ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А14-11757/2023

г. Воронеж

11 марта 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 марта 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 марта 2024 года.

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи                                              Песниной Н.А.,

судей                                                                                        Капишниковой Т.И.,

                                                                                                  Миронцевой Н.Д.,

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

 

при участии:

от акционерного общества «Новая Мода»: ФИО2 – представитель по доверенности №Р7715 от 20.12.2023 сроком до 31.12.2024;

от Воронежской таможни: ФИО3 – представитель по доверенности №07-47/19 от 12.07.2021 сроком на три года; ФИО4 – представитель по доверенности №07-12/32 от 12.07.2021 сроком на три года (до перерыва); ФИО5 – представитель по доверенности №07-47/8                от 06.02.2024 сроком на три года (после перерыва),

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Новая Мода» на решение Арбитражного суда Воронежской области от 29.12.2023 по делу №А14-11757/2023 по заявлению акционерного общества «Новая Мода» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к Воронежской таможне (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительным решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары, 

 

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Новая Мода» (далее – АО «Новая мода», Общество, заявитель) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Воронежской таможне (далее – Таможня, таможенный орган) о признании незаконными решений от 30.03.2023, 31.03.2023, 05.04.2023, 07.04.2023, 11.04.2023, 12.04.2023, 13.04.2023, 14.04.2023, 16.04.2023, 17.04.2023, 19.04.2023, 20.04.2023, 21.04.2023, 24.04.2023, 25.04.2023, 26.04.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларациях на товары, принятые по результатам камеральной таможенной проверки №10104000/210/071222/А000067, перечень которых приведен в приложении №1 к заявлению; об обязании внести в изменения (дополнения) в декларации на товары, восстановив в них сведения, скорректированные оспариваемыми решениями.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 24.07.2023 принято заявление АО «Новая мода» о признании незаконным решения Воронежской таможни от 30.03.2023 по ДТ №10005030/020420/0094823, возбуждено производство по делу №А14-11757/2023; в отдельное производство выделены требования АО «Новая мода» о признании незаконными решений Воронежской таможни от 31.03.2023, 05.04.2023, 07.04.2023, 11.04.2023, 12.04.2023, 13.04.2023, 14.04.2023, 16.04.2023, 17.04.2023, 19.04.2023, 20.04.2023, 21.04.2023, 24.04.2023, 25.04.2023, 26.04.2023 по декларациям на товары согласно перечню №1 к заявлению, с присвоением указанному делу номера №А14-12304/2023.

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 29.12.2023 по делу №А14-11757/2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, АО «Новая мода» обратилось в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило решение суда первой инстанции отменить полностью, принять по делу новый судебный акт, удовлетворив заявленные требования.

В апелляционной жалобе ее заявитель приводит иную оценку фактических обстоятельств дела, ссылаясь на отсутствие оснований для включения в таможенную стоимость товаров лицензионных платежей, НДС, уплачиваемого при их выплате, и дивидендов.

В отзыве на апелляционную жалобу Воронежская таможня оспаривает доводы апелляционной жалобы заявителя.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, состоявшемся 20.02.2024, в отсутствие возражений заявителя по ходатайству таможенного органа судебной коллегией в целях более полного и всестороннего разрешения спора с учетом части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщены копии таможенных деклараций на товары.

Представитель АО «Новая мода» поддержал доводы апелляционной жалобы, считая обжалуемое решение незаконным и необоснованным, принятым с нарушением норм материального и процессуального права, без учета фактических обстоятельств дела, просил суд его отменить и принять по делу новый судебный акт.

Представители Воронежской таможни полагали обжалуемое решение законным и обоснованным, по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу, просили оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании был объявлен перерыв до 05.03.2024. За время перерыва от Воронежской таможни поступили письменные объяснения по обстоятельствам дела.

В продолженном после перерыва судебном заседании представители сторон поддержали ранее изложенные правовые позиции по делу.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, письменных объяснений, заслушав правовые позиции представителей сторон, оценив в совокупности все представленные по делу доказательства, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 28.12.2009 между АО «ЗАРА СНГ» (пользователь) и компанией «IТХ Merken B.V.» (правообладатель) заключен договор коммерческой концессии (далее – Договор коммерческой концессии), с 01.07.2017 действующий в редакции соглашения от 01.07.2017, по условиям которого правообладатель предоставляет пользователю за вознаграждение, подлежащее оплате пользователем, право на использование в предпринимательской деятельности комплекса прав в соответствии с условиями и положениями договора, а именно коммерческого обозначения «ZARA», товарных знаков, поименованных в приложении 1, вебсайта по доменному имени «zara.com», ноу-хау (конфиденциальной информации, относящейся к коммерческой концепции сети магазинов, работающих под брендом «ZARA»), программного обеспечения, указанного в приложении 3 (т.1 л.д.115-185, т.2 л.д.1-15).

Пунктом 3.8 Договора коммерческой концессии стороны согласовали, что если российское налоговое законодательство устанавливает требование об удержании российского НДС с вознаграждения, подлежащего оплате правообладателю в соответствии с договором, такое вознаграждение, рассчитанное в соответствии со статьями 3.1 и 3.2 договора, подлежит увеличению на соответствующую сумму российского НДС. Такое вознаграждение, увеличенное на сумму НДС, признается суммой с учетом НДС. Такая сумма с учетом НДС, подлежит указанию в счете правообладателя. Российский НДС удерживается из суммы с учетом НДС и уплачивается пользователем в бюджет Российской Федерации.

