СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                       Дело № А27-7620/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 июня 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего                  Захаренко С.Г.,

судей:                                                Подцепиловой М.Ю.,

                                                           Сухотиной В.М., 

при ведении протокола судебного заседания протокола помощником судьи Климентьевой К.С., с использованием средств аудиозаписи и применением веб-конференции, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Спик» (№07АП-3276/2025) на решение от 15.04.2025 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-7620/2021 (судья Перевалова О.И.) по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «СПИК» (650000, 

<

...> здание 13, офис 316, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) к ФИО1 о взыскании 11 688 401,06 рублей убытков (с учетом принятого судом ходатайства в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «СтройИнжиниринг» (650000, 

<

...> здание 13, офис 222, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «СНК» (650066, 

<

...> ,ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ФИО2 (города Кемерово), временный управляющий общества с ограниченной ответственностью «СНК» - ФИО3 (города Кемерово), временный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Спик» - ФИО4, общество с ограниченной ответственностью «Евростройсервис» (650044, 

<

...> здание 11а, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ФИО5, ФИО6, ФИО7, общество с ограниченной ответственностью «А-ПРОЕКТ КЕМЕРОВО-ПСК» (650000, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>),

заинтересованное лицо: финансовый управляющий имуществом ФИО1 ФИО8,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО9, по доверенности 04.02.2025; конкурсный управляющий ФИО4,

от ответчика: ФИО10 по доверенности от 05.12.2024 (сроком на 5 лет) – онлайн,

от ООО «СтройИнжиниринг»: ФИО11 по доверенности от 09.01.2025 (сроком до 31.12.2025) – онлайн,

от иных лиц: без участия (извещены),

установил:

общество с ограниченной ответственностью «СПИК» (далее – истец, ОО «СПИК») обратилось в арбитражный суд Кемеровской области с исковым заявлением к ФИО1 (далее – ответчик, ФИО1) о взыскании 11 688 401,06 рублей убытков (с учетом принятого судом ходатайства в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены: общество с ограниченной ответственностью «СтройИнжиниринг», общество с ограниченной ответственностью «СНК», ФИО2, временный управляющий общества с ограниченной ответственностью «СНК» - ФИО3, временный управляющий общества с ограниченной ответственностью «СПИК» - ФИО4, общество с ограниченной ответственностью «ЕВРОСТРОЙСЕРВИС», ФИО5, ФИО6, ФИО7, общество с ограниченной ответственностью «А-ПРОЕКТ КЕМЕРОВО-ПСК».

Решением суда от 15.04.2025 в удовлетворении исковых требований отказано. 

Не согласившись с решением суда первой инстанции, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении исковые требований, ссылаясь на то, что суд первой инстанции, обосновывая принятое решение, вышел за пределы заявленных требований, давая оценку действиям ответчика с позиции последствий для истца в виде возникновения признаков неплатежеспособности, одновременно подменяя понятия убытков и субсидиарной ответственности; указывает, что относительно действий ответчика понятие «предпринимательский риск» применено судом без необходимого соотнесения с абзацем 2 пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации; материалами дела подтверждается недобросовестность и неразумность в действиях ответчика по искажению сроков строительства спорных жилых домов в первичных декларациях, договорах долевого участия; считает, что вывод суда о том, что постановка меньшего срока завершения строительства по сравнению со сроками, указанными первоначальной проектной документацией направлено на увеличение привлекаемых дольщиков, и при наличии собственных возможностей застройщика не свидетельствует о том, что ФИО1 принято неразумное решение, связанное с указанием таких сроков, не основан на материалах дела; не получили оценку суда доводы истца, о том, что сроки строительства, указанные в договорах генерального подряда, заключенных между ООО «Стройинжиниринг» и ООО «СПИК», отставание проведения строительно-монтажных работ графику производства работ генеральными подрядчиками, а именно. ООО «Стройинжинирнг», находились также в зоне контроля ответчика, в связи с аффилированностью этих двух компаний; довод о том, что ответчиком не организован в Обществе надлежащий учет денежных средств и в связи с этим эксперту не удалось детально проанализировать суммы использования 25 098 913,63 рублей по дому № 4 и 75 986 099,8 рублей по дому № 5 из-за надлежащего учета (отражения в учете) расходных операций, который застройщик обязан был учитывать с 2017 года в отношении каждого многоквартирного дома (пункт 5 статьи 18 Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», далее – Закон № 214-ФЗ) не получил оценки судом; не получили оценки суда доказательства, представленные истцом о нецелевом расходовании денежных средств Общества на строительство «магазина».

Ответчик в отзыве на апелляционную жалобу просит оставить решение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Решение считает законным и обоснованным.

ООО «СтройИнжиниринг» в отзыве на апелляционную жалобу указало на, то, что доводы апелляционной жалобы заслуживают внимание, так как решение принято с нарушением норм материального и процессуального права, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Суд первой инстанции не дал надлежащую оценку всем доказательствам и доводам заявителя, как заявленным устно в судебных заседаниях, так и письменным, оформленным пояснениями к заявлению; истцом выбран надлежащий способ защиты нарушенного права и доказана совокупность условий, необходимых для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания с него убытков, так как заявить требование о взыскании с директора убытков можно независимо от того, имелась ли у юридического лица возможность возместить свои потери с помощью иных способов защиты права; полагает, что исковые требования подлежат удовлетворению. 

До дня судебного заседания от финансового управляющего ФИО1 – ФИО8 и конкурсного управляющего ООО «СПИК» поступило ходатайство о привлечении к участию в деле № А27-7620/2021 финансового управляющего ФИО1 – ФИО8 в котором также просил апелляционную жалобу оставить без удовлетврения.

В суде апелляционной инстанции представители участников процесса настаивали на своих позициях. 

Апелляционный суд, рассмотрев вышеуказанное ходатайство, привлек ФИО8 к рассмотрению апелляционной жалобы в качестве заинтересованного лица и с учетом наличия ходатайства ФИО8 о рассмотрении апелляционной жалобы без его участи апелляционный суд с учетом мнения участников процесса продолжил судебное разбирательство.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства (суд апелляционной инстанции располагает сведениями о получении адресатами направленной копии судебного акта (часть 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации)), в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, в судебное заседание апелляционной инстанции своих представителей не направили.

В порядке части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов, заслушав участников процесса, проверив в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы, апелляционный суд не нашел оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на основании решения от 25.07.2016 единственного участника, 28.07.2016 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о регистрации общества с ограниченной ответственность «СПИК» (далее ООО «СПИК», Общество) за основным государственным регистрационным номером 

<

***>. Генеральным директором общества назначен ФИО1, являющийся единственным участником.

10.01.2017 изменен состав участников Общества, в результате чего 51% доли в уставном капитале Общества стало принадлежать ФИО2, 49 %- ФИО1, при этом с ФИО1 заключён трудовой договора со сроком действия с 09.01.2017 по 25.07.2019, полномочия генерального директора продлены.

Вместе с тем, на основании протокола №8 Общего собрания участников от 04.09.2019 полномочия генерального директора прекращены, генеральным директором избран ФИО5.

Предметом настоящего иска является требование о взыскании с ФИО1, как бывшего единоличного исполнительного органа, 11688401,66 рублей убытка, причиненного Обществу и складывающегося из присужденных вступившими в законную силу решениями судов общей юрисдикции о взыскании в пользу дольщиков неустойки за нарушение срока передачи объекта, штрафа по Закону о защите прав потребителей, морального вреда, уплаченных взыскателем.

Причиной возникновения убытков, по мнению истца, является ненадлежащая организация ответчиком, как единоличным исполнительным органом ООО «СПИК», финансово-хозяйственной деятельности ООО «СПИК», выраженная в установлении сроков строительства без учета имеющейся у него информации в нарушение интересов истца, отражение недостоверной информации относительно сроков строительства жилых домов в заключенных договорах долевого участия, проектных декларациях, нецелевом использовании денежных средств дольщиков при осуществление строительства многоквартирных домов № 4 и 5 в городе Кемерово, Заводский район, микрорайон №15, что повлекло нарушение сроков строительства, явившееся основанием присуждения судами общей юрисдикции в пользу дольщиков неустойки за нарушение сроков передачи объектов долевого участие в строительстве, морального вреда, причиненного потребителю (участникам долевого строительства) вследствие нарушения их прав при просрочке передачи объектов долевого строительства, оплаченный размер которых предъявлен бывшему генеральному директору в качестве убытков.

Действительно, в период осуществления ответчиком полномочий единоличного исполнительного органа, Общество являлось застройщиком многоквартирных жилых домов № 4 и 5 в городе Кемерово, Заводский район, микрорайон №15, принявшим на себя обязательство завершения строительства объектов не позднее 31.12.2018.

