АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

 

«

Дело № А08-1651/2017

г. Калуга

01» февраля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена «25» января 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено «01» февраля 2023 года.

 

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

 

председательствующего

Григорьевой М.А.;

судей

 

Гнездовского С.Э;

ФИО1;

 

при участии в заседании:

 

от заявителя кассационной жалобы ПАО «Сбербанк» в лице Белгородского отделения № 8592:

 

от арбитражного управляющего ФИО2:

 

от иных лиц, участвующихв деле:

 

представителя ФИО3 на основании доверенности от 05.02.2021;

 

представителя Бука А.В. по доверенности от 14.08.2022;

 

не явились, извещены надлежаще;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании, проведенном путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Белгородской области, кассационные жалобы кредиторов ПАО «Сбербанк» в лице Белгородского отделения № 8592 и ФИО4 на определение Арбитражного суда Белгородской области от 30.05.2022 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2022 по делу № А08-1651/2017,  

 

УСТАНОВИЛ:

Арбитражный суд Белгородской области определением от 30.05.2022 отказал ПАО «Сбербанк» в лице Белгородского отделения № 8592 в удовлетворении заявления о взыскании убытков с арбитражного управляющего ФИО2 в размере 1 016 666,67 руб.

Постановлением от 20.10.2022 Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд оставил определение суда области без изменения.

Не согласившись с судебными актами судов первой и апелляционной инстанций, кредиторы ПАО «Сбербанк» и ФИО4 обратились в кассационный суд с жалобами, в которых ПАО «Сбербанк» просит суд округа определение суда области и постановление апелляционного суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления ПАО «Сбербанк» о взыскании убытков, а Окунь Л.Н. просит судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ПАО «Сбербанк» ссылается на то, что в настоящем деле, судами неправильно распределено бремя доказывания обстоятельств по делу, что привело к необоснованным выводам о недоказанности истцом обоснованности требования. Также настаивает на том, что суды не дали оценку всем доказательствам, представленным заявителем, что привело к не выяснению обстоятельств, подтвержденных такими доказательствами. Считает, что выводы судов о вероятностном характере взыскания и отсутствии у финансового управляющего сведений не соответствуют обстоятельствам дела. 

ПАО «Сбербанк» настаивает, что в настоящем споре все кредиторы поддерживали необходимость исследования обстоятельств сделки купли-продажи квартиры, и поддерживали исковое производство о взыскании неосновательного обогащения.

Кредитор ФИО4 также в своей кассационной жалобе не согласен с выводами судов первой и апелляционной инстанций, считает, что они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Также считает, что судами было допущено неправильное применение норм права, а именно неправильно истолкован Закон о банкротстве. 

Окунь Л.Н. настаивает на доказанности причинно-следственной связи между действия финансового управляющего ФИО2 и причиненными кредиторам убытками, не согласен с выводом о том, что не доказано наличие самого неосновательного обогащения.

Арбитражный управляющий ФИО2 представила в суд округа отзыв на жалобы кредиторов, в котором возражает против доводов заявителей, считает, что материалы дела не содержат достоверных доказательств того, что имелось неосновательное обогащение на стороне ФИО5 перед ФИО6 в размере 1 016 666,67 руб., просит отказать в удовлетворении кассационных жалоб.

В судебном заседании представитель заявителя ПАО «Сбербанк» поддержал доводы кассационной жалобы, просил судебные акты отменить.

Представитель арбитражного управляющего возражал против доводов кассационной жалобы, просил судебные акты оставить в силе.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, явку своих представителей в суд округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей указанных лиц.

Проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов, исходя из следующего.

17.04.2017 арбитражный суд возбудил дело о банкротстве индивидуального  предпринимателя ФИО6 на основании его заявления о своем банкротстве.

 09.08.2017 гражданин ФИО6 признан банкротом (в полном объеме решение изготовлено 15.08.2017), в отношении имущества должника введена процедура реализации, финансовым управляющим утверждена ФИО2. 

Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликованы в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 19.08.2017 (сообщение № 2021209), в официальном печатном издании «Коммерсантъ» № 157 от 26.08.2017. 