За использование товарного знака договор коммерческой концессии предусматривает уплату вознаграждения в размере 1,5% от закупочной стоимости ввезенного товара. Данный платеж при таможенном декларировании включался обществом в таможенную стоимость ввозимых товаров. Вместе с тем, вознаграждение за использование ноу-хау, программного обеспечения, вебсайта и коммерческого обозначения не включалось АО «ЗАРА СНГ» в таможенную стоимость ввозимых товаров.

В период с 26.01.2023 Воронежской таможней на основании статей 324, 326, 338, 340 ТК ЕАЭС в отношении АО «Новая Мода» проведена таможенная проверка документов и сведений после выпуска товаров и (или) транспортных средств на предмет достоверности заявленной Обществом таможенной стоимости товаров, в том числе задекларированных по                        ДТ №10005030/020420/0094823.

В ходе камеральной таможенной проверки таможенным органом было установлено, что Общество осуществляло ввоз товаров в рамках внешнеторгового контракта от 30.04.2003 №11-Z, заключенного на поставку одежды, аксессуаров, бижутерии, парфюмерии и прочих коммерческих товаров с компанией INDUSTRIA DE DISENO TEXTIL, S.A. (INDITEX, S.A., Испания), внешнеторгового контракта от 30.04.2003 №12-Z, заключенного на поставку обуви, аксессуаров и прочих коммерческих товаров с компанией TEMPE, S.A. (Испания), внешнеторгового контракта от 30.04.2003 №13-Z, заключенного на поставку промышленных товаров народного потребления и товаров для собственного использования с компанией «АйТиЭкс Меркен Б.В.» (ITX Merken B.V., Нидерланды). заявило сведения о 31 372 товарах общей стоимостью 2 311 119 472,24 руб.

При этом в рамках исполнения внешнеторгового контракта от 30.04.2003 №11-Z (в редакции дополнительных соглашений), заключенного с компанией «INDUSTRIA DE DISENO TEXTIL, S.A. (INDITEX, S.A.), Испания (т.2 л.д.32-52), АО «Новая Мода» (прежнее наименование – АО «ЗАРА СНГ») на условиях поставки СIР Москва осуществило ввоз на таможенную территорию ЕАЭС и задекларировало товары, маркированные товарным знаком «ZARA», в том числе по декларации на товары №10005030/020420/0094823 (далее – ДТ).

В ходе проверки таможенным органом установлено, что Общество в графах 8, 9, 14 ДТ заявлено как получатель, лицо ответственное за финансовое урегулирование и декларант; таможенное декларирование товаров осуществлялось с использованием услуг таможенных представителей; таможенная стоимость задекларированных товаров определена и заявлена декларантом в соответствии со статьей 39 ТК ЕАЭС методом по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1) и была принята таможенным органом. 

Согласно представленным Обществом документам и сведениям между продавцами (INDUSTRIA DE DISENO TEXTIL, S.A. (INDITEX, S.A., Испания) и TEMPE, S.A. (Испания)) и покупателем (АО «Новая Мода») ввозимых товаров имеется взаимосвязь (т.к. компании принадлежат группе компаний INDITEX), что отражено в графе 7(а) декларации таможенной стоимости (далее – ДТС). Согласно графе 7(б) ДТС взаимосвязь не оказала влияние на цену сделки ввозимых товаров, что документально подтверждено не было. 

АО «Новая Мода» при таможенном декларировании включило в структуру таможенной стоимости ввозимых товаров лицензионные платежи за использование товарного знака, технологии (ноу-хау) или других объектов интеллектуальной собственности товаров: в графе 15 ДТС заявлены сведения о лицензионном платеже в размере 1,5% от цены товара в соответствии с пунктом 3.2 Договора коммерческой концессии. 

По результатам анализа финансовых документов и сведений (коммерческих счетов, актов приема-передачи, платежных поручений) Таможней установлено, что Общество в соответствии с пунктами 3.2 и 3.8 Договора коммерческой концессии регулярно перечисляет компании «IТХ Merken B.V.» вознаграждение за право пользования товарными знаками в размере 1,5% закупочной стоимости товаров и начисленный на эту сумму НДС (20%), а также вознаграждение за право использования коммерческого обозначения, ноу-хау, вебсайта, программного обеспечения в размере 103 200 000 руб. в месяц (фиксированный платеж 86 000 000 руб. в месяц и НДС, начисленный на фиксированный платеж в размере 17 200 000 руб. в месяц). 

Оплата вознаграждения за предоставление комплекса прав по Договору коммерческой концессии осуществляется на основании подписанных сторонами актов приема-передачи оказанных услуг, содержащих подробные сведения о размере подлежащего уплате вознаграждения (с разбивкой на отдельные суммы вознаграждения за предоставление права на использование коммерческого обозначения, ноу-хау, программного обеспечения и вебсайта, информацию об отчетном месяце и вознаграждения за предоставление прав на использование Товарных знаков), информацию о расчетном месяце, итоговую сумму (с учетом НДС).

С учетом приведенных обстоятельств таможенный орган усмотрел, что суммы перечисляемых АО «Новая Мода» в адрес компании «IТХ Merken B.V.» лицензионных платежей за использование товарного знака, технологии (ноу-хау) и/или других объектов интеллектуальной собственности не корреспондируются с соответствующими сведениями, указанными в графе 15 ДТС ДТ, и значительно превышают указанную в графе 15 ДТС ДТ сумму. 

