, № 09АП-87069/2023

Дело № А40-274578/22

г. Москва

05 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 января 2024 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 05 февраля 2024 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.В. Гажур,

судей А.Н. Григорьева, Е.А. Скворцовой

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ПАО «Сбербанк», ФИО2, ФИО3

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 15.11.2023 по делу №А40-274578/22 (66-498) о включении требования ФИО4 в размере 18 690 000 рублей, 9 000 000 рублей, 10 000 000 рублей, 26 000 000 рублей основного долга, 13 559 533,86 рублей, 3 052 106,36 рублей, 3 231 835,10 рублей, 7 580 387,68 рублей процентов в третью очередь удовлетворения реестра требований кредиторов ФИО3, в размере 14 234 003 рублей пеней, 3 003 044,71 рублей, 2 474 780,30 рублей, 5 711 589,75 рублей процентов по ст. 395 ГК РФ - в третью очередь отдельно после погашения основанной задолженности и причитающихся процентов, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3 (дата рождения 28.01.1987; место рождения гор. Москва, ИНН 

<

***>, СНИЛС 141- 321-376 08),

 при участии в судебном заседании:

от ПАО «Сбербанк»: ФИО5 по дов. от 13.10.2021

от ФИО4: ФИО6 по дов. от 25.05.2023

от ФИО3: Фролова И.А. по дов. от 09.11.2023

ф/у ФИО7 лично, паспорт

от ФИО2: ФИО8 по дов. от 09.11.2023

иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

12.12.2022 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ФИО3 о признании его несостоятельным (банкротом). Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.12.2022 заявление ФИО3 о признании его несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено производство по делу №А40-274578/2022-66-498.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.02.2023 в отношении должника ФИО3 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7 (ИНН:290127829930 СНИЛС:167-366-598 17, адрес для корреспонденции: 109004, г Москва, а/я 70), являющийся членом Ассоциации МСРО "Содействие" (адрес: 302004, 

<

...>, оф.14). Сообщение о введении процедуры реализации имущества опубликовано в газете «КоммерсантЪ» № 38 от 04.03.2023.

В суде первой инстанции подлежало рассмотрению заявление ФИО4 о включении суммы задолженности в размере 116 537 280,70 рублей в реестр требований кредиторов ФИО3.

Определением суда от 15.11.2023 в удовлетворении ходатайства должника об отложении судебного заседания отказано.

В удовлетворении ходатайства ФИО2 об истребовании доказательств по делу отказано.

Требование ФИО4 в размере 18 690 000 рублей, 9 000 000 рублей, 10 000 000 рублей, 26 000 000 рублей основного долга, 13 559 533,86 рублей, 3 052 106,36 рублей, 3 231 835,10 рублей, 7 580 387,68 рублей процентов включено в третью очередь удовлетворения реестра требований кредиторов ФИО3, в размере 14 234 003 рублей пеней, 3 003 044,71 рублей, 2 474 780,30 рублей, 5 711 589,75 рублей процентов по ст. 395 ГК РФ - в третью очередь отдельно после погашения основанной задолженности и причитающихся процентов.

Не согласившись с принятым определением, ПАО «Сбербанк», ФИО2 ФИО3 обратились с апелляционными жалобами, просят определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. 

В обоснование доводов жалоб, заявители ссылаются на несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам, имеющим значение для рассмотрения настоящего дела.

Судом первой инстанции отказано в удовлетворении ходатайства ПАО «Сбербанк» о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Росфинмониторинга.

С учетом отказа в удовлетворении данного ходатайства, должником в апелляционной жалобе заявлено ходатайство о привлечении к участию в деле Росфинмониторинга, а также ФНС россии.

Апелляционная коллегия полагает, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для привлечения к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Росфинмониторинга.

В соответствии с п. 1 ст. 51 АПК РФ, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.

В качестве обоснования привлечения Росфинмонтиронинга кредитор ссылался на Федеральный закон "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма", а также на Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020 г.).

В соответствии с п. 1 указанного Федерального закона, настоящий Федеральный закон направлен на защиту прав и законных интересов граждан, общества и государства путем создания правового механизма противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения.

В соответствии с п. 1 указанного Обзора, суды вправе привлекать к участию в деле государственные органы, если обстоятельства дела свидетельствуют о наличии признаков легализации доходов, полученных незаконным путем.

