69/2023-105001(1) 

 

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45 www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 апелляционной инстанции по проверке законности и обоснованности определения

Дело № А65-23193/2019

г. Самара

25 мая 2023 года

11АП-4080/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 18 мая 2023 года  Постановление в полном объеме изготовлено 25 мая 2023 года  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

Председательствующего судьи Александрова А.И., судей Бессмертной О.А., Поповой Г.О., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, с участием: 

от ФИО2 - представитель ФИО3 по  

доверенности от 02.08.2022; 

от ИП ФИО4 - представитель ФИО3 по  

доверенности от 03.03.2020; 

от ФИО5 - представитель ФИО6 по  

доверенности от 17.04.2023; 

от ФИО7 - представитель ФИО8 по  

доверенности от 29.05.2020; 

от ФИО7 как учредителя ООО «ТОР Каз Инвест» -  

представитель ФИО3 по доверенности от 09.12.2020  

от ООО «Альянс-Союз» - представитель ФИО3 по доверенности от  

11.02.2020; 

от ООО «Компания «ГРАНД» - представитель ФИО3 по  

доверенности от 02.08.2022; 

от ООО «Проектно-коммерческая фирма «Зубр-Сервис» - представитель  

ФИО3 по доверенности от 01.08.2022; 

от ФИО9 - представитель ФИО3 по  

доверенности от 17.03.2023; 

от ФИО10 - представитель ФИО3 по  

доверенности от 22.12.2021 

представителя участников ООО «ТОР Каз Инвест» ФИО3 - лично  

(копия решения внеочередного общего собрания ООО «ТОР Каз Инвест» № 8 от  

11.12.2020); иные лица не явились, извещены, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале № 2, апелляционную жалобу  

ФИО5 на определение Арбитражного суда Республики  

Татарстан от 16 февраля 2023 года о признании недействительной сделки и применении  

последствий ее недействительности, по делу № А65-23193/2019 о несостоятельности  

(банкротстве) ООО «ТОР Каз Инвест», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),  

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Республики Татарстан 01 августа 2019 года поступило  заявление ФИО11, Зеленодольский район, п.Октябрьский, о  

признании несостоятельным (банкротом) ООО «ТОР Каз Инвест», г.Казань (ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>).  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08 августа 2019 года  заявление принято к производству, назначено судебное заседание по проверке  обоснованности заявления.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 сентября 2019 года  (резолютивная часть оглашена 06 сентября 2019 года) заявление ФИО11, Зеленодольский район, п.Октябрьский, признано обоснованным и в  отношении ООО «ТОР Каз Инвест» введена процедура банкротства наблюдение;  временным управляющим утвержден ФИО12.  

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения  опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 167 от 14.09.2019 года.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 декабря 2019 года  (резолютивная часть оглашена 20 декабря 2019 года) ООО «ТОР Каз Инвест» признано  несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыта процедура конкурсного  производства сроком на четыре месяца (до 20.04.2020); исполнение обязанностей  конкурсного управляющего возложены на временного управляющего должника  ФИО12.  

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и об открытии в  отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано в газете  «Коммерсантъ» № 3 от 11.01.2020 года.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 апреля 2022 года  исполняющим обязанности конкурсного управляющего ООО «ТОР Каз Инвест» утвержден  ФИО13 (ИНН 

<

***>, адрес для направления  корреспонденции: 420066, г.Казань, а/я 116), член Ассоциации Евросибирская  саморегулируемая организация арбитражных управляющих.  

В Арбитражный суд Республики Татарстан 13.11.2020 года поступило заявление  ФИО10, г.Казань, ФИО4, с. Куралово (вх.  47546) о признании договора займа от 19.04.2017г. заключенного с ФИО5 на сумму 6 000 000,00 руб. недействительной сделкой.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2023 г. в  удовлетворении заявления кредитора ООО «ТОР Лайт» о приостановлении производства  по рассмотрению обособленного спора отказано.  

Заявленные требования ФИО10, г.Казань, ФИО4, с. Куралово удовлетворены.  

Признан недействительной сделкой договор займа от 19.04.2017г. на сумму  6 000 000,00 руб. заключенный с ФИО5.  

Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания в пользу  должника необоснованно перечисленной суммы. Взыскано с ФИО5 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ТОР Каз Инвест»,  г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 6 000 000 руб. 00 коп.  неосновательного обогащения.  

Взыскано с ФИО5 в пользу ФИО10, г.Казань, ФИО4, с. Куралово 6 000 руб. 00 коп.  государственной пошлины.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО5  обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить,  принять новый судебный.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15 марта 2023  года апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 11  апреля 2023 года.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11 апреля  2023 г. судебное разбирательство отложено на 18 мая 2023 г.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о  времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном  

сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу:  www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

В судебном заседании 18 мая 2023 г. представитель ФИО5 заявил ходатайство о переходе к рассмотрению заявления ФИО10 в суде апелляционной инстанции по правилам первой инстанции.  

Представитель ФИО5 заявил ходатайство о  приостановлении производства по апелляционной жалобе.  

Представитель ФИО2, ИП ФИО4,  ФИО7 как учредителя ООО «ТОР Каз Инвест», ООО  «Альянс-Союз», ООО «Компания «ГРАНД», ООО «Проектно-коммерческая фирма «Зубр- Сервис», ФИО9, ФИО10 заявил  ходатайство о приобщении к материалам дела выписок в отношении невидимого  имущества ФИО5.  

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев ходатайства о приобщении к  материалам дела дополнительных доказательств приложенных к дополнениям к  апелляционной жалобе, выписки из ЕГРН в отношении имущества ФИО5, о приостановлении производства по апелляционной жалобе и о переходе  к рассмотрению заявления по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в  суде первой инстанции, приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для их  удовлетворения.  

Так, исходя из материалов настоящего обособленного спора судом апелляционной  инстанции установлено наличие CD-диска с аудиопротоколом судебного заседания в суде  первой инстанции (т. 2 л.д. 264). Иных оснований для перехода к рассмотрению  обособленного спора по правилам предусмотренным для рассмотрения в суде первой  инстанции судом апелляционной инстанции не установлено.  