Таможней также установлено, что в соответствии со статьей 12 Устава АО «Новая Мода» в новой редакции Общество вправе по результатам первого квартала, полугодия, девяти месяцев финансового года и (или) по результатам финансового года принимать решения (объявлять) о выплате дивидендов по размешенным акциям, если иное не установлено Федеральным законом от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах». Для выплаты дивидендов в Обществе составляется список лиц, имеющих право получения дивидендов. Соответствующие решения были приняты на внеочередных общих собраниях акционеров Общества и в их исполнение акционерам, в том числе компании «INDUSTRIA DE DISENO TEXTIL, S.A. (INDITEX, S.A.), одновременно являвшейся поставщиком задекларированного товара, были перечислены соответствующие суммы дивидендов. 

По результатам проведенной проверки, проанализировав условия внешнеторгового контракта и Договора коммерческой концессии, Воронежской таможней был сделан вывод о том, что в таможенную стоимость задекларированных в том числе по ДТ №10005030/020420/0094823 товаров должно быть включено вознаграждение за использование комплекса прав по Договору коммерческой концессии, который составляют права использования ноу-хау, программного обеспечения, вебсайта и коммерческого обозначения, НДС (20%), начисляемый на лицензионный платеж (1,5% от закупочной стоимости товаров) и уплачиваемый АО «Новая Мода» в адрес компании «IТХ Merken B.V.» (Нидерланды), а также сумма дивидендов как часть дохода (выручки), которая прямо или косвенно причитается продавцу. 

В этой связи Таможней установлен факт заявления АО «Новая Мода» недостоверных сведений о таможенной стоимости товаров, в том числе задекларированных по спорной ДТ, и произведен расчет неуплаченных сумм таможенных пошлин, налогов, подлежащих доначислению и взысканию по проверяемым декларациям на товары (в том числе спорной ДТ).

По результатам проверки Воронежской таможней составлен акт проверки от 29.03.2023 №10104000/210/290323/А000015 (т.1 л.д.88-103), и принято, в числе прочих, решение от 30.03.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров (т.1 л.д.30).

Не согласившись с принятым таможенным органом решением, АО «Новая Мода» обратилось в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Арбитражный суд Воронежской области в удовлетворении заявленных требований отказал.

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта по доводам апелляционной жалобы и исходит из следующего. 

Согласно части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Для признания недействительными актов и незаконными действий (бездействий) необходимо одновременное существование указанных в статье 198 АПК РФ условий: несоответствие их закону или иным нормативным правовым актам и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Суд первой инстанции верно не усмотрел нарушений при проведении таможенного контроля Воронежской таможней в порядке статей 324, 326, 338, 340 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, результаты которого послужили основанием для принятия оспариваемого решения, носящих существенный характер и не позволяющих всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, что Обществом в суде апелляционной инстанции не оспаривается.

Пунктом 1 статьи 1 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) предусмотрено, что в Евразийском экономическом союзе (далее – Союз) осуществляется единое таможенное регулирование, включающее в себя установление порядка и условий перемещения товаров через таможенную границу Союза, их нахождения и использования на таможенной территории Союза или за ее пределами, порядка совершения таможенных операций, связанных с прибытием товаров на таможенную территорию Союза, их убытием с таможенной территории Союза, временным хранением товаров, их таможенным декларированием и выпуском, иных таможенных операций, порядка уплаты таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин и проведения таможенного контроля, а также регламентацию властных отношений между таможенными органами и лицами, реализующими права владения, пользования и (или) распоряжения товарами на таможенной территории Союза или за ее пределами.

Таможенное регулирование в Союзе осуществляется в соответствии с регулирующими таможенные правоотношения международными договорами, включая настоящий Кодекс, и актами, составляющими право Союза, а также в соответствии с Договором о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 года (пункт 2 статьи 1 ТК ЕАЭС).

В силу пункта 1 статьи 104 ТК ЕАЭС товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру либо в случаях, предусмотренных пунктом 4 статьи 258, пунктом 4 статьи 272 и пунктом 2 статьи 281 настоящего Кодекса.

Таможенное декларирование осуществляется декларантом либо таможенным представителем, если иное не установлено настоящим Кодексом (пункт 2 статьи 104 ТК ЕАЭС).

Согласно пунктам 9, 10, 13, 14 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров определяется, в том числе, декларантом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 105 ТК ЕАЭС декларация на товары используется при помещении товаров под таможенные процедуры, за исключением таможенной процедуры таможенного транзита, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - при таможенном декларировании припасов.

Перечень сведений, подлежащих указанию в таможенной декларации, ограничивается только сведениями, которые необходимы для исчисления и уплаты таможенных платежей, применения мер защиты внутреннего рынка, формирования таможенной статистики, контроля соблюдения запретов и ограничений, принятия таможенными органами мер по защите прав на объекты интеллектуальной собственности, а также для контроля соблюдения международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов (пункт 4 статьи 105 ТК ЕАЭС).

Пунктом 3 статьи 112 ТК ЕАЭС предусмотрено, что после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа.

Из фактических обстоятельств дела, подтвержденных достаточной совокупностью представленных доказательств, усматривается, что основанием принятия Воронежской таможней оспариваемого решения явилась недостоверность заявленных АО «Новая Мода» сведений о таможенной стоимости товаров, задекларированных по ДТ №10005030/020420/0094823.

В силу пунктов 9, 10 статьи 38 ТК ЕАЭС определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров. Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

В соответствии с пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий: 1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов; 2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено; 3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса могут быть произведены дополнительные начисления; 4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи. 

При этом факт взаимосвязи между продавцом и покупателем сам по себе не должен являться основанием для признания стоимости сделки неприемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров. В этом случае должны быть проанализированы сопутствующие продаже обстоятельства. Если указанная взаимосвязь не повлияла на цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате, стоимость сделки признается приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров (пункт 4 статьи 39 ТК ЕАЭС).