14.02.2018 определением арбитражного суда области, оставленным в силе постановлением апелляционного суда, процедура реализации имущества ФИО6 была завершена. 

Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 29.08.2018 определение Арбитражного суда Белгородской области от 14.02.2018 по делу №А08-1651/2017 отменено и дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Белгородской области. 

15.04.2019 управляющий ФИО2 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего (в полном объеме определение изготовлено 22.04.2019).

12.08.2019 арбитражный суд утвердил финансовым управляющим ФИО6 арбитражного управляющего ФИО7 (в полном объеме определение изготовлено 15.08.2019).

12.07.2021 определением суда ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО6, финансовым управляющим утверждена ФИО8 (в полном объеме определение изготовлено 19.07.2021).

05.10.2022 арбитражный суд продлил срок процедуры реализации имущества в деле о банкротстве ФИО6, судебное разбирательство по вопросу завершения процедуры назначено на 15.03.2023.

01.07.2021 кредитор ПАО Сбербанк обратилось в арбитражный суд с заявлением о взыскании убытков с арбитражного управляющего ФИО2 в размере 1 016 666,67 руб., спор рассмотрен в порядке обособленного спора в деле о банкротстве о признании действий арбитражного управляющего ФИО2 не соответствующими Закону и взыскании с нее убытков. Определением арбитражного суда от 30.05.2022 в удовлетворении указанного заявления отказано.

Обращаясь с настоящим заявлением ПАО Сбербанк указывало, что 09.12.2019 ФИО7, являясь финансовым управляющим ФИО6, обратился в Свердловский районный суд города Белгорода с исковым заявлением о взыскании с ФИО5 неосновательного обогащения в размере 1 016 666,67 руб., в удовлетворении которого апелляционным определением суда общей юрисдикции отказано в связи с пропуском судом срока исковой давности по заявленному требованию.

Апелляционным определением Белгородского областного суда по делу №33-2746/2020 (2-502/2020 (2-4818/2019) ~ М-4969/2019) от 09.06.2020 решение Свердловского районного суда г. Белгорода от 19.02.2020 отменено, по делу принято новое решение, которым в удовлетворении иска ФИО6 в лице финансового управляющего ФИО7 о взыскании неосновательного обогащения отказано в связи с пропуском истцом срока исковой давности. 

Суд апелляционной инстанции суда общей юрисдикции пришел к выводу о том, что срок исковой давности следует исчислять с 21.03.2016, то есть с момента заключения договора купли-продажи, согласно которому деньги продавцы ФИО5 и ФИО6 получили до подписания договора и не были переданы ФИО6, однако с иском в суд финансовый управляющий обратился 05.12.2019, то есть с пропуском трехлетнего срока исковой давности на обращение в суд. Иные основания для отказа в иске судом общей юрисдикции не установлены.

Материалами настоящего дела установлено, что должник ФИО6 владел на праве долевой собственности объектом недвижимости - квартира площадью 72,1 кв.м., кадастровый номер 31:15:0401001:3475, расположенная по адресу: 

<

...>. 

ФИО6 принадлежала 1/3 доли в праве собственности. 

Указанная доля в праве была приобретена ФИО6 по договору купли-продажи 21.07.2005 (запись о регистрации права от 02.08.2005).

21.03.2016 по договору купли-продажи указанная квартира была продана. Цена квартиры по договору составила 3 050 000 руб. Продавцами выступили оба собственника - ФИО6, владевший 1/3 долей и ФИО5, владевшая 2/3 долей.

Ссылаясь на то, что все денежные средства от продажи квартиры получила ФИО5, а ФИО6 денежные средства в своей части в размере 1 016 666,67 руб. от продажи квартиры не получил, финансовый управляющий ФИО6 ФИО7 обратился в Свердловский районный суд города Белгорода с указанным исковым заявлением, правовым основанием которого явилась статья 1102 ГК РФ о неосновательном обогащении ответчика.

