СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск                                                                               Дело № А67-10012/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 июля 2024 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего                                  Фроловой Н.Н., 

судей                                                                  Логачева К.Д., 

                                                                            Сбитнева А.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Журавовой П.А., с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (№07АП-8862/23(6)) на определение от 30.05.2024 Арбитражного суда Томской области по делу № А67-10012/2022 (судья А.С. Миклашевич) о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН 

<

***>) по заявлению финансового ФИО3 о признании сделки недействительной.

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО1: ФИО4 по доверенности  от 09.07.2024; 

от финансового управляющего имуществом должника: ФИО5 по доверенности от 07.08.2023; 

от ФИО6: ФИО7 по доверенности от 22.11.2023;  

от ФИО2: ФИО7 по доверенности от 19.09.2023.

от иных лиц: не явились (извещены),

УСТАНОВИЛ:

17.11.2022 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО2.

Решением Арбитражного суда Томской области от 05.07.2023 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО3.

10.07.2023 от финансового управляющего поступило заявление об оспаривании сделки должника, в соответствии с которым просил:

1) признать недействительной сделку - договор купли-продажи от 23.12.2019, заключенный между ФИО6 (продавец) и ФИО1 (покупатель);

2) применить последствия недействительности сделки в виде возврата в состав общего совместного имущества супругов (ФИО2 и ФИО6):

- жилого здания общей площадью 564,7 кв. м, кадастровый номер 70:21:0200038:1612, расположенного по адресу: г. Томск, 

<

...>;

- земельного участка категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения дачного хозяйства, общая площадь 1518 +/- 14 кв.м, кадастровый номер 70:21:0200038:608, расположенного по адресу: г. Томск, 

<

...>;

- земельного участка категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения дачного хозяйства, общая площадь 1433 +/- 13 кв.м, кадастровый номер 70:21:0200038:607, расположенный по адресу: г. Томск, 

<

...>.

Определением от 30.05.2024 (резолютивная часть от 16.05.2024) Арбитражный суд Томской области удовлетворил заявление финансового управляющего:

1) признал недействительной сделкой договор купли-продажи от 23.12.2019, заключенный между ФИО6 и ФИО1;

2) применил последствия недействительности сделки, обязав ФИО1 возвратить в конкурсную массу должника:

- жилое здание общей площадью 564,7 кв. м, с кадастровым номером 70:21:0200038:1612, расположенное по адресу: г. Томск, 

<

...>;

- земельный участок (категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения дачного хозяйства) общей площадью 1518 +/- 14 кв.м, с кадастровым номером 70:21:0200038:608, расположенный по адресу: г. Томск, 

<

...>;

- земельный участок (категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения дачного хозяйства), общей площадью 1433+/ - 13кв.м, с кадастровым номером 70:21:0200038:607, расположенный по адресу: г. Томск, 

<

...>.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО1 обратился  с апелляционной жалобой (с учетом дополнений и письменных пояснений), в которой просит его отменить и отказать в признании сделки недействительной, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств по делу, несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального и процессуального права.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что нотариальное согласие было подписано 26.12.2019, тогда как спорный договор заключен 23.12.2019, соответственно, ответчик не мог знать о заключенном ФИО6 с должником браке. В ЕГРН отсутствовали сведения, что имущество находилось в совместной собственности супругов. На момент заключения договора ФИО1 не обладал информацией о неплатежеспособности должника. У должника также отсутствовали какие-либо признаки неплатежеспособности. Факт причинения вреда кредиторам не установлен, поскольку стоимость продажи соответствует рыночным ценам. Произведена оплата по договору. Между сторонами сделки отсутствуют признаки аффилированности.

До судебного заседания в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором финансовый управляющий ФИО3 считает, что отсутствуют основания для ее удовлетворения.

Также поступили возражения на отзыв финансового управляющего, в которых ФИО6 считает, что отсутствовали основания для признания сделки недействительной. 

В судебном заседании представители ФИО1, ФИО6 и ФИО2 просили удовлетворить апелляционную жалобу, представитель финансового управляющего просил оставить определение без изменения.

Кроме того, в судебном заседании представитель ФИО1 представил дополнения к письменным пояснением, в которых поддержал ранее изложенные доводы, указал, что оплата произведена по договору в полном объеме, должник обладал достаточным имуществом для погашения требований кредиторов, имеющихся на момент совершения сделки.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда   в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и позиций на нее, заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его отмены.

Как установил суд первой инстанции, 23.12.2019 между ФИО6 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи.

