Арбитражный суд Пермского края

Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

город Пермь 

02.11.2017 года Дело № А50-18432/17

Резолютивная часть решения объявлена 26.10.2017 года.

Полный текст решения изготовлен 02.11.2017 года.

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи А.А. Неклюдовой, при ведении протокола помощником судьи А.В. Головизниной, рассмотрел в открытом судебном заседании дело 

по иску Общества с ограниченной ответственностью «Вторая электросетевая компания», место нахождения: 614017, 

<

...> (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>)

к ответчику: Открытому акционерному обществу «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала», место нахождения: 620026, 

<

...> (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>)

третьи лица: ПАО «Пермэнергосбыт», РСТ Пермского края 

о взыскании 821 392 руб. 87 коп.

при участии:

от истца: ФИО1 – представитель по доверенности от 10.04.2017, предъявлен паспорт.

от ответчика: ФИО2 – представитель по доверенности № ПЭ-017-2017, предъявлен паспорт.

от третьих лиц: не явились, извещены.

установил:

Истец, ООО «Вторая электросетевая компания», обратился в суд с требованием к ответчику, ОАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала», о взыскании 821 392 руб. 87 коп. задолженности за оказание услуг по передаче электрической энергии и мощности за период с июня по декабрь 2015 года.

Определениями Арбитражного суда Пермского края от 14.09.2017 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) привлечены публичное акционерное общество «Пермская энергосбытовая компания», Региональная служба по тарифам Пермского края.

Истец на иске настаивал по доводам, изложенным в исковом заявлении и дополнительных пояснениях. Полагает, что отсутствие в индивидуальном тарифе истца объектов сетевого имущества КТП-00126, КТП-0075, КТП-842, полученных в аренду в периоде регулирования, не может являться основанием для отказа в оплате услуг по передаче электроэнергии. Указал, что получение этого имущества в аренду является экономически обоснованным как для арендодателей, не являющихся сетевыми организациями, не имеющих тарифа на услуги по передаче (в виде получения арендной платы и отсутствие бремени содержания сетевого имущества), так и для истца, являющегося сетевой организацией, в виде                                                                                                                                         получение прибыли от использования этого сетевого имущества для целей передачи электроэнергии. Отмена индивидуального тарифа истца произошла с 08.09.2017, в спорный период тариф у истца был действующим. Полагает, что истец необоснованно не оплатил стоимость услуг по передаче электроэнергии по ставке на содержание сетей, мотивируя это снижением затрат истца, в связи с выбытием имущества КТП-0445 по причине расторжения договора аренды с ООО «Камос-Лайн», поскольку после выбытия из владения истца КТП-0445 им было приобретено иное сетевое имущество КТП-00126, КТП-0075, КТП-842, анализ оказания услуг с помощью четырех указанных объектов показывает, что фактические объемы переданной электрической энергии и мощности с помощью КТП-00126, КТП-0075, КТП-842 превышают аналогичные показатели, переданные с помощью КТП-0445. Указал, что при расчете истец исходил из плановых значений полезного отпуска электрической мощности на 2015 год, предусмотренный в экспертном заключении РСТ Пермского края об установлении (корректировке тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям истца на 2015 год в рамках долгосрочного периода регулирования (2014-2016 гг.) 

Ответчик, ОАО «МРСК Урала», исковые требования оспорил по основаниям, изложенным в письменном отзыве. Отметил, что в тарифе на услуги по передаче электрической энергии ООО «ВЭСК» в НВВ не учтены расходы на содержание спорных объектов электросетевого хозяйства КТП-00126, КТП-0075, КТП-842. По мнению ответчика, использование истцом с целью формирования объемов услуг, оказанных посредством имущества, не учтенного при установлении тарифов направлено на получение сетевой организацией дополнительных необоснованных и не доказанных в ходе проведения тарифной компании доходов, в связи с чем, такие действия заявитель расценивает, как получение «сверхприбыли». Также указал, что индивидуальный тариф для истца отменен, в связи с чем корректировка в следующем периоде регулирования невозможна. Поскольку с 01.06.2015 истец не оказывал ответчику услуги по передаче электроэнергии и мощности с использованием КТП-0445, не нес затраты на содержание данного имущества, то не вправе в отсутствие факта оказания услуг предъявлять ко взысканию стоимость услуг по передаче энергоресурса (по ставке на содержание электрических сетей). В настоящем случае примененная истцом методика (расчет только по ставке на содержание сетей) при отсутствии оказания услуг посредством спорных сетей и несения соответствующих затрат на содержание сетей без применения ставки на оплату технологического расхода (потерь) по этим же сетям не основана на правовых нормах, поскольку «усеченный» вариант тарифа при расчетах между территориальными сетевыми организациями не может быть применен. Указал, что сторонами заявленная мощность  на 2015 год не согласована.

