ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-55813/2018

Дело № А40-162285/13

г. Москва

14 декабря 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 декабря 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме 14 декабря 2018 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  А.Н. Григорьева,

судей С.А. Назаровой, И.М. Клеандрова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 17 сентября 2018 года по делу №А40-162285/13, принятое судьей Бубновой Н.Л. по заявлению конкурсного управляющего ЗАО «Завод Конмаш» к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 11 629 533,19 руб. по делу о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Завод конвейерного машиностроения»  

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – ФИО3, по дов. от 02.11.2018 г.

конкурсный управляющий ЗАО «Завод конвейерного машиностроения» ФИО4 лично  (паспорт)

У С Т А Н О В И Л:

Решением суда от 01.08.2014 ЗАО «Завод конвейерного машиностроения» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

В Арбитражный суд города Москвы 23.07.2015 поступило заявление конкурсного управляющего к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании солидарно 11 629 533,19 руб.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 17.09.2018 ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Завод конвейерного машиностроения». Производство по заявлению конкурсного управляющего ЗАО «Завод конвейерного машиностроения» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО2 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит указанное определение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказать.

Представитель ФИО2 в судебном заседании доводы апелляционной жалобы поддержал.

Конкурсный управляющий ЗАО «Завод конвейерного машиностроения» в судебном заседании против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по доводам отзыва.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в соответствии со ст.ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд не находит оснований для изменения или отмены судебного акта.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, обратившись с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий ЗАО «Завод Конмаш» сослался на нарушение ФИО2 положений ст.9 Закона о банкротстве в части не обращения в суд с заявлением о признании общества банкротом, на нарушение ФИО2 положений п.4 ст. 10 Закона о банкротстве в части не передачи бухгалтерской документации, печатей, штампов, материальных и иных ценностей должника, у конкурсного управляющего отсутствовала возможность сформировать конкурсную массу, за счет которой возможно погашение требований по текущим обязательствам и требования, включенным в реестр требований кредиторов; указанное лицо причинило вред имущественным правам кредиторов должника в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст.61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Положениями статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции до 30.07.2017) предусматривались основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях", вступившим в силу 30.07.2017, статья 10 Закона признана утратившей силу.

Учитывая, что рассматриваемое заявление подано конкурсным управляющим в суд до 01.07.2017, суд приходит к выводу о том, что в силу пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ при его рассмотрении подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в ред. Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ.

Рассмотрев заявление, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В абзаце втором пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса содержится общая норма о субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица учредителей (участников), собственников имущества юридического лица или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия. Пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве устанавливает самостоятельный вид субсидиарной ответственности по обязательствам должника при банкротстве последнего, отличный от состава, предусмотренного абзацем вторым пункта 3 статьи 56 Кодекса и пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве. В связи с этим субсидиарная ответственность лица, названного в пункте 5 статьи 10 Закона о банкротстве, наступает независимо от того, привели ли его действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника по смыслу нормы, изложенной в абзаце втором пункта 3 статьи 56 Кодекса и пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

На основании ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 2 ст. 10 Закона установлено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям, возникает при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона обстоятельств; неподача указанными в пункте 2 статьи 10 Закона лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При этом на руководителя должника может быть возложена субсидиарная ответственность только по тем обязательствам должника, которые возникли после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона, а не за весь период работы привлекаемого к ответственности руководителя.

Понятия признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества определены в ст. 2 Закона о банкротстве. 

Так, недостаточность имущества – это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность – это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Материалами дела подтверждается, в частности, выпиской из ЕГРЮЛ, что полномочия генерального директора ЗАО «Завод Конмаш» в период с 01.10.2010 по 01.08.2014 осуществлял ФИО2.

Из материалов дела следует, дело о банкротстве возбуждено на основании заявления ООО «Рыкань-Элеватор», требования которого в размере 162 934, 40 руб. основного долга, 5 888 руб. расходов по госпошлине решением суда от 01.08.2014 по настоящему делу включены в третью очередь реестра требований кредиторов ЗАО «Завод Конмаш». Требования подтверждены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы от 18.04.2013 по делу №А40-153866/12.

Кроме того, решением от 26 апреля 2013 года по делу №A40-19629/13 Арбитражный суд города Москвы удовлетворил исковые требования ООО «ЮЛЕН» к ЗАО «Завод Конмаш» в размере 245 021 руб. 40 коп., постановлением апелляционной инстанции от 28.06.2013 решение оставлено в силе.

