Дело № А32-39918/2024

город Краснодар

20 октября 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 29 сентября 2025 года

Полный текст решения изготовлен 20 октября 2025 года

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Хахалевой Н.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сергиенко Ю.С., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ИНТЕРХИММЕТ» (ОГРН 

<

***>), г. Москва,

к Новороссийской таможне, г. Новороссийск,

об оспаривании ненормативного акта,

при участии в заседании:

от заявителя: не явился, уведомлен;

от заинтересованного лица: не явился, уведомлен;

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «ИНТЕРХИММЕТ» (далее по тексту – юридическое лицо, общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконными и отмене решений Новороссийской таможни (далее по тексту – таможенный орган) о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары от 04.04.2024 № 10317000, № 10317000 и № 10317120 по ДТ 10317120/300323/3058018, ДТ 10317120/050723/3118653, ДТ 10317120/310723/5006882.

Аудиозапись судебного заседания не велась, в связи с отсутствием лиц, участвующих в деле.

Стороны в судебное заседание не явились, о месте и времени слушания дела извещены надлежащим образом.

От заявителя поступило ходатайство о приобщении к материалам дела документов. Ходатайство судом рассмотрено и удовлетворено.

От заинтересованного лица поступило ходатайство о приобщении к материалам дела документов. Ходатайство судом рассмотрено и удовлетворено.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – АПК РФ) при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

Дело рассматривается в порядке статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд, исследовав материалы дела, оценив в совокупности все представленные доказательства, установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «Интерхиммет» зарегистрировано в качестве юридического лица за ОГРН:  

<

***>, дата присвоения ОГРН: 27.04.2022, ИНН: 

<

***>, адрес (место нахождения): г. Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Коньково, ул. Бутлерова, д. 17Б, помещ. 60Ж/11/2.

04.11.2022 между ООО «ИнтерХимМет» (далее – покупатель, декларант) и фирмой МLА INDUSTRIES PVТ.LTD. (Индия) (далее – поставщик) заключен внешнеторговый контракт № MLAPL-121 (далее по тексту - Контракт), согласно условиям которого Поставщик обязался поставить, а Покупатель принять и оплатить товар в ассортименте согласно Спецификациям или Проформе-Инвойс. 

01.02.2023 ООО «ИнтерХимМет» направило в адрес Поставщика Заказ № 2 на поставку товара – Стеарата цинка DLI в количестве 26 тонн, на основании которого Стороны подготовили и подписали отгрузочную Спецификацию № 2 от 01.02.2023 на поставку Стеарата цинка в количестве 26 тн общей стоимостью 35 100 долларов США (USD) на условиях CFR Новороссийск.  В адрес покупателя был направлен коммерческий Инвойс № MLAPL-160 от 15.02.2023. 

12.05.2023 ООО «ИнтерХимМет» направило в адрес Поставщика Заказ № 3 на поставку товара – Стеарата цинка DLI в количестве 25 тонн, на основании которого Стороны подготовили и подписали отгрузочную Спецификацию № 3 от 12.05.2023 на поставку Стеарата цинка в количестве 25 тн общей стоимостью 32 000 долларов США (USD) на условиях CFR Новороссийск. В адрес Покупателя был направлен коммерческий Инвойс № S-SHIP/2324/0846 от 03.06.2023. 

19.06.2023 ООО «ИнтерХимМет» направило в адрес Поставщика Заказ № 5 на поставку среди прочего товара – Стеарата кальция DLI в количестве 25,995 тонн, на основании которого Стороны подготовили и подписали отгрузочную Спецификацию № 5 от 19.06.2023 на поставку Стеарата кальция в количестве 25,995 тн общей стоимостью 24 565,28 долларов США (USD) на условиях CFR Новороссийск. В адрес Покупателя был направлен коммерческий Инвойс № SSHIP/2324/1492 от 28.06.2023. 

На основании перечисленных документов МLА INDUSTRIES PVТ.LTD. (Поставщик) выполнил поставку в адрес ООО «ИнтерХимМет» (Покупателя) товаров на условиях CFR Новороссийск, задекларированных соответственно по ДТ 10317120/300323/3058018, ДТ 10317120/050723/3118653, ДТ 10317120/310723/5006882. 

29.09.2023 инспектором Новороссийской таможни в рамках контроля таможенной стоимости товаров в адрес ООО «ИнтерХимМет» направлено письмо «О контроле таможенной стоимости товаров» № 14-28/28748. К указанному письму таможенным органом представлен список запрошенных дополнительных документов и сведений в подтверждение заявленной таможенной стоимости товаров, представить которые таможенный орган предложил в течение 30 календарных дней с момента получения указанного запроса. 

ООО «ИнтерХимМет» указано, что в установленный срок дополнительных документов на основании указанного запроса не представило по не зависящим от него причинам: указанное письмо не поступало заявителю на его почтовый адрес, не было ему вручено. О принятом решении о контроле таможенной стоимости и запросе дополнительных документов Заявитель узнал, когда получил в личном кабинете программы для таможенного оформления Альта-Софт корректировки по таможенным декларациям. 

