СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                               Дело № А27-16083/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 12 февраля 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 февраля 2019 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Кудряшевой Е.В.,

судей Иванова О.А., 

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2 с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 (№ 07АП-2558/2016 (7)) на определение от 17.10.2018 Арбитражного суда Кемеровской области  (судья Димина В.С.)  по делу № А27-16083/2015 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Разрез Новобачатский» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, город Белово) по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Разрез «Новобачатский», город Белово к обществу с ограниченной ответственностью «Гарант», город Новосибирск о признании сделки недействительной.

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО3: ФИО4 по доверенности от 05.09.2017,

от уполномоченного органа: ФИО5  по доверенности от 02.10.2018,

от ООО «Стандарт-Ойл»: Белугина Е.И. по доверенности от 01.01.2019,

УСТАНОВИЛ:

решением от 06.04.2016 Арбитражного суда Кемеровской области общество с ограниченной ответственностью «Разрез «Новобачатский» (далее - ООО «Разрез «Новобачатский», должник) признано банкротом, открыто конкурсное производство. Определением суда от 08.02.2017 (в полном объеме изготовлено 09.02.2017) конкурсным управляющим должником утвержден ФИО7.

Срок конкурсного производства в отношении должника неоднократно продлевался.

19.04.2017 конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой договора поручительства от 12.09.2014, заключенного между должником и ООО «Гарант» (ИНН 

<

***>). Заявление обосновано ссылками на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением суда от 23.05.2017 заявление принято к производству.

Определением суда от 03.08.2017 к участию в судебном заседании в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО8. 

Определением суда от 24.08.2017 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО ОФ «Чертинская» (ОГРН 

<

***>).

Определением от 18.10.2017 к участию в процессе по обособленному спору привлечен ФИО3, обратившийся в суд с заявлением о процессуальной замене ООО «Гарант». 

Определением от 29.11.2017 Арбитражного суда Кемеровской области, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2018, договор поручительства от 12.09.2014, заключенный между ООО «Разрез «Новобачатский», город Белово и ООО «Гарант», город Новосибирск признан недействительным. 

Постановлением от 11.07.2018 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа определение от 29.11.2017 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление от 22.03.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда отменены. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Определением от 17.10.2018 Арбитражного суда Кемеровской области (резолютивная часть объявлена 10.10.2018)  договор поручительства от 12.09.2014, заключенный между ООО «Разрез «Новобачатский», город Белово и ООО «Гарант», город Новосибирск (правопредшественником ИП ФИО3) признан недействительным, на индивидуального предпринимателя ФИО3(правопреемника ООО «Гарант») отнесены судебные расходы, связанные с рассмотрением заявленного требования.

С определением суда от 17.10.2018 не согласился ФИО3, в апелляционной жалобе просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления, ссылаясь на недоказанность обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает на рассмотрение заявления в отсутствие ответчика – ООО «ГАРАНТ». Полагает, что производство по заявлению подлежало прекращению в связи с его исключением из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ). По мнению заявителя, ФИО3 перешло лишь конкретное право требования – право требовать от должника задолженности по мировому соглашению от 14.12.2012, обеспеченное поручительством ООО «Разрез «Новобачатский», соответственно, он не является ответчиком по договору поручительства. Заявитель считает, что выводы суда первой инстанции о конечном бенефициаре не основаны ни на нормах права, ни на фактических обстоятельствах, поскольку ОАО «Белон» в дату заключения сделки, не имело отношения ни к ООО «Разрез «Новобачатский», ни к АО ОФ «Чертинская», ни к ООО «ГАРАНТ», а факт приобретения ФИО8 доли в юридическом лице (ООО «ГАРАНТ»), не делает ФИО9 номинальным собственником ООО «ГАРАНТ», таким образом, оспариваемая сделка не могла быть заключена в интересах указанных лиц. Заявитель полагает, что аффилированность ООО «ГАРАНТ» и ООО «Разрез «Новобачатский» не доказана, как и осуществление со стороны ООО «ГАРАНТ» контроля за процедурами банкротства входящих в группу лиц. Осуществление функций конкурсного управляющего одним и тем же арбитражным управляющим ФИО7, не свидетельствуют о какой-либо заинтересованности. Обстоятельства осведомленности  ООО «ГАРАНТ» о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника ничем не подтверждены. Целью заключения оспариваемого договора поручительства являлось обеспечение исполнения обязательств АО ОФ «Чертинская», а не ущемление прав кредиторов должника. Стороны при заключении оспариваемой сделки цели причинить вред имущественным правам кредиторов, не преследовали. 

