﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6754/18 

Екатеринбург

25 июля 2019 г.

Дело № А76-3528/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июля 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 июля 2019 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Оденцовой Ю.А., Пирской О.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Брюхина Вячеслава Михайловича (далее – ответчик) на определение Арбитражного суда Челябинской области от 18.02.2019 по делу № А76-3528/2015 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

Брюхин В.М. (лично), его представитель Киселев А.О. (доверенность      от 21.02.2019 серии 74 АА № 4342309);

конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Проспект и Ко» Карлов А.В.,

от конкурсного кредитора общества с ограниченной ответственностью «Развитие» – Выползов А.А. (доверенность от 23.05.2017).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 27.03.2015 возбуждено производство по делу о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Проспект и Ко» (далее – общество «Проспект и Ко», должник).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 09.11.2015 общество «Проспект и Ко» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден Карлов Александр Викторович.

В Арбитражный суд Челябинской области 12.01.2017 обратилось общество с ограниченной ответственностью ПФК «Окна Люкс» (далее – общество ПКФ «Окна Люкс») с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, в котором просило привлечь Уморина Андрея Сергеевича к субсидиарной ответственности в размере 42 574 770 руб.

Заявление было принято судом к производству определением от 20.02.2017.

28.11.2016 в Арбитражный суд Челябинской области обратился конкурсный управляющий обществом «Проспект и Ко» Карлов А.В. с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, в котором просил привлечь солидарно к субсидиарной ответственности Уморина А.С., Брюхина В.М., Олещенко Артема Валерьевича и взыскать с них сумму 42 575 373 руб. 58 коп. в пользу общества «Проспект и Ко».

Определением от 31.01.2017 заявление принято судом к производству.

Определением суда от 27.03.2017 производство по заявлению общества ПКФ «Окна Люкс» о привлечении к субсидиарной ответственности        Уморина А.С. и по заявлению конкурсного управляющего Карлова А.В о привлечении к субсидиарной ответственности Уморина А.С., Брюхина В.М., Олещенко А.В. объединены в одно производство.

Определением суда от 23.06.2017 произведено процессуальное правопреемство конкурсного кредитора общества ПКФ «Окна Люкс» на Христенко Дмитрия Юрьевича.

Конкурсный управляющий Карлов А.В. неоднократно уточнял заявленные требования, в окончательной редакции заявления он просил привлечь солидарно Уморина А.С., Брюхина В.М. и Олещенко А.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на сумму 44 221 405 руб. 18 коп.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 18.02.2019 (судья Воронов В.П.) заявление конкурсного управляющего Карлова А.В. и конкурсного кредитора Христенко Д.Ю. о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц удовлетворено частично, Уморин А.С. и Брюхин В.М. привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Проспект и Ко», с Уморина А.С. и Брюхина В.М. взыскано солидарно в пользу общества «Проспект и Ко» 44 221 405 руб. 18 коп., в удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2019 (судьи Калина И.В., Забутырина Л.В., Хоронеко М.Н.) определение Арбитражного суда Челябинской области оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Брюхин В.М. просит судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель жалобы указывает, что вывод о том, что Брюхин В.М. являлся лицом, непосредственно контролировавшим должника и отдававшим распоряжения финансового характера на совершение сделок с имуществом должника, не соответствует обстоятельствам дела и основан на недопустимых доказательствах. Совершение ответчиком сделок в пользу участника либо его родственников задолго до наступления фактической неплатежеспособности не свидетельствует о вовлечении Брюхина В.М. в текущую хозяйственную деятельность и дачи им распоряжений хозяйственного и финансового характера. 

Заявитель также не согласен с выводом судов об осуществлении им контроля за деятельностью должника через Уморина А.С., который являлся заместителем Брюхина В.М. в открытом акционерном обществе СК «Челябгражданстрой», ссылаясь на то, что управленческие решения в отношении должника принимал руководитель Уморин А.С.

Кроме того, заявитель жалобы указывает на отсутствие доказательств того, что денежные средства должника перечислялись на расчетные счета «фирм-однодневок» в целях их последующего обналичивания, без совершения реальных хозяйственных операций, совершались по указанию Брюхина В.М., а также того, что полученные обналиченные средства Уморин А.С. передавал Брюхину В.М., который распоряжался ими по своему усмотрению. 

Заявитель жалобы полагает, что судами применены нормы статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции, не подлежащей применению; необходимо было применять нормы Закона о банкротстве, пункта 2 статьи 15, абзаца 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в редакции, действовавшей на момент совершения сделок.