В связи с чем, Новороссийской таможней были приняты решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров, соответственно: 

1) 

решение

 № 10317000 от 04.04.2024, согласно которому таможенным органом внесены изменения в декларацию на товары (ДТ) 10317120/300323/3058018 в части таможенной стоимости (ТС) товара (Индия, "стеарат цинка…"), которая в решении определена на основании стоимости однородного товара в сумме 2 885 030,38 руб. (вместо 2 701 931,31 руб.), в результате корректировки таможенные платежи увеличились на 36 619,82 руб.;

2) решение № 10317000 от 04.04.2024, согласно которому таможенным органом внесены изменения в декларацию на товары (ДТ) 10317120/050723/3118653 в части таможенной стоимости (ТС) товара (Индия, "стеарат цинка…"), которая в решении определена на основании стоимости однородного товара в сумме 2 996 277,88 руб. (вместо 2 865 440,00 руб.), в результате корректировки таможенные платежи увеличились на 38 944,75 руб.;

3) решение № 10317120 от 04.04.2024, согласно которому таможенным органом внесены изменения в декларацию на товары (ДТ) № 10317120/310723/5006882 в части таможенной стоимости (ТС) товара (Индия, «стеарат кальция…»), которая в решении определена на основании стоимости однородного товара в сумме 2 810 441,52 руб. (вместо 2 234 907,41 руб.), в результате корректировки таможенные платежи увеличились на 170 654,83 руб. 

Итого, размер таможенных платежей по перечисленным таможенным операциям увеличился на 246 219,4 руб. На основании принятых решений Новороссийской таможни, ООО «ИнтерХимМет» подало корректировки деклараций на товары по ДТ 10317120/300323/3058018, ДТ 10317120/050723/3118653, ДТ 10317120/310723/5006882, доначисленные таможенные платежи уплачены декларантом.

Не согласившись с выводами таможенного органа, общество обратилось в арбитражный суд с заявлением по настоящему делу о признании незаконными и отмене решений Новороссийской таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары от 04.04.2024 № 10317000, № 10317000 и № 10317120 по ДТ 10317120/300323/3058018, ДТ 10317120/050723/3118653, ДТ 10317120/310723/5006882.

При обращении в арбитражный суд юридическим лицом заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока на обращение в суд с настоящим заявлением. 

При рассмотрении указанного ходатайства суд руководствовался следующим.

Заявление об оспаривании ненормативных правовых актов недействительными, решений и действий (бездействия) незаконными может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иного не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом (часть 4 статьи 198 АПК РФ).

В силу части 2 статьи 117 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными и если не истекли предусмотренные статьями 259, 276, 292 и 312 настоящего Кодекса предельные допустимые сроки для восстановления.

К уважительным причинам пропуска срока относятся обстоятельства объективного характера, не зависящие от заявителя, находящиеся вне его контроля, при соблюдении им той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась от него в целях соблюдения установленного порядка.

Лицо, ходатайствующее о восстановлении пропущенного срока, должно не только указать причины его пропуска, но и в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представить суду доказательства того, что заявитель не имел возможности совершить соответствующее процессуальное действие в установленный законом срок.

В свою очередь, вопрос об уважительности причин пропуска срока на обжалование, оценка доказательств и доводов, приведенных в обоснование ходатайства о восстановлении срока, являются прерогативой суда, рассматривающего ходатайство, который учитывает конкретные обстоятельства и оценивает их по своему внутреннему убеждению.

Статьей 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что задачами судопроизводства в арбитражных судах, помимо прочих, являются: защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, обеспечение доступности правосудия в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, справедливое публичное судебное разбирательство в установленный законом независимым и беспристрастным судом, а также формирование уважительного отношения к закону и суду.

Судом установлено, что оспариваемые решения вынесены таможенным органом 04.04.2024. Заявление подано в арбитражный суд 17.07.2024.

В качестве уважительности причины пропуска процессуального срока на обращение в суд, юридическим лицом указано на то, что 04.07.2024 срок для обжалования перечисленных решений Новороссийской таможни для заявителя истек. Однако, ООО «ИнтерХимМет» пропустило указанный процессуальный срок по уважительным причинам, не зависящим от юридического лица. Лицом ООО «ИнтерХимМет», имеющим право без доверенности действовать от имени юридического лица, является директор общества ФИО1, иных лиц не имеется, юрист в штате общества отсутствует. Численность работников заявителя составляет 3 человека. Все работники не имеют высшего юридического образования, работают по рабочим специальностям, ведут хозяйственную деятельность ООО «ИнтерХимМет» и не могут представлять общество в арбитражном суде. ФИО1 не смог воспользоваться предоставленным ему правом, пропустил процессуальный срок по причине нахождения на больничном в период с 28.03.2024 по 03.06.2024 и с 04.06.2024 по 10.07.2024, что подтверждается двумя электронными листами нетрудоспособности (ЭЛН) № 910192026506 и № 910196626383. 

Руководствуясь Федеральным законом от 30.03.1998 № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и протоколов к ней», указывающим, что Конвенцией запрещен отказ в правосудии, а также закреплено положение, дающее возможность заинтересованному лицу добиться рассмотрения своего дела в суде - органе государственной системы правосудия, в соответствии с частью 1 статьи 117 АПК РФ, суд приходит к выводу о признании причины уважительной и, как следствие, срок на обжалование решения подлежит восстановлению.

Принимая решение по делу, суд руководствовался следующим.

В силу статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии со статьей 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, ненормативный акт государственного органа не соответствующий закону и иным правовым актам, и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы юридического лица, может быть признан судом недействительным полностью или частично.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличие у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие). 

Исходя из положений пункта 2 статьи 1 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее-ТК ЕАЭС), вступившего в силу 01.01.2018, таможенное регулирование в Союзе осуществляется в соответствии с регулирующими таможенные правоотношения международными договорами, включая настоящий Кодекс, и актами, составляющими право Союза (далее - международные договоры и акты в сфере таможенного регулирования), а также в соответствии с Договором о Евразийском экономическом союзе от 29.05.2014.

