ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-18115/2019

Дело № А40-213931/18

г. Москва

23 мая 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 мая 2019 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 23 мая 2019 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

Председательствующего судьи: Фриева А.Л.,

Судей: Гончарова В.Я., Титовой И.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу АО "БАШВЗРЫВТЕХНОЛОГИИ" на решение Арбитражного суда г.Москвы от 14.03.2019 по делу №А40-213931/18, 

по иску АО "БАШВЗРЫВТЕХНОЛОГИИ" (450071, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, дата регистрации 10.11.2000) ответчик: ОАО "ЯМАЛ СПГ" (629700, ЯМАЛО-НЕНЕЦКИЙ АВТОНОМНЫЙ ОКРУГ, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, дата регистрации 07.04.2005), третье лицо: Закрытое акционерное общество "БашВзрывТехнологии-Восток", о взыскании 80 093 021 руб. 62 коп. убытков,

при участии в судебном заседании: 

от истца: ФИО2 по доверенности от 10.01.2019,

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 03.04.2019, ФИО4 по доверенности от 01.02.2019,

от третьего лица: ФИО5 по доверенности от 29.12.2018, 

У С Т А Н О В И Л:

Акционерное общество «БАШВЗРЫВТЕХНОЛОГИИ» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к открытому акционерному обществу «ЯМАЛ СПГ» о взыскании убытков в размере 80 093 021 руб. 62 коп. на основании статей 15, 717 ГК РФ.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 14.03.2019 в удовлетворении искового заявления отказано в полном объеме.

Не согласившись с принятым решением, ответчик подал апелляционную жалобу, в которой просит состоявшийся по делу судебный акт отменить.

Законность и обоснованность принятого решения проверены Девятым арбитражным апелляционным судом в судебном заседании в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Системный анализ положений пункта 1 статьи 33.3 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации», а также статей 266, 268, 269, 270 АПК РФ позволяет сделать вывод о том, что одним из основных полномочий арбитражного апелляционного суда состоит в проверке законности и обоснованности судебных актов, не вступивших в законную силу, по делам, рассмотренным арбитражными судами первой инстанции, в рамках повторного рассмотрения дела. Таким образом, апелляционный суд имеет полномочия на иную оценку (переоценку) доказательств при повторном рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, проверив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, пришел к выводу, что решение Арбитражного суда города Москвы от 14.03.2019 подлежит частичной отмене по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, 09.09.2015 между истцом (подрядчиком) и ответчиком (заказчиком) заключен договор подряда №653/15-ЯСПГ.

Предметом договора явилось выполнение истцом работ на Южно-Тамбейском газоконденсатном месторождении с применением гибкой насосно-компрессорной трубы.

Срок выполнения работ с 01.10.2015 по 01.10.2018.

Для выполнения работ между истцом и третьим лицом был заключен договор субподряда от 11.09.2015 № 10320-150911-104/1, предмет и сроки выполнения работ по которому идентичны договору №653/15-ЯСПГ.

22.12.2016 истцом было получено уведомление № МР-12 8192-Н об одностороннем отказе ответчика от договора подряда на основании п. 11.1 договора, прекращении работ с 01.02.2017 и необходимости осуществления демобилизации оборудования и персонала с территории ЮТ ГКМ (Южно-Тамбейское газоконденсатное месторождения) в срок до 01.04.2017.

Истец указал, что в связи с расторжением ответчиком договора подряда, договор субподряда также был расторгнут истцом в одностороннем порядке с требованием к третьему лицу осуществить демобилизацию оборудования и персонала с ЮТ ГКМ до 01.04.2017.

Демобилизация, вызванная досрочным расторжением договора подряда, была начата 01.02.2017 и принята ответчиком без замечаний, что подтверждается актом о демобилизации от 15.04.2017, КС-2 и КС-3 от 01.05.2017. Согласно указанному акту демобилизация окончена 14.04.2017.

В обоснование искового заявления истец указал, что досрочным расторжением договора и досрочной демобилизацией истцом были понесены убытки в виде реального ущерба в размере 38 835 801,04 руб. При этом фактическая стоимость мобилизации составила 50 635 801 руб. 04 коп., с учетом оплаты ответчиком на основании п. 11.1 договора стоимости демобилизации в размере 11 800 000 руб., то истцом понесен реальный ущерб в размере 38 835 801,04 руб. (50 635 801,04 – 11 800 000).

