﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-4906/2016(2,3)-АК

Дело №А60-5216/2015

10 июня 2019  года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 июня 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 июня 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Зарифуллиной Л.М., 

судей 			  Даниловой И.П., Мармазовой С.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Саранцевой Т.С., 

в судебном заседании приняли участие: 

от лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, Шеина И.Г. – Булия П.Р., удостоверение, доверенность от 07.03.2019,

заинтересованное лицо - Лахтин М.В., паспорт,

от заинтересованного лица Лахтина М.В. – Серебренников С.А., паспорт, доверенность от 02.02.2016, 

от заинтересованного лица Косовой Л.В. – Шумихин А.А., удостоверение, доверенность от 07.09.2018, 

иные лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные  жалобы лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, Шеина Игоря Геннадьевича и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Октан 96» Срывкина Сергея Михайловича

на  определение Арбитражного  суда Свердловской области 

от 20 февраля 2019 года 

о результатах рассмотрения заявления конкурсного управляющего о  привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, вынесенное судьей Сергеевой Т.А. 

в рамках дела  №А60-5216/2015

о признании общества с ограниченной ответственностью  «Октан 96» (ИНН 6617017118, ОГРН 1096617000424) несостоятельным (банкротом),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Белоусов Илья Леонидович, Заинчковский Евгений Игоревич, Бнлова Ольга Олеговна, Гатин Сергей Рустамович, Дубовицкий Юрий Анатольевич

установил:

11 февраля 2015 года в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление администрации городского округа Краснотурьинск(ИНН 6617002880, ОГРН 1026601184037) о признании общества с ограниченной ответственностью «Октан 96» несостоятельным (банкротом).

Определением от 18.02.2015 заявление администрации городского округа Краснотурьинск (ИНН 6617002880, ОГРН 1026601184037) принято к производству, возбуждено настоящее дело о банкротстве. 

Определением суда от 20.04.2015 (резолютивная часть от 16.04.2015) в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утвержден Срывкин Сергей Михайлович (адрес для корреспонденции, 620000, г. Екатеринбург, а/я 631), член Некоммерческого партнерства «Первая СРО АУ» (109029, г. Москва, ул. Скотопрогонная, д. 29/1, оф. 600).

Сообщение о введении в отношении должника наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 84 от 16.05.2015, стр.35.

Решением суда от 28.10.2015 (резолютивная часть оглашена 21.10.2015) должник общество с ограниченной ответственностью «Октан 96» (ИНН 6617017118, ОГРН 1096617000424) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим утвержден Срывкин Сергей Михайлович (адрес для корреспонденции, 620000, г. Екатеринбург, а/я 631), член Некоммерческого партнерства «Первая СРО АУ» (109029, г. Москва, ул. Скотопрогонная, д. 29/1, оф. 600).

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №210 от 14.11.2015, стр.9. 

Срок конкурсного производства в отношении общества с ограниченной ответственностью «Октан 96» (ИНН 6617017118, ОГРН 1096617000424) неоднократно продлевался.

20 июля 2018 года в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление конкурсного управляющего Срывкина Сергея Михайловича о привлечении контролирующих должника лиц Шеина Игоря Геннадьевича, Панкова Дмитрия Анатольевича, Баканина Юрия Николаевича, Баканина Николая Васильевича, Косовой Ларисы Викторовны, Лахтина Михаила Владимировича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (с учетом уточнений в порядке статьи 49 АПК РФ от 10.09.2018, 02.10.2018, 25.10.2018) и взыскании с указанных лиц в порядке субсидиарной ответственности 7 053 578,35 рубля, состоящих из 4 849 534,10 рубля – требований кредиторов включенных в реестр, 2 204 044,25 рубля – текущих требований.

В качестве оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности указано на неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве должника при наличии признаков неплатежеспособности; на невозможность погашения требований кредиторов вследствие совершения действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц (непередача конкурсному управляющему документов об имущественном состоянии должника, совершение сделок по выводу имущества должника. 

Указанное заявление определением от 27.07.2018 принято к производству суда. 

К участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица с правами ответчика привлечен Лахтин М.В. (определение от 11.10.2018).

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Белоусов Илья Леонидович, Заинчковский Евгений Игоревич, Бнлова Ольга Олеговна, Гатин Сергей Рустамович, Дубовицкий Юрий Анатольевич (определение от 28.12.2018).

По ходатайству конкурсного управляющего определением суда от 16.11.2018 приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на денежные средства Шеина И.Г., Панкова Д.А., Баканина Ю.Н., Баканина Н.В., Лахтина М.В. и Косовой Л.В. в отношении каждого в пределах суммы 7 053 578,35 рубля. 

