АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1205/21 

Екатеринбург

22 июня 2022 г.

 

Дело № А60-46709/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июня 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 июня 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Павловой Е. А., Соловцова С. Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Юниверфуд» ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 03.12.2021 по делу № А60-46709/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2022 по тому же делу о признании банкротом общества с ограниченной ответственностью «Юниверфуд» (обособленный спор об оспаривании сделки).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО2 (ответчик по обособленному спору) – ФИО3 (паспорт, доверенность от 29.06.2021).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 25.06.2020 общество с ограниченной ответственностью «Юниверфуд» (далее общество «Юниверфуд», должник) признано несостоятельным (банкротом), в  отношении должника открыто конкурсное производство.

В Арбитражный суд Свердловской области 01.06.2021 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Дюжина 3» от 25.12.2017 в части отчуждения обществом «Юниверфуд» доли в размере 24 % ФИО2 и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика действительной стоимости доли общества «Дюжина 3» в сумме 18 334 080 руб.

К участию в рассмотрении обособленного спора привлечены третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО4, ФИО5, ФИО6, общество с ограниченной ответственностью «Дюжина 3» (далее – общество «Дюжина 3») (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.12.2021 признан недействительным договор купли-продажи доли в уставном капитале общества «Дюжина 3» от 25.12.2017 в части отчуждения обществом «Юниверфуд» доли в размере 24 % ФИО2 Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника доли в уставном капитале общества «Дюжина 3» в размере 24 %.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2022 определение от 03.12.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий обратился с кассационной жалобой в суд округа, просит определение от 03.12.2021 и постановление от 18.02.2022 отменить в части применения последствий недействительности сделки, принять по делу новый судебный акт о признании недействительным договора купли-продажи доли в уставном капитале общества «Дюжина 3» от 25.12.2017 в части отчуждения обществом «Юниверфуд» доли в размере 24 % ФИО2 и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика действительной стоимости доли общества «Дюжина 3» в сумме 18 334 080 руб.

Кассатор полагает, что примененные судом последствия недействительности сделки не восстановят имущественное положение должника, так как финансовые показатели общества «Дюжина 3» в настоящее время в значительно худшую сторону отличаются от показателей, имевшихся на период совершения спорной сделки.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что в качестве последствий признания недействительной сделки с ответчика подлежала взысканию действительная стоимость доли, которая по расчетам ФИО1 составляет 18 334 080,00 рублей, расчет конкурсного управляющего не был опровергнут судами первой и апелляционной инстанции.

Кассатор не согласен с выводом суда об отсутствии оснований признания недействительной сделки по основаниям статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), так как на момент совершения сделки, должник обладал признаками неплатежеспособности, сделка направлена на уменьшение имущества должника в целях причинения вреда кредиторам, сделка прикрывала сделку по дарению (статья 170 ГК РФ – мнимая сделка), ответчику должно было быть известно о неплатежеспособности должника (информация, размещенная в Картотеке арбитражных дел, на сайте Федеральной службы судебных приставов).

Заявитель жалобы также ссылается на то, что продажа доли по номинальной цене, существенно меньше рыночной, свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны ответчика.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением от 05.09.2019 принято к производству уполномоченного органа  о признании общества «Юниверфуд» несостоятельным (банкротом).

Определением от 06.02.2020 требования уполномоченного органа признаны обоснованными, в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим должником утвержден ФИО7

Решением от 25.06.2020 общество «Юниверфуд» признано несостоятельным (банкротом), в  отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО7

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.07.2020 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1

Судами установлено, что между должником (продавец 1), ФИО4 (далее – продавец 2, ФИО4) и ФИО2 (далее – ответчик, покупатель, ФИО2) заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале общества «Дюжина 3». 

Согласно указанному договору должником осуществлено отчуждение доли общества «Дюжина 3» в размере 24 % по цене 2 400 руб., а ФИО4 в размере 76 % по цене 7 600 руб. в пользу ФИО2

Выявив данную сделку, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной с отсылкой на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170 ГК РФ.

Конкурсный управляющий утверждал, что действительная стоимость доли должника в уставном капитале общества «Дюжина 3» на момент совершения сделки составляла 18 334 080 руб., согласно следующему расчету с уточнением, исходя из данных бухгалтерского баланса, имеющегося в открытом доступе по состоянию на 31.12.2016 (76 392 000 руб. х 24% = 18 334 080 руб.).

Как установлено судами, при заключении спорного договора купли-продажи долей воля сторон была направлена на заключение так называемой обеспечительной сделки (договора залога) в обеспечение исполнения договоров займа, заключенных между ФИО2 и ФИО4 (заемщик). 