Однако, доказательств, что денежные средства, предоставленные ФИО4 Должнику по Договорам займа, были получены преступным путем, или использовались на финансирование терроризма и/или распространение оружия массового уничтожения представлено не было.

Также не было представлено доказательств манипуляций с расчетным счетом Должника.

Таким образом, арбитражным судом первой инстанции был сделан правильный вывод, что обстоятельства, свидетельствующие о наличии признаков легализации доходов, полученных преступным путем, не установлены.

Относительно привлечения к участию в деле налогового органа суд апелляционной инстанции полагает следующее.

В соответствии с положениями ст. 34 Закона о банкротстве, лицами, участвующими в деле о банкротстве, являются: должник; арбитражный управляющий; конкурсные кредиторы; уполномоченные органы; федеральные органы исполнительной власти, а также органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления по месту нахождения должника в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом;

Согласно п. 2 Постановления Правительства Российской Федерации от 29.05.2004 N 257 "Об обеспечении интересов Российской Федерации как кредитора в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве" Федеральная налоговая служба является федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на представление в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, требований об уплате обязательных платежей и требований Российской Федерации по денежным обязательствам (в том числе по выплате капитализированных платежей).

Таким образом, налоговый орган, являясь уполномоченным органом в делах о банкротстве, является лицом, участвующим в деле. Оснований для его привлечения в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, также не имеется.

В обжалуемом определении отсутствуют выводы о правах и обязанностях Росфинмониторинга и налогового органа. Коллегией судей не установлено оснований для перехода к рассмотрению обособленного спора по правилам, установленным  АПК РФ для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

До начала судебного заседания ФИО4, финансовый управляющий должника представили отзывы на апелляционные жалобы, которые приобщены судом к материалам дела.

Должник и ФИО2 представили дополнительные пояснения с приложением документов в опровержение доводов ФИО4 и финансового управляющего должника, изложенные в отзыве, приобщенные коллегией судей к материалам дела в целях полного и всестороннего исследования обстоятельств дела и для принятия законного и обоснованного судебного акта.

В ходе судебного заседания представители ПАО «Сбербанк», ФИО2, должника доводы жалобы поддержали.

Финансовый управляющий, представитель ФИО4 по доводам апелляционных жалоб возражали, поддержали выводы суда первой инстанции.

Представитель ФИО2 представил ходатайство об истребовании доказательств в Управлении ФНС России по г. Москве, а также в кредитных организациях, выписки которых представлены ФИО4 в подтверждение денежности займов.

Апелляционная коллегия, повторно рассмотрев ходатайство апеллянта, отказывает в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств, поскольку законодательством суду предоставлено право, а не установлена обязанность истребования дополнительных доказательств в подтверждение правомерности доводов стороны. Апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело по имеющимся в деле доказательствам.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для изменения обжалуемого судебного акта.

В силу положений статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Согласно заявлению ФИО4, задолженность ФИО3 возникла в результате ненадлежащего исполнения должником обязательств по договору займа №1 от 22.04.2016, а также по распискам от 04.08.2018, от 31.08.2018, от 31.01.2019.

1.) Как следует из условий Раздела 1 договора займа №1 от 22.04.2016, ФИО4 предоставил ФИО3 денежную сумму в рублях, эквивалентную 250 000 долларов США по курсу ЦБ РФ на день фактической передачи денежных средств на срок до 22.04.2017 под 12% годовых.

Согласно пункту 7.1 договора в случае невозврата в срок займа и (или) процентов Заемщик уплачивает Заимодавцу пени в размере 0,5 процентов от суммы задолженности за каждый день просрочки до полного возврата задолженности по займу.  

Во исполнение условий договора ФИО4 согласно расписке от 25.04.2016 передал должнику денежные средства в размере 16 554 950,00 руб.

Из выписки по счету ФИО4 следует, что Должник 25.01.2022 частично вернул денежные средства в размере 30 000 долларов США, что, по требованию ФИО4 эквивалентно 2 320 947 рублей по курсу ЦБ РФ на 25.01.2022.

Согласно расчету заявителя, задолженность должника в рублях перед заявителем по договору займа №1 от 22.04.2016 составляет:

- 18 690 000 рублей основного долга, 

- 13 559 533,86 рублей процентов за период с 25.04.2016 по 20.02.2023.