Основания для приостановления производства по апелляционной жалобе также  отсутствуют, так как рассмотрение дела № А65-11720/2020 не препятствует рассмотрению  настоящего обособленного спора по существу в деле о несостоятельности (банкротстве)  по основаниям предусмотренным Законом о банкротстве. Также, из электронной  картотеки арбитражных дел (kad.arbitr.ru) по делу № А65-11720/2020 и пояснений сторон  следует, что оригиналы документов, копии которых представлены в материалы  настоящего обособленного спора, имеются в наличии.  

В приобщении дополнительных доказательств, на стадии апелляционного  разбирательства, которые не были предметом исследования при рассмотрении дела в суде  первой инстанции отказано на основании ч. 2 ст. 268 АПК РФ и разъяснений данных в п.  29 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12  «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при  рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» в связи с  непредставлением достоверных, относимых и допустимых доказательств невозможности  предоставления данных доказательств в суде первой инстанции.  

Также суд апелляционной инстанции отмечает, что указанные доказательства  датированы ранее даты обжалуемого определения, что также не подтверждает факт  невозможности их представления при рассмотрении данного обособленного спора в суде  первой инстанции.  

Выписка из ЕГРН в отношении имущества ФИО5  возвращена ее представителю в судебном заседании.  

Представитель ФИО5 свою апелляционную жалобу  поддержал в полном объеме, просил определение Арбитражного суда Республики  Татарстан от 16 февраля 2023 года отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.  

Представители ФИО2, ИП ФИО4,  ФИО7, ФИО7 как учредителя  ООО «ТОР Каз Инвест», ООО «Альянс-Союз», ООО «Компания «ГРАНД», ООО  «Проектно-коммерческая фирма «Зубр-Сервис», ФИО9,  ФИО10 возражали против удовлетворения апелляционной  

жалобы, просили обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную  жалобу без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и  месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения  информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах  Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской  Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих  представителей не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в  порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в  соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов  содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и  имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд  усматривает основание для отмены обжалуемого судебного акта в части применения  последствий недействительности сделки.  

Из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010   № 63) следует, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности  оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в  том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору,  передача должником имущества в собственность кредитора), или иные действия,  направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации,  предоставление отступного и т.п.).  

Сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о  признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана  арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении  обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или)  иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или)  иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные  сделки (подозрительная сделка).  

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в  частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная  стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного  исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного  исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого  встречного исполнения обязательств (п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве).  

Пунктом 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что может быть признана  арбитражным судом недействительной сделка, совершенная должником в целях  причинения вреда имущественным правам кредиторов, если такая сделка была совершена  в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или  недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица.  

В пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что  пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания  недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для  признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы  оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного  Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель  причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо  одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал  признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы  одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать  третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения  содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства,  указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. (п. 6 Постановления  Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).  

В соответствии с абзацем тридцать третьем статьи 2 Закона о банкротстве под  недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и  обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества  (активов) должника. Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения  должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных  платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (абзац тридцать четвертый  статьи 2 Закона о банкротстве).  

Согласно ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2  настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного  правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться  другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В силу  пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав  исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с  противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление  гражданских прав (злоупотребление правом).  

Пунктом 5 ст. 10 ГК РФ установлено, что добросовестность участников  гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Исходя из  недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и  необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по  требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана  недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка  

должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов. (пункт 10  Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 г. № 32 «О некоторых вопросах,  связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным  законом «О несостоятельности (банкротстве)»).  

В материалы настоящего обособленного спора в качестве подтверждения факта  наличия сделки о признании недействительными которых просят заявители, представлены  копии договора займа б/н от 19.04.2017 г. на сумму 6 000 000 рублей, акта приёма- передачи денежных средств от 19.04.2017 г. на сумму 270 046,00 руб., акта приёма- передачи денежных средств от 20.04.2017 г. на сумму 220 000,00 руб., акта приёма- передачи денежных средств от 24.04.2017 г. на сумму 430 000,00 руб., акта приёма- передачи денежных средств от 26.04.2017 г. на сумму 181 300,00 руб., акта приёма- передачи денежных средств от 29.04.2017 г. на сумму 240 000,00 руб., акта приёма- передачи денежных средств от 05.05.2017 г. на сумму 275 000,00 руб.  

Судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора  предлагалось ответчику ФИО5 представить отзыв на заявление, доказательства  финансовой возможности предоставления денежных средств по оспариваемой сделке,  также неоднократно определениями по обособленному спору арбитражный суд предлагал  ответчику ФИО5 представить оригиналы договора займа б/н от 19.04.2017 г. на  сумму 6 000 000 рублей, акта приёма-передачи денежных средств от 19.04.2017 г. на  сумму 270 046,00 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 20.04.2017 г. на сумму  220 000,00 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 24.04.2017 г. на сумму 430  000,00 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 26.04.2017 г. на сумму 181 300,00  руб., акта приёма-передачи денежных средств от 29.04.2017 г. на сумму 240 000,00 руб.,  акта приёма-передачи денежных средств от 05.05.2017 г. на сумму 275 000,00 руб.  

В качестве доказательств реальности сделки ответчиком были представлены копия  искового заявления в Ново-Савиновский районный суд города Казани, копии протоколов  судебных заседаний по гражданскому делу № 2-3441/19, копии реестров кредиторов,  копии показаний ФИО14 и ФИО15 в рамках проверки заявления о  возбуждении уголовного дела, копию нотариального протокола осмотра доказательств от  08.07.2020, в качестве наличия финансовой возможности представлены копии договора  купли-продажи от 03.04.2012.  

