ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А06-8005/2018

г. Саратов

23 июля 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июля 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 июля 2019 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе 

председательствующего судьи Комнатной Ю.А.,

судей Землянниковой В.В., Смирникова А.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Инспекции Федеральной налоговой службы по Кировскому району г. Астрахани 

на решение Арбитражного суда Астраханской области от 10 апреля 2019 года по делу № А06-8005/2018 (судья Плеханова Г.А)

по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «НСО-Сервис» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, 414014, 

<

...> литер А, пом. 83)

к Инспекции Федеральной налоговой службы по Кировскому району г. Астрахани (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 414040, 

<

...>)

о признании недействительным решения №2 от 06.04.2018г. в части,

заинтересованные лица: 

Общество с ограниченной ответственностью «ПВО-Сервис» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, 414014, 

<

...> литер А, пом. 83),

Управление Федеральной налоговой службы по Астраханской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 3015067282,414014, 

<

...>),

при участии в судебном заседании:

директора Общества с ограниченной ответственностью «НСО-Сервис» - ФИО2 (паспорт), выписка из ЕГРЮЛ (т.1, л.д. 135-143); представителя Общества с ограниченной ответственностью «НСО-Сервис» - ФИО3, действующего на основании доверенности от 30.12.16 г.;

представителей Инспекции Федеральной налоговой службы по Кировскому району г. Астрахани - ФИО4, действующего на основании доверенности от 15.07.19 №04-31/11841; ФИО5, действующего на основании доверенности от 09.01.19 №04-31/00013; ФИО6, действующая на основании доверенности от 09.01.19 №04-31/00009; ФИО7, действующей на основании доверенности от 09.01.19 №04-31/00015;

представителей Управления Федеральной налоговой службы по Астраханской области ФИО5, действующего на основании доверенности от 14.01.19 №03-38/00271; ФИО6, действующей на основании доверенности от 14.01.19 №03-38/00266; ФИО7, действующей на основании доверенности от 14.01.19 №03-38/00273;

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Астраханской области  обратилось Общество с ограниченной ответственностью «НСО-Сервис» (далее – ООО «НСО-Сервис», Общество, заявитель) с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы по Кировскому району г. Астрахани (далее – ИФНС России по Кировскому району г. Астрахани, Инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения от 06.04.2018 № 2 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 1 статьи 119, пунктом 3 статьи 122, пунктом 1 статьи 126 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в общей сумме 28 057 208,30 руб., в части взыскания недоимки по налогу на добавленную стоимость в сумме 59 544 787 руб., налогу на прибыль в сумме 51 736 930 руб., налогу на имущество организаций в сумме 561 984 руб., пени за несвоевременную уплату налогов в общей сумме 44 380 611,61 руб.

К участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены: Общество с ограниченной ответственностью «ПВО-Сервис» (далее – ООО «ПВО-Сервис»), Управление Федеральной налоговой службы по Астраханской области (далее – УФНС России по Астраханской области).

Решением от 10 апреля 2019 года  Арбитражный суд Астраханской области  признал решение ИФНС России по Кировскому району г. Астрахани № 2 от 06.04.2018 недействительным в обжалуемой части.

Кроме того, суд взыскал с ИФНС России по Кировскому району г. Астрахани в пользу Общества с ограниченной ответственностью «НСО-Сервис» расходы по госпошлине в размере 3000 рублей.

ИФНС России по Кировскому району г. Астрахани не согласилась с решением суда первой инстанции, обратилась в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении заявленных требований Общества отказать.

ООО «НСО-Сервис», ООО «ПВО-Сервис» представлены отзывы на апелляционную жалобу, в которых указанные лица просят решение суда оставить без изменения, в удовлетворении апелляционной жалобы налогового органа отказать.

Общество с ограниченной ответственностью «ПВО-Сервис» извещено о времени и месте проведения судебного заседания надлежащим образом, явку представителей не обеспечило.

Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru) 21.06.2019, что подтверждено отчетом о публикации судебных актов на сайте.

Согласно пункту 3 статьи 156 АПК РФ в случае неявки в судебное заседание лица, участвующего в деле, надлежащим образом извещенного о времени и месте рассмотрения дела, суд рассматривает дело в его отсутствие.