- 14 234 003 рублей пеней за период с 22.04.2017 по 20.02.2023, 

2.) Согласно расписке от 04.08.2018, ФИО4 предоставил ФИО3 денежные средства в размере 9 500 000 рублей на срок до 30.08.2018.

Должник, согласно представленной ФИО4 расписке 15.09.2021 частично вернул денежные средства займодавцу в размере 500 000 рублей.

Согласно расчету заявителя, задолженность должника перед заявителем по расписке от 04.08.2018 по заявлению ФИО4 составляет:

- 9 000 000 рублей основного долга, 

- 3 052 106,36 рублей процентов за пользование займом по ч. 1 ст. 809 ГК РФ за период с 04.08.2018 по 20.02.2023, 

- 3 003 044,71 рублей процентов по ст. 395 ГК РФ за период с 30.08.2018 по 20.02.2023.

3.) Согласно расписке от 31.08.2018, ФИО4 предоставил ФИО3 денежные средства в размере 10 000 000 рублей на срок до 30.08.2019.

Согласно расчету заявителя, задолженность должника перед заявителем по расписке от 31.08.2018 составляет:

- 10 000 000 рублей основного долга, 

- 3 231 835,10 рублей процентов за пользование займом по ч. 1 ст. 809 ГК РФ за период с 31.08.2018 по 20.02.2023, 

- 2 474 780,30 рублей процентов по ст. 395 ГК РФ за период с 30.08.2019 по 20.02.2023.

4.) Согласно расписке от 31.01.2019, ФИО4 предоставил ФИО3 денежные средства в размере 26 000 000 рублей на срок до 30.01.2020.

Согласно расчету заявителя, задолженность должника перед заявителем по расписке от 31.01.2019 составляет:

- 26 000 000 рублей основного долга, 

- 7 580 387,68 рублей процентов за пользование займом по ч. 1 ст. 809 ГК РФ за период с 31.01.2019 по 20.02.2023, 

- 5 711 589,75 рублей процентов по ст. 395 ГК РФ за период с 30.01.2020 по 20.02.2023.

С учетом изложенного, ФИО4 просил включить в реестр требований кредиторов должника 116 537 280,70 руб. 

ПАО «Сбербанк», ФИО2 заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требование ФИО4 в заявленном размере, признавая обоснованным расчет кредитора заявленных требований, сведения о частичной оплате части суммы задолженности, а также устное заявление должника, высказанное в судебном заседании в суде первой инстанции, о признании долга, включил сумму задолженности в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

 При этом суд первой инстанции указал на то, что заявленное кредиторами ходатайство о применении к спорным правоотношениям срока исковой давности, не является обоснованным и не подлежит удовлетворению ввиду признания должником суммы задолженности, а также частичной оплатой суммы задолженности в размере 30 000,00 долларов США 25.01.2022.  

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Согласно пункту 3 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Из представленных в материалы дела доказательств следует следующее. 

№

Основание

Дата выдачи

Сумма,

руб.

Частичная оплата, руб.

% ставка

Дата возврата

Дата истечения

срока давности

1

Договор займа 

№ 1

25.04.2016

16 554 950,00

 2 320 947,00

12%

22.04.2017

22.04.2020

2

Расписка

04.08.2018

9 500 000,00

500 000,00

-

30.08.2018

30.08.2021

3

Расписка

31.08.2018

10 000 000,00

 -

-

30.08.2019

30.08.2022

4

Расписка

31.01.2019

26 000 000,00

 -

-

30.01.2020

30.01.2023

Всего на 20.02.2023

64 189 700,00

 

ПАО «Сбербанк», ФИО2 заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

Срок исковой давности по самой поздней расписке от 31.01.2019 с учетом установленного в ней срока возврата, истекает 30.01.2023. 

Требование о включении в реестр ФИО3 подано ФИО4 посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» 24.04.2023.

Таким образом, на момент его подачи истек трехлетний срок исковой давности в отношении неисполненных обязательств должника перед кредитором по всем заявленным заемным обязательствам.

Согласно пункту 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 Гражданского кодекса Российской Федерации). К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в абзаце 3 п. 20 постановления от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником.

 Факт оплаты должником части задолженности 15.09.2021 и 25.01.2022 (осуществлено за пределами срока исковой давности) не является полным признанием долга, в целях прерывания течения срока исковой давности. При частичной уплате долга ответственное лицо должно совершить какие-либо действия, свидетельствующие о признании им оставшейся части долга.