В своей апелляционной жалобе заявитель, в обоснование заявленных требований  указывает на то, что арбитражным судом первой инстанции первой инстанции не были  приняты во внимание обстоятельства совершения сделки займа от 19.04.2017 г. и  неоспоримые доказательства, подтверждающие фактическое обстоятельство передачи  денежных средств займодавца ФИО16 заёмщику, ООО «Тор Каз Инвест», в лице  директора, согласия последнего с фактом получения наличных денежных средств в  размере 6 000 000 руб. от ФИО16 и не возврата, положенные в обоснование  решения Ново-Савиновского районного суда города Казани Республики Татарстан от  19.08.2019 г. по делу № 2-3441/19, вступившего в законную силу.  

Суд апелляционной инстанции, проверив доводы апелляционной жалобы, с учётом  установленных по делу обстоятельств приходит к выводу об отклонении доводов  апелляционной жалобы и соглашается с выводом суда первой инстанции в части наличия  оснований для признания оспариваемого договора займа недействительной сделкой, в  силу следующего.  

Согласно п. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает  в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные  родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег  (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и  качества.  

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других  вещей. На основании п. 1 ст. 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или  договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму  займа в размерах и в порядке, определенных договором.  

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка  заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему заимодавцем определенного  количества вещей (п. 2 ст. 808 ГК РФ).  

По смыслу перечисленных норм ГК РФ договор займа является реальной сделкой и  считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.  

При этом, как разъяснено в абз. 3 п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от № 35  при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику  наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к  приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие  обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов)  предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле  удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены  должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и  отчетности и т.д.  

Из пояснений конкурсного управляющего должника и представленных им  доказательств по делу № А65-23193/2020 в виде данных расчетного счета должника в ПАО  «СБЕРБАНК», никаких финансовых поступлений от имени ФИО5 в размере 6  000 000,00 руб., либо в размере 270 046,00 руб., в размере 220 000,00 руб., в размере 430  000,00 руб., в размере 181 300,00 руб., в размере 240 000,00 руб., в размере 275 000,00 руб.  

Отсутствуют доказательства и поступлений в указанных размерах и от имени иных  лиц. Иных доказательств достоверно подтверждающих факт поступления денежных  средств от ответчика в адрес должника при рассмотрении в судах первой и апелляционной  инстанций представлено не было.  

Кроме того, как верно отметил суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте,  из представленных в дело № А65-23193/2019 исполняющими обязанности Конкурсного  управляющего следует, что учетная политика предприятия ООО «ТОР Каз Инвест» не  представлена ни в ходе наблюдения, ни в ходе конкурсного производства со стороны  Должника. Данные обстоятельства говорят об отсутствии реальности хозяйственных  отношений между ООО «ТОР Каз Инвест» и ФИО5  

Порядок работы с наличными денежными средствами регулируются в отношении:  

применения ККТ – Федеральным законом от 22 мая 2003 г. № 54-ФЗ «О  применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных  расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт» (далее - Закон о применении  ККТ);  

применения БСО – Постановлением Правительства РФ от 6 мая 2008 г. № 359,  которым утверждено Положение об осуществлении наличных денежных расчетов и (или)  расчетов с использованием платежных карт без применения контрольно-кассовой техники  (далее – Положение о расчетах без применения ККТ);  

предельной величины расчетов наличными деньгами между юридическими лицами  Указанием Банка России от 07 октября 2013 г. № 3073-У (далее - Указание № 3073-У).  

Согласно п. 1 ст. 2 Закона о применении ККТ контрольно-кассовая техника  применяется в обязательном порядке всеми организациями и индивидуальными  предпринимателями при осуществлении ими наличных денежных расчетов в случаях  продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.  

Об обязательном применении ККТ при расчетах наличными деньгами между  юридическими лицами говорится также в Постановлении Пленума ВАС РФ от 31.07.2003   № 16 «О некоторых вопросах практики применения административной ответственности,  предусмотренной статьей 14.5 Кодекса Российской Федерации об административных  правонарушениях, за неприменение контрольно-кассовых машин»  

Из разъяснений данных в п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 31.07.2003 № 16  следует, что статьей 2 Закона «О применении ККТ» № 54-ФЗ на всех юридических лиц и  индивидуальных предпринимателей возложена обязанность при осуществлении наличных  денежных расчетов применять контрольно-кассовую технику. Поэтому судам следует  иметь в виду, что контрольно-кассовые машины подлежат применению и в тех случаях,  

когда наличные денежные расчеты осуществлялись с индивидуальным предпринимателем  или организацией (покупателем, клиентом).  

В соответствии с п.2 Постановления Правительства РФ от 06.05.2008 № 359 (ред.  от 15.04.2014) «О порядке осуществления наличных денежных расчетов и (или) расчетов с  использованием платежных карт без применения контрольно-кассовой техники» на  бланках строгой отчетности оформляются предназначенные для осуществления наличных  денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт без применения  контрольно-кассовой техники в случае оказания услуг населению квитанции, билеты,  проездные документы, талоны, путевки, абонементы и другие документы, приравненные к  кассовым чекам (далее - документы).  

В данном случае по аналогии без применения контрольно-кассовой техники  провести операцию по займу в бухгалтерском учете не представляется возможным.  

Из представленных конкурсным управляющим должника доказательств в  материалы дела № А65-23193/2019 следует, что должник не подавал в налоговый орган  сведения о достоверной бухгалтерской отчетности, бухгалтерские балансы со стороны  должника сдавались лишь в 2015 и 2016 году, за период с 2017 г. по настоящее время  бухгалтерские балансы отсутствуют.  

Принимая во внимание вышеизложенное, суд апелляционной инстанции  соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что формирование акта приема-передачи денежных средств без реальной хозяйственной операции и передачи денег не  подтверждает факт совершения сделки.  

Довод о том, что факт реальности сделки подтверждается вступившем в законную  силу решением Ново-Савиновского районного суда города Казани от 19 января 2019 года  по делу № 2-3441/2019( № 2-293/2019) подлежит отклонению, в связи со следующим.  

Действительно, из информации размещённой в электронной картотеке  арбитражных дел (kad.arbitr.ru) следует, что определением Арбитражного суда  Республики Татарстан от 20 апреля 2020 по делу № А65-23193/2019 признано  обоснованным и включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов  общества с ограниченной ответственностью «ТОР Каз Инвест» требование ФИО5 в размере 1 616 346,00 рублей долга, 248 718 руб. 02 коп. процентов за пользование  чужими денежными средствами.  