Третье лицо, ПАО «Пермэнергосбыт», пояснений по иску не представило, представителя для участия в судебном заседании не направило. 

Третье лицо, РСТ ПК, письменных пояснениях указало, что постановление РСТ ПК от 30.12.2016 №60-э «Об индивидуальных тарифах на услуги по передаче электрической энергии по сетям ООО «Вторая электросетевая компания» (Пермский городской округ), а также постановление РСТ ПК от 26.12.206 № 106-тп «Об установлении платы за технологическое присоединение к электрическим сетям  ООО «Вторая электросетевая компания» на 2017 года»,  признаны утратившим силу с 08.09.2017.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ исковое заявление рассмотрено в отсутствие третьих лиц, ПАО «Пермэнергосбыт», РСТ ПК, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы сторон, арбитражный суд установил следующее.

ООО «Вторая электросетевая компания» является территориальной сетевой организацией, осуществляющей деятельность в сфере услуг по передаче электрической энергии в г.Перми и Пермском крае. 

Постановлением РСТ Пермского края от 18.12.2013 N 53-э "О долгосрочных индивидуальных тарифах на услуги по передаче электрической энергии по сетям общества с ограниченной ответственностью "Вторая электросетевая компания" (Пермский городской округ)" (в реакции от 29.12.2014 № 84-э, от 30.06.2015 № 14-э) истцу утвержден индивидуальный тариф на услуги по передаче электрической энергии.

Между сторонами 30.04.2013 заключен договор оказания услуг по передаче электриче6ской энергии и мощности № 07-179/2013, по которому ООО «ВЭСК» (исполнитель) обязалось оказывать ОАО «МРСК Урала» (заказчик) услуги по передаче электрической энергии и мощности от точек приема до точек отпуска путем  осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электрической энергии через технические устройства электрических сетей, принадлежащих исполнителю на праве собственности или ином законном основании, а ОАО «МРСК Урала»  обязалось оплачивать данные услуги до 25 – го числа месяца следующего за отчетным исходя из фактических объемов передачи  электроэнергии и заявленной (договорной) мощности согласно акту оказания услуг и на основании  выставленного исполнителем счета-фактуры на неоспариваемый объем оказанных услуг (п.2.1, 6.28 договора).

Порядок определения объема услуг по передаче электроэнергии и порядок оплаты и стоимости услуг определены сторонами в разделе 6 договора. 

Согласно условиям договора, количество переданной по сетям исполнителя электрической энергии определяется Приложением № 3.1, величина заявленной мощности определена сторонами в Приложении № 3.2 договора.

В силу п. 2.6 договора в случае, если после заключения настоящего договора произойдет изменение точек приема, отпуска (поставки), а также состава потребителей ГП (ЭСО), для которых производится передача электрической энергии и мощности, стороны вносят изменения в соответствующие  Приложения № 1, 2, 3.1, 3.2 к договору путем обмена письмами с последующим оформлением дополнительного соглашения в течение 15 дней по окончании соответствующего квартала. При отказе исполнителя от подписания такого дополнительного соглашения обязательства сторон по договору, в том числе по оплате, определяется исходя из произошедших изменений с соответствующей даты (в соответствии с уведомлениями).

10.06.2013 между ООО «ВЭСК» (Покупатель) и ПАО «Пермэнергосбыт» (Гарантирующий поставщик) заключен договор № 4010 купли-продажи электрической энергии в целях компенсации потерь в электрических сетях.