Федеральная налоговая служба в лице межрайонной ИФНС России № 3 по Кемеровской области,  ООО «Стандарт - Ойл» представили в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзывы на апелляционную жалобу, в которых доводы апелляционной жалобы отклонили, считают судебный акт законным и обоснованным.

В судебном заседании представитель ФИО3 апелляционную жалобу поддержал по основаниям, изложенным в ней. Представители ООО «Стандарт - Ойл», ФНС России с апелляционной жалобой не согласились, поддержав доводы отзывов. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов, возражений на отзыв налогового органа, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Кемеровской области от 29.01.2013 по делу № А27-11467/2012 о банкротстве ЗАО ОФ «Чертинская» утверждено мировое соглашение от 14.12.2012, заключенное должником с кредиторами и прекращено производство по делу. 

На момент утверждения мирового соглашения в реестр требований кредиторов ЗАО ОФ «Чертинская» включены требования в сумме 213 229 422 рублей 90 копеек основного долга и 130 883 рублей 68 копеек штрафных санкций. Сумма основного долга сложилась из требований ФНС России в размере 6 014 691 рублей 19 копеек и требований ООО «ТД «СДН-Трейдинг» в размере 207345615,39 рублей Кроме того, за реестром учтены требования Администрации Беловского городского округа в размере 11 887 009 рублей 08 копеек. Размер требований кредиторов подтвержден определениями, вынесенными в деле № А27-11467/2012.

По условиям мирового соглашения задолженность по обязательным платежам погашается за 8 месяцев, начиная с первого месяца, после утверждения мирового соглашения. Задолженность перед конкурсными кредиторами погашается в течение 75 месяцев, начиная с девятого месяца после утверждения судом мирового соглашения.

Обязательства по мировому соглашению АО ОФ «Чертинская», как основным должником, исполнялись третьими лицами, в том числе: ООО «Кузнецкая строительная компания» (платежные поручения № 870 от 29.10.2013, № 955 от 06.12.2013, № 1065 от 30.12.2013, № 1141 от 30.01.2014, № 1267 от 28.02.2014, № 1298 от 26.03.2014, № 1344 от 29.04.2014, № 1460 от 30.05.2014, № 1580 от 23.06.2014, № 1746 от 30.07.2014, № 1820 от 29.08.2014, № 1918 от 30.09.2014) и обществом с ограниченной ответственностью «ТД СДН - Трейдинг» (платежные поручения № 445 от 30.10.2014, № 1411 от 28.11.2014, № 1670 от 30.12.2014, № 29.01.2015, № 651 от 24.03.2015, № 728 от 28.04.2015, № 772 от 29.05.2015, № 971 от 30.06.2015, № 1115 от 31.07.2015, № 1587 от 13.10.2015, № 1594 от 14.10.2015). Оплата осуществлялась на счет МУ «Комитет по земельным ресурсам и  муниципальному имущества города Белово» на основании писем АО ОФ «Чертинская». 

После утверждения мирового соглашения между ООО «Торговый дом «СДН -Трейдинг» (цедент) и ООО «Гарант» (цессионарий) 11.09.2014 заключен договор № СДН/ОФЧ/1-2014 об уступке права требования, в соответствии с которым цедент уступает, а цессионарий приобретает в полном объеме право требования долга, принадлежащее цеденту на основании мирового соглашения от 14.12.2012, утвержденного вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Кемеровской области от 29.01.2013 по делу № А27- 11467/2012. 

В связи с тем, что ЗАО ОФ «Чертинская» частично исполнило обязательства по мировому соглашению, размер уступаемых по договору цессии прав требования составил 187 963 504 рубля 58 копеек. Права требования приобретены ООО «Гарант» за 1 000 000 рублей. Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 20.05.2015 по делу № А27- 11467/2012 произведена замена кредитора.

На следующий день после заключения договора цессии, то есть 12.09.2014, с целью обеспечения исполнения ЗАО ОФ «Чертинская» обязательств по мировому соглашению был заключен договор поручительства между ООО «Гарант» (кредитор) и ООО «Разрез «Новобачатский» (поручитель). 

Кроме того, ООО «Гарант» заключило 11.09.2014 договор поручительства с ООО «КСК».