При этом коллегия судей критически относится к выписке из Сбербанка по счету ФИО4 от 06.03.2022, поскольку из указанного документа не представляется установить валюту счета, а также лицо, перечислившее спорные денежные средства на расчетный счет кредитора. 

В соответствии с пунктом 21 постановления Пленума N 43 перерыв течения срока исковой давности, в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения.

Вместе с тем, по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (п. 2 ст. 206 ГК РФ).

Федеральным законом от 08.03.2015 N 42-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации", вступившим в действие с 01.06.2015, введена новая редакция п. 2 ст. 206 ГК РФ, согласно которой, если по истечении срока исковой давности должник или иное обязанное лицо признает в письменное форме свой долг, течение исковой давности начинается заново.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 20, 21, 22 постановления N 43 разъяснил, что к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в том числе, может относиться акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Совершение представителем должника действий, свидетельствующих о признании долга, прерывает течение срока исковой давности при условии, что это лицо обладало соответствующими полномочиями.

В обоснование заявления о перерыве течения срока исковой давности ФИО4 указал на признание долга самим должником в ходе судебного заседания в суде первой инстанции, а также предъявления требований к должнику в общеисквом порядке.

Оценив заявленные доводы и представленные доказательства, суд апелляционной инстанции установил следующее.  

ФИО3 в обоснование свей апелляционной жалобы указал, что судом первой инстанции необоснованно было отказано представителю Должника  -  адвокату Фроловой И.А. в отложении рассмотрения дела.

Коллегией судей данный довод должника не может быть признанным обоснованным, поскольку отложение судебного разбирательства является правом, а не обязанностью суда. 

Однако как следует из материалов дела, представителем Должника в деле о банкротстве и при рассмотрении настоящего обособленного спора являлся ФИО9 - на основании доверенности № 173 от 06.02.2023 г., удостоверенной ФИО10, третьим секретарем Генерального консульства России в Хьюстоне (США) (л.д. 8 основного дела о банкротстве).

Именно этим представителем Должника ФИО9 была признана задолженность Должника перед ФИО4 

Самим Должником в заявлении о признании его банкротом была указана только задолженность перед ПАО «Сбербанк» и перед бывшей супругой ФИО2, подтвержденная судебными актами, вступившими в законную силу. 

При рассмотрении обособленного спора о включении в реестр требований кредиторов должника требования ФИО4 от имени Должника, его представителем ФИО9 в материалы дела 13.10.2023 предстьавлена Позиция (т. 2 л.д. 90-91), согласно которой представитель Должника против требований ФИО4 не возражает; указывает лишь на то, что не согласен частично; просит уменьшить размер неустойки.

ФИО3 в апелляционной жалобе указал, что данные действия представителя Должника – ФИО9 были совершены в интересах кредитора ФИО4 Указанным лицом совершались и иные действия не в интересах Должника, а в интересах ФИО4

Такая процессуальная позиция представителя Должника ФИО9 была принята ФИО4 как признание долга.

С учетом изложенного Должник отозвал доверенность, выданную ФИО9 и оформил доверенность на иного представителя.  

  В настоящее время интересы Должника по настоящему делу уполномочены представлять:

• ФИО11 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) на основании доверенности от 16.10.2023 № в реестре 50/211-н/50-2023-6-2065;

• Фролова Ирина Александровна (ДД.ММ.ГГГГ   г.р.) на основании доверенности   от 09.11.2023 № в реестре 77/698-н/77-2023-2-2792.

 Таким образом, к заявлениям представителя Должника, имеющего интерес к созданию искусственной задолженности перед дружественным кредитором, следует относиться критически.

Апеллянтом ФИО2 также представлены пояснения, согласно которым при ознакомлении с материалами гражданского дела № 2-1621/2020, рассмотренного Пресненским районным судом города Москвы по иску ФИО3 к ФИО12 (в настоящее время - ФИО2) об оспаривании брачного договора, выявлено рукописное заявление ФИО9 от имени ФИО3 о выдаче судебных актов (вх. № 413-03395 от 08.02.2023г.)