Требования ООО «ЮЛЕН» в размере 235 056 руб. основной долг, 29 734, 58 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами, 7 900, 43 руб. расходы по оплате госпошлины, 10 000 руб. расходы на оплату услуг представителя определением суда от 20.06.2014 признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов ЗАО «Завод конвейерного машиностроения».

Задолженность перед указанными кредиторами до настоящего времени не погашена

Таким образом, начиная с 28.06.2013, должник прекратил исполнять свои обязанности по оплате денежных обязательств.

ФИО2, как руководитель ЗАО «Завод Конмаш», был обязан обратиться с заявлением должника о признании его несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд не позднее 28.07.2014.

Несмотря на прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, руководитель должника не обратился с заявлением должника в арбитражный суд в порядке ст. 9 Закона о банкротстве после истечения месячного срока с момента возникновения таких обстоятельств.

Дело о банкротстве должника возбуждено 18.11.2013 по заявлению кредитора ООО "Рыкань-Элеватор".

Согласно п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Как следует из материалов настоящего дела, судом признаны недействительными следующие сделки должника: 

- договор уступки права (цессии) от 03.03.2014 № 1/14, заключенный между ЗАО Завод конвейерного машиностроения» и ЗАО «Завод Конмаш» по погашению задолженности ОАО «СПК Мосэнергострой» перед цедентом в размере 1 416 626, 83 руб., что подтверждается определением от 15.12.2014; 

- договор уступки права (цессии) № 1/13, от 23 сентября 2014 г., заключенный между ЗАО «Завод конвейерного машиностроения» и ЗАО «Завод Конмаш» в отношении задолженности к ООО «Промтрактор-Промлит» в размере 1 047 585, 24 руб., что подтверждается определением от 27.01.2015, определением об исправлении опечатки от 25.02.2015; 

- договор уступки требования (цессия) от 27.11.2013 № 74/13, заключенный между ЗАО «Завод конвейерного машиностроения» и ЗАО «Завод Конмаш» в отношении ООО 7КГ-9» в размере 176 199,72 руб., что подтверждается определением от 23.03.2015;

- договор уступки требования (цессия) от 27.11.2013 г. № 73/13, заключенный между ЗАО «Завод конвейерного машиностроения» и ЗАО «Завод Конмаш» в отношении ООО Зоркутинские ТЭС» в размере 62 449,84 руб., что подтверждается определением от 23.03.2015.

Судом было установлено, что указанные сделки были совершены в условиях неплатежеспособности должника, в целях причинения имущественным правам кредиторов должника, в период заключения оспариваемых сделок ФИО2 являлся руководителем ЗАО «Завод конвейерного машиностроения».

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 06.11.2012 г. № 9127/12, ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Следовательно, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а также вина субъекта ответственности, при этом в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. 

Таким образом, по мнению суда, генеральный директор должника ФИО2 нарушил требования п. 1, 2 ст. 9, п.4 ст. 10 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если, в том числе, должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Согласно пункту 2 статьи 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация, и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

Исходя из смысла указанной нормы, суд устанавливает обстоятельства наличия или отсутствия бухгалтерской документации для цели привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности на основе исследования представленных доказательств в подтверждение имущественного состояния должника, которое отражается в бухгалтерском балансе. В данном случае имеют существенное значение для дела обстоятельства наличия денежных средств должника, ведение им хозяйственной деятельности за отчетный период, предшествующий процедуре банкротства.

В соответствии с пунктом 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан представить временному управляющему и направить в арбитражный суд бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.

Согласно пункту 2 статьи 126 названного Закона руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Определением от 23.05.2014 суд обязал руководителя должника ФИО2 предоставить в адрес временного управляющего ЗАО «Завод конвейерного машиностроения» ФИО4 в течение десяти дней с даты получения настоящего определения документы, предусмотренные п. 3.2 ст. 64 Закона о банкротстве. Определение не было исполнено.

На принудительное исполнение решения суда от 01.08.2014 по настоящему делу 14 октября 2014 г. был выдан исполнительный лист АС №006839342 об обязании руководителя, иных органов управления ЗАО «Завод конвейерного машиностроения» в трехдневный срок передать конкурсному управляющему должника ФИО4 бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности должника.

ФИО2 06.04.2015 передал по акту приема-передачи конкурсному управляющему столы, стулья и др. оргтехнику, которую можно отнести к основным средствам должника, отраженным в бухгалтерском балансе на сумму 29 000 рублей (код показателя 1150_4).

11.04.2015 между конкурсным управляющим и ФИО2 была составлена опись документов, в соответствии с которой были описаны документы, имеющие отношение к деятельности должника.