Обоснованность требования была подтверждена решением Ново-Савиновского  районного суда города Казани от 19.08.2019г по делу № 2-3441/2019.  

Однако, как следует из указанного судебного акта (решение суда общей  юрисдикции) вопрос действительности спорного договора займа б/н от 19.04.2017 г. на  сумму 6 000 000 рублей не был предметом исследования суда общей юрисдикции. Не  следует также из содержания решения суда по гражданскому делу № 2-3441/2019 и то, что  ответчик, должник по настоящему делу № А65-231913/2019, возражал, ссылаясь на  обстоятельства, свидетельствующие о недействительности спорных сделок.  

Обстоятельства, изложенные в протоколах судебных заседаний по гражданскому  делу № 2-3441/2019, на которые ссылается ответчик, также не подтверждают тот факт, что  в рамках указанного гражданского дела № 2-3441/2019 ставился на обсуждение вопрос о  действительности спорного договора займа б/н от 19.04.2017 г. на сумму 6 000 000 рублей.  

Также, суд апелляционной инстанции отмечает, что факт реальности передачи  денежных средств, их получения Обществом и последующие использование их в  хозяйственной деятельности Общества, судом общей юрисдикции не проверялся.  

Таким образом, решение Ново-Савиновского районного суда города Казани от  19.08.2019г по делу № 2-3441/2019, в рассматриваемом обособленном споре не является в  силу ст. 69 АПК РФ преюдициальным судебным актом относительно вопроса  действительности спорного договора займа б/н от 19.04.2017 г. на сумму 6 000 000 рублей.  

Кроме того, что в настоящем обособленном споре рассматриваемом в рамках дела   № А65-23193/2019, вопрос действительности спорного договора займа б/н от 19.04.2017 г.  на сумму 6 000 000 рублей подвергается исследованию с учётом специальных норм  Закона о банкротстве о признании недействительными сделок должника, применение  

которых, согласно пункту 1 части 6 статьи 27 АПК РФ, относится к исключительной  компетенции арбитражного суда.  

Получение ответчиком 7 000 000 рублей в результате продажи земельного участка  и жилого дома по договору купли-продажи от 03.04.2012, не может свидетельствовать о  подтверждении существенных для настоящего дела обстоятельств, так как указанная  сумма получена ФИО5 задолго до периода спорного договора займа б/н от  19.04.2017 г. на сумму 6 000 000 рублей (за пять лет). Сам факт продажи земельного  участка и жилого дома 03 апреля 2012 г., не может однозначно подтвердить, что  указанный в договоре купли-продажи от 03.04.2012 г. земельный участок и жилой дом  продавались для целей выдачи займа должнику, который, согласно сведениям Единого  государственного реестра юридических лиц, был зарегистрирован лишь 07 апреля 2015 г.,  то есть через три года.  

Представленные ответчиком копии реестров кредиторов в оригинале для обозрения  арбитражным судом представлены не были, исходя из их содержания не являются копией  документа, выданного непосредственно ответчику.  

Указание ответчика на протокол нотариального осмотра от 08.07.2020,  представленный в качестве доказательства обстоятельств, свидетельствующих о  реальности спорных договоров займа. обоснованно отклонено арбитражным судом первой  инстанции.  

Так, из содержания указанного протокола нотариального осмотра от 08.07.2020 не  следует факта передачи ФИО5 денежных средств должнику в размере 6 000 000  руб., либо иных сумм на основании спорного договора займа б/н от 19.04.2017 г. на сумму  6 000 000 руб. Из протокола нотариального осмотра от 08.07.2020 следует указание на  иные суммы и на основании иной сделки, отличных от указанных в решении Ново- Савиновского районного суда города Казани от 19.08.2019г по делу № 2-3441/2019 и  оспариваемых заявителями.  

Более того, как обоснованно отметил суд первой инстанции в обжалуемом  судебном акте, как следует из представленных ответчиком копий показаний ФИО14 и ФИО15 в рамках проверки заявления о возбуждении уголовного дела,  перечисленными лицами даны показания о том, что ФИО5 никаких денежных  средств ни в кассу должника, не на расчётный счёт должника не поступало. Оформление  договора займа с ФИО5, сестрой ФИО17, было предложено в качестве  обеспечения гарантий ФИО17, которая предложила таким образом обеспечить  гарантии для себя как для лица, осуществляющего функции застройщика.  

Определением арбитражного суда по обособленному спору были приобщены к  материалам дела № А65-23193/2020 аудиозаписи судебных заседаний от 16.02.2021 и от  13.09.2021по делу № А65-11716/2020 по иску ФИО7 и иных участников  общества с ограниченной ответственностью «Тор Каз Инвест» о признании  недействительным договора займа б/н от 19.04.2017 г. на сумму 6 000 000 рублей,  заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Тор Каз Инвест» и  ФИО5  

Как установлено из аудиозаписи судебного заседания от 16.02.2021 по делу № А6511720/2020 ФИО5, лично участвующая в указанном судебном заседании, в своих  объяснениях указывает на то, что средства давала своей сестре по её просьбе, сколько ею  было подписано актов не помнит, и что сумма 6 000 000 рублей также обусловлена  просьбой сестры, указавшей о том, что много денег надо.  

Указанные обстоятельства, которые следует из представленных сторонами  доказательств, арбитражным судом оценены по правилам статьи 71 АПК РФ, с учётом  того, что стороной ответчика ни одно из перечисленных обстоятельств не оспаривалось.  

