АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-10162/21 

Екатеринбург

14 февраля 2022 г.

 

Дело № А60-65696/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 07 февраля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 февраля 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Сушковой С. А., Савицкой К. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее – ФИО1) на определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.08.2021 по делу  № А60-65696/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Определением суда округа от 04.02.2022 в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена председательствующего судьи Пирской О.Н. на судью Новикову О.Н.

От представителя ФИО1 – ФИО2 поступило ходатайство о проведении судебного заседания с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), которое судом округа удовлетворено. Однако в связи с обеспечением явки представителя в судебное заседание суда округа оно проведено без использования систем веб-конференции, в обычном режиме.

Между тем, представитель ФИО2 не был допущен к участию в судебном заседании в качестве представителя в связи с истечением срока доверенности на представление интересов ФИО1

В судебном заседании принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Машдеталь» - ФИО3 (доверенность от 21.12.2021).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.12.2019 в отношении общества «Машдеталь» введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утверждена ФИО4

В арбитражный суд 30.04.2020 поступило заявление внешнего управляющего о признании недействительными сделок должника с                      ФИО1 и применении последствий недействительности сделок. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.08.2021 признаны недействительными договоры аренды транспортного средства без экипажа от 01.07.2016, заключенные между должником и ФИО1; признано недействительным перечисление денежных средств с расчетного счета должника в пользу ФИО1 в размере 730 000 руб.; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу должника 730 000 руб.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2021 определение арбитражного суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные судебные акты отменить, направить вопрос на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению заявителя, у судов отсутствовали правовые основания для признания оспариваемых сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). Как указывает ФИО1, в материалах дела отсутствуют доказательства наличия у общества «Машдеталь» признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, в связи с чем неправомерно делать вывод о наличии у должника цели причинения имущественного вреда кредиторам при совершении сделок. Поскольку для признания наличия цели причинения вреда кредитором необходимо доказать совокупность факторов, одним из которых является неплатежеспособность или недостаточность имущества должника, при этом доказательства последних в материалах дела отсутствуют. 

Также кассатор обращает внимание судов на то, что само по себе наличие аффилированности (заинтересованности) участников сделки не является безусловным основанием для признания такой сделки недействительной. Кроме того, с позиции заявителя жалобы, выводы судов об отсутствии встречного предоставления со стороны ФИО1 по сделке не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Законность и обоснованность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, 01.07.2016 между ФИО1 и обществом «Машдеталь» подписан договор аренды транспортного средства без экипажа (далее - договор аренды). 

В соответствии с пунктом 1.1 договора аренды ФИО1 (арендодатель) передает во временное владение и пользование обществу «Машдеталь (арендатор) принадлежащий ей на праве собственности автомобиль марки Ниссан Х-Трейл, 2011 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, черного цвета, регистрационный знак Т069ТС96, для использования в соответствии с нуждами арендатора. 

Автомобиль принадлежит арендодателю в соответствии с паспортом транспортного средства 66ХА № 445310. 

В соответствии с пунктом 2.3 договора аренды арендатор своими силами осуществляет управление арендованным автомобилем и его эксплуатацию как коммерческую, так и техническую.

В соответствии с пунктом 3.1 договора аренды размер арендной платы составляет 30 000 руб. в месяц, включая все налоги.

Между сторонами подписаны акты приема-передачи от 01.07.2016 и возврата от 01.08.2018. 

Должник в адрес ответчика перечислил 730 000 руб. со ссылкой «оплата по договору аренды» по следующим платежным документам: от 21.10.2016 №168 на сумму 100 000 руб., от 19.12.2016 № 206 на сумму 100 000 руб.,                              от 31.01.2017 № 6 на сумму 100 000 руб., от 08.02.2017 № 12 на сумму 100 000 руб., от 18.05.2017 № 82 на сумму 100 000 руб., от 29.09.2017 № 123 на сумму 50 000 руб., от 10.10.2017 № 133 на сумму 30 000 руб., от 10.11.2017 № 142 на сумму 50 000 руб., от 20.11.2017 № 160 на сумму 50 000 руб., от 02.03.2018 №41 на сумму 50 000 руб.