Определением суда от 21.12.2018 заменены обеспечительные меры, принятые  определением от 16.11.2018 в отношении Лахтина М.В. Наложен арест на дом и земельный участок, расположенные по адресу: Свердловская область, г. Краснотурьинск, ул. Калинина,36 и автомобиль Мерседес-Бенц стоимостью 4 500 000 рублей, принадлежащие Лахтину М.В.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20 февраля 2019 года (резолютивная часть от 12.02.2019) признано доказанным наличие оснований для привлечения Шеина Игоря Геннадьевича к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Октан 96» (ИНН 6617017118, ОГРН 1096617000424). Производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности Шеина Игоря Геннадьевича приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении заявления в отношении Панкова Дмитрия Анатольевича, Баканина Юрия Николаевича, Баканина Николая Васильевича, Косовой Ларисы Викторовны, Лахтина Михаила Владимировича отказано. Принятые определением от 16.11.2018 обеспечительные меры в отношении имущества Панкова Дмитрия Анатольевича, Баканина Юрия Николаевича, Баканина Николая Васильевича, Косовой Ларисы Викторовны отменены после вступления настоящего определения в законную силу. Принятые определением от 21.12.2018 обеспечительные меры в отношении имущества Лахтина Михаила Владимировича отменены после вступления настоящего определения в законную силу.

Не согласившись с судебным актом, Шеин И.Г. и конкурсный управляющий ООО «Октан 96» Срывкин С.М. обратились с апелляционными жалобами.

Шеин И.Г. просит определение суда от 20.02.2019 отменить, в удовлетворении заявления отказать в полном объеме, ссылаясь на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права; несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела; недоказанность обстоятельств, имеющих значение для дела, которые суд посчитал установленными. 

В обоснование доводов апелляционной жалобы указав, что она являлся директором общества «Октан 96» до 26.03.2014, т.е. до даты, когда решением внеочередного общего собрания участников ООО «Октан 96» от 26.03.2014 был освобожден от должности директора должника по собственному заявлению. Ранее, 26.02.2014, все участники общества были уведомлены о созыве общего собрания по данному вопросу, что подтверждено определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.11.2015 по настоящему делу, которым в истребовании документов общества у Шеина И.Г. отказано. Однако, данные доказательства не были оценены судом при вынесении определения. Судом не дана оценка указанным обстоятельствам с точки зрения положений трудового законодательства, а именно статьи 280 Трудового кодекса РФ. Косовой Л.В. была передана печать общества, как обязательный атрибут юридического лица, удостоверяющий статус исполнительного органа, передача же документации и иного имущества общества формально закреплена не была по причине того, что  находилось в офисном помещении общества, куда участники общества имели свободный доступ. В соответствии с абзацем 4 пункта 8.1 Устава директор общества избирается общим собранием участников общества сроком на пять лет. Учитывая, что Шеин И.Г. был избран в качестве директора общества 15.04.2009, срок его полномочий истек 15.04.2014, участники общества в любом случае были обязаны избрать нового директора общества в апреле 2014 года, чему также не дана оценка судом. Учитывая, что директор общества Шеин И.Г. выбыл из правоотношений с обществом еще за год до возбуждения дела о банкротстве, арбитражные управляющие не предприняли никаких мер для достижения действенного результата, ограничившись тем, что формально истребовали документы у лица которое уже не имело никакого отношения к обществу, и данное поведение нельзя признать добросовестным и разумным. При вынесении обжалуемого определения судом не дана оценка данным действиям арбитражных управляющих, и соответствия их пункту 1 статьи 10 ГК РФ. Вывод суда о том, что подтвержден факт противоправного виновного поведения Шеина И.Г. по необеспечению сохранности документов бухгалтерского учета должника, не подтвержден материалами дела, основан судом на акте выездной налоговой проверки №41 от 17.02.2015, которым зафиксировано, что вход в здание, где находился офис должника, заколочен досками, при вскрытии помещения собственниками здания оказалось, что в комнатах помещения расположен строительный мусор, находятся порванные бумаги, сломанная мебель, отсутствует свет и отопление. На предмет относимости к установлению вины Шеина И.Г. указанный акт судом не проверен, поскольку акт составлен 17.02.2015, а Шеин И.Г. уволился с должности директора 26.03.2014. При отсутствии претензий со стороны участников общества, данный акт является доказательством того, что при Шеине И.Г. офис общества в подобном состоянии не находился и до данного состояния доведен после его ухода с должности. Выводы суда о возникновении налоговой недоимки, выявленной в результате проведенной проверки в 2015 году, по вине Шеина И.Г. не соответствуют обстоятельствам дела. Не учтено, что в период с 2011 по 2013 года должник под руководством Шеина И. Г. осуществлял хозяйственную деятельность с положительной динамикой и претензий со стороны налогового органа не было. Данные обстоятельства являются основанием для отмены судебного акта. 

Конкурсный управляющий просит определение суда от 20.02.2019 отменить, удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы конкурсный управляющий ссылается на то, что в связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела, арбитражный суд первой инстанции необоснованно отказал в привлечении к субсидиарной ответственности Панкова Д.А., Косовой Л.В., Баканина Ю.Н., Баканина Н.В., Лахтина М.В. Судом не учтено, что 06.06.2013 на внеочередном общем собрании участников общества Косова Л.В., Баканин Ю.Н., Баканин Н.В., обладавшие в совокупности долей в уставном капитале 60%, приняли решение об одобрении сделки по отчуждению имущества общества (комплекса зданий и сооружений АЗС) по цене 1 000 000 рублей и заключению договора с Дубовицкой В.И., которая решением арбитражного суда Свердловской области от 15.06.2015 по делу №А60-27097/2014 была признана недействительной, поскольку недвижимое имущество было продано по цене, ниже его рыночной стоимости. В связи с чем, судебный акт подлежит отмене, вышеуказанные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

До начала судебного заседания отзывы на апелляционные жалобы не поступили. 

