ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А26-10817/2014

08 июня 2017 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     05 июня 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме  08 июня 2017 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Масенковой И.В.

судей  Глазкова Е.Г., Зайцевой Е.К.

при ведении протокола судебного заседания:  Новожиловой Е.Г.

при участии:  

конкурсный управляющий: Меркуль Е.Г. (дов.11.01.17)

Горлова И.В.(паспорт)

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-8662/2017)  конкурсного управляющего ООО «Муезерский Гранит» Иванова-Бойцева А.Н.

на определение Арбитражного суда  Республики Карелия от 01.03.2017 по делу № А26-10817/2014 (судья  Москалева Е.И.), принятое 

по заявлению конкурсного управляющего ООО «Муезерский Гранит» Иванова-Бойцева А.Н. о признании недействительными соглашений, заключенных между ООО «Муезерский Гранит» и адвокатом МКА «Лиил Групп» Горловой Л.В. от 22.04.2014 и применении последствий недействительности сделок,

установил:

Определением Арбитражного суда  Республики Карелия от 01.03.2017 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Муезерский гранит» Иванова-Бойцова А.Н. о признании недействительными сделками соглашений, заключенных между ООО «Муезерский гранит» (далее – должник)  и адвокатом МКА «Лиил Групп» Горловой Лидией Викторовной, взыскании с МКА «Лиил Групп» и  Горловой Лидии Викторовны денежных средств  в размере 5 225 103 руб. в пользу должника.

	На определение суда конкурсным управляющим должником Ивановым-Бойцовым А.Н. подана апелляционная жалоба, в которой указано на то, что судом неверно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, вследствие чего выводы, изложенные в обжалуемом определении, не соответствуют обстоятельствам дела; судом не принято во внимание коммерческое предложение ООО «Дельта консалтинг групп» как доказательство того, что рыночная стоимость аналогичных юридических услуг на дату совершения оспариваемых сделок была существенно ниже стоимости юридических услуг,  установленной оспариваемыми соглашениями;  цена сделки не превышает 1 процента стоимости активов должника, однако доказательства того, что сделка совершена в пределах обычной хозяйственной деятельности, ответчиком доказано не было, при том, что бремя доказывания этого факта лежит на последнем; положения пункта 2 статьи 61.4 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) применению не подлежат;  конкурсный управляющий узнал о наличии оснований для  оспаривания сделки с момента передачи ему документов из уголовного дела – 04.12.2015 и срок исковой давности необходимо исчислять с указанной даты.

Конкурсный управляющий  должником Иванов-Бойцов А.Н. просит отменить обжалуемый судебный акт и удовлетворить его заявление. 

В отзыве на апелляционную жалобу Горлова Л.В. возражала против её удовлетворения, указав, что коммерческое предложение является лишь таковым, но не собственно совершением сделки, аналогичной оспариваемой; податель жалобы не доказал наличия сделок с аналогичными условиями и сравнимыми обстоятельствами; все расценки компаний, оказывающих юридические услуги, являются примерными и окончательно формируются, исходя из конкретных обстоятельств дела доверителя; довод ответчика о рыночной стоимости аналогичных услуг в размере не менее 10% от оспариваемой суммы конкурсным управляющим не опровергнут; оспариваемые соглашения являлись предметом спора в рамках арбитражного дела № А40-112861/2014-83-991 о взыскании вознаграждения; конкурсным управляющим не предприняты меры к признанию недействительной сделки по перечислению денежных средств в счет исполнения решения о взыскании вознаграждения; в таком случае не может быть применена реституция по взысканию денежных средств с получателя средств – адвоката Горловой Л.В.; оспариваемые соглашения заключены в процессе обычной хозяйственной деятельности на аналогичных условиях, как и с другими  контрагентами; начало течения срока исковой давности, определенное подателем жалобы с 04.12.2015, не соответствует обстоятельствам дела и нормам права.

В судебном заседании  суда апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего должником поддержал доводы апелляционной жалобы, Горлова Л.В. и представитель МКА «Лиил Групп»  возражали против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзыве   на апелляционную   жалобу. 

	Заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на неё, выводы суда первой инстанции, представленные в материалы дела доказательства, апелляционный суд не усматривает оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта.