Внешний управляющий, полагая  указанный договор аренды                                 от 01.07.2016, перечисления по нему недействительными по пункту 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве, пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявление внешнего управляющего, суды первой и апелляционной исходили из следующего.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Из разъяснений, данных в пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

В силу правовых позиций, выраженных в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) аффилированность (заинтересованность) должника и кредитора может быть не только юридической, но и фактической, при которой сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений. О наличии фактической аффилированности (заинтересованности) может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При рассмотрении споров в деле о банкротстве относительно факта наличия либо отсутствия произведенной в адрес должника оплаты судом применяются повышенные стандарты доказывания. К требованию аффилированного лица применяется еще более повышенный стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве.

Судами установлено, что настоящее дело о банкротстве возбуждено 11.12.2018, оспариваемый договор и платежи совершены в период с 21.10.2016 по 02.03.2018, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исследовав и оценив представленные в материалы спора доказательства, установив, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед другими кредиторами, задолженность перед которыми осталась непогашенной, впоследствии установлена судом и включена в реестр требований кредиторов должника; отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что на момент совершения оспариваемых платежей у должника имелись денежные средства в размере, достаточном для исполнения денежных обязательств перед иными (внешними) кредиторами, суды пришли к выводу, что по состоянию на дату совершения спорных сделок у должника имелись признаки неплатежеспособности (недостаточности имущества).

Судами установлено, что платежи совершены в пользу аффилированного с должником лица, поскольку ФИО1 является супругой ФИО5, являющегося заместителем директора должника – общества «Машдеталь». Фактическая аффилированность ФИО1 и должника установлена и определением Арбитражного суда Свердловской области                              от 31.08.2021 по делу № А60-65696/2018 об отказе во включении в реестр требований кредиторов должника, постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2021 по делу № А60-65696/2018.

На протяжении всей процедуры внешнего управления ФИО1 занимал активную позицию, выступая в качестве представителя участника общества.

Более того, судами установлено, что сотрудниками общества «Машдеталь» являлись родственники ФИО5. – ФИО6, что подтверждается имеющимися в распоряжении внешнего управляющего копиями доверенностей на имя ФИО6 Непосредственный участник и руководитель должника ФИО7 самостоятельно не участвовал в каких-либо обособленных спорах в ходе процедуры внешнего управления.

При рассмотрении заявления внешнего управляющего о признании недействительной сделкой по перечислению денежных средств в адрес            ФИО1, интересы заинтересованного лица представлял ФИО2, который так же являлся представителем ФИО7 при рассмотрении заявления об оспаривании плана внешнего управления, при рассмотрении заявления о признании действий внешнего управляющего незаконными, взыскании убытков. На момент рассмотрения настоящего обособленного спора судом первой инстанции арбитражным судом также рассматривалось заявление о включении в реестр требований кредиторов должника требований                   ФИО1 в размере более 49 000 000 руб., основанных на договоре аренды, в качестве представителя также указан ФИО2

Рассмотрев вопрос о реальности арендных отношений между должником и ФИО1, соответственно обоснованности перечисления спорных денежных средств в пользу ФИО1, с учетом повышенных стандартов доказывания и бремени доказывания в связи с нахождением должника в процедуре банкротства и наличия аффилированности сторон оспоренных сделок, судебные инстанции установили следующие обстоятельства.

По запросу суда в материалы дела представлены документы из ГУ МВД России по Свердловской области об административных правонарушениях, совершенных с использованием спорного транспортного средства, согласно которым в спорный период совершены правонарушения следующими лицами: ФИО1, дата совершения правонарушения – 23.01.2017; ФИО1, дата совершения правонарушения – 19.02.2017; ФИО1, дата совершения правонарушения – 10.07.2017.

Судами установлено, что ФИО1, является братом ее супруга - ФИО1, вместе с тем  никаких доказательств и пояснений по поводу того, на каком основании он управлял транспортным средством, в условиях того, что автомобиль находился в аренде общества «Машдеталь» суду не представлено.