Исследовав материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, выслушав представителей участников процесса, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства на основании статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ИФНС России по Кировскому району г.Астрахани проведена выездная налоговая проверка Общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты единого налога, применяемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения (далее - УСНО), налога на прибыль, налога на добавленную стоимость (далее - НДС), транспортного налога, налога на имущество организаций, земельного налога, водного налога, акцизов, налога на добычу полезных ископаемых, исполнения обязанностей налогового агента по налогу на доходы физических лиц (далее - НДФЛ) за период с 01.01.2013 по 31.12.2015.

Результаты проверки отражены в акте выездной налоговой проверки от 22.02.2018 № 1.

Решением от 06 апреля 2018 года № 2 Общество привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде штрафа в общей сумме 28 069 824,30 руб. 

Кроме того, указанным решением налогоплательщику доначислены суммы неуплаченных налогов в общем размере 111 843 701 руб., в том числе НДС в размере 59 544 787 руб., налог на прибыль организации в размере 51 736 930 руб., налог на имущество организаций в размере 561 984 руб., пени в размере 44 380 996,16 руб.

Указанное решение обжаловалось ООО «НСО-Сервис» в вышестоящий налоговый орган.

Решением УФНС России по Саратовской области от 16.07.2018 № 182-Н апелляционная жалоба налогоплательщика оставлена без удовлетворения.

Не согласившись с решением налогового органа от 06 апреля 2018 года № 2 в вышеуказанной части, ООО «НСО-Сервис» обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, проанализировав собранные по делу доказательства и доводы сторон в совокупности, пришел к выводу, что налоговым органом в ходе проверки не было собрано достаточно достоверных доказательств в подтверждение заявленных доводов о недобросовестности заявителя и направленности его умысла на получение необоснованной налоговой выгоды.

Суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Основанием для привлечения к налоговой ответственности, доначислению налогов, пени послужил вывод инспекции о согласованности действий Общества и его контрагента - ООО «ПВО-Сервис», направленных исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды (минимизацию налогообложения), путем создания в результате формального «дробления бизнеса» взаимозависимого юридического лица с целью недопущения превышения предельных размеров дохода для применения специального режима налогообложения в виде УСН.

В соответствии со статьей 247 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ, Кодекс, Налоговый кодекс) объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком, под которой для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов.

Согласно пункту 1 статьи 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 настоящего Кодекса).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 настоящего Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором). Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

В силу подпункта 1 пункта 1 статьи 146 Налогового кодекса Российской Федерации объектом налогообложения налога на добавленную стоимость признается реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 153 Налогового кодекса Российской Федерации при определении налоговой базы выручка от реализации товаров (работ, услуг) определяется исходя из всех доходов налогоплательщика, связанных с расчетами по оплате указанных товаров (работ, услуг), полученных им в денежной и (или) натуральной формах, включая оплату ценными бумагами.

В соответствии со статьей 167 Налогового кодекса Российской Федерации в целях настоящей главы моментом определения налоговой базы, если иное не предусмотрено пунктами 3, 7 - 11, 13 - 15 настоящей статьи, является наиболее ранняя из следующих дат:

1) день отгрузки (передачи) товаров (работ, услуг), имущественных прав;

2) день оплаты, частичной оплаты в счет предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг), передачи имущественных прав.

Согласно пункту 1 статьи 374 НК РФ объектами налогообложения налогом на имущество для российских организаций признается движимое и недвижимое имущество (в том числе имущество, переданное во временное владение, в пользование, распоряжение, доверительное управление, внесенное в совместную деятельность или полученное по концессионному соглашению), учитываемое на балансе в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета, если иное не предусмотрено статьями 378, 378.1 и 378.2 НК РФ.

Применение УСНО организациями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на прибыль организаций (за исключением налога, уплачиваемого с доходов, облагаемых по налоговым ставкам, предусмотренным пунктами 1.6, 3 и 4 статьи 284 Кодекса), налога на имущество организаций (за исключением налога, уплачиваемого в отношении объектов недвижимого имущества, налоговая база по которым определяется как их кадастровая стоимость в соответствии с Кодексом). Организации, применяющие УСНО, не признаются плательщиками НДС, за исключением НДС, подлежащего уплате в соответствии с настоящим Кодексом при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией (включая суммы налога, подлежащие уплате при завершении действия таможенной процедуры свободной таможенной зоны на территории Особой экономической зоны в Калининградской области), а также НДС, уплачиваемого в соответствии со статьей 174.1 Кодекса.