Полагая, что при совершении договора поручительства от 12.09.2014 стороны допустили злоупотребление правом, так как действовали недобросовестно в ущерб имущественным правам должника и кредиторов, а также имеются условия, необходимые для признания указанной сделки недействительной на основании пункт 2 статьи 61.2, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, исходил из того, что оспариваемая сделка имеет пороки, выходящие за указанные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве пределы дефектов подозрительной сделки, и является ничтожной.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор, считает, что выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, определенном Законом о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

На основании статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в абзаце четвертом пункта 4 постановления от 23.12.2010 № 63«О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», (далее - постановление от 23.12.2010 года № 63) наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Указанная норма предполагает недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода. Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить признаки злоупотребления правом не только со стороны поручителя, но и иной стороны сделки. 

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В целях применения Закона о банкротстве пунктом 1 статьи 19 данного закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

- лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;

- лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Кроме того, в соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; -лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056, по смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. 

Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Верховным Судом Российской Федерации также указано, что по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» доказывание заинтересованности подтверждением фактической аффилированности не исключается даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В соответствии с положениями статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на дату заключения договора поручительства (12.09.2014) учредителем ООО «КСК», единственным участником ООО «ТД «СДН Трейдинг», инвестировавшим с 2006 года деятельность АО ОФ «Чертинская», являлся ФИО10, а участником АО ОФ «Чертинская» с размером доли 75% являлось ООО «КСК», то есть, как правомерно указано судом первой инстанции, АО ОФ «Чертинская», ООО «КСК», ООО «ТД «СДН Трейдинг» являлись взаимозависимыми лицами по составу участников.

Участниками ООО «Разрез Новобачатский» являлись ЗАО «Горизонт» (33,3%) , ООО « Гермес НК» (33,3%), ООО «Формат» (33,3%). Изменение состава участников было вызвано прекращением участия ОАО «Белон» в уставном капитале должника.

Единственным участником ООО «Гарант» являлся ФИО9.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии признаков фактической аффилированности ООО «Гарант» и ООО «Разрез Новобачатский» исходя из следующих обстоятельств. 

На момент заключения оспариваемого договора АО ОФ «Чертинская», ООО «Гарант» (правопреемник ООО «ТД «СДН - Трейдинг»), ООО «Разрез Новобачатский» и ООО «Кузнецкая строительная компания» действовали согласовано и были связаны общими экономическими интересами, то есть, по смыслу вышеприведенных норм, входили в одну группу лиц.

Несмотря на то, что на момент заключения сделки единственным руководителем и участником ООО «Гарант» являлся ФИО9, очевидно, что он являлся номинальным руководителем общества, после создания этого общества единственным участником и руководителем ООО «Гарант» стала ФИО8, которая также являлась единственным участником и директором ООО «Кузнецкая строительная компания» (до этого единственным участником и директором был ФИО10, а также директором был ФИО11). Также ООО «Кузнецкая строительная компания» являлось акционером АО ОФ «Чертинская» - 75 % акций (другим акционером было ООО «ТД «СДН Трейдинг» - 25 % акций), а в деле о банкротстве АО ОФ «Чертинская» ФИО8 являлась представителем акционеров. Участниками ООО «Разрез «Новобачатский» с долями 33 % - ООО «Гермес НК» (единственный участник ФИО11), АО «Горизонт», ООО «Формат».

Согласно выписке из ЕГРЮЛ (т. 79, л.д. 17-18) ООО «Гарант» создано 20.08.2014, то есть меньше чем за месяц до заключения договора цессии, а также договоров поручительства с ООО «КСК» и ООО «Разрез «Новобачатский». На момент создания, что вполне закономерно, оно не было обременено какими – либо долговыми обязательствами. Однако приобрело существенный по объему актив – дебиторскую задолженность, обеспеченную поручительством.

Суд апелляционной инстанции дополнительно отмечает, что согласно бухгалтерскому балансу ООО «ГАРАНТ» (по данным ГМЦ РосСтат) находящемуся в открытых источниках в Информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (http://www.gks.ru/), следует, что на 31.12.2014 денежные средства и денежные эквиваленты общества на конец предыдущего года и конец отчетного года имели нулевое значение, финансовые активы общества (включая дебиторскую задолженность) составили 95 тыс.руб., кредиторская задолженность 69 тыс.руб., расходы обычной деятельности 42 тыс.руб., а чистая прибыль 26 тыс.руб. По состоянию на 31.12.2015 указанные показатели годовой отчетности не изменились, что свидетельствует об отсутствии сопоставимых сумм в составе дебиторской задолженности. Также не нашло своего отражения в бухгалтерских балансах за 2014 и 2015 годы наличие у общества собственных финансовых активов либо заемных обязательств в размере, позволяющим оплатить уступленное право. По состоянию на 31.12.2016, при увеличении финансовых активов до 15 548 тыс.руб. и кредиторской задолженности на конец отчетного года до 21 038 тыс.руб., убыток общества составил (-10 027 тыс.руб.). 

