Дело № А11-2614/2022

город Владимир

15 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 июля 2024 года.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Кузьминой С.Г., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания Завьяловой А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу                 ФИО1 

на определение Арбитражного суда Владимирской области от 19.04.2024 по делу                № А11-2614/2022, принятое по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании соглашения об отступном от 10.10.2017, заключенного между ФИО1 и ФИО3, недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки,

 

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, 

 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО1 в Арбитражный суд Владимирской области обратился финансовый управляющий должника ФИО2 (далее – финансовый управляющий) с заявлением о признании соглашения об отступном      от 10.10.2017, заключенного между должником и ФИО3, недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки. 

Арбитражный суд Владимирской области определением 19.04.2024 заявление финансового управляющего удовлетворил; признал недействительным соглашение об отступном от 10.10.2017, заключенное между должником и гражданкой ФИО3; применил последствия недействительности сделки, обязав гражданку ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника земельный участок с кадастровым номером: 52:24:0020003:1344, общей площадью 1500 кв.м., расположенный по адресу: Нижегородская область, Богородский район, юго-западнее д. Оринкино, восточнее садоводческих товариществ «Ивушка» и «Удача»; взыскал с гражданки ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, положения статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Закон о банкротстве) не применимы к рассматриваемому спору, поскольку сделка совершена за пределами, установленного названной статьей срока.

Кроме того, заявитель апелляционной жалобы ссылается на отсутствие  оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве. Свою позицию мотивирует отсутствием у должника признаков неплатежеспособности на дату сделки, а также недоказанностью причинения вреда кредиторам оспариваемой сделкой, поскольку в результате ее совершения размер имущества должника не уменьшился ввиду предоставления кредитором должнику заемных денежных средств, которые потрачены должником на личные цели. При этом у ФИО3 имелась финансовая возможность выдать займ. 

Заявитель апелляционной жалобы также указывает на недоказанность нарушения прав кредитора оспариваемой сделкой, а также недоказанность  выдачи должнику кредитных средств по договору от 03.09.2018 № 3594. При этом финансовым управляющим не представлены доказательства связи между кредитными средствами по договору от 03.09.2018 № 3594 и средствами на приобретение земельного участка, приобретенного в 2015 году, а также доказательства фактической передачи кредитных средств ФИО1 Полагает, что наличие  задолженности в размере 28 370 159 руб. 05 коп. не означает доказанность факта причинения, а в условиях недоказанности вреда данная задолженность имеет признаки неосновательного обогащения.

С точки зрения заявителя апелляционной жалобы, в действиях Банка и финансового управляющего имеются признаки злоупотребления правом.

Кроме того, заявитель апелляционной жалобы считает, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания оспариваемого соглашения об отступном от 10.10.2017 на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку заявленные финансовым управляющим основания, не выходили за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе ФИО1 и дополнении к ней.

Финансовый управляющий в отзыве указал на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Публичное акционерное общество Нижегородский коммерческий банк «Радиотехбанк» в отзыве указало на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просило оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, отзыв на апелляционную жалобу не представили, явку полномочных представителей не обеспечили.

Апелляционная жалоба рассмотрены в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционных жалоб, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО1 принадлежал на праве собственности  земельный участок, кадастровый номер 52:24:0020003:1344, вид разрешенного использования – для дачного строительства, площадь – 1500+/- 27 кв.м, адрес: Нижегородская область, Богородский р-н, юго-западнее д. Оринкино, восточнее садоводческих товариществ «Ивушка» и «Удача». 

Между ФИО3 и должником заключено соглашение об отступном               от 10.10.2017, в соответствии с которым ФИО1 передал, а ФИО3 приняла в собственность земельный участок, общая площадь – 1500 кв.м, кадастровый номер 52:24:0020003:1344, адрес: Нижегородская область, Богородский район, юго-западнее д. Оринкино, восточнее садоводческих товариществ «Ивушка» и «Удача». 

Из указанного соглашения следует, что между ФИО3 и                   ФИО1 заключен договор займа от 08.07.2017, согласно которому кредитор передал должнику денежную сумму в размере 1 500 000 руб. сроком на два месяца до 08.09.2017 с уплатой должником процентов кредитору в размере               12 процентов годовых (15 000 руб. в месяц), сумма займа в полном размере передана должнику 08.07.2017 по расписке. 

Право собственности на упомянутый земельный участок зарегистрировано за ФИО3 23.10.2020.

Решением от 02.02.2023 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества; финансовым управляющим должника утвержден ФИО2

Предметом рассматриваемого заявления является требование                                 о признании соглашения об отступном от 10.10.2017 недействительной сделкой на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и применении последствий недействительности сделки.

В силу пункта 1 статьи 61.1  Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Правила главы III.1 Закона о банкротстве об оспаривании сделок должника могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации (пункт 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – 

Постановление

 № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут в частности оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Поскольку конечной целью оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). При этом перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации.