Исходя из пункта 5 статьи 39 ТК ЕАЭС, в случае если продавец и покупатель являются взаимосвязанными лицами и при этом на основе информации, представленной декларантом или полученной таможенным органом иным способом, таможенный орган обнаружит признаки того, что взаимосвязь между продавцом и покупателем повлияла на цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате, то таможенный орган в письменной или электронной форме сообщает декларанту об этих признаках. В этом случае таможенный орган проводит таможенный контроль, в том числе анализ сопутствующих продаже обстоятельств.

Ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов (пункт 3 статьи 39 ТК ЕАЭС).

В силу подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются следующие дополнительные начисления: лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, включая роялти, платежи за патенты, товарные знаки, авторские права, которые относятся к ввозимым товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары. При определении таможенной стоимости ввозимых товаров не должны добавляться к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате: а) платежи за право на воспроизведение (тиражирование) ввозимых товаров на таможенной территории Союза;б) платежи за право распределения или перепродажи ввозимых товаров, если такие платежи не являются условием продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза.

Согласно пункту 7 Рекомендаций Коллегии Евразийской экономической комиссии от 15.11.2016 №20 «О Положении о добавлении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары» (далее – Рекомендации) в целях проверки выполнения условий, предусмотренных абзацем первым подпункта 7 пункта 1 статьи 40 Кодекса, и решения вопроса о том, подлежат ли лицензионные платежи добавлению к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, должны быть проанализированы условия лицензионного договора и внешнеэкономического договора (контракта), в соответствии с которым осуществляется продажа товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, а также иные документы, имеющие отношение к продаже товаров и уплате лицензионных платежей.

В случае когда лицензионные платежи не включены в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, и уплачиваются отдельно от счета на оплату оцениваемых (ввозимых) товаров, при решении вопроса о необходимости включения лицензионных платежей в таможенную стоимость этих товаров следует принимать во внимание следующие ключевые факторы: относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам; является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров.

При анализе указанных факторов необходимо учитывать, что под продажей оцениваемых (ввозимых) товаров понимается их продажа для вывоза на таможенную территорию Союза.

В соответствии с пунктом 8 Рекомендаций при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам, ключевым вопросом является не то, как рассчитывается сумма лицензионных платежей, а то, почему они уплачиваются и что именно покупатель (лицензиат) получает в обмен на их уплату.

Наиболее распространенной ситуацией, когда лицензионные платежи могут рассматриваться как относящиеся к оцениваемым (ввозимым) товарам, является ситуация, при которой оцениваемые (ввозимые) товары содержат объект интеллектуальной собственности и (или) произведены с использованием объекта интеллектуальной собственности, в отношении которого предоставлены права по лицензионному договору.

В подобной и иных ситуациях решение о том, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам, принимается на основе изучения и анализа вопроса, какие права на использование рассматриваемого объекта интеллектуальной собственности предоставлены лицензиату в соответствии с лицензионным договором и каким образом предоставленные права используются лицензиатом.

Согласно пункту 9 Рекомендаций при определении того, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, основным критерием является отсутствие у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей.

Об отсутствии у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей свидетельствует наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, указания на то, что покупатель должен уплатить лицензионные платежи в качестве условия такой продажи. Подобное указание является решающим при определении того, были ли лицензионные платежи уплачены в качестве условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров.

Зависимость продажи оцениваемых (ввозимых) товаров от уплаты лицензионных платежей может иметь место и в случаях, когда внешнеэкономический договор (контракт), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, не содержит прямого указания об уплате лицензионных платежей как условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, особенно когда правообладатель и продавец являются разными лицами.

Во всех случаях решение о том, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, следует принимать с учетом анализа всех факторов и обстоятельств, сопутствующих продаже и ввозу этих товаров. В качестве таких факторов могут учитываться следующие: наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым оцениваемые (ввозимые) товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, или в иных документах, связанных с продажей таких товаров, положений, касающихся уплаты лицензионных платежей; наличие в лицензионном договоре положений, касающихся продажи оцениваемых (ввозимых) товаров; наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым оцениваемые (ввозимые) товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, и (или) в лицензионном договоре положения о возможности расторжения внешнеэкономического договора (контракта) в случае неуплаты покупателем (лицензиатом) правообладателю лицензионных платежей; наличие в лицензионном договоре условия, запрещающего производителю (продавцу) изготавливать и (или) продавать покупателю товары, созданные с использованием объектов интеллектуальной собственности правообладателя, в случае неуплаты последнему соответствующего вознаграждения; наличие в лицензионном договоре условия, позволяющего правообладателю осуществлять контроль за производством товаров или их продажей производителем (продавцом) покупателю (продажей товаров для вывоза на таможенную территорию Союза), который выходил бы за рамки контроля качества.

Следуя пункту 15 Рекомендаций в целях решения вопроса о том, являются ли уплачиваемые платежи платежами за право на воспроизведение (тиражирование) ввозимых товаров на таможенной территории Союза, следует проанализировать следующее: содержат ли ввозимые товары какую-либо идею или оригинальную работу, являющуюся объектом интеллектуальных прав (например, объектом авторского права, изобретением, ноу-хау, селекционным достижением); является ли воспроизведение (тиражирование) идеи или оригинальной работы охраняемым правом в соответствии с законодательством государства-члена; предусмотрено ли условиями внешнеэкономического договора (контракта) или другого договора предоставление покупателю права на воспроизведение (тиражирование) ввозимых товаров; требует ли обладатель охраняемого права (лицензиар) уплаты вознаграждения за передачу покупателю права на воспроизведение (тиражирование).