Вместе с тем, жилой дом №4 введен в эксплуатации 30.09.2019, в то время как, жилой дом №5 введен в эксплуатацию 19.02.2020, что соответствует разрешению на ввод соответствующих объектов в эксплуатацию.

В свою очередь, нарушение сроков ввода объекта в эксплуатацию послужило основанием обращения дольщиков в суд с требованиями о взыскании неустойки, штрафа и морального вреда, удовлетворенные ООО «СПИК» в размере 11688401,66 рублей, предъявленных в качестве убытка.

Вышеуказанные обстоятельства послужили основанием для обращения в арбитражный суд с рассматриваемым иском. 

Арбитражный суд, отказывая в удовлетворении исковых требований, принял по существу законный и обоснованный судебный акт, при этом выводы арбитражного суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм действующего законодательства Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из следующего. 

По смыслу приведенных положений, установленная статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) ответственность органов управления хозяйственным обществом является средством внутрикорпоративного регулирования: единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) отвечает перед участниками за управление доверенным ему обществом, а также за представление интересов общества при заключении сделок с иными участниками оборота.

Лицо, которому участниками хозяйственного общества доверено руководство его деятельностью, должно использовать предоставленные ему полномочия для удовлетворения общих интересов общества, отвечающих интересам его участников, не вправе подменять интересы корпорации своим личным интересом, либо интересами третьих лиц (конфликт интересов), и обязано возместить убытки, причиненные обществу, если в условиях конфликта интересов такое лицо действовало недобросовестно.

Поведение генерального директора при ведении дел общества может быть признано недобросовестным, в частности, если директор использовал коммерческие возможности возглавляемого им общества в своих интересах или интересах третьих лиц (присвоение корпоративных возможностей), в том числе допустил перевод осуществляемой обществом деятельности на иное юридическое лицо, организовал создание "фирмы-двойника", на которую был переключен потребительский спрос и т.п.

Недобросовестным поведением директора также может быть признано совершение им сделки, в которой у него имеется заинтересованность, если такая сделка являлась заведомо невыгодной для общества, в том числе привела к утрате необходимого для продолжения деятельности имущества (вывод ключевых активов) и (или) состояла в передаче имущества без получения должного встречного предоставления.

Таким образом, если генеральный директор хозяйственного общества действовал с заинтересованностью (в условиях конфликта интересов) и допустил незаконную передачу имущества общества третьим лицам, он может быть привлечен к имущественной ответственности на основании пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ в форме возмещения убытков, в том числе упущенной выгоды, поскольку такое поведение нарушает интересы общества (его участников), не отвечая критерию (требованию) добросовестного ведения дел общества.

При этом участник оборота, в интересах которого действовал генеральный директор, в силу пункта 1 статьи 1107 ГК РФ не освобождается от обязанности возместить все доходы, которые он извлек или должен был извлечь из неосновательного получения (использования) чужого имущества.

При ином подходе неосновательно обогатившееся лицо, пользуясь чужим имуществом, не имело бы никаких негативных экономических последствий, равно как не было бы экономически стимулировано к скорейшему возврату имущества потерпевшему (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.03.2014 № 18222/13).

Следовательно, право общества на предъявление иска о взыскании упущенной выгоды (дохода) к собственному единоличному исполнительному органу не исключает возможности предъявления иска, направленного на удовлетворение того же имущественного интереса за счет неосновательно обогатившегося лица, участвовавшего в выводе имущества. К совпадающим обязательствам упомянутых лиц перед обществом подлежат применению нормы о солидарных обязательствах (пункт 4 статьи 1, статья 323 ГК РФ).

Такая позиция относительно солидарных обязательств, возникших из разных оснований, изложена Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в Определениях от 04.07.2016 № 303-ЭС16-1164(1,2), от 07.04.2022 № 305-ЭС16-16302(5), от 20.12.2022 № 305-ЭС22-11906.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В рассматриваемом случае, учитывая предмет настоящих требований и обстоятельства, положенные в его обоснование, истец должен доказать причинение Обществу убытков в результате недобросовестных или неправомерный действий ответчика, направленных на причинение этих убытков. Таким образом, между убытками и поведением ответчика должна быть прямая причинно-следственная связь, которая устанавливается судом.

Из материалов дела следует, что в соответствии с Уставом Общества и сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, одним из основных видов деятельности Общества является строительство жилых и нежилых зданий, а также покупка и продажа собственного недвижимого имущества, производство прочих строительно-монтажных работ.

Строительство объекта капитального строительства «Жилой дом №4», расположенного по адресу: город Кемерово, Заводский район, микрорайон 15, осуществлялось на основании разрешения на строительство №42-305-246-2017 от 16.06.2017, сроком до 30.04.2019, выданного администрацией города Кемерово, застройщику ООО «СПИК». Застройщиком объекта являлся ООО «СПИК» на основании договора субаренды земельного участка №89/16 от 01.02.2017.

Лицом, осуществляющим строительство, - ООО «Евростройсервис» на основании договора подряда №22/06/17-ГП от 22.06.2017.

С 01.04.2018 лицом, осуществляющим строительство, являлось ООО «СтройИнжиниренг», на основании договора генерального подряда №01/04/18-4 от 01.04.2018.

Строительный контроль при строительстве объекта на основании договора от 15.11.2018 осуществляет ООО «СНК».

Работы выполнялись по проектной документации (шифр 03/02/17), разработанной «А-Проект Кемерово-ПСК», получившей положительное заключение экспертизы проектной документации 31.05.2017, от 30.05.2019, от 23.07.2019, и от 09.09.2019, принимая во внимание внесенные в проект изменения, также требующие получения положительного заключения проекта.

В свою очередь, строительство объекта капитального строительства «Жилой дом №5 с подземной парковкой и встроенными нежилыми помещениями на первом этаже», расположенный по адресу: город Кемерово, Заводский район, микрорайон 15, жилой дом №5, осуществлялось на основании разрешения на строительство №42-305-246-2017 от 10.05.2017, сроком до 17.12.2019, выданного администрацией города Кемерово, застройщику ООО «СПИК», которое продлено до 29.02.2020. Земельный участок предоставлен на основании договора аренды земельного участка №88/16 от 12.01.2017.

Лицом, осуществляющим строительство, являлось ООО «Евростройсервис» на основании договора подряда №02/05/17 от 15.05.2017. С 01.04.2018 договор генподряда на строительство объекта №01/04/18-5 с ООО «СтройИнжиниринг».

Работы выполнялись по проектной документации (шифр 02-17), разработанной  «А- Проект Кемерово-ПСК», получившей положительное заключение экспертизы от 03.05.2017, а также изменений в проектную документацию, получивших положительное заключение экспертизы от 30.05.2018, от 14.11.2019 и от 06.02.2020.

Судом установлено, что в период осуществления ответчиком функций единоличного исполнительного органа, последний являлся единственным участником ООО «Стройинжиниринг», привеченным к строительству спорных многоквартирных домов в качестве генерального подрядчика, в то время как, строительный контроль осуществлялся ООО «СНК», где как утверждает Общество и ООО «Стройинжиниринг», аффилированность имела место через работников ООО «Стройинжиниринг» и ООО «СПИК».

В целях установления всех существенных обстоятельств, суд первой инстанции назначал судебную экспертизу, проведение которой экспертам общества с ограниченной

ответственностью «ЦЕНТР АУДИТА И КОНСАЛТИНГА «ПАРТНЕР» - ФИО12, ФИО13, ФИО14.

На разрешение экспертам поставлены следующие вопросы:

1. Являлся ли объем привлеченных по договорам долевого участия в строительстве денежных средств достаточным для завершения строительства многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в городе Кемерово, Заводский район, микрорайон №15 на основании примерного графика реализации проекта строительства согласно проектной декларации с учетом всех изменений и дополнений к ней? Если да, то имелись ли периоды кассового разрыва между доходами и расходами?

Если нет, то какую сумму составил объем привлеченный ООО «СПИК» денежных средств вне договоров долевого участия в строительстве спорных домов?

2. Имелось ли нецелевое использование денежных средств, привлекаемых от участников долевого строительства многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в городе Кемерово, Заводский район, микрорайон №15, если да, то в каком размере? и на какие цели?

3. Повлияло ли нецелевое использование денежных средств на сроки строительства? имеются ли иные причины, влияющие на сроки строительства спорных домов?

4. Имело ли место изменение уровня цен на рынке строительства многоквартирных жилых домов в период 2017-2019 года по сравнению с планируемой стоимостью, предусмотренной первоначальной проектной декларацией по строительству многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в городе Кемерово, Заводский район, микрорайон №15.