Факт наличия письменных форм договора займа б/н от 19.04.2017 г. на сумму  6 000 000 рублей, акта приёма-передачи денежных средств от 19.04.2017 г. на сумму 270  046,00 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 20.04.2017 г. на сумму 220 000,00  руб., акта приёма-передачи денежных средств от 24.04.2017 г. на сумму 430 000,00 руб.,  акта приёма-передачи денежных средств от 26.04.2017 г. на сумму 181 300,00 руб., акта  приёма-передачи денежных средств от 29.04.2017 г. на сумму 240 000,00 руб., акта  

приёма-передачи денежных средств от 05.05.2017 г. на сумму 275 000,00 руб., ответчиком  сомнению не подвергнут, о фальсификации доказательств, представленных заявителями в  виде копий выше перечисленных договоров займа и актов приёма-передачи денежных  средств, при рассмотрении в судах первой и апелляционной инстанций, заявлено не было.  

Судом первой инстанции в рассматриваемом случае сделан верный вывод о том,  что акты приёма-передачи денежных средств от 19.04.2017 г. на сумму 270 046,00 руб., от  24.04.2017 г. на сумму 430 000,00 руб., от 26.04.2017 г. на сумму 181 300,00 руб., от  29.04.2017 г. на сумму 240 000,00 руб., от 05.05.2017 г. на сумму 275 000,00 руб., не  содержат указания их относимости к спорному договору займа б/н от 19.04.2017 г. на  сумму 6 000 000 рублей.  

Однако из спорного договора займа б/н от 19.04.2017 г. на сумму 6 000 000 рублей  не следует, что денежные средства по нему передаются по актам приёма-передачи  денежных средств, в качестве приложений акты приёма-передачи денежных средств, в  указанных договорах займа не указаны.  

Условия спорного договора займа б/н от 19.04.2017 г. на сумму 6 000 000 рублей  достоверно позволяют определить, что сторонами какие-либо приложения, в том числе в  виде актов приёма-передачи денежных средств, предусмотрены не были. Так же из актов  приёма-передачи денежных средств от 19.04.2017 г. на сумму 270 046,00 руб., от  24.04.2017 г. на сумму 430 000,00 руб., от 26.04.2017 г. на сумму 181 300,00 руб., от  29.04.2017 г. на сумму 240 000,00 руб., от 05.05.2017 г. на сумму 275 000,00 руб. не  следует, что они являются приложениями к спорному договору займа б/н от 19.04.2017 г.  на сумму 6 000 000 рублей. В углу акта приёма-передачи денежных средств от 20.04.2017  г. на сумму 220 000,00 руб. имеется рукописная надпись: «Приложение 2 к договору займа  от 19.04.2017», однако во взаимосвязи с выше изложенными выводами, а также в  отсутствии возможности исследовать оригинал акта приёма-передачи денежных средств  от 20.04.2017 г. на сумму 220 000,00 руб., арбитражный суд не может считать, что данная  рукописная надпись имеется и на оригинале.  

Относительно признаков у ФИО5 заинтересованного лица по отношению  к должнику суд первой инстанции пришёл к следующему верному и обоснованному  выводу.  

Положениями ст. 19 Закона о банкротстве, в целях настоящего Федерального  закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:  

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135- ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;  

лицо, которое является аффилированным лицом должника. 

Частью 2 указанной статьи заинтересованными лицами по отношению к должнику  - юридическому лицу признаются также:  

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров  (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган  управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные  лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения  производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации  финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо,  имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия  должника;  

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором  настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;  

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в  соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических  лиц.  

Из части 3 статьи следует, что заинтересованными лицами по отношению к  должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и  нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители,  дети, сестры и братья супруга.  

В случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом,  заинтересованными лицами по отношению к арбитражному управляющему, кредиторам  признаются лица в соответствии с пунктами 1 и 3 настоящей статьи (часть 4 статьи 19).  

В статье 4 Закона РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической  деятельности на товарных рынках» в качестве аффилированного лица названы физическое  и юридическое лицо, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или)  физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, а также указан  перечень случаев, когда лица признаются аффилированными.  

Критерии аффилированности выработаны в банкротном праве применительно к  определению статуса контролирующих должника лиц и сгруппированы в Обзоре  судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах  банкротства требований, контролирующих должника и аффилированных с ним лиц,  утверждённым Президиумом Верховного Суда РФ 29 января 2020 г.  

Судебная практика по делам о банкротстве исходит из того, что аффилированность  может быть, как юридической (то есть прямо отвечать признакам, установленным  законом), так и скрытой или фактической (когда в судебном порядке будет доказано, что  лицо, несмотря на отсутствие юридической аффилированности, оказывало влияние или  определяло деятельность другого лица).  

Для установления признаков фактической аффилированности учитываются  общность экономических интересов лиц, наличие между ними правоотношений, не  соответствующих рыночным условиям, согласованность действий в отношениях с  третьими лицами, наличие фидуциарных либо властно-распорядительных отношений  между физическими лицами и прочее.  

Установление фактической аффилированности зависит исключительно от  конкретных обстоятельств дела.  

Как следует из разъяснений пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ  от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих  должника лиц к ответственности при банкротстве» по общему правилу, необходимым  условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него  фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или  иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10  Закона о банкротстве).  

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости  от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через  родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или  опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень  вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс  управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие  существенных деловых решений относительно деятельности должника.  

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника,  заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое  лицо подлежит признанию контролирующим должника.  

В материалы дела № А65-23193/2019, ответчиком представлен нотариальный  протокол осмотра доказательств 16 АА 5866689 от 08.07.2020. Согласно нотариальному  протоколу осмотр доказательств был осуществлён по заявлению ФИО6, действующего в интересах ФИО17.  