Анализ бухгалтерской отчетности ООО «ГАРАНТ» за 2014 и 2015 годы свидетельствует об отсутствии хозяйственной деятельности в указанный период, что также  подтверждает вывод суда первой инстанции о номинальной роли руководителя общества ФИО9 

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, 06.06.2016 внесена запись единственным учредителем и участником ООО «Гарант» (ОГРН 

<

***>) является ФИО8.

Одновременно ФИО8 является учредителем и участником кредитора должника - ООО «Кузнецкая строительная  компания» (ОГРН 

<

***>). В свою очередь руководитель ООО «Кузнецкая строительная компания» - ФИО11, является руководителем одного из учредителей должника - ООО «Гермес НК» (ОГРН 

<

***>), что подтверждается выписками из ЕГРЮЛ.

Вступившим в законную силу определением от 06.10.2017 Арбитражного суда Кемеровской области по  настоящему делу установлено нахождение должника, ООО «Гарант» (ОГРН 

<

***>)  и ФИО8 в одной группе лиц, что послужило основанием для отказа ФИО8 в процессуальном правопреемстве.

Довод заявителя апелляционной жалобы ФИО12, что целью заключения оспариваемого договора являлось обеспечение исполнения обязательств АО ОФ «Чертинская», а не ущемление прав кредиторов должника, ООО «Гарант» было уверено, что мировое соглашение будет исполнено, что у основного должника и поручителей достаточно имущества для погашения его требований, опровергается материалами дела.

Заявителем апелляционной жалобы не оспаривается, что ООО «Гарант» не получало исполнения ни от основного должника, ни от поручителей. 

Входящее в одну группу лиц с основным должником АО ОФ «Чертинская» - ООО «Разрез «Новобачатский» не могло не знать, что основной должник не исполнял и не исполняет свои обязательства с 2006 года.

Обстоятельства возникновения задолженности АО ОФ «Чертинская» установлены судебными актами, находящимися в открытом доступе, что также свидетельствует о том, что должник был осведомлён о финансовом состоянии АО ОФ «Чертинская». 

АО ОФ «Чертинская» принято решение о ликвидации - 13.07.2006 внесена запись в ЕГРЮЛ. На момент принятия первого заявления по делу № А27-11467/2012 о банкротстве АО ОФ «Чертинская» 23.05.2012, поданного ФНС России, общество находилось в стадии ликвидации.

Между ОАО «Белон» и АО ОФ «Чертинская», взаимозависимыми лицами (ОАО «Белон» с момента создания и до 01.07.2016 принадлежали 100 % акций ОАО ЦОФ «Беловская», в свою очередь ОАО ЦОФ «Беловская» принадлежали 100 % акций АО ОФ «Чертинская»), с 2006 года заключались договоры займа - они постоянно пролонгировались, до возврата старых займов, выдавались новые. Эти обстоятельства установлены определением от 01.10.2012 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27- 11467/2012 при рассмотрении заявления ООО  «Торговый Дом «СДН-Трейдинг», город Новосибирск о включении его требования в размере 207345615 рублей 39 коп. основного долга в третью очередь реестра требований кредиторов ЗАО Обогатительная фабрика «Чертинская».

Таким образом, АО ОФ «Чертинская» с 2006 года не могло рассчитываться по своим обязательствам, имущества достаточного для покрытия своих обязательств у АО ОФ «Чертинская» не было. Займы, выдаваемые этому должнику ОАО «Белон» носили корпоративный характер, денежные средства представляли собой докапитализацию общества. Тот факт, что заёмщик, являясь аффилированным лицом с должником, продолжал кредитовать общество, пролонгируя договоры займа, свидетельствуют о цели сохранения этой задолженности, которая в конечном итоге, была включена в мировое соглашение от 14.12.2012, утверждённое определением Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-11467/2012 от 29.01.2013.

