ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-5589/2019

г. Челябинск

23 мая 2019 года

Дело № А47-13895/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 мая 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Сотниковой О.В.,

судей: Бабкиной С.А., Румянцева А.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Керамос» на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 01.03.2019 по делу № А47-13895/2017 (судья Долгова Т.А.).

Общество с ограниченной ответственностью «Керамос» (далее – ООО «Керамос») в лице законных представителей - учредителей ФИО2, ФИО3, ФИО4 (далее – ФИО2, ФИО3, ФИО4, истцы) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании с ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик) убытков в размере 220 000 руб., процентов в размере 59 680 руб. 33 коп.

Решением суда от 01.03.2019 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Керамос» (далее – податель жалобы) обратилось с апелляционной жалобой в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд, просило решение суда от 01.03.2019 отменить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указал, что из платежных поручений № 94 от 15.03.2011 и № 166 от 14.04.2011 следует, что денежные средства перечислены за уже оказанные услуги по погрузке вагонов, однако каких-либо договоров на оказание услуг по погрузке полувагонов или актов оказанных услуг и иных документов первичной бухгалтерской отчетности не имеется. Представленный в дело договор № 2 от 01.03.2011 передачи в пользование ООО «Керамос» объектов недвижимого имущества не имеет отношения к спорным платежам. Кроме того, заключением судебной экспертизы подтверждается факт выполнения подписи как минимум одной из сторон договора не в 2011, а в 2018 году, то есть в период рассмотрения дела. Из договора невозможно установить его предмет. Идентичность номера и даты договора с номером и датой договора, указанного в платежных поручениях, с учетом результатов судебной экспертизы, само по себе не свидетельствует о том, что денежные средства были перечислены. 

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Керамос» зарегистрировано в качестве юридического лица в 1997 году, 23.09.2002 присвоен ОГРН 

<

***> как юридическому лицу, созданному до 01.07.2002. 

Участниками общества являются: ФИО3 (26% доли), ФИО4 (24 % доли), ФИО5 (24 % доли), ФИО2 (26% доли).

С 29.12.2008 по 26.10.2015 единоличным исполнительным органом общества являлся ФИО5 (л.д. 51, 63, т. 1).

В период полномочий директора, ФИО5 перечислил платежными поручениями № 94 от 15.03.2011, № 166 от 14.04.2011 на счет ООО «ГрузСервис» денежные средства в размере 220 000 руб. Из назначения платежа следует, что это была оплата за оказанные услуги по выгрузке полувагонов согласно договору № 2 от 01.03.2011 (л.д. 24-24, т.1).

Истец, обращаясь с настоящим иском в арбитражный суд указал, что денежные средства перечислены за работы, которые ООО «ГрузСервсис» не выполняло, при этом в период платежей, директором ООО «ГрузСервис» была дочь ФИО5,   указанными денежными средствами ФИО5 распорядился по собственному усмотрению. 

В обоснование указанных доводов истец представил акт служебной проверки и постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 02.08.2017, в которых установлено, что деньги перечислены незаконно.  В ООО «Керамос» отсутствуют необходимые первичные документы: договор №2 от 01.03.2011, а также акты выполненных работ и счета-фактуры, на основании которых были проведены банковские операции.

В обоснование возражений по заявленным требованиям ответчиком представлен договор №2 от 01.03.2011, заключенный между ООО «Керамос» и ООО «ГрузСервис», даны пояснения об обстоятельствах совершения сделки и платежей.

В процессе рассмотрения дела в суде первой инстанции истцом заявлено ходатайство о назначении по делу судебно-технической экспертизы, представленное им в качестве проверки заявления о фальсификации.

Определением от 26.06.2018 по делу была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено федеральному бюджетному учреждению «Самарская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации эксперту ФИО6.

На разрешение эксперта поставлен вопрос: Установить давность изготовления подписей ФИО5 и ФИО7 в договоре оказания услуг № 2 от 01.03.2011, соответствует или нет установленная давность изготовления подписей дате, указанной в договоре (01.03.2011).

Согласно заключению эксперта установить давность выполнения подписи ФИО5 в договоре оказания услуг № 2 от 01.03.2011 и соответствия или нет давности выполнения подписи дате, указанной в договоре (01.03.2011) не представилось возможным ввиду недостаточности для исследования штрихового материала, подпись ФИО7 в договоре оказания услуг № 2 от 01.03.2011 выполнена не в соответствии с датой, указанной в документе - 01.03.2011, подпись от имени ФИО7 в договоре оказания услуг № 2 от 01.03.2011 выполнена не ранее 2018 г.