По мнению ПАО «Сбербанк», финансовый управляющий ФИО7 был утвержден судом определением от 15.08.2019, поэтому не мог обратиться в суд с исковым заявлением в пределах срока исковой давности до 21.03.2019. 

09.08.2017 решением суда ФИО2 была утверждена финансовым управляющим по настоящему делу, и исполняла свои обязанности до вынесения судом определения о завершении процедуры банкротства от 14.02.2018. 

Впоследствии данное определение было отменено судом кассационной инстанции 29.08.2018, в связи с чем полномочия ФИО2 возобновлены с 29.08.2018 и были прекращены только 15.04.2019 определением суда при рассмотрении жалобы на действия финансового управляющего.

Таким образом, период исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2 составил 6,3 месяцев за период с 09.08.2017 по 14.02.2018 и 7,6 месяцев за период с 29.08.2018 по 15.04.2019. Общий срок исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2 составил 13,9 месяцев.

В ходе исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2 было выявлено, что ФИО6 принадлежала 1/3 доли в праве собственности на объект недвижимости - квартира площадью 72,1 кв.м., кадастровый номер 5 31:15:0401001:3475, расположенная по адресу: 

<

...>.

Выписка из ЕГРН №31/001/352/2017-536 от 01.09.2017 об указанном объекте в отношении ФИО6 была получена ФИО2 на основании запроса от 29.08.2017.

Как указывает ПАО «Сбербанк», сведения о нахождении в собственности должника объекта недвижимого имущества финансовый управляющий ФИО2 получила уже 01.09.2017, и с этой даты она имела возможность запросить (у должника, в Росреестре, либо обратиться в суд за содействием в истребовании документов) копию договора купли-продажи в отношении указанного недвижимого имущества, сведения о его исполнении, в том числе о произведенных платежах, о судьбе полученных денежных средств, и провести анализ этой информации.

Ссылаясь на то, что в результате бездействия финансового управляющего ФИО2, которое началось, по мнению ПАО «Сбербанк», с 01.09.2017 и длилось до 15.04.2019, был пропущен срок исковой давности для взыскания с ФИО5 неосновательного обогащения, возникшего из сделки по продаже доли в праве собственности, и причинен ущерб кредиторам ФИО6, выразившийся в невозврате в конкурсную массу должника суммы неосновательного обогащения в размере 1 016 666,67 руб., ПАО «Сбербанк» обратился в суд с настоящим заявлением.

30.05.2022 определением Арбитражный суд Белгородской области отказал в удовлетворении заявления ПАО «Сбербанк», исходя из того, что допустимых и достоверных доказательств позволяющих без сомнения установить наличие неосновательного обогащения, положительный результат предъявления иска, точный размер подлежащей взысканию суммы (рыночная стоимость 1/3 доли в квартире) и реальность ее взыскания, а также наличие деликта в действиях арбитражного управляющего, участниками спора не предоставлено.

20.10.2022 постановлением Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд, проверив определение суда области в полном объеме по апелляционным жалобам кредиторов ПАО «Сбербанк» в лице Белгородского отделения № 8592 и ФИО4, оставил определение суда первой инстанции без изменения. 

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь статьями 8, 15, 352, 488, 489, 1102, 1105, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 140, 145 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, нормами статей 20.3, 20.4, 129, 131, 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснениями постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», постановления Пленума ВАС РФ от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», определения Верховного Суда РФ от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779(1,2) отказали ПАО «Сбербанк» в лице Белгородского отделения № 8592 в удовлетворении заявления о взыскании убытков с арбитражного управляющего ФИО2

По мнению суда кассационной инстанции, указанный вывод соответствует положениям законодательства и имеющимся в деле доказательствам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности.

В настоящем обособленном споре заявлено требование о возмещение арбитражным управляющим убытков, для удовлетворения которого, исходя из его правовой природы, необходимо доказать факт и размер убытков, противоправность поведения причинителя вреда (в данном случае арбитражного управляющего), вину данного лица, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями причинителя вреда и возникшим вредом.

При доказывании факта образования убытков заявитель ссылается на неполученную  должником (не поступившую в конкурсную массу) долю денежных средств от совместной реализации должником со вторым собственником общего имущества, полагая, что часть денежных средств от продажи пропорционально доле в праве неправомерно не поступила во владение должника.

