ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

15.08.2022

Дело № А40-152254/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 августа 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 15 августа 2022 года

 

            Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Уддиной В.З., Тарасова Н.Н.

при участии в заседании: не явились, извещены,

рассмотрев 08.08.2022 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «Сити Билдинг Компани»

на постановление  от 20.05.2022

Девятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению  конкурсного управляющего ООО «Стройтехсервис» о признании недействительными сделками – договоров № 06/18 уступки прав требования от 01.05.2018, уступки прав требования №3/17 от 20.06.2018, № 3/17 от 20.06.2018, заключенных между ООО «Сити Билдинг Компани» и ООО «Стройтехсервис»,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройтехсервис», 

 

 

установил:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.11.2021 должник - ООО «Стройтехсервис» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО1. 

            Конкурсный управляющий должником обратилась в Арбитражный суд города Москвы 19.11.2021 с заявлением о признании недействительными сделки – договор №06/18 уступки прав требования от 01.05.2018, заключенный между ООО «Сити Билдинг Компани» и ООО «Стройтехсервис»; договор уступки прав требования №3/17 от 20.06.2018, заключенный между ООО «Сити Билдинг Компани» и ООО «Стройтехсервис».

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.03.2022 отказано в удовлетворении заявленных требований. 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 09.03.2022 отменено; заявление конкурсного управляющего ООО «Стройтехсервис» удовлетворено; признаны недействительными сделками договор №06/18 уступки прав требования от 01.05.2018, заключенный между ООО «Сити Билдинг Компани» и ООО «Стройтехсервис», договор уступки прав требования №3/17 от 20.06.2018, заключенный между ООО «Сити Билдинг Компани» и ООО «Стройтехсервис».

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Сити Билдинг Компани» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2022 и оставить в силе определение Арбитражного суда города Москвы от 09.03.2022. 

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда, изложенных в обжалуемом судебном акте, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Из содержания обжалуемых судебных актов  усматривается, что судами установлены следующие обстоятельства.

            01.05.2018 между ООО «Сити Билдинг Компани» (цедент) и ООО «Стройтехсервис» (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии) № 06/18, по которому цедент передает цессионарию права требования денежных средств, принадлежащих ему на основании договора подряда № 77/2606 от 24.05.2017 по объекту г. Москва, Московская область, г. Щербинка, заключенного между цедентом и ООО «Строй-техпроект» (ИНН 

<

***>) в сумме 1 882 346,74 руб.

            20.06.2018 между ООО «Сити Билдинг Компани» (цедент) и ООО «Стройтехсервис» (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии) № 3/17, по которому цедент передает цессионарию права требования денежных средств, принадлежащих ему на основании договора подряда № 3СБ-2017 от 10.01.2017 по заключенному между цедентом и ООО «СтройЖилСервис» (ИНН 

<

***>) в сумме 4 229 916,96 руб.

            Конкурсный управляющий просил признать спорные сделки мнимыми взаимосвязанными сделками по статьям 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, направленными не на достижение экономически обоснованных целей, а на получение отдельным кредитором преимущества перед добросовестными кредиторами в деле о банкротстве.

            Суд первой инстанции не усмотрел заявленных оснований для недействительности спорных сделок, ввиду недоказанности, по мнению суда, не безвозмездности оспариваемых сделок, наличия между сторонами сделок сговора о совместных действиях, направленных в ущерб интересам иных кредиторов должника, а также доказательств формально-юридической связи между обществами.

            Также суд указал, что доказательства совершения оспариваемой сделки исключительно с намерением причинить вред, то есть злоупотребления правом по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлены.

            Суд апелляционной инстанции не согласился с такими выводами суда первой инстанции и пришел к обратному выводу о наличии правовых оснований для признания платежей недействительной сделкой.

            Как установил суд апелляционной инстанции, заявление о признании должника банкротом принято к производству 24.11.2020, спорные сделки заключены 01.05.2018 и 20.06.2018, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

            Как следует из заявления ООО «Сити Билдинг Компани» о включении в реестр требований кредиторов, между должником и кредитором заключены договоры уступки прав требования (цессии), по условиям которого ООО «Стройтехсервис» приобрело у ООО «Сити Билдинг Компани» права требования:

            По Договору №06/18 от 01.05.2018 к ООО «Строй-Техпроект» в размере 1 882 346, 74 руб. Указанное право требования уступлено за 1 976 646,04 руб.;

            По Договору №3/17 от 20.06.2018 к ООО «СтройЖилСервис» в размере4 229 916,96 руб. Указанное право требования уступлено за 4 517 492,18руб.

            Таким образом, суд апелляционной инстанции в результате заключения указанных договоров должник получил права требования к третьим лицам в размере (1 882 346,74 руб. + 4 229 916,96 руб.) = 6 112 263,70 руб., а принял на себя обязательства по оплате прав требования в размере (1 976 646,04 + 4 517 492,18) = 6 494 138,22 руб., что свидетельствует о заключении заведомо убыточных сделок (минимальный размер убытка составил (6 494 138,22 - 6 112 263,70) = 381 874,52 руб.)

