АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А03-18349/2019

Резолютивная часть постановления объявлена  20 июня 2022 года

Постановление изготовлено в полном объёме  27 июня 2022 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоШаровой Н.А.,

судейЖирных О.В.,

ФИО1 -  

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу  ФИО4 на определение Арбитражного суда Алтайского края от 20.12.2021 (судья Камнев А.С.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022 (судьи Фролова Н.Н., Зайцева О.О., Усанина Н.А.) по делу № А03-18349/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Технострой» (ИНН 

<

***>, далее – ООО «Технострой», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 (далее – управляющий) о привлечении к субсидиарной ответственности солидарно ФИО4, ФИО3, ФИО5.

Суд установил:

в деле о банкротстве должника управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО4, ФИО3, ФИО5 солидарно к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 20.12.2021, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; приостановлено рассмотрение заявления в части размера субсидиарной ответственности до окончания расчётов с кредиторами.

В кассационной жалобе ФИО4 просит определение Арбитражного суда Алтайского края от 20.12.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022 отменить, дело направить на новое рассмотрение.

В обоснование доводов жалобы кассатор указывает на то, что обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора судами не установлены, не оценена роль каждого из ответчиком в банкротстве должника  в целях определения размера ответственности; не установлено, к каким именно последствиям привели допущенные контролирующими лицами нарушения: к объективному банкротству или причинению убытков, не являющихся причиной несостоятельности; судами не обосновано наличие обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, поскольку на момент принятия решения о взыскании задолженности у должника имелась возможность её оплатить за счёт взыскания дебиторской задолженности. 

Учитывая надлежащее извещение иных участвующих в споре лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассматривается в их отсутствие.

Отзывы на кассационную жалобу не поступили.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд округа проверяет законность решений, постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ, законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены. 

Как следует из материалов дела, определением суда от 25.11.2019 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Инком-гарант» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Технострой»; определением суда от 16.12.2019 в отношении должника введено наблюдение, утверждён временный управляющий; решением от 03.09.2020 суд признал должника несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО2

Обращаясь с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности (уточнённым в порядке статьи 49 АПК РФ в части оснований (необращение с заявлением о банкротстве должника) и состава ответчиков (ФИО4 и ФИО5), управляющий указал на то, что с 19.05.2014 должник состоит на налоговом учёте; директором общества является ФИО4, единственным участником общества - ФИО5; локальные документы должника, гражданско-правовые договоры подписывались ФИО4 от имени ООО «Технострой» как директором, исполняющим обязанности директора, заместителем директора должника; при наличии у должника  признаков объективного банкротства указанные лица неправомерно не приняли мер к возбуждению соответствующего дела в суде. 

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суды двух инстанций руководствовались положениями Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в том числе, в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ), положениями глав 25 и 59, статьями 53, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», правовой позицией, изложенной в постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 22.06.2018 № Ф04-4415/2016 по делу № А46-10194/2013, и исходили из наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. 

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.

В настоящем обособленном споре рассмотрено уточнённое в порядке статьи 49 АПК РФ заявление управляющего о привлечении ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника вследствие необращения с заявлением о признании должника банкротом, в связи с чем доводы кассатора об отсутствии оценки сделок должника (упомянутых в первоначальном заявлении договоров аренды транспортного средства, заключённым с ФИО6)  о незаконности судебных актов не свидетельствуют.

В кассационной жалобе не содержится возражений относительно установления оснований субсидиарной ответственности ФИО5, поэтому судебные акты проверены в кассационном порядке в части, касающейся ФИО4  

В соответствии со статьёй 2 Закона о банкротстве неплатёжеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

 При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трёх месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатёжеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Поскольку контролирующим должника лицам вменяется неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве) в срок до 20.10.2017, суды пришли к верному выводу о том, что к спорным правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьёй 9 указанного закона, влечёт за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ООО «Технострой» и МУП «Рубцовские тепловые сети» заключён договор от 01.07.2015 № 340 по оплате поставленной горячей воды и тепловой энергии на отопление за период с 01.07.2015 по 31.07.2016.