5. Установить соотношение между поступившими денежными средствами от ООО «СПИК» в пользу ООО «СтройИнжиниринг» в рамках договоров строительного подряда (иных договоров), связанных со строительством многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в городе Кемерово, Заводский район, микрорайон №15 и расходами ООО «СтрйИнжиниринг» на исполнение обязательств по этим договорам по срокам, выполнения работ, указанных в договорах и примерного графика реализации проекта строительства согласно проектной декларации с учетом всех изменений и дополнений к ней? Имелись ли периоды кассового разрыва между поступившими и расходуемыми денежными средствами?

6. Соответствуют ли условия договоров между ООО «СПИК», с одной стороны и ООО «СтройИнжиниринг», ООО «СНК», с другой стороны, связанные со строительством многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в городе Кемерово, Заводский район, микрорайон №15 на момент его подписания рыночным условиям (критериям) аналогичных сделок.

Согласно выводам экспертного заключения№20/05/2022 от 20.05.2022, на первый вопрос объем привлеченных денежных средств по договорам долевого участия в строительстве денежных средств являлся достаточным для завершения строительства многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в городе Кемерово, Заводский район, микрорайон №15 на основании примерного графика реализации проекта строительства согласно проектной декларации с учетом всех изменений и дополнений к ней. Однако по дому № 4 объем привлеченных денежных средств являлся недостаточным на первых трех этапах строительства. Денежные средства, достаточные для завершения строительства были получены Обществом только к концу строительства по графику проектной декларации.

Кассовые разрывы между доходами и расходами наблюдаются на 1 и 2 этапах строительства. Начиная с 3 квартала 2018 года привлеченных денежных средств для строительства было достаточно.

По дому № 5 привлеченных денежных средств дольщиков не хватало на 1 этапе. Далее поступление денежных средств дольщиков превышало заявленные в проектной декларации суммы.

Кассовые разрывы между доходами и расходами наблюдаются на 1 этапе строительства.

В исследуемый период Общество осуществляло строительство комплекса домов и объектов социальной сферы. Привлеченные от иных источников финансирования (вклады участников и заемные средства) денежные средства направлялись на покрытие кассовых разрывов при строительстве общего комплекса объектов.

При ответе на второй вопрос эксперты указали, что в ходе анализа движения денежных средств по расчетным счетам ООО «СПИК» не выявлено фактов нецелевого использования денежных средств, не соответствующих Закону № 214-ФЗ.

Согласно выводам на третий поставленный вопрос, фактов нецелевого использования денежных средств, способных повлиять на сроки строительства, не выявлено. Исследование данного обстоятельства проводилась при подготовке ответа на вопрос № 2.

При анализе изменения проектных деклараций отмечены изменения завершения сроков строительства дома № 4 на 3 квартала, дома № 5 на 5 кварталов. Указанные изменения сроков, по мнению экспертов, связанны с кассовыми разрывами в первый календарный год, возникшими при недостаточности получения денежных средств по договорам ДДУ на первых этапах строительство. Более подробно данная ситуация рассмотрена в ответе № 1 настоящей экспертизы.

По мнению экспертов при ответе на четвертый вопрос отмечено, что имело место изменение уровня цен согласно протоколам о введении региональных индексов пересчета сметной стоимости строительства по Кемеровской области, утвержденные Заместителем Губернатора Кемеровской области по строительству.

По результатам исследования на пятый поставленный вопрос экспертами не выявлены периоды кассового разрыва между поступившими денежными средствами в ООО «СтройИнжиниринг» и расходуемыми денежными средствами.

Согласно выводам на шестой поставленный вопрос условия договоров между ООО «СПИК», с одной стороны и ООО «СтройИнжиниринг», ООО «СНК», с другой стороны, связанные со строительством многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в городе Кемерово, Заводский район, микрорайон №15 на момент его подписания соответствовали рыночным условиям (критериям) аналогичных сделок.

По результатам изучения заключения, с учетом данных 12.07.2022 экспертами ФИО12 и ФИО13 пояснений, 29.07.2022 в материалы дела поступило экспертное заключение №20/05/2022 от 28.07.2022.

Так, ответ на первый поставленный вопрос сформулирован в заключении следующим образом: «Объем привлеченных денежных средств по договорам долевого участия в строительстве денежных средств являлся достаточным для завершения строительства многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в городе Кемерово, Заводский район, микрорайон №15 на основании примерного графика реализации проекта строительства согласно проектной декларации с учетом всех изменений и дополнений к ней.

Однако по дому № 4 объем привлеченных денежных средств являлся недостаточным на первых трех этапах строительства. Денежные средства, достаточные для завершения строительства были получены Обществом только к концу строительства по графику проектной декларации. По дому № 5 недостаток денежных средств наблюдался только на 1 этапе.

В исследуемый период Общество осуществляло строительства комплекса домов и объектов социальной сферы. Привлеченные от иных источников финансирования (вклады участников и заемные средства) денежные средства направлялись на покрытие расходов в связи с недостаточностью денежных средств, при строительстве общего комплекса объектов.

Объем привлеченный ООО «СПИК» денежных средств вне договоров долевого участия в строительстве спорных домов составил 17 587 663,47 рублей в виде займов, 149 990 000 рублей в виде вкладов учредителей.».

Также экспертами изменена редакция ответа на третий поставленный вопрос, согласно которой, фактов нецелевого использования денежных средств, способных повлиять на сроки строительства, не выявлено. Исследование данного обстоятельства проводилась при подготовке ответа на вопрос № 2.

При анализе изменения проектных деклараций отмечены изменения завершения сроков строительства дома № 4 на 3 квартала, дома № 5 на 5 кварталов. Указанные изменения сроков, по мнению экспертов, связанны с кассовыми разрывами в первый календарный год, возникшими при недостаточности получения денежных средств по договорам ДДУ на первых этапах строительство. Кроме того, после возведения монолитного каркаса (раздел КЖ), приступив к выполнению работ по архитектурным решениям, конструктивным и объемно-планировочным решениям, а также внутренним инженерным сетям, Генподрядчик столкнулся с недостатками проектной и рабочей документации, о чем свидетельствует многочисленная переписка и договоры с проектировщиком. Данный факт не позволил выполнить работы в сроки, установленные договорами. По мнению экспертов, так же причиной задержки строительства, явились недостатки проектной и рабочей документации.

Редакция ответов на 2, 4, 5, 6 вопросы осталась прежней. Также представленное заключение дополнено объемом исследовательской части. 

По результатам изучения заключений, представленных ООО «ЦЕНТР АУДИТА И КОНСАЛТИНГА «ПАРТНЕР», удовлетворено ходатайство истца и третьего лица и определением суда от 18.10.2022 по делу назначена дополнительная экспертиза, производство которой поручено Федеральному бюджетному учреждению Алтайская лаборатория судебных экспертиз (пр. Ленина, д 151Г, 

<

...>, тел 8(3852)27-16-33, e-mail: altlse@mail.ru) (эксперты ФИО15, ФИО16, ФИО17), которым руководителем экспертного учреждения будет поручено проведение экспертизы.

Вместе с тем, 05.12.2022 материалы, направленные для проведения экспертизы, возвращены без исполнения, в связи с отсутствием материально-технической базы и специалистов для решения некоторых вопросов.

Определением суда от 22.12.2022 по делу назначена дополнительная экспертиза по этим же вопросам, производство которой поручено экспертам общества с ограниченной ответственностью «Брент-Эксперт» ФИО18, ФИО19, ФИО20. Определением от 10.03.2023 принят самоотвод эксперта ФИО19; привлечен к проведению экспертизы ФИО21.

12.04.2023 в материалы дела поступило экспертное заключение №62-Э/2023, по результатам изучения которого эксперты ФИО18, ФИО21, ФИО20 вызваны в суд для дачи пояснений.

Так при ответе на первый поставленный вопрос сделан вывод, что объем привлеченных по договорам долевого участия в строительстве денежных средств являлся достаточным для завершения строительства многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в городе Кемерово, Заводский район, микрорайон №15 на основании примерного графика реализации проекта строительства согласно проектной декларации с учетом всех изменений и дополнений к ней. При этом имелись периоды невозможности полного погашения обязательств, срок которых уже наступил, из-за кратковременной недостаточности денежных средств.

При ответе на второй вопрос установлено несоблюдение условия договора долевого участия в строительстве многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в городе Кемерово, Заводский район, микрорайон №15 о направлении средств, привлекаемых от участников долевого строительства, в размере цены настоящего договора за вычетом стоимости вознаграждения Застройщика на строительство жилого дома. Отклонение составило 25 098 913,63 рублей по дому № 4 и 75 986 099,8 рублей по дому № 5. Учет расходования указанной выше разницы на иные цели, в отношении которых Федеральным законом № 214-ФЗ допускается расходование денежных средств «Участника долевого строительства», застройщиком не обеспечен. Установить цели использования этих средств не представляется возможным, поскольку использовались одни и те же расчетные счетов для получения и расходования денежных средств по разным строительным объектам; расходование вознаграждения Застройщика, на которое не распространяются установленные ограничения в целевом использовании, осуществлялось совместно со средствами, предназначенными для строительства объектов ДДУ.