В суде апелляционной инстанции представитель Шеина И.Г. поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Просит судебный акт отменить, в удовлетворении заявления о привлечении Шеина И.Г. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказать. Против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего возражает. 

Представитель Косовой Л.В. с доводами апелляционных жалоб не согласен, просит оставить определение суда без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Заинтересованное лицо Лахтин М.В. и его представитель с доводами апелляционных жалоб не согласны, просят оставить определение суда без изменения. 

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статьи 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Судом первой инстанции отменены принятые обеспечительные меры, судебный акт в указанной части не обжалован, в связи с чем, определение суда в указанной части судом апелляционной инстанции не проверяется. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов апелляционных жалоб в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ. 

Как установлено судом и следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Октан 96» было зарегистрировано в качестве юридического лица 14.04.2009 года за основным государственным регистрационным номером 1096617000424, ИНН 6617017118. Юридический адрес общества: 624447 Свердловская область, г. Краснотурьинск, ул. Микова, 10-326. 

Основным видом деятельности общества являлась розничная торговля моторным топливом (код по ОКВЭД 50.5). 

Уставной капитал общества составлял 10 000 рублей, участниками общества являлись Панков Дмитрий Анатольевич (номинальная стоимость доли – 2 000 рублей (1 000 + 1 000), размер доли – 20% (10% = 10%)); Лахтин Михаил Владимирович (номинальная стоимость доли – 2 000 рублей, размер доли – 20%), Баканин Юрий Николаевич (номинальная стоимость доли – 2 000 рублей, размер доли – 20%), Баканин Николай Васильевич (номинальная стоимость доли – 2 000 рублей, размер доли – 20%).

Косова Лариса Викторовна входила в состав участников общества с 08.02.2013 до 14.04.2014.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на 20 мая 2015 года единоличным исполнительным органом юридического лица (директором) являлся Шеин Игорь Геннадьевич (ИНН 661700856996).

Решением собрания участников ООО «Октан 96» от 26.03.2016 трудовой договор №1 от 15.04.2009 с директором общества Шеиным Игорем Геннадьевичем расторгнут с 26.03.2014 (основание – личное заявление). Соответствующие сведения в ЕГРЮЛ не внесены. 

Определением от 18.02.2015 принято к производству заявление администрации городского округа Краснотурьинск о признании ООО «Октан 96» несостоятельным (банкротом), возбуждено настоящее дело о банкротстве; определением арбитражного суда от 20.04.2015 заявление администрации признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден Срывкин С.М. Требование заявителя в размере 388 062,50 рубля – основного долга (задолженность по арендным платежам за период с 16.09.2009 по 04.07.2013) и 100 843,04 рубля (за период с 08.03.2013 по 31.11.2013) – пени включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.  

Решением того же суда от 28.10.2015 ООО «Октан 96» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Срывкин С.М. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.12.2015 требование Межрайонной ИФНС №14 по Свердловской области в размере 4 360 628,52 рубля, в т.ч. 3 043 949 рублей – основного долга, 690 493,52 рубля - пени, 626 186 рублей – штрафа, включено в третью очередь реестра требований общества с ограниченной ответственностью «Октан 96». 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.03.2019 требование Межрайонной ИФНС №14 по Свердловской области в размере 400 рублей – штрафа признано обоснованным и подлежим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника. 

Таким образом, в ходе процедур банкротства в реестр требований кредиторов должника включены требования 2 кредиторов (3-ая очередь) в общем размере 4 849 534,10 рубля.

Размер субсидиарной ответственности, с учетом уточнения, принятого судом, определен конкурсным управляющим в размере 7 053 578,35 рубля, в т.ч. 4 849 534,1 рубля – реестровые требования и 2 204 044,25 рубля – текущие требования. 

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий в части доводов о необходимости привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, указал на неисполнение ими обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом при наличии признаков неплатежеспособности с 2011-2013 годов. Признаки неплатежеспособности имели место на протяжении порядка 2-х лет до признания должника банкротом. Конкурсный управляющий ссылается на невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие непередачи ему документов и имущества должника, что фактически сделало невозможным проведение анализа финансового состояния должника и не позволило должным образом сформировать конкурсную массу. Указывает на совершение сделки по отчуждению комплекса зданий и сооружений АЗС, права аренды на земельный участок по цене, ниже рыночной, которая судебным актом признана недействительной. Тем самым обществу были причинены убытки. По мнению конкурсного управляющего к субсидиарной ответственности солидарно подлежат привлечению учредители общества и его руководитель. 