Материалами дела № А65-23193/2019 подтверждается, что ФИО6 представляет интересы конкурсного кредитора ООО «Тор Лайт»,  руководителем которого также является ФИО17  

Правовая позиция конкурсного кредитора ООО «Тор Лайт» в настоящем  обособленном споре в полном объёме совпадает с правовой позицией ФИО5, что  подтверждается, в том числе и тем, что правовая позиция ФИО5, в том числе,  обеспечивается ФИО17  

Таким образом, как верно отметил суд первой инстанции в обжалуемом судебном  акте, интересы конкурсного кредитора ООО «Тор Лайт», совпадающие с интересами  

ФИО17, совпадают с интересами конкурсного кредитора  ФИО5  

К тому же, арбитражным судом принимается во внимание и то обстоятельство, что  ФИО5 является родной сестрой ФИО17, что подтверждается ранее  указанными доказательствами и не опровергнуто ни ответчиком ФИО5, не  третьим лицом ФИО17  

Ссылаясь на то, что факт реальности спорных сделок подтверждается, в том числе  нотариальный протокол осмотра доказательств 16 АА 5866689 от 08.07.2020, ФИО5 и ООО «Тор Лайт» указывали на сделку, которая заключались, как это следует из  протокола осмотра с участием ООО «Компания «Гранд» и ФИО17  

С учётом сказанного, а также, исходя из общего анализа материалов дела № А6523193/2019, следует вывод о том, что условия по документальному оформлению  письменных форм договора займа б/н от 19.04.2017 г. на сумму 6 000 000 рублей, акта  приёма-передачи денежных средств от 19.04.2017 г. на сумму 270 046,00 руб., акта  приёма-передачи денежных средств от 20.04.2017 г. на сумму 220 000,00 руб., акта  приёма-передачи денежных средств от 24.04.2017 г. на сумму 430 000,00 руб., акта  приёма-передачи денежных средств от 26.04.2017 г. на сумму 181 300,00 руб., акта  приёма-передачи денежных средств от 29.04.2017 г. на сумму 240 000,00 руб., акта  приёма-передачи денежных средств от 05.05.2017 г. на сумму 275 000,00 руб., в  отсутствие фактической передачи денежных средств, не были условиями доступными для  иных кредиторов.  

Также, в материалах дела имеется решение Арбитражного суда Республики  Татарстан от 20 марта 2019 года по делу № А65-36600/2019, которым были установлены  следующие обстоятельства.  

Так, 26.04.2007 г. между ИП ФИО17 (застройщик) и Обществом с  ограниченной ответственностью «Астра Групп» (инвестор) заключен договора  инвестирования № 1/S-AG, согласно условиям которого последний в качестве инвестора,  передает застройщику инвестиции в сумме, установленной данным договором, для  реализации инвестиционного проекта. Распределение долей в объекте инвестиционной  деятельности установлено в п.1.1.2. Соглашения № 3-ДС о внесении изменений и  дополнений в договор инвестирования № 1/S-AG от 30.06.2010 г., согласно которому доля  инвестора составляет - 91,9% общей площади, что составляет 3 625 кв.м. от общего  количества площадей объекта инвестиционной деятельности; доля застройщика - 8,1%  общей площади, что составляет 320 кв.м. от общего количества площадей объекта  инвестиционной деятельности, расположенных на 3 (третьем) этаже объекта  инвестиционной деятельности, а также одно машиноместо, расположенное в подвальном  помещении объекта инвестиционной деятельности.  

Указанная доля является вознаграждением застройщика за выполнение им своих  функций по выполнению настоящего договора (пункт 2.1. в редакции соглашения № 3-ДС  о внесении изменений и дополнений в договор инвестирования № 1/S-AG строительства  административно-офисного центра от 26.04.2007).  

Договор инвестирования № 1/S-AG от 26.04.2007 года был квалифицирован как  договор простого товарищества. Объектом инвестиционной деятельности по Договору  инвестирования является административно-офисный центр общей проектной площадью 3  945 кв.м., планируемая площадь застройки 740,4 кв.м., создаваемый по адресу:  

<

...> (бывшая - 50 лет  Октября), дом 4а (далее – Объект).  

Согласно договору № l/S-AG-ц от 14.05.2015 уступки права и обязанностей по  договору инвестирования № 1/S-AG строительства административно-офисного центра от  26.04.2007 инвестор Общество с ограниченной ответственностью «Астра Групп» передал,  а новые инвесторы Общество с ограниченной ответственностью «Сиб ТОР Инвест К»,  Общество с ограниченной ответственностью «ТОР Каз Инвест» и Общество с  ограниченной ответственностью «Компания «ГРАНД» приняли принадлежащее  инвестору права и обязанности по договору инвестирования № 1/S-AG строительства  административно-офисного центра от 26.04.2007 (с дополнительными соглашениями №№  

1-2, 3-ДС от 30.06.2010) строительства административно-офисного центра от 26 апреля  2007 года («Дополнительными соглашениями №№ 1-2», «Соглашением № 3-ДС о  внесении изменений и дополнений в договор инвестирования № 1/S-AG» от 30 июня 2010  года).  

Согласно пункту 1 договора уступки ООО «Астра Групп» передало: 

- ООО «Сиб ТОР Инвест К» 39% принадлежащих инвестору прав и обязанностей  по Инвестиционному договору. Объем передаваемых прав по Инвестиционному договору  составляет право требования передачи 35,85 % доли в праве общей долевой собственности  завершенного строительством Административно-офисного центра по адресу: 

<

...> ИП ФИО17, являющейся Застройщиком Объекта;  

- ООО «ТОР Каз Инвест» 58,5% принадлежащих Инвестору прав и обязанностей  по Инвестиционному договору. Объем передаваемых прав по Инвестиционному договору  составляет право требования передачи 53,75 % доли в праве общей долевой собственности  завершенного строительством Объекта к ИП ФИО17, являющейся Застройщиком  Объекта;  

- ООО "Компания «ГРАНД» - 2,5% принадлежащих Инвестору прав и  обязанностей по Инвестиционному договору. Объем передаваемых прав по  Инвестиционному договору составляет право требования передачи 2,3 % доли в праве  общей долевой собственности завершенного строительством Объекта к ИП ФИО17, являющейся Застройщиком Объекта.  

Из перечисленных обстоятельств следует, что ФИО17 является лицом,  входящим в одну группу с Должником и ООО «Компания «Гранд», объединённой единой  экономической целью.  

Факт того, что ФИО5 и ФИО17 являются прямыми родственниками –  родными сёстрами ими не оспаривался, доказательств в опровержение данного факта в  материалы дела не представлено.  