Положительные ответы на все перечисленные вопросы указывают на возможность того, что уплачиваемые платежи относятся к лицензионным платежам за право на воспроизведение (тиражирование) ввозимых товаров на таможенной территории Союза.

В пункте 16 Рекомендаций разъяснено, что в соответствии с пунктом 39 Протокола об охране и защите прав на объекты интеллектуальной собственности (приложение №26 к Договору о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 года) секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и др.), в том числе сведения о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, а также сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых обладателем таких сведений введен режим коммерческой тайны.

Согласно пункту 17 Рекомендаций при предоставлении права использования секретов производства (ноу-хау) в лицензионном договоре может быть установлено, что секрет производства (ноу-хау) используется, например: а) при производстве ввозимых товаров (в том числе когда секрет производства (ноу-хау) инкорпорирован (содержится) в них); б) при производстве продукции, выполнении работ, оказании услуг с использованием ввозимых товаров (ингредиентов, компонентов, оборудования, инструментов и т.д.) на таможенной территории Союза; в) при реализации организационных решений в рамках деятельности лицензиата.

Если секрет производства (ноу-хау) использован при производстве ввозимых товаров или инкорпорирован (содержится) в них, лицензионные платежи за использование секрета производства (ноу-хау) включаются в таможенную стоимость ввозимых товаров, так как в таких случаях секрет производства (ноу-хау) является частью ввозимых товаров (пункт 18 Рекомендаций).

Если секрет производства (ноу-хау) связан с реализацией организационных решений в рамках деятельности лицензиата (например, с обучением персонала лицензиата производству лицензионной продукции или использованию оборудования или машин, с технической поддержкой в области управления, администрирования, маркетинга, продажи, учета и т.д.), решение о включении лицензионных платежей за использование секрета производства (ноу-хау) в таможенную стоимость ввозимых товаров принимается на основе изучения и анализа вопроса о наличии ограничений и требований, установленных лицензионным договором, либо специфических особенностей или характеристик ввозимых (оцениваемых) товаров иных, чем предусмотренные условиями лицензионного договора по использованию товарного знака, коммерческого обозначения, фирменного наименования, в силу которых использование секрета производства (ноу-хау) возможно с применением ввозимых (оцениваемых) товаров (пункт 20 Рекомендаций).

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 №49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» при выполнении указанных в пункте 7 пункта 1 статьи 40 Таможенного кодекса ЕАЭС требований само по себе заключение договора с иным, чем продавец товара, правообладателем не препятствует включению уплачиваемых на основании такого договора роялти в соответствующем размере в таможенную стоимость оцениваемых товаров.

Из анализа приведенных положений таможенного законодательства в их нормативном единстве следует, что методы таможенной оценки предназначены для обеспечения правильного таможенного обложения ввозимых товаров исходя из их действительной экономической ценности. В связи с этим стоимость сделки с ввозимыми товарами может быть дополнена иными платежами (элементами), которые приходятся на покупателя, создают доход продавца с таможенной территории соответствующего государства, и, следовательно, считаются формирующими часть цены, используемой для таможенных целей, даже если они не были включены в контрактную цену товаров.

Платежи за использование объектов интеллектуальной собственности (роялти, лицензионные платежи) подлежат учету для целей таможенной оценки ввезенных товаров как один из компонентов таможенной стоимости при ее определении первым методом (по стоимости сделки с ввозимыми товарами) в той мере, в какой они влияют на их экономическую ценность.

При этом включение роялти в таможенную стоимость не ограничивается случаями, когда непосредственно ввезенные товары являются предметом лицензионных соглашений (товарный знак нанесен на товары и т.п.), а в договоре купли-продажи имеется явно выраженное указание на необходимость заключения лицензионного договора и уплаты роялти в качестве условия продажи товаров. Включение лицензионных платежей в таможенную стоимость также напрямую не обусловлено способом определения размера роялти (в зависимости от стоимости ввезенных товаров или иных показателей финансово-хозяйственной деятельности импортера), периодичностью уплаты лицензионных платежей, иными подобными обстоятельствами.

Отсутствие в договоре купли-продажи указания на необходимость заключения иных договоров в отношении объектов интеллектуальной собственности, не исключает возможность учета роялти для целей таможенной оценки, поскольку внесение платежей за использование объектов интеллектуальной собственности может являться подразумеваемым условием продажи, без выполнения которого импортер не в состоянии приобрести товар, а экспортер - не будет готов его продать.

В тех случаях, когда ввоз товаров осуществляется на основании сделок, совершаемых между участниками одной группы компаний, решение вопроса о заключении договоров, опосредующих использование объектов интеллектуальной собственности импортером, оказывается исключительно вопросом усмотрения иностранного поставщика и взаимосвязанных с ним участников группы, что порождает существенный риск манипулирования элементами стоимости товара, формирующими его таможенную стоимость. В указанных случаях уплата роялти может являться условием продажи товара для его ввоза в силу принятых внутри группы компаний правил ведения деятельности, что не находит прямого отражения в договорных условиях.

С учетом изложенного, при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам и является ли внесение данных платежей условием продажи товара, приобретенного по сделкам, совершенным в рамках одной группы компаний, значение имеет взаимосвязь между принятием импортером на себя обязательства по уплате роялти и возникновением (сохранением) у него возможности использовать ввезенные товары не только юридически (на законном основании), но и фактически (с учетом принятых внутри группы компаний правил организации торговой деятельности под определенным брендом).