В спорный период (июль-декабрь 2015 года) ООО «ВЭСК» с использованием электросетевого имущества КТП-00126, КТП-0075, КТП-842 оказало ОАО «МРСК Урала» услуги по передаче электрической энергии для потребителей гарантирующего поставщика всего на общую сумму 103 846 руб. 93 коп. 

Факт оказания услуг и их объем подтверждаются ведомостями объемов передачи электроэнергии, актами электропотребления и актами разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности с потребителями. 

Направленные в адрес ответчика документы об объеме и стоимости оказанных услуг по передаче электроэнергии оставлены без рассмотрения и возвращены истцу.

В целях урегулирования спора в досудебном порядке истцом в адрес ответчика направлена претензия с требованием оплатить образовавшуюся задолженность, которая оставлена ответчиком без удовлетворения.

Неисполнение ответчиком обязанности по оплате оказанных в апреле 2017 года услуг по передаче электрической энергии послужило истцу основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Правовые основы экономических отношений в сфере электроэнергетики, основные права и обязанности субъектов электроэнергетики при осуществлении деятельности в сфере электроэнергетики и потребителей электрической энергии установлены Законом об электроэнергетике.

В соответствии со статьей 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» оказание услуг по передаче электроэнергии осуществляется на основе договора возмездного оказания услуг, обязательной предпосылкой которого является участие покупателя в оптовом рынке или наличие у покупателя заключенного с поставщиком договора купли-продажи электроэнергии, который исполняется надлежащим образом.

Согласно пункту 34 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), по договору между смежными сетевыми организациями одна сторона договора обязуется предоставлять другой стороне услуги по передаче электрической энергии с использованием принадлежащих ей на праве собственности или на ином законном основании объектов электросетевого хозяйства, а другая сторона обязуется оплачивать эти услуги и (или) осуществлять встречное предоставление услуг по передаче электрической энергии. Услуга предоставляется в пределах величины присоединенной (заявленной) мощности в соответствующей точке технологического присоединения объектов электросетевого хозяйства одной сетевой организации к объектам другой сетевой организации.

В соответствии со статьей 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно пункту 1 статьи 780 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (статья 310 ГК РФ). В силу статьи 408 ГК РФ надлежащее исполнение прекращает обязательство.

Для потребителей Пермского края на 2015 год утверждены единые (котловые тарифы) на услуги по передаче электрической энергии. ОАО «МРСК Урала» в лице филиала «Пермэнерго» является «котлодержателем», в связи с чем необходимая валовая выручка (НВВ) ОАО «МРСК Урала» определена с учетом затрат смежных сетевых организаций. Потребители услуг по передаче электрической энергии, в том числе энергосбытовые организации и гарантирующие поставщики, оплачивают ОАО «МРСК Урала» стоимость услуг по передаче электроэнергии по сетям сетевых организаций по единым «котловым» тарифам, в которые включены затраты на оплату стоимости услуг по передаче электроэнергии по сетям всех сетевых организаций Пермского края.

Стоимость услуг исполнителя по передаче электроэнергии определяется путем умножения объема переданной электроэнергии на соответствующем уровне напряжения и группе потребителя на установленный для исполнителя РСТ Пермского края тариф на услуги по передаче электроэнергии для соответствующего уровня напряжения и группы потребителя (при наличии соответствующей дифференциации тарифов).

Факт владения объектами электросетевого хозяйства, посредством которого оказаны услуги по передаче электроэнергии, подтвержден представленными истцом в материалы дела договором аренды движимого имущества от 01.06.2015; договором аренды объектов электроэнергетики потребителя № 04-07-15 от 01.07.2015 года (л.д. 68-85 т.1).

Факт оказания услуг и их объем подтверждены представленными в материалы дела документами (ведомостями объема передачи электроэнергии, актами электропотребления), и ответчиком документально не опровергнуты. 

По общему правилу оказание услуг по передаче электрической энергии осуществляется в отношении точек поставки на розничном рынке на основании публичного договора возмездного оказания услуг.

Порядок заключения и исполнения таких договоров, в том числе между смежными сетевыми организациями, устанавливается Правилами № 861.