Суд первой инстанции, проверив в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обоснованность заявления истца о фальсификации договора оказания услуг № 2 от 01.03.2011, заключенного между ООО «Керамос» и ООО «ГрузСервис», пришел к выводу об отсутствии умышленных действий, направленных на искажение действительности воли сторон при заключении договора. Судом указано, что заявление по существу направлено на оспаривание содержания документа и его соответствия фактическим обстоятельствам дела; однако с учетом представленных платежных поручений, и выписки по счету, в которых имеется ссылка на указанный договор, суд пришел к выводу о наличии указанного договора в период времени, когда осуществлялось перечисление денежных средств, в связи с чем, в удовлетворении заявления истца о фальсификации доказательства отказал, приняв также во внимание наличие у ООО «Керамос»  договора с ПАО «МРСК Волги» и выполнения им работ, сопоставимых с назначением платежа по спорными платежам поручениям. 

Кроме того, суд принял во внимание, что экспертиза давности нанесения печатей на указанный договор не проводилась, ФИО5 после октября 2015 года директором ООО «Керамос» не являлся, тот факт, что подпись от имени ФИО7 в договоре оказания услуг № 2 от 01.03.2011 выполнена не ранее 2018 года, не исключает, что указанный договор имел место быть и  в период осуществления платежей, то есть в 2011 году и мог быть восстановлен.

Арбитражный суд первой инстанции в удовлетворении иска отказал, приняв также во внимание, что договор оказания услуг № 2 от 01.03.2011 в установленном порядке не оспорен и спорные перечисления по нему были совершены директором ФИО5 непосредственно в целях получения ООО «Керамос» прибыли, истцом не доказана совокупность условий, при которых убытки подлежат возмещению.

Оснований для отмены судебного акта   и переоценки выводов суда не имеется.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 3 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Из вышеуказанных положений законодательства и разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62), следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, истец должен доказать факт возникновения убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62).

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) контрагентов по гражданско-правовым договорам директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62, удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

Ответчик в ходе рассмотрения дела заявил возражения, указав на наличие заключенного между ООО «Керамос» и ООО «ГрузСервис» договора от 01.03.2011 № 2 на оказание услуг по предоставлению железнодорожного тупика и территории выгрузки грузов, поступающих в адрес ООО «Керамос».

Судом установлено, что по условиям договора от 01.03.2011 № 2 ООО «ГрузСервис» берет на себя обязательство при поступлении груженых платформ, спецов, полувагонов, вагонов с грузом для ООО «Керамос» представить арендуемый железнодорожный тупик в технически исправном состоянии и арендуемую территорию, необходимую для выгрузки железобетонных опор, металлоконструкций, погрузки турникетов на платформы. 

В соответствии с пунктом 2.1. договора оплата за услуги выгрузки опор, металлоконструкций, ж/б изделий на территории и железнодорожном тупике ООО «ГрузСервис» производится с 100% предоплатой до начала подачи грузов на ж/д тупик в сумме 220 000 руб. за весь объем работ. 

Согласно пункту 2.2. договора расчеты по договору осуществляются безналичным способом путем перечисления денежных средств на расчетный счет исполнителя.

ФИО5 перечислил платежными поручениями № 94 от 15.03.2011, № 166 от 14.04.2011 на счет ООО «ГрузСервис» денежные средства в размере 220 000 руб., в основании платежа указано, что платежи произведены за оказанные услуги по погрузке полувагонов согласно договору № 2 от 01.03.2011, счета № 1 от 14.03.2011.

Суд первой инстанции, исследовав договор № 2 от 01.03.2011 оказания услуг, пришел к выводу о том, что, исходя из его условий, фактически ООО «ГрузСервис» предоставило ООО «Керамос» железнодорожный тупик, территорию, необходимую для выгрузки железобетонных опор, металлоконструкций, погрузки турникетов на платформы.

Судом первой инстанции исследованы сведения по счету 51 за 2011 год ООО «Керамос», представленные обществом «Керамос» (л.д.80-90, т.4) и имеющиеся в проверочном материале МОМВД России «Ясненский» документе «Карточка счета 51» за 2011 год ООО «Керамос», который так же был представлен в органы полиции ООО «Керамос». Поскольку судом установлены разночтения в сведениях, суд использовал для анализа платежных операций с расчетного счета общества в 2011 году Карточку счета 51, представленную в органы полиции МОМВД России «Ясненский», содержащую наиболее полные сведения по счету 51. 

Судом установлено, что платежи в отношении ООО «ГрузСервис» значатся в первичном учете общества (том 2, материала проверки стр.168, 174). 

В связи с возникшими противоречиями в документах общества по счету 51, суд критически отнесся к сведениям, предоставленным обществом в книге продаж за 2011 год.

Ответчик пояснял в суде первой инстанции, что заключение договора № 2 от 01.03.2011 на оказание услуг, который фактически исходя из предмета договора, являлся договором предоставления железнодорожного тупика и территории, необходимой для выгрузки железобетонных опор, металлоконструкций, погрузки турникетов на платформы, было необходимо для заключения и исполнения ООО «Керамос» договора с ПАО «МРСК Волги» в целях получения обществом прибыли.

