СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-2395/2021(12)-АК

Дело № А60-68462/2019

03 февраля 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 февраля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 февраля 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего      Чепурченко О. Н.,

судей                                    Герасименко Т.С., Чухманцева М.А.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии:

лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 15 октября 2021 года об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделки, оформленной платежным поручением №353 от 15.09.2017 на сумму 1 200 000 руб.,

вынесенное в рамках дела № А60-68462/2019 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ГазСтройМонтаж+» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

 

установил:

Определением    Арбитражного суда Свердловской области от 10.12.2019 принято к производству заявление ФИО3 и ООО «ДеЮре» о признании ООО «ГазСтройМонтаж+» несостоятельным (банкротом). 

Определением от 20.01.2020 в отношении ООО «ГазСтройМонтаж+» введена процедура наблюдения; временным управляющим утверждена ФИО4, член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Решением арбитражного суда от 20.05.2020 ООО «ГазСтройМонтаж+» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2, член Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

11 мая 2021 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделки должника по перечислению 15.09.2017 в пользу ИП ФИО5 денежных средств в размере 1 200 000 руб. недействительной; применении последствий ее недействительности.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15 октября 2021 года в удовлетворении заявления отказано. В порядке распределения судебных расходов по уплате государственной пошлины с ООО «ГазСтройМонтаж+» в доход федерального бюджета взыскано 6 000 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что в своем заявлении конкурсный управляющий ссылался на отсутствие встречного предоставления по произведенному в пользу ИП ФИО5 платежу по платежному поручению № 353 от 15.09.2017 в сумме 1 200 000 руб. с основанием «оплата по договору № 23/44-П уступки прав требования (цессии) от 07.09.2017». Ссылается на то, что конкурсный управляющий не смог присутствовать на судебном заседании 06.10.2021, поэтому 05.10.2021 посредством ресурса «Мой Арбитр» управляющим в Арбитражный суд Свердловской области были направлены ходатайства об отложении, привлечении третьего лица и об истребовании доказательств, однако, обжалуемый судебный акт не содержит сведений об оценке судом представленных конкурсным управляющим ходатайств. Отмечает, что ФИО3, бывший директор ООО «ГСМ+» и кредитор в процедуре банкротства, пояснил конкурсному управляющему, что он не подписывал 07.09.2017 договора за № 23/44-П уступки прав требования (цессии) с ИП ФИО5; судом не было учтено, что ИП ФИО5 не направлял копии договора конкурсному управляющему, в материалах дела (конкурсный управляющий знакомился с материалами дела в ограниченном доступе (электронно)) представленного договора за № 23/44-П от 07.09.2017 нет; конкурсный управляющий не знаком с текстом этого документа и с позицией ИП ФИО5 в отношении оспариваемого платежа. Считает, что получив копию договора уступки прав требования (цессии) № 23/44-П от 07.09.2017, суд обязан был привлечь к участию в деле в качестве третьего лица ООО «Стройресурс», право требования к которому было приобретено должником ООО «ГСМ+» за 1 200 000 руб. и удостовериться в том, что у ИП ФИО5 реально существовало право требования к ООО «Стройресурс», чего сделано не было.

ФИО5 согласно письменному отзыву против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствии.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотрено статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 15.09.2017 с расчетного счета должника ООО «ГСМ+» в пользу ИП ФИО5 был произведен платеж в сумме 1 200 000 руб. 

В качестве основания платежа, согласно платежному поручению № 353 от 15.09.2017, указана оплата по договору № 23/44-П уступки прав требования (цессии) от 07.09.2017.

Ссылаясь на то, что данный платеж произведен должником в период подозрительности, без встречного предоставления, конкурсный управляющий ФИО2 обратилась в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании платежа, оформленного платежным поручением № 353 от 15.09.2017 на сумму 1 200 000 руб. недействительной сделкой на основании ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». 

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из недоказанности конкурсным управляющим совокупности условий, позволяющих признать оспариваемую сделку недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции усматривает наличие оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

Согласно ст. 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением гл. III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (постановление Пленума ВАС РФ № 63), по правилам указанной главы Закона о банкротстве могут быть оспорены действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в частности, наличный и безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и так далее). 

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу п. 2 названной стати Закона сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При наличии указанных в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве условий информированность другой стороны сделки о преследуемой должником цели и намерение со стороны должника причинить вред имущественным правам кредиторов предполагаются.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7  постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (п. 7 постановления Пленума ВАС РФ №63).

В п. 6 постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах 33-34 ст. 2 Закона о банкротстве, в силу которых под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества (активов); под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Из материалов дела следует, что оспариваемое перечисление произведено должником 15.09.2017, то есть в течение трех лет до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве (определение от 10.12.2019) – в период подозрительности, предусмотренный диспозицией нормы п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Как указывает конкурсный управляющий ООО «ГСМ+» стало отвечать признакам неплатежеспособности с декабря 2017 года, что следует из судебных актов.

В частности из решения Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 07.06.2020 по гражданскому делу № 2-1103/2020, по результатам иска ФИО3 к должнику о выплате заработной платы следует, за период с декабря 2017 года по день увольнения истцу заработная плата истцу не начислялась, в период с декабря 2017 года по 26.06.2018 заработная плата (истцу) не выплачивалась; вынесенное Октябрьским районным судом г. Екатеринбурга решение от 07.06.2020 явилось основанием для включения требований во вторую очередь реестра требований кредиторов должника.