            Судом апелляционной инстанции сделан вывод, что в материалы дела также не представлены правоустанавливающие первичные документы для реализации цессионарием полученных прав требования.

            Как следует из Актов приема-передачи документов, цессионарием (должником) приняты следующие документы:

по Договору №06/18 от 01.05.2018 – копия договора подряда №77/2606 от 24.05.2017; копия претензии к должнику.

            по Договору №3/17 от 20.06.2018 – копия договора подряда З/СБ-2017 от 10.01.2017; копия претензии к должнику.

            В соответствии с пунктом 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

            Частью 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

            Исходя из части 4 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы составляются по формам, утвержденным руководителем экономического субъекта.

            При этом каждый первичный учетный документ должен содержать все обязательные реквизиты, установленные частью 2 статьи 9 закона № 402-ФЗ. Постановлением Госкомстата РФ от 11.11.1999 № 100 утверждены унифицированные формы первичной учетной документации по учету работ в капитальном строительстве и ремонтно-строительных работ, в частности формы КС-2 и КС-3.

            Форма КС-2 применяется для приемки выполненных подрядных строительно-монтажных работ производственного, жилищного, гражданского и других назначений.

            Справка по форме № КС-3 составляется на выполненные в отчетном периоде строительные и монтажные работы, работы по капитальному ремонту зданий и сооружений, другие подрядные работы и представляется субподрядчиком генподрядчику, генподрядчиком заказчику (застройщику).

            Таким образом, Акты выполненных работ по форме КС-2 и справка по форме КС-3 являются первичными документам, подтверждающими сдачу-приемку выполненных по договору подряда работ, на основании которых у Заказчика появляется обязанность по оплате выполненных подрядчиком работ.

            Между тем судом апелляционной инстанции установлено, что соответствующие документы не переданы по договору №06/18 от 01.05.2018, договору №3/17 от 20.06.2018, соответственно, цессионарию не были переданы ни оригиналы первичных документов, ни документы, подтверждающие наличие задолженности на стороне третьих лиц; ни документы, подтверждающие признание долга со стороны третьих лиц.

            В связи с чем суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии экономической целесообразности для должника в заключении спорных сделок.

            Кроме того, суд апелляционной инстанции учел, что заключая сделку на очевидно нерыночных условиях, конечный приобретатель, действуя добросовестно и разумно, должен был предпринять исчерпывающие меры к получению достоверной информации о предыдущих собственниках, обстоятельствах возникновения задолженности и усомниться в правомерности сделки.

            По мнению апелляционного суда, приобретая права требования к третьему лицу за стоимость, близкую к номинальной (в настоящем же случае - даже превышающей номинальную), ООО «Стройтехсервис» при наличии действительного намерения приобрести права требования, как разумный участник гражданского оборота должен был предпринять возможные меры по проверке финансового состояния лица, права требования к которому он намерен приобрести. В противном случае, возникают разумные сомнения в действительности намерений обеих сторон договоров цессии.

            Судом апелляционной инстанции также установлено, что по информации из открытых источников, ООО «Строй-Техпроект» представлял свою отчетность исключительно за 2016г. Совокупный финансовый результат за указанный год составил 85 000,00 руб. ООО «СтройЖилСервис» представлял свою отчетность исключительно за 2016г. Совокупный финансовый результат за указанный год составил 153 000,00 руб. убытков.

            Таким образом, суд апелляционной инстанции отметил, что приобретение прав требования к должнику с крайне сомнительным финансовым состоянием по стоимости, выше номинальной, без правоустанавливающих документов не соответствует ожидаемому поведению разумных участников гражданского оборота. Из этого следует сомнительное финансовое положение должников, права требования к которому были приобретены. Согласно данным Картотеки арбитражных дел, ни первоначальный, ни новый кредитор не предпринимали никаких мер по принудительному взысканию задолженности. Так, судебные дела о взыскании спорной задолженности отсутствуют.

            Кроме того, суд апелляционной инстанции установил, что согласно выписке из ЕГРЮЛ, оба должника ликвидированы и исключены из ЕГРЮЛ: ООО «Строй-Техпроект» - 18.03.2019 исключено как недействующее юридическое лицо; ООО «СтройЖилСервис» - 13.06.2019 исключено как недействующее юридическое лицо.

            Согласно товарной накладной, представленной вместе с заявлением о включении в реестр требований кредиторов, в адрес должника поставлены ТМЦ - Фанера ламинированная 18*1220*2440 мм, общим объемом 18,004 м.куб.

            Грузополучателем в указанной товарной накладной указан 000 «Стройтехсервис», адрес грузополучателя: 117449, 

<

...>, пом. III, ком. 5.

            Согласно справочной информации Росреестра по объектам недвижимости в режиме online, указанное помещение: Москва, ул. Гримау, д 9, корп. 1, пом. III, снято с учета 31.12.2014.

