АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

улица Пушкина, дом 45, Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-895/2019

26 марта 2019 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 марта 2019 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

Председательствующего судьи: Лазаревой И.В.

Судей: Кушнаревой И.Ф., Никитина Е.О.

при участии:

от закрытого акционерного общества «Игла» – Ветлугин С.Е., представитель по доверенности от 15.01.2019

от конкурсного управляющего должником Лухтионова Андрея Витальевича – лично Лухтионов А.В.

рассмотрев в проведенном с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Приморского края судебном заседании кассационную жалобу закрытого акционерного общества «Игла»

на определение от 19.11.2018, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2019 

по делу №  А51-19657/2016 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению конкурсного управляющего должником Лухтионова Андрея Витальевича

о признании сделки недействительной 

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Ханкайская долина» несостоятельным (банкротом). 

Публичное акционерное общество «Дальневосточный банк» (далее – ПАО «Дальневосточный банк») обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью (ОГРН 1022500818251, ИНН 2538051158, адрес (место нахождения): 690002, Приморский край, г. Владивосток, пр. Красного Знамени, д. 59, оф. 615; далее – ООО «Ханкайская долина», должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Приморского края от 31.01.2017 в отношении ООО «Ханкайская долина» введена процедура, применяемая в деле о банкротстве – наблюдение, временным управляющим должником утвержден Грачев Артем Олегович. 

Решением Арбитражного суда Приморского края от 19.07.2017                ООО «Ханкайская долина» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура – конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден Лухтионов Андрей Витальевич. 

В рамках дела о банкротстве ООО «Ханкайская долина» конкурсный управляющий должником Лухтионов А.В. обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора (сделки) залога движимого имущества от 25.01.2016, заключенного между ООО «Ханкайская долина» и закрытым акционерным обществом «Игла» (далее – ЗАО «Игла»).

Определением Арбитражного суда Приморского края от 19.11.2018 требования конкурсного управляющего удовлетворены, признан недействительным договор залога движимого имущества от 25.01.2016 заключенный между ООО «Ханкайская долина» и ЗАО «Игла».

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2019 определение Арбитражного суда Приморского края от 19.11.2018   оставлено без изменения.

Не согласившись с определением от 19.11.2018, постановлением от 29.01.2019, ЗАО «Игла» (далее – заявитель) обратилось в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований отказать.

В обоснование жалобы заявитель ссылается на отсутствие совокупности условий, поименованных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63                «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) для признания спорного договора недействительным, в том числе обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Ссылается, что судами не были оценены доводы заинтересованного лица о том, что именно неисполнение обязательств должника перед ЗАО «Игла» и являлось причиной заключения оспоренной обеспечительной сделки в целях получения гарантий исполнения просроченных обязательств. Полагает, что неисполнение обязательств перед отдельным кредитором не является основанием считать общество неплатежеспособным. На момент заключения сделки ЗАО «Игла» не могло знать о наличии спора должника с кредитором – обществом с ограниченной ответственностью «УМЗ Эколин» (далее – ООО «УМЗ Эколин»), так как исковое заявление по делу № А41-75308/2016 подано только 08.11.2016. Считает, что выводы судов необоснованно влекут ответственность             ЗАО «Игла» за то, что общество не смогло предвидеть события, которые наступили в будущем. Кроме того, указывает, что в связи с отсутствием выбытия активов должника на сумму 20 или более процентов балансовой стоимости активов должника, так как предмет залога был оценен в     9 770 000 руб., что составляло 14,7% балансовой стоимости активов должника,  не имеется факта причинения имущественного вреда кредиторам в соответствии с абзацем 3 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

К судебному заседанию от конкурсного управляющего должником поступил письменный отзыв, в котором выражено несогласие с доводами, изложенными заявителем в кассационной жалобе.

В судебном заседании окружного суда, проведенном с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Приморского края, представитель ЗАО «Игла» поддержал доводы кассационной жалобы, настаивал на ее удовлетворении.

Конкурсный управляющий должником возражал против доводов кассационной жалобы, привел доводы, изложенные в письменном отзыве, указав, что судом первой и апелляционной инстанций вынесены обоснованные судебные акты.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), с учетом доводов кассационной жалобы, Арбитражный суд Дальневосточного округа оснований для их отмены не усматривает.

Как следует из материалов дела и установлено судом                            первой инстанции, между ЗАО «Игла» (залогодержатель) и                         ООО «Ханкайская долина» (залогодатель) 25.01.2016 заключен договор залога движимого имущества (далее – договор залога), по условиям которого (пункт 1.1) залогодатель передает в залог залогодержателю принадлежащее залогодателю на праве собственности имущество в обеспечение исполнения обязательств залогодателя перед залогодержателем по возврату займов, возникших на основании договоров беспроцентного займа. Предметом залога по договору является движимое имущество, указанное в приложении № 1, являющимся неотъемлемой частью договора.