В статье 20 НК РФ установлено, что взаимозависимыми лицами для целей налогообложения признаются физические лица и (или) организации, отношения между которыми могут оказывать влияние на условия или экономические результаты их деятельности или деятельности представляемых ими лиц, а именно: 1) одна организация непосредственно и (или) косвенно участвует в другой организации, и суммарная доля такого участия составляет более 20 процентов. Доля косвенного участия одной организации в другой через последовательность иных организаций определяется в виде произведения долей непосредственного участия организаций этой последовательности одна в другой; 2) одно физическое лицо подчиняется другому физическому лицу по должностному положению; 3) лица состоят в соответствии с семейным законодательством Российской Федерации в брачных отношениях, отношениях родства или свойства, усыновителя и усыновленного, а также попечителя и опекаемого.

Суд может признать лица взаимозависимыми по иным основаниям, не предусмотренным пунктом 1 данной статьи, если отношения между этими лицами могут повлиять на результаты сделок по реализации товаров (работ, услуг).

Если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения (пункт 1 статьи 105.1 Кодекса).

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановления № 53) разъяснено, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

На основании пункта 3 названного постановления налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 9 Постановления № 53, установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Таким образом, проявлением недобросовестности может являться создание (выделение) юридического лица (предпринимателя) исключительно для уменьшения налоговой нагрузки без цели ведения фактической предпринимательской деятельности.

Сам по себе факт взаимозависимости налогоплательщика и его контрагентов не является основанием для консолидации их доходов и для вывода об утрате права на применение упрощенной системы налогообложения данными лицами, если каждый из налогоплательщиков осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность.

Вместе с тем, налоговый орган не лишен права приводить доказательства, указывающие на направленность действий налогоплательщика и взаимозависимых с ним лиц в обход установленных главой 26.2 Налогового кодекса ограничений в применении упрощенной системы налогообложения как специального налогового режима, предназначенного для субъектов малого и среднего предпринимательства.

На налоговом органе в этом случае лежит бремя доказывания того, что имело место деление по существу единого хозяйствующего субъекта, чья деятельность в силу значительности своего объема фактически не отвечает (перестала отвечать) ограничениям, установленным пунктом 3 статьи 346.12, пунктом 4 статьи 346.13 Налогового кодекса, связанным, в частности, с размером полученного дохода, численностью работников, стоимостью основных средств.

При оценке обоснованности налоговой выгоды судом могут учитываться такие обстоятельства, как: особенности корпоративной структуры (история создания взаимозависимых лиц, причины их реорганизации и др.), практика принятия управленческих решений внутри группы взаимозависимых лиц, использование общих трудовых и производственных ресурсов, особенности гражданско-правовых отношений внутри группы (пункт 4 Обзора практики рассмотрения дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 Налогового кодекса Российской Федерации в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018)

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, проанализировав собранные по делу доказательства и доводы сторон в совокупности и во взаимосвязи, пришел к правильному выводу о недоказанности налоговым органом получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды по сделкам с участием взаимозависимых лиц, отсутствии у инспекции оснований для корректировки налоговой базы по налогу на прибыль, НДС и налогу на имущество за проверяемый период (2013, 2014, 2015 годы).

Так, судами установлено, что проверяемый период ООО «НСО-Сервис»  осуществляло деятельность по сдаче в аренду противовыбросового оборудования для бурильных скважин, в соответствии со статьей 346.12 Налогового Кодекса применяло УСНО с объектом налогообложения «доходы» по ставке 6 %. Руководителем и учредителем является ФИО2 Общество создано в 2008 году.

16 ноября 2010 г. в Единый государственный реестр юридических лиц  внесена запись о создании юридического лица - ООО «ПВО-Сервис». Руководителем и учредителем на момент создания так же являлся ФИО2

ООО «НСО-Сервис» также осуществляло деятельность по сдаче в аренду противовыбросового оборудования для бурильных скважин, в соответствии со статьей 346.12 Налогового Кодекса применяло УСНО с объектом налогообложения «доходы» по ставке 6 %.

24 ноября 2010 между ООО «ПВО-Сервис» и ООО «Оренбургская буровая компания» заключен договор аренды оборудования №1/11/869-РТ на сумму 188 088 960  руб. с учетом изменений и дополнений к договору.

Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что данное оборудование арендовано ООО «ПВО-Сервис» у ООО «НСО-Сервис» на основании договора аренды №2/10 от 01.12.2010.