Из неопровергнутых участниками спора и признанных судами обоснованными пояснений ответчика ФИО2 следует, что до совершения оспариваемой сделки должника от 25.12.2017, ФИО2 была знакома с ФИО4 и предоставляла ему и находящимся под его контролем предприятиям денежные средства по трем договорам займа. 

Договор займа №1 был оформлен на основании расписки от 24.07.2017 на общую сумму 1 439 239, 00 руб., фактически, ФИО2 передала ФИО4 1 000 000 руб. 00 коп., которые получила в АО «Альфа-Банк». 

По договоренности сторон, погашение денежных средств должно было осуществляться в соответствии с графиком, определенным договором от 24.07.2021, заключенным ФИО2 с АО «Альфа-банк». 

Договор займа №2 был оформлен договором от 19.10.2017, в котором солидарными созаемщиками выступили ФИО4 и общество «Юниверфуд-Федяково». 

Передача денежных средств происходила на основании двух расписок на общую сумму 1 999 459 , 00 руб. 

Договор займа №3 был оформлен договором от 19.10.2017, в котором солидарными созаемщиками выступили ФИО4, и общество «Дюжина 3» в отношении продажи доли в которой подано заявление об оспаривании сделки должника. 

Передача денежных средств происходила на основании расписки на общую сумму 3 792 000 руб. 00 коп. 

Договор займа №4 (в календарной очередности) был оформлен между ФИО2 и ФИО4 на основании расписки от 28.12.2018.

Денежные средства переданы по расписке 28.12.2018.

В период действия указанных договоров, ФИО4 в качестве обеспечения гарантий по возврату взятых в займ денежных средств предложил оформить долю в общества «Дюжина 3» на ФИО2 

ФИО2 подтвердила, что никаких денежных средств по оспариваемой сделке не передавала, ни в кассу должника, ни ФИО4, поскольку ФИО4 по состоянию на декабрь 2017 должен был ФИО2 значительную сумму по ранее переданным в займ денежным средствам.

Директором общества «Дюжина 3» на момент заключения оспариваемой сделки была ФИО6 (запись внесена в ЕГРЮЛ 06.03.2012). 

Само предприятие было зарегистрировано на территории Республика Адыгея, директор постоянно проживала на территории Краснодарского края. 

В адрес ФИО2 был предоставлен баланс по итогам 2016 года, согласно которого у предприятия имелись активы и предприятие было работоспособным. На самом деле все активы общества «Дюжина 3» являются «раздутыми» и состоят из дебиторской задолженности самого должника – общества «ЮНИВЕРФУД». 

После получения в собственность доли в уставном капитале общества «Дюжина 3» ФИО2 какой-либо информации от директора общества «Дюжина 3» не получала и какого-то участия в деятельности общества не принимала до мая 2018 года, когда пришло время проведения ежегодных собраний общества. 

Поскольку никакой информации, кроме внутренней расшифровки по итогам работы за 1 квартал 2015 года, директор ФИО6 не предоставила, то ФИО2 поставила вопрос о выходе из состава участников перед ФИО4 

ФИО2 была предложена схема переписать 50% доли на директора, а затем выйти из состава участников общества. 

22.05.2018 сведения о ФИО6, как участника с долей участия в 50%, было внесено в ЕГРЮЛ. 

Заявление о выходе из состава участников общества было сделано ФИО2 13.11.2018 года и лично вручено ФИО6 при прилете в город Краснодар. 

Учитывая, что каких-либо действий по внесению изменений в ЕГРЮЛ ФИО6 в связи с подачей Ответчиком заявления о выходе из общества «Дюжина 3» предпринято не было, ФИО2 до сих пор значится участником общества «Дюжина 3» с долей 50%.

С учетом приведенных обстоятельств совершения спорной сделки, требование управляющего о признании ее недействительной удовлетворено судами.

В указанной части судебные акты никем из участников процесса не обжалуются, в связи с чем не могут являться предметом кассационного рассмотрения в силу полномочий суда округа. 

Предметом как апелляционного, так и кассационного обжалования являлись примененные судом первой инстанции последствия недействительности сделки: конкурсный управляющий настаивал на необходимости взыскания с ответчика 18 334 080 руб. (действительной стоимости спорной доли). 