Согласно пункту 1.2 договора залога, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом имущества, определяется: договором беспроцентного займа от 26.03.2012, а также дополнительными соглашениями к нему от 26.03.2013, от 26.03.2014, договором беспроцентного займа от 15.08.2014, договором беспроцентного займа 19.08.2014, договором беспроцентного займа от 15.01.2015, а также дополнительным соглашением к нему от 25.01.2016, заключенными между залогодателем и залогодержателем. На момент заключения договора размер обязательства залогодателя по договорам займа составляют 9 622 000 руб.

Пунктом 1.4 договора залога предусмотрено, что оценка предмета залога установлена сторонами в приложении № 1, являющимся неотъемлемой частью договора, и составляет в общей сумме 9 770 000 руб.    

Дополнительным соглашением от 25.01.2016 стороны пришли к соглашению, что залогодатель передает в залог залогодержателю в качестве предмета залога движимое имущество в соответствии с приложением № 1, изложенным в новой редакции, которое является неотъемлемой частью дополнительного соглашения.

Полагая, что договор залога движимого имущества от 25.01.2016, заключенный между ЗАО «Игла» и ООО «Ханкайская долина» является сделкой, в результате которой причинен вред имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий ООО «Ханкайская долина» Лухтионов А.В. обратился в Арбитражный суд Приморского края с настоящим заявлением о признании сделки недействительной. 

Разрешая спор, суды руководствовались положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и исходили из доказанности совокупности условий (причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, цель причинения вреда и осведомленность контрагента об указанной цели), необходимых для квалификации оспариваемой сделки в качестве подозрительной. При этом суды исходили из того, что сделка заключена с заинтересованным лицом в условиях неплатежеспособности должника. Указанные обстоятельства позволили суду прийти к выводу о признании сделки недействительной по специальным основаниям законодательства о несостоятельности.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, признал их правильными, соответствующими обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Суд округа считает обжалуемые судебные акты не подлежащими отмене, исходя из следующего.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 разъяснено, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно абзацам 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 данного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 7 Постановления № 63).

Судами установлено, что оспариваемая сделка от 25.01.2016 совершена должником в пределах трехлетнего периода до принятия заявления о признании его банкротом (29.09.2016), в связи с чем, сделан обоснованный вывод о том, что указанная сделка подпадает под период подозрительности, определенный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оценив материалы дела, суды установили, что по состоянию на 31.12.2015 должник имел просроченную задолженность перед кредиторами, которая составляла более 300 000 руб. и неудовлетворительную структуру баланса, что подтверждается письменным отчетом аудитора –                    общества с ограниченной ответственностью «Аудиторская консалтинговая компания «АФБ».

Судами принято во внимание, что решением Арбитражного суда Московской области от 22.02.2017 по делу № А41-75308/2016 с                 ООО «Ханкайская долина» в пользу ООО «УМЗ Эколин» взыскано              436 279 руб. 61 коп. задолженности по договору поставки от 20.04.2010        № КУ2010/07. По указанному делу установлено, что претензия ООО «УМЗ Эколин», направленная в адрес ООО «Ханкайская долина», получена последним 18.12.2015, что подтверждается почтовым уведомлением о вручении. 

У должника на дату совершения оспариваемой сделки также имелись неисполненные обязательства перед заявителем, что установлено определением от 16.03.2018 по делу о банкротстве должника, в соответствии с которым суд признал требования ЗАО «Игла» к ООО «Ханкайская долина» в сумме 9 622 000 руб. обоснованными, в том числе 1 900 000 руб. и 3 670 000 руб. по договорам от 15.08.2014, от 19.08.2014, указав, что заемщик был обязан вернуть займы до 31.10.2014, но в нарушение условий договоров свои обязательства не выполнил.

Доказательства невозможности погашения должником имеющихся обязательств по причинам, не связанным с недостаточностью денежных средств, в материалах дела отсутствуют, в связи с чем, вывод судов о наличии у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения оспариваемой сделки является обоснованным.

Оспаривая выводы судов, заявитель указывает, что в соответствии с данными бухгалтерского баланса ООО «Ханкайская долина» по состоянию на 31.12.2015 активы в размере 68 954 000 руб. превышали пассивы, размер которых составил 40 459 000 руб., что не позволяет признать наличие признаков банкротства у общества на дату совершения оспариваемой сделки.

