237/2024-15195(2) # 

 

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А74-1736/2023

г. Красноярск

26 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 апреля 2024 года.  Полный текст постановления изготовлен 26 апреля 2024 года.  

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Макарцева А.В.,  

судей: Белан Н.Н., Пластининой Н.Н., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Лизан Т.Е.,  в отсутствие явки лиц, участвующих в деле,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного  общества страховой компании «Росгосстрах»  

на решение Арбитражного суда Республики Хакасия 

от «29» января 2024 года по делу № А74-1736/2023,  

установил:

Публичное акционерное общество страховая компания «Росгосстрах» (далее – истец,  ПАО СК «Росгосстрах», заявитель) обратилось в Арбитражный суд Республики Хакасия с  исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1  (далее – ИП ФИО1) о взыскании 390 705 рублей в порядке возмещения вреда,  причиненного в результате повреждения имущества в ДТП, в порядке регресса.  

Определением от 18.04.2023 иск принят к производству, к участию в деле в качестве  третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора,  привлечены ФИО2 (далее – ФИО2),  индивидуальный предприниматель ФИО3.  

Определением от 27.11.2023 в качестве соответчика по делу привлечен  индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – ИП  ФИО3), из состава третьих лиц исключен. Требование заявлено о взыскании  денежных средств с ответчиков в солидарном порядке.  

Решением Арбитражного суда Республики Хакасия от 29.01.2024 в удовлетворении  исковых требований отказано.  

Не согласившись с указанным судебным актом, истец обратился с апелляционной  жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просит решение суда  первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.  

В обоснование апелляционной жалобы истец ссылается на то, что ИП ФИО3  при заключении договора ОСАГО намеренно внес недостоверные сведения о цели  использования ТС. При наличии сведений о выданном разрешении на использование ТС  для регулярных пассажирских перевозок, ИП ФИО4 как лицензиат (перевозчик)  является надлежащим ответчиком по спору о регрессном требовании страховщика в  рамках подпункта «к» пункта 1 статьи 14 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ  «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных  

средств» (далее - Закон «Об ОСАГО»). Также в апелляционной жалобе истец ссылается на  необоснованность вывода суда первой инстанции об истечении срока исковой давности в  отношении требований к ИП ФИО3 в связи с тем, что истец о нарушении своего  субъективного права на возмещение расходов, связанных с предоставлением при  заключении договора страхования, недостоверных сведений о цели использования  транспортного средства именно ИП ФИО3, узнал только14.09.2023.  

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 12.03.2024  апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на  22.04.2024.  

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016   № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской  Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов  судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме  электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной  электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и  другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте  арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме  ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не  установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.  

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 12.03.2024,  подписанный судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован  в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/).  

При изложенных обстоятельствах в силу статей 121 - 123, части 3 статьи 156  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной  инстанции признает лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенными о  времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы и рассматривает жалобу в  отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.  

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 19.08.2020  произошло дорожно-транспортное происшествие (далее - ДТП) с участием автобуса ПАЗ32054, государственный номер 

<

***>, находившегося под управлением ФИО2, и автомобиля Toyota Land Cruiser 200, государственный  номер 

<

***>.  

Как указывает истец и следует из материалов административного расследования  КУСП от 19.08.2020 № 34162, ДТП произошло в результате нарушения Правил дорожного  движения Российской Федерации ФИО2,  управлявшим автобусом ПАЗ-32054, таким образом, между противоправными виновными  действиями ФИО2 и наступившими последствиями в виде повреждения  чужого имущества имеется прямая причинно-следственная связь.  

В результате ДТП автомобилю Toyota Land Cruiser 200, государственный номер  

<

***> причинены механические повреждения.  

На момент ДТП гражданская ответственность водителя автобуса ПАЗ-32054  застрахована публичным акционерным обществом страховой компанией «Росгосстрах»  (полис XXX № 0095754666 от 11.09.2019, период страхования 30.09.2019 – 29.09.2020).  При заключении договора страхования страхователем ФИО3 в качестве цели использования транспортного средства было указано -  личная.  

В порядке прямого возмещения убытков истцом выплачено страховое возмещение  потерпевшему в размере 390 705 рублей (платёжное поручение от 02.09.2020 № 630).  

Как следует из пояснений истца, в процессе урегулирования страхового случая  истцом выявлено, что транспортное средство автобус ПАЗ-32054, государственный номер  

<

***> используется ИП ФИО1 для осуществления регулярных  пассажирских перевозок.  

Полагая, что страхователем при заключении договора страхования представлены  недостоверные сведения, истец 29.08.2022 направил в адрес ИП ФИО1  претензию об уплате страхового возмещения в порядке регресса.  

Неисполнение требований истца в добровольном порядке, явилось для последнего  основанием для обращения в суд с настоящим иском.  