Кроме того, для выполнения работ по договору он вынужден был инвестировать денежные средства в размере 163 844 534,25 руб. привлеченные по кредитному договору № 

<

***> от 28.12.2015, из которых 24 594 590 рублей было направлено на мобилизацию персонала и оборудования на ЮТ ГКМ. Таким образом, по мнению истца, поскольку выручка от договора без учета компенсации за досрочную мобилизацию составила 40%, следовательно 60% понесенных затрат истец не успел компенсировать в составе себестоимости работ, в связи с чем 14 648 416 руб. (24 594 590 – 9 946 174) являются его убытками.

 Также, по мнению истца, досрочным расторжением договора ему нанесены убытки в виде упущенной выгоды в размере 26 608 804,58 руб. в виде разницы между плановой выручкой и фактической.

Таким образом, общая сумма убытков истца в связи в связи с расторжением договора составила 80 093 021 руб. 62 коп.

Отказывая в части взыскания реального ущерба в размере 38 835 801,04 руб., вызванного досрочной демобилизацией суд первой инстанции исходил из следующего.

Так, условиями п. 11.1 договора предусмотрено право Заказчика в одностороннем внесудебном порядке расторгнуть Договор. При таких обстоятельствах Заказчик обязан оплатить Подрядчику фактически выполненные и принятые работы на дату расторжения Договора.

Договором стоимость демобилизации определяется конкретной ставкой и договор не имеет оговорок об ином размере или условиях оплаты демобилизации. По условиям п. 3.2 и п. 5 Приложения № 3 «Ставки» договора, демобилизация подрядчика входит в стоимость договора и определена ставкой демобилизации в размере 11800000 руб. При заключении договора истец самостоятельно рассчитал размер демобилизации (ставку демобилизации), то есть оценил свои затраты на вывоз с территории выполнения работ своего персонала, оборудования и техники. Договором не предусмотрено, что демобилизация может быть плановой или досрочной (внеплановой), зависеть от маршрута или от периода ее проведения. Условий возмещения дополнительных расходов, связанных с демобилизацией договор не  содержит. По условиям договора расходы на мобилизацию и демобилизацию включены в цену работ, а подписав договор, стороны утвердили указанные условия для себя в качестве обязательных, то суд первой инстанции посчитал исковое заявление в данной части не подлежащим удовлетворению.

Отказывая в иске в части взыскания упущенной выгоды в размере 26 608 804,58 руб., суд первой инстанции указал, что истцом не предоставлено доказательств возникновения упущенной выгоды в результате действий ответчика, размер упущенной выгоды определен расчетным способом, без подтверждения ее возникновения для истца. Истец не представил расчет и соответствующие доказательства, свидетельствующие о размере затрат, сопутствующих выполнению работ, стоимость которых заявлена к взысканию в качестве упущенной выгоды. Отсутствие же фактических данных о затратах и предполагаемых расходах истца, связанных с работами, от которых Ответчик отказался, препятствует определению размера убытков с разумной степенью достоверности.

Между тем суд апелляционной инстанции не может согласиться с данными выводами суда первой инстанции.

Согласно ст. 717 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором подряда, заказчик может в любое время до сдачи ему результата работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора. Заказчик также обязан возместить подрядчику убытки, причиненные прекращением договора подряда, в пределах разницы между ценой, определенной за всю работу, и частью цены, выплаченной за выполненную работу. 

В соответствии с абзацем 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Согласно пункту 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Необходимость доказывания противоправных действий относится на общее правило доказывания убытков, в то время как норма ст. 717 ГК РФ в соответствии с которой заказчик также обязан возместить подрядчику убытки, причиненные прекращением договора подряда, является специальной и не связана с противоправностью действий заказчика при расторжении договора. Напротив, такая статья кодекса предоставляет последнему право на одностороннее расторжение договора, которому сопутствует обязанность возмещения причиненных этим убытков.

Принимая во внимание то обстоятельство, что заказчик расторг договор в одностороннем порядке в отсутствие нарушений со стороны подрядчика, руководствуясь положениями статей 15, 370, 717 Гражданского кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.