Согласно доводам, изложенным в кассационных жалобах, заявители полагают, что доля денежных средств, причитающихся  должнику, неправомерно присвоена вторым участником сделки на стороне продавца (его матерью ФИО5), считая, что указанные денежные средства являются неосновательным обогащением ФИО5 и потому подлежали взысканию с нее.

Суд округа обращает внимание, что при подтвержденном материалами дела согласованном ФИО6 распоряжении общим имуществом, а также явно выраженной в договоре воле ФИО6 на порядок получения оплаты по договору и явном волеизъявлении ФИО6 на порядок расходования денежных средств, полученных по договору, заявители кассационных жалоб не раскрыли в чем они видят неосновательность приобретения ФИО5 и дальнейшее расходование ею этих денежных средств.

Также, как и не раскрыто заявителями правовое основание (закон или договор) позволяющее им утверждать наличие обязанности ФИО5 выделить долю в полученных по договору средствах с дальнейшей передачей их ФИО6

Вопреки требованиям статей 9, 65 АПК МРФ заявители кассационных жалоб не раскрыли при рассмотрении спора по существу в судах первой и апелляционной инстанции довод о том, что в случае передаче денежных средств, полученных от продажи имущества, ФИО6, они обязательно поступили бы в конкурсную массу, а не были бы истрачены должником по своему усмотрению, но иным способом. Соответствующих доказательств материалы дела не содержат.

При этом, противоправным бездействиями арбитражного управляющего, повлекшими убытки конкурсной массе, заявители полагают не обращение с соответствующим иском о неосновательным обогащением третьего лица за счет должника в суд в пределах исковой давности. Не объясняя, чем ограничено усмотрение арбитражного управляющего на перспективность обжалования сделок должника и исков о взыскании дебиторской задолженности.

Суд округа соглашается с выводами судов о неочевидности в рассматриваемой ситуации необходимости обособления денежной доли ФИО6 при продаже спорного имущества, также как и об отсутствии основания предполагать сохранность в течении года с даты совершения сделки до даты возбуждения дела о банкротстве у должника денежной суммы в размере 1 016 666,67 руб. для последующего включения в конкурсную массу.

Суд округа полагает, что заявленный предмет убытков - неосновательное обогащение - в данном случае требует безусловной доказанности, так как именно он составляет факт и размер этих убытков. В то время как, вопреки требованиям статей 9, 65 АПК РФ материалы дела таких доказательств не содержат. 

Так же как и не содержат доказательств возможности взыскания с ФИО5 такой денежной суммы, что исключает вывод о том, что если финансовый управляющий ФИО2 обратилась с соответствующим иском, то конкурсная масса ФИО6 безусловно пополнилась бы. 

Закона о банкротстве предусмотрено, что арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

В пункте 48 постановления Пленума ВАС РФ от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная указанной статьей, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

С учетом разъяснений, данных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», при обращении с требованием о взыскании убытков, причиненных неправомерным действием (бездействием) арбитражного управляющего, заявитель должен доказать сам факт причинения убытков и их размер, неправомерность действий (бездействия) арбитражного управляющего и наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями.

Отсутствие хотя бы одного из вышеуказанных условий исключает возможность применения ответственности в виде убытков и влечет за собой отказ в удовлетворении требований об их возмещении.

Таким образом, вопреки позиции кредиторов, установление только факта ненадлежащего исполнения обязанностей конкурсного управляющего, то есть противоправность действий (бездействия) не является достаточным основанием для возложения на последнего ответственности в виде взыскания убытков.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779 (1,2), в процедуре реализации имущества гражданина как и в конкурсном производстве деятельность арбитражного управляющего должна быть подчинена цели этой процедуры - соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры реализации имущества и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований (статья 2 Закона о банкротстве, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018) от 14.11.2018 со ссылкой на определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2018 № 305-ЭС15-10675).