Заявитель жалобы также указывает на неприменение судами разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), в частности, пунктов 1 и 2 об исключительности механизма привлечения к субсидиарной ответственности, пункта 4 о необходимости учета контроля привлекаемого к ответственности лица за деятельностью должника, пункта 16 о необходимости установления причинно-следственной связи между действиями контролирующего должник лица и фактически наступившим объективным банкротством, пункта 20 о необходимости установления существенного негативного влияния контролирующего лица на деятельность должника, пункта 23 о необходимости установления значимости сделок, причинивших вред кредиторам, и их существенной убыточности. 

В части привлечения к субсидиарной ответственности Уморина А.С. и отказа в удовлетворении заявления в части Олещенко А.В. судебные акты не обжалуются, в кассационном порядке не проверяются.

Законность обжалуемых судебных актов в части привлечения        Брюхина В.М. к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Проспект и Ко» проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –      АПК РФ), в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе.

Судами установлено и следует из материалов дела, что общество «Проспект и Ко» создано 31.08.2000, поставлено на налоговый учет в Инспекцию Федеральной налоговой службы по Центральному району                г. Челябинска.

Единственным участником общества «Проспект и Ко» с момента создания до 10.02.2015 являлся Брюхин В.М., с 10.02.2015 по 24.03.2015 – Олещенко А.В., а с 24.03.2015 – Уморин А.С.

Директором должника в период с 01.09.2009 до введения процедуры конкурсного производства являлся Уморин А.С.

Ссылаясь на то обстоятельство, что Умориным А.С. были представлены документы бухгалтерского учета и отчетности, содержащие недостоверную информацию в части размера дебиторской задолженности, размера запасов, учредителями Брюхиным В.М., Олещенко А.В. совершались сделки по выводу активов на аффилированное Брюхину В.М. юридическое лицо – общество с ограниченной ответственностью «Проспект» (далее – общество «Проспект»), а также сделки, направленные на причинение вреда обществу и кредиторам должника, конкурсный управляющий Карлов А.В. и конкурсный кредитор Христенко Д.Ю. обратились с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Удовлетворяя заявленные к Уморину А.С. и Брюхину В.М. требования, суд первой инстанции руководствовался совокупностью и взаимосвязью представленных в материалы дела доказательств, из которых следует, что ответчиками Умориным А.С. и Брюхиным В.М. совместно и в едином интересе совершались действия по выводу имущества из общества, совершались сделки, направленные на причинение вреда обществу и кредиторам должника, а также искажение бухгалтерской отчетности предприятия, что в совокупности не позволило конкурсному управляющему в процедуре конкурсного производства пополнить конкурсную массу должника и рассчитаться со всеми кредиторами.

Отказывая в удовлетворении требований к Олещенко А.В., суд первой инстанции исходил из того, что данный ответчик фактически не являлся лицом, контролирующим должника, был участником непродолжительное время и не совершал никаких хозяйственных операций или управленческих действий.

Суд апелляционной инстанции, пересмотрев спор в порядке апелляционного производства, оснований для отмены определения суда первой инстанции не усмотрел.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 АПК РФ, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ, и потому для привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в действиях ответчиков противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ), положения Закона о банкротстве о материально-правовых основаниях субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц применяются к таким отношениям, в которых обстоятельства, являющиеся основаниями для субсидиарной ответственности, имели место после дня вступления в силу закона, которым они признаны таковыми.

В соответствии с абзацем 1 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ, действовавшей до 30.06.2013), контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, при наличии причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Данные положения внесены в статью 10 Закона о банкротстве Законом  № 134-ФЗ, вступившим в силу 30.06.2013.

Суд апелляционной инстанции при разрешении спора исходил из того, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности было подано в арбитражный суд конкурсным управляющим 28.11.2016, кредитором 12.01.2017 и вменяемые привлекаемым к субсидиарной ответственности лицам нарушения имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, поэтому к спорным правоотношениям применены положения статья 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

Как разъяснено в пункте 22 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Таким образом, необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном наличии вины ответчика в банкротстве должника.

Наличие причинной связи между обязательными указаниями, действиями названных лиц и фактом банкротства должника с учетом распределения бремени доказывания, установленного в статье 65 АПК РФ, подлежит доказыванию лицом, обратившимся с требованиями в суд.

Несостоятельность (банкротство) должника считается вызванной действиями (бездействием) его учредителем или других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, только в случае, если они использовали указанные право и (или) возможность в целях совершения предприятием действия, заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) общества.

В соответствии с абзацем тридцать первым статьи 2 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо – это лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью).

Судами установлено, что Брюхин В.М. являлся единственным участником общества «Проспект и Ко» с момента создания до 10.02.2015; также ответчик являлся заместителем генерального директора общества «Проспект и Ко» в соответствии с трудовым договором от 14.01.2009, в компетенцию ответчика входило решение организационных вопросов по организации работы предприятия. 