Отвечая на третий поставленный вопрос, эксперты приходят к выводу, что по причинам, изложенным в исследовании по вопросу 2, эксперт не может дать категоричный ответ о влиянии установленного факта несоблюдения условия ДДУ о целевом направлении средств, полученных в оплату цены договора, за минусом вознаграждения Застройщика, на строительство объекта ДДУ, на сроки этого строительства. Из имеющихся материалов дела установить иные причины, с достаточной степенью достоверности и обоснованности, не представляется возможным.

Из ответа на четвертый вопрос следует, что на рынке строительства многоквартирных жилых домов в период 2017-2019 года по сравнению с планируемой стоимостью, предусмотренной первоначальной проектной декларацией по строительству многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в городе Кемерово, Заводский район, микрорайон №15 имело место изменение уровня цен. Планируемая стоимость строительства дома №4, согласно «Сводному укрупненному расчету стоимости строительства микрорайона №15», составила 219743644 рублей, дома №5 составила 400014806 рублей.

Усредненное изменение индекса изменения сметной стоимости строительномонтажных и пусконаладочных работ по объектам строительства, определяемых с применением федеральных единичных расценок от IV квартала 2019 года к IV кварталу 2017 года составило 17,45%.

Стоимость домов к моменту окончания строительства в 2019 году могла быть увеличена исходя из утвержденных индексов цен на 17,45% и составила по дому №4 - 258 088 909,88 рублей, по дому №5 - 469 817 389,65 рублей. 

Из ответа на пятый вопрос следует, что за период с 01.04.2018 по 30.09.2019 в рамках договоров строительного подряда (иных договоров), связанных со строительством многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в городе Кемерово, Заводский район, микрорайон №15 в пользу в пользу ООО «Стройинжиниринг» от ООО «СПИК» было перечислено денежных средств в размере 115 475 998 рублей. Согласно данным бухгалтерского учета расходы ООО «Стройинжиниринг» на выполнение этих работ, составили 137 854 962 рублей. Дефицит денежных средств в размере 22 378 963,98 рублей полностью покрывается переданными от ООО «СПИК» в пользу ООО «Стройинжиниринг» правами требовать оплаты от дольщиков по договорам долевого участия в строительстве жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в размере 47 628 рублей. Оснований для вывода о наличии кассового разрыва или иного дефицита денежных средств в деятельности подрядчика ООО «Стройинжиниринг», связанного именно с выполнением подрядных работ по строительству жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 не имеется.

При ответе на шестой поставленный вопрос, эксперты также приходят к выводу, что условия договоров между ООО «СПИК», с одной стороны и ООО «СтройИнжиниринг», ООО «СНК», с другой стороны, связанные со строительством многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в городе Кемерово, Заводский район, микрорайон №15, на момент его подписания соответствуют рыночным условиям (критериям) аналогичных сделок.

Суд первой инстанции, заслушав пояснения экспертов по представленному экспертному заключению, удовлетворил ходатайство, определением суда от 14.08.2023 назначил по делу проведение дополнительной экспертизы, в связи с необходимостью исследования дополнительных вопросов, ранее не поставленных перед экспертами, производство которой поручил экспертам общества с ограниченной ответственностью «Брент-Эксперт» г.Кемерово, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО22, поставив на разрешение экспертам следующие вопросы:

1. Повлияло ли нецелевое использование денежных средств на сроки строительства многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в городе Кемерово? имеются ли иные причины, влияющие на сроки строительства спорных домов, в том числе:

- соответствовали ли фактические этапы строительства этапам согласно проектным декларациям, графикам в договорах генерального подряда (подряда);

- на каком этапе строительства произошла просрочка выполнения работ, какими причинами вызвана;

-связано ли (повлияло ли) изменение сроков строительства, отраженных в проектных декларациях с внесением изменений в проектную документацию;

- повлиял ли факт строительства одновременно нескольких многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 2 и 4, а также иных домов и (или) коммуникаций квартала «Дружба» на сроки строительства многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5.

2. Соответствуют ли фактические расходы на строительство многоквартирных жилых домов под строительными номерами 4 и 5 в городе Кемерово нормативной потребности, согласно проектно-сметной документации.

Согласно экспертного заключения №20-Э/2024 при ответе на первый поставленный вопрос сделаны следующие выводы: сроки строительства многоквартирного жилого дома под строительным номером № 4 соответствуют фактическим этапам строительства. Отсутствуют строительные работы многоквартирного жилого дома под строительными номерами № 5 в период с 01.04.2020 - 30.04.2020, 01.06.2020 - 30.06.2020, 25.07.2020 -31.08.2020 года, что соответствует 96 дням, что привело к задержке ввода эксплуатации. Из материалов, переданных для проведения экспертизы, установить причины отсутствия работ в указанные периоды не представляется возможным, в силу отсутствия какой- либо информации.

Из ответа на второй поставленный вопрос следует, что ответить на вопрос суда о соответствии фактических расходов на строительство многоквартирных жилых домов под строительными номерами 4 и 5 в городе Кемерово нормативной потребности, согласно проектно-сметной документации, не представляется возможным, поскольку сметная документация не представлена. Из проектной документации получить достоверные данные о нормативной потребности в ресурсах не представляется возможным.

Из материалов дела следует, что определением суда от 07.02.2024 арбитражным судом для дачи пояснений по экспертному заключению вызваны все эксперты, которым поручено проведение дополнительной экспертизы, при этом дополнительно отмечено, что формулировка поставленных дополнительных вопросов, в том числе обусловлена пояснениями эксперта ФИО20, данными в ходе исследования экспертного заключения №62- Э/2023, поскольку представленное экспертное заключение №20-Э/2024 по поставленным вопросам проведено экспертами ФИО18, ФИО21, Неб Ю.С., при этом отсутствует какие- либо сведения о причинах не участия в исследовании эксперта ФИО20

По результатам данных экспертами 19.02.2024 пояснений, в целях целесообразности проведения по делу дополнительной экспертизы, арбитражный суд по ходатайству лиц, участвующих в деле, определением суда от 05.04.2024 вызвал в суд для дачи консультаций специалистов ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26.

Судом первой инстанции в судебном заседании 15.05.2024 были заслушаны консультации специалистов ФИО23, ФИО24, ФИО26, по результатам обсуждения предлагаемых формулировок вопросов, с учетом спорного правоотношения, сформулирован вопрос относительно определения причин нарушения сроков завершения строительства многоквартирных домов №4 и 5 (ввода объекта в эксплуатацию) по сравнению со сроками завершения строительства, указанными в первоначальной проектной декларации и разрешение на строительство до момента ввода объекта в эксплуатации.

Определением от 20.06.2024 судом первой инстанции удовлетворено ходатайство истца и третьего лица о проведении дополнительной экспертизы, учитывая то, что ООО «СПИК» вменяет ответчику как единоличному исполнительному органу неправомерные действия, повлекшие нарушение срока ввода объектов долевого участия в строительстве в эксплуатацию, что повлекло обращение дольщиков в суд и основанием взыскания неустойки, размер которой предъявлен в качестве убытков. При этом истец, как застройщик в рамках установленных строительных регламентов, вносил изменения в первоначальную проектную декларацию, указывая более поздние сроки сдачи объекта в эксплуатацию, соответствующие изменения внесены в разрешения на строительство, вместе с тем, указанные обстоятельства не изменяют сроки ввода объекта в эксплуатацию, отраженные в договорах долевого участия в строительстве, что повлияло на размер ответственности застройщика.

Проведение дополнительной строительно-технической экспертизы, поручено экспертам общества с ограниченной ответственности «Специализированная фирма» «РусЭксперТ» ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27. На разрешение экспертам поставить следующий вопрос:

1. Определить причины нарушения сроков завершения строительства многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в городе Кемерово (ввода объекта в эксплуатацию) по сравнению со сроками завершения строительства, указанными в первоначальной проектной декларации и заключённых договоров долевого участия в строительстве (31.12.2018) и до момента ввода объектов в эксплуатацию.

03.02.2024 в материалы дела поступило экспертное заключение №12-24-09-01, согласно которому в результате проведенного исследования эксперты пришли к выводу, что причинами нарушения сроков завершения строительства многоквартирных жилых домов под строительными номерами №4 и №5 в городе Кемерово (ввода объекта в эксплуатацию) по сравнению со сроками завершения строительства, указанными в первоначальной проектной декларации и заключенных договоров долевого участия в строительстве (31.12.2018) и до момента ввода объектов в эксплуатацию являются:

заведомо заниженная дата окончания строительства указанная в договорах долевого участия в долевом строительстве, проектной декларации и договоре генподряда, предусматривающие строительство жилых домов за меньший период, чем по проектным значениям;

несоответствие (отставание) проведения строительно-монтажных работ графику производства работ генеральными подрядчиками ООО «Евростройсервис» и ООО «Строй Инжиниринг».

