АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-26397/2016

г. Краснодар

23 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 мая 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Маркиной Т.Г., судей Мацко Ю.В. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании от ФИО1 – лично (паспорт), ФИО2 (доверенность от 22.10.2022), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 01.09.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2023 по делу № А32-26397/2016 (Ф08-3135/2023), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – должник) финансовый управляющий должника ФИО4 обратился в арбитражный суд к ФИО1 (далее – ответчик) с заявлением о признании недействительным договора займа от 20.12.2017, заключенного должником (заемщик) и ответчиком (займодатель). 

Определением суда от 01.09.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 12.02.2023, заем, оформленный распиской должника от 20.12.2017 об обязанности вернуть ответчику 6 300 тыс. рублей в срок до 20.06.2018 с ежемесячной выплатой процентов в размере 300 тыс. рублей, признан недействительным.

В кассационной жалобе ответчик просит судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. По мнению подателя жалобы, судебные инстанции неполно выяснили обстоятельства, имеющие значение для дела, неправильно применили нормы материального и процессуального права. Суд апелляционной инстанции необоснованно посчитал недоказанным получение денежных средств ответчиком от его родителей. 

Отзыв на кассационную жалобу не представлен.

В судебном заседании ответчик и его представитель поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, проверив законность судебного акта, оценив доводы кассационной жалобы, выслушав ответчика и его представителя, считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 12.10.2016 должник признан банкротом, открыта процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО5 Определением суда от 04.07.2018 ФИО5 отстранён от исполнения обязанностей финансового управляющего должника. Определением суда от 22.11.2018 финансовым управляющим должника утвержден ФИО4 

В ходе исполнения обязанностей финансовый управляющий установил, что через год после признания должника банкротом 20.12.2017 должник и ответчик (займодавец) заключили договор займа на сумму 6 300 тыс. рублей, что подтверждается распиской. 

Согласно условиям, указанным в расписке, должник обязуется вернуть денежные средства до 20.06.2018, а также уплачивать проценты в размере 300 тыс. рублей в месяц. 

Заочным решением Первомайского районного суда г. Краснодара от 30.11.2020 по делу № 2-10389/2020 с должника в пользу ответчика взыскано 6 300 тыс. рублей задолженности, 6 050 тыс. рублей процентов, 400 тыс. рублей процентов за пользование чужими денежными средствами, а всего 12 750 тыс. рублей. 

Полагая, что указанный договор займа является мнимой сделкой, совершенной для вида с целью создания искусственной текущей кредиторской задолженности, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его недействительным.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды пришли к обоснованному выводу об удовлетворении заявленных требований ввиду следующего.

В силу статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). 

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве,пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63). 

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Определяя подлежащие применению к оспариваемым сделкам нормы, суды исходили из того, что дело о банкротстве в отношении должника возбуждено 02.08.2016, а оспариваемый договор заключен 20.12.2017, то есть после возбуждения дела о банкротстве. 

В силу изложенного заявление по данному обособленному спору могло быть удовлетворено на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации только в том случае, если доказано наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Между тем, правонарушение, заключающееся в необоснованном принятии должником дополнительных долговых обязательств и (или) в необоснованной передаче им имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, является основанием для признания соответствующих сделок недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве. 

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения. 

Соответственно, вмененные ответчику нарушения, в частности совершение сделки в условиях неплатежеспособности должника с целью принятия дополнительных долговых обязательств для создания искусственной задолженности, чем причинен вред имущественным правам кредиторов должника, в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как специального средства противодействия недобросовестным действиям, нарушающим права кредиторов.

С учетом изложенного судебные инстанции пришли к верному выводу об отсутствии оснований для применения к спорным отношениям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Из разъяснений пункта 5 постановления № 63 следует, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

Определяя момент возникновения признаков неплатежеспособности, суды учли, что по состоянию на дату заключения оспариваемого договора в отношении должника введена процедуры реализации имущества. Соответственно, к моменту заключения договора имелся вступивший в законную силу судебный акт, подтверждающий факт наличия у должника, как признаков неплатежеспособности, так и признаков недостаточности имущества. 