            Таким образом, судом апелляционной инстанции установлено, что в материалах дела отсутствует информация о фактической возможности приема поставленных ТМЦ.

            С учетом изложенного, судом апелляционной инстанции установлено, что на мнимый характер сделки и фактическую аффилированность обществ указывают: отсутствие экономической целесообразности, заключение заведомо убыточных сделок, отсутствие правоустанавливающих документов для реализации цессионарием полученных прав требования, сомнительное финансовое положение должников, права требования к которому были приобретены, непринятие мер по принудительному взысканию задолженности, поставка ТМЦ по отсутствующему адресу.

            Судом первой инстанции указано, что суммы задолженности по спорным договорам цессии установлены и подтверждены вступившим в законную силу решением Арбитражным суда Калужской области от 30.10.2020 по делу № А23-7896/2019.

            Вместе с тем суд апелляционной инстанции отметил, что указанные обстоятельства не свидетельствуют об отсутствии оснований для признания сделок недействительными, поскольку задолженность, даже просуженная, в настоящем случае является неликвидной. Сам факт свободы воли при заключении договора цессии не объясняет формально возмездную передачу задолженности по цене, которая явно не соответствует стоимости такой задолженности, что при нарушении прав и законных интересов иных кредиторов является основанием для квалификации договоров цессии как недействительных сделок. Стороны договоров цессии не преследовали достижения разумных хозяйственных целей, а своими недобросовестными действиями способствовали наращиванию кредиторской задолженности цессионария в преддверии его банкротства с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, что свидетельствует о злоупотреблении правом (статьи 10 и 168 ГК РФ); подписание договоров цессии повлекло за собой возникновение новых обязательств должника; в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции, руководствуясь пунктом 1 статьи 61.1, пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, пунктами 4-8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», правовой позицией, изложенной в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 №305-ЭС17-11710(3), от 24.10.2017 №305-ЭС17-4886 (1), пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»), постановлениями Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.02.2012 № 11746/11; от 05.04.2011 № 16002/10, статьями 10, 167, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пришел к выводу о необходимости удовлетворения заявленных конкурсным управляющим требований. 

            Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд апелляционной инстанции правильно определил правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установил все существенные для дела обстоятельства, которым дал надлежащую правовую оценку и пришел к правильным выводам по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

            Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред).

            В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

            В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред 3 имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

            В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

            а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

            б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

            в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

            В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

            Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

            В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

            Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

            При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

            Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе  должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

            Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 №305-ЭС17-11710(3) по делу №А40-177466/2013, по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие у должника на определенную дату просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в такой период.

            Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по общим основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

            Между тем в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 №10044/11 по делу №А32- 26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 №304-ЭС15-20061 по делу №А46-12910/2013, от 28.04.2016 №306-ЭС15-20034 по делу №А12-24106/2014, определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 №305-ЭС18-22069 по делу №А40- 17431/2016).

            Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является разновидностью сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10, 168 ГК РФ).

            При этом положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются специальными по отношению к предусмотренным статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации основаниями для признания сделок недействительными.

            При конкуренции общей и специальной нормы применению подлежит специальная норма.

            Поэтому в условиях конкуренции норм о недействительности сделки лица, оспаривающие сделки с причинением вреда кредиторам по основаниям, предусмотренным Гражданского кодекса Российской Федерации, обязаны доказать, что выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

            Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о возможности заявления возражений о недействительности оспоримой сделки только на основании вступившего в законную силу судебного акта о признании ее недействительной, что недопустимо (определение Верховного Суда РФ от 24.10.2017 №305-ЭС17-4886 (1) по делу №А41-20524/2016).

            Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

            В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожная сделка не влечет юридических последствий, которые не связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

            Нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о мнимых сделках применяются при одновременном выполнении следующих условий: стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения; при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 07.02.2012, № 11746/11; от 05.04.2011 № 16002/10).

            Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

            Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

            Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

            В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

            Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения породить возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно возникающих в результате такой сделки, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной

            Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (ст. 65, 168, 170 АПК РФ).

            Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установления только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

            Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований кредитора в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по предмету сделки.

            Целями такой проверки являются установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

            При наличии убедительных доказательств невозможности осуществления исполнения (например, поставки) бремя доказывания обратного возлагается на кредитора.

            Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также произвести для вида ее формальное исполнение (п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»)

            Из изложенного следует, что предмет доказывания ничтожности сделки по основаниям пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации отличается от предмета доказывания недействительности сделки по основаниям как статьей 61.2 - 61.3 Закона о банкротстве (неравноценность встречного исполнения, цель и факт причинения вреда лицом, знавшим об указанной цели, оказание предпочтения кредитору и нарушение очередности удовлетворения требований), так и статьей  10, 168, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

            Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

            В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

В данном случае опровержения названных установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судом апелляционной инстанции фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы направлены на несогласие с выводами суда апелляционной инстанции и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судом обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от  20.05.2022 по  делу № А40-152254/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                          Е.Л. Зенькова

Судьи:                                                                     В.З. Уддина

Н.Н. Тарасов