Оценив все представленные экспертные заключения в отдельности и в их совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд первой инстанции признал их надлежащими и допустимыми доказательствами по делу, несмотря на некоторые пороки оформления и неполноты отражения исследовательской части экспертного заключения №20/05/2022 от 20.05.2022, часть которых устранена при подготовке заключения №28.07.2022; неполноты исследования по экспертному заключению №20-Э/2024, часть из которых устранена данными экспертами в судебном заседании пояснениями; вопросами, возникшими в связи с исследованием заключения №12-24-09-01.

Все эксперты предупреждены об уголовной ответственности, имеют специальное образование, выводы экспертного заключения и методы исследования суду понятны и раскрыты по тексту заключений, в том числе, раскрыты данными экспертами в ходе судебного разбирательства пояснениями. 

Повторно оценив данные экспертные заключения, содержащее сведения, необходимые для разрешения настоящего спора, и отвечающее требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по правилам, предусмотренным статьями 64, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, наряду с иными доказательствами по делу, апелляционный суд поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что они являются надлежащим и достоверным доказательством по делу.

Учитывая изложенное, доводы апеллянта в указанной части подлежат отклонению как необоснованные.

Проанализировав материалы дела, правоотношения сторон, суд первой инстанции обоснованно указал на то, что экспертные заключения №20/05/2022 от 20.05.2022 и от 28.07.2022, экспертное заключение №62-Э/2023 однозначно приходят к выводу, что условия договоров между ООО «СПИК», с одной стороны и ООО «СтройИнжиниринг», ООО «СНК», с другой стороны, связанные со строительством многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 в городе Кемерово, Заводский район, микрорайон №15, на момент его подписания соответствуют рыночным условиям (критериям) аналогичных сделок.

Каждое из заключений содержит анализ стоимости строительства одного квадратного метра из приведенного перечня застройщиков.

Согласно заключению №62-Э/2023 стоимость одного квадратного метра в интервале от 27 262,27 рублей до 53 728,88 рублей, при среднем значении 34 923,73 рублей, что соответствует значениям стоимости одного квадратного метра по сводному укрупненному расчету строительства домов № 4 и 5. Стоимость 1 кв.м ООО «СПИК» соответствует расчетной стоимости строительства по Кемеровской области (по данным Минстроя РФ) и ниже данных опубликованных в Сборниках информационно-аналитических материалов «Цены в строительстве» на 17,6% (первичный рынок). Проанализированы условия договоров с ООО «СтройИнжиниринг», ООО «СНК» по методике определения уровня рыночных цен в соответствии с налоговом кодексом.

Таким образом, вопреки утверждениям апеллянта, суд первой инстанции обоснованно указал на то, что факт аффилированности ФИО1, как единоличного исполнительного органа Общества, одновременно являющегося владельцем 49% доли в уставном капитале на момент оценки спорных правоотношений, с ООО «СтройИнжиниринг», ООО «СНК» не повлиял на условия договоров, связанных со строительством спорных многоквартирных жилых домов, которые соответствовали рыночным условиям аналогичных сделок.

В рамках исследования вопроса об установлении соотношения между поступившими денежными средствами от ООО «СПИК» в пользу ООО «СтройИнжиниринг» в рамках договоров строительного подряда (иных договоров), связанных со строительством многоквартирных жилых домов под строительными номерами № 4 и 5 расходами ООО «СтройИнжиниринг» на исполнение обязательств по этим договорам по срокам, то экспертом отмечено, что для ответа на поставленный вопрос, следует оценить возможность проведения исследования исходя из требования полноты. Экспертом установлено, что бухгалтерская база 1С ООО «Стройинжиниринг» отсутствует, а регистры бухгалтерского учета, имеющиеся в материалах являются выборочными, и не содержат ни одного сводного регистра, позволяющего оценить полноту и достаточность сведений (нет общей оборотно-сальдовой ведомости, Главной книги, нет книги доходов и расходов, отсутствуют регистры по формированию выручки, нет ни одного регистра с бухгалтерскими проводками- анализа счетов, шахматной ведомости и др.). Банковские выписки представлены на бумажном носителе, что исключает любую возможность автоматической обработки информации, применения сортировки, фильтрации, формульных команд. Однако, так как взаимоотношения между ООО «СПИК» и ООО «Стройинжиниринг» являются корреспондирующими, т.е. если, ООО «СПИК» производит платеж, то, в банковской выписке ООО «Стройинжиниринг» будет отражено данное поступление. И наоборот, доходы по выставленным актам и другим документам, от имени подрядчика в адрес ООО «СПИК», должны быть все отражены в учете Застройщика. Поэтому для проверки возможности применения такого зеркального отражения информации проверено, насколько данные сведения будут отражать полную картину масштабов деятельности ООО «СтройИнжиниринг» (так, например, эксперт не может быть уверен, что представленные банковские выписки, отражают информацию по всем имеющимся у контрагента банковским счетам).

Так, в заключении № 20-7/2024 приведен подробный анализ взаимной деятельности обществ, сведенный в таблицу, анализ которой позволяет эксперту прийти к выводу, что за анализируемый период выполнение подрядных работ на строительстве Дома № 4 и Дома № 5 для подрядчика ООО «Стройинжиниринг», во-первых, имело положительный финансовый результат (прибыль), дефицит именно денежных средств для покрытия расходов на строительство этих объектов составил 22 379 рублей; однако, оплата путем зачета ДДУ в сумме 47 628 рублей не только нивелировала дефицит денежных средств, но и сформировала обязательства уже перед ООО «СПИК» на сумму 25 249 рублей.

Вместе с тем, поскольку в материалы дела не представлена смета на строительство дома № 4 и № 5 экспертам не была представлена, соответственно сопоставить плановые и фактические объемы выполненных работ без сметы экспертам не представилось возможным при проведении всех экспертиз.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, строительство осуществлено по фактическим затратам, при этом исходя из экспертных исследований №20/05/2022, №62-Э/2023 следует, что в целом объем финансируемых денежных средств, в том числе, за счет привлеченных денежных средств является достаточным по каждому многоквартирному дому, однако имелись первые этапы строительства, когда недостаточность денежных средств дольщиков покрывалась за счет иных источников.

Экспертами проведен анализ направления и использования денежных средств дольщиков на соответствие целям, указанным в Законе № 214-ФЗ по движению денежных средств по расчетным счетам Застройщика. Отмечено, что для отражения операций Обществом использовались отдельные счета. В бухгалтерском учете был организован частично раздельный учет по расчётным счетам. Прямые счета с разделением по домам.

Каждое экспертное заключение, исследовавшее данный вопрос содержит сведения об источниках поступления денежных средств и структуру их расходование по каждому дому.

Так, в исследовательской части экспертного заключения №20/05/2022 приведены таблицы №3 и №4, определяющие объем финансирования по каждому дому в соотношении с этапами строительства, указанными в проектной декларации. Сделан вывод, что привлеченных денежных средств дольщиков осуществлялось не в соответствии с планируемыми сроками по проектной декларации. Денежные средства, достаточные для завершения строительства были получены Обществом только к концу строительства по графику проектной декларации, с учётом внесенных изменений по дому 4, недостаточность денежных средств по дому №5 установлена только на 1 этапе строительства.

Далее экспертное заключение содержит таблицы сопоставления доходов и расходов на строительство по каждому дому, при этом выводы экспертного заключения №20/05/2022 не устанавливают нецелевого использования денежных средств.

Одной из причин, оказавшей влияние на изменение сроков строительства спорных домов, по мнению экспертов (заключение №20/05/2022), явилось недостаточность поступления денежных средств в рамках договоров ДДУ на первых этапах строительства. Экспертами проведен анализ изменения сроков строительство по проектным декларациям.

Экспертное заключение №62-Э/2023 содержит анализ изменения в графике реализации проекта строительства каждого многоквартирного дома между первичной проектной документацией и актуальной по состоянию на дату ввода объекта в эксплуатацию.

Так, по дому №4 планируемая стоимость строительства не изменялась и составляет 221 200 000 руб., в результате исследования объема привлеченных денежных средств за период с 17.07.2017 по 30.09.2019 по строительному объекту дом № 4, установлено, что по состоянию на 4 квартал 2018 года заключено всего 76% договоров долевого участия в строительстве от общего объема, в связи с чем, объем финансирования от указанного объема составил 187635 рублей, что на 33565 тыс. меньше от проектной. Вместе с тем, к моменту окончания строительства общая сумма полученной оплаты по ДДУ составляет 246 681 203,13 рублей. Фактические расходы на строительство дома № 4 составили 196 810 208,67 рублей, при этом следует учитывать объем вознаграждения застройщика в размере 10%. Таким образом, объем привлеченных денежных средств по указанному дому признан экспертом достаточным.