Требования кредитора ООО «ДеЮре», включенные в реестр требований должника, основаны на решении Арбитражного суда Свердловской области от 11.01.2019 по делу № А60-64726/2018, которым удовлетворены требования ООО «Уралстройгруп» к ООО «ГСМ+» о взыскании задолженности за поставленный товар в размере 387 576,96 руб., в том числе: долг в размере 287 520 руб. за товар, полученный по универсальному передаточному акту №2156 от 20.11.2017 в соответствии с договором поставки № 471П/10- 2017 от 18.10.2017 и 100 056,96 руб. пени (неустойку), начисленную за период с 01.12.2017 по 13.11.2018 на основании п. 7.3 договора, а также 10 481 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины и 5 000 руб. в возмещение расходов по оплате услуг представителя; определением Арбитражного суда Свердловской области о процессуальном правопреемстве по делу № А60-64726/2018 от 16.12.2019 суд удовлетворил заявление о процессуальном правопреемстве, заменив кредитора ООО «Уралстройгруп» на ООО «ДеЮре».

Однако указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что на момент совершения оспариваемого платежа – 15.09.2017, у должника отсутствовали неисполненные обязательства, в последующем включенные в реестр, что исключает вывод о наличии у должника неисполненных обязательств. Иных обстоятельств, которые бы могли свидетельствовать об обратном конкурсным управляющим не приедено.

Таким образом, из представленных в дело доказательств, а также обстоятельств приведенных конкурсным управляющим в обоснование заявленного требования, сделать вывод о том, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества не представляется возможным. 

При проверке довода о безвозмездности спорного перечисления, апелляционным судом установлено, что оспариваемое перечисление произведено в счет исполнения обязательств по договору уступки прав требования (цессии) № 23/44 от 07.09.2017.

Согласно пояснениям, подтвержденным представленными в дело документами, в порядке ст. 140 Закона о банкротстве ФИО5 приобрел у ООО «Тагилстрой» права требования к ООО «СтройРесурс» в размере 1 654 548,32 руб. (договор уступки права требования (цессии) от 23.08.2017 №1-Т).

По договору уступки права требования (цессии) от 07.09.2017 № 23/44-П ФИО5 уступил ООО «ГазСтройМонтаж+» указанные права требования. Договор от 07.09.2017, копию договора от 23.08.2017 и копии платежных поручений об оплате договора ФИО5 были направил в адрес ООО «ГазСтройМонтаж+».

После оплаты ООО «ГазСтройМонтаж+» уступленного по договору права требования ФИО5 направил в адрес должника оригинал исполнительного листа (идентификационный номер 11727915002443), который был получен 02.11.2017, что подтверждается отчетом об отслеживании почтовых отправлений.

Приобретение должником прав требований к ООО «СтройРесурс» в размере 1 654 548,32 руб. за 1 200 000 руб., нельзя признать невыгодным для должника.

При этом следует отметить, что согласно распечатке о балансовом отчете ООО «СтройРесурс» в период с 2015 по 2020 годы имело положительный финансовый результата от осуществляемой хозяйственной деятельности, ежегодная выручка общества в указанный период составляла от 25,5 до 96,7 млн. руб., ежегодная чистая прибыль составляла от 0,6 до 2,3 млн. руб. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для вывода о недоказанности материалами дела получения должником по оспариваемой сделке равноценного встречного предоставления, что исключает факт причинения имущественного вреда кредиторам должника.   

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции согласился с выводом арбитражного суда о недоказанности конкурсным управляющим обстоятельств совершения должником сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Более того, как обоснованно отмечено судом первой инстанции и не опровергнуто заявителем апелляционной жалобы, доказательств того, что ИП ФИО5 являлся заинтересованным лицом по отношению к должнику, или имеются иные предусмотренные законом основания для презумпции цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, не имеется.

Довод конкурсного управляющего о необходимости привлечения к участию в данном обособленном споре в качестве третьего лица ООО «СтройРесурс» правомерно отклонен судом, поскольку предметом данного судебного разбирательства является не договор уступки, а платеж за уступленное право, в связи с чем результаты данного разбирательства непосредственно правового значения для ООО «СтройРесурс» не имеют.

Довод о том, что договор от 07.09.2017 не подписывался бывшим директором ООО «ГазСтройМонтаж+» ФИО3, не может быть принят во внимание. Заявления об оспаривании указанного договора цессии и о его фальсификации конкурсным управляющим в суде первой инстанции не заявлялось. Более того, действия ООО «ГазСтройМонтаж+» по оплате договора уступки и получение исполнительного листа свидетельствуют о признании заключенным договора и его исполнении.

Более того, непередача бывшим руководителем должника документации связанной с оспариваемой сделкой, учитывая предоставление таких документов другой стороной сделки, не может влечь для нее какие-либо негативные последствия. ФИО5 полностью раскрыты обстоятельства совершения оспариваемой сделки и представлены подтверждающие доказательства.   

В связи с недоказанностью материалами дела факта причинения вреда оспариваемой сделкой и преследуемой должником противоправной цели при ее совершении, осведомленности ФИО5 о наличии у должника признаков неплатежеспособности, суд апелляционной инстанции не усматривает правовых оснований для признания оспариваемого перечисления на сумму 1 200 000 руб. недействительной сделкой на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Необходимости отложения судом первой инстанции судебного заседания по рассмотрению настоящего спора апелляционным судом не установлено.

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе не приведено.

Выводы суда первой инстанции, положенные в обоснование обжалуемого определения являются верными.

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их. Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.   

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не выявлено.

В порядке ст. 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит отнесению на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 15 октября 2021 года по делу № А60-68462/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

 

Т.С. Герасименко 

 

 

М.А. Чухманцев