Так, согласно п. 3.2 и приложению № 3.3 договора стоимость плановой демобилизации с 10 по 31 октября (21 день) входит в стоимость договора и составляет 11 800 000 руб.

Однако досрочная демобилизация проводилась в период с 01 февраля по 01 апреля (58 дней), то есть в период, не предусмотренный договром.

При этом судом первой инстанции не учтено, что в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.05.2000 № 402 «Об утверждении перечня районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностях с ограниченными сроками завоза грузов (продукции)» территория Южно-Тамбейского газоконденсатного месторождения включена в перечень районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей с ограниченными сроками завоза грузов (продукции).

Особенности территории обусловлены достаточно сложными климатическими условиями, географическим расположением территории. Доступность к этим территориям возможна либо по воздуху, либо Северным морским путем, что означает необходимость организации северного завоза в течение короткого теплого времени года.

В соответствии с Приказом Минтранса России от 17.01.2013 № 7 «Об утверждении Правил плавания в акватории Северного морского пути» для судов без ледовых усилений и с ледовым классом Ice1 - Ice3 плавание в акватории Северного морского пути с 16 ноября по 31 декабря и с января по июнь запрещено.

Таким образом, оптимальным по климатическим, экономическим и временным условиям для перемещения больших грузов морским транспортом периодом составляет июль – октябрь, в то время как ответчик потребовал произвести демобилизацию в срок с 22.12.2016 по 01.04.2017.

Истец, действуя добросовестно, перед началом демобилизации направил в адрес ответчика письмо № 3-17/38 от 17.01.2017 о возможном превышении стоимости демобилизации в связи с установлением ответчиком наименее благоприятного для этого периода.

Таким образом, ответчик настаивая на досрочной демобилизации в указанный период, знал о неблагоприятных условиях и возможном превышении стоимости демобилизации.

В связи с досрочной демобилизацией истец понес дополнительные затраты на перемещение автомобильным, морским и воздушным транспортом персонала и оборудования в количестве 17 контейнеров, установки ГНКТ, 4 жилых вагонов, вагона – сушилки, водоочистной станции, 8 катушек ГНКТ, автовымотки с катушкой ГНКТ, узла автовымотки БДТ, емкости 6 м3, 14 единиц автомобильной техники, включая 5 седельных тягачей и автомобильный кран.

При этом в состав убытков, вызванных досрочной демобилизацией, вошли следующие суммы:

5 039 941,27 руб. – услуги по погрузки груза в порту Сабетта, морская перевозка груза Сабетта – Архангельск, т/х «Тамбей», выгрузка в порту г. Архангельск (Протокол согласования договорной цены № 9 Приложение № 2 к договору от 23.09.2015, акт № 522 от 20.02.2017);

9 112 129,62 руб. – услуги по погрузки груза в порту Сабетта, морская перевозка груза Сабетта – Архангельск, т/х «РЗК Константа», выгрузка в порту г. Архангельск (Протокол согласования договорной цены № 10 Приложение № 2 к договору от 23.09.2015, акт № 1030 от 29.03.2017);

776 897,38 руб. – услуги по погрузки груза в порту Сабетта, морская перевозка груза Сабетта – Архангельск, т/х «Валерий Васильев», выгрузка в порту г. Архангельск (Протокол согласования договорной цены № 11 Приложение № 2 к договору от 23.09.2015, акт № 1327 от 18.04.2017);

1 901 057,17 руб. – организация ж.д. перевозки грузов (Протокол согласования договорной цены № 12 Приложение № 2 к договору от 23.09.2015, акт № 1906 от 02.06.2017);

1 015 542,64 руб. – организация прочих услуг при ж.д. перевозке грузов (Протокол согласования договорной цены № 13 Приложение № 2 к договору от 23.09.2015, акт № 1924 от 05.06.2017);

5 497 901,50 руб. – организация ж.д. перевозки грузов (Протокол согласования договорной цены № 14 Приложение № 2 к договору от 23.09.2015, акт № 2235 от 27.06.2017);

44 747,59 руб. – организация хранения объемных грузов в порту г. Архангельск (Протокол согласования договорной цены № 15 Приложение № 2 к договору от 23.09.2015);

6 972 000 руб. – транспортные услуги по маршруту г. Архангельск – г. Красноярск (договор № 12/17 от 01.01.2017, перевозочные документы, акт № 52 от 09.06.2017);

570 668,8 руб. – услуги по понтонно-мостовой переправе (договор № 145 ПМП-15/64/15, акт № 420 от 30.04.2017);

Общая сумма указанных расходов, подтвержденных соответствующими первичными документами, составляет 30 930 885,97 руб.