В соответствии с абзацем 8 пункта 2 Правил № 861 сетевыми организациями признаются организации, владеющие на праве собственности или на ином установленном федеральными законами основании объектами электросетевого хозяйства, с использованием которых такие организации оказывают услуги по передаче электрической энергии и осуществляют в установленном порядке технологическое присоединение энергопринимающих устройств (энергетических установок) юридических и физических лиц к электрическим сетям.

Факт владения истцом объектами сетевого хозяйства на законном основании при наличии тарифа на услуги по передаче электрической энергии подтверждается материалами дела, следовательно, статус истца как территориальной сетевой организации, оказывающей услуги по передаче электрической энергии потребителям, технологически присоединенным к его электрическим сетям, подтвержден.

Изменение в течение периода регулирования объектов электросетевого хозяйства у территориальной сетевой компании не оказывает влияние на наличие (отсутствие) у нее такого статуса.

В целях обеспечения исполнения своих обязательств перед потребителями услуг сетевая организация заключает договоры с иными сетевыми организациями, имеющими технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства, с использованием которых данная сетевая организация оказывает услуги по передаче электрической энергии (смежными сетевыми организациями), в соответствии с разделом III Правил № 861.

В силу естественно-монопольной деятельности сетевых организаций их услуги по передаче электроэнергии подлежат государственному ценовому регулированию (пункт 1 статьи 424 ГК РФ, статьи 4, 6 Федерального закона от 17.08.1995 №147-ФЗ «О естественных монополиях», пункт 4 статьи 23.1 Закона об электроэнергетике, пункты 6, 46-48 Правил № 861, подпункт 3 пункт 3 Основ № 1178).

Цены (тарифы) применяются в соответствии с решениями регулирующих органов, в том числе с учетом особенностей, предусмотренных нормативными правовыми актами в области электроэнергетики (пункт 35 Правил государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178, далее - Правила № 1178).

В соответствии с Информационным письмом Федеральной службы по тарифам от 04.09.2007 № ЕЯ-5133/12 «О введении котлового метода расчета тарифов на услуги по передаче электрической энергии», в целях обеспечения каждой сетевой организации средствами в размере ее необходимой валовой выручки необходимо обеспечить перераспределение полученных по единому (котловому) тарифу средств между сетевыми организациями в соответствии с Методические указания по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке (далее - Методические указания № 20-э/2), утвержденные Приказом ФСТ России от 06.08.2004 № 20-э/2.

Конечные потребители оплачивают услуги по передаче электроэнергии по единому «котловому» тарифу, который гарантирует равенство тарифов для всех потребителей услуг, расположенных на территории субъекта Российской Федерации и принадлежащих к одной группе, и обеспечивает совокупную необходимую валовую выручку всех сетевых организаций региона, входящих в «котел». Ввиду того, что фактические затраты сетевых организаций в регионе различны, для получения положенной им экономически обоснованной необходимой валовой выручки (далее - НВВ) каждой паре сетевых организаций утверждается индивидуальный тариф взаиморасчетов, по которому одна сетевая организация должна передать другой дополнительно полученные денежные средства (подпункт 3 пункта 3 Основ № 1178, пункты 49, 52 Методических указаний № 20-э/2).

Как следует из Правил № 1178, принципов и методов расчета цен (тарифов), установленных в разделе III Основ № 1178, а также пунктов 43, 44, 47-49, 52 Методических указаний № 20-э/2, тариф устанавливается так, чтобы обеспечить сетевой организации экономически обоснованный объем финансовых средств, необходимых для осуществления регулируемой деятельности в течение расчетного периода регулирования, то есть объем НВВ. При этом базовые величины для расчета ставок тарифов рассчитываются исходя из характеристик объектов электросетевого хозяйства, находившихся в законном владении сетевой организации на момент принятия тарифного решения. Инициатором принятия тарифного решения является регулируемая организация, которая представляет в регулирующий орган исходные сведения для установления тарифа.

Из указанных правовых норм следует, что в основе тарифа лежит экономическое обоснование НВВ регулируемой организации. Распределение совокупной НВВ всех сетевых организаций региона посредством применения индивидуальных тарифов для смежных пар объективно обусловлено составом электросетевого хозяйства сетевых организаций и объемом перетока электроэнергии через объекты электросетевого хозяйства.