Вместе с тем, само по себе превышение активов над пассивами не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, учитывая постоянную динамику структуры активов и пассивов в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Кроме того, необходимо учитывать, что согласно правовой позиции, приведенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013, по смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной необходима доказанность совокупности следующих обстоятельств: вред имущественным правам кредиторов от совершения сделки, наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели. Из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта. Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Судами в данном случае принято во внимание, что на момент заключения оспариваемого договора залога у должника имелись обязательства по  договору поручительства от 23.09.2011 № ВО-24-2, заключенному между  ООО «Ханкайская долина» и Публичным акционерным обществом «Дальневосточный банк» (далее – ПАО «Дальневосточный банк», банк), а также по договору залога недвижимого имущества с банком от 23.09.2011.

В соответствии с условиями договора поручительства,                       ООО «Ханкайская долина» обязалось отвечать солидарно с обществом с ограниченной ответственностью «Молочные продукты» (далее –                ООО «Молочные продукты») перед банком по его кредитным обязательствам, возникшим на основании договоров от 23.09.2011 № КО-24  и от 19.05.2011 № КО-17. При этом по договору залога от 23.09.2011 банку передано в залог все ликвидное имущество (недвижимость)                        ООО «Ханкайская долина», за исключением оборудования и транспортных средств, которые впоследствии по оспариваемому договору от 25.01.2016 были переданы в залог ЗАО «Игла». 

Судами установлено, что неплатежеспособность ООО «Молочные продукты» по кредитным договорам была очевидна по состоянию на 25.01.2016. Общая сумма просроченных обязательств перед банком, по которым ООО «Ханкайская долина» несет солидарную ответственность с основным должником ООО «Молочные продукты», составила                        25 207 732 руб., в том числе основной долг 23 896 664 руб.

При решении вопроса об осведомленности ЗАО «Игла» о финансовом положении должника и его обязательствах при заключении оспариваемой сделки суды приняли во внимание тот факт, что единственным учредителем (участником) ООО «Ханкайская долина» на 25.01.2016 являлось закрытое акционерное общество «Зеленые листья», единоличным исполнительным органом которого и владельцем 77,8% доли (акций) в уставном капитале был Марченко Виктор Васильевич, он же являлся единственным учредителем ЗАО «Игла» и владельцем 100% доли (акций) в уставном капитале по состоянию на 25.01.2016.

При таких обстоятельствах суды правомерно, в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве признали, что оспариваемая сделка совершена с заинтересованным лицом.

Исходя из положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, осведомленность ЗАО «Игла» о неплатежеспособности должника и о совершении сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, доказательства иного в материалы дела не представлены.

В условиях, когда все ликвидное имущество (недвижимость) должника находилось в залоге у ПАО «Дальневосточный банк», передача в залог        ЗАО «Игла» движимого имущества должника по оспариваемому договору лишила возможности других кредиторов получить удовлетворение своих требований за счет этого имущества. 

Судом округа не приняты доводы заявителя об отсутствии имущественного вреда кредиторам, поскольку стоимость имущества, являющегося предметом оспариваемого договора залога, составляет 14,17% балансовой стоимости активов должника. По смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, что является достаточным основанием, при наличии совокупности условий, для признания сделки недействительной. 

Как верно отмечено апелляционным судом, необходимость установления признаков цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, отраженных в абзацах третьем-пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в рассматриваемом случае не требуется, поскольку указанные в данных правовых нормах условия являются альтернативой условиям для признания наличия в действиях сторон цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, указанным во втором абзаце пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Доводы заявителя о том, что именно неисполнение обязательств должника перед ЗАО «Игла» и явилось причиной заключения оспоренной сделки в целях получения гарантий исполнения просроченных обязательств, не могут быть приняты судом округа, так как сделка совершена в преддверии банкротства должника с заинтересованным лицом, при наличии неисполненных обязательств перед другими кредиторами, что не может свидетельствовать о правомерности действий ответчика, направленных на ущемление имущественных прав других кредиторов.

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные лицами, участвующими в деле доказательства, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства. 

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, в целом сводятся к несогласию заявителя с оценкой судов имеющихся в деле доказательств, что не может служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку иная оценка доказательств в суде округа в силу требований статьи 286 АПК РФ не допускается.

Поскольку обстоятельства спора исследованы судами всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела, обжалуемые судебные акты отмене либо изменению не подлежат.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 19.11.2018, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2019  по делу № А51-19657/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                           И.В. Лазарева                   

Судьи                                                                                    И.Ф. Кушнарева         

 

	Е.О. Никитин