В соответствии со статьей 32 Договора о Евразийском экономическом союзе (подписан в г. Астане 29.05.2014) (далее по тексту - Договор) в Евразийском экономическом союзе (далее - Союз, ЕАЭС) осуществляется единое таможенное регулирование в соответствии с Таможенным кодексом Евразийского экономического союза (далее по тексту - ТК ЕАЭС) и регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и актами, составляющими право Союза, а также в соответствии с положениями Договора.

В соответствии со статьей 358 ТК ЕАЭС любое лицо вправе обжаловать решения таможенных органов, действия (бездействие) таможенных органов или их должностных лиц в порядке и сроки, которые установлены законодательством государства-членов таможенного союза, решения, действия (бездействие) таможенного органа или должностных лиц таможенного органа которого обжалуются.

Порядок определения и контроля таможенной стоимости ввезенных товаров с 01.01.2018 определен главой 5 ТК ЕАЭС.

Объектом обложения таможенными пошлинами, налогами в соответствии со статьей 75 ТК ТС, статьей 51 ТК ЕАЭС являются товары, перемещаемые через таможенную границу. Базой для исчисления таможенных пошлин в зависимости от вида товаров и применяемых видов ставок является таможенная стоимость товаров и (или) их физическая характеристика в натуральном выражении (количество, масса с учетом его первичной упаковки, которая неотделима от товара до его потребления и в которой товар представляется для розничной продажи, объем или иная характеристика).

Налоговая база для исчисления налогов определяется в соответствии с законодательством государств - членов таможенного союза (в РФ – исходя из таможенной стоимости товаров).

По правилам пункта 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС определено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса. В случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно. При этом могут быть проведены консультации между таможенным органом и декларантом в целях обоснованного выбора стоимостной основы для определения таможенной стоимости ввозимых товаров, соответствующей статьям 41 и 42 настоящего Кодекса. В процессе консультаций таможенный орган и декларант могут обмениваться имеющейся у них информацией при условии соблюдения законодательства государств-членов о коммерческой тайне. Консультации проводятся в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании. При невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса в качестве основы для определения таможенной стоимости товаров может использоваться либо цена, по которой оцениваемые, идентичные или однородные товары были проданы на таможенной территории Союза, в соответствии со статьей 43 настоящего Кодекса, либо расчетная стоимость товаров в соответствии со статьей 44 настоящего Кодекса. Декларант имеет право выбрать очередность применения указанных статей при определении таможенной стоимости ввозимых товаров. В случае если для определения таможенной стоимости ввозимых товаров невозможно применить статьи 39, 41 - 44 настоящего Кодекса, определение таможенной стоимости товаров осуществляется в соответствии со статьей 45 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 ТК ЕАЭС, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС, при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 4 указанной статьи, таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях:

1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения;

2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС, при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса. Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

Как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в Постановлении Пленума ВС РФ от 26.11.2019 №49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» выявление отдельных недостатков в оформление представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.), в соответствии с требованиями гражданского законодательства, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о нарушении требований пункта 10 ст.38 ТК ЕАЭС (п.9 Постановления).

Верховным Судом Российской Федерации также указано на то, что согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Исходя из пункта 13 статьи 38 Таможенного кодекса таможенные органы вправе убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с их действительной стоимостью.

В то же время с учетом положений пункта 1 статьи 38 Таможенного кодекса предъявляемые к декларанту требования по подтверждению таможенной стоимости должны быть совместимы с коммерческой практикой.

Из материалов дела следует, что Новороссийская таможня известила ООО «ИнтерХимМет» о проведении контроля таможенной стоимости после выпуска товаров «стеарат цинка» и «стеарат кальция» по ДТ 10317120/300323/3058018, ДТ 10317120/050723/3118653, ДТ 10317120/310723/5006882 в письме «О контроле таможенной стоимости товаров» № 14-28/28748 от 29.09.2023, в котором также содержались требования о представлении дополнительных документов. 

В указанном письме в качестве основания для принятия таможенным органом решения о проведения контроля таможенной стоимости после выпуска товаров указано, что «в результате мониторинга и анализа баз данных и информационных ресурсов таможенных органов было выявлено, что таможенная стоимость рассматриваемых товаров имеет более низкую цену в сравнении с ценой на однородные товары, декларированные в регионе деятельности ФТС России в сопоставимый период времени. В соответствии с пп. Б п. 5 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию ЕАЭС, утвержденного Решением Коллегии КАЭС от 27.03.1018 г. № 42, данное обстоятельство является признаком недостоверного определения таможенной стоимости товаров». 

В обжалуемых решениях таможенный орган указывает в качестве основания для корректировки таможенной стоимости товаров «не устранение в ходе контроля признаков недостоверности заявленных сведений о таможенной стоимости товаров, а также выявление обстоятельств, не позволяющих применить в отношении товаров выбранный декларантом метод определения таможенной стоимости», а именно: «Определение таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 39, 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) невозможно, так как представленные документы не соответствуют требованиям пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС». 

Вместе с тем, Верховным Судом Российской Федерации в Постановления Пленума ВС РФ от 26.11.2019 N 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза" выявление отдельных недостатков в оформление представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.), в соответствии с требованиями гражданского законодательства, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о нарушении требований пункта 10 ст. 38 ТК ЕАЭС (п. 9 Постановления).

