ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Суворова, д. 21, Севастополь, 299011, тел. 8 (8692) 54-74-95

E-mail: info@21aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Дело №  А83-20957/2023

04 марта 2024 года

город Севастополь

         

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27.02.2024.

Постановление изготовлено в полном объеме 04.03.2024.

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Колупаевой Ю.В., судей  Сикорской Н.И., Плотникова И.В.,

при ведении протокола судебного заседания и его аудиозаписи секретарем судебного заседания  ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Фенстер» - ФИО2, представитель по доверенность от 20.06.2023 № 1,

от общества с ограниченной ответственностью «Компания «Шельф» - ФИО3, представитель на основании доверенности от 27.05.2022 б/н,

от ФИО4 – ФИО3, представитель на основании доверенности №82/192-н/82-2023-2-429 от 11.08.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Фенстер» на решение  Арбитражного суда Республики Крым от 12.10.2023 по делу № А83-20957/2023 (судья Шкуро В.Н.)

по иску общества с ограниченной ответственностью «Фенстер»

к обществу с ограниченной ответственностью «Компания «Шельф»индивидуальному предпринимателю ФИО4

о признании договора недействительным, 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Фенстер» (далее – общество «Фенстер», истец) обратилось в Евпаторийский городской суд Республики Крым с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Компания «Шельф» (далее – общество «Компания «Шельф», ответчик 1), ФИО4 (далее – предприниматель, ФИО4, ответчик 2) о признании соглашения об уступке прав требования от 04.11.2021, заключенного между истцом и ответчиками недействительным.

Определением Евпаторийского городского суда Республики Крым от 12.07.2023 вышеуказанное дело передано по подсудности в Арбитражный суд Республики Крым для рассмотрения по существу.

Исковые требования по настоящему делу мотивированы мнимостью оспариваемого соглашения, которое было заключено по просьбе руководителя ответчика для создания для общества «Компания «Шельф» искусственной дебиторской задолженности перед контрагентами. В обоснование требований истец указывает, что общим собранием участников общества «Фенстер» не принималось решение о совершении спорной сделки, общество «Компания «Шельф» не обращалось к ФИО4 с требованием исполнить обязательство по соглашению, стоимость уступки требования в размере 500 рублей является несоразмерно низкой по сравнению с ценой уступленного права. Также истец ссылался на то обстоятельство, что в момент подписания оспариваемого соглашения истец не передал ответчику 1 всю необходимую документацию, обосновывающую права требования, сторонами не исполнялись условия соглашения в сроки, установленные для его исполнения (10.11.2021), что свидетельствует о мнимости сделки. Кроме того, размер уступленных прав превышает размер задолженности истца перед ответчиком 1, в счет погашения которой было заключено соглашение об уступке прав требования.

Решением  Арбитражного суда Республики Крым от 12.10.2023 в иске отказано полностью.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, общество «Фенстер» обратилось  в суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Апеллянт полагает, что соглашение об уступке прав требований в силу статьи 389 ГК РФ подлежало государственной регистрации, поскольку заключено в отношении зарегистрированного договора купли-продажи нежилых зданий от 25.08.2020;  решение о совершении спорной сделки (соглашение об уступке права) общим собранием  общества «Фенстер» не принималось; суд первой инстанции  пришел к необоснованному  выводу о том, что общество «Фенстер» доказательств об осведомленности ответчиков в совершении крупной сделки в материалы дела не представлено; стоимость уступки права в размере 500 руб. является несоразмерной низкой цене уступленного права, что также не было принято во внимание судом первой инстанции.

Определением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2023 апелляционная жалоба принята к производству суда.

В судебном заседании представитель апеллянта поддержал апелляционную жалобу, просит ее удовлетворить, решение суда первой инстанции отменить по мотивам, изложенным в ней.

В судебном заседании представитель ответчиков возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил в ее удовлетворении отказать и оставить решение суда первой инстанции без изменений.

До судебного заседания от представителя апеллянта поступило ходатайство о приостановлении производства по данному делу до рассмотрения  дела №А83-20096/2023 по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «ФЕНСТЕР» к индивидуальному предпринимателю ФИО4 о признании недействительным (мнимым), заключенный между ООО «ФЕНСТЕР» и ФИО5 договора купли-продажи нежилых зданий от 25.08.2020.