На основании чего, налоговый орган пришел к выводу, что руководитель и учредитель ООО «НСО-Сервис», зная о предстоящей сделке с ООО «Оренбургская буровая компания» и о возможном превышении размера дохода, дающего право на УСНО, и необходимости перехода на общую систему налогообложения, создал  ООО «ПВО-Сервис» в целях получения необоснованной налоговой выгоды (минимизации налогообложения).

Судебная коллегия не может согласиться с данными выводами налогового органа в силу следующего.

Совокупность собранных по делу доказательств подтверждает выводы суда первой инстанции о том, что создание ООО «ПВО-Сервис» было экономически целесообразно для его учредителя и не связано с возможностью утраты ООО «НСО-Сервис» право на УСНО.

Так, факт взаимозависимости ООО «ПВО-Сервис» и ООО «НСО-Сервис» подтверждается материалами дела и не оспаривается заявителем.

Однако, как верно указал суд, указанные лица являются самостоятельными субъектами экономической деятельности, имеют отдельные расчетные счета в разных банках, ведут раздельный бухгалтерский учет, осуществляют по результатам самостоятельной хозяйственной деятельности уплату налогов и сборов, имущество, собственный штат сотрудников.

Как пояснил ФИО2 в судебном заседании суду первой и апелляционной инстанций, а так же налоговому органу в ходе проверки (протокол допроса свидетеля №20 от 20.02.2017г.), создание нового хозяйственного общества ООО «ПВО - Сервис» с видами деятельности аналогичными существующему ООО «НСО - Сервис» было обусловлено целью использования для развития бизнеса деловых связей будущих его учредителей ФИО8 и ФИО9 ФИО8 было известно о необходимо ООО «Оренбургская буровая компания»  противовыбросового оборудования для буровых скважин определенного типа. Регистрация ООО «ПВО-Сервис» производились им по поручению ФИО8 и ФИО9, при этом назначение руководителем нового общества ФИО2, также произошло по инициативе ФИО8 и ФИО9

В соответствие с договоренностью ФИО2 16.11.2010 года было создано ООО «ПВО-Сервис» с уставным капиталом в размере 10 000 рублей. 25.03.2011 года уставной капитал ООО «ПВО-Сервис» был увеличен до 50 000 рублей, в состав учредителей (участников) ООО «ПВО-Сервис» вошли ФИО8 и ФИО9 Доли участия в уставном капитале ООО «ПВО-Сервис» были распределены следующим образом: ФИО8 - 40%, ФИО9 - 40%, ФИО2 получил только 20%, и до 12.05.2014 года указанное процентное соотношение его доли по отношению к долям других участников сохранялось.

Показания ФИО2 согласуются с показаниями ФИО8

Так, допрошенный в ходе проверки налоговой инспекцией ФИО8 показал, что он знал о потребности ООО «Оренбургская буровая компания» в оборудовании, поэтому инициатива заключения договоров была совместной; подтвердил факт того, что являлся учредителем ООО «ПВО-Сервис», а так же факт получения дивидендов; указал на подписание договора аренды оборудования от имени ООО «ПВО-Сервис», заключенного с ООО «НСО - Сервис»; пояснил, что оборудование частично бралось в аренду у ООО «НСО - Сервис», часть ремонтировалась и закупалась (протокол допроса свидетеля №11-31/2983 от 18.05.2017г. (т. 4, л.д. 156-160)).

ФИО9 в ходе проверки налоговым органом допрошен не был.

В таблице №10 акта выездной налоговой проверки №2 от 22.02.2018 года приведены данные о выплате дивидендов участникам (учредителям) ООО «ПВО-Сервис»: в 2013 году было выплачено дивидендов участникам (учредителям) ООО «ПВО-Сервис» на сумму 24 024 000 рублей, в 2014 году - 46 258 000 рублей (за 2013 год), в 2015 году - 8 030 000 рублей (за 2014 год). Всего в период с 2011 года по 2015 год ООО «ПВО-Сервис» его участникам было выплачено 110 916 080,38 рублей.

Данные обстоятельства в совокупности свидетельствуют, что создание и деятельность ООО «ПВО-Сервис» обусловлены именно реальными деловыми целями, направлены на извлечение прибыли от предпринимательской деятельности, а не созданием схемы уклонения от уплаты налогов в виде дробления бизнеса.