Согласно пункту 1 указанного договора продавец обязался передать, а покупатель принять в собственность и оплатить следующее недвижимое имущество:

- жилой дом общей площадью 564,7 кв. м, кадастровый номер 70:21:0200038:1612, по адресу: г. Томск, 

<

...>;

- земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения дачного хозяйства, общая площадь 1518 +/- 14 кв. м, кадастровый номер 70:21:0200038:608, по адресу: г. Томск, 

<

...>;

- земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения дачного хозяйства, общая площадь 1433 +/- 13 кв. м, кадастровый номер 70:21:0200038:607, по адресу: г. Томск, 

<

...>.

Согласно пункту 4 договора от 23.12.2019 сторонами общая стоимость недвижимого имущества определена в размере 1 000 000 рублей, в том числе: жилой дом – 200 000 рублей, земельный участок с кадастровым номером 70:21:0200038:607 – 400 000 рублей, земельный участок с кадастровым номером 70:21:0200038:608 – 400 000 рублей (л.д.7).

Полагая, что в результате совершаемой сделки из состава конкурсной массы ФИО2 выбыло имущество (доля в праве общей собственности на объекты недвижимости), имущество отчуждено по многократно заниженной стоимости, что свидетельствует о недобросовестности не только ФИО6 и ФИО2, но и ФИО1 при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением об оспаривании договора купли- продажи от 23.12.2019 на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и применении последствий признания сделки недействительной.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление финансового управляющего, исходил из наличия цели причинения вреда кредиторам при совершении оспариваемой сделки.

  Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании пунктов 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Дело о банкротстве ФИО2 возбуждено 17.11.2022, то есть, оспариваемая сделка совершена в пределах трехлетнего периода до возбуждения дела о банкротстве должника, в связи с чем, может быть оспорена на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60 дополнен новым предложением пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, согласно которому по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Постановление № 60 издано после официального опубликования Федерального закона от 07.05.2013 №100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» и разъясняет правила исчисления сроков исковой давности с учетом новой редакции пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, измененной Федеральным законом № 100-ФЗ.

Ранее действовавшая редакция пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации связывала начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и по требованиям о признании ее недействительной с объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения такой сделки вне зависимости от субъекта оспаривания, действующая в настоящее время - с субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Поскольку заявление подано 10.07.2023 (то есть в пределах трехлетнего срока с даты введения первой процедуры по делу), то применимо правило исчисления срока исковой давности (с момента, когда кредитор мог узнать о совершении спорной сделки, но не ранее открытия в отношении должника процедуры, следовательно, трехлетний срок исковой давности, предусмотренный для обжалования сделки на основании статьи 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, на момент обращения кредитора в суд с заявлением об оспаривании сделки и применении последствий ее недействительности сделок не истек.

Разъяснения относительно определения момента, с которого начинает течь годичный срок исковой давности при оспаривании арбитражным управляющим подозрительных сделок, даны в абзаце втором пункта 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». 

Срок исковой давности исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе признание должника банкротом не приводит к началу течения давности.

Однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом, необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статью 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9)).

Начало течения срока исковой давности связано не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, а с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2015 № 309-ЭС15-1959,от 05.02.2016 № 304- ЭС14-5681(7), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9)).

Материалами дела подтверждается, что ответы из регистрирующего органа поступили финансовому управляющему 29.05.2023 (выписка из ЕГРН от 29.05.2023), финансовый управляющий обратился с заявлением об оспаривании сделки 10.07.2023,то есть в пределах годичного срока исковой давности.

Давая оценку доводам апелляционной жалобы о недоказанности причинения вреда оспариваемой сделкой, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В пункте 5 Постановления № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания 4 недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

На основании указанной нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления № 63).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из разъяснений, изложенных в пункте 6 постановления № 63, следует, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно абзацу первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. Согласно определению Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе, на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации  имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

В соответствии со статьей 36 Семейного кодекса Российской Федерации   имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью. 

Как следует из материалов дела, земельные участки приобретены ФИО6 по договорам купли-продажи, а жилой дом построен в период брака.

Согласно материалам реестрового дела, ФИО2 дал своей супруге ФИО6 нотариально удостоверенное согласие от 26.12.2019 на продажу жилого дома и двух земельных участков. 

ФИО1 имел возможность проверить наличие информации в отношении ФИО2 на сайтах Арбитражного суда Томской области и Ленинского районного суда г. Томска на предмет наличия споров.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, имущество реализовано по многократно заниженной цене, в подтверждение чего представлены справки ООО «Агентство экспертизы и оценки» №: 810/2023 от 18.09.2023, 811/2023 от 18.09.2023 согласно которым:

– рыночная стоимость жилого здания с кадастровым номером 70:21:0200038:1612 по адресу: г. Томск, 

<

...> на дату совершения сделки (23.12.2019) составляет 17 544 000 рублей;

– рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 70:21:0200038:608 по адресу: г. Томск, 

<

...> на дату совершения сделки (23.12.2019) составляет 805 000 рублей;

– рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 70:21:0200038:607 на дату совершения сделки (23.12.2019) составляет 767 000 рублей

Тогда как согласно пункту 4 оспариваемого договора указанные объекты недвижимого имущества были приобретены по цене 1 000 000 рублей (200 000 рублей – жилой дом, 400 000 рублей – земельный участок, 400 000 рублей – земельный участок).