Рассмотрев требование конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности наличия оснований для привлечения Шеина Игоря Геннадьевича к субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов в связи с совершенными им противоправными действиями (уклонение от исполнения обязанности по уплате налогов, размер которых превышает 50% реестра требований кредиторов должника; непринятие мер по сохранности имущества и документов должника, непередача их конкурсному управляющему) применительно к положениям части 4 статьи 10 Закона о банкротстве и приостановил производство  по заявлению до окончания расчетов с кредиторами. Судом не усмотрены основания для привлечения Шеина И.Г. к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве. При этом, суд первой инстанции не установил оснований для привлечения к субсидиарной ответственности учредителей должника и отказал в удовлетворении требований конкурсного управляющего в указанной части.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены (изменения) судебного акта в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 6 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности по основаниям, предусмотренным указанным законом, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника. Указанное заявление может быть подано в ходе конкурсного производства арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3-6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 №137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. При этом, как указано в абзаце третьем названного пункта Информационного письма, предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Как следует из материалов дела, конкурсным управляющим в качестве основания для привлечения контролирующих должника лиц указаны противоправные действия, совершенные в период с 2011 по 2013 года, приведшие к невозможности удовлетворения требований кредиторов в полном объеме. 

Следовательно, поскольку обстоятельства, в связи с которыми конкурсный управляющий заявляет о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Закона №266-ФЗ, а заявление конкурсного управляющего поступило в суд после вступления в силу Закона №266-ФЗ, то настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве, и процессуальных норм, предусмотренных Законом №266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но

не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 9 Постановления N53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

По смыслу статьи 9 Закона о банкротстве, указанная обязанность возникает у руководителя в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника-унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15.03.2005 №3-П, выступая от имени организации, руководитель должен действовать в ее интересах добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). От качества работы руководителя во многом зависят соответствие  результатов деятельности организации целям, ради достижения которых она создавалась, сохранность ее имущества, а зачастую и само существование организации.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. 

В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Несоответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. 

Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности (пункт 2 главы I Практика применения положений законодательства о банкротстве раздела «Судебная коллегия по экономическим спорам» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2016) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве

должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, а также недостаточность конкурсной массы для удовлетворения всех требований кредиторов.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует  учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках

стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Кроме того, ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, т.е. конкурсному управляющему необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя. При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу тридцать третьему статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В соответствии с абзацем тридцать четвертым статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Судом первой инстанции указано на то, что конкурсный управляющий конкретную дату возникновения у контролирующих должника лиц обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом определить затруднился, сославшись только на то, что в 2014 году имелись неисполненные более трех месяцев обязательства перед контрагентами (администрацией городского округа Краснотурьинск) и бюджетом.

Кроме того конкурсный управляющий не представил сведений об обязательствах, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Разрешая вопрос о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве следует учитывать, что его обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника и принимать во внимание, какие действия, как добросовестный менеджер, совершал руководитель должника, чтобы выйти из этой ситуации.

Конкурсный управляющий не представил суду никаких объективных данных, свидетельствующих о моменте возникновения признаков объективного банкротства должника.

Наличие у должника указанных в пункте 2 статьи 3, пункте 2 статьи 6 Закона о банкротстве признаков предоставляют кредитору право на обращение в суд с заявлением о признании должника банкротом. Однако, данных признаков недостаточно для возникновения на стороне самого должника в лице его руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о его банкротстве.

Само по себе наличие задолженности перед отдельным кредитором о признаках неплатежеспособности должника не свидетельствует.

Судом первой инстанции обоснованно приняты по внимание обстоятельства, установленные в результате проведенной налоговым органом выездной налоговой проверки и отраженные  в соответствующем акте выездной налоговой проверки №41 от 17.02.2015, согласно которому сумма полученных должником доходов от реализации нефтепродуктов составила в 2011 году 42 935 487 рублей, в 2012 году – 49 305 065 рублей, в 2013 году – 20 942 968 рублей.

Соответственно, судом верно установлено, что размер доходов должника был несопоставимо больше размера задолженности перед администрацией городского округа Краснотурьинск, составлявшей 488 905,54 рубля и включенной в реестр требований кредиторов должника.  

Указанные обстоятельства не свидетельствуют о наличии у должника признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества), обязывающих лиц контролирующих должника (учредителей и руководителя) принять решение и обратиться в суд с соответствующим заявлением о банкротстве общества. 

Принимая во внимание отсутствие в материалах дела доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями Шеина Игоря Геннадьевича по необращению в суд с заявлением о банкротстве должника и возникновением у должника обязательств, суд первой инстанции обоснованно признал заявление конкурсного управляющего необоснованным.

Судом правомерно сделан вывод об отсутствии оснований для удовлетворения заявленного требований по этому основанию и к участникам должника. Статья 9 Закона о банкротстве в применимой к спорным отношениям редакции не возлагала обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) на участников должника.

Как указывалось выше, применение редакции статьи 9 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на дату предъявления соответствующего заявления конкурсного управляющего, противоречило бы положениям пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Поскольку обязанность контролирующего должника лица потребовать принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом и ответственность за неисполнение такой обязанности установлены Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что Панков Дмитрий Анатольевич, Баканин Юрий Николаевич, Баканин Николай Васильевич, Лахтин Михаил Владимирович и Косова Лариса Викторовна не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с обстоятельствами, имевшими место до принятия указанного закона. Иное означало бы придание закону, устанавливающему ответственность, обратной силы.

При этом, суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что в указанной части судебный акт первой инстанции никем не обжалуется. 

Также конкурсным управляющим в качестве основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности указано на совершение действий, приведших к невозможности погашений требований кредиторов. 