Если внутри группы компаний установлены требования по использованию объектов интеллектуальных прав, делающие возможным продажу товаров в страну импорта для последующей розничной торговли, в том числе требования относительно использования внутригрупповых ноу-хау, программного обеспечения, веб-сайта и коммерческого обозначения, соответствующие платежи, осуществляемые в пользу поставщика или иного участника группы компаний (взаимосвязанного лица), могут рассматриваться как элементы действительной стоимости товаров, которые в силу подпункта 7 пункта 1 статьи 40 Таможенного кодекса ЕАЭС должны быть учтены для целей их таможенной оценки.

Изложенное согласуется с общепринятым в мировой практике подходом к оценке допустимости учета роялти в структуре таможенной стоимости ввезенных товаров, нашедшим отражение в ряде рекомендаций Технического комитета по таможенной оценке Всемирной таможенной организации, принятых в соответствии с пунктом 2 статьи 18 Соглашения по применению статьи VII ГАТТ 1994 (рекомендуемые мнения 4.3 и 4.7, 4.11 и 4.12), подтверждающих необходимость включения в таможенную стоимость платежей за использование объектов интеллектуальной собственности, уплачиваемых импортером для получения возможности осуществления производственного процесса (использования технологии), розничной дистрибуции товаров, в зависимости того, были бы проданы соответствующие товары в страну импорта без заключения иных договоров, обеспечивающих коммерческие интересы продавца и связанных с ним лиц (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.12.2022 №310-ЭС22-9639). 

С учетом фактических обстоятельств дела судом первой инстанции проанализирована система взаимоотношений между компанией «INDITEX S.A.» – продавца товаров, в том числе маркированных товарным знаком «ZARA», обладающим правами на товарный знак «ZARA» и другими правами, характеризующими формат «ZARA», и созданными ею действующими в ее интересах соответствующими компаниями, в том числе компанией «IТХ Merken B.V.», являющейся правообладателем товарных знаков и лицензии на другие права, характеризующих формат «ZARA» в рамках договора о передаче права на использование товарных знаков правообладателю, заключенного с компанией «INDITEX S.A.», и отвечающей за разработку, совершенствование и использование формулы среды продаж («Формула продаж») для всех коммерческих форматов, лицензирующей различным продавцам «INDITEX S.A.» отличительные знаки, а также ноу-хау и техническую помощь, связанные с эксплуатацией и оформлением магазинов и портала интернет-магазинов, необходимых для розничных продавцов «INDITEX S.A.», а также непосредственными розничными продавцами «INDITEX S.A.», управляющими сетью розничных магазинов каждого коммерческого формата по всему миру и занимающимися коммерческой дистрибуцией одежды и аксессуаров, в том числе на территории ЕАЭС.

«Формула продаж», в той мере, в какой она связана с условиями продаж, охватывает лицензию на отличительные знаки (товарные знаки), ноу-хау и техническую помощь, связанные с работой магазинов и портала онлайн-покупок (программное обеспечение и вебсайт), что включает в себя дизайн и оформление торговых точек для презентации продукции; эти товары лицензированы для розничных сетей INDITEX, включая разнообразную техническую помощь в области продвижения и расширения бизнеса. 

Таким образом, суд первой инстанции верно усмотрел, что компания «IТХ Merken B.V.» создана лицензиаром – компанией «INDITEX S.A.» в целях осуществления компанией «IТХ Merken B.V.» функции посредника, предоставляющего розничным продавцам (дистрибьюторам) определенного коммерческого формата (в рассматриваемом случае – формат ZARA), посредством которого осуществляется продвижение товара на внутреннем рынке. 

Все указанные выше обстоятельства, как обоснованно указал суд области, свидетельствуют о том, что действия, предпринимаемые АО «Новая Мода» (прежнее наименование – АО «ЗАРА СНГ»), в том числе заключение Договора коммерческой концессии с компанией «IТХ Merken B.V.», с целью продвижения товаров на внутреннем рынке ЕАЭС, осуществлены по требованию продавца – компании «INDITEX S.A.» и продавец определяет условия их осуществления, что является условием продажи ввозимых товаров и, как следствие влияет на установление продавцом стоимости сделки, в связи с чем расходы АО «Новая Мода» за использование комплекса прав, предоставленных в рамках Договора коммерческой концессии, должны быть добавлены к цене, фактически уплаченной за ввозимый товар, поскольку с учетом пункта 20 Рекомендаций условие 1, предусмотренное подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, выполняется. 

Судом первой инстанции также установлено, что условие 2, предусмотренное подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, также выполняется, поскольку право пользования объектами интеллектуальной собственности передается по вертикали интегрированной группы INDITEX             к АО «Новая Мода» через поставщика «INDITEX S.A.», которому передается полный комплекс прав, в том числе право пользования товарными знаками, которые фактически наносятся на товар; таким образом, продавец «INDITEX S.A.» осуществляет контроль за всеми этапами производства товара, ввозимого на территорию ЕАЭС и вместе с тем контролирует объекты интеллектуальной собственности, что означает, что сторонние организации, вовлеченные в процесс производства, осуществляют отгрузку товара с маркой «ZARA» только в адрес «INDITEX S.A.» и никакие другие компании такой товар приобрести не смогут. 

В свою очередь «IТХ Merken B.V.» является промежуточным звеном между АО «Новая Мода» и компанией «INDITEX S.A.». 

При этом договор коммерческой концессии в редакции от 01.07.2017 не может нести действительную волю сторон, поскольку АО «Новая Мода» является подконтрольным лицом по отношению к компании «INDITEX S.A.» (статья 431 ГК РФ), поскольку АО «Новая Мода», являясь покупателем товаров, маркированных товарным знаком «ZARA» в рамках внешнеторговых договоров, одновременно является пользователем по Договору коммерческой концессии, по смыслу подпункта «р» пункта 4.2 которого товары, маркированные товарным знаком «ZARA» и ввозимые АО «Новая Мода», подлежат реализации только в сети магазинов «ZARA». 