Заявление мотивировано тем, что в рамках дела № А83-20096/2023 могут быть установлены иные, юридически значимые факты для рассмотрения данного дела.

Коллегией судей протокольным определением в удовлетворении указанного ходатайства отказано в связи со следующим.

Как предусмотрено частью 9 статьи 130 АПК РФ если арбитражный суд при рассмотрении дела установит, что в производстве другого арбитражного суда находится дело, требования по которому связаны по основаниям их возникновения и (или) представленным доказательствам с требованиями, заявленными в рассматриваемом им деле, и имеется риск принятия противоречащих друг другу судебных актов, арбитражный суд может приостановить производство по делу в соответствии с пунктом 1 части 1 части 143 АПК РФ.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 143 АПК РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

Для приостановления производства по делу по указанному основанию необходимо установить, что рассматриваемое другим судом дело связано с тем, которое рассматривает арбитражный суд. При этом связь между двумя делами должна носить правовой и непосредственный характер. При разрешении спора по другому делу должны быть установлены обстоятельства, непосредственно касающиеся предмета либо основания иска, рассматриваемого арбитражным судом.

Обязанность приостановить производство по делу указанная норма закона связывает с невозможностью рассмотрения арбитражным судом спора до принятия решения по другому делу. В частности, принятие арбитражным судом решения может оказаться невозможным, если обстоятельства, которые могут быть установлены судом при разрешении другого дела, имеют преюдициальное значение для дела, производство по которому подлежит приостановлению (статья 69 АПК РФ), а также, если другое дело может повлиять на состав сторон, объем требований, предмет иска.

Таким образом, рассмотрение одного дела до разрешения другого следует признать невозможным, если обстоятельства, исследуемые в другом деле, либо результат его рассмотрения имеют существенное значение для данного дела, то есть могут повлиять на результат его рассмотрения по существу.

Данная норма направлена на недопущение и устранение конкуренции между судебными актами по делам, с тождественным предметом доказывания.

Обязательным условием приостановления производства по делу по основаниям, изложенным в пункте 1 части 1 статьи 143 АПК РФ, является объективная невозможность разрешения дела арбитражным судом до рассмотрения спора иным судом.

Такая невозможность означает, что, если производство по делу не будет приостановлено, разрешение дела может привести к незаконности судебного решения, неправильным выводам суда или даже к вынесению противоречащих судебных актов.

В данном случае, суд апелляционной инстанции не усматривает совокупности условий необходимых для приостановления производства по настоящему делу, поскольку рассмотрение арбитражным судом дела №А83-20096/2023 не препятствует рассмотрению настоящего дела.

Заявленное ходатайство не согласуется с положениями статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах коллегия судей пришла к выводу об отказе апеллянту в приостановлении производства по настоящему делу.

Проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в порядке главы 34 АПК РФ, исследовав доводы апелляционной жалобы, изучив материалы дела, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд установил следующие обстоятельства.

04.11.2021 между обществом «Компания «Шельф», в лице директора ФИО6 (участник 1), обществом «Фенстер» в лице директора ФИО7 – Оглы (участник 2) и гражданином ФИО4 (должник) заключено соглашение об уступке прав требования, по условиям которого участник 2 для погашения обязательств перед участником 1, по договору купли-продажи нежилых зданий от 30.01.2020, заключенному между участником 1 и участником 2 передает, а участник 1 принимает право требования второго и становится кредитором должника по договору купли-продажи нежилых зданий от 25.08.2020, заключенному между участником 2 и должником (далее – соглашение, том 1, л.д. 5-6).

В соответствии с пунктом 1.2 соглашения участнику 1 передаются следующие права требования к должнику, а именно право требования денежных средств в размере 3 595 000 (три миллиона пятьсот девяноста пять тысяч) рублей по договору купли-продажи нежилых зданий от 25.08.2020, заключенному между участником 2 и должником.