Кроме того, заслуживают внимания и доводы директора заявителя ФИО2 о том, что на момент создания ООО «ПВО-Сервис» он так же являлся учредителем и руководителем юридического лица – ООО «Нефтеспецоборудование», которое было создано в 2006 году и так же находилось на УСНО. Данная организация на момент создания ООО «ПВО-Сервис» имела небольшие обороты, в 2012 году деятельность Общества была прекращена. ФИО2 указывает, что, если исходить из позиции налогового органа о том, что его целью было непревышение ООО «НСО - Сервис» размера дохода, дающего право на УСНО, ему не было необходимости создания нового юридического лица; оформление спорных сделок с  ООО «Нефтеспецоборудование» позволило бы как ООО «Нефтеспецоборудование», так и ООО «НСО - Сервис» применять УСНО. Однако создание ООО «ПВО-Сервис» было экономически целесообразно, поскольку  изначально при создании Общества планировалось, что ФИО8 и ФИО9 войдут в состав учредителей, что и произошло через несколько месяцев после регистрации Общества; Общество будет осуществлять самостоятельную экономическую деятельность. 

Судебная коллегия отмечает, что налоговый орган в оспариваемом решении указывает на тот факт, что ФИО2 так же являлся учредителем и руководителем ООО «Нефтеспецоборудование», однако обстоятельств того, превысила бы сумма дохода от спорных сделок размер дохода, дающего право ООО «Нефтеспецоборудование» на УСНО, не выясняла.

Кроме того, суд первой инстанции обоснованно отклонил довод Инспекции о том, что учредитель ООО «НСО-Сервис» ФИО2 заранее знал о предполагаемом доходе от сделки с ООО «Оренбургская буровая компания», поскольку как следует из представленных документов, первоначально цена договора ООО «ПВО-Сервис» №1/11/869-РТ составляла ориентировочно 91 000 000 рублей, а договор действовал до 31.12.2012 года.

Далее, дополнительным соглашением №14 от 05.05.2015 года к договору №1/11/869-РТ с ООО «Оренбургская буровая компания» было определено, что цена договора составляет ориентировочно 188 008 960 рублей, а договор будет действовать до 31.05.2015 года.

Таким образом, как верно указал суд, было невозможно точно спрогнозировать срок действия договора и полученную прибыль по договору аренды оборудования №1/11/869-РТ, заключенному ООО «ПВО-Сервис» с ООО «Оренбургская буровая компания».

Судебная коллегия так же учитывает, что в оспариваемом решении налоговый орган указывает, что спорное оборудование, переданное в аренду ООО «ПВО-Сервис» Обществу с ограниченной ответственностью «Оренбургская буровая компания»,  арендовано в свою очередь у ООО «НСО-Сервис». Однако, как следует из материалов дела, только часть оборудования арендована  у ООО «НСО-Сервис». Так же честь оборудования арендована у ООО «Нефтеспецоборудование». Кроме того, за проверяемый период ООО «ПВО-Сервис» самостоятельно приобрело оборудования и составных частей к нему на сумму 7 522 000 рублей, что также отражено в таблицы №10 стр. 9 акта выездной налоговой проверки №2 от 22.02.2018 года.

Кроме того, ООО «ПВО-Сервис» для выполнения обязательств по договору №1/11/869-РТ с ООО «Оренбургская буровая компания» самостоятельно произвело сборку, доукомплектование из составных частей оборудования арендованного в том числе у Общества. По требованию арендатора ООО «ПВО-Сервис» произвело опрессовку, техническое освидетельствование собранного комплекта оборудования.

Вышеуказанное подтверждено представленными в материалы дела копиями договоров с контрагентами ООО «ПВО-Сервис», бухгалтерскими и платежными документами.

Довод налогового органа о том, что ООО «ПВО-Сервис» оплачивало арендную плату ООО «НСО-Сервис» исключительно в суммах, дающих право заявителю на применение УСНО документально не подтвержден. 

В свою очередь, ФИО2 пояснил суду, что оплата производилась по решениям учредителей, которые исходили из первоначальной выплаты им дивидендов.

Определения Арбитражного суда Астраханской области по делу №А06-6924/2017 от 04 октября 2017 года по иску Общества к ООО «ПВО-Сервис» о взыскании основного долга в сумме 8 644 280 руб. 97 коп. по договорам аренды оборудования №15 от 31.12.2013 года, №3 от 07.06.2014 года, №7 от 01.09.2015 года утверждено мировое соглашение, заключенное между Обществом (истец) и ООО «ПВО-Сервис» (ответчик) в целях урегулирования спора по делу.

