитающиеся ресурсоснабжающим организациям, имеют целевой характер. В случае неполной оплаты потребителями услуг, представленных ресурсоснабжающей организациями, добросовестный руководитель, действуя в интересах общества, а также ресурсоснабжающей организации должен принять разумные меры по принудительному истребованию у населения дебиторской задолженности, в целях погашения задолженности. Однако такие доказательства в материалах дела отсутствуют.

Вместе с тем, суд учитывает, что специфика основной деятельности должника - товарищества собственников жилья обусловлена по управлению многоквартирным жилым домом постоянным формированием кредиторской задолженности, оплачиваемой за счет поступлений от населения. Указанный вид деятельности не является доходным и направлен на осуществление обеспечения деятельности социальной направленности.

При таких обстоятельствах причинно-следственная связь между вменяемыми ФИО2 бездействиями и невозможностью формирования конкурсной массы товарищества не была установлена.

В данном случае заявитель не представил достаточных доказательств наличия у ФИО2 документации должника и уклонения от ее передачи и не обосновал убедительно с представлением косвенных доказательств утверждение о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) указанного лица.

При таких обстоятельствах основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отсутствуют.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции сделал вывод об образовании задолженности в период председательствования ФИО5, однако не привлек указанное лицо в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, отклоняется судом апелляционной инстанции ввиду следующего. 

Согласно статье 40 АПК РФ лицами, участвующими в деле, являются: стороны; заявители и заинтересованные лица - по делам особого производства, по делам о несостоятельности (банкротстве) и в иных предусмотренных настоящим Кодексом случаях; третьи лица, прокурор, государственные органы, органы местного самоуправления, иные органы и организации, граждане, обратившиеся в арбитражный суд в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Третье лицо без самостоятельных требований - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем, какое является предметом разбирательства в арбитражном суде. Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, привлекаются арбитражным судом к участию в деле, если судебным актом, которым закончится рассмотрение дела в суде первой инстанции, непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

При решении вопроса о допуске лица в процесс в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, суд обязан исходить из того, какой правовой интерес имеет данное лицо.

Целью участия третьих лиц без самостоятельных требований относительно предмета спора является предотвращение неблагоприятных последствий для них в будущем, а их интерес в деле носит как процессуальный (участие в деле на стороне одной из сторон спора для положительного решения (иного акта) в пользу этой стороны), так и материально-правовой характер (в случае отсутствия защиты их субъективных прав и охраняемых законом интересов в данном процессе, возникшем по заявлению заявителя к заинтересованному лицу).

То есть, после разрешения дела судом у третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, могут возникнуть, измениться или прекратиться материально-правовые отношения с одной из сторон.

Таким образом, привлечение к участию в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, является правом, а не обязанностью суда, и осуществление подобных процессуальных действий допускается только в случае, если судебный акт, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, может повлиять на права или обязанности указанного лица по отношению к одной из сторон.

У суда первой инстанции отсутствовали основания привлекать ФИО5 в порядке ст. 51 АПК РФ к участию в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Обжалуемое решение суда от 05.03.2021 не затрагивает права и законные интересы ФИО5 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Арбитражный суд первой инстанции полно и всесторонне выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального права применены правильно.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут служить основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку. Данные доводы не опровергают сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и обстоятельств, установленных судом первой инстанций. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела или иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

В соответствии с правилами статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по оплате государственной пошлины и расходы на оплату услуг представителя подлежат отнесению на истца.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области  от 05.03.2021 по делу             № А53-38326/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

Председательствующий                                                           М.Ю. Долгова

 

Судьи                                                                                             Д.В. Емельянов 

 

                                                                                                        Д.В. Николаев