В свою очередь, согласно пункту 7 постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

В данном случае оспариваемая сделка совершена после введения процедуры реализации в отношении должника и после опубликования в газете «Коммерсантъ» (22.10.2016) и на сайте ЕФРСБ (25.10.2016) соответствующих сведений. При этом предполагается, что разумно действующее лицо при предоставлении займа принимает меры по оценке потенциальной возможности заемщика осуществить возврат денежных средств.

В обоснование наличие у должника и ответчика противоправной цели финансовый управляющий ссылался на мнимость оспариваемого договора, выраженную в совершении сделки для целей создания искусственной задолженности и ущемления права иных кредиторов. 

Возражая в отношении заявленных доводов, ответчик указал на то, что наличие задолженности и реальность предоставления денежных средств подтверждена вступившим в законную силу заочным решением Первомайского районного суда г. Краснодара от 30.11.2020 по делу № 2-10389/2020. 

Суды учли, что финансовым управляющим принимались меры по отмене заочного решения от 30.11.2020 по делу № 2-10389/2020, однако определением Первомайского районного суда г. Краснодара от 25.01.2022, оставленного без изменения апелляционным определением от 13.10.2022, в удовлетворении заявления отказано. При этом отказ в удовлетворении заявления обусловлен тем, что финансовым управляющим как лицом, не являющимся участником дела, не может быть подано заявление об отмене заочного решения, а надлежащим способом является апелляционное обжалование заочного решения. В связи с чем судебные инстанции сделали вывод, что отказ обусловлен не рассмотрением по существу в апелляционной жалобе заявленных финансовым управляющим доводов, а неверно избранным процессуальным способом оспаривания заочного решения.

Руководствуясь положениями части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и постановлений от 05.02.2007 № 2-П и от 21.12.2011 № 30-П Конституционного Суда Российской Федерации, суды указали, что в данном случае рассматривается иск с другим предметом – признание недействительной сделки, косвенный иск в интересах конкурсной массы, что влечет за собой более широкий круг участников спора, то есть, помимо должника и ответчика, к лицам, участвующим в споре, относятся финансовый управляющий и кредиторы. Предметом спора также является не взыскание задолженности, а действительность договора займа по специальным нормам Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции предпринял меры по исследованию наличия у ответчика финансовой возможности предоставления займа, однако соответствующих доказательств в суд первой инстанции от ответчика не поступило.

В суд апелляционной инстанции ответчик представил следующие документы в обоснование наличия у него финансовой задолженности: справки по форме 2-НДФЛ за 2015 – 2018 годы, пояснения от 23.01.2023, свидетельство о рождении ответчика, копию паспорта ФИО6 (мать ответчика), копию паспорта ФИО7 (отец ответчика), свидетельство о государственной регистрации права от 12.02.2013, предварительный договор купли-продажи от 29.11.2016, договор об оказании риэлтерских услуг от 29.11.2016 с актом выполненных работ от 29.11.2016.

Исследовав представленные ответчиком доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что величина дохода ответчика, даже без учета расходов на потребительские нужды, не покрывает сумму предоставленного займа, а получение денежных средств ответчиком от его родителей документально не подтвержден.

Следовательно, судебные инстанции правомерно признали недействительным заем, оформленный распиской должника от 20.12.2017, и удовлетворили заявленные финансовым управляющим требования.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки у суда кассационной инстанции не имеется.

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводов суда, направлены на переоценку доказательств, которые суд оценил с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Нормы права при рассмотрении дела применены правильно. Нарушения процессуальных норм, влекущие безусловную отмену обжалуемых судебных актов (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены. Основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют. 

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 01.09.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2023 по делу № А32-26397/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                           Т.Г. Маркина

Судьи                                                                                                                         Ю.В. Мацко

                                                                                                                                    Е.Г. Соловьев