Стороны договорились, что Ответчик в счет возмещения Истцу суммы основного долга в размере 8 644 280 рублей 97 коп.:

-передает Истцу противовыбросовое оборудование на сумму 3 540 000 (три миллиона пятьсот сорок тысяч) рублей,

-выплачивает денежную сумму в размере 4 136 760 ( четыре миллиона сто тридцать шесть тысяч семьсот шестьдесят) рублей 97 коп.,

- уступает право требования с ООО «Компания «Новые технологии» долга в размере 967 520 (девятьсот шестьдесят семь тысяч пятьсот двадцать) рублей.

Также обоснованно отклонен судом первой инстанции и довод налогового органа об отсутствие трудовых ресурсов у ООО «ПВО-Сервис» и факт того, что работники заявителя осуществляли работы в отношении спорного оборудования.

Указанный вывод, был сделан налоговым органом на основе того, что сотрудник Общества ФИО10 был командирован по вызову ООО «Оренбургская буровая компания» в республику Таджикистан для обслуживания оборудования арендованного ООО «Оренбургская буровая компания» у ООО «ПВО-Сервис».

При этом, как верно указал суд, налоговым органом не приняты во внимание показания директора ООО «НСО-Сервис» ФИО2 и самого ФИО10 о том, что в 2013 году он направлялся в ООО «Оренбургская буровая компания» в республику Таджикистан для обучения обслуживанию противовыбросового оборудования (получение практического опыта) и фактически технические работы не выполнял (т. 4, л.д. 136-139).

Кроме того, из показаний ФИО2 следует, что для выполнения технического обслуживания оборудования, предоставленного в аренду ООО «Оренбургская буровая компания» на краткосрочной основе привлекались только высококвалифицированные специалисты, имеющие практический опыт работы с данным типом оборудования, какового ФИО10 на тот момент не имел. У ООО «ПВО-Сервис» не было необходимости содержать на постоянной основе штат высококвалифицированных инженеров и механиков по обслуживанию оборудования, так как за весь период действия договора с ООО «ОБК» производственная необходимость для их привлечения возникала редко и лишь на короткий срок.

Так в 2011 году для решения технических вопросов от ООО «ПВО-Сервис» была 1 командировка ФИО11, в 2013 году - 1 командировка ФИО11, ФИО12, в 2014 году 1 командировка ФИО13, ФИО14 Данные показания подтверждаются информацией, представленной ООО «Оренбургская буровая компания» о направлении в 2013-2014 году ООО «ПВО-Сервис»   в   республику   Таджикистан   для   обслуживания   оборудования, предоставленного в аренду ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, которые не являлись работниками Общества.

При этом суд обоснованно учел, что лишь незначительное количество сотрудников совмещали должности в обеих организациях.

Наличие в части проверяемого периода одного бухгалтера в обеих организациях не свидетельствует о ведении единой бухгалтерии, поскольку отчетность о хозяйственной деятельности обеих предприятий предоставлялась исходя из налогового бремени, относящегося к этой деятельности. Налоговым органом не добыты и суду не представлены надлежащие доказательства об использовании обществами единой бухгалтерской программы.

Напротив, главный бухгалтер заявителя ФИО15, которая так же с 01.01.2011 по 28.02.2014 работала по совместительству главным бухгалтером в  ООО «ПВО-Сервис», в ходе допроса показала, что бухгалтерский и налоговый учет в   ООО «ПВО-Сервис»  и ООО «НСО-Сервис» велся на двух разных компьютерах (протокол допроса от 20.10.2017).

С 03.03.2014 года главным бухгалтером   ООО «ПВО-Сервис» стала ФИО16, которая с 02.06.2014 года по настоящее время является директором ООО «ПВО-Сервис».

Допрошенная налоговым органом  ФИО16 подтвердила факт руководства деятельностью ООО «ПВО-Сервис», дала подробные пояснения по месту осуществления деятельности, ведению бухгалтерского и налогового учета, возврату оборудования, заключению в последующем договора аренды с арендатором в Республике Сербия (т. 4, л.д. 119-122).   