В связи с ненадлежащим исполнением обязательств по вышеуказанному договору решением Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-16425/2017 от 21.11.2017 с ООО «Технострой» в пользу МУП «Рубцовские тепловые сети» взыскана задолженность в сумме 2 415 790,64 руб., выдан исполнительный лист.

Отделом судебных приставов города Рубцовска было вынесено постановление об окончании и возвращении исполнительного документа взыскателю от 18.07.2019. 

Определением суда от 27.05.2020 требование МУП «Рубцовские тепловые сети» в размере 2 415 790 руб. признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов должника.

Суды правильно исходи из того, что указанные факты свидетельствуют о том, что у должника имелись признаки неплатёжеспособности по состоянию на 01.11.2016, а у руководителя должника в соответствии с положениями статьи 9 Закона о банкротстве возникла обязанность обратиться с соответствующим заявлением в суд.

В период с 29.10.2015 по настоящее время единственным участником должника является ФИО5

Из имеющихся в деле трудовой книжки ФИО4  и приказов должника как работодателя в отношении ФИО4 следует, что он являлся в периоды:

 с 06.05.2014 до 04.09.2017 - директором должника;

с 04.09.2017 до 06.03.2019 -  заместителем директора;

с 06.05.2020 по 03.06.2020 - директором должника, а в период с 06.03.2019 до 01.04.2019   назначался также исполняющим обязанности директора.

Доводы ФИО4 о том, что он занимал должность директора по 11.08.2017 не приняты как основание для отказа в удовлетворении заявления управляющего, поскольку дата, с наступлением которой возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом - 01.11.2016, имеет место в период, когда директором был ФИО4 

Так, судами при постановке вывода о фактическом исполнении обязанностей руководителя должника принято во внимание, что ФИО4 подписан расчёт по форме 6-НДФЛ за 9 месяцев 2017, локальные документы должника, гражданско-правовые договоры, выдавались доверенности на представление интересов должника. Указанные документы подписаны ФИО4 в период с 01.06.2015 по 30.11.2018 от имени ООО «Технострой» как директором, исполняющим обязанности директора, заместителем директора.

Судами обоснованно отклонена ссылка ФИО4 на решение регистрирующего органа от 23.08.2017 об отказе во внесении в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) сведений о ФИО5 как руководителеООО «Технострой», поскольку имеющиеся в деле доказательства подтверждают, что ФИО4 не только был указан в качестве руководителя в общедоступном публичном реестре, но и фактически исполнял соответствующие обязанности, несмотря на характер оформления трудовых отношений.

 Вместе с тем соответствующие действия ФИО5 судами принятыво внимание как подтверждающие и его контролирующее влияние на должника, поскольку для определения круга ответственных лиц по статье 10 Закона о банкротстве необходимо, чтобы определённое лицо занимало должность руководителя должника либо являлось его учредителем (участником) и при этом продолжало фактически осуществлять контроль над юридическим лицом, несмотря на документальное подтверждение прекращения полномочий данного лица с соответствующей даты.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 6  Постановления № 53 руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). 

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 9 Постановления № 53 если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатёжеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобождён от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

 На наличие такого плана ФИО4 не ссылался, доказательств его реализации не представлял.

В отношении приостановления производства по определению размера ответственности до расчётов с кредиторами кассационная жалоба возражений не содержит. 

При определении размера субсидиарной ответственности суду необходимо учитывать разъяснения, данные в пункте 15 Постановления№ 53. 

Фактические обстоятельства установлены судами двух инстанций в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, выводы судов соответствуют установленным обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено. 

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.  

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 20.12.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022 по делу № А03-18349/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                 Н.А. Шарова

 

Судьи                                                       О.В. Жирных

 

ФИО1