Аналогичная позиция была изложена Верховным Судом Российской Федерации в пункте 7 ранее действовавшего Постановления Пленума ВС РФ от 12.05.2016 N 18 "О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства" следует, что выявление отдельных недостатков в оформление представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.), в соответствии с требованиями гражданского законодательства, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о нарушении требований пункта 4 статьи 65 ТК ТС и пункта 3 статьи 2 Соглашения.

Содержание правовой нормы, закрепленной в ст. 160 Гражданского кодекса РФ, было предметом анализа Президиума Высшего Арбитражного суда РФ в пункте 4 "Обзора практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с применением норм о договоре о залоге и иных обеспечительных сделках с ценными бумагами" (приложение к Информационному письму N 67 от 21.01.2002). Как разъяснил Президиум ВАС РФ, под документом, выражающим содержание заключаемой сделки, понимается не только единый документ, но и несколько взаимосвязанных документов, каждый из которых подписывается ее сторонами.

Согласно п. 15 ст. 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно.

Судом установлено, что при декларировании товаров по ДТ 10317120/300323/3058018, ДТ 10317120/050723/3118653, ДТ 10317120/310723/5006882 ООО «ИнтерХимМет» в таможенный орган представлены следующие документы, содержащие информацию о сделке с ввозимыми товарами. 

По ДТ 10317120/300323/3058018: 

- внешнеторговый контракт № MLAPL-121 от 04.11.2022 с поставщиком - фирмой МLА INDUSTRIES PVТ.LTD. (Индия); 

- сведения о контракте в АО «Райффайзенбанк» на русском языке; 

- коммерческое предложение Поставщика от 19.01.2023 на поставку Стеарата цинка сорта DLI по Контракту по цене 1350 USD за тн. со сроком отгрузки в феврале-марте 2023 с переводом на русский язык; 

- заказ ООО «ИнтерХимМет» № 2 от 01.02.2023 на поставку товара – Стеарата цинка DLI по цене 1350 USD за тн в количестве 26 тонн с переводом на русский язык; 

- отгрузочная спецификация № 2 от 01.02.2023 к Контракту на поставку Стеарата цинка в количестве 26 тн общей стоимостью 35 100 долларов США (USD) с переводом на русский язык; 

- коммерческий Инвойс № MLAPL-160 от 15.02.2023 и Упаковочный лист к нему; 

- коносамент для морской перевозки или мультимодальной перевозки № RSIM23000160 с датой выдачи 09.03.2023; 

- письмо ООО «ИнтерХимМет» Исх. №09012022/05 от 09.01.2023, содержащее пояснение о применении материала – Стеарата цинка на русском языке; 

- паспорт безопасности материала на Стеарат цинка; 

- заявление в АО «Райффайзенбанк» № 14 от 03.02.2023 на перевод в пользу МLА INDUSTRIES PVТ.LTD. денежных средств в сумме 17550 USD; 

- заявление в АО «Райффайзенбанк» № 39 от 16.03.2023 на перевод в пользу МLА INDUSTRIES PVТ.LTD. денежных средств в сумме 17550 USD. 

По ДТ 10317120/050723/3118653: 

- внешнеторговый контракт № MLAPL-121 от 04.11.2022 с поставщиком - фирмой МLА INDUSTRIES PVТ.LTD. (Индия); 

- сведения о контракте в АО «Райффайзенбанк» на русском языке; 

- коммерческое предложение Поставщика от 28.04.2023 на поставку Стеарата цинка сорта DLI по Контракту по цене 1280 USD за тн. со сроком отгрузки в мае-июне 2023 с переводом на русский язык; 

- заказ ООО «ИнтерХимМет» № 3 от 12.05.2023 на поставку товара – Стеарата цинка DLI по цене 1280 USD за тн в количестве 25 тонн с переводом на русский язык; 

- отгрузочная спецификация № 3 от 12.05.2023 к Контракту на поставку Стеарата цинка в количестве 25 тн общей стоимостью 32 000 долларов США (USD) с переводом на русский язык; 

- коммерческий Инвойс № S-SHIP/2324/0846 от 03.06.2023 и Упаковочный лист к нему;

 - коносамент для комбинированной перевозки или перевозки из порта в порт No: AKKMUN23018009 с датой выдачи 18.06.2023; 

- паспорт безопасности материала на Стеарат цинка; 

- письмо ООО «ИнтерХимМет» Исх. №09012022/05 от 09.01.2023, содержащее пояснение о применении материала – Стеарата цинка на русском языке; 

- заявления в АО «Райффайзенбанк» № 73 от 16.05.2023 на перевод в пользу МLА INDUSTRIES PVТ.LTD. денежных средств в сумме 50 000,0 USD; 

- письмо ООО «ИнтерХимМет» Исх. №03072023/04 от 03.07.2023 с пояснением об оплате товара по Инвойсу № S-SHIP/2324/0846 от 03.06.2023 на русском языке;

- сертификат МLА INDUSTRIES PVТ.LTD. по итогам анализа товара - Стеарата цинка по Инвойсу № S-SHIP/2324/0846 от 03.06.2023 в адрес ООО «ИнтерХимМет», его перевод на русский язык. 