Аффилированными лицами являются физические и юридические лица, способные  оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц,  осуществляющих предпринимательскую деятельность (абзац третий статьи 4 Закона  РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической  деятельности на товарных рынках»).  

Механизм заключения сделок между аффилированными лицами в ряде случаев  направлен на инициирование процедуры в рамках так называемого контролируемого  банкротства, а также искусственного создания задолженности в целях сохранения  ликвидных активов должника. В свою очередь, инициирование процедур в рамках так  называемого контролируемого банкротства может преследовать цели завладения  имуществом, которое де-юре не принадлежит должнику, а момент и возможность  возникновения права собственности на которое, на прямую зависит от факта признания  должника банкротом.  

Как следует из материалов дела № А65-23193/2019, определением Арбитражного  суда Республики Татарстан от 20 апреля 2020 по делу № А65-23193/2019 признано  обоснованным и включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов  общества с ограниченной ответственностью «ТОР Каз Инвест» требование ФИО5 в размере 1 616 346,00 рублей долга, 248 718 руб. 02 коп. процентов за пользование  чужими денежными средствами. Обоснованность требования была подтверждена  решением Ново-Савиновского районного суда города Казани от 19.08.2019г по делу № 23441/2019.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12 августа 2019 по делу   № А65-7142/2019, 09.10.2018 ИП ФИО17 не допустила сотрудников ООО «Тор Каз  Инвест», ООО «Компания «Гранд» на рабочие места в здание по адресу: 

<

...>, ограничив допуск к имуществу и документам, которое  находится в данном здании.  

С иском в Ново-Савиновский районный суд города Казани ФИО5  обратилась после событий 09.10.2018.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12 августа 2019 по делу   № А65-7142/2019 на индивидуального предпринимателя ФИО17 возложена обязанность устранить нарушения прав общества с  ограниченной ответственностью «ТОР Каз Инвест», общества с ограниченной  ответственностью «Компания «Гранд», в связи с препятствием в допуске к  принадлежащему истцам документам и имуществу, расположенных в здании по адресу : 

<

...>, обеспечив допуск в здание по адресу: 

<

...>, к документам и имуществу.  

Судебными актами по делу № А65-7731/2019 установлено, что по результатам  проверки Объекта, проведенной Инспекцией Госстройнадзора по РТ, на основании  поданного ООО «ТОР Каз Инвест» извещения об окончании строительства, 06.02.2018  выдано заключение органа государственного строительного надзора о соответствии  эффективности и требованиям оснащенности объекта капитального строительства  приборами параметров построенного, реконструированного, отремонтированного объекта  капитального строительства требованиям технических регламентов и проектной  документации, в т.ч. требованиям энергетической учета используемых энергетических  ресурсов за номером 14/р, номер дела 299/01.  

Также в рамках дела № А65-7731/2019 судами установлено, что строительство  Объекта завершено, необходимо лишь ввести его в эксплуатацию. Среди документов,  необходимых для этого, имеются акты допуска энергоустановок (электроустановка и  теплоустановка), выдаваемые Ростехнадзором. Одним из оснований получения указанных  актов являются справки (акты) о выполнении технических условий на подключение к  системе теплоснабжения и к электрическим сетям, выдаваемые, соответственно – АО  «Казэнерго» и Казанским филиалом АО «Сетевая компания».  

Справка о выполнении технических условий по подключению к электрическим  сетям выдана на ИП ФИО17, а справка (акт) о выполнении условий подключения к  системе теплоснабжения может быть выдана только ООО «ТОР Каз Инвест» как стороне,  с которой заключен договор на подключение к системе теплоснабжения.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 декабря 2018 по делу  А65-23329/2018, действия ИП ФИО17 как стороны, получившей от инвестора  земельный участок для строительства и инвестирование, по оформлению и регистрации за  собой права собственности на объект незавершенного строительства были признаны  неправомерными и несоответствующими условиям договора инвестирования и  разъяснениям, содержащимся в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда РФ от 11 июля 2011 г. № 54.  

Кроме того, Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 июня  2021 по делу № А65-23193/2019 включены требования ИП ФИО4 в  состав третьей очереди реестра требований кредиторов общества с ограниченной  ответственностью «ТОР Каз Инвест», в размере 480 330,00 руб. долга, 294 922,64 руб.  пени – одного из заявителей по настоящему обособленному спору.  

В рамках проверки обоснованности требований ФИО4 арбитражный суд  отклонил возражения конкурсного кредитора ФИО11, основанные на акте  осмотра электроустановки № 13-19/321 от 21.06.2018 г., составленного Ростехнадзором, в  связи с тем, что в материалах дела имеется письмо Федеральной службы по  экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзор) от 10.03.2021 г. №  290-5578 за подписью заместителя руководителя ФИО18 о том, что за период  с января по декабрь 2018 г. проверки в отношении электроустановок административно-офисного здания не проводились.  

Предоставление в качестве доказательств документации в отношении объекта  капитального строительства, при условии того, что ФИО11 не является  участником упомянутых публичных правоотношений, арбитражный суд расценивает как  доказательство вовлеченности ФИО11 обладающей особым статусом в  отличии от иных конкурсных кредиторов.  

Исходя из хронологической последовательности перечисленных выше  обстоятельств, основанных на исследованных материалах дела № А65-23193/2019,  

арбитражный суд первой инстанции пришёл к верному и обоснованному выводу о  наличии согласованных действий ФИО17 и ФИО11, а с учётом того, что  ФИО5 является родной сестрой ФИО17 и наличии согласованности  действий ФИО17 и ФИО5  

Целью таких согласованных и последовательных действий, с учётом изложенного,  а также с учётом обеспечения ФИО17 доказательствами позиции ФИО5  по настоящему обособленному спору, как верно указал арбитражный суд первой  инстанции, является получение контроля над процедурой банкротства.  