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в рассматриваемый период, предусмотрено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст. 61.2 и 61.3 данного Закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

Положения об ответственности за документы бухгалтерского учета применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В силу пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения; ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего и арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, об изменениях в составе имущества должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

На дату возбуждения производства по делу о банкротстве руководителем должника являлся Шеин Игорь Геннадьевич.

В Арбитражный суд Свердловской области 05 августа 2015 года поступило ходатайство временного управляющего Срывкина Сергея Михайловича об истребовании у директора общества с ограниченной ответственностью «Октан 96» Шеина Игоря Геннадьевича документов, касающихся деятельности должника, согласно представленному перечню.

В судебное заседание по рассмотрению этого ходатайства явился Шеин Игорь Геннадьевич, который пояснил, что не является директором должника. 26.02.2014 направил всем участникам общества заявление об увольнении. Решением внеочередного общего собрания участников должника от 26.03.2014 освобожден от должности директора должника. По акту от 30.05.2014 Шеин Игорь Геннадьевич передал Косовой Л.В. печать общества. 

Поскольку вынесение судебного акта о возложении обязанности предоставить сведения и документы при недоказанности у заинтересованного лица их наличия не согласуется с принципом исполнимости судебных актов (статьи 16, 182 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), определением от 26.11.2015 суд отказал в истребовании документов должника у Шеина Игоря Геннадьевича.

Судом первой инстанции правомерно указано на то, что сам по себе отказ в истребовании документов, не означает, что Шеин Игорь Геннадьевич, осуществлявший полномочия руководителя должника, не должен нести ответственность за необеспечение сохранности документации должника.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать, что привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Конкурсный управляющий представил суду пояснения, согласно которым в результате уклонения бывшего руководителя должника от передачи документации должника конкурсный управляющий был лишен возможности проанализировать финансово-хозяйственную деятельность должника. Поиск имущества должника осуществлялся конкурсным управляющим путем направления запросов в компетентные органы. Проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы, было существенно затруднено, срок конкурсного производства был неоднократно продлен, конкурсная масса окончательно не сформирована до настоящего времени.

Статьей 50 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлена обязанность общества хранить и предоставлять в установленном порядке для ознакомления документацию общества, перечень которой является открытым.

Согласно статье 24 Налогового Кодекса Российской Федерации налогоплательщики обязаны в течение четырех лет обеспечивать сохранность данных бухгалтерского и налогового учета и других документов, необходимых для исчисления и уплаты налогов, в том числе документов, подтверждающих получение доходов, осуществление расходов (для организаций и индивидуальных предпринимателей), а также уплату (удержание) налогов.

В соответствии с положениями Федерального закона от 06.12.2011 №402- ФЗ «О бухгалтерском учете» бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений (пункт 1 статьи 13 Закона).

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года (пункт 1 статьи 29 Закона).

Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта (пункт 1 статьи 7 Закона).

Шеин Игорь Геннадьевич представил суду копии заявления об освобождении его от занимаемой должности от 26.02.2014, уведомление о проведении внеочередного общего собрания участников, описи вложения в заказные письма, направленные участникам должника 26.02.2014.

В собрании участников должника, состоявшемся 26.03.2014, приняла участие только Косова Л.В., тем не менее в протоколе отражено принятие решения о расторжении трудового договора и поручении Косовой Ларисе Викторовне внести изменения в учредительные документы должника.

Косова Лариса Викторовна прекратила участие в обществе 14.04.2014.

В материалы дела не представлено доказательств того, что при прекращении исполнения обязанностей руководителя Шеин Игорь Геннадьевич предпринял необходимые и достаточные меры по передаче документации должника ответственному субъекту, которым в ситуации отсутствия кандидатуры нового директора следует признать любого из участников общества.

Шеин Игорь Геннадьевич передал печать Косовой Л.В., которая по состоянию на 30.05.2014 участником должника не являлась. Кроме того,  документы общества ей не были переданы. В акте №41 выездной налоговой проверки должника от 17.02.2015 (стр.9) приведены показания Шеина Игоря Геннадьевича, согласно которым документы должника официально никому не передавались, хранились в офисе.

В рамках мероприятий налогового контроля проведен осмотр помещения по адресу г. Краснотурьинск, п. Рудничный, ул. Соломенникова, 10А, в котором, со слов Шеина Игоря Геннадьевича, с 2013 года хранились документы должника. В результате осмотра установлено, что по указанному адресу расположено двухэтажное кирпичное здание. Вход в здание заколочен досками. При вскрытии помещения собственниками здания установлено, что в комнатах помещения расположен строительный мусор, порванные бумаги, сломанная мебель, отсутствует свет и отопление. Документов должника при осмотре не обнаружено (стр.10 акта №41 выездной налоговой проверки от 17.02.2015).

Таким образом, материалами дела подтвержден факт противоправного виновного поведения Шеина Игоря Геннадьевича по необеспечению сохранности документов бухгалтерского учета должника. Неосмотрительное и недобросовестное по отношению к должнику поведение повлекло существенное затруднение проведения процедур банкротства.

Данный вывод суда первой инстанции основан на полном и всестороннем исследовании доказательств, представленных в материалы настоящего дела.

Доводы заявителя жалобы Шеина И.Г. о прекращении им полномочий в качестве исполнительного органа должника в 2014 году, не освобождало его от исполнения обязанности в установленном законом порядке передать имущество и документы должника вновь назначенному руководителю, либо принять меры к обеспечению их сохранности.