Также истцом понесены расходы на дизельное топливо в общей сумме 2 673 769,38 руб., что подтверждается товарными накладными, чеками, путевыми листами и ведомостями на ГСМ.

Истцом понесены расходы на проживание (гостиницу) в размере 775 766,91 руб., что подтверждается соответствующими актами. При этом апелляционный суд принимает данные расходы в части 772 266,91 руб., а услуги, оказанные по акту от 14.05.2017, на сумму 3 500 руб. не принимаются, поскольку демобилизация была окончена 14.04.2017, в связи с чем данные расходы не могут быть понесены вследствие досрочной демобилизации.

Истцом также понесены расходы в виде стоимости расходных материалов в размере 2 910 623,05 руб., что подтверждается соответствующим товарными накладными, счетами-фактурами,

При этом суд апелляционной инстанции не принимает расходы истца в сумме 69 450 руб. по акту № 305 от 17.10.2016, на сумму 209 656 руб. по акту № 351 от 17.11.2016 и на сумму 279 024 руб. по акту № 58 от 01.10.2016, поскольку данные расходы являются текущими расходами, понесенными до расторжения договора, в связи с чем не могут быть отнесены на ответчика.

Суд апелляционной инстанции также принимает в качестве надлежащих доказательств несения расходов, вызванных досрочной демобилизацией, акты, счета-фактуры на сумму 1 205 210 руб. по оказанию услуг авиаперевозок, осуществленных в неблагоприятный для демобилизации период.

При таких обстоятельствах общая сумма убытков в виде реального ущерба, вызванных досрочной демобилизацией, составляет 38 492 755,31 руб. (30 930 885,97+1 629 824,8+1 043 944,58+772 266,91+2 910 623,05+1 205 210).

Кроме того, суд апелляционной инстанции также считает, что требование истца о взыскании 26 608 804,58 руб. упущенной выгоды подлежащим удовлетворению по следующим основаниям. 

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), по смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце третьем пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

В соответствии с пунктом 12 Постановления № 25 по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличия убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение.

Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается (пункт 5 Постановления № 7).

Удовлетворяя требование о взыскании упущенной выгоды в сумме 26 608 804,58 руб., суд апелляционной инстанции исходит из доказанности всей совокупности условий для их взыскания.

Так, в обоснование данного требования истец указал, что поскольку работы по договору выполнялись силами третьего лица (субподрядчика), привлеченного истцом, то чистая прибыль подрядчика (истца) складывается из разницы цены договора подряда и договора субподряда за вычетом налога на прибыль, а именно:

917 120 000 руб. (договор подряда) – 687 840 000 руб. (договор субподряда) – 45 856 000 руб. (налог на прибыль) = 183 242 000 руб. (20% от цены договора подряда).

С учетом досрочного расторжения договора ответчиком фактическая прибыль истца составила:

384 943 908 руб. (договор подряда) – 288 707 931 руб. (договор субподряда) – 19 247 195 (налог на прибыль) = 76 988 782 руб. (20% от полученного по договору подряда).

Таким образом, недополучена прибыль составила 106 435 218 руб. (183 424 000 – 76 977 782). 

Однако, истец, действуя добросовестно и с учетом принципа разумности, просил взыскать 5% от разницы цены договора подряда и фактически полученного по договору до вычета расходов по договору субподряда и налога на прибыль или ¼ от суммы недополученной прибыли, а именно:

(917 120 000 – 384 943 908)*5% = 26 608 804,58 руб.

Исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 12, 14 постановления Пленума № 25, размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер.

Размер упущенной выгоды был произведен истцом с разумной степенью достоверности и разумности. При таких обстоятельствах требование о взыскании 26 608 804,58 руб. упущенной выгоды также подлежит удовлетворению.