По вышеуказанному алгоритму проведено исследование по дому №5, согласно которому планируемая стоимость строительства составила 3 536 000 000 рублей, на первичную дату ввода объекта в эксплуатацию заключено 86,77% от всех ДДУ, окончательный процесс завершения завершен минимум за полгода до ввода объекта в эксплуатацию.

Согласно данным бухгалтерского учета от дольщиков получено 283 083 583,47 рублей с учетом возвращенных дольщикам 8 673 489,00 руб. Из анализа порядка погашения задолженности перед дольщиками следует, что оплата, в том числе произведена путем передачи квартир на вторичном рынке, зачетом встречных требований.

Общая сумма полученной оплаты составила 4 57 676 767,12 рублей, при объеме целевого финансирования 471 291 672 рублей; фактическое расходовании на строительство дома в размере 347 518 005 рублей, с учетом объема вознаграждения застройщика, составила 424 504 104,8 рублей. 

Таким образом, объем привлеченных средств дольщиков явился достаточным для завершения строительства, с учётом изменений проектных деклараций. Однако, к моменту срока ввода объекта в эксплуатацию таких средств было недостаточно, в том числе с учетом отсутствия 100% реализации объектов долевого участия.

Исследуя подвопрос о наличии кассового разрыва, эксперт приходит к выводу, что в Обществе существовали периоды, в которых обязательства перед контрагентами не выполнялись в установленные сроки, из-за кратковременной недостаточности денежных средств.

По результатам анализа поступивших денежных средств, а также средств направленных на строительство эксперт приходит к выводу, что отклонение по дому № 4 составило 25 098 913,63 рублей и по дому № 5 - 75 986 099,8 рублей, которое могло быть расценено как экономия подрядчика, но, вместе с тем, исходя из буквальной трактовки условий договора долевого участия, по мнению эксперта, условие соблюдения целевого использования средств дольщиков, это израсходование суммы договора за минусом вознаграждения, именно на строительство объекта, то можно констатировать, что это условие выполнено не было. Поскольку застройщиком не был обеспечен учет израсходования указанной выше разницы на иные цели, в отношении которых Законом № 214-ФЗ допускается расходование денежных средств «Участника долевого строительства», то экспертом сделан вывод, о несоблюдении условий договора о целевом расходовании денежных средств.

Однако, как следует из заключения №62-Э/2023, экспертом не может быть дан категоричный ответ о влиянии данного факта на сроки строительства, по причинам, указанным при исследовании на второй вопрос.

Как следовало из пояснений экспертов, окончательный объем финансирования сформировался после истечения срока фактического ввода в эксплуатацию, установленного в первичной проектной декларации.

В рамках проведения дополнительного исследования по заключению № 20- 7/2024 экспертами проанализированы этапы строительства, отмечено, что проследить строительства по этапам косвенно возможно при проверке КС-2 и КС-3, с помощью которых исполнитель отчитывается перед заказчиком об объемах и стоимости выполненных работ. Вместе с тем, определить причину нарушения срока выполнения работ не представляется возможным, поскольку сроки выполнения работ изменялись по проектным декларациям и договорам подряда, в то время как, оставались неизменными в договорах долевого участия в строительстве.

Заключение содержит анализ и оценку мероприятий, связанных с выполнением работ каждым генеральным подрядчиком, также отмечены мероприятия, связанные с корректировкой проекта и периода времени затраченного на проведение соответствующих мероприятий и получение положительного заключение экспертизы проекта.

Анализ этапа строительства, с учетом внесенных корректировок в проект позволили эксперту прийти к выводу, что сроки строительства многоквартирного дома №4 жилых домов соответствуют этапам строительства. С учётом данных экспертом пояснений соотношение соответствия осуществляюсь, исходя из актуальных сроков проектной декларации.

Вместе с тем, в период с 01.04.2020 - 30.04.2020, 01.06.2020 - 30.06.2020, 25.07.2020 -31.08.2020 отсутствовали строительные работы многоквартирного жилого дома под строительными номерами № 5, что соответствует 96 дням, что, по мнению экспертов, привело к задержке ввода дома в эксплуатацию. Вместе с тем, из материалов, переданных для проведения экспертизы, установить причины отсутствия работ в указанные периоды эксперту не представляется возможным, в силу отсутствия какой- либо информации.

Анализ сведений, приведенный каждым экспертным заключением позволяет суду прийти к выводу, что финансирование за счет средств дольщиков строительства Заключение содержит анализ и оценку мероприятий, связанных с выполнением работ каждым генеральным подрядчиком, также отмечены мероприятия, связанные с корректировкой проекта и периода времени затраченного на проведение соответствующих мероприятий и получение положительного заключение экспертизы проекта.

Анализ этапа строительства, с учетом внесенных корректировок в проект позволили эксперту прийти к выводу, что сроки строительства многоквартирного дома №4 жилых домов соответствуют этапам строительства. С учетом данных экспертом пояснений соотношение соответствия осуществляюсь, исходя из актуальных сроков проектной декларации.

Вместе с тем, в период с 01.04.2020 - 30.04.2020, 01.06.2020 - 30.06.2020, 25.07.2020 -31.08.2020 отсутствовали строительные работы многоквартирного жилого дома под строительными номерами № 5, что соответствует 96 дням, что, по мнению экспертов, привело к задержке ввода дома в эксплуатацию. Вместе с тем, из материалов, переданных для проведения экспертизы, установить причины отсутствия работ в указанные периоды эксперту не представляется возможным, в силу отсутствия какой- либо информации.

Анализ сведений, приведенный каждым экспертным заключением позволяет суду прийти к выводу, что финансирование за счет средств дольщиков строительства спорных многоквартирных домов исключительно за счет средств дольщиков не представилось возможным, поскольку к дате ввода объекта в эксплуатации, указанной в договорах долевого участия в строительстве средств этого источника явилось недостаточным.

Кроме того, экспертными заключениями отмечено, что в проектную документацию вносились изменения, в такие разделы как Пояснительная записка, Архитектурные решения, Конструктивные и объемно-планировочные решения, Система электроснабжения, Система водоснабжения, Система водоотведения, Отопление, тепловые сети, Вентиляция и кондиционирование воздуха, Пожарная сигнализация, Технологические решения, Мероприятия по обеспечению пожарной безопасности, Мероприятия по обеспечению доступа инвалидов, Мероприятия по обеспечению соблюдению требований энергетической эффективности и требования оснащенности зданий приборами учета использования энергетических ресурсов и другие, что также не оспаривается лицами, участвующими в деле.

Руководствуясь вышеизложенными нормами права, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, доводы и возражения сторон, учитывая отсутствие доказательств предъявления к проектировщику претензий, связанных с недостатками выполненных проектных работ, суд первой инстанции, пришел к обоснованному выводу об отсутствии основании полагать, что пороки проектной документации, вследствие ненадлежащего исполнения проектировщиком обязательств по договорам, явились причиной внесения в проектную документацию соответствующих изменений, и как следствие нарушения срока завершения строительства многоквартирных домов, отметив правомерно и то, что для правильного рассмотрения спора не имеют правового значения причины, по которым такие изменения вносились, поскольку принятие тех или иных технических или технологических решений в целях достижения цели долевого участия в строительстве является приоритетом застройщика.

При этом, судом первой инстанции обоснованно было принято во внимание, что действительно представленная на исследование документация не содержит доказательств приостановления строительства, вместе с тем, вопреки утверждениям апеллянта, верно указав на то, что данное обстоятельство не изменяет сроки строительства, указанные в договорах долевого участия, отметив, что в любом случае, внесение изменений в проектную документацию, требующие получения положительного заключение экспертизы проекта, препятствует вводу объекта в эксплуатацию без получения такого заключения. 

Проанализировав вышеуказанное, в совокупности с позициями сторон, апелляционный суд поддерживает выводы суда первой инстанции, что само по себе указанное обстоятельство, не свидетельствует о неразумном и недобросовестном поведении ответчика как единоличного исполнительного органа Общества, в отсутствии доказательств того, что его действия направлены на умышленное несоблюдение сроков выполнения работ, в целях причинения Обществу убытка, а также в угоду деятельности аффилированных на тот момент ответчику лиц ООО «Стройинжиниринг» и ООО «СНК».  

Доказательств того, что внесение изменений в проектную документацию по каждому дому находится в сфере ответственности управленческих действий ФИО1, а не является следствием предпринимательского риска в сфере осуществления строительства многоквартирных домов ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции не представлено. 