После заключения мирового соглашения, платежи ФНС и Администрации Беловского городского округа по нему производись ООО «Кузнецкая строительная компания», ООО «ТД «СДН-Трейдинг», то есть основной должник АО ОФ «Чертинская» самостоятельно по мировому соглашению не рассчитывался.

Суд апелляционной инстанции соглашается с тем, что данные обстоятельства не могли не быть известны обществу «Разрез «Новобачатский», так как 100 % доли в уставном капитале ООО «Разрез «Новобачатский» с момента создания и до 14.12.2013 принадлежало ОАО «Белон» (том 79, л.д.141).

Таким образом, заключение оспариваемого договора поручительства в условиях, которые установлены судом, свидетельствует о том, что обычным (независимым) участникам рынка заключение такого договора не было доступно. 

Должник ООО «Разрез «Новобачатский» выдал поручение за юридическое лицо, которое на тот момент обладало признаками неплатежеспособности, которое не в состоянии было рассчитываться по своим долгам с 2006 года, в отношении которого предпринимались попытки ликвидации, в отношении которого возбуждалось дело о банкротстве.

В данном случае договор поручительства был использован не в соответствии с его социально-экономическими целями, принятыми в гражданском обороте. Оправданной экономической цели у должника и ООО «Гарант» при заключении оспариваемого договора не было. После принятия на себя обязанности солидарно отвечать по неисполняемому длительное время основным должником (АО ОФ «Чертинская») обязательству, ООО «Разрез «Новобачатский» перестало отвечать по собственным денежным обязательствам (перед кредитором ОАО «Ижица» не исполняло денежное обязательство в размере 1 205 466 рублей с 21.11.2014; перед кредитором ООО «Кузбасс Сервис Лубрикантс» - 1 137 724,22 рублей с 27.07.2014; перед кредитором ООО ЧОП «Ника» - 165 677,28 рублей с 09.12.2013; перед кредитором ООО «НК-Ресурс» - 4 734 699,90 рублей с 31.12.2014; перед кредитором ООО «Кузнецкая строительная компания» - 32 932 755,62 рублей с июля 2014 года; перед ФНС и ФСС РФ с января 2015 года и т.д.) меньше чем через год по заявлению ООО «Гарант» была возбуждена процедура банкротства ООО «Разрез «Новобачатский».

Следовательно, для хозяйственной деятельности ООО «Разрез «Новобачатский» не имело и могло иметь никакого значения восстановление АО «ОФ «Чертинская» платежеспособности, поскольку фактически платежеспособность данного лица не была восстановлена ни в первом деле о банкротстве, завершившемся заключением мирового соглашения, ни во втором деле, по которому была завершена процедура конкурсного производства. 

Довод апелляционной жалобы о том, что ОАО «Белон» в дату заключения сделки, не имело отношения ни к ООО «Разрез «Новобачатский», ни к АО ОФ «Чертинская», ни к ООО «ГАРАНТ», не свидетельствует об ошибочности выводов суда, поскольку не опровергают фактическую заинтересованность лиц.

Несогласие заявителя апелляционной жалобы с выводом суда первой инстанции о конечном бенефициаре противоречит установленным судом обстоятельствам. Экономически обоснованная и разумная цель приобретения ФИО8 100% доли в юридическом лице (ООО «ГАРАНТ»), не установлена и документально не подтверждена.

Вопреки доводам апелляционной жалобы обстоятельства осведомленности  ООО «ГАРАНТ» о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника нашли свое подтверждение.

Как следует из представленных в материалы дела судебных актов, размещенных в открытом доступе в сети Интернет в «Картотеке арбитражных дел», Арбитражным судом Кемеровской области 31.08.2015 по заявлению ООО «Гарант» возбуждено дело № А27-16083/2015 о банкротстве ООО «Разрез Новобачатский»; 13.11.2015 по заявлению АО ОФ «Чертинская» возбуждено новое дело о банкротстве - № А27-22061/2015; Арбитражным судом Новосибирской области по заявлению кредитора в отношении ООО «КСК» 29.12.2015 возбуждено дело о банкротстве № А45-27118/2015. В этих делах установлены требования ООО «Гарант» в размере 187 963 504,58 рубля.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, ООО «Гарант» стало вступать в дела о банкротстве этих обществ, имея контролирующую задолженность, позволяющую влиять на процедуру банкротства, только когда в отношении всех обществ, входящих в одну группу лиц – АО ОФ «Чертинская» (основной должник) и двух поручителей - ООО «Разрез «Новобачатский», ООО «Кузнецкая строительная компания» были инициированы процедуры банкротства.