Однако, указанные действия, Шеиным И.Г. совершены не были, что привело к невозможности анализа имущественного состояния должника и формирования конкурсной массы, погашения требований, включенных в реестр требований кредиторов должника. 

Соответственно, доводы его жалобы в указанной части противоречат фактическим обстоятельствам, установленным в суде и подтвержденным документально. 

Упомянутым выше актом выездной налоговой проверки установлено, что должник в период с 2011 по 2013 занизил доходы для целей налогообложения на 93 246 710 рублей. Неуплата налога, уплачиваемого при упрощенной системе налогообложения, составила 9 418 821 рублей.

Решением №41 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 31.03.2015 доначислены суммы неуплаченных налогов при упрощенной системе налогообложения и единого минимального налога в общей сумме 3 043 949 рублей, должник привлечен к налоговой ответственности в виде штрафа в размере 626 186 рублей, начислены пени в размере 689 166,73 рубля.

Как указывалось выше, определением от 21.12.2015 соответствующее требование уполномоченного органа включено в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди. Указанная сумма недоимки составляет более 50% реестра требований кредиторов должника по основной сумме задолженности.

Как следует из пояснений представителя Шеина И.Г. в суде апелляционной инстанции, результаты налоговой проверки не оспорены.

Доказательств признания решения налогового органа о привлечении должника к ответственности за налоговое правонарушение, материалы дела не содержат.

Вышеуказанные действия по занижению налоговой базы были совершены в период деятельности Шеина И.Г. в должности директора общества. То обстоятельство, что налоговое правонарушение было выявлено в результате выездной налоговой проверки в 2015 году, не свидетельствует о возникновении указанной задолженности по налогу в дату проведения проверки.

Доводы апеллянта в указанной части основаны на неверном толковании норм налогового законодательства. 

Доказательств обратного, Шеиным И.Г. не представлено. 

Таким образом, суд первой инстанции правильно указал, что материалами дела подтверждено систематическое на продолжении длительного периода времени уклонение должника от исполнения обязанности по уплате налогов.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Шеин Игорь Геннадьевич в период осуществления им полномочий руководителя должника обязан был предпринять необходимые меры к надлежащему исполнению конституционной обязанности общества по уплате налога, неисполнение которой имело своим последствием начисление должнику пени и штрафа, что противоречит интересам последнего и требованиям разумности и добросовестности.

Предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств:

должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия);

доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Из выявленной уполномоченным органом недоимки в размере 3 043 949 рублей большая часть – 2 834 519 рублей приходятся на 2011 и 2012 годы. При этом лица, к которым предъявлено рассматриваемое требование о привлечении к субсидиарной ответственности, участниками должника (за исключением Д.А. Панкова) стали в 2013 году, т.е. не являлись контролировавшими должника лицами на момент совершения налогового правонарушения.

Соответственно, суд правомерно установил наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по указанным основаниям только Шеина И.Г. и отсутствии оснований для привлечения к ответственности Баканина Ю.Н., Баканина Н.В., Косовой Л.В., Панкова Д.А. и Лахтина М.В. 

Доводов, опровергающих выводы суда в указанной части, ни Шеиным И.Г., ни конкурсным управляющим должника, не приведено.

Кроме того, из материалов дела следует, что в 2013 году были совершены действия по реализации имущественного комплекса должника. 

Так, ООО «Октан 96» принадлежал комплекс зданий и сооружений АЗС (автозаправочной станции), использовавшийся в целях реализации уставных видов деятельности должника: здание операторной площадью 30,2 кв.м, литер 1А, 1Б; сооружение заправочного островка площадью 5,2 кв.м, литер 2; сооружение заправочного островка площадью 5,2 кв.м, литер 3; сооружение трубопровода протяженностью 21м, литер 4; сооружение ёмкости для хранения топлива объёмом 17 куб.м, литер 1; сооружение ёмкости для хранения топлива объёмом 25 куб.м, литер 11, расположенных по адресу: Свердловская обл., г. Краснотурьинск, ул. Максима Горького, д. 17 (на основании договора купли-продажи от 21.05.2009, свидетельство о государственной регистрации права 66 АЕ №017516 от 31.10.2011, соответствующей записью в ЕГРП за номером 66-66-06/006/2009-293). 

На основании постановления администрации городского округа Краснотурьинск Свердловской области от 01.02.2013 №167 должнику было предоставлено право аренды земельного участка площадью 2100,0 кв.м с кадастровым номером 66:50:0523021:1, категория земель: земли населенных пунктов, расположенного по адресу: Свердловская область, город Краснотурьинск, ул. Максима Горького, дом 17, с разрешенным использованием: для размещения автозаправочной станции на основании договора аренды сроком на 11 месяцев.

06.06.2013 на внеочередном общем собрании участников общества Косова Л.В., Баканин Ю.Н., Баканин Н.В., обладавшие в совокупности долей в уставном капитале 60% (по 20% у каждого), приняли решение об одобрении сделки по отчуждению имущества общества (комплекса зданий и сооружений АЗС) по цене 1 000 000 рублей и заключению договора с Дубовицкой В.И.

Из протокола собрания участников общества следует, что Шеин И.Г. также принимал участие на собрании. 