За уступку прав участник 1 обязуется уплатить участнику 2 сумму в размере 500 рублей (пункт соглашения 1.3). С момента подписания настоящего соглашения обязательства участника 2 перед участником 1 считаются погашенными (пункт 1.4).

Согласно пункту соглашения 1.5 стороны гарантируют, что на момент подписания настоящего соглашения срок исполнения по переуступленным обязательствам наступил, не просрочен, не оспаривается, отсутствует вина кредитора по исполнению обязательства, обязательства возникли до их уступки и их исполнение не обусловлено встречным исполнением.

Участник 2 в срок до 10.11.2021 обязан передать участнику 1 всю документацию, обосновывающую права требования, передаваемые по соглашению и сообщить иные сведения, имеющие значение для осуществления прав требования (пункт 2.1).

Пунктом соглашения 3.2 стороны определили, что участник 2 отвечает перед участником 1 за недействительность переданных ему прав, но не отвечает за неисполнение должником договора купли-продажи нежилых зданий от 25.08.2020.

Соглашение вступает в силу с момента подписания его сторонами (пункт 6.1).

Полагая, что соглашения об уступке прав требования от 04.11.2021 является недействительным, истец обратился в суд с настоящим иском.

Проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с положениями статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу части 1 статьи 170 ГК РФ и пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 25) мнимой сделкой признается сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Мнимая сделка – ничтожна.

Мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем, сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих прав и обязанностей.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, высказанным в пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020, обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Следовательно, определение действительной воли, которую имели в виду стороны при заключении мнимой сделки, не требуется. Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения создания условий для возникновения гражданских прав и обязанностей является достаточным для квалификации сделки как мнимой. Наличие или отсутствие фактических отношений по сделке является юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению по делу.

В соответствии с положениями части 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно статье 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты. Право требования по денежному обязательству может перейти к другому лицу в части, если иное не предусмотрено законом. Если иное не предусмотрено законом или договором, право на получение исполнения иного, чем уплата денежной суммы, может перейти к другому лицу в части при условии, что соответствующее обязательство делимо и частичная уступка не делает для должника исполнение его обязательства значительно более обременительным.

Уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону (часть 1 статьи 388 ГК РФ).

Согласно статье 389 ГК РФ уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме.

Как указано в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» (далее по тексту – постановление № 54), по смыслу пункта 1 статьи 382, пункта 1 статьи 389.1, статьи 390 ГК РФ уступка требования производится на основании договора, заключенного первоначальным кредитором (цедентом) и новым кредитором (цессионарием). В силу статьи 421 ГК РФ такой договор между цедентом и цессионарием может являться договором, предусмотренным законом или иными правовыми актами, смешанным договором или договором, который не предусмотрен законом или иными правовыми актами.

Как указано в пункте 70 постановления № 25, сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Как верно указано судом первой инстанции и следует из материалов дела,  соглашение об уступке прав требования от 04.11.2021,  было заключено с целью погашения задолженности истца перед ответчиком 1, возникшее в результате неоплаты по договору купли-продажи нежилых помещений от 30.01.2020, а именно задолженности в размере 3 500 000 рублей. Указанная задолженность также подтверждается представленным в материалы дела актом сверки № 2 от 01.01.2021.

При этом, судом первой инстанции правомерно принято во внимание, что реальность соглашения подтверждается тем, что в результате его заключения стороны по договору купли-продажи нежилых зданий от 30.01.2020, а именно истец и ответчик 1, считали выполненными обязательства по оплате приобретенных объектов недвижимости, а в свою очередь истец перестал считать себя кредитором по отношению к ФИО4, к которой не предъявлял претензий об оплате задолженности по договору купли-продажи нежилых зданий от 25.08.2020.

Доказательств обратного материалы настоящего дела не содержат.