Преследуя эту цель, арбитражный управляющий должен с одной стороны предпринять меры, направленные на увеличение конкурсной массы должника, в том числе на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц. С другой стороны деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов.

Возбуждение по инициативе арбитражного управляющего судебных производств по заведомо бесперспективным требованиям может указывать либо на его непрофессионализм, либо на его недобросовестность, влекущие для конкурсной массы дополнительные издержки. Уменьшение конкурсной массы, вызванное подобными неправомерными действиями, может являться основанием для взыскания с арбитражного управляющего убытков.

В рассматриваемом случае в вину арбитражному управляющему ФИО2 кредитор вменяет не взыскание неосновательного обогащения в пределах срока исковой давности.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ, суды дали правильную оценку доказательствам, представленным в материалы дела, указали, что наличие самого неосновательного обогащения в указанном ПАО «Сбербанк» случае носит предположительный характер. 

Также судами справедливо отмечено, что наличие вступившего в законную силу судебного акта о незаконности бездействия арбитражного управляющего само по себе не является достаточным основанием для удовлетворения иска о возмещении им убытков в рамках настоящего спора.

Так, определением суда от 22.04.2019 установлен факт ненадлежащего исполнения финансовым управляющим своих обязанностей, однако не установлен факт причинения им убытков, то есть наличие данного определения не может быть положено в основание выводов о возникновении у него обязанности по возмещению убытков.

Также судами установлено, что лицами, участвующими в деле, не представлено в материалы дела доказательств наличия совокупности обстоятельств, необходимых для признания договора купли-продажи от 21.03.2016 1/3 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: Белгородская область, 

<

...>, недействительным. 

В материалах дела отсутствуют доказательства, позволяющие квалифицировать сделку купли-продажи как причиняющую вред кредиторам должника.

Указанный договор в установленном законом порядке не был оспорен. Доводов о неравноценности сделки, совершении сделки на не рыночных условиях, кредиторами не заявлялось.

Более того, необходимо отметить, что в обосновании своего заявления о взыскании с арбитражного управляющего ФИО2 убытков ПАО «Сбербанк» указал на необращение ФИО2 в суд общей юрисдикции в пределах срока исковой давности с иском о взыскании неосновательного обогащения, а не ссылался на бездействие ФИО2, выразившееся в неоспаривании договора купли-продажи от 21.03.2016.

Суд первой инстанции правомерно не принял во внимание ссылку кредиторов на постановление Следственного отдела СУ № 5 УМВД России по г.Белгороду от 04.07.2021 об отказе в возбуждении уголовного дела, поскольку данное постановление не имеет преюдициального значения для рассмотрения настоящего дела.

Частью 4 статьи 69 АПК РФ предусмотрено, что вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

В соответствии со статьями 140, 145 Уголовно-процессуального кодекса РФ материалы доследственной проверки являются собранными исключительно для целей решения вопроса о возбуждении либо отказа в возбуждении уголовного дела.

Лица, у которых при проведении проверки отбираются объяснения, не предупреждаются за дачу заведомо ложных показаний в отличие от показаний, полученных в рамках расследования уголовного дела.

Таким образом, объяснения лиц, данные в ходе проведения проверки, не являются доказательствами, которые могут быть использованы в арбитражном процессе, то есть являются ненадлежащими доказательствами.

Указание кредиторов на обстоятельства, установленные решением Свердловского районного суда города Белгород от 19.02.2020 по делу № 2- 502/2020 также нельзя принять во внимание с учетом того, что Апелляционным определением Белгородского областного суда от 09.06.2020 по делу № 2-502/2020 решение от 19.02.2020 отменено, соответственно, оно не имеет преюдициального значения для рассмотрения настоящего спора (часть 3 статьи 69 АПК РФ).

При этом, как обоснованно отметили суды, вышеназванным апелляционным определением от 09.06.2020 установлено, что продавцы (в том числе ФИО6) получили от покупателей денежные средства в размере 3 050 000 руб., что подтверждается распиской от 24.05.2016, а также установлено, что срок исковой давности для взыскания неосновательного обогащения пропущен.

Иных сведений, в том числе о наличии неосновательного обогащения, апелляционное определение не содержит.