Влияние ООО «Гарант»  на процедуру банкротства ООО «Разрез «Новобачатский», подтверждается тем, что, именно ООО «Гарант», обращаясь с заявлением о признании должника банкротом, первоначально представило кандидатуру временного управляющего должником ФИО7, однако отсутствие у него допуска к государственной тайне первоначально не позволило утвердить его кандидатуру. В дальнейшем на собрании кредиторов ООО «Разрез «Новобачатский» от 18.11.2016  он был выбран в качестве конкурсного управляющего, при этом более 50 % голосов на собрании принадлежали ООО «Гарант».

Определениями Арбитражного суда Кемеровской области от 29.01.2018, от 17.04.2018, были удовлетворены жалобы на бездействие ФИО7 , выразившееся в непринятии мер по взысканию дебиторской задолженности с участников должника и аффилированных с ним лиц - АО «Горизонт», ООО «Формат», ООО «Гермес-НК»; не оспаривании сделки, заключённой с аффилированным с должником лицом – ООО «Кузнецкая строительная компания», ФИО7 был отстранён от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

ФИО7 также осуществлял полномочия конкурсного управляющего в делах о банкротстве АО ОФ «Чертинская», ООО «Кузнецкая строительная компания».

Довод апелляционной жалобы о том, что осуществление функций конкурсного управляющего одним и тем же арбитражным управляющим ФИО7, не свидетельствуют о какой-либо заинтересованности, противоречит устанновленным обстоятельствам.

Суд первой инстанции, установив, что при заключении оспариваемой сделки стороны имели противоправные цели, что выражается в намерении предоставить кредитору возможность использовать полученные по сделке права в интересах отдельной группы лиц, тем самым нарушая баланс интересов с другими кредиторами должников-банкротов, в данном случае, кредиторов ООО «Разрез «Новобачатский», обоснованно пришел к выводу о ничтожности договора поручительства от 12.09.2014, признал договор поручительства, заключенный между ООО «Разрез «Новобачатский», город Белово и ООО «Гарант», город Новосибирск недействительным. 

Довод апелляционной жалобы о рассмотрении заявления в отсутствие ответчика – ООО «ГАРАНТ» противоречит материалам дела и установленным обстоятельствам.

Из материалов дела следует, что ООО «Гарант» было ликвидировано 10.11.2017 в связи с завершением процедуры конкурсного производства. Между тем, обществом «ГАРАНТ» и 10.01.2017 (первоначальный кредитор, цедент) и ИП ФИО3 (новый кредитор, цессионарий) был заключен договор уступки права требования, в соответствии с которым цедент передает цессионарию право требования от ООО «Разрез Новобачатский» (должник) исполнения обязанности по уплате денежных средств в сумме 187 963 504, 58 рублей АО Обогатительная фабрика «Чертинская» (основной должник) по мировому соглашению от 14.12.2012, солидарно с основным должником.

Данное требование возникло на основании договора поручительства от 12.09.2014, выданного должником за АО «Обогатительная фабрика «Чертинская» (пункт 1.2 договора). Право требования переходит к новому кредитору после исполнения им обязанности по оплате уступаемого права – в момент поступления первоначальному кредитору полной суммы оплаты, предусмотренной настоящим договором - в сумме 200 000 рублей (пункты 1.4, 3.1).

Определением от 23 января 2018 года удовлетворено заявление ИП ФИО3 о процессуальном правопреемстве, в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Разрез «Новобачатский», город Белово произведена замена конкурсного кредитора ООО «Гарант» город Новокузнецк с суммой требований 187 963 504,58 рубля долга его правопреемником ИП ФИО3 город Новосибирск. Определение вступило в законную силу.

Соответственно суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что у ИП ФИО3, как у правопреемника ООО «Гарант», сохраняется статус заинтересованного лица.

Довод апелляционной жалобы о том, что производство по заявлению подлежало прекращению, не основан на нормах права.

Кроме того, в силу пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной. Поскольку конкурсный управляющий, заявляя о недействительности сделки действует в защиту законных интересов кредиторов должника, ликвидация стороны по сделки не препятствуют рассмотрению поданного им заявления.

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не имеют правового значения, учитывая вышеприведенные обстоятельства, не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. 

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 17.10.2018 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-16083/2015 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3  - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской  области.

  Председательствующий Е.В. Кудряшева 

 Судьи О.А. Иванов

ФИО1