Как следует из экспертного заключения №20/05/2022, вносились изменения в разделы водоснабжение и канализация, электроснабжение, проект планировки территории в проектную документацию в отношении группы жилых домов, что, по убеждению суда также оказывает влияние на сроки строительства спорных домов, поскольку предполагалось строительство жилого квартала в составе 12 многоквартирных домов.

При этом, как правомерно отметил суд первой инстанции, многоквартирные дома №4 и №5 первые к которым приступил застройщик.

В экспертном заключении №20-7/2024 эксперт приходит к выводу, что представленная на диске информация об изменении проектных решений по домам также не позволяет дать ответ на поставленный судом вопрос.

При ответе на вопрос об изменении уровня цен на рынке строительства экспертным заключением №20/05/2022 проведены исследования индекса к уровню цен с начала строительства на дату его окончания. Отмечено, что при применении усредненных индексов цена стоимости домов к моменту окончания строительства в 2019 году могла быть увеличена исходя из утвержденных индексов цен на 11,14%.

В свою очередь, экспертное заключение №62-Э/2023 также содержит анализ средневзвешенной стоимости строительства одного квадратного метра общей площади квартир жилых домов по Кемеровской области за период с 2017 по 2019 года, согласно которым наблюдается положительная динамика роста, при этом усреднённое изменение индекса изменения сметной стоимости строительно- монтажных и пусконаладочных работ по объектам строительства, определяемых с применением федеральных единичных расценок от IV квартала 2019 года к IV кварталу 2017 года составило 17,45%, в связи с чем, стоимость домов к моменту окончания строительства могла быть увеличена и составлять 258 088 909,88 рублей по дому №4 и 469 817 389,65 рублей по дому №5.

Таким образом, установив, что фактические расходы на строительство данных домов не превысили прогнозируемую стоимость домов, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что указанное обстоятельство, не могло повлиять на нарушение срока выполнения работ. 

Как следует из исследовательской части экспертного заключения №12-24-09-01, в целях проведения исследования по поставленному вопросу рассмотрены возможные причины нарушения сроков завершения строительства многоквартирных жилых домов под строительными номерами №4 и №5 в городе Кемерово, а именно:

1. возможное несоответствие периода строительства, предусмотренного первоначальной проектной декларации и договорами долевого участия в долевом строительстве, периоду строительства согласно проектной документации;

2. несоответствие проведения строительно-монтажных работ графику производства работ;

3. удорожание стоимости работ и материалов за период строительства; 

4. недостаточное финансирование на этапах строительства, отраженных в первоначальных проектных декларациях;

5. недостаточное финансирование, нецелевое использование средств.

При исследовании первой причины установлено несоответствие сроков завершения строительства домов, предусмотренных первоначальной проектной документацией и договорами долевого участия в строительстве, периоду строительства, согласно проектной документации.

В представленной в заключении таблице сведена информация по планируемым срокам продолжительности строительства согласно первоначальной проектной декларации, договору подряда и договорами долевого участия в долевом строительстве. Проведено сравнение со сроками указанными в проектной документации на строительство жилого дома.

Так, в первоначальной проектной декларации от 22.06.2017 по многоквартирному дому №4 определена продолжительность строительства 472 дня, в то время как, в проектной документации срок строительства определен 652 дня, в договоре с ООО «Евростройсервис» такой срок определен продолжительностью 537 дней, а планируемый срок строительства по договора долевого участия в строительстве в период с 16.06.2017 по 31.12.2018 составил 563 дня.

В свою очередь, в первоначальной проектной декларации от 29.05.2017 по многоквартирному дому №5 определена продолжительность строительства 601 день, в то время как, в проектной документации срок строительства определен 946 дней, в договоре с ООО «Евростройсервис» такой срок определен продолжительностью 538 дней, а планируемый срок строительства по договору долевого участия в строительстве в период с 16.05.2017 по 31.12.2018 составил 600 дней.

При исследовании второй причины проанализированы этапы строительства, определенные в рамках исследования по первому вопросу, с приведением в таблицу соответствия /несоответствия периодов выполнения работ по актам приемки выполненных работ, утвержденных в графике производства работ по договорам генерального подряда №01/04/18-5 и №01/04/18-4 от 01.04.2018, которые также сведены в таблицу.

В результате проведенного исследования отмечено, что в период строительства по многоквартирному дому №4 вносились изменения в проектную документацию и проводились экспертизы №42-2-12-018737-2019 от 23.07.2019 и №42-2-1-2-023837-2019 от 09.09.2019, срок проведения которых составил 22 и 19 дней, вместе с тем, согласно представленным документам проведение работ на объекте не прекращалось.

Аналогичный анализ проведен в отношении дома №5, также установлено несоответствие графика выполнения работ, внесение в проектную документацию изменений, срок проведения экспертиз №50-2-12-0091-18 от 30.05.2018, №42-2-1-2- 031421-2019 от 14.11.2019, №42-2-1-2-002744-2020 от 06.02.2020 по которым составил 14 календарных дней, 28 календарных дней и 17 календарных дней соответственно.

Вместе с тем, из актов приемки выполненных работ следует, что в период проведения экспертиз работы по строительству жилого дома №5 не прекращались.

Однако в период с 01.03.2019 по 01.06.2019, согласно актам о приемке выполненных работ КС-2, работы по строительству жилого дома не производились.

Информация, по каким причинам не проводились работы, в материалах дела отсутствует.

В связи с отсутствием графиков производства работ к договорам №22/06/17-ГП генподряда на строительство объекта от 22.06.2017 №02/05/17 генподряда на строительство объекта от 15.05.2017, заключенным между ООО «СПИК» и ООО «Евростройсервис», экспертами определена степень готовности объектов строительства по этапам реализации проекта строительства согласно проектных деклараций от 22.06.2017, от 29.05.2017 по жилым домам №4 и №5.

Таким образом, судом первой инстанции правомерно отмечено, что по состоянию на 31.08.2017 степень готовности жилого дома №4 составляла 6% вместо планируемой степени готовности 15%; 39% вместо планируемой степени готовности 65% по состоянию на 31.05.2018.

Согласно проведенным расчетам степени готовности объекта строительства по этапам реализации проекта строительства согласно проектной декларации от 29.05.2017 по жилому дому №5 экспертами выявлено, что: по состоянию на 31.08.2017 степень готовности жилого дома №5 составляла 9% вместо планируемой степени готовности 15%; по состоянию на 31.08.2018 составляла 57% вместо планируемой степени готовности 65%. 

Таким образом, в период строительства жилых домов №4 и №5 генеральный подрядчик ООО «Евростройсервис» выполнял работы с отступлением от этапов реализации проекта согласно проектным декларациям от 22.06.2017, от 29.05.2017, что позволило экспертам прийти к выводу, что одной из причин нарушения сроков являлось несоответствие проведения строительно-монтажных работ графику производства работ генеральными подрядчиками.

При исследовании следующей причины нарушения срока выполнения работ, как то удорожание материала и стоимости работ в период строительства, экспертами проанализированы проект, содержащий сметную стоимость, планируемую стоимость работ в первоначальной проектной декларации и стоимость фактических затрат на строительство каждого дома и пришли к выводу, что по дому №4 стоимость строительства жилого дома №4 на дату введения объекта в эксплуатацию 30.09.2019 меньше планируемой стоимости строительства, указанной в первоначальной проектной декларации от 22.06.2017 на 26 164 314,49 рублей. Однако, окончательное формирование стоимости строительства жилого дома №4 в 1С: бухгалтерия проводится 30.06.2020. В свою очередь, по дому №5 при отсутствии информация на основании каких расчетов определена планируемая стоимость фактические затраты также не превысили объем собранных средств. Также экспертам не представилось возможным определить включены ли в планируемые стоимости строительства жилых домов №4 и №5, отраженные в проектных декларациях от 29.05.2017, 22.06.2017 следующие затраты, отраженные в 1С: бухгалтерия по счету 08 оплата услуг по передаче прав на земельный участок. В случае, если данные затраты не включены в планируемую стоимость строительства, то экономия от строительства составляет по жилому дому №4 - 597306318 рублей, по жилому дому №5 - 10855616,61 рублей. 

Таким образом, эксперты приходят к выводу, что в совокупности общая стоимость расходов на строительство жилых домов №4 и №5 меньше общей планируемой стоимости строительства, указанных в первоначальной проектной декларации на даты получений разрешений на ввод домов в эксплуатацию.