Между тем, бывший генеральный директор не передал документы, подтверждающие наличие дебиторской задолженности в размере 7 575 000 руб., подтверждающие факт наличия у ЗАО «Завод конвейерного машиностроения» финансовых вложений в размере 921 000 руб., запасов в размере 28 894 000 руб., прочих оборотных активов в размере 135 000 руб.

В абзаце четвертом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действующей в спорный период, содержится презумпция о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при отсутствии документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете") и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона. Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, именно на ФИО2 в силу статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве возложено бремя опровержения данной презумпции (при ее доказанности), в частности, что документы переданы конкурсному управляющему либо их отсутствие не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Такой вывод согласуется с позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 16.10.2017 по делу N А33-17721/13.

Вместе с тем, ФИО2 не представил в материалы дела надлежащих доказательств передачи конкурсному управляющему должника всей бухгалтерской документации, в том числе документов, необходимых для взыскания дебиторской задолженности, а также наличия у ЗАО «Завод конвейерного машиностроения» финансовых вложений, запасов, прочих оборотных активов.

Составленная опись документов от 11.04.2015, а также акт приема-передачи от 06.04.2015 не содержит сведений о представлении ФИО2 указанных документов.

При этом составление акта приема-передачи документов само по себе не означает надлежащее исполнение ФИО2 обязанности по передачи документации должника, поскольку, принимая документы, конкурсный управляющий по общему правилу не должен обладать информацией о том, что переданные документы позволяют проведение соответствующих процедур, в том числе информацией об их комплектности и полноте содержания. Лишь проанализировав полученные документы, конкурсный управляющий имеет возможность определить, все ли необходимые документы переданы.

Конкурсным управляющим должника произведена работа по анализу переданной документации. В материалы дела представлены опись, составленная по результатам проверки документов, переданных бывшим генеральным директором ЗАО «Завод конвейерного машиностроения», акту приема-передачи. 

Указанные опись, акт приема-передачи подтверждают не передачу ФИО2 документации, необходимой для выявления активов в виде дебиторской задолженности, финансовых вложений и запасов, что свидетельствует о том, что обязанность по передаче документации, указанной в статье 10 Закона о банкротстве, ФИО2 не исполнена.

При указанных обстоятельствах суд пришел к правильному выводу о доказанности конкурсным управляющим должника непередаче ФИО2 всей бухгалтерской документации, отсутствие которой не позволило обратиться за взысканием дебиторской задолженности на сумму 7 575 000 руб., выявить финансовые вложения на сумму 921 000 руб., запасы на сумму 28 894 руб., прочие оборотные активы на сумму 135 000 руб.

Отсутствие необходимых документов не позволило конкурсному управляющему надлежащим образом сформировать конкурсную массу.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о доказанности факта наличия вины генерального директора ФИО2 в банкротстве должника.

Ответственность, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Кодекса).

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации.

Согласно абзацу второму пункта 8 статьи 10 Закона о банкротстве такая субсидиарная ответственность устанавливается в размере неудовлетворенных требований, включенных в реестр требований кредиторов должника из числа требований, предъявленных кредиторами до закрытия реестра, и неудовлетворенных текущих требований.

Все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу (п. 1 ст. 131 Закона о банкротстве).

В соответствии п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве ( ред. Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 4 настоящей статьи (должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц), невозможно определить размер ответственности, суд после установления всех иных имеющих значение фактов приостанавливает рассмотрение этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами. 

Как следует из материалов дела, формирование конкурсной массы не завершено, расчеты с кредиторами не производились. В связи с этим невозможно определить размер субсидиарной ответственности.

При таких обстоятельствах суд пришел к обоснованному выводу о приостановлении производства по настоящему заявлению до окончания расчетов с кредиторами.

ОТЗЫВ

Нарушение п. 2 ст. 10 Закона о банкротства.

В определении Верховного Суда Российской Федерации N309-ЭС15-16713 от 31 марта 2016 г. выражена следующая позиция:

«Исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.»

«Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.».

«В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

-объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.».

В материалах дела приобщены (т. 1 л.д. 59-61):

постановление апелляционной инстанции от 28.06.2013 года об оставлении в силе решения от 26 апреля 2013 года по делу NА40-19629/13 Арбитражного суда города Москвы об удовлетворении исковые требований ООО «ЮЛЕН» в размере 245 021 руб. 40 коп., и

(т. 1. л.д. 62-63):

постановление апелляционной инстанции от 28.06.2013 года об оставлении в силе решения Арбитражного суда города Москвы от 18.04.2013 года об удовлетворении исковых требований ООО "Рыкань-Элеватор" к ЗАО "Завод конвейерного машиностроения" о взыскании 162 934 руб. 40 коп.

