ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности определения арбитражного суда,  

не вступившего в законную силу № 11АП-1496/2025

Дело № А65-31318/2022

г. Самара

09 апреля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 марта 2025 года Постановление в полном объеме изготовлено 09 апреля 2025 года  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Машьяновой А.В., судей Бондаревой Ю.А., Львова Я.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ромадановым А.А., с участием:  

от финансового управляющего ФИО1 - ФИО2, доверенность от  

08.03.2023, от ФИО3 - ФИО4, доверенность от 12.12.2023. иные лица не явились, извещены, 

рассмотрев в открытом судебном заседании 26 марта 2025 года в помещении суда в зале № 2  

апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 на  

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20 декабря 2024 года, вынесенное по  

результатам рассмотрения заявления финансового управляющего о признании недействительной  

сделкой брачный договор от 24.02.2022 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5, 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.02.2023 заявление индивидуального предпринимателя ФИО6 признано обоснованным и в отношении гражданина ФИО5, 03.09.1978 г.р, город Краснотурьинск Свердловской области РСФСР (ИНН 

<

***>), введена процедура банкротства – реструктуризация долгов. Финансовым управляющим утвержден ФИО1.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.07.2023 гражданин ФИО5, г. Казань, признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации его имущества. Финансовым управляющим утвержден ФИО1.  

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление финансового управляющего имуществом должника о признании недействительным брачного договора от 24.02.2022 № 16 АА 6970602, заключенного между ФИО5 и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.12.2024 в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом ФИО5 - ФИО1 о признании недействительным брачного договора от 24.02.2022 № 16 АА 6970602, заключенного между ФИО5 и ФИО3, применении последствий недействительности сделки, отказано.  

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, финансовый  

управляющий ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции, в которой просит его отменить.  

В обоснование апелляционной жалобы, заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта положений ст. 270 АПК РФ, указывая, что на момент заключения спорного брачного договора на ФИО3 было зарегистрировано имущество, приобретенное в браке (20.12.2012 – дата заключения брака, 09.02.2023 – дата расторжения брака): - автомобиль CHERRY TIGO 7 PRO 2021г.в. (дата регистрации – 30.04.2021; рыночная стоимость – 2млн.руб.), за ФИО5 зарегистрировано имущество, приобретенное в браке: - полуприцеп автомобильный модель 9385, 2000г.в. (рыночная стоимость 219 000,00 руб.); - доля в уставном капитале GMBH «INTRA» (Германия) (рыночная стоимость – 528 566,87 руб.); суд первой инстанции определил стоимость автомобиля CHERRY TIGO 7 PRO 2021г.в. в сумме 1,8млн.руб., между тем ФИО3 реализовала спорный автомобиль по системе «трейд ин» в пользу автосалона ООО «Экспомобили» 27.04.2023 за 1,8млн.руб., при этом спустя месяц данное транспортное средство реализовано ФИО7 за 2млн.руб.; расходы автосалона по вознаграждению за подбор иного автомобиля не могут быть возложены на должника; полуприцеп, зарегистрированный за должником, в конкурсную массу до настоящего времени не передан, доказательств наличия его в натуре, т.ч. на дату составления спорного брачного договора ответчиком не представлено; факт наличия данного прицепа в натуре должен быть доказан ФИО3, как аффилированным с должником лицом, на которого возлагается повышенный стандарт доказывания; доля в уставном капитале GMBH «INTRA», так же не является имуществом, за счет которого возможна хоть какое-то денежное возмещение, поскольку согласно представленной справке из уполномоченного органа государства Германии, с 2021 года данное общество деятельности не ведет; судом первой инстанции не проведен мотивированный расчет прожиточного минимума должника по содержанию несовершеннолетних детей в сумме  

560 946 руб., при том, что судебной практикой сформировался устойчивый подход, в части исключения из конкурсной массы размера прожиточного минимума только при наличии денежных средств на счетах должника и только за соответствующий период, без накопления сумм задолженности; суд наделяя исполнительским иммунитетом автомобиль, принадлежащей супруге должника, исходил из необходимости его использования ответчицей для перевозки детей, одному из которых ранее была установлена инвалидность, при этом судом не учтено, что в настоящее время у ребенка снята инвалидность, а также не устанавливалось специальное оборудование спорного автомобиля для перевозки инвалида; в случае установления обязанности возвратить половину стоимости автомобиля в конкурсную массу должника, что составляет 1 000 000 руб