	Из материалов дела следует, что 22.04.2014 между должником (заказчик) и МКА «Лиил Групп» (исполнитель) заключены три соглашения по оказанию адвокатских услуг с условиями о вознаграждении исполнителя в размере 659 691 руб. – по соглашению № 9195-1МГ/14, 4 458 272 руб.  – по соглашению № 9195-2МГ/14 и 197 140 руб. – соглашению № 9195-3МГ/14. Услуги оказывались в рамках арбитражных производств №№ А26-66/2014, А26-686/2014 и А40-14311/2014-112-132 соответственно.

	Определением суда первой инстанции от 16.01.2015 принято к производству  заявление о признании ООО «Муезерский гранит» несостоятельным (банкротом).

	Определением суда от 06.04.2015 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Вдовин О.Ф., а решением суда от 06.08.2015 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Иванов-Бойцов А.Н.

	Полагая, что оспариваемые соглашения являются недействительными сделками по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий должником обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав по правилам статьи 71 АПК РФ представленные по делу доказательства, суд апелляционной инстанции также не усматривает  признаков недействительности, предусмотренных пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, у оспариваемых соглашений, поскольку адвокатом Горловой Л.В. доказано  соразмерное встречное предоставление. 

	Необходимым условием для признания сделки недействительной по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве является наличие неравноценного встречного исполнения обязательств. 

	Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Исходя из названных положений закона результатом заключения должником сделки на условиях неравноценного встречного исполнения, как правило, является уменьшение стоимости или размера его имущества, что влечет полную или частичную утрату возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника.

По мнению конкурсного управляющего должником, предусмотренные оспариваемыми соглашениями вознаграждения исполнителя являются завышенными. 

В обоснование данного довода конкурсный управляющий ссылается на расценки юридических фирм, размещенные на сайтах последних в сети Интернет, методические рекомендации Совета АМПО, утверждённые 22.10.2014, а также коммерческое предложение ООО «Дельта консалтинг групп». Исходя из коммерческого предложения указанного Общества (том 2 л.д.54-58), конкурсный управляющий полагает, что реальная стоимость оказанных услуг в совокупности по трем соглашениям не должна превышать 113 500,00 руб. Данный довод  судом первой инстанции правомерно не принят во внимание, так как  представленные сведения не отвечают правилам об относимости и допустимости доказательств стоимости конкретных юридических услуг, поскольку размещенные на сайтах расценки на услуги юридических фирм и адвокатов предусматривают только их минимальное значение и не учитывают конкретные услуги, предусмотренные оспариваемыми соглашениями, т.е. то, что с учетом размера предъявленных к должнику требований, данные услуги были бы действительно оказаны по предлагаемым минимальным ценам. 

Принимать во внимание коммерческое предложение ООО «Дельта консалтинг групп» для определения действительной стоимости услуг суд первой инстанции также правомерно посчитал  невозможным в силу того, что данная организация не является адвокатским объединением, квалификация ее сотрудников ничем не подтверждена, в связи с чем, сравнение размера оплаты услуг адвоката с предложением указанной организации является некорректным.

Основные принципы финансовых взаимоотношений между коллегией адвокатов, адвокатом и доверителем содержатся в ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

 Согласно положениям указанного закона в коллегии адвокатов адвокат от своего имени самостоятельно заключает соглашение с доверителем об оказании последнему юридических услуг, которое регистрируется в коллегии адвокатов. Коллегия адвокатов не является стороной в соглашении об оказании юридической помощи, однако наделена статусом налогового агента ее членов, а также статусом представителя адвоката по его расчетам с доверителями и третьими лицами. Соответственно, все расчеты между адвокатом и доверителем должны осуществляться только через кассу либо расчетный счет коллегии адвокатов.

В силу положений пунктов 1, 4 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

При этом гражданское законодательство не устанавливает каких-либо специальных требований к условиям о выплате вознаграждения исполнителю в договорах возмездного оказания услуг. Следовательно, стороны договора возмездного оказания услуг вправе согласовать выплату вознаграждения исполнителю в различных формах (в зависимости от фактически совершенных исполнителем действий или от результата действий исполнителя), если такие условия не противоречат основополагающим принципам российского права (публичному порядку Российской Федерации). В силу диспозитивного характера гражданско-правового регулирования стороны могут свободно определять наиболее оптимальные условия оплаты оказанных услуг, в том числе самостоятельно устанавливать порядок и сроки внесения платежей (уплата аванса, предварительные платежи, рассрочка платежа, предоставление кредита, почасовая оплата, исчисление размера вознаграждения в процентах от цены иска и так далее).