Таким образом, на 28.06.2013 (дата вступления в законную силу судебных актов) у должника имелась задолженность перед кредиторами, которую должник не исполнил до настоящего времени.

Дело о банкротстве возбуждено 18.11.2013 по заявлению ООО "Рыкань-Элеватор", ООО «ЮЛЕН» включено в реестр требований кредиторов (т. 1 л.д. 37, 39), т.е. заявление о банкротстве направил кредитор, а не руководитель должника.

В соответствии с п. 2 ст. 6 Закона о банкротстве (ред. от 02.07.2013, действовавшей на дату обязанности подачи заявления) было установлено, что если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, производство по делу о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом при условии, что требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее ста тысяч рублей, к должнику - гражданину - не менее десяти тысяч рублей, а также имеются признаки банкротства, установленные статьей 3 настоящего Федерального закона.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств   или   обязанностей   по   уплате   обязательных   платежей,   вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (ст. 2 Закона о банкротстве).

В соответствии с п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

…должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В материалы дела представлены документы, подтверждающие возникновение обязательств после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве (т. 2, л.д. 58-59, т. 2, л.д. 60-61).

Таким образом, вступившими в законную силу судебными актами, имеющимися в материалах дела, подтверждено наличие неисполненных обязательств перед кредиторами, подтверждён предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя жалобы, что конкурсным управляющим не представлено документальное подтверждение наличия денежных обязательств опровергаются материалами дела.

ФИО2 в апелляционной жалобе указывает, что он как добросовестный руководитель предпринимал меры, направленные на преодоление сложившейся ситуации на предприятии, и конкурсный управляющий должен доказать, что должник вводил кредиторов в заблуждение и брал на себя долги.

В п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" указано ,что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, на ФИО2 лежит бремя доказывания, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план.

В качестве доказательств усилий по преодолению финансовых затруднений ФИО2 ссылается на свои письма в адрес ЕПК Развитие о том, что ЗАО «ЗКМ» находится в тяжелой финансовой ситуации и наличии задолженности (т. 1, л.д. 144, т. 2, л.д. 1, 2, 3), т.е. признает невозможность исполнения должником части денежных обязательств (неплатежеспособность), а также на претензии арендодателя о наличии задолженности (т. 1, л.д. 145-150), что доказывает, а не опровергает доводы о неплатежеспособности.

Апелляционный суд отклоняет доводы жалобы, поскольку апеллянтом не доказана передача имущества на сумму, по которой он сам отчитывался в бухгалтерской отчетности, т.е. установлена неполнота переданной информации, что затруднило проведение процедуры банкротства и формирование конкурсной массы.

Кроме того, апелляционный суд учитывает, что причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В рамках дела о банкротстве №А40-162285/2013 признаны недействительными сделки должника (т.1 л.д. 68-76):

договор уступки права (цессии) от 03.03.2014 г. № 1/14, 

договор уступки права (цессии) № 1/13, от 23 сентября 2014 г., 

договор уступки требования (цессия) от 27.11.2013 № 74/13, 

договор уступки требования (цессия) от 27.11.2013 г. № 73/13, 

При признании сделок недействительными, судом установлено, что оспоренные сделки были совершены в условиях неплатежеспособности должника, о чем контрагент должника (ЗАО «Завод Конмаш») был осведомлен, в целях причинения имущественного вреда имущественным правам кредиторов должника за счет лишения должника права требования долга с контрагента, в связи с чем, данные сделки признаны недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Судом установлено, что в период заключения оспариваемых сделок ФИО2 являлся руководителем ЗАО «Завод конвейерного машиностроения» и у него существовали личные отношений с генеральным директором ЗАО «Завод Конмаш».

Определения вступили в законную силу.

Таким образом, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам и вынес законное и обоснованное определение. Выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену определения, судом первой инстанции допущено не было.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом первой инстанции, в связи с чем оснований для отмены определения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает, что Арбитражным судом г. Москвы выяснены все обстоятельства дела, правильно оценены доводы сторон и вынесено законное и обоснованное определение, в связи с чем, жалоба не подлежит  удовлетворению.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 17 сентября 2018 года по делу №А40-162285/13 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:А.Н. Григорьев

Судьи:С.А. Назарова

И.М. Клеандров