По общему правилу, сетевые организации получают плату за услуги по передаче электроэнергии по установленным им тарифам по тем объектам электросетевого хозяйства, которые учитывались регулирующим органом при принятии тарифного решения. Такой порядок распределения совокупной НВВ экономически обоснован и обеспечивает баланс интересов сетевых организаций.

Вместе с тем, применение котловой модели не исключает риски, связанные с отклонением фактических величин от прогнозных, что может быть связано, в том числе с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в законное владение сетевой организации в течение периода регулирования, а также с появлением дополнительных или изменением существующих точек поставки.

Если возникновение новых точек поставки вызвано объективными причинами (подключение новых объектов электроснабжения, изменение схемы энергоснабжения, ликвидация предыдущих сетевых организаций и т.п.) в связи с обычной хозяйственной деятельностью территориальных сетевых организаций и это повлекло увеличение объема котловой выручки, то сетевые организации, оказывавшие услуги по данным точкам, вправе претендовать на получение дополнительного дохода, который может быть распределен в течение этого же периода регулирования с применением индивидуальных тарифов с последующей корректировкой мерами тарифного регулирования.

Законодательство гарантирует субъектам электроэнергетики соблюдение их экономических интересов в случае осуществления ими деятельности разумно и добросовестно и не запрещает сетевой организации получать плату за услуги по передаче электроэнергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в ее законное владение в течение периода регулирования. Объективно возникающий в этом случае дисбаланс корректируется впоследствии мерами тарифного регулирования, которыми предусмотрено возмещение убытков регулируемым организациям в последующих периодах регулирования при наличии неучтенных расходов, понесенных по не зависящим от этих организаций причинам (пункт 7 Основ № 1178, пункт 20 Методических указаний № 20-э/2).

При этом само по себе отсутствие при установлении тарифа тех или иных потребителей либо точек поставки автоматически не означает невозможность оплаты услуг по передаче электроэнергии во всех случаях. При рассмотрении спора об оплате услуг по передаче электроэнергии решающее правовое значение приобретают конкретные фактические обстоятельства дела. В частности, необходимо принимать во внимание, по каким причинам и вследствие каких обстоятельств в договоре на оказание услуг по передаче электроэнергии и (или) в индивидуальном тарифе отсутствуют конкретные потребители или точки поставки. При этом при рассмотрении конкретных споров необходимо учитывать схему договорных правоотношений, конкретные условия договора, а также добросовестность поведения сторон, как при его заключении, так и при его исполнении, а также добросовестность поведения сторон на рынке энергоснабжения при оказании услуг по передаче электроэнергии.

Действия сетевой организации могут квалифицироваться как злоупотребление правом, если они направлены исключительно на обход правовых норм о государственном регулировании цен и подрыв баланса интересов потребителей услуг и иных сетевых организаций.

Вышеизложенная правовая позиция также изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ) (пункт 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно пункту 3 статьи 10 ГК РФ в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены Кодексом.

Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков (пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

С учетом указанных подходов судом проанализированы доводы ответчика о наличии в действиях истца признаков злоупотребления правом, выразившихся в обходе действующего законодательства о ценообразовании.

Суд применительно к рассматриваемой ситуации с учетом представленных в дело истцом документов и пояснений не усматривает злоупотребления либо недобросовестного поведения со стороны истца. К данному выводу суд пришел, в том числе в результате исследования обстоятельств, связанных с арендой сетей, целями принятия объектов в аренду для обеих сторон.

Ответчиком не опровергнуто то, что заключение владельцами электросетевых объектов договоров аренды с сетевыми организациями вызвано установленным законодательством запретом препятствовать перетоку электрической энергии; необходимостью получения доходов от сдачи в аренду объектов сетей; существенным снижением расходов по оплате за потребленную электрическую энергию, поскольку обязательство по оплате потерь переходит к арендатору; снижением расходов на текущее содержание и эксплуатацию объектов сетей.