В процессе рассмотрения дела истец в качестве соответчика привлек ИП ФИО3  

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц,  участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из  того, что ИП ФИО1 является ненадлежащим ответчиком по заявленным  требованиям, а в отношении требований к ИП ФИО3 срок исковой давности  истек.  

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель ссылается на то, что ИП  ФИО3 при заключении договора ОСАГО намеренно внес недостоверные сведения  о цели использования ТС. При наличии сведений о выданном разрешении на  использование ТС для регулярных пассажирских перевозок ИП ФИО1 как  лицензиат (перевозчик) является надлежащим ответчиком по спору о регрессном  требовании страховщика в рамках подпункта «к» пункта 1 статьи 14 Закона «Об ОСАГО».  

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверив доводы  апелляционной жалобы, судебная коллегия пришла к следующим выводам.  

Отношения, возникшие между лицами, участвующими в деле, регулируются главой  48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), нормами Закона «Об  ОСАГО».  

В соответствии со статьей 929 ГК РФ по договору имущественного страхования  одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую  премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая)  возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен  договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в  застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами  страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором  суммы (страховой суммы).  

Согласно пункту 1 статьи 931 ГК РФ по договору страхования риска  ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни,  здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности  самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть  возложена.  

В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что  ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или  договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается  заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику  требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы (пункт 4 статьи 931 ГК РФ).  

Статьей 944 ГК РФ установлено, что при заключении договора страхования  страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства,  имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового  случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти  обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.  

Согласно пункту 2 статьи 954 ГК РФ страховщик при определении размера  страховой премии, подлежащей уплате по договору страхования, вправе применять  

разработанные им страховые тарифы, определяющие премию, взимаемую с единицы  страховой суммы, с учетом объекта страхования и характера страхового риска. В  предусмотренных законом случаях размер страховой премии определяется в соответствии  со страховыми тарифами, установленными или регулируемыми органами страхового  надзора.  

Право регрессного требования страховщика к лицу, причинившему вред,  предусмотрено в случаях, указанных в статье 14 Закона «Об ОСАГО».  

Согласно указанной норме закона к страховщику, осуществившему страховое  возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в  размере осуществленного потерпевшему страхового возмещения, если: владелец  транспортного средства при заключении договора обязательного страхования предоставил  страховщику недостоверные сведения, что привело к необоснованному уменьшению  размера страховой премии (подпункт «к» пункта 1).  

Из системного толкования подпункта «к» пункта 1 статьи 14 Закона «Об ОСАГО»  следует, что при наступлении страхового случая страховщик имеет право предъявить  регрессное требование в размере произведенной страховой выплаты к страхователю,  предоставившему недостоверные сведения, а также взыскать с него в установленном  порядке денежные средства в размере суммы, неосновательно сбереженной в результате  предоставления недостоверных сведений, вне зависимости от наступления страхового  случая.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 965 ГК РФ если договором имущественного  страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое  возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое  страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки,  возмещенные в результате страхования. Однако условие договора, исключающее переход  к страховщику права требования к лицу, умышленно причинившему убытки, ничтожно.  

Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением  правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и  лицом, ответственным за убытки (пункт 2 статьи 965 ГК РФ).  

В данном случае из материалов дела следует, что собственником спорного  автомобиля является ИП ФИО3  

Согласно содержанию полиса страхования XXX 0126353165 владельцем автобуса  ПАЗ 32054 гос.номер 

<

***> также является ИП ФИО3 Указанное ТС  застраховано собственником - ФИО3 и  использовалось владельцем с целью использования ТС – «Личная».  

Таким образом, с учетом того, что спорный автомобиль находится в собственности  ИП ФИО3 и именно с собственником имеются обязательства у страховщика,  требование о взыскании убытков, связанных с ДТП, может быть предъявлено истцом  только к ИП ФИО3 как к страхователю, который отвечает за предоставленные  сведения при оформлении договора страхования.  

Установив данные обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно исходил из  отсутствия оснований для предъявления требований о взыскании убытков с ИП ФИО1 с применением положений подпункта «к» пункта 1 статьи 14 Закона «Об ОСАГО».  

Заявитель апелляционной жалобы полагает, что в силу статьи 1079 ГК РФ  юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью  для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической  энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ,  сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею  деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной  опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла  потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или  гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве  

собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на  ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления  транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему  источника повышенной опасности и т.п.).  

Также в апелляционной жалобе истец указывает на то, что в соответствии с пунктом  1 статьи 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником  при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом,  управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования  (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не  установлен законом.  