Суды также установили, что между должником и Брюхиной Владой Вячеславовной, являющейся дочерью ответчика, заключены договоры купли-продажи транспортных средств, в том числе договор от 05.02.2009, согласно которому должником был приобретен автомобиль ХАММЕР Н2, 2007 года выпуска, по цене 2 500 000 руб., а также договор от 26.08.2013, согласно которому должником был приобретен автомобиль БМВ 750LI, 2008 года выпуска, по цене 3 800 000 руб.; при этом рыночная стоимость автомобилей на момент их приобретения должником, определенная на основании справок независимого оценщика, составила 1 789 000 руб. для ХАММЕР Н2 и   1 267 000 руб. для БМВ 750LI. 

Кроме того, между Брюхиным В.М. и обществом «Проспект и Ко» был заключен договор купли-продажи от 03.11.2011 в отношении нежилых помещений № 3 площадью 152,1 кв. м, № 4, площадью 149 кв. м, № 5 площадью 152,1 кв. м и № 6 площадью 142,2 кв. м, расположенных в доме № 8 квартала 1 по ул. Шагольской в г. Челябинске, общей стоимостью 16 075 800 руб.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств настоящего обособленного спора, принимая во внимание, что до 10.02.2015        Брюхин В.М. являлся единственным участником общества «Проспект и К», одновременно занимал пост заместителя директора и являлся в то же время генеральным директором общества СК «Челябгражданстрой», в котором  Уморин А.С. занимал должность его заместителя, то есть ответчик имел возможность оказывать влияние на принимаемые Умориным А.С. решения; Брюхин В.М., пользуясь своими корпоративными правами, полностью контролировал хозяйственную деятельность должника, в том числе посредством личного участия в совершаемых должником гражданско-правовых сделках, отдавал распоряжения хозяйственного и финансового характера на совершение сделок с имуществом должника и проведения хозяйственных операций, при этом сделки с транспортными средствами были совершены с дочерью Брюхина В.М. Брюхиной В.В., по заведомо завышенной стоимости, а сделка с недвижимостью совершена в личных интересах Брюхина В.М., при этом реальная оплата переданной недвижимости в сумме 16 млн. руб. не была осуществлена, то есть сделки были совершены в интересах Брюхина В.М. без получения какой-либо выгоды для должника; в отсутствие доказательств того, что реальный корпоративный контроль за предприятием был им утрачен, суды пришли к выводу, что Брюхин В.М. являлся лицом, непосредственно контролирующим должника.

Установив, что в период с 2012 года по 2014 год должник перечислял денежные средства в пользу различных хозяйственных обществ, в частности в пользу общества с ограниченной ответственностью «Корпорация жилищного строительства» было перечислено 15 836 600 руб.; в пользу общества с ограниченной ответственностью «Профигрупп» перечислено                  4 110 696 руб. 80 коп.; в пользу общества с ограниченной ответственностью «Стройметсервис» перечислено 2 140 982 руб. 03 коп.; в пользу общества с ограниченной ответственностью «Техно-Пром» перечислено 3 250 000 руб.; в пользу общества с ограниченной ответственностью «Титан» перечислено 1 090 500 руб.; в пользу общества с ограниченной ответственностью «УралСтройСервис» перечислено 9 694 800 руб.; в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЮТСК» перечислено 2 252 915 руб. 06 коп., согласно сведениям налогового органа данные юридические лица не вели хозяйственной деятельности, не имели имущества, обладали признаками организаций-«однодневок», а приговором Центрального районного суда г. Челябинска от 04.08.2014 по делу № 1-20/2014 было установлено использование расчетного счета общества «Титан» в схеме незаконной банковской деятельности в период до 2012 года; в ходе налоговой проверки в отношении должника налоговым органом были исследованы отношения между должником и обществом «Проспект», в котором учредителем являлся Брюхин В.М. с долей в размере 70%, а директором являлся Орлов А.Л., одновременно также являвшийся заместителем директора в обществе «Проспект и Ко», схема передачи денежных средств от физических лиц - дольщиков по квартирам, построенным должником и иными предприятиями, и отражение в данной схеме общества «НоваСтрой», как лица, выполнявшего подрядные работы для должника, установлено, что работы, описанные в представленных документах обществом «НоваСтрой», реально не выполнялись, должник необоснованно в 4 квартале 2011 года включил в состав налоговых вычетов вычет по НДС, была установлена схема движения денежных средств, по которой общество «Проспект и Ко» перечисляло денежные средства обществу «НоваСтрой» за выполненные работы, которое, в свою очередь, перечисляло средства за материалы «фирмам-однодневкам»: обществам «Форсаж», «ПромМеталл», «Лидер», «Новосталь», «Прана», а также обществу «Проспект», принимая во внимание пояснения Уморина А.С. о передаче денежных средств, перечисленных через фирмы-однодневки, Брюхину В.М. без оформления каких-либо документов; исследовав бухгалтерский баланс общества «Проспект и Ко» за 2014 год и установив наличие убытка в сумме 23 110 тыс. руб., который увеличился по сравнению с убытками предыдущего года (744 тыс. руб.), суды пришли к выводу о совершении ответчиками Умориным А.С. и Брюхиным В.М. совместно и в едином интересе действий по выводу имущества из общества «Проспект и Ко», совершении сделок, направленных на причинение вреда обществу и кредиторам, искажении бухгалтерской отчетности, что в совокупности не позволило конкурсному управляющему пополнить конкурсную массу должника и рассчитаться с кредиторами, общий размер задолженности перед которыми составил 44 21 405 руб. 18 коп. 