При анализе полученной в отношении истца информации из Государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчетности (Ресурса БФО), заверенной электронной цифровой подписью Федеральной налоговой службы в отношении общества по состоянию на 13.09.2023 (том 5, л.д. 25-26),  судом первой инстанции было установлено, что согласно отчету о финансовых результатах за 2020 год в графе «кредиторская задолженность» обществом отражена сумма в размере 3 547 тыс. руб., вместе с тем, за 2021 год указанная графа содержит сумму в размере 284 тыс. руб. Таким образом, при подаче финансовой отчетности в 2021 году общество «Фенстер» не отразило задолженность перед обществом «Компания «Шельф» по вышеуказанному договору от 30.01.2020, что свидетельствует об одобрении истцом соглашения, целью заключения которого была оплата задолженности истца перед ответчиком 1.

Доводы истца о том, что оспариваемое соглашение для общества является крупной сделкой и заключено без одобрения общим собранием участников общества судом  первой инстанции обоснованно отклонены, ввиду следующего.

В силу пункта 1 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Крупная сделка также подлежит предварительному одобрению и при совершении без одобрения может быть оспорена (пункты 3, 4 статьи 46 Закона).

Суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, недействительной, в частности, если при рассмотрении дела в суде не доказано, что другая сторона по такой сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой, и (или) об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение (пункт 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Аналогичное правило закреплено и в пункте 2 статьи 173.1 ГК РФ.

Следовательно, с учетом приведенных норм права, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что отсутствие надлежащего решения компетентного органа управления обществом об одобрение крупной сделки не является достаточным основанием для признания ее судом недействительной.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», на истца возлагается бремя доказывания того, что другая сторона по сделке знала (например, состояла в сговоре) или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой (как в части количественного (стоимостного), так и качественного критерия крупной сделки) и (или) что отсутствовало надлежащее согласие на ее совершение.

Закон не устанавливает обязанности третьего лица по проверке перед совершением сделки того, является ли соответствующая сделка крупной для его контрагента и была ли она надлежащим образом одобрена (в том числе отсутствует обязанность по изучению бухгалтерской отчетности контрагента для целей определения балансовой стоимости его активов, видов его деятельности, влияния сделки на деятельность контрагента). Третьи лица, полагающиеся на данные ЕГРЮЛ о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу, вправе исходить из наличия у них полномочий на совершение любых сделок (абзац второй пункта 2 статьи 51 ГК РФ).

Как верно указано судом первой инстанции, в данном случае, обществом «Фенстер» доказательств об осведомленности ответчиков в совершении крупной сделки в материалы дела не представлено.

Правомерно отклонена судом первой инстанции ссылка истца на отсутствие доказательств, подтверждающих предоставление встречного исполнения по соглашению, так как договор цессии содержит все существенные условия, необходимые для заключения договоров данного вида в соответствии с требованиями, установленными главой 24 ГК РФ, не содержит условия о том, что право требования переходит к цессионарию только с момента его полной оплаты.

При этом судом первой инстанции верно  отмечено, что само по себе наличие или отсутствие оплаты за уступленное право не свидетельствует о недействительности соглашения об уступке прав требования, а правоотношения между цедентом и цессионарием по поводу оплаты за уступленное право требования не являются предметом рассмотрения настоящего требования и не влияют на обязанность ответчика 1 уплатить сумму долга. Отсутствие оплаты по договору цессии в установленный срок порождает право цедента требовать от цессионария исполнения соответствующей обязанности, но не влечет недействительности соглашения.

Доводы истца относительно экономической целесообразности такого соглашения для общества «Фенстер», с учетом того, что стоимость уступленного права требования в размере 500 рублей является несоразмерно низкой цене приобретенного права требования  в размере 3 595 000 рублей обоснованно не приняты во внимание судом первой инстанции, поскольку стороны заключили соглашение в соответствии со статьями 421, 423, 424 ГК РФ, действуя в своем праве и устанавливая согласованную цену.

Как следует из утверждения ответчика, соглашение было заключено с целью погашения задолженности истца перед ответчиком 1, возникшее в результате неоплаты по договору купли-продажи нежилых помещений от 30.01.2020, а именно задолженности в размере 3 500 000 рублей.

Данные обстоятельства апеллянтом не оспорены.

При этом, истец, ссылаясь на недействительность соглашения, доказательств оплаты по договору купли-продажи нежилых помещений от 30.01.2020 в материалы дела не представил.