Для соотнесения даты совершения сделки, переход права, на основании которой подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721(4)).

Исполнением оспариваемого соглашения об отступном от 10.10.2017 является передача земельного участка в собственность ФИО3, при этом моментом перехода права собственности считается момент регистрации права собственности за приобретателем (части 1 и 2 статьи 8.1, часть 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В рассмотренном случае оспариваемое соглашение об отступном заключено 10.10.2017, однако переход права от должника зарегистрирован 23.10.2020, в связи с чем суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оспариваемая сделка попадает в трехлетний период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (поскольку дело о банкротстве возбуждено 17.03.2022, а регистрация права произведена 23.10.2020).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пунктах 5 и 6 Постановления № 63  разъяснено, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, если сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного Федерального закона), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Таким образом, существо подозрительной сделки сводится к правонарушению, заключающемуся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Наличие специальных оснований для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по смыслу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 Постановления № 63).

Вместе с тем для применения данных статей необходимо наличие обстоятельств, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; иной подход приводит к тому, что содержание названной специальной нормы потеряет смысл ввиду его полного поглощения содержанием норм Гражданского кодекса Российской Федерации о злоупотреблении правом.

Конструкция сделок с недвижимостью по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации, в связи с чем с целью оспаривания сделки, причинившей вред имущественным правам третьих лиц, следует принимать дату государственной регистрации перехода права.

Судом обоснованно установлено и не противоречит материалам дела, что на дату совершения спорной сделки (с учетом даты государственной регистрации перехода права собственности) должник отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку у него имелись неисполненные обязательства перед Банком, которые в последующем были включены в реестр требований кредиторов должника. 

Как видно из материалов настоящего обособленного спора, ФИО3 является сестрой супруги должника, следовательно, в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве является заинтересованным по отношению к должнику лицом.

Соответственно, именно ФИО3, как другая сторона сделки и заинтересованное по отношению к должнику лицо, должна представить доказательства, опровергающие презумпцию своей осведомленности о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ФИО3  не представила в материалы дела доказательств, опровергающих презумпцию своей осведомленности о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов. 

Таким образом, ФИО3, являясь заинтересованным лицом, не могла не знать о финансовом положении должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации  договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным.

Согласно пунктам I и III оспариваемого соглашения, между ФИО1 (должником) и ФИО3 (кредитором) 08.07.2017 заключен договор займа,                      по условиям которого кредитор передал должнику денежную сумму в размере 1 500 000 руб. сроком на два месяца до 08.09.2017 с уплатой должником процентов кредитору в размере 12 процентов годовых (15 000 руб. в месяц). Сумма займа в полном размере была передана должнику 08.07.2017 по расписке, изложенной в тексте договора.

По соглашению сторон стоимость недвижимого имущества оценивается в размере 1 650 000 руб., которой будет погашаться сумма займа в размере                 1 500 000 руб., сумма процентов за пользование заемными средствами в размере 90 000 руб. за период с 08.07.2017 по 09.10.2017, а также возмещение расходов кредитора по государственной регистрации перехода права собственности на данное имущество.

Между тем, вопреки требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлено надлежащих и бесспорных доказательств наличия между должником и ФИО3 заемных правоотношений, равно как не представлено отдельного договора займа от 08.07.2017, условия которого прописаны в отдельном документе, а не в тексте договора об отступном, а также доказательств передачи ответчиком денежных средств должнику по указанному договору займа, наличия у ФИО3 финансовой возможности выдать займ именно на 08.07.2017, расходование денежных средств должником.

При этом, согласно письму ФНС России от 09.02.2024 доход ФИО3 в 2010 году составил 480 921 руб., в 2011 году 12 995 руб., в 2012 году 8969 руб., в 2013 году 371 978 руб., в 2014 году 15 875 руб., в 2015 году 13 500 руб., в 2016 году 5400 руб.; сведениями о доходах ФИО3 в 2017 году налоговой орган не располагает.

Представленные ФИО3 справки о полученном в период с 2010 по 2017 годы пожизненном содержании, справка Липецкого областного союза организаций профсоюзов «Федерация профсоюзов Липецкой области» о размере полученной в период с 01.01.2009 по 31.12.2013 заработной плате, с учетом установленного в указанный период размера прожиточного минимума в Липецкой области, не подтверждают бесспорно наличие у ФИО3 в 2017 году свободных денежных средств в размере 1 500 000 руб. для передачи их в займ должнику.

В материалы дела также не представлено доказательств аккумулирования денежных средств, полученных ФИО3 в период с 2010 по 2017 годы в качестве пожизненного содержания, на счете в банке,  позволяющих определить наличие у ответчика на дату сделки денежных средств в размере 1 500 000 руб.