Доказательств, свидетельствующих о том, что неспособность должника удовлетворить требования кредиторов при наличии активов по документам бухгалтерского учета возникла вследствие иных причин, в том числе из-за внешних факторов, в материалы дела не представлено. 

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что Брюхин В.М. не являлся контролирующим должника лицом, совершенные им сделки не находятся в причинно-следственной связи с банкротством общества «Проспект и Ко», в связи с чем он не может нести ответственность по обязательствам должника, судом округа рассмотрен и отклонен.

В силу статьи 10 Закона о банкротстве субъектами субсидиарной ответственности являются учредители (участники), руководители, а также иные лица, имевшие право давать обязательные для должника указания или возможность иным образом определять его действия; соответственно, закон презюмирует наличие у участника общества с ограниченной ответственностью статуса контролирующего лица.

В соответствии с абзацами 1 и 2 пункта 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации. Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица. Из системного толкования абзаца второго пункта 3 статьи 56 ГК РФ, пункта 3 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

В пункте 16 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Будучи единственным участником общества «Проспект и Ко», именно Брюхин В.М. был наделен обширными корпоративными полномочиями, в том числе по образованию исполнительных органов общества и досрочному прекращению их полномочий, при этом в указанном статусе должен был действовать с такой степенью заботливости и осмотрительности, которая бы позволяла при обычном хозяйственном обороте исключить возникновение неблагоприятных последствий для должника, не допустить заключение сомнительных сделок, в том числе с заинтересованными ему лицами, в связи с чем действия по передаче полномочий руководителя Уморину А.С., на принятие которым решений ответчик оказывал влияние, что было установлено судами, с сохранением должности заместителя директора общества «Проспект и Ко», опосредованное участие в сделках, направленных на вывод имущества должника в совокупности повлекли банкротство общества и невозможность удовлетворения требований кредиторов; такое поведение нельзя признать добросовестным и разумным. 

Помимо статуса участника общества как обстоятельства, обусловливающего контроль за деятельностью должника, суды оценили и фактические влияние Брюхина В.М. на хозяйственную деятельность должника, установив совершение сделок по приобретению должником транспортных средств и отчуждению недвижимого имущества в интересах ответчика либо его близкого родственника на невыгодных для должника условиях, без встречного исполнения (оплаты), и пришли к выводу о том, что Брюхин В.М. оказывал такое влияние на финансово-хозяйственную деятельность общества «Проспект и Ко», отдавая распоряжения на осуществление должником хозяйственных операций, заключение им гражданско-правовых сделок. Обстоятельств, связанных с утратой реального корпоративного контроля за предприятием, судами не установлено.

Довод заявителя жалобы о том, что судами применены нормы статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, не подлежащей применению, судом округа отклоняется, поскольку не свидетельствует о неправильности решения, принятого данными судами по существу обособленного спора. 

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 56 ГК РФ, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам. Аналогичные нормы содержались в статье 10 Закона о банкротстве.

По смыслу правовой позиции пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 22 совместного Постановления от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», для привлечения к названной субсидиарной ответственности необходимо установить совокупность таких обстоятельств как: наличие у привлекаемого лица права давать обязательные для должника указания либо возможности иным образом определять его действия; использование такого права или такой возможности; наличие причинно-следственной связи между указаниями (действиями), данными (совершенными) в отношении должника, и несостоятельностью последнего; недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами.

Применительно к обстоятельствам данного обособленного спора судами установлена совокупность условий, определяющих виновные действия ответчика и являющихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе причинно-следственная связь между установленными совместными действиями Уморина А.С. и Брюхина В.М. по выводу имущества из общества «Проспект и Ко», совершению сделок, направленных на причинение вреда обществу и кредиторам, которые привели к неплатежеспособности должника.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 18.02.2019 по делу № А76-3528/2015 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Брюхина Вячеслава Михайловича – без удовлетворения.

Отменить приостановление определения Арбитражного суда Челябинской области от 18.02.2019 по делу № А76-3528/2015 и постановления Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2019 по тому же делу, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 03.06.2019.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий						           Ю.В. Кудинова 

Судьи						           Ю.А. Оденцова 

	                                                                                                 О.Н. Пирская