Также, при ознакомлении с материалами гражданского дела № 2-087/2023, имевшегося в производстве Пресненского районного суда города Москвы по иску ФИО4 к ФИО3   о  взыскании  займов  по  спорным  распискам,   выявлено  рукописное заявление от 25.08.2023г. вх. № 329011 о возвращении из материалов дела оригиналов расписок от имени ФИО4

В связи с визуальной схожестью рукописных текстов указанных документов их фотокопии были направлены для исследования специалиста-почерковеда.

Согласно заключению № 37086 о проведении почерковедческого исследования от 30.11.2023г. рукописные тексты, изображения которых находятся в электрофотографических копиях Заявления за вх. № 413-03395 от 08.02.2023г. и Заявления за вх. № 329011 от 25.08.2023г., выполнены одним лицом.

То есть одно и то же лицо (предположительно ФИО9) составляло судебные процессуальные документы одновременно от Должника и от кредитора ФИО4

Кроме того, должник представил в суд апелляционной инстанции копии Протокола явки с повинной от 14.12.2023 и Объяснений ФИО3 от 14.12.2023, а также пояснения о том, что представленные в дело долговые расписки были составлены ФИО3 в сговоре с ФИО4 для завладения имуществом бывшей супруги должника – ФИО2  

В соответствии со статей 49 АПК РФ, ответчик вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде любой инстанции признать иск полностью или частично. Арбитражный суд не принимает признание ответчиком иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этих случаях суд рассматривает дело по существу.

На основании вышеизложенного, признание Должником долга перед аффилированным с ним кредитором не соответствует требованиям статей 1, 10 ГК РФ о добросовестности и разумности, а также нарушает интересы независимых кредиторов. Такое признание не могло быть принято судом.

При таких обстоятельствах следует относиться критически к позиции, заявленной Должником и его представителями в поддержку требования кредитора ФИО4, а к доказыванию обстоятельств их взаимоотношений, совершенных сделок и расчетов предъявлять максимально высокие стандарты.

Относительно довода ФИО4, заявленного в суде первой инстанции о перерыве течения срока исковой давности в связи с обращением в суд о взыскании задолженности, коллегией установлено, в 2020 году ФИО4 действительно обращался в суд с заявлением о вступлении в дело по иску ФИО3 к ФИО12 (в настоящее время - ФИО2) Д.Г. об оспаривании брачного договора в качестве третьего лица, заявляющего требование о признании общим долгом и взыскании с бывших супругов займов в сумме 35 500 000 руб. по двум распискам: от 04.08.2018г. и от 31.01.2019г. (т.2 л.д.101)

Однако в удовлетворении заявления ФИО4 было отказано (т.2 л.д.105). 

Также согласно официальному сайту Судов общей юрисдикции города Москвы (https://mos-gorsud.ru), 11.04.2022 Преображенским районным судом г. Москвы зарегистрировано исковое заявление ФИО4 о взыскании с Должника 116 млн. руб. и присвоен номер № 02-5326/2022(М-4484/2022) (Т. 2, л.д. 115).

Между тем, ФИО4 не представлены в материалы дела копии указанного искового заявления, а также сведения о его дальнейшей судьбе (последняя запись о приостановлении производства по делу – 18.01.2023).

Соответственно, представленная информация с сайта Судов общей юрисдикции города Москвы (https://mos-gorsud.ru) не может служить основанием для перерыва течения срока исковой давности по правилам статьи 204 ГК РФ по заявленным требованиям.

В суде апелляционной инстанции представитель ФИО4 также не смог представить копию искового заявления, поданного в Преображенский районный суд г. Москвы или иной процессуальный документ, позволяющий коллегии судей оценить его на предмет относимости.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление N 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве, установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно пункту 1 статьи 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

Пунктом 2 статьи 808 ГК РФ предусмотрено, что в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы.

Исходя из положений статей 807, 808 ГК РФ, передача заимодавцем заемщику суммы займа является основным и необходимым условием заключения договора займа, являющегося реальным договором, и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Таким образом, предметом доказывания по настоящему требованию является установление факта предоставления заемщику денежных средств в соответствии с условиями заключенного договора.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 25 Постановления N 35, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, учитывая вероятность фальсификации таких документов, суду следует учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его заработной платы или иного дохода) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов судом может быть назначена соответствующая экспертиза, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

По смыслу указанных разъяснений заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения.

Таким образом, заявителю необходимо предоставить документы, подтверждающие фактическое наличие у него денежных средств в размере суммы займов к моменту их передачи должнику.