Также по запросу суда получены сведения из общества «Электросоединитель» о допуске на территорию предприятия спорного транспортного средства, из которых следует, что в спорный период транспортное средство совершало въезд на территорию общества «Электросоединитель» 01.12.2016, 23.01.2017, 03.05.2017, 11.07.2017.

Учитывая изложенное, суды согласились с доводом внешнего управляющего о том, что полученными сведениями не подтверждается факт действия договора аренды транспортного средства с 01.07.2016 по 01.08.2018, поскольку договор аренды действовал больше года, а въезд на территорию осуществлен лишь четыре раза; при этом въезд на территорию предприятия мог быть связан не только в связи с исполнением договора аренды, а также с тем, что супруг ответчика является работником должника и мог использовать транспортное средство в своих личных целях.

К тому же на основании анализа сведений, полученных из Российского союза автостраховщиков, а также МРЭО ГИБДД России по Свердловской области, суды установили, что с 19.08.2017 собственником транспортного средства является ФИО8, что также опровергает наличие арендных правоотношений между обществом «Машдеталь» и ФИО1 в спорный период, что оспорено ответчиком.

Учитывая, что с августа 2017 года сменился собственник автомобиля, суды определили, что максимальный срок возможного действия договора мог составлять всего лишь 13 месяцев - с июля 2016 года по август 2017 года, соответственно, с учетом размера арендной платы в сумме 30 000 руб., перечисления по договору не могли быть более 390 000 руб., а должником в адрес ФИО1 с расчетного счета должника перечислены денежные средства в размере 730 000 руб.

К представленному заинтересованным лицом в ходе рассмотрения настоящего заявления иному договору аренды от 01.07.2016, в соответствии с пунктом  3.1 которого  размер арендной платы по договору составляет                            115 000 руб. в месяц, суды отнеслись критически, так как появление нового варианта договора по истечении года с момента обращения в суд с заявлением об оспаривании сделки вызвали у судов сомнения в реальности такого документа, с учетом того, что договор подписан, как установлено выше, между заинтересованными лицами. 

Как верно указано судами, такое поведение ответчика противоречит принципу процессуального эстоппеля, в соответствии с которым никто не может противоречить собственному предыдущему поведению.

Далее судебные инстанции установили факт отсутствия экономической целесообразности для должника в заключении оспариваемого договора аренды.

Так, должником в адрес ФИО1 выплачено за аренду автомобиля                     730 000 руб., при этом рыночная стоимость автомобиля данной марки и модели составляет в среднем около 900 000 руб., к тому же Ниссан Х-Трейл является легковым автомобилем, мало приспособленным для коммерческих перевозок. 

Более того, в период действия оспариваемого договора аренды обществом использовались и иные способы доставки ТМЦ, о чем свидетельствуют документы, полученные по запросам внешнего управляющего от контрагентов общества «Машдеталь», согласно которым в спорный период обществом выдавались доверенности на имя ФИО6 на получение ТМЦ, между тем, ФИО6, согласно ответу «Российского союза автостраховщиков» не являлся лицом, допущенным к управлению спорным автомобилем. Также обществом в спорный период оплачивались услуги по доставке товара, что подтверждается копией накладной на оказание транспортных услуг                           от 23.05.2017.

Также судами учтено, что в рамках спора по настоящему делу по заявлению внешнего управляющего о признании недействительной сделки с обществом  «Елизавет Логистик»  в материалы данного обособленного спора ответчиком представлены документы, подтверждающие, что должник пользовался услугами транспортных компаний для перевозки грузов. В частности, договор № 01/17 на оказание транспортных услуг от 01.01.2017 между обществом «Машдеталь» и ИП  ФИО9, согласно которому ИП ФИО9 (перевозчик) обязуется доставлять вверенный ему обществом «Машдеталь» (грузоотправителем) груз в пункт назначения и выдавать его грузополучателю.

С учетом вышеустановленных обстоятельств судебные инстанции пришли к выводу о нереальности арендных отношений между должником и ФИО1, соответственно об отсутствии встречного представления со стороны ФИО1 по оспариваемым платежам.