Из материалов дела следует, что между ИП ФИО1 (арендатор) и ИП  ФИО3 (арендодатель) 01.01.2019 заключен договор аренды транспортного  средства без экипажа (далее - договор аренды), в соответствии с пунктом 1.1. которого ИП  ФИО3 передает во временное владение для использования в соответствии с  нуждами ИП ФИО1 принадлежащие на праве собственности автомобили, в том  числе и спорное ТС. Дополнительным соглашением от 29.04.2019 сторонами договор  аренды дополнен пунктом 2.3.1., согласно которому в случае необходимости и по запросу  арендатора арендодатель может оказать услуги по управлению транспортным средством и  его технической эксплуатации, в связи с чем предоставляет арендатору для управления  транспортным средством и его технической эксплуатации квалифицированный экипаж в  составе одного водителя. Арендатор освобождается от обязанности возместить вред,  причиненный транспортному средству арендодателя и третьим лицам в том случае, если  транспортным средством управлял водитель, предоставленный арендатором.  

Другими словами, истец ссылается на то, что в момент совершения ДТП спорное ТС  находилось во владении ИП ФИО1 по договору аренды, а услуги водителя  ФИО2, допустившего ДТП, также представлены ИП ФИО3 по  условиям договора аренды ИП ФИО1, в связи с чем ИП ФИО1 и ИП  ФИО3 являются солидарными ответчиками, а следовательно ИП ФИО1  является надлежащим ответчиком.  

Коллегия судей соглашается с доводами истца о том, что работодатель несет  ответственность за вред, причиненный его работником, что прямо следует из  нижеизложенного.  

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу  гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит  возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.  

В силу пункта 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает  вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных)  обязанностей.  

Однако документов, подтверждающих наличие подобных отношений между  ИП ФИО1 и ФИО2 не представлено.  

ИП ФИО1 не является лицом, причинившим вред, не является  работодателем ФИО2 (виновника ДТП).  

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 № 31 «О  применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской  ответственности владельцев транспортных средств» указано, что страховщик вправе  досрочно прекратить действие договора обязательного страхования на будущее время в  случае выявления ложных или неполных сведений, представленных страхователем при  заключении договора обязательного страхования, имеющих существенное значение для  определения степени страхового риска, а также в иных случаях, предусмотренных  законодательством Российской Федерации (подпункт «а» пункта 2 статьи 5 Закона об  ОСАГО и пункт 1.15 Правил).  

Договор обязательного страхования в этом случае прекращается с момента  получения страхователем уведомления страховщика о прекращении договора (пункт 1  статьи 450.1, статья 165.1 ГК РФ).  

В таком случае часть страховой премии по договору обязательного страхования в  размере ее доли, предназначенной для осуществления страхового возмещения и  приходящейся на неистекший срок действия договора обязательного страхования или  неистекший срок сезонного и иного временного использования транспортного средства  (период использования транспортного средства), страхователю не возвращается (пункт  1.16 Правил).  

Ложными или неполными сведениями считаются представленные страхователем  сведения, которые не соответствуют действительности или не содержат необходимой для  заключения договора страхования информации, при надлежащем представлении которых  договор не был бы заключен или был бы заключен на других условиях. Обязанность по  представлению полных и достоверных сведений относится к информации, влияющей на  размер страховой премии: технических характеристик, конструктивных особенностей, о  собственнике, назначении и (или) цели использования транспортного средства и иных  обязательных сведений, определяемых законодательством об ОСАГО (например, стаж  вождения, использование легкового автомобиля в качестве такси, а не для личных  семейных нужд и т.п.).  

В случае представления страхователем заведомо ложных сведений страховщик  также вправе требовать признания договора недействительным на основании пункта 3  статьи 944 ГК РФ и применения последствий, предусмотренных статьей 179 ГК РФ.  

В этом случае выплаченное потерпевшему страховое возмещение не возвращается, а  причиненные вследствие этого убытки страховщику возмещаются страхователем.  

Вместе с тем, исходя из вышеприведенных норм, право требования возникает у  страховщика только по отношению к страхователю.  

Как следует из материалов дела, в данном случае страхователем является ИП  ФИО3  

В связи с чем правовые последствия, вытекающие из данного договора, не образуют  оснований ответственности для третьих лиц, а только для самого страхователя – ФИО3  

Суд первой инстанции, признав ненадлежащим ответчиком ИП ФИО1,  рассмотрев заявление ИП ФИО3 о пропуске истцом срока исковой давности,  отказал в удовлетворении исковых требований к ИП ФИО3 в связи истечением  срока исковой давности.  

При рассмотрении заявления о пропуске срока исковой давности суд первой  инстанции исходил из того, что начало течения срока исковой давности по спорным  правоотношениям необходимо исчислять с момента, когда ПАО СК «Росгосстрах»  произвело выплату страхового возмещения потерпевшему на основании платежного  поручения от 02.09.2020 № 630, то есть с 02.09.2020.  