Такими доказательствами могут быть сведения о размере дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

Установление указанных обстоятельств обусловлено необходимостью исключения при заключении договора займа недобросовестного поведения сторон данного

договора (злоупотребления правом), которое направлено на искусственное увеличение кредиторской задолженности должника-банкрота.

Суд первой инстанции не учел, что в материалах обособленного спора отсутствуют доказательства, подтверждающие использование денежных средств Должником.

Так, квартира и земельный участок с расположенным на нем жилым домом приобретены частично за счет кредитов ПАО Сбербанк (99 млн.руб.) и частично за счет собственных денежных средств Должника (18 млн.руб.), что подтверждается соответствующими договорами купли-продажи.

Оплата иного имущества (здание, водное транспортное средство) на сумму около соответственно 7 и 3,5 млн. руб. за счет личных средств Должника или якобы предоставленных займов ФИО4, не подтверждена.

Сумма, которая могла бы быть оплачена на счет таких займов (18+7+3,5=28,5 млн. руб.) не сопоставима с суммой спорных займов (более 62 млн.руб.).

Кроме того, в период выдачи расписок и договора займа должник не нуждался в денежных средствах, поскольку согласно счету должника в КБ «АРЕСБАНК» за период с 04.12.2017 по 25.05.2018 на его счет были зачислены денежные средства в размере 46 844 000,00 руб., на которые была приобретена валюта в размере 796 200 долларов США и 14 500 Евро. 

В 2018-2019гг. Должник сам предоставлял займы на суммы временно свободных денежных средств, что подтверждается вступившим в законную силу решением Пресненского районного суда от 09.06.2022г. по делу № 2-5255/22 по иску ФИО3 к ООО «Призма».

Суд первой инстанции, признавая требования кредитора обоснованными исходил из того, что ФИО4 в материалы дела представлены достаточные доказательства финансовой возможности предоставления займа должнику и сослался на сведения о доходах кредитора, как физического и юридического лица за период с 2016 по 2019, в том числе налоговые декларации, справки 2-НДФЛ, 3-НДФЛ, с подтверждением их сдачи в налоговый орган; первичные документы, подтверждающие   получение   дохода;   сведения   о   пенсионных   выплатах   в   пользу кредитора; выписки по банковским счетам кредитора, квитанции к расходным кассовым ордерам; подтверждение приобретения и хранения иностранной валюты; договор купли-продажи квартиры от 17.09.2014, сведения о движении денежных средств по валютным счетам, справки об аренде банковских ячеек.

Между тем, часть указанных судом документов в дело не представлялась. Так, первичные документы, подтверждающие получение предпринимательского дохода, в материалах дела отсутствуют. Имеется лишь книга доходов и расходов за 2011 год (т.1 л.д.114-119), в которой ни одной расходной операции не отражено, и налоговые декларации (т.1 л.д.75-113), которые первичными документами не являются (это документы налогового учета и отчетности, которые составляются на основании первичных документов). Сами по себе без первичных документов, платежных поручений на уплату налогов, сведений из налогового органа и документов о расходах эти отчетные документы сумму доходов не подтверждают.

Представленный в материалы дела Договор купли-продажи квартиры от 17.09.2014г. (т.1л.д.120-121), ни финансовое положение кредитора, ни доходы ФИО4 не подтверждают. Документы, свидетельствующие о том, что расчеты по этому договору произведены в деле не имеются. Отсутствуют также документы, подтверждающие расходы ФИО4 на приобретение этой квартиры в 2008г. То есть определить финансовый результат от сделки не представляется возможным.

Из представленных ФИО4 справок 2-НДФЛ (за период с 2016 по 2018), налоговых деклараций в форме 3 НДФЛ (за период с 2016 по 2018) и справки из ПФР о выплате пенсии по старости (за период с 2016 по 2018) следует, что в спорный период его доход составил 10 млн. руб.

Кредитором не представлено документов, подтверждающих аренду у ПАО Сбербанк банковской ячейки на даты спорных займов (22.04.2016г., 04.08.2018г., 31.08.2018г., 31.01.2019г.), а также документов, подтверждающих посещение ФИО4 хранилища ценностей клиентов ПАО Сбербанк или иного банка в соответствующие даты (25.04.2016, 04.08.2018, 31.08.2018, 31.01.2019).

