АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

15 августа 2024 года

Дело №

А42-2863/2014

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Колесниковой С.Г., судей Бычковой Е.Н., Мирошниченко В.В.,

рассмотрев  05.08.2024  в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Мурманской области от 25.01.2023 по делу  № А42-2863/2014 (-32),

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Мурманской области от 07.07.2014 (резолютивная часть от 30.06.2014) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Северсервис», адрес: 183034,                  

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Компания), введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением суда от 23.12.2014 открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Определением от 09.10.2019 ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего и определением от 24.10.2019 в этой должности утвержден ФИО3.

Арбитражный управляющий ФИО3 24.04.2021 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего  и определением от 19.05.2021 конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Конкурсный управляющий  Компанией 12.04.2022  обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО6, ФИО1 (г. Мурманск), ФИО7 в солидарном порядке как лиц, контролировавших деятельность Компании, к субсидиарной ответственности по не исполненным должником денежным обязательствам перед кредиторами, взыскании с указанных лиц солидарно денежных средств в конкурсную массу.

Определением от 27.04.2022 суд принял заявление к производству, присвоил обособленному спору номер  А42-2863-32/2014.

В ходе рассмотрения обособленного спора конкурсный управляющий неоднократно в порядке части 1 статьи 49 АПК РФ уточнял заявленные требования; согласно окончательной редакции заявления (заявление об уточнении требований от 12.01.2023 № 116) конкурсный управляющий просил взыскать с ФИО5, ФИО6, ФИО1, ФИО7 солидарно в порядке субсидиарной ответственности в конкурсную массу должника  117 201 155,80 руб.

Определением от 25.01.2023 суд удовлетворил заявление и взыскал с ответчиков солидарно 117 201 155,80 руб. в конкурсную массу должника.

Определением от 28.06.2023 с ФИО5, ФИО6,                        ФИО1, ФИО7 взыскано солидарно в порядке субсидиарной ответственности в конкурсную массу 9 269 003,70 руб.

Определением от 03.07.2023 с ФИО5, ФИО6,                       ФИО1, ФИО7 солидарно в порядке субсидиарной ответственности в конкурсную массу взыскано 4 017 401,04 руб.

ФИО1 обжаловал в апелляционном порядке определения Арбитражного суда Мурманской области от 25.01.2023 по делу                                        № А42-2863-32/2014, от 28.06.2023 по делу № А42-2863-34/2014 и от 03.07.2023 по делу № А42-2863-33/2014.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2024, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 05.06.2024,   апелляционная жалоба возвращена подателю.

ФИО1 направил  в Арбитражный суд Северо-Западного округа  кассационную жалобу на определение Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2024 и определения Арбитражного суда Мурманской области от 25.01.2023 по делу № А42-2863-32/2014, от 28.06.2023 по делу № А42-2863-32/2014 и от 03.07.2023 по делу № А42-2863-33/2014.

Суд округа посчитал необходимым отдельно проверить законность определения Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2024 и каждого обжалуемого определения суда первой инстанции.

В настоящем кассационном производстве рассмотрена кассационная жалоба на определение суда первой инстанции от 25.01.2023 по обособленному спору № А42-2863-32/2014.

Податель кассационной жалобы, ссылаясь на неправильное применение судом первой инстанции норм права и несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение суда первой инстанции.

Как указывает податель жалобы, он был руководителем должника  менее трех месяцев (с 23.10.2014 по 15.01.2015), будучи назначен директором Компании после введения в отношении должника 30.06.2024 процедуры наблюдения. Кроме того, он является инвалидом по зрению первой группы.

 ФИО1 отмечает, что на момент его назначения на должность руководителя должника у последнего уже имелись признаки банкротства.

Ответчик указывает, что не мог исполнить обязанность по передаче документации должника конкурсному управляющему ФИО2, поскольку документация была передана временному управляющему ФИО2 учредителем Компании ФИО5 до назначения руководителем ФИО1; конкурсный управляющий ФИО2 имел возможность осуществлять свою деятельность, получил все необходимые сведения и документы, к ФИО1   по поводу предоставления каких-либо документов не обращался.

Лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного заседания, представителей не направили, в связи с чем жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы. 

Как установлено судом, руководителями должника являлись:

с 08.11.2011 по 05.04.2012 - ФИО5 (также являющийся учредителем Компании с долей участия - 100 %);

с 06.04.2012 по 16.10.2012 - ФИО8;

с 17.10.2012 по 30.03.2014 – ФИО7;

с 31.03.2014 по 22.10.2014 – ФИО6;

с 23.10.2014 по 15.01.2015 – ФИО1

Согласно данным бухгалтерского баланса за 2013 год (предшествующий дате возбуждения производства по делу о банкротстве должника) общий размер активов должника составил 13 852 тыс. руб., в том числе основные средства - 1 204 тыс. руб., дебиторская задолженность - 12 354 тыс. руб., запасы -                      325 тыс. руб., денежные средства - 66 тыс. руб. прочие оборотные активы -                  3 тыс. - руб.; убыток должника за 2013 год составил 124 269 тыс. руб., кредиторская задолженность - 137 410 тыс. руб. Означенные  обстоятельства установлены определением Арбитражного суда Мурманской области от 18.02.2017 по делу № А42-2863/2014 3н, определением от 07.07.2014 о введении в отношении должника процедуры наблюдения.