Суды первой и апелляционной инстанции, признавая сделку недействительной со ссылкой на статью 170 ГК РФ, обязывая ответчика в качестве последствий недействительности возвратить в конкурсную массу долю в уставном капитале обществе «Дюжина 3» в размере 24 %  и отказывая конкурсному управляющему в применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика действительной стоимости доли общества «Дюжина 3» в сумме 18 334 080 руб., - руководствовались тем, что указанные управляющим обстоятельства, а также имеющиеся в материалах дела доказательства не свидетельствуют о том, что на момент рассмотрения настоящего обособленного спора являлся невозможным возврат в конкурсную массу должника доли в уставном капитале обществе «Дюжина 3» в размере 24 %.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы находит указанные выводы судов соответствующими установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основанными на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. 

Доводы кассатора о неправильном применении судами реституционных последствий – судом округа отклоняются в силу следующего. 

В соответствии со статьей 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Денежная реституция, на которой настаивает управляющий, может быть применена только в случае невозможности осуществления натуральной реституции. 

В связи с тем, что судами установлено, что в результате совершения спорной сделки ответчик ФИО2 получила от должника долю в уставном капитале обществе «Дюжина 3» в размере 24 %, тогда как должник встречного предоставления по спорной сделке (договору купли-продажи) не получил, при этом суды пришли к выводу о наличии юридической возможности обязать ответчика ФИО2 произвести возврат полученного по спорной сделке имущества (доли в размере 24%) обратно должнику, суды согласно общему правилу статьи 167 ГК РФ вернули сторон в первоначальное положение, существовавшее до момента совершения сделки.

При этом суд округа полагает необходимым также отметить следующее.

Одним из способов наполнения конкурсной массы для последующего справедливого распределения ее между кредиторами является механизм оспаривания сделок должника, в том числе как по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве, так и по общим основаниям. 

По общему правилу, целью является не констатация недействительности сделки сама по себе, а применение последствий ее недействительности. В частности, если сделка, признанная недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки  - независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки (п. 29 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63).

Восстановление имущественного положения должника до ситуации, имевшей место до совершения оспариваемой сделки и компенсации ему всех неблагоприятных последствий незаконных действий (возмещение ущерба) –должно обеспечивать реальную защиту нарушенных прав кредиторов должника. 

Однако при этом в соответствии с процессуальным законодательством и законодательством о банкротстве, право определять предмет и основания заявленных исковых требований принадлежит лицу, обратившемуся с соответствующим заявлением в суд. Суд по своей инициативе определяет круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решает, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении. 

Указанное не означает, что суд в самостоятельном порядке вправе изменять (в том числе расширять) предмет либо основания заявленного требования. 

Истец самостоятельно определяет способ защиты своих законных прав и интересов. 

Процессуальный закон не предоставляет суду полномочий по изменению по своему усмотрению предмета либо основания заявления арбитражного управляющего с целью использования более эффективного способа защиты (такие действия являются нарушением как требований статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, так и принципа равноправия сторон (статья 8 названного Кодекса)). 

Суд, рассматривающий конкретный спор, не связан лишь правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений.

При обращении в суд первой инстанции с соответствующим заявлением состав ответчиков определялся самим управляющим (кассатором).

После раскрытия ответчиком ФИО2 обстоятельств совершения спорной сделки – ни предмет, ни основания заявленных требований конкурсным управляющим не изменялись, каких-либо дополнительных требований к иным лицам не предъявлялось.

При этом в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции  конкурсный управляющий возражал против привлечения к участию в деле в качестве ответчика ФИО6, которая была единоличным исполнительным органом общества «Дюжина 3», что подтверждено материалами дела и установлено судом первой инстанции (ходатайство ФИО2 от 07.10.2021 о привлечении к участию в деле в качестве заинтересованного лица с правами ответчика ФИО6); с самостоятельными ходатайствами о привлечении иных лиц в качестве ответчиков по настоящему спору конкурсный управляющий не обращался. 

Таким образом, с учетом установленных судами обстоятельств совершения спорной сделки, при отсутствии достаточных доказательств заинтересованности (аффилированности) ФИО2, при отсутствии доказательств либо злоупотребления ФИО2 правом, либо направленности ее действий на вывод активов и причинение вреда должнику и кредиторам – какого-либо взыскания денежных средств с выбранного кассатором ответчика по спору невозможно.

Кассационная жалоба не содержит доводов, свидетельствующих о несоответствии выводов судов установленным ими обстоятельствам по делу, а изложенные в кассационной жалобе доводы заявлены без учета выводов судов, не опровергают их, а повторяют доводы, которые являлись предметом проверки судов первой и апелляционной инстанций, доводы жалобы сводятся к несогласию с выводами судов, основанными на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, которым дана надлежащая правовая оценка.

Нарушений норм материального или процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 03.12.2021 по делу № А60-46709/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                          Е.А. Павлова 

 

                                                                                      С.Н. Соловцов