Ответчик не представил каких-либо доказательств, которые, по его мнению, опровергают заявленный истцом расчет упущенной выгоды, вызванной расторжением договора. Напротив, размер упущенной выгоды подтвержден истцом представленным расчетом, а также бухгалтерской справкой, содержащей сведения о размере прибыли за предыдущие периоды. При этом заявленный к взысканию размер упущенной выгоды значительно меньше сумм прибылей, полученных истцом в предыдущие периоды. 

С учетом изложенного апелляционный суд полагает, что досрочное расторжение договора ответчиком в соответствии с положениями ст. 717 ГК РФ явилось причиной для несения истцом дополнительных, незапланированных, в том числе условиями договора, расходов на демобилизацию в сумме 38 492 755,31 руб., а также несением убытков в виде упущенной выгоды в сумме 26 608 804,58 руб. Материалами дела подтвержден размер убытков на общую сумму 65 101 559,89 руб., а также доказано наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и причинением истцу убытков в указанном размере.

В то же время суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции в части отказа во взыскании 14 648 416 руб. убытков, вызванных необходимостью привлечения кредитных денежных средств. В обоснование данного требования истец указал, что по кредитному договору № 

<

***> от 28.12.2015 было направлено на мобилизацию персонала и оборудования на ЮТ ГКМ  24 594 590,00 рублей. Таким образом, по мнению истца, поскольку выручка от договора без учета компенсации за досрочную мобилизацию составила 40 %, следовательно 60% понесенных затрат истец не успел компенсировать в составе себестоимости работ, следовательно 14 648 416 руб. (24 594 590 – 9 946 174) являются его убытками.

Между тем, как верно указал суд первой инстанции, на момент расторжения договора ответчиком было оплачено в пользу истца 384 143 908,45 руб., что позволяло истцу погасить сложившуюся кредитную задолженность в полном размере, поскольку размер выплат, полученных от истца, в 15,6 раз превышал размер кредитной задолженности. 

Кроме того, ответчик не выступал гарантом при заключении между истцом и Сбербанком РФ кредитного договора, не давал согласования на заключение указанной сделки. Истец на протяжении проведения конкурса и последующего заключения договора с ответчиком показывал себя как финансово состоятельную компанию, а также знал об условиях оплаты работ и принял на себя все риски. 

Кредитный договор заключен истцом в процессе его обычной хозяйственной деятельности. Обязательства, на которые указывает истец, не являются обязательствами заказчика по договору, наличие обстоятельств, с которыми связаны убытки в связи с нарушением истцом обязательств по договорам, в которых ответчик стороной не был, не связана с отказом ответчика от договора; невыполнение договорных обязательств - это риск предпринимательской деятельности, который истец должен осознавать и нести, как хозяйствующий субъект при заключении гражданско-правовых договоров. 

При этом кредитный договор превышал срок договора подряда, и был заключен истцом до расторжения договора подряда. Кредитный договор заключен 28.12.2015, в то время как односторонний отказ заявлен 22.12.2016.

Таким образом, отсутствует причинная связь между односторонним отказом ответчика и необходимостью получения кредита в целях осуществления экстренной демобилизации. Кредитный договор, устанавливая самостоятельные отношения между Сбербанком и истцом, касающиеся предоставления кредита и его возврата, не ставит исполнение условий кредитного договора в зависимость от момента исполнения ответчиком своих обязательств по договору.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в иске в части взыскания 14 648 416 руб. убытков.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции подлежит отмене в части отказа во взыскании 65 101 559,89 руб. с взысканием с ответчика в пользу истца данной суммы.

Расходы по оплате государственной пошлины распределяются в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 14.03.2019 по делу № А40-213931/18 отменить в части отказа во взыскании 65 101 559,89 руб. убытков и 162 565 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины и принять по делу в этой части новый судебный акт.

Взыскать с открытого акционерного общества «ЯМАЛ СПГ» в пользу акционерного общества «БашВзрывТехнологии» 65 101 559,89 руб. убытков, 162 565 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины по иску, 2 438 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

В остальной части решение Арбитражного суда города Москвы от 14.03.2019 по делу № А40-213931/18 оставить без изменения, апелляционную жалобу  - без удовлетворения. 

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья:  А.Л. Фриев 

Судьи:  В.Я. Гончаров 

 И.А. Титова 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.