Лахтин М.В. по данному вопросу проголосовал «против», что подтверждается протоколом внеочередного общего собрания учредителей общества «ОКТАН 96» от 06.06.2013. 

02.07.2013 общество «Октан 96» заключило договор купли-продажи с Дубовицкой Валентиной Ивановной, а также передало права аренды на земельный участок. Цена сделки составила 1 000 000 рублей. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.06.2015 по делу №А60-27097/2014, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2015 удовлетворены требования Лахтина М.В. Заключенный 02.07.2013 между обществом с ограниченной ответственностью «Октан 96» и Дубовицкой Валентиной Ивановной договор купли-продажи недвижимости - комплекса зданий и сооружений АЗС (автозаправочной станции) признан недействительным в силу статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 45 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», поскольку недвижимое имущество было продано по цене, ниже его рыночной стоимости.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Из материалов дела о банкротстве усматривается, что комплекс зданий и сооружений АЗС являлся основным активом должника, использовался в предпринимательской деятельности, после его продажи деятельность должника фактически прекратилась.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

С учетом изложенного суд первой инстанции признал, что сделка по продаже имущественного комплекса для должника являлась значимой, а также существенно убыточной (установлено вступившим в законную силу решением по делу №А60-27097/2014 от 15.05.2015).

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции, исследовав и проанализировав действия контролирующих должника лиц, представленные письменные доказательства, обстоятельства совершенной сделки, пришел к выводу об отсутствии в материалах дела доказательств, подтверждающих, что участники общества Косова Л.В., Баканин Ю.Н., Баканин Н.В., одобрившие совершение сделки извлекли выгоду от продажи комплекса зданий и сооружений АЗС (автозаправочной станции). Учитывая, что размер доли их участия в обществе составлял по 20% у каждого, суд призал, что контролирующими должника лицами ответчики не являлись и привлечению к ответственности за совершение убыточной сделки не подлежат.

Как было указано выше, комплекс зданий и сооружений АЗС (автозаправочной станции) был продан Дубовицкой Валентине Ивановне. Дубовицкая Валентина Ивановна являлась участником общества с ограниченной ответственностью «Нефтебаза Богословская» (ИНН 6658380137), руководил которым Дубовицкий Юрий Анатольевич. Дубовицкий Юрий Анатольевич и Шеин Игорь Геннадьевич совместно учредили общество с ограниченной ответственностью «Уралнордойл».

Из акта налоговой проверки, упомянутого ранее, судом установлено, что опрошенные в ходе проверки сотрудники должника после 01.07.2013 были уволены и приняты в общество с ограниченной ответственностью «Нефтебаза Богословская».

Таким образом, материалами дела подтверждено, что Шеин Игорь Геннадьевич не только фактически руководил должником при совершении убыточной сделки, но и мог извлечь из этого выгоду, поскольку после фактического прекращения деятельности должника продолжил сотрудничество с лицами, приобретшими спорный комплекс имущества.

Установив причинно-следственную связь между противоправными действиями Шеина Игоря Геннадьевича и невозможностью погашения требований кредиторов, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для привлечения Шеина Игоря Геннадьевича к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Доводы Шеина И.Г. о том, что он фактически не являлся лицом, контролирующим должника на дату возбуждения дела о банкротстве, подлежат отклонению по следующем основаниям.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве, в редакции действовавшей на дату совершения оспариваемых действий, к контролирующему должника лицу относится лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

В данном случае решение о расторжении трудового договора с Шеиным И.Г. было принято 26.03.2014, а производство по делу о банкротстве возбуждено 18.02.2015. 

Сведения о внесении соответствующих изменений в ЕГРЮЛ по состоянию на 20.02.2015 года внесены не были.

Соответственно, Шеин И.Г. не утратил статус контролирующего должника лица.

Более того, фактически руководил деятельностью должника, принимал участие в совершении сделки, в т.ч. в своих интересах, поскольку имущественных комплекс был выведен в пользу взаимосвязанного лица. При проведении налоговой проверки также были установлены противоправные действия, в т.ч. повлекшие за собой невозможность погашения требований кредиторов.

Ссылка апеллянта на то, что судебный акт принят без учета положений статьи 280 Трудового кодекса РФ основана на неверном толковании норм материального права. В данном случае право руководителя на досрочное расторжение трудового договора не влечет утраты статуса контролирующего должника лица с учетом положений норм законодательства о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения участников общества к субсидиарной ответственности применительно к положениям части 4 статьи 10 Закона о банкротстве в силу следующего. 

Из материалов настоящего дела о банкротстве следует, что вышеуказанное имущество возвращено должнику, включено в конкурсную массу, утвержден порядок его продажи и объявлены торги, сведения которых размещены на сайте ЕФРСБ. 

Сама по себе взаимосвязь физических лиц и должника через участие уставном капитале ООО «Октан 96» не является безусловным основанием для презумпции о наличии оснований для привлечения учредителей должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам, поскольку институт субсидиарной ответственности является исключительным механизмом, преодолевающим презумпцию имущественной самостоятельности юридического лица и его участников, иных контролирующих лиц, и применяемым лишь при доказанности совершения противоправных действий.