Истец указал, что сведения об осуществлении ИП ФИО1 пассажирских  перевозок представлены в материалы дела только 14.09.2023, о нарушении своего  субъективного права на возмещение расходов, связанных с предоставлением при  заключении договора страхования недостоверных сведений о цели использования  транспортного средства именно ИП ФИО3 он узнал только 14.09.2023. Данный  довод подлежит отклонению.  

Судом апелляционной инстанции установлено, что в открытом доступе в сети  «Интернет» на официальном ресурсе профессионального объединения страховщиков  «Национальный союз страховщиков ответственности» - nsso.ru по государственному  номеру транспортного средства имеются сведения о заключенном на момент совершения  ДТП (19.08.2020) договоре обязательного страхования гражданской ответственности  перевозчика за причинение вреда жизни, здоровью, имуществу пассажиров автобуса ПАЗ  

- 32054, государственный регистрационный номер 

<

***> (договор №  SOGX21828983255000, действовавший с 26.12.2018 по 25.12.2019). В соответствии с  этими сведениями по данному договору страховщиком выступает ООО «СК «Согласие»,  страхователем – ФИО1.  

Из представленных в общем доступе сведений следует, что спорное ТС заявлено в  договоре страхования по следующим видам перевозок: «Автомобильный транспорт –  автобусные регулярные перевозки в городском сообщении с посадкой и высадкой  пассажиров только в установленных остановочных пунктах по маршрутам с  возможностью осуществления перевозок по заказам в городском сообщении».  

Также из сведений, представленных на официальном ресурсе профессионального  объединения страховщиков «Национальный союз страховщиков ответственности» -  nsso.ru, возможно установить, что на момент подачи искового заявления (21.03.2023)  договоре обязательного страхования гражданской ответственности перевозчика за  причинение вреда жизни, здоровью, имуществу пассажиров автобуса ПАЗ - 32054,  государственный регистрационный номер 

<

***> (договор от 26.12.2022   № IGSX22297711649000). В соответствии с данными сведениями по данному договору  страховщиком выступает СПАО «Ингосстрах», страхователем – ФИО1. Полис ОСАГО, на который ссылается истец по настоящему спору - XXX №  0095754666 от 11.09.2019.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что истец, будучи  профессиональным участником рынка страхования, при проявлении со своей стороны  должной степени внимательности и осмотрительности должен быть осведомлен об  осуществлении ИП ФИО1 пассажирских перевозок на дату оформления полиса  ОСАГО по настоящему спору - XXX № 0095754666 от 11.09.2019.  

Как разъяснено пунктом 89 постановления Пленума Верховного Суда РФ от  08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании  гражданской ответственности владельцев транспортных средств», исковая давность по  спорам, вытекающим из договоров обязательного страхования риска гражданской  ответственности, в соответствии с пунктом 2 статьи 966 ГК РФ составляет три года и  исчисляется со дня, со дня, следующего за днём истечения срока для принятия  страховщиком решения об осуществлении страхового возмещения или о прямом  возмещении убытков путём организации и оплаты восстановительного ремонта  повреждённого транспортного средства на станции технического обслуживания либо о  выдаче суммы страховой выплаты (пункт 21 статьи 12 Закона об ОСАГО).  

Страховая выплата осуществлена платёжным поручением от 02.09.2020 № 630. Срок  давности истек 02.09.2023.  

Ходатайство истца о привлечении соответчиком ФИО3 поступило в суд  первой инстанции 17.11.2023 (т.1, л.д.102).  

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского  кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что в случае заявления  требований к надлежащему ответчику на основании статьи 47 АПК РФ исковая давность  не течет только с момента заявления соответствующего ходатайства истцом.  

Соблюдение досудебного порядка не требуется (пункт 44 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 года № 18 «О некоторых вопросах  досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и  арбитражного судопроизводства»).  

С учетом изложенного, по требованию к ИП ФИО1 с применением  положений подпункта «к» пункта 1 статьи 14 Закона «Об ОСАГО требования не  подлежали удовлетворению, поскольку она не являлась страхователем по страховому  полису XXX № 0095754666 от 11.09.2019, в то время как на основании данной нормы  ответственность может нести только страхователь; по требованию к ИП ФИО3,  

заявленному как на основании данной нормы, так и на основании пункта 1 статьи 1068 ГК  РФ срок исковой давности истек, в связи с чем иск не подлежал удовлетворению,  правовые основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.  

Судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм  права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены не имеется.  Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта,  судом апелляционной инстанции не установлено.  

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение настоящей  апелляционной жалобы в размере 3000 рублей относятся на заявителя (статья 110  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Хакасия от 29 января 2024 года по делу   № А74-1736/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и  может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.  

Председательствующий А.В. Макарцев Судьи: Н.Н. Белан 

Н.Н. Пластинина