Документы об аренде ФИО4 индивидуального банковского сейфа в ПАО Сбербанк в период с 17.12.2014 по 22.12.2014, с 16.09.2016 по 17.10.2016, с 08.02.2017 по 10.03.2017, с 11.03.2017 по 10.04.2017, с 14.06.2017 по 12.12.2017гг. (т.2, л.д.70-78) являются не относимыми доказательствами, так как аренду сейфа на даты спорных займов не подтверждают.

Представленные же выписки по счетам кредитора являются неполными, отражают только расходные операции и по датам снятия денежных средств не соответствуют ни датам составленных расписок, ни размерам займов.

Так, согласно выписке из лицевого счета по вкладу ФИО4 в ПАО Сбербанк (доп.офис № 9038/01687 по адресу Москва, ул.Новокузнецкая, дом 16-18/10, стр.3) за 31.01.2019г. (т.1 л.д.37) ФИО4 с его счета была выдана сумма в размере лишь 2 800 000 руб. Доказательства снятия им денежных средств в размере переданных 26 000 000,00 руб. в материалах дела отсутствуют.  

Согласно статье 2 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем, - придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, полученными в результате совершения преступления.

По смыслу перечисленных норм права и указанных разъяснений заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить свою возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, но и сведения об источнике происхождения указанных денежных средств.

При наличии повышенного стандарта доказывания, который установлен при рассмотрении споров в рамках дел о банкротстве, в материалы дела должны быть представлены исчерпывающие документы, безусловно подтверждающие доводы лиц о реальности сложившихся между ними отношений и осуществления хозяйственных операций.

Выводы суда первой инстанции о достаточности представленных ФИО4 документов для доказывания финансовой возможности предоставления займа противоречат положениям статьи 68 АПК РФ, поскольку не позволяют установить источники получения дохода, движения денежных средств.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют надлежащие, отвечающие требованиям ст. ст. 67, 68 АПК РФ доказательства, подтверждающие наличие у ФИО13 финансовой возможности по выдаче займа должнику на указанную в договоре займа дату, а также в материалах отсутствуют доказательства, подтверждающие использование данных денежных средств Должником.

Коллегией судей также учтена позиция апеллянтов, что ФИО4 и должник фактически аффилированы, а договорные отношения возникли лишь с целью создания искусственной задолженности для оказания влияния на процедуру банкротства

Согласно выработанной в судебной практике позиции, аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016г. № 308-ЭС16-1475).

Кредитор, выдавая заем в обычной практике взаимоотношений участников гражданского оборота, обоснованно рассчитывает на его возврат заемщиком и получение платы,   кроме  того   стремится  повысить   вероятность  исполнения  заемщиком  своего обязательства по возврату денег, заключая в этих целях обеспечительные сделки.

В данном случае займы выданы в значительной сумме и на значительный срок в отсутствие обеспечения, то есть на условиях, недоступных иным независимым участникам рынка.

Из содержания Договора займа № 1 от 25.04.2016 и расписок следует, что предоставление денежных средств не было обусловлено конкретной целью и не обеспечено имуществом Должника.

Также, Договором займа № 1 от 25.04.2016 установлен единовременный возврат займа и процентов 22.04.2017, что Должником не было сделано.

Несмотря на это, ФИО4 не принято мер по возврату просроченной задолженности, напротив, им были выданы новые займы.

Таким образом, договор займа и расписки заключены между аффилированными лицами с целью создания искусственной задолженности и оказания в дальнейшем влияния на процедуру банкротства Должника, однако суд первой инстанции оценки данным доводам не дал.

Нерыночный характер условий договора займа и расписок, отсутствие экономической целесообразности заключения сделки, направленность данной сделки исключительно на создание искусственной задолженности перед аффилированными лицами и оказания в дальнейшем влияния на процедуру банкротства Должника подтверждают тот факт, что поведение сторон выходит за рамки стандартного и разумного поведения, является неразумным и недобросовестным.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение суда первой инстанции, применительно к положениям статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит отмене. Коллегия судей считает правильным  в удовлетворении заявления ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов должника ФИО3 задолженности отказать.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 15.11.2023 по делу №А40-274578/22 отменить.

В удовлетворении заявления ФИО4 о включении требования в реестр требований кредиторов должника ФИО3 - отказать.

 

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:                                                                О.В. Гажур

Судьи:                                  А.Н. Григорьев

 

ФИО14