По ДТ 10317120/310723/5006882: 

- внешнеторговый контракт № MLAPL-121 от 04.11.2022 с поставщиком - фирмой МLА INDUSTRIES PVТ.LTD. (Индия); 

- сведения о контракте в АО «Райффайзенбанк» на русском языке;

- коммерческое предложение Поставщика от 14.06.2023 на поставку Стеарата кальция сорта DLI по Контракту по цене 945 USD за тн. со сроком отгрузки в июле 2023 с переводом на русский язык; 

- заказ ООО «ИнтерХимМет» № 5 от 19.06.2023 на поставку товара – Стеарата кальция DLI по цене 945 USD за тн в количестве 25,995 тонн. с переводом на русский язык; 

- отгрузочная спецификация № 5 от 19.06.2023 к Контракту на поставку Стеарата кальция в количестве 25,995 тн общей стоимостью 24 565,28 долларов США (USD) с переводом на русский язык;

 - коммерческий Инвойс № S-SHIP/2324/1492 от 28.06.2023 и Упаковочный лист к нему;

- коносамент для комбинированной перевозки или перевозки из порта в порт No: AKKMUN23018135 с датой выдачи 07.07.2023;

- коносамент для комбинированной перевозки или перевозки из порта в порт No: AKKMUN23018135SRV с датой выдачи 29.07.2023; 

- разнарядка ООО «Контейнерный терминал «НУТЭП» на судно с датой выгрузки 31.07.2023 на товар Стеарат кальция на русском языке;

- паспорт безопасности материала на Стеарат кальция; 

- письмо ООО «ИнтерХимМет» Исх. №09012022/06 от 09.01.2023, содержащее пояснение о применении материала – Стеарата кальция на русском языке; 

- заявление в АО «Райффайзенбанк» № 105 от 21.06.2023 на перевод в пользу МLА INDUSTRIES PVТ.LTD. денежных средств в сумме 82 150,36 USD;

 - письмо ООО «ИнтерХимМет» Исх. №018072023/03 от 18.07.2023 с пояснением об оплате товара по Инвойсу № S-SHIP/2324/1492 от 28.06.2023 на русском языке. 

Представленные декларантом пакеты документов к каждой таможенной декларации содержат достоверную, количественно определяемую и документально подтвержденную информацию о таможенной стоимости товаров («стеарат цинка» и «стеарат кальция») и сведения, относящиеся к ее определению, что является достаточным основанием для применения ООО «ИнтерХимМет» при декларировании товаров по перечисленным сделкам метода определения стоимости ввозимых товаров методом по стоимости сделки с ввозимыми товарами (ст. 39, 40 ТК ЕАЭС).

Доводы таможенного органа о том, что заявленная Обществом стоимость товаров значительно отличается от аналогичных поставок в меньшую сторону, не может являться основанием для внесения изменений в ДТ, поскольку отличие примененной сторонами внешнеторговой сделки цены ввозимых товаров от имеющейся у таможенного органа информации о ценах на однородные (идентичные) ввозимые товары само по себе не свидетельствует о недостоверности заявленных Обществом в ДТ сведений о таможенной стоимости спорных товаров. 

Таможенный орган необоснованно указывает на отсутствие документального подтверждения согласования сторонами существенных условий сделки, то есть стоимости сделки. 

Заказ, являющийся документом покупателя, который инициирует покупку определенного товара, не может содержать печати и подписи Поставщика. 

Подтверждением принятого заказа служит выставление поставщиком инвойса, подписанного со стороны поставщика и являющегося счетом для оплаты товара, в связи с чем, не содержащего подписи и печати покупателя. 

Кроме того, о согласовании сделки свидетельствуют не только факт выставления инвойса (оферта), но и факт отгрузки товара, факт принятия товара покупателем и оплаты стоимости товара в адрес поставщика (акцепт). 

Не представление декларантом документов на основании письма Новороссийской Таможни «О контроле таможенной стоимости товаров» № 14-28/28748 от 29.09.2023 не может служить основанием для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости, если при проведении таможенного контроля декларантом представлены и (или) имеются в распоряжении таможенного органа отвечающие требованиям пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса документы (сведения), позволяющие правильно учесть такие дополнительные начисления. 

В п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 N 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза" указано, что в соответствии с пунктом 3 статьи 40 Таможенного кодекса последующие методы таможенной оценки используются, в частности, при отсутствии достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации, необходимой для осуществления дополнительных начислений к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, предусмотренных данной статьей. Следовательно, незаявление (неполнота заявления) декларантом одного или нескольких дополнительных документов не является основанием для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости, если при проведении таможенного контроля декларантом представлены и (или) имеются в распоряжении таможенного органа отвечающие требованиям пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса документы (сведения), позволяющие правильно учесть такие дополнительные начисления. Кроме того, согласно разъяснений, указанных в Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 N 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза", следует, что примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле. 

Наличие каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможней не представлено, равно как не представлены доказательства невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Федеральный закон от 03.08.2018 № 289-ФЗ (ст. 282) предусматривает электронный обмен документами между таможенными органами и заинтересованными лицами; электронный документ, подписанный усиленной квалифицированной электронной подписью, признаётся равнозначным бумажному документу, подписанному собственноручно. Дополнительно ст. 6 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ закрепляет, что информация в электронной форме, подписанная квалифицированной электронной подписью, признаётся электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью.

Перечень документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость, утверждён Приложением № 1 к Порядку контроля таможенной стоимости (Решение КТС от 20.09.2010 № 376). Экспортная декларация страны отправления в указанный перечень обязательных документов не включена; она отнесена к перечню дополнительных документов, которые могут быть запрошены при дополнительной проверке (Приложение № 3 к Порядку).

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 разъяснено: судам следует исходить из презумпции достоверности представленной декларантом информации; бремя опровержения лежит на таможенном органе (п. 8). Вывод о неподтверждённости заявленной таможенной стоимости формулируется таможенным органом исходя из объёма документов и сведений, собранных и раскрытых декларантом на соответствующей стадии контроля; новые доказательства принимаются судом при наличии объективных препятствий для их получения на административной стадии (п. 14).