Также обоснованно отклонен судом первой инстанции и довод налогового органа о том, что факт участия ФИО2 в переговорах с ООО «Оренбургская буровая компания» после того, как директором ООО «ПВО-Сервис» была назначена ФИО16 свидетельствует о формальности финансово-хозяйственной деятельности ООО «ПВО-Сервис», отсутствии самостоятельности и его зависимости от Общества, поскольку ФИО2, являясь законным представителем собственника части оборудования предоставленного в аренду ООО «Оренбургская буровая компания», был заинтересован в скорейшем возврате арендованного ООО «ПВО-Сервис» оборудования для его дальнейшего использования Обществом, с учетом того, что по состоянию на 01.01.2015 года дата его возврата ООО «ОБК» точно определена не была.

Кроме того, как верно указал суд, перестав быть руководителем ООО «ПВО-Сервис» с 10.06.2014 года, ФИО2 остался его участником (учредителем) и имеет право получать информацию о деятельности ООО «ПВО-Сервис» (статья 8 Федерального закона РФ от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Каждая из организаций, как ООО «ПВО-Сервис», так и ООО «НСО-Сервис»   самостоятельно несла все расходы, связанные с деятельностью и существованием предприятия. Обратного налоговым органом не доказано.

Результаты предпринимательской деятельности заявителя никаким образом не зависят от деятельности ООО «ПВО-Сервис», перераспределение выручки отсутствует, случаи взаимопомощи также не установлены.

При таком положении сам по себе факт подконтрольности контрагентов одному лицу не мог являться основанием для консолидации их доходов и, соответственно, не давал достаточных оснований для вывода об утрате права на применение упрощенной системы налогообложения обществом и его контрагентом, поскольку каждый из обществ осуществляло самостоятельную хозяйственную деятельность и несло свою часть налогового бремени, относящегося к этой деятельности.

Кроме того, суд первой инстанции обоснованно указал на неверное определение налоговые обязательства Общества, в связи с определением размера налоговых обязательств ООО «НСО-Сервис» по НДС по ставке 18%.

Так, налоговый орган, начисляя заявителю НДС, исходил из того, что данная сумма налога не была предъявлена подконтрольным обществом своим контрагентам в составе реализуемых услуг, в связи с чем суммы дохода принимал в полном объеме, согласно сумме выручки обществ по счету 90.1, а исчисленный НДС определял как сумму выручки, умноженную на 18%. То есть доначисление НДС произведено инспекцией сверх полученной обществами выручки (стр. 62 — 67 решения №2 от 06.04.2018).

В силу положений пункта 2 статьи 153 и подпункта 2 пункта 1 статьи 162 НК РФ при совершении налогооблагаемых операций сумма НДС определяется исходя из всех поступлений налогоплательщику, связанных с расчетами по оплате реализованных товаров (работ, услуг). При этом на основании пункта 1 статьи 168 НК РФ сумма НДС, исчисленная по соответствующим операциям реализации товаров (работ, услуг), предъявляется продавцом к оплате покупателю.

Таким образом, по общему правилу НДС является частью цены договора, подлежащей уплате налогоплательщику со стороны покупателей.

Уплачиваемое (подлежащее уплате) покупателями встречное предоставление за реализованные им товары (работ, услуги) является экономическим источником для взимания данного налога.

Следовательно, при реализации товаров (работ, услуг) покупателям НДС не может исчисляться в сумме, которая не соответствовала бы реально сформированной цене и не могла быть полностью предъявлена к оплате покупателями в ее составе, что по существу означало бы взимание налога без переложения на потребителя, за счет иного экономического источника - собственного имущества хозяйствующего субъекта (продавца).

Из пункта 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.05.2014 № 33 «О некоторых вопросах, возникающих у арбитражных судов при рассмотрении дел, связанных с взиманием налога на добавленную стоимость» (далее - Постановление № 33) следует, что бремя надлежащего учета сумм НДС при определении окончательного размера указанной в договоре цены, ее выделения в расчетных и первичных учетных документах, счетах-фактурах отдельной строкой лежит только на одной из сторон сделки – на продавце как налогоплательщике.

Соответственно, как вытекает из абзаца второго пункта 17 Постановления №33, в тех случаях, когда соотношение договорной цены и суммы НДС относительно друг друга прямо не определено в договоре и не может быть установлено по обстоятельствам, предшествующим заключению договора, или иным условиям договора, то по общему правилу сумма налога, предъявляемая покупателю продавцом, выделяется последним из указанной в договоре цены, для чего определяется расчетным методом (пункт 4 статьи 164 НК РФ).