 Как следует из представленных адвокатом Горловой Л.В. документов, в период 2012-2016 г.г. между адвокатом и различными юридическими лицами были заключены более 40 соглашений на оказание юридических услуг на аналогичных условиях, что и оспариваемые соглашения, размер гонорара за услуги адвоката определялся в процентном отношении от размера защищаемой суммы и составлял от 1 до 10 процентов  такой суммы. Учитывая, что оспариваемые соглашения предусматривали гонорар в размере 1 процента от защищаемой суммы, основания полагать, что должник был заведомо поставлен в положение, ущемляющее его интересы, а также права и законные интересы его потенциальных кредиторов, отсутствуют. 

Согласно абзацу 2 пункта 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

Возражений относительно исполнения сторонами оспариваемых соглашений своих обязательств, в том числе после присуждения адвокату Горловой Л.В. причитающегося ей вознаграждения по спорным сделкам  в рамках арбитражного дела №А40-112861/14, конкурсный управляющий не привел.

Таким образом, поскольку заявитель в нарушение статьи 65 АПК РФ не представил суду надлежащие доказательства, свидетельствующие о том, что рыночная стоимость оказанных адвокатом услуг по оспариваемым сделкам существенно превышает стоимость, которую должник по иным сделкам мог выплатить контрагентам, основания для квалификации спорных сделок как сделок, совершенных  с неравноценным встречным исполнением в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, отсутствуют. 

Учитывая изложенное, установив неподтвержденность признака неравноценного встречного предоставления, апелляционный суд не усматривает оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего должником о признании спорных соглашений недействительными, вследствие чего не имеется оснований для применения последствий недействительности сделок.

Также не имеется таких оснований и в связи с тем, что заявителем пропущен срок исковой давности, о применении которого ответчиком было заявлено в суде первой инстанции.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

В абзаце 2 пункта 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение срока исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса).

Как указано в Определении ВС РФ от 19.01.2016 № 49-КГ15-21, на которое сослался суд первой инстанции, договорные отношения, а также права и обязанности по исполнению договора на оказание юридической помощи возникают между адвокатом коллегии адвокатов и доверителем. Исходя из изложенного, надлежащим ответчиком по спору в рамках соглашения между адвокатом коллегии адвокатов и доверителем, в том числе, по спору о недействительности данного соглашения как по основаниям, предусмотренным ГК РФ, так и специальным основаниям, указанным в Законе о банкротстве, является адвокат. 

Вопреки доводу подателя жалобы, наличие обстоятельств, позволяющих обратиться с настоящим заявлением, были известны конкурсному управляющему должником до момента передачи ему документов из уголовного дела – 04.12.2015, т.к. согласно приложению к заявлению (поступило в суд 12.07.2016) управляющим были представлены все оспариваемые соглашения и документы по их исполнению. 

	Действуя добросовестно и разумно, как того требует пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий должником должен был и мог в течение разумного периода с даты своего утверждения конкурсным управляющим – 06.08.2015, получить необходимую информацию о том, кто является надлежащим ответчиком по спору, по истечении срока исковой давности, последний день которого с учетом изложенных обстоятельств приходится на 12.08.2016, при том, что решение суда о присуждении вознаграждения по спорным соглашениям исполнялись должником в пользу адвоката Горловой Л.В. 17.12.2014 и 12.01.2015 путем безакцептного списания Санкт-Петербургским филиалом ТКБ (ОАО), т.е. информация о надлежащем ответчике могла быть установлена путем обращения в банк должника. 

	Учитывая изложенное, вывод суда первой инстанции о пропуске заявителем срока исковой давности соответствует нормам права и фактическим обстоятельствам дела.

	При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции признает обжалуемый судебный акт законным и обоснованным, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего должником – не подлежащей удовлетворению. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269- 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  Республики Карелия  от 01.03.2017 по делу №  А26-10817/2014  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Масенкова

Судьи

Е.Г. Глазков

 Е.К. Зайцева