При исследовании изменения индексов изменения сметной стоимости строительно-монтажных работ по строительству кирпичных многоквартирных жилых домов в Кемеровской области с применением федеральных и территориальных единичных расценок, публикованные в письмах Минстроя России за период 2 кв.2017 г.-2 кв. 2020, в результате чего выявлено, что с начала строительства жилого дома №4 (2 кв. 2017 г.) до даты получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию (3 кв. 2019 г.) произошло увеличение стоимости СМР по ФЕР на 20%, по ТЕР на 16%; с начала строительства жилого дома №5 (2 кв. 2017 г.) аналогичный показатель увеличения стоимости СМР по ФЕР на 23%, по ТЕР на 18%; также произошло увеличение средней фактической стоимости строительства одного квадратного метра общей площади жилых помещений в Кемеровской области на 13% с начала строительства до ввода в эксплуатацию дома №4 и на 22% - дома №5. При этом анализ прайс-листов на объекты недвижимости ООО «СПИК» по жилым домам №4, №5 за период 2018-2019 гг. свидетельствует о том, что ООО «СПИК» не увеличивало стоимость реализации объектов недвижимости в соответствующий период.

Следовательно, предполагаемое экспертами увеличение стоимости строительства не является причиной нарушения сроков завершения строительства многоквартирных жилых домов.

При исследовании такой причины как недостаточное финансирование экспертами проанализированы информация о финансировании строительства по этапам реализации проекта строительства согласно проектным декларациям от 22.06.2017, от 29.05.2017 по жилым домам №4 и №5.

В результате проведенного исследования экспертами выявлено, что на первом, третьем, четвертом этапах поступления денежных средств от дольщиков плюс собственных и заемных средств было недостаточно для реализации проекта строительства жилых домов №4, 5 согласно планируемой стоимости строительства по проектным декларациям от 22.06.2017, 29.05.2017. Однако анализ затрат на строительство на всех этапах строительства, указанных в первоначальных проектных декларациях, свидетельствует об избытке финансирования строительства жилых домов №4, 5. Следовательно, предполагаемое экспертами недостаточное финансирование на этапах строительства, отраженных в первоначальных проектных декларациях не является причиной нарушения сроков завершения строительства многоквартирных жилых домов №4и 5.

Анализируя причины нарушения срока выполнения работ, связанные с нецелевым использованием денежных средств дольщиков, эксперт отмечает, что по состоянию на 31.12.2018 экспертом не было выявлено нецелевого использования средств, внесенных дольщиками домов 4, 5.

Следовательно, доводы апелляционной жалобы в этой части подлежат отклонению, поскольку иное толкование положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств дела, не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального права.

Отклоняя представленный истцом в материалы дела отчет о результатах проведения согласованных процедур за период с 01.01.2017 по 30.06.2019, подготовленный в период, когда ФИО2 являлся 100% участником Общества, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, согласно его содержания дана оценка финансово-хозяйственной деятельности ООО «СПИК» в целом, с учетом затрат по строительству 15 объектов недвижимости, в том числе, 12 многоквартирных домов на квартал «Дружба» и один объект жилой комплекс в г. Москва, а также 4 иных объекта социальной сферы, вместе с тем, в рамках рассмотрения настоящего дела истец вменяет ответчику нецелевое использование средств дольщиков и нарушение сроков относительно строительства двух домов. 

Из содержания пункта 3 статьи 44 Федерального закона № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» следует, что при определении оснований и размера ответственности вышеназванных органов и должностных лиц предписано принимать во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Это предполагает оценку в каждом конкретном случае всех обстоятельств, с которыми связаны рассматриваемые действия (бездействие) и наступившие последствия.

Привлечение единоличного исполнительного органа общества к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Согласно пункту 25 постановления № 25, абзацу второму пункта 1 постановления № 62 негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Конституционной Суд Российской Федерации в постановлении от 24.02.2004 № 3-П, в определении от 16.12.2008 № 1072-О-О также неоднократно излагал правовую позицию о том, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Следовательно, риск убытков является неотъемлемой частью предпринимательской деятельности, и для привлечения к имущественной ответственности руководителя необходимо доказать наличие всего состава правонарушения: противоправного поведения, убытков, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) директора и вины.

Учитывая, что субсидиарная ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал в пределах разумного предпринимательского риска.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе экспертные заключения, принимая во внимание, что денежных средств на строительство спорных многоквартирных домов по этапам строительства по первоначальным условиям проектной декларации было недостаточно для выполнения всего комплекса работ для завершения строительства, вместе с тем, с учетом собственных средств застройщика, включая соинвестирование его участниками, таких средств было достаточно, учитывая, что экспертами также не установлено нецелевое использования денежных средств дольщиков, способное повлиять на сроки выполнения работ, одновременно отмечено некорректное отражение расходов относящихся к аренде земельного участка, а также расходов, которые относятся к строительству не только анализируемых многоквартирных домом, но и квартала в целом, учитывая, что анализ рынка стоимости одного квадратного метра, стоимости строительно-монтажных работ, позволяет прийти к выводу о том, что увеличение данных показателей по сравнению с датой начала строительства по каждому дому не повлияло на сроки строительства, принимая во внимание объем финансирования на дату ввода объектов в эксплуатации, также установив, что инициация внесения изменений в проектную документацию после истечения срока ввода в эксплуатацию, указанного в договорах долевого участия в строительстве, не влияет на оценку спорного правоотношения, поскольку в любом случае, внесение изменений в проектную документацию, требующую получения положительного заключения экспертизы проекта, препятствует вводу объекта в эксплуатацию без получения такого заключения, учитывая отсутствие доказательств того, что указанные изменения, связанные с умышленными действиями ответчика, как генерального директора, находятся вне сферы предпринимательского риска, установив, что имело место изменение проектной документации, в том числе после утраты ФИО1 полномочий генерального директора, исходя из того, что в рассматриваемом правоотношении действительно условия договоров долевого участия в строительстве содержат меньший срок ввода объекта в эксплуатацию по сравнению со сроком, установленным первоначальной проектной декларацией, который, в свою очередь, меньше срока отраженного в проектной документации, однако учитывая, что экспертами в ходе судебного заседания было отмечено, что указанный срок не является императивным, при наличии материально-технического обеспечения, застройщик может принять на себя повышенные обязательства, проанализировав период формирования источника строительства за счет средств дольщиков, и прейдя к выводу, что постановка меньшего срока завершения строительства по сравнению со сроками, указанными первоначальной проектной декларацией, направлено на увеличение круга привлекаемых дольщиков, и при наличии собственных возможностей застройщика не свидетельствует о том, что ФИО1 принято неразумное решение, связанное с указанием таких сроков, также исходя из того, что само по себе то обстоятельство, что с 01.04.2018 генеральным подрядчиком выступало ООО «Стройинжиниринг» и строительный контроль осуществляло ООО «СНК» аффилированные с ответчиком лицами, не повлияло на цену сделки, учитывая отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 опосредованно через аффилированных лиц приобрел выгоду, как и доказательств, свидетельствующих о том, что несоблюдение ООО «Стройинжиниринг» сроков выполнения работ по договорам генерального подряда повлекло для этого общества необоснованную выгоду, принимая во внимание и то, что параллельно с утратой ФИО1 полномочий генерального директора ООО «СПИК», ответчиком утрачиваются права участника этого Общества, а также права участника ООО «Стройинжиниринг» в пользу ФИО28 или подконтрольных ему лиц, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что присуждение в пользу дольщиков сумм неустойки, штрафа, морального вреда и судебных издержек, заявленных истцом в качестве убытков по делу, с учетом установленных по делу обстоятельств, является следствием предпринимательского риска застройщика, в данном правоотношении не связанным с неправомерными, недобросовестными или неразумными действиями ответчика, в связи с чем, правомерно отказал в удовлетворении исковых требований истца. 

Оснований не согласиться с указанными выводами апелляционной суд не усматривает. Доводы заявителя жалобы об обратном подлежат отклонению, поскольку основаны на ошибочном толковании норм материального права и неправильной оценке фактических обстоятельств, а несогласие с оценкой, данной судом фактическим обстоятельствам дела, не свидетельствует о нарушении судом норм права.

Довод апеллянта о том, что суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований, является несостоятельным, поскольку по смыслу статей 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагает истец, а должен сам правильно квалифицировать спорные правоотношения и определить нормы права, подлежащие применению в рамках фактического основания и предмета иска.

Вопреки утверждению заявителя, судом всесторонне и полно исследованы представленные в материалы дела доказательства, которым дана подробная правовая оценка, несогласие с которой апеллянта не свидетельствует о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Учитывая изложенное, принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены решения суда первой инстанции, установленные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а равно принятия доводов апелляционной жалобы, у суда апелляционной инстанции не имеется.

В целом приведенные в апелляционной жалобе доводы не свидетельствуют о наличии на стороне общества убытков в связи с действиями ответчика, подлежат отклонению как противоречащие материалам дела.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на подателя жалобы.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Руководствуясь статьей 110, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

постановил:

решение от 15.04.2025 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-7620/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Председательствующий                                                                 С.Г. Захаренко

Судьи                                                                                                           М.Ю. Подцепилова

                                                                                                          В.М. Сухотина