В этой связи полное расторжение договора коммерческой концессии влечет потерю права на ввоз товаров, маркированных товарным знаком «ZARA». 

С учетом приведенных обстоятельств суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что разрешение правообладателя на введение товаров в гражданский оборот на территории Российской Федерации, формализуется Договором коммерческой концессии, в соответствии с которым АО «Новая Мода» получило права на продвижение товаров на территории Российской Федерации в своих магазинах и через веб-сайт, и, таким образом, права, предоставленные по Договору коммерческой концессии, служат для индивидуализации предприятия и используются в его административно-хозяйственной деятельности, что не опровергает того, в данном случае деятельность АО «Новая Мода» состоит исключительно в дистрибуции товаров «ZARA» (лицензионные платежи относятся к ввезенным товарам), и экспорт товаров для ввоза в Российскую Федерацию без заключения договора коммерческой концессии не предполагался. 

В ходе производства по делу в суде первой инстанции Обществом не было подтверждено, что рассматриваемая цена товаров исходит из обычной ценовой практики, поскольку ценообразование в группе компании холдинга INDITEX является трансфертным, а также не подтверждена доступность товаров, маркированных товарным знаком «ZARA», неограниченному кругу лиц по тем же ценам, что и для АО «Новая Мода».

В ходе проведенной таможенной проверки также было установлено и не опровергнуто заявителем, что никто, кроме Общества, задекларированные по ДТ товары, маркированные товарным знаком «ZARA», на таможенную территорию ЕАЭС не ввозил, как и установлено, что спорный товар иными, помимо входящих в группу компаний холдинга INDITEX, компаниями в адрес Общества не поставлялся.

В этой связи проанализировав обстоятельства опосредующие взаимоотношения между аффилированными лицами (компанией «INDITEX S.A.», компанией «IТХ Merken B.V.» и АО «Новая Мода»), условия Договора коммерческой концессии применительно к Рекомендациям, принимая во внимание, что при сборе конечного лицензионного продукта лицензиатом (АО «Новая Мода») используются ввезенные товары, суд области пришел к верному выводу о том, что лицензионные платежи (вознаграждение) относятся к оцениваемым (ввозимым) товарам, а их уплата является условием продажи ввозимых на таможенную территорию ЕАЭС товаров, маркированных товарным знаком «ZARA», в связи с чем таможенная стоимость товаров по спорной ДТ может быть принята с применением метода в соответствии со статьями 39, 45 ТК ЕАЭС с добавлением дополнительных начислений, предусмотренных подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС.

Приведенный правовой подход согласуется со сложившейся судебной практикой Верховного Суда Российской Федерации (Определения от 01.12.2022 №305-ЭС22-11464, от 02.12.2022 по делу №310-ЭС22-9639 и от 02.12.2022 №310-ЭС22-8937).

В свою очередь, подпунктом 3 пункта 2 статьи 40 ТК ЕАЭС установлено, что таможенная стоимость ввозимых товаров не должна включать в себя пошлины, налоги и сборы, уплачиваемые в связи с ввозом товаров на таможенную территорию Союза или продажей ввозимых товаров на таможенной территории Союза, при условии, что они выделены из цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате, заявлены декларантом и подтверждены им документально.

Таким образом, для включения указанных расходов в состав разрешенных вычетов из цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, указанные расходы должны быть частью цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, они должны быть понесены декларантом в виде пошлин, налогов и сборов, уплачиваемых в связи с ввозом товаров на таможенную территорию Союза.

При этом суммы НДС, исчисленные, удержанные и уплаченные декларантом в рамках исполнения им обязанностей налогового агента в отношении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности, начисленных в пользу иностранного лица (правообладателя), не соответствуют перечисленным условиям: не являются частью цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, налогоплательщиком по ним является правообладатель, а не декларант, объектом налогообложения является не ввоз товаров, а передача прав на объекты интеллектуальной собственности (результаты интеллектуальной деятельности) на территории Российской Федерации (подпункт 1 пункта 1 статьи 146, подпункт 4 пункта 1 статьи 148 Налогового кодекса Российской Федерации), соответственно, уплачиваются указанные суммы НДС не в связи с ввозом товаров, а в связи с передачей, предоставлением патентов, лицензий, торговых марок, авторских прав или иных аналогичных прав.

Относительно уплаты указанных сумм НДС в связи с передачей, предоставлением патентов, лицензий, торговых марок, авторских прав или иных аналогичных прав, организация (декларант) признается налоговым агентом, то есть лицом, на которого в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах возложены обязанности по исчислению, удержанию у налогоплательщика и перечислению налогов в бюджетную систему Российской Федерации.

На организацию обязанности налогового агента возложены в соответствии со статьей 161 Налогового кодекса Российской Федерации, поскольку в рассматриваемой ситуации налогоплательщиками являются иностранные лица - лицензиары, не состоящие на учете в налоговых органах Российской Федерации в качестве налогоплательщиков.

Поскольку отсутствуют основания для включения в состав разрешенных вычетов из цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, сумм НДС, исчисленных, удержанных и уплаченных из начисленных в пользу правообладателя лицензионных платежей в рамках исполнения декларантом обязанностей налогового агента (пункты 1 и 2 статьи 161, пункт 4 статьи 174 Налогового кодекса Российской Федерации), НДС, удержанный налоговым агентом, подлежит включению в таможенную стоимость лицензионных товаров в составе дополнительных начислений к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, в виде лицензионных платежей.