Таким образом, жилой дом был приобретен по цене, более, чем в 83 раза ниже рыночной стоимости, а земельные участки – более, чем в два раза дешевле (каждый).

При этом, судебные заседания неоднократно откладывались, в том числе ввиду того, что судом лицам, участвующим в деле предложено рассмотреть вопрос о назначении судебной экспертизы в целях определения рыночной стоимости предмета сделки.

Вместе с тем, ходатайств о назначении судебной экспертизы ни ФИО1, ни должником и его супругой заявлено не было.

При этом, финансовая возможность произвести оплату за спорные объекты также не доказана.

ФИО1 представлены справки о доходах и суммах налога физического лица, согласно которым, общая сумма дохода ответчика составила: 7 495542,92 рубля – за 2019 год, 9 263 598,46 рублей – за 2020 год (л.д. 118–119).

Между тем, представленные ФИО1 справки не являются достоверными доказательствами передачи им ФИО6 денежных средств в размере 1 000 000 рублей.

 Исходя из пояснений ФИО1 и ФИО6, расчет осуществлялся наличными денежными средствами, однако доказательства наличия у ФИО1 указанной суммы на дату совершения сделки (расходный кассовый ордер банка о снятии со счета наличных денежных средств, выписка с лицевого счета с отражением данной операции) в материалах дела отсутствуют.

ФИО6 также не представила доказательства получения от ФИО1 денежных средств в размере 1 000 000 рублей и последующего их расходования.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления № 63 наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствиии было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

На дату совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед кредиторами, чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника:

1) задолженность перед ФИО8 возникла на основании договора займа от 18.04.2017; срок возврата денежных средств по указанному договору займа установлен до 25.05.2017; дополнительным соглашением от 25.05.2020 срок возврата займа продлен до 31.10.2020.

Определением от 10.10.2023 по делу № А67-10012-5/2022 требования ФИО8 в размере 1 500 000 рублей основной задолженности, 526 998,03 рублей процентов, 60 844,52 рубля неустойки включены в реестр требований кредиторов ФИО2

2) задолженность перед ООО «Траст» возникла на основании договора, заключенного между ПАО «Банк Уралсиб» (правопредшественник ООО «Траст») и ФИО2 №3208-F№3/00151 от 31.01.2019, №3208-№D3/00003 от 30.01.2019.

Определением от 04.12.2023 по делу № А67-10012-9/2022 требования в размере 335 117,52 рублей включены в реестр требований кредиторов ФИО2

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии осведомленности ответчика о признаках неплатежеспособности, не доказанности аффилированности, подлежат отклонению, как противоречащие фактическим обстоятельствам дела.

Согласно пункту 11 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023) действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже кадастровой и рыночной, нельзя назвать осмотрительными. 

Многократное занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения. 

В подобной ситуации предполагается, что покупатель либо знает о намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания и действует с ним совместно, либо понимает, что менеджмент или иные контролирующие должника лица избавляются от имущества общества по заниженной цене по причинам, не связанным с экономическими интересами последнего.

Соответственно, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника.

Применительно к настоящему спору, в обстоятельствах отчуждения объектов недвижимости по многократно заниженной цене разумный и добросовестный покупатель не может быть освобожден от необходимости озаботиться и проверить финансовое положение продавца из доступных публичных источников. Тем самым, приобретая совместно нажитое имущество супругов по заведомо заниженной стоимости, ответчик не мог не осознавать того, что сделка нарушает права и законные интересы его кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение своих требований.

Слаженность и последовательность действий группы заинтересованных лиц, направленных на вывод активов по заниженной цене на искусственно созданного «добросовестного приобретателя» в лице ФИО1 свидетельствует о наличии между ними доверительных отношений, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2020 № 308-ЭС18- 14832). 

Следовательно, ответчик не может считаться добросовестным приобретателем спорных объектов недвижимости, и по отношению к нему не применимы положения статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2023 в рамках дела № А67-10649/2021 оставлено без изменения определение суда от 18.04.2023. 