Как верно отмечено судом первой инстанции, обстоятельства, связанные с неоплатой цессионарием приобретенного права требования или несоответствием цены права требования сумме уступленной задолженности, по общему правилу, не входят в предмет доказывания при разрешении спора о недействительности соглашения об уступке прав требования и могут являться юридически значимыми только в совокупности с иными обстоятельствами, свидетельствующими, например, в данном случае о том, что стороны сделки действовали согласованно, преследуя иную цель, нежели перевод прав требования к должнику с общества «Фенстер» к обществу «Компания «Шельф».

Стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В силу части 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается, а потому применительно к обстоятельствам рассматриваемого дела бремя предоставления доказательств того, что при заключении договора цессии ответчики, действуя недобросовестно, не имели намерения установить и исполнять соответствующие обязательства, относится на истца.

Однако доказательств, свидетельствующих о мнимости соглашения об уступке прав требования, равно как и о наличии на стороне ответчиков признаков недобросовестного поведения, истцом не представлено.

Напротив, содержание спорного соглашения и последующее поведение сторон свидетельствует о наличии у них намерения создать правовые последствия, соответствующие переходу прав от прежнего к новому кредитору, что исключает возможность признания соглашения мнимой сделкой.

Довод жалобы о том, что соглашение об уступке прав требований в силу статьи 389 ГК РФ подлежало государственной регистрации, поскольку заключено в отношении зарегистрированного договора купли-продажи нежилых зданий от 25.08.2020, судом апелляционной инстанции признается ошибочным, основным на неверном толковании норм права в силу следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 389 ГК РФ соглашение об уступке требования по сделке, требующей государственной регистрации, должно быть зарегистрировано в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", договор, на основании которого производится уступка по сделке, требующей государственной регистрации, должен быть зарегистрирован в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом. Такой договор, по общему правилу, считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации (пункт 2 статьи 389, пункт 3 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 433 ГК РФ договор, подлежащийгосударственной регистрации, считается для третьих лиц заключенным с момента егорегистрации, если иное не установлено законом.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" разъяснено, что по смыслу пункта 3 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношении третьих лиц договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом. В отсутствие государственной регистрации такой договор не влечет юридических последствий для третьих лиц, которые не знали и не должны были знать о его заключении. Момент заключения такого договора в отношении его сторон определяется по правилам пунктов 1 и 2 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, государственная регистрация договора имеет существенное значение в спорах между третьими лицами.

Так, несмотря на то, что соглашение об уступке прав требования от 04.11.2021, заключенное между истцом и ответчиками не было зарегистрировано, оно имеет юридическую силу и имеет значение для заключивших его сторон. В данном случае истец является стороной спорного договора, в связи с чем не вправе ссылаться на его недействительность.

Сделка, оформленная оспариваемым договором цессии, содержит все существенные условия, установленные для данного вида договора, является возмездной, содержит сведения об обязательстве, из которого возникло уступаемое право и не противоречит нормам параграфа 1 гл. 24 ГК РФ

Оснований для квалификации названного соглашения в качестве недействительного, исходя из имеющихся в настоящем деле доказательств, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований истца.

Доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции и не свидетельствуют о неправильном применении судом норм права.

Приведенным доводам судом первой инстанции дана надлежащая оценка, и они отклонены. Оснований для признания их обоснованными не усматривает и суд апелляционной инстанции.

Обжалуемое решение принято законно и обоснованно с правильным применением норм материального и процессуального права. Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания к отмене решения арбитражного суда первой инстанции отсутствуют.

При этом судом не допущено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта.

Апелляционная жалоба признается не подлежащей удовлетворению как основанная на неверном толковании норм действующего законодательства.

В данном случае заявитель жалобы не представил в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции; доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, не могут служить основанием для отмены решения суда первой инстанции.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что решение Арбитражного суда Республики Крым от 12.10.2023  на основании пункта 1 части 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцать первый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Крым от 12.10.2023 по делу № А83-20957/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Фенстер» - без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия  и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня его принятия в порядке, установленном статьей 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья      

 

Судьи 

              Ю.В. Колупаева 

 

              Н.И. Сикорская  

 

              И.В. Плотников