Изложенное согласуется с правовым подходом технического комитета по таможенной оценке Всемирной таможенной организации (ВТамО) (Рекомендуемые мнения 4.16 и 4.18), которой сделан вывод о необходимости включения в состав дополнительных начислений к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, в виде роялти полной суммы роялти, начисленной в пользу правообладателя, то есть с учетом сумм налогов, подлежащих удержанию налоговым агентом в стране ввоза товаров. При этом при подготовке рекомендуемых мнений 4.16 и 4.18 техническим комитетом по таможенной оценке ВТамО не приняты во внимание конкретные виды налогов, в отношении которых законодательством страны ввоза лицензионных товаров предусмотрены обязанности налоговых агентов по исчислению, удержанию и уплате соответствующих сумм налогов, в связи с чем положения указанных рекомендуемых мнений распространяются, в том числе на НДС, удержанный налоговым агентом.

Указанное применительно к установленным по делу фактическим обстоятельствам обуславливает обоснованность вывода суда первой инстанции о правомерности включения Воронежской таможней в состав таможенной стоимости сумм НДС, уплаченного декларантом в рамках исполнения им обязанностей налогового агента.

Приведенный правовой подход согласуется со сложившейся судебной практикой Верховного Суда Российской Федерации (Определения от 29.05.2023 №307-ЭС23-7231, от 19.06.2023 №307-ЭС23-9001) и Арбитражного суда Центрального округа (постановления от 18.09.2023 по делу №А62-3007/2022, от 09.10.2023 по делу №А62-4713/2022).

Кроме того, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за ввозимые товары, относится к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза, в связи с чем согласно пункту 9 статьи 39 Таможенного кодекса ЕАЭС перечисляемые покупателем продавцу дивиденды или иные платежи в случае, если они не связаны с ввозимыми товарами, не включаются в таможенную стоимость ввозимых товаров.

В то же время при определении таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляется часть полученного в результате последующей продажи, распоряжения иным способом или использования ввозимых товаров дохода (выручки), которая прямо или косвенно причитается продавцу (подпункт 3 пункта 1 статьи 40 Таможенного кодекса ЕАЭС).

По смыслу приведенных положений дивиденды, полученные участником (акционером) хозяйственного общества в результате распределения чистой прибыли, не включаются в таможенную стоимость ввозимых товаров, поскольку по своей экономической природе представляют собой доход от инвестиций, вложенных участником (акционером) в создание или приобретение предприятия (т.н. «прямые инвестиции») и как таковые (per se) не связаны импортом товаров.

Однако платежи, поименованные в качестве дивидендов и являющиеся таковыми лишь по форме (prima facie), признаются связанными с ввезенными товарами и включаются в их таможенную стоимость на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 40 Таможенного кодекса ЕАЭС, если по своей сути данные платежи обеспечивают получение продавцом части причитающегося ему дохода (выручки) от продажи ввезенных товаров и выполняют эту функцию в отношениях между сторонами внешнеторгового контракта.

Следуя правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определениях от 02.12.2022 №310-ЭС22-9639 и от 02.12.2022 №310-ЭС22-8937, если учредители общества принимают решение о выплате дохода (чистой прибыли), полученного в связи с реализацией товара, ввезенного в рамках внешнеэкономических договоров, заключенных с поставщиками, являющимися одновременно учредителями (участниками) российского хозяйственного общества, и декларантом не представлены доказательства, подтверждающие соответствие стоимости сделки с ввозимыми товарами их действительной стоимости, указанный доход (чистая прибыль) может быть включен в таможенную стоимость ввезенных товаров.

Приведенные разъяснения применительно к фактическим обстоятельствам выплаты АО «Новая Мода» дивидендов своим акционерам, в том числе компании «INDUSTRIA DE DISENO TEXTIL, S.A. (INDITEX, S.A.), одновременно являвшейся поставщиком задекларированного товара, установленные в ходе таможенной проверки, свидетельствуют об обоснованности вывода суда области о правомерности включения Воронежской таможней в состав таможенной стоимости части дохода (выручки) Общества, полученного в результате последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров, которая прямо или косвенно причитается продавцу (дивидендов в рассматриваемом случае).

Избранный судом области правовой подход согласуется с выводами, изложенными в Определениях Верховного Суда Российской Федерации              от 20.04.2018 №310-КГ17-22991, от 28.10.2019 №310-ЭС19-18448, от 02.12.2022  №310-ЭС22-8937, от 02.12.2022 №310-ЭС22-9639, от 20.04.2023 №305-ЭС23-4182.

С учетом изложенного, суд первой инстанции, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные по делу доказательства, пришел к обоснованному выводу о законности оспариваемого решения от 30.03.2023.

Обстоятельств нарушения прав Общества оспариваемым решением таможенного органа судебная коллегия не усматривает, поскольку таковое было принято в рамках установленной компетенции и при наличии оснований, обусловленных заявлением самим Обществом недостоверных сведений о таможенной стоимости товаров.

В силу части 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

В связи с вышеизложенным, суд апелляционной инстанции находит решение суда первой инстанции законным и обоснованным, поскольку оно принято с учетом фактических обстоятельств, материалов дела и действующего законодательства, в связи с чем, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного акта по доводам заявителя не имеется. 

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе были предметом подробного и всестороннего рассмотрения в суде первой инстанции, и по мнению суда апелляционной инстанции им была дана надлежащая правовая оценка.

При этом доводы апелляционной жалобы не опровергают окончательного вывода суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ним, направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы возлагаются на ее заявителя. 

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд,  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Воронежской области от 29.12.2023 по делу №А14-11757/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                            Н.А. Песнина

 

Судьи                                                                                   Т.И. Капишникова

 

                                                                                                    Н.Д. Миронцева