Материалами дела подтверждается, что при декларировании Общество представило в таможенный орган контракт, спецификации, инвойсы и иные документы в электронной форме через личный кабинет/ЭАД, что следует из пояснений и скриншотов, а также из ссылок на перечни документов в графе 44 ДТ. 

Таможенный орган утверждает, что спецификации к контракту были представлены Обществом «в формализованном виде, без подписей», и потому не подтверждают согласование существенных условий контракта и цену на ввезенные товары. 

Суд отклоняет указанный довод, поскольку применимое регулирование прямо признаёт юридическую силу электронного документа, подписанного УКЭП (ст. 282 289-ФЗ; ст. 6 63-ФЗ), и не связывает допустимость подтверждения таможенной стоимости исключительно с представлением бумажных оригиналов при электронном декларировании. При этом таможенный орган не доказал несоответствие представленных электронных документов требованиям п. 10 ст. 38 ТК ЕАЭС (недостоверность/неидентифицируемость сведений).

Заявитель представил коносаменты с отметками «freight prepaid», подтверждающими оплату фрахта в порту отправления, что соответствует условиям CFR. 

Довод таможни об отсутствии в представленных документах сведений об оплате фрахта не подтверждён материалами дела. 

Непредставление экспортной декларации не может само по себе служить основанием для отказа в применении метода 1 определения таможенной стоимости товара по стоимости сделки. Таможенный орган незаконно обосновывает свое решение отсутствием экспортной декларации страны отправления товара в качестве корректировки таможенной стоимости. 

Экспортная декларация является документом, оформляемым продавцом, то есть иностранным контрагентом общества, и ответственность за непредставление данного документа общество нести не может. Соответственно, отсутствие данного документа при наличии иных согласованных и взаимосвязанных документов сделки не опровергает применимость ст. 39 ТК ЕАЭС.

Ссылки таможни на усреднённые ценовые индикаторы и информацию о поставках иных участников ВЭД носят общий характер и не подтверждают наличие условий, ограничений или зависимостей, влияющих на цену сделки заявителя и не поддающихся количественному определению (п. 1, 2 ст. 39 ТК ЕАЭС), а равно не опровергают достоверность представленных документов (п. 10 ст. 38 ТК ЕАЭС). Приоритет метода по стоимости сделки предполагает, что переход к альтернативным методам возможен лишь при доказанной невозможности применения метода 1; таких доказательств суду не представлено (п. 15 ст. 38 ТК ЕАЭС, п. 14 Постановления Пленума № 49).

Таможенный орган ссылается на направление запроса в адрес общества и непредставление Обществом дополнительных документов. Между тем доказательств надлежащего извещения и получения запроса не представлено; сам заявитель пояснил, что узнал о запросе из личного кабинета уже после формирования корректировок ДТ, что таможней не опровергнуто. При таких обстоятельствах ссылка таможни на невозможность оценки «новых» доказательств подлежит отклонению: соответствующая позиция Пленума № 49 допускает принятие судом доказательств при наличии объективных препятствий для их представления на административной стадии (п. 14).

В совокупности судом установлено, что Общество представило достаточный пакет документов, взаимно увязанных по предмету поставки, цене, количеству, условиям поставки и оплате; таможенный орган не доказал наличие оснований для отказа в применении ст. 39 ТК ЕАЭС, а также не исполнил бремя доказывания законности принятых решений (ч. 5 ст. 200 АПК РФ). Следовательно, оспариваемые решения не соответствуют ТК ЕАЭС и нарушают права заявителя, создавая дополнительное финансовое бремя.

Исследование представленных сторонами доказательств показывает, что необходимые для подтверждения таможенной стоимости документы общество предоставило таможенному органу. Данные документы в своей совокупности содержат сведения, необходимые и достаточные для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров.

Все предоставленные таможенному органу документы являются легитимными и содержат количественно определённую, достоверную информацию о цене сделки, достаточную для определения таможенной стоимости товаров по первому методу. Заявителем соблюдено условие документального подтверждения заявленной таможенной стоимости.

Фактическое исполнение сделки полностью устраняет сомнения в достижении сторонами договорённости по всем существенным условиям поставки товара. Противоречий в предоставленных документах сведениям, заявленным в рассматриваемых ДТ, не установлено.

По смыслу пункта 5 и подпункта «а» пункта 11 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утверждённого Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27 марта 2018 года № 42 «Об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза», таможенный орган вправе скорректировать таможенную стоимость товаров только при обнаружении недостоверности сведений о ней. На данный момент особое внимание обращала высшая судебная инстанция: «Основываясь на положениях пункта 13 статьи 38, пункта 17 статьи 325 Таможенного кодекса, таможенный орган принимает решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации по результатам проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров, если соответствие заявленной таможенной стоимости товаров их действительной стоимости не нашло своего подтверждения по результатам таможенного контроля, в том числе при сохранении признаков недостоверности заявленной таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля» (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 года № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза»).

В спорных правоотношениях следуют учитывать особенности распределения бремени доказывания. Принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, Верховный Суд РФ указал, что «при оценке соблюдения декларантом (здесь и далее также - таможенный представитель) данных требований Таможенного кодекса судам следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и часть 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации» (пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 года № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза»). Обстоятельства, препятствующие применению основного метода определения таможенной стоимости (исчерпывающий перечень таких обстоятельств установлен пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС), подлежат доказыванию таможенным органом.

Заявитель представил таможенному органу пакет документов, подтверждающих правильность определения таможенной стоимости товара по первому методу, а таможенный орган не доказал факт недостоверности заявленных декларантом сведений.