Производство по делу о банкротстве Компании  возбуждено определением Арбитражного суда Мурманской области от 26.05.2014 на основании заявления кредитора – открытого акционерного общества «Мурманская ТЭЦ».

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий сослался на следующие обстоятельства.

В нарушение положений пункта 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также требований решения Арбитражного суда Мурманской области 30.12.2014 по делу № А42-2863-32/2014 последним руководителем должника ФИО1 не обеспечена передача конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, материальных и иных ценностей.

В период исполнения обязанностей руководителя должника                         ФИО7 Компания и ФИО5 заключили договор от 10.01.2014  купли продажи недвижимого имущества - офиса расположенного по адресу:                 

<

...>, площадью 59,9 кв. м.

Определением Арбитражного суда Мурманской области от 18.01.2017 по делу А42-2863/2014 (3н) указанная сделка была признана судом недействительной как совершенная во вред имущественным интересам кредиторов должника.

В период исполнения обязанностей руководителя должника                       ФИО9, а именно 25.06.2014, Компания  (цедент) и некоммерческая организация «Первая Мурманская коллегия адвокатов» (цессионарий) заключили договор уступки прав требования, в соответствии с которым цессионарий принял в полном объеме права требования уплаты задолженности за оказанные должником жилищно-коммунальные услуги за период с 01.03.2012  по 01.06.2014  в сумме 48 083 460,96 руб.

Определением Арбитражного суда Мурманской области от 05.09.2016 по делу А42-2863/2014 (1н) указанная сделка признана недействительной как совершенная во вред имущественным интересам кредиторов должника.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017                № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266).

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266 о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266 процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Суд правильно исходил из того, что при рассмотрении спора применяются процессуальные нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266, поскольку заявление конкурсного управляющего подано в суд 12.04.2022; ввиду приведенных конкурсным управляющим доводов, относящихся к действиям ответчиков, совершенным в совокупности в период 2013 – 2014 гг, материальное право определяется нормами статьи 10 Закона о банкротстве в редакциях Закона о банкротстве, действовавших в спорный период.

Суд счел доказанным наличие оснований для привлечения                      ФИО7, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника по основанию, предусмотренному пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (абзацами третьим и четвертым  пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).  В этой части выводы суда не обжалуются.

Устанавливая основания ответственности ФИО1, суд исходил из того, что при введении конкурсного производства в отношении должника решением от  30.12.2014  были прекращены полномочия ФИО1 как руководителя и он был обязан в трехдневный срок с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Требование вступившего в законную силу указанного судебного акта ФИО1 не исполнено, доказательства, опровергающие доводы заявителя, не представлены.

Приняв во внимание изложенное, суд пришел к выводу о наличии в рассматриваемом случае совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным абзацем четвертым пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве  (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям», действовавшей с 30.06.2013 и на момент совершения ответчиком означенных конкурсным управляющим сделок), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информации об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Ведение текущей финансово-хозяйственной деятельности общества, организация бухгалтерского и налогового учета возложены действующим законодательством на руководителя общества (статья 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей документации (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Суд первой инстанции означенные правовые позиции не учел, согласившись в доводами конкурсного управляющего, который ограничился формальной ссылкой на факт обязания последнего руководителя решением о введении конкурсного производства передать документацию и ценности должника  конкурсному управляющему.

Между тем конкурсный управляющий не указал, какая именно документация отсутствовала, как это повлияло  на проведение процедур банкротства, при том, что суд установил факты успешного оспаривания конкурсным управляющим сделок должника.

Суд не выяснил, обращались ли последовательно исполняющие свои обязанности  конкурсные управляющие  с требованием к ФИО1 об истребовании документации и ценностей должника. С момента принятия решения от 30.12.2014  о введении конкурсного производства до подачи 12.04.2022 заявления о привлечении к субсидиарной ответственности прошло более 7 лет, в то время как разумный конкурсный управляющий должен принять меры по истребованию документации в случае, если она действительно не передана, по истечении установленного статьей 126 Закона о банкротстве трехдневного срока для такой передачи.

Конкурсный управляющий не указал, принимались ли им меры по истребованию документации и ценностей у ФИО6, занимавшего должность руководителя в период с 31.03.2014 по 22.10.2014 – до назначения на эту должность ФИО1 

К тому же ФИО1 был назначен руководителем Компании после введения наблюдения, занимал должность руководителя менее 3 месяцев.

С учетом изложенного принятое по делу определение в силу части 1 статьи 288 АПК РФ в обжалуемой части подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, установить все имеющие существенное значение для дела обстоятельства, после чего, сделав вывод о наличии или отсутствии оснований для удовлетворения заявления, принять законное и обоснованное решение.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Мурманской области от 25.01.2023 по делу № А42-2863/2014 (-32) в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд Мурманской области на новое рассмотрение в отмененной части.

Председательствующий

С.Г. Колесникова

Судьи

 

Е.Н. Бычкова

В.В. Мирошниченко