В данном случае, судом первой инстанции не установлено таких противоправных действий участников должника, которые привели к банкротству должника либо невозможности погашения требований кредиторов.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции арбитражный апелляционный суд не находит, с учетом того, что выводы в достаточной мере мотивированы и аргументированы.

С учетом изложенного, суд отклоняет доводы конкурсного управляющего о достаточности доказательств, подтверждающих наличие оснований для привлечения учредителей должника к субсидиарной ответственности. 

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку действующее законодательство о банкротстве связывает размер субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника с размером непогашенных в результате конкурсного производства требований конкурсных кредиторов, установить размер субсидиарной ответственности в настоящее время не представляется возможным, поскольку мероприятия по реализации имущества должника и расчетам с кредиторами не завершены, производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности Шеина Игоря Геннадьевича суд первой инстанции приостановил производство по заявлению до окончания расчетов с кредиторами.

Кроме того, судом первой инстанции в порядке части 5 статьи 96 АПК РФ разрешен вопрос об отмене обеспечительных мер, принятых определениями суда от 16.11.2018 и 21.12.2018 (замена обеспечительных мер).

Поскольку судебный акт в указанной части не обжалован, судом апелляционной инстанции проверка судебного акта в указанной части не производится. 

Из материалов обособленного спора следует, что Косовой Л.В. было заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для предъявления заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Судом первой инстанции не дана оценка указанным доводам. Однако, данное обстоятельство не влечет отмены судебного акта по следующим основаниям. 

В период с 2009 по 2017 год в нормы права, касающиеся порядка определения начала течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и порядка его исчисления, вносились неоднократные изменения, при этом законодатель при разработке данной правовой конструкции исходил из того, что целью установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности является как обеспечение эффективности реализации публичных функций, так и сохранение необходимой стабильности соответствующих правовых отношений, а в основе установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности лежит положение о том, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный (слишком длительный) срок.

В связи с названными изменениями законодательства соответствующая правоприменительная практика в вышеназванный период также неоднократно изменялась, при этом начало течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности определялось моментом, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, в дальнейшем - не ранее даты завершения реализации имущества должника и окончательного формирования конкурсной массы, а затем вновь - с момента, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, из чего следует, что в правоприменительной практике длительное время существовала правовая неопределенность по порядку определения начала исчисления сроков исковой давности по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В данном случае в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности вменяются деяния, совершенные в 2011-2013 годах. 

В этот период порядок привлечения к субсидиарной ответственности регулировался положениями статьи 9 и статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 N73-ФЗ; и в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N134-ФЗ. По состоянию на 2011 - 2012 года в Законе о банкротстве отсутствовали нормы, предусматривающие специальный срок исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности.

По общему правилу гражданского законодательства исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, при этом общий срок исковой давности составляет три года, а течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (статьи 195, 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции от 29.06.2004, действовавшей в период до 2013 года, в том числе на момент введения в отношении должника процедуры конкурсного производства).

Федеральным законом от 28.06.2013 N134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» в статью 10 Закона о банкротстве был введен пятый пункт. Данный пункт содержал, в частности, специальную норму о том, что заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве был изложен в новой редакции Федеральным законом от 28.12.2016 N488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», который вступил в силу с 28.06.2017 и устанавливает, что заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Поскольку указанная норма не изменяет существа материальных правоотношений и имеет процессуальный характер, в ситуации, когда неправомерные действия (бездействие), причинившие вред кредиторам, были совершены в период до 30.06.2013, а осведомленность заинтересованного лица о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности и его обращение в суд с соответствующим требованием состоялись после указанной даты (в период действия другой редакции Закона о банкротстве относительно сроков исковой давности по требованиям о привлечении к субсидиарной ответственности), начало течения срока исковой давности и его продолжительность определяются законом, который действовал на момент, когда заинтересованное лицо узнало или должно было узнать о наличии реальной возможности предъявления иска, не дожидаясь установления размера субсидиарной ответственности.

Учитывая данные положения Закона о банкротстве и правила их применения, суд апелляционной инстанции признает, что в рассматриваемом случае вопрос о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности должен быть разрешен применительно к правилам об исковой давности в редакции пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N134-ФЗ.

Соответственно, по отношению к требованию о привлечении к субсидиарной ответственности течение срока исковой давности начинается с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определить его действия); о неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность; о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее введения процедуры конкурсного производства.

Учитывая, что процедура конкурсного производства открыта решением суда 28.10.2015, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что на момент обращения конкурсного управляющего в арбитражный суд с заявлением 20.07.2018 о привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков трехгодичный срок исковой давности им был пропущен.

Соответственно, заявление Косовой Л.В. о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности подлежит отклонению. 

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не влияют на правильность выводов суда и направлены, по сути, на переоценку обстоятельств дела, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом, заявители апелляционных жалоб приводят доводы, которые не опровергают выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая правовая оценка. 

Основания для переоценки обстоятельств, установленных при рассмотрении обоснованности заявленных требований, у суда апелляционной инстанции отсутствуют. 

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с части 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционные жалобы следует оставить без удовлетворения.

При обжаловании определений, не предусмотренных подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 20 февраля 2019 года по делу №А60-5216/2015 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Л.М. Зарифуллина 

 

Судьи

И.П. Данилова 

 

С.И. Мармазова