В рассматриваемом случае в результате действий истца по аренде спорных сетей новые участки сетей не возникли, изменение тарифа на услуги по передаче электрической энергии (тарифного уровня напряжения) для потребителей и «котлодержателя» не произошло, определение объемов переданной (потребленной) электрической энергии осуществляется по тем же приборам учета, что подтверждается актами разграничения, актами электропотребления, подписанными потребителями.

Вследствие изменения границ балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности и точек поставки по договорам энергоснабжения, истец приобрел обязательство по покупке электрической энергии в целях компенсации потерь у гарантирующего поставщика.

С учетом изложенного приобретение истцом объектов электросетевого хозяйства в течение тарифного периода не носило формальный характер, а преследовало цель реального использования данного имущества для оказания услуг по передаче электрической энергии.

Из имеющихся в деле документов усматривается, что в порядке п. 2.6 договора истцом ответчику направлялись письмо № 182-06/15 от 23.06.2015 о включении новых точек в договор, ответчик  отказался включать дополнительное имущество в договор до корректировки индивидуального тарифа истца (л.д. 124- 126 т.1). 

Кроме того, действующее законодательство не содержит запрета для организации, осуществляющей регулируемый вид деятельности, увеличивать вследствие совершаемых сделок состав электросетевого оборудования для осуществления своей хозяйственной деятельности по оказанию услуг по передаче электрической энергии в текущем периоде тарифного регулирования.

Объективно возникающий дисбаланс корректируется впоследствии мерами тарифного регулирования, предусматривающими как возмещение, так и исключение экономически обоснованных расходов, не учтенных при установлении тарифов (пункт 7 Основ ценообразования от 29.11.2011 №1178. Пункт 20 Методических указаний №20-э/2). 

В силу пункта 37 Основ ценообразования от 29.11.2011 №1178 в течение долгосрочного периода регулирования регулирующие органы ежегодно осуществляют корректировку необходимой валовой выручки и (или) цен (тарифов), установленных на долгосрочный период регулирования, с учетом, в том числе, изменения не учтенного при установлении тарифов состава активов, используемых для осуществления регулируемой деятельности.

Действующее законодательство не возлагает в таких случаях на сетевую организацию обязанности по обращению к регулирующему органу за изменением тарифного решения.

Принятие отдельного тарифного решения на вновь принятое электросетевое имущество действующим законодательством также не предусмотрено.

Поскольку спорное имущество перешло к ООО «ВЭСК» на основании реально совершенных сделок от иных владельцев сетей, спорные точки поставки согласованы между исполнителем услуг и потребителями, у суда отсутствуют основания для вывода о манипуляции истцом объектами электросетевого хозяйства, совершенной с целью перераспределения котловой валовой выручки, свидетельствующими, в свою очередь, о злоупотреблении правом со стороны ООО «ВЭСК».

Кроме того, в обоснование факта несения расходов по обслуживанию указанного имущества истец представил в дело договор № 1 ТОи ТР/15/ВЭСК от 01.01.2015, № 4-07-2015 от 01.07.2015, акты оказанных услуг (л.д. 1-18 т.2).

При таких обстоятельствах, суд полагает правомерным предъявление ООО «ВЭСК» к оплате ОАО «МРСК Урала» стоимости услуг по передаче электрической энергии, оказанных с использованием спорного электросетевого оборудования.

Суд находит обоснованным довод истца о том, что постановление РСТ ПК «Об индивидуальных тарифах на услуги по передаче электрической энергии по сетям ООО «ВЭСК» признано утратившим силу с 08.09.2017, т.е. в спорный период тариф у истца был действующим.

Доказательств того, что услуги по передаче электрической энергии, оказанные истцом с использованием сетевого имущества, ответчику не оплачены гарантирующим поставщиком, материалы дела не содержат.

Доказательства передачи истцом электроэнергии в ином количестве, контррасчет, ответчиком не представлены (статьи 9, 65 АПК РФ). Кроме того, в рамках рассматриваемого спора ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что в совокупной НВВ стоимость услуг, оказанных истцом с использованием спорного электросетевого хозяйства, составляет меньшую сумму, чем предъявлено к взысканию истцом.