На основании исследования и оценки имеющихся в материалах дела доказательств в их совокупности и взаимосвязи, с учетом повышенных стандартов доказывания в связи с нахождением должника в процедуре банкротства и наличия фактической взаимосвязанности сторон оспоренных сделок, судебные инстанции пришли к выводу о том, что доводы временного управляющего о формальном документообороте с целью создания видимости договорных отношений в отсутствие реальности оказания услуг по предоставлению транспортного средства и использования его в деятельности должника, не опровергнуты. Каких-либо документов, позволяющих сделать иные суждения относительно реальности взаимоотношений по использованию должником транспортного средства ответчика, в материалы дела не представлено. Сам факт оформления документов (договор аренды с актом) при недоказанности реальности осуществления хозяйственных операций, надлежащим доказательством соответствующих отношений не является.

Как верно указано судом, в отсутствие доказательств реальности правоотношений, спорные перечисления следует расценивать и квалифицировать как сделки, совершенные при отсутствии равноценного встречного предоставления, что привело к уменьшению конкурсной массы должника и нарушению прав кредиторов; ФИО1, являясь заинтересованным по отношению к должнику лицом, не могла не понимать смысл совершения оспоренных сделок в отсутствие оснований для получения денежных средств, при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, а также не осознавать, что целью совершения спорных сделок являлся вывод ликвидного имущества должника (денежных средств), за счет которого могло быть произведено удовлетворения требований кредиторов.

Таким образом, установив, что оспариваемые платежи осуществлялись должником в пользу заинтересованного по отношению к нему лица без равноценного встречного предоставления, при наличии у последнего объективных признаков неплатежеспособности - неисполненных обязательств перед кредиторами, которые вплоть до настоящего времени остаются непогашенными ввиду отсутствия у должника имущества и денежных средств, то есть результатом совершения сделок явилось причинение имущественного ущерба независимым кредиторам должника ввиду утраты ими возможности удовлетворения их требований, при отсутствии удовлетворительных объяснений относительно совершения этих платежей, позволяющих заключить о наличии иной, нежели причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, цели, судебные инстанции пришли к верному и обоснованному выводу о том, что изложенные обстоятельства в их совокупности достаточно определенно свидетельствуют о направленности спорных платежей на причинение вреда кредиторам, подтверждают наличие такового, на основании чего правомерно признал спорные платежи недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, правильно применив последствия недействительности данных сделок в виде взыскания с ответчика в пользу должника 730 000 руб.

Вопреки доводам жалобы, суды, признавая спорные сделки недействительными, исходили не из самого факта аффилированности сторон сделок, а из доказанности совокупности условий для признания сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе в связи с выводом из оборота должника денежных средств в значительной сумме, в условиях неплатежеспособности должника, в пользу заинтересованного лица, лишая тем самым независимых кредиторов, имевших разумные ожидания удовлетворения своих требований, возможности получить надлежащее исполнение.

Приведенные в кассационной жалобе доводы об отсутствии оснований для признания спорных сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, судом округа отклоняются как противоречащие обстоятельствам дела.

Иные доводы ФИО1, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции также отклоняются, поскольку выводов судов о наличии оснований для признания сделок недействительными не опровергают, о нарушении судами норм права не свидетельствуют.

Доводы  кассатора дублируют приводимые им при рассмотрении спора по существу аргументы и обстоятельства, исследованные и оцененные судами, при этом изложенных выше выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о неправильном применении судами при рассмотрении спора норм материального права, регулирующих институт конкурсного оспаривания сделок в деле о банкротстве, либо о наличии нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта; по сути, доводы кассационной жалобы выражают несогласие заявителя с выводами нижестоящих судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, суд округа считает, что суды первой и апелляционной инстанций в полном объеме исследовали и оценили все приведенные сторонами спора доводы и доказательства, верно установили имеющие существенное значение для его правильного разрешения фактические обстоятельства, дали таковым надлежащую и мотивированную правовую оценку, на основании которой пришли к правильному, соответствующему материалам дела и основанному на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения, выводу о наличии правовых и фактических оснований для удовлетворения рассматриваемого заявления.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.08.2021 по делу № А60-65696/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                             О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                          С.А. Сушкова 

 

                                                                                      К.А. Савицкая