Полномочия таможенного органа определять критерии достаточности и достоверности информации не могут рассматриваться как позволяющие ему произвольно, бездоказательно осуществлять корректировку таможенной стоимости товаров. Позиция таможенного органа является необоснованной ввиду следующих указаний высшей судебной инстанции: «Система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости). С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле» (пункт 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза»). За основу определения действительной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься договорная цена товаров и не должна приниматься фиктивная или произвольная стоимость.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 года № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара. В то же время выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС.

При корректировке таможенной стоимости таможенный орган нарушил нормативные положения ТК ЕАЭС, устанавливающие последовательность применения методов определения таможенной стоимости. Пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС закреплено правило последовательного применения методов определения таможенной стоимости, согласно которому при невозможности использования 1-го (основного) метода каждый последующий метод применяется, если таможенная стоимость не может быть определена с помощью предыдущего. Бремя доказывания наличия объективных оснований, препятствующих применению предыдущих методов, лежит на таможенном органе. В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 года № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» указано: «Согласно изложенному в пункте 15 статьи 38 Таможенного кодекса правилу последовательного применения методов определения таможенной стоимости при невозможности использования первого метода каждый последующий метод применяется, если таможенная стоимость не может быть определена путем использования предыдущего метода».

Обществом соблюдены условия пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, согласно которым таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к её определению, должны основываться на количественно определяемой и документально подтвержденной достоверной информации. Заявитель руководствовался Правилами применения метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1), утверждёнными Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 20 декабря 2012 года № 283 «О применении метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1)». Ограничений по применению 1-го (основного) метода определения таможенной стоимости, исчерпывающий перечень которых изложен в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, в данном случае не имеется. Предоставленные таможенному органу документы и сведения, подтверждающие и поясняющие цену сделки и условия её совершения, в том числе представленные таможенном декларировании и в ходе дополнительной проверки, в своей совокупности достаточны для целей таможенной оценки и для принятия заявленной декларантом таможенной стоимости. Осуществляя её корректировку, Новороссийский таможенный пост (ЦЭД) не учёл представленные Заявителем документы и информацию, доказывающие правильность выбранного им метода определения таможенной стоимости и достоверность заявленных сведений о ней. Обстоятельства, препятствующие применению основного метода определения таможенной стоимости, таможенным органом не установлены и не доказаны.

Представленные обществом документы выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, содержат соответствующие ссылки, содержат все необходимые сведения о наименовании товара и его стоимости.

Описание товара в указанных документах соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар.

Сведения в данных документах также позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условиям поставки и оплаты.

Противоречий между одними и теми же сведениями, содержащимися в представленных документах, не установлено.

Представленные обществом документы не имеют признаков недостоверности и являются достаточными для подтверждения заявленной при таможенном оформлении стоимости ввезенного товара.

Сторонами согласованы существенные условия контракта, претензий по ассортименту, количеству, цене ввезенного товара у его участников не имеется.

При таможенном оформлении товаров общество документально подтвердило совершение внешнеторговой сделки на условиях, задекларированных в таможенном органе.

Как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в пункте 16 Постановления Пленума ВС РФ от 26.11.2019 №49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» «…рассматривая споры, связанные с обоснованностью применения первого метода таможенной оценки, судам необходимо принимать во внимание, что данный метод основывается на учете цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, определяемой в соответствии с пунктом 3 статьи 39 Таможенного кодекса и увеличенной на ряд дополнительных начислений, перечень которых приведен в статье 40 Таможенного кодекса. Иные расходы покупателя, не отвечающие требованиям пункта 3 статьи 39 Таможенного кодекса и не указанные в статье 40 Таможенного кодекса, в том числе связанные с оплатой отдельных услуг продавца, не включаются в таможенную стоимость ввозимых товаров.

Пунктом 1 статьи 39 Таможенного кодекса ЕАЭС определено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса.

Условий, позволяющих исключить применение метода определения таможенной стоимости «по цене сделки» (пункт 1 статьи 39 ТК ЕАЭС), не выявлено.

На основании вышеприведенной позиции ВС РФ доводы Новороссийской таможни о том, что данные, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости, не подтверждены документально, не являются законными и не соответствуют материалам дела.

Новороссийская таможня ссылается на то, что декларантом заявлена таможенная стоимость товара ниже стоимости идентичных /однородных товаров, однако, суд пришел к выводу о том, что указанный довод таможенного органа не соответствует фактическим обстоятельствам дела на основании следующего.

Суд считает, что под сопоставимыми условиями ввоза понимаются равноценные показатели условий контракта: по качеству, по количеству, условиям поставки и технической характеристики товаров, по долгосрочности контракта и другие критерии, позволяющие сравнивать условия и характер ввоза.

Давая оценку доводу таможни о том, что по результатам проведения сравнительного анализа уровень таможенной стоимости идентичных/однородных товаров превысил индекс таможенной стоимости товаров по спорной декларации, суд исходит из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, указанных в Постановлении от 26.11.2019 № 49, так как согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости). С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле». Документы, подтверждающие довод, что уровень заявленной таможенной стоимости оцениваемых товаров ниже по сравнению с уровнем таможенной стоимости однородных товаров при сопоставимых условиях ввоза, таможней не представлены

Формально проведенный таможенным органом контроль привел к необоснованным начислениям дополнительных таможенных платежей для заявителя.

Документы, представленные декларантом в таможенный орган, содержат достаточные сведения, подтверждающие заявленную декларантом таможенную стоимость ввезенного товара. Следовательно, оснований сомневаться в условиях поставки товара и в особенностях, составляющих его стоимость, у таможенного органа не было.