Учитывая изложенное, требования истца о взыскании с ответчика задолженности в размере 103 846 руб. 93 коп. являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Также истцом заявлено требование о взыскании 717 545,95 руб.  стоимость услуг по передаче энергоресурса (по ставке на содержание электрических сетей), оказанных посредством объектов, взятых истцом в аренду у ООО «Камос-Лайн».

Сторонами не согласовано Приложение № 3.2 к договору на 2015 года. В связи с этим при расчете истец  исходил из плановых значений полезного отпуска электрической мощности на 2015 год, предусмотренный в экспертном заключении РСТ Пермского края об установлении (корректировке тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям истца на 2015 год в рамках долгосрочного периода регулирования (2014-2016 гг.) 

Ответчик не оплатил стоимость услуг по передаче электроэнергии по ставке на содержание сетей, в связи с выбытием имущества КТП-0445 по причине с 01.06.2015 расторжения договора аренды сетевого имущества с ООО «Камос-Лайн».

Истец указал, что после выбытия из владения истца КТП-0445 им было приобретено иное сетевое имущество КТП-00126, КТП-0075, КТП-842, анализ оказания услуг с помощью четырех указанных объектов показывает, что фактические объемы переданной электрической энергии и мощности с помощью КТП-00126, КТП-0075, КТП-842 превышают аналогичные показатели, переданные с помощью КТП-0445. 

В соответствии с договором от 10.10.2013 № КЛ-25/13 ООО «Камос-Лайн» (арендодатель) передало ООО «ВЭСК» (арендатор) в аренду электросетевое оборудование согласно Приложению № 1 к договору аренды (ТП-0445, КЛ-6 кВ). 

31.05.2015 между ООО «Камос-Лайн» и ООО «ВЭСК» подписан акт сдачи-приемки к названному выше договору, согласно которому арендатор возвратил арендодателю арендованное ранее имущество. 

Факт отсутствия оказания услуг истцом посредством использования ТП-0445 также подтверждается ведомостью объемов передачи электроэнергии: так, в ведомости за май 2015 года имеются сведения о полезном отпуске в отношении ТП-0445 (по сетям истца) – строка 69 ведомости; с июня 2015 года – в соответствующей ведомости полезный отпуск по сетям истца по указанной ТП отсутствует. 

Таким образом, с 01.06.2015 истец перестал оказывать ответчику услуги по передаче электроэнергии и мощности с использованием оборудования, которое выбыло из его владения, в связи с чем объем услуг по передаче мощности, оказываемых истцом, уменьшился.  

В соответствии со ст. 544 ГК РФ оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учета энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Поскольку с 01.06.2015 истец не оказывал ответчику услуги по передаче электроэнергии и мощности с использованием ТП-0445, не нес затраты на содержание данного имущества, постольку предъявлять ко взысканию стоимость услуг по передаче энергоресурса (по ставке на содержание электрических сетей) он не вправе в отсутствие факта оказания услуг. 

Как указано выше, стороны при исполнении договора оказания услуг по передаче электрической энергии и мощности № 07-179/2013 применяют при расчетах двухставочный вариант тарифа. 

В настоящем случае примененная истцом методика (расчет только по ставке на содержание сетей) при отсутствии оказания услуг посредством спорных сетей и несения соответствующих затрат на содержание сетей без применения ставки на оплату технологического расхода (потерь) по этим же сетям не основана на правовых нормах, поскольку «усеченный» вариант тарифа при расчетах между ТСО не может быть применен. 

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины по иску относятся стороны пропорционально размеру исковых требований.

Руководствуясь ст.110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края 

РЕШИЛ:

1. Исковые требования удовлетворить частично.  

2. Взыскать с Открытого акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Вторая электросетевая компания», (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>) 103 846 руб. 93 коп. (Сто три тысячи восемьсот сорок шесть рублей 93 коп.) задолженности за услуги по передаче электроэнергии (по оплате технологического расхода (потерь) за период с июля по декабрь 2015 года, а также 2 456  руб. (Две тысячи четыреста пятьдесят шесть рублей) в возмещение расходов по оплате госпошлины по иску. 

3. В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  в течение месяца со дня его  принятия через Арбитражный суд Пермского края.

Судья                                                                      А.А. Неклюдова