Поэтому возможность увеличения цены сделки и дополнительного взыскания сумм НДС с покупателя в случае неправильного учета налога продавцом при формировании окончательного размера цены договора допускается судебной практикой в случаях, когда такая возможность согласована обеими сторонами договора в соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, либо предусмотрена нормативными правовыми актами (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2018 №306-КГ18-13128, от 23.11.2017 № 308-ЭС17-9467, от 24.11.2014 № 307-ЭС14-162).

С учетом изложенного, юридически значимым обстоятельством, имеющим существенное значение для правильного разрешения настоящего спора, являлось выяснение судом вопроса о том, допускается ли условиями договора и нормативными правовыми актами, применимыми к отношениям сторон договора аренды оборудования, увеличение цены в случае изменения условий налогообложения, либо налогообложение должно осуществляться в рамках фактически сформированных цен.

Поскольку ООО «ПВО-Сервис», как и ООО «НСО-Сервис», находились на системе налогообложения УСН, основания формирования договорной цены с учетом НДС отсутствовали, что не является свидетельством согласия сторон договора на возможность увеличения договорной цены в случае возникновения необходимости предъявления налога.

Следовательно, в сложившейся ситуации, поскольку Обществу вменено получение дохода от сдачи в аренду оборудования через ООО «ПВО-Сервис», находящегося на УСН и не являющихся плательщиками НДС, данный факт мог служить основанием не для увеличения договорной цены в результате налогообложения, а для того, чтобы определить права и обязанности Общества как плательщика НДС способом, согласующимся с действительно сложившимися экономическими условиями деятельности налогоплательщика - в рамках установленной договорами цены, что возможно путем применения расчетной налоговой ставки 18/118.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении  судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 16.04.2019 № 302-КГ18-22744 по делу № А58-9294/2017.

Кроме того, согласно положениям подпункта 1 статьи 264 Налогового кодекса Российской Федерации к прочим расходам, связанным с производством и реализацией, относятся суммы налогов и сборов, начисленные в установленном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах порядке, за исключением перечисленных в статье 270 Налогового кодекса Российской Федерации.

Порядок отнесения сумм НДС на учитываемые для целей налогообложения прибыли расходы по производству и реализации товаров (работ, услуг) определен статьей 170 Налогового кодекса Российской Федерации.

При определении налогооблагаемой базы по налогу на прибыль организаций корректировке подлежит доходная часть посредством ее уменьшения на сумму налога на добавленную стоимость. 

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно указал, что, исчисляя НДС сверх выручки, налоговый орган произвел и неверный расчет налогооблагаемой базы по налогу на прибыль для традиционной системы налогообложения.

Кроме того, судебной коллегией установлено, что налоговым органом при исчислении налога на прибыль не учтен уплаченный ООО «ПВО-Сервис» и ООО «НСО-Сервис» налог по УСНО за спорный период в общей сумме 16 718 097 руб.

В отношении привлечения заявителя к налоговой ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ суд первой инстанции обоснованно указал, что ни в материалах дела, ни в акте налоговой проверки, ни в оспариваемом решении инспекции не указаны обстоятельства и основания, позволяющие бесспорно квалифицировать действия Общества в качестве именно умышленной неуплаты сумм налогов в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налогов или других неправомерных действий (бездействия).

Такие доказательства и ссылки на них отсутствуют и в апелляционной жалобе.

При рассмотрении вопроса о правомерности привлечения Общества к налоговой ответственности по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса судом первой инстанции обоснованно учтено постановление следователя по особо важным делам второго отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против государственной власти и в сфере экономики) Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Астраханкой области от 19 апреля 2018 года об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 (т. 2, л.д. 70-73).

В этой части суждения суда первой инстанции соответствуют правовой позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 27 февраля 2018 года № 530-О, в котором прямо указано на возможность принятия в качестве доказательства по делу постановления об отказе в возбуждении уголовного дела.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает решение, принятое судом первой инстанции  законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения не имеется.

Апелляционная жалоба ИФНС России по Кировскому району г. Астрахани удовлетворению не подлежит.  

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Астраханской области от 10 апреля 2019 года по делу № А06-8005/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме, через арбитражный суд первой инстанции, принявший решение.

Председательствующий                                                                     Ю.А. Комнатная

Судьи                                                                                                 В.В. Землянникова

А.В. Смирников