Таким образом, в результате совершения оспариваемой сделки из собственности должника выбыло ликвидное имущество в отсутствие какого-либо встречного предоставления со стороны ФИО3

Оценив по правилам статей 64, 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, принимая во внимание, что в результате заключения оспариваемого соглашения об отступном из состава имущества должника выбыло ликвидное имущество в отсутствие встречного представления, что повлекло за собой уменьшение конкурсной массы должника и утрату кредиторами должника возможности погашения своих требований за счет данного имущества, в результате чего был причинен вред имущественным правам кредиторов должника, в связи  с чем имеются основания квалифицировать спорную сделку как недействительной по статье 61.2 Закона о банкротстве. 

Указанные выводы суда первой инстанции согласуются с представленными в дело доказательствами и признаются судом апелляционной инстанции правомерными. 

Следовательно, вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, оспариваемая сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, при этом ФИО3 была осведомлена о результате совершения оспоренной сделки и преследовала цель получения имущества, нарушая права иных кредиторов. 

Доводы жалобы об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества на момент совершения оспариваемого соглашения опровергается представленными в дело доказательствами и установленными судом обстоятельствами.

Кроме того, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях. В данном конкретном случае передача ликвидного недвижимого имущества заинтересованному лицу в отсутствие доказательств встречного предоставления со стороны ФИО3 (не доказано наличие заемных правоотношений, в счет исполнения которых совершена сделка), свидетельствует о наличии у участников сделки цели причинения вреда кредиторам посредством вывода активов должника (определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4)).

Вопреки позиции заявителя жалобы, материалы дела не содержат надлежащих и бесспорных доказательств оплаты по оспариваемому договору.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что должник, заключив оспариваемое соглашение с аффилированным по отношению к нему ответчиком, фактически вывел недвижимое имущество с целью избежания обращения на него взыскания в настоящей процедуре банкротства и причинения вреда имущественным интересам кредиторов. Сделка по такому отчуждению имущества, верно, признана судом первой инстанции недействительной исходя из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, принимая во внимание, что пороки сделки, на которые ссылался финансовый управляющий, безвозмездная передача имущества аффилированному лицу с целью недопущения обращения взыскания на спорное имущество должника и причинения вреда имущественным правам кредиторов в полной мере укладывались в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащего применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в предверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии у суда первой инстанции оснований для применения к спорным отношениям статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации.

Однако указанный вывод не привел к принятию неправильного судебного акта.

Доводы заявителя апелляционной жалобы  о недоказанности выдачи должнику кредитных средств по договору от 03.09.2018 № 3594 отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку правоотношения должника и Банка по вопросу выдачи кредита не являются предметом настоящего спора, в связи с чем не подлежат оценке судом апелляционной инстанции. При этом, суд апелляционной инстанции учитывает, что обязательства должника перед Банком по кредитному договору 03.09.2018 № 3594 подтверждены вступившими в законную силу определением Арбитражного суда Нижегородской области от 18.09.2020 по делу                      № А43-6209/2019, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2020 по делу № А43-6209/2019 и решением Автозаводского районного суда города Нижний Новгород от 06.10.2021 по делу № 2-64/2021, оставленным без изменения апелляционным определением Нижегородского областного суда от 15.03.2022 и кассационным определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 11.08.2022, а также установлены в реестре требований кредиторов должника определением                            от 20.07.2022 по настоящему делу о банкротстве, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 28.11.2022.

Ссылка ФИО1 на злоупотребление правом со стороны финансового управляющего и Банка не нашла своего подтверждения, в связи с чем отклоняется судом апелляционной инстанции. В рассматриваемом случае финансовый управляющий, предъявив настоящие требования, исполняет установленные Законом о банкротстве обязанность по оспариванию сделок и формированию конкурсной массы.

Иные доводы апелляционной жалобы рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются неправомерными по изложенным мотивам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Общим последствием недействительности сделок, предусмотренным в пункте 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, является возврат другой стороне всего полученного по сделке.

Как указано в пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником и изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительности сделки в виде обязания гражданки ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника земельный участок с кадастровым номером: 52:24:0020003:1344, общей площадью 1500 кв.м, расположенный по адресу: Нижегородская область, Богородский район, юго-западнее д. Оринкино, восточнее садоводческих товариществ «Ивушка» и «Удача».

Суд апелляционной инстанции полагает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом нижестоящей инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц. Несогласие с оценкой, данной судами фактическим обстоятельствам и представленным в материалы дела доказательствам, не свидетельствует о нарушении судами норм права. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, судом апелляционной инстанции не установлено.

Доводы заявителя жалобы, повторяют доводы, изложенные в суде первой инстанции, которым дана надлежащая правовая оценка. Заявленные доводы рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются неправомерными по изложенным мотивам.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Владимирской области от 19.04.2024 по делу                № А11-2614/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Владимирской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий судья

 

О.А. Волгина

 

Судьи

 

С.Г. Кузьмина

 

Д.В. Сарри