В соответствии с положениями статьи 1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса. Правила, предусмотренные главой 60 данного кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

При разрешении настоящего спора судами приняты во внимание действия должника ФИО6 по подтверждению факта получения им денежных средств от продажи квартиры, а именно: подписание расписки от 24.05.2016 в получении денежных средств, подача 24.05.2016 заявления в Управление Росреестра по Белгородской области о прекращении залога (рассрочка оплаты) в связи с исполнением обязанности по оплате, предоставление отзыва в Свердловский районный суд города Белгород в рамках дела №2-502/2020 с указанием на получение им денежных средств за проданную 1/3 доли в праве собственности на квартиру площадью 72,1 кв.м., кадастровый номер 31:15:0401001:3475, расположенную по адресу: 

<

...>.

При таких обстоятельствах суды пришли к выводу о том, что указанная расписка ФИО6 от 24.05.2016 в получении денежных средств (т.2, л.д.106) и подача им 24.05.2016 заявления как залогодержателем в Управление Росреестра по Белгородской области о прекращении залога (рассрочка оплаты) в связи с исполнением обязанности по оплате (т.2, л.д.108), подтверждают факт прекращения перед ним обязательства по оплате за отчужденную долю в квартире.

В материалы дела также не представлены какие-либо документы в виде требований ФИО6 к ФИО5 о передаче ему причитающихся от продажи квартиры денежных средств либо расписки с обязательством погашения задолженности и т.п.

Таким образом, у финансового управляющего отсутствовала информация о возможном неосновательном обогащении ФИО5

Согласно абзацу третьему пункта 4 статьи 213.28 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в случае, если гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, то освобождение гражданина от обязательств не допускается.

Банковские выписки по счетам ФИО5, на которые ссылаются кредиторы в обоснование своих доводов о получении последней денежных средств от продажи квартиры в полном объеме, не подтверждают однозначно факт неосновательного обогащения ФИО5 за счет должника и не опровергают иные представленные в материалы дела доказательства.

Как указывалось выше, факт получения продавцами, в том числе самим ФИО6, денежных средств от покупателей установлен Апелляционным определением Белгородского областного суда от 09.06.2020 по делу № 2- 502/2020.

Из отзывов и возражений, представленных ФИО5 и ФИО6 в материалы дела № 2-502/2020 (т.2, л.д. 67-75), а также протоколов судебных заседаний по указанному делу (т.2, л.д. 76-95, 96-99) усматривается, что денежные средства были получены продавцами в соответствии с договором купли-продажи, переданы ФИО6 и потрачены им по своему волеизъявлению на нужды семьи.

При этом суды верно отметили, что правомерность или неправомерность расходования должником полученных от продажи квартиры денежных средств не является предметом рассмотрения настоящего спора.

Доводы кредиторов о том, что ФИО6 не были переданы денежные средства, являются голословными.

Доказательств, позволяющих с достоверностью установить наличие на стороне ФИО5 неосновательного обогащения за счет должника, в материалы дела не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

Суды, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ, с учетом наличия обстоятельств, установленных Апелляционным определением Белгородского областного суда от 09.06.2020 по делу № 2-502/2020, принимая во внимание, что ФИО6 и ФИО5 являются членами одной семьи и проживают совместно, денежные средства от продажи квартиры были получены ими от покупателей в соответствии с договором, который заключен без порока воли ФИО6, и денежными средствами ФИО6 распорядился по своему волеизъявлению, правомерно отказали в удовлетворении заявленных требований, поскольку ПАО «Сбербанк» не доказана совокупность условий, необходимых для привлечения арбитражного управляющего ФИО2 к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков.

Выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Всем изложенным в кассационной жалобе доводам ранее дана надлежащая правовая оценка судом апелляционной инстанции, при рассмотрении апелляционной жалобы.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется, определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежат.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289, статьей 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Белгородской области от 30.05.2022 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2022 по делу № А08-1651/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий                                                                             М.А. Григорьева

Судьи                                                                                                            С.Э. Гнездовский

 

                                                                                                           ФИО1