В пользу данного вывода свидетельствует и то обстоятельство, что из  представленных ответчиком копий показаний ФИО14 и ФИО15 в рамках  проверки заявления о возбуждении уголовного дела, перечисленными лицами даны  показания о том, что ФИО5 никаких денежных средств ни в кассу должника, не  на расчётный счёт должника не поступало. Оформление договора займа с ФИО5,  сестрой ФИО17, было предложено в качестве обеспечения гарантий ФИО17,  которая предложила таким образом обеспечить гарантии для себя как для лица,  осуществляющего функции застройщика. Отсутствие реальности хозяйственной операции  подтверждается и данными, предоставленными конкурсным управляющим должника.  

В силу положений пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в  пункте 73 постановления Пленума от 23.06,2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума от 23.06.2015 № 25), мнимая сделка, то есть сделка, совершенная  лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия,  ничтожна.  

Мнимая сделка характеризуется тем, что ее стороны не преследуют целей создания  соответствующих сделке правовых последствий, то есть совершают ее лишь для вида. В  этом проявляется ее дефект - отсутствие направленности сделки на установление,  изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Характерной  особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить  все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них  отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой  сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки  находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с  волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.  

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание  задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования  процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время  для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.  При этом стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное  исполнение (пункт 86 постановление Пленума от 23.06.2015 № 25).  

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо  доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые  указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если  решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в  частности, о включении в реестр требований кредиторов).  

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 86 Постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении  судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского Кодекса Российской  Федерации» следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для  вида ее формальное исполнение. Верховный Суд Российской Федерации в своей практике  придерживается правовой позиции о том, что лицо, оспаривающее сделку как мнимую  (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), находясь в условиях  доказательственной ассиметрии, представляет только доказательства разумных оснований  

считать сделку мнимой, а ее стороны для опровержения данного довода представляют  доказательства реальности сделки (определение от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784).  

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой  соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо  принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических,  физических, организационных возможностях сторон осуществить спорную сделку.  

Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее  мнимость (пункт 86 постановления № 25). Таким образом, сторонами должны быть  представлены исчерпывающие доказательства реальности сделки, положенной в  обоснование исковых требований, с подтверждением таковой доказательствами,  исходящими от незаинтересованных в исходе спора лиц.  

Принимая во внимание совокупность установленных в рамках настоящего  обособленного спора обстоятельств, арбитражный суд апелляционной инстанции  поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что договор займа б/н от 19.04.2017 г.  на сумму 6 000 000 рублей заключенный должником с ФИО5 является  недействительной, мнимой сделкой, заключенной исключительно с намерением  причинить вред иным кредиторам.  

В рассматриваемом случае судом первой инстанции по итогам рассмотрения,  обжалуемым судебным актом были применены последствия недействительности сделки в  виде в виде взыскания в пользу должника необоснованно перечисленной суммы.  Взыскано с ФИО5 в пользу общества с ограниченной  ответственностью «ТОР Каз Инвест», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  6 000 000 руб. 00 коп. неосновательного обогащения.  

С выводом суда первой инстанции о наличии оснований для применения  последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика неосновательного  обогащения, суд апелляционной инстанции, исходя из совокупности установленных в  рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, согласится не может, в силу  следующего.  

Как следует из содержания заявления и последующих уточнений, а также  требований присоседившихся к требованиям лиц, требование о применении последствий в  виде взыскания с ответчика по обособленному спору неосновательного обогащения в  размере 6 000 000 руб. заявлено не было.  

Право формирования требований, их предмета, основания и размера принадлежит  исключительно истцу (ст.ст. 4, 41, 125 АПК РФ).  

По смыслу положений ст.ст. 49, 133, 135 АПК РФ, арбитражный суд не может  выйти за пределы заявленных требований и разрешить иное требование, не заявлявшееся  лицом, обратившимся в суд, а также устанавливать обстоятельства, не относящиеся к  предмету спора.  

С учётом вышеизложенного оснований для применения последствий  недействительности сделки в виде взыскания неосновательного обогащения, у  арбитражного суда первой инстанции в рассматриваемом случае не имелось.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции, считает необходимым указать на  следующее.  

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, совершенная лишь для вида, без  намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.  

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников  гражданского оборота.  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели  достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает  с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например,  искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для  последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении  имущества должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016   № 305-ЭС16-2411, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 № 305-ЭС-3533).  

В рассматриваемом случае признавая сделку мнимой, суд первой инстанции  пришёл к выводу о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания  с ФИО5 в пользу общества с ограниченной ответственностью  «ТОР Каз Инвест», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 6 000 000 руб. 00  коп. неосновательного обогащения.  

Между тем, применяя последствия недействительности сделки, судом первой  инстанции не было учтено следующее.  

Согласно позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации, сформулированной в постановлении № 7204/12 от 18.10.2012, пункт 2 статьи  167 Гражданского кодекса Российской Федерации связывает применение реституции с  фактом исполнения сделки. К мнимой сделке применение реституции невозможно.  

Поскольку спорная сделка является мнимой, фактически сторонами не  исполнялась, направлена на создание мнимой задолженности по заёмным отношениям с  целью включения в реестр к должнику, применение реституции невозможно.  

Принимая во внимание вышеизложенное, руководствуясь положениями п. 4 ч. 1 ст.  270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение  Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2023 года по делу № А6523193/2019 подлежит отмене в части применения последствий недействительности сделки  в виде взыскания с ФИО5 в пользу общества с ограниченной  ответственностью «ТОР Каз Инвест», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  6 000 000 руб. 00 коп. неосновательного обогащения.  

В остальной части определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16  февраля 2023 года по делу № А65-23193/2019 подлежит оставлению без изменения.  

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2023 года по  делу № А65-23193/2019 отменить в части применения последствий недействительности  сделки.  

В остальной части определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16  февраля 2023 года по делу № А65-23193/2019 оставить без изменения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через  арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий А.И. Александров  

Судьи О.А. Бессмертная  

Электронная подпись действительна.  Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Г.О. Попова  

Дата 09.02.2023 7:50:00Кому выдана Попова Галина ОлеговнаЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 07.02.2023 3:37:00 

Кому выдана Бессмертная Ольга АлександровнаЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 07.02.2023 3:35:00 

Кому выдана Александров Алексей Иванович