ПАО «МРСК Волги» в отзыве подтвердило наличие между ним и ООО «Керамос» договора № 458-08 от 31.03.2011 на оказание услуг по выгрузке и хранению материалов, поставляемых заказчиком на объект «Строительство ВЛ 110 кВ Киембай-Прииск-Кумак-Светлый» на сумму 5991630 руб. 54 коп., сроком до 31.12.2011, указало на отсутствие просроченных обязательств со стороны ООО «Керамос», оплата по договору произведена в полном объеме на основании подписанных между сторонами актов приема-передачи выполненных работ. Документация не представлена ввиду ее уничтожения, поскольку с момента заключения договора прошло 7 лет.

Истцом в материалы дела представлены документы по исполнению договора №458-08 от 31.03.2011 с ПАО «МРСК Волги», в том числе счета-фактуры, акты приемки выполненных работ, платежные поручения на сумму 5 510 637 руб. 40 коп.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, в том числе, план земельного участка, суд первой инстанции установил наличие железнодорожного тупика в собственности ФИО7 по состоянию на 2011 год, а также смежность территорий ООО «Керамос» и ООО «ГрузСервис», в связи с чем, пришел к выводу о том, что договор № 2 от 01.03.2011 является реальным и исполнимым сторонами договора, формального документооборота не установлено. 

Целью оформления спорного договора являлось обеспечение возможности заключения и исполнения обществом договора с ПАО «МРСК Волги» и получение ООО «Керамос» финансовой прибыли. 

Исходя из этого, суд пришел к выводу, что при исполнении своих обязанностей ФИО5 действовал в интересах ООО «Керамос».

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что ФИО5 в период исполнения обязанностей директора ООО «Керамос» действовал исходя из обычных условий делового оборота и в пределах разумного предпринимательского риска, у ответчика отсутствовало намерение ущемить интересы общества (иное не доказано и не опровергнуто). 

В силу указанных обстоятельств у суда не имеется оснований считать, что действиями ответчика был причинен ущерб обществу, который подлежит возмещению путем взыскания с названного лица убытков в размере перечисленной контрагенту суммы. Соответствующие обстоятельства истцом в порядке части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказаны.

В судебном заседании суда первой инстанции свидетель ФИО8 (ранее ФИО7) пояснила, что денежные средства в размере 220 000 руб., не были сняты со счета и фактически были потрачены на ремонт крана, который использовался ООО «Керамос».

Заявляя что, действия ФИО5 квалифицируются как присвоение и растрата денежных средств, истец ссылается на материал доследственной проверки КУСП № 335/99-17 от 06.02.2017 по сообщению о преступлении, зарегистрированному в КУСП за № 35 от 06.02.2017 МОМВД России «Ясненский» в отношении ФИО5, в том числе на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО5 от 26.10.2017, а так же на экспертное заключение от 03.07.2017, проведенное в рамках проверки. Однако постановлением от 26.10.2017 в возбуждении уголовного отказано, приговор суда отсутствует. 

Экспертное заключение в рамках проверочных мероприятий МОМВД России «Ясненский» судом оценено как письменное доказательство по делу, входящее в состав отказного проверочного материала (статья 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Экспертиза была проведена в рамках доследственной проверки, обвинительный приговор, вступивший в законную силу, по данному уголовному делу отсутствует,   экспертиза, проведенная в рамках уголовного дела, по которому отсутствует приговор суда, не является основанием освобождения от доказывания, как это предусмотрено статьей 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Наличие родственных связей между директором ООО «Керамос» ФИО5 и директором ООО «ГрузСервис» ФИО7 не оспаривалось. Вместе с тем, само по себе наличие аффилированности в отсутствие доказательств причинения убытков, значения не имеет.

В настоящем деле факт наличия убытков в финансово-хозяйственной деятельности общества истцом не доказан.

Сам по себе факт неверного указания в платежном поручении основания платежа, и наименования договора не свидетельствует о причинении ответчиком истцу убытков.

Обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, факт возникновения убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками должен доказать именно заявитель.

С учетом презумпции добросовестности лица, в отношении которого выдвигаются требования, основанные на порочности сделки, наличии умысла на причинение вреда, или иных неблагоприятных для частноправовых и публичных отношений последствий, выводы суда о неправомерности действий исполнительного органа должны быть основаны на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что его действия не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание неблагоприятных последствий.

Вместе с тем, обстоятельства, позволяющие сделать бесспорный вывод о неразумности и недобросовестности действий ответчика, истцом не доказаны.

Материалами дела не подтверждается с очевидностью факт наступления для общества неблагоприятных последствий, обусловленных виновным поведением ответчика. 

Следовательно, необходимая совокупность условий для привлечения ответчика ФИО5 к ответственности в виде возмещения убытков в заявленном истцом размере по приведенным им основаниям отсутствует.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции, обоснованно отклонены, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе распределяются между сторонами в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 01.03.2019 по делу №А47-13895/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Керамос» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

   Председательствующий судья     О.В. Сотникова

   Судьи:     С.А. Бабкина

                                                                                                  А.А. Румянцев