Указанными судебными актами арбитражный суд обязал родного брата должника ФИО2 - ФИО9 передать финансовому управляющему следующее имущество: Легковой автомобиль: Suzuki Grand Vitara, 2000 г.в., ГРЗ М456СТ 70, VI№ JSAFTL52V00112628; Легковой автомобиль: Toyota Camry, 2007г.в., ГРЗ В864УВ 70, VI№ JT№BK40K303028980.

Не согласившись с определением от 18.04.2023, ФИО9 обратился с апелляционной жалобой, поскольку полагал, что судом первой инстанции не был разрешен вопрос о привлечении к участию в деле в качестве заинтересованного лица залогодателя – ФИО1

ФИО1 с 03.07.2019 являлся залогодателем указанных транспортных средств, что подтверждается свидетельством о регистрации уведомления о возникновении залога движимого имущества.

Согласно возражениям ФИО6 «покупателя насколько я помню, нашел мой супруг через кого-то из знакомых, возможно, он его сам знал, я уже точно не помню» (л.д. 104). 

Должник в своих возражениях, поступивших 08.05.2024, указывает, что объявлений о продаже не было, покупатель был найден среди своих знакомых, с ответчиком состояли в деловых отношениях, дружественных отношений не поддерживали.

Покупка заинтересованным лицом трех объектов недвижимости по многократно заниженной цене (жилого здания с кадастровым номером 70:21:0200038:1612 – больше, чем в 83 раза, земельных участков с кадастровыми номерами 70:21:0200038:607, 70:21:0200038:608 – в 2 раза каждый) свидетельствует о фактической аффилированности сторон и наличии умысла на причинение вреда имущественным правам кредиторов, что подтверждается поведением сторон по заключению между собой сделки и ее исполнение на условиях, которые недоступны обычным (независимым) участникам рынка.

Действуя разумно и осмотрительно, у заинтересованного лица должны были возникнуть сомнения о цели продажи объектов недвижимости для причинения вреда имущественным правам кредиторам, а учитывая личное знакомство ответчика с родным братом должника, ФИО1 должен был знать о наличии признаков неплатежеспособности у ФИО2

Следовательно, между сторонами на момент совершения сделки прослеживается фактическая афиллированность, что подтверждается заключением между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, в частности: отсутствие подтверждения оплаты по договору купли продажи от 23.12.2019, многократно заниженная стоимость объектов недвижимости, что не соответствует разумным экономическим мотивам.

Таким образом, на момент совершения оспариваемой сделки должник был неплатежеспособен, что в силу установленной заинтересованности не могло быть неизвестно супруге должника ФИО6 и ответчику ФИО1 в чью пользу было отчуждено имущество

Факт совершения оспариваемой сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение значительной части активов заинтересованному лицу - в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения наличия цели причинения вреда кредиторам при совершении оспариваемой сделки. 

В результате совершения оспариваемой сделки произошло значительное уменьшение имущества должника, что привело к частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника.

Совершение договора купли-продажи от 23.12.2019 при такой существенной разнице покупной и рыночной стоимости объектов недвижимого имущества выходит за рамки обычных условий гражданского оборота и соответствует признакам подозрительной сделки, указанным пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, факт заключения договора купли-продажи от 23.12.2019 в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение значительной части активов по многократно заниженной цене заинтересованному лицу – в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения наличия цели причинения вреда кредиторам. 

В результате заключения договора купли-продажи от 23.12.2019 должник лишился значительной части совместно нажитого имущества, что привело к частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника, что свидетельствует о наличии оснований для признания сделки недействительной по статье 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, в соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 4 Постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе, в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 Постановления № 25).

Таким образом, заключение супругой должника (при наличии нотариально удостоверенного согласия должника) сделки с заинтересованным лицом направлено на вывод активов должника и свидетельствует о злоупотреблении сторонами гражданскими правами, направленном против интересов кредиторов должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе, тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поэтому подлежат применению последствия признания сделки недействительной в виде обязания ФИО1 возвратить в конкурсную массу должника: жилое здание общей площадью 564,7 кв. м, с кадастровым номером 70:21:0200038:1612, расположенное по адресу: г. Томск, 

<

...>; земельный участок, общей площадью 1518 +/- 14 кв.м, с кадастровым номером 70:21:0200038:608, расположенный по адресу: г. Томск, 

<

...>; земельный участок, общей площадью 1433 +/- 13 кв.м, с кадастровым номером 70:21:0200038:607, расположенный по адресу: г. Томск, 

<

...>.

Доводы апелляционной жалобы выводы суда не опровергают, не подтверждают нарушений норм права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену оспариваемого акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на подателя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 30.05.2024 Арбитражного суда Томской области по делу № А67-10012/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Томской области.  

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанное усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

 

Председательствующий                                                                 Н.Н. Фролова 

 

Судьи                                                                                                           К.Д. Логачев 

 

А.Ю. Сбитнев