В соответствии со статьей 13 ГК РФ ненормативный акт государственного органа, не соответствующий закону и иным правовым актам, и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы юридического лица, может быть признан судом недействительным полностью или частично.

В силу пункта 6 Постановления Пленума Верховного суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации» основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта государственного органа недействительным является одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов юридического лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Согласно ч. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличие у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

На основании установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что решения Новороссийской таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары от 04.04.2024 по ДТ 10317120/300323/3058018, ДТ 10317120/050723/3118653, ДТ 10317120/310723/5006882 приняты таможенным органом в противоречие нормам действующего законодательства, нарушают права и законные интересы юридического лица.

Согласуется с правовой позицией, изложенной в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 13.08.2025 N Ф08-3657/2025 по делу N А32-19253/2024.

В силу статьи 201 АПК РФ суд при удовлетворении требований заявителя указывает на признание оспариваемых действий (бездействия) незаконными и обязанность соответствующих государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц совершить определенные действия, принять решения или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя в установленный судом срок.

Из содержания пункта 3 части 4 статьи 201 АПК РФ следует, что в резолютивной части решения по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц должно содержаться указание на признание оспариваемого акта недействительным или решения незаконным полностью или в части и обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части.

По смыслу норм главы 24 АПК РФ возложение обязанности совершить определенные действия не является самостоятельным требованием, а рассматривается в качестве способа устранения нарушения прав и законных интересов заявителя и должно быть соразмерно нарушенному праву с учетом обстоятельств конкретного дела.

Указание на способ защиты (восстановления) нарушенного права в случае признания ненормативного акта недействительным, а решения соответствующего органа – незаконными, является обязательным требованием к резолютивной части решения, без чего оно не может считаться полным и законным. В ином случае при определенных обстоятельствах не достигается цель обращения заинтересованного лица в арбитражный суд и, соответственно, должным образом не обеспечивается реализация судебной защиты его нарушенного права и охраняемого законом интереса.

Согласно положениям пункта 3 части 4 статьи 201 АПК РФ, суд должен сам выбрать способ восстановления нарушенных прав и законных интересов заявителя.

Из изложенного следует, что, положения арбитражного процессуального законодательства прямо предписывают арбитражному суду в решении о признании ненормативных правовых актов недействительными, а решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц - незаконными указывать на обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, в том числе при отсутствии соответствующей просьбы в заявлении, по которому было принято такое решение арбитражного суда (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 23.06.2016 № 1381-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Лесные технологии» на нарушение конституционных прав и свобод частью 1 статьи 199 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации»). При этом применяемая защитно-восстановительная мера должна отвечать определенным критериям, в том числе обеспечивать защиту и восстановление права, нарушенного этими актами (решениями), и быть обусловленной существом спора.

Таким образом, окончательное определение способа восстановления нарушенного права при рассмотрении заявлений в порядке главы 24 АПК РФ является дискреционным полномочием арбитражного суда, реализация которого поставлена в зависимость от совокупности конкретных обстоятельств дела. Суд при выборе способа восстановления нарушенного права не ограничен указанной заявителем защитно-восстановительной мерой.

Как следует из разъяснений пункта 30 Постановления Пленума ВС РФ от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства», в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей, в целях полного восстановления прав плательщика на таможенные органы в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных (взысканных) платежей, окончательный размер которых определяется таможенным органом на стадии исполнения решения суда.

Согласно п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, принятого по результатам таможенного контроля и влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей, в целях полного восстановления прав плательщика на таможенный орган в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных и взысканных платежей (пункт 3 части 4 и пункт 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, пункт 1 части 3 статьи 227 КАС РФ).

В этой связи, определяя способ восстановления нарушенного права, принимая во внимание указанные выше положения Постановления Пленума ВС РФ от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства», в целях восстановления нарушенных прав общества, суд обязывает Новороссийскую таможню возвратить обществу сумму излишне уплаченных (взысканных) таможенных платежей по декларации на товары.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины, понесенные заявителем при обращении в суд в размере 9 000 рублей, относятся на таможенный орган и взыскиваются с него в пользу заявителя.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 65, 106, 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Ходатайства сторон о приобщении документов к материалам дела – удовлетворить.

Ходатайство заявителя о восстановлении пропущенного процессуального срока на обжалование оспариваемых в рамках дела решений Новороссийской таможни от 04.04.2024 – удовлетворить. 

Признать недействительными решения Новороссийской таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары от 04.04.2024 № 10317000, № 10317000, № 10317120 по ДТ №10317120/300323/3058018, ДТ №10317120/050723/3118653, ДТ №10317120/310723/5006882.

Обязать Новороссийскую таможню устранить допущенные нарушения прав общества с ограниченной ответственностью «Интерхиммет» путем возврата юридическому лицу излишне уплаченных таможенных платежей по ДТ №10317120/300323/3058018, ДТ №10317120/050723/3118653, ДТ №10317120/310723/5006882.

Взыскать с Новороссийской таможни (ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 28.01.2003, ИНН: 

<

***>, адрес (место нахождения): 

<

...>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Интерхиммет» (ОГРН:  

<

***>, дата присвоения ОГРН: 27.04.2022, ИНН: 

<

***>, адрес (место нахождения): г. Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Коньково, ул. Бутлерова, д. 17Б, помещ. 60Ж/11/2) в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины 9 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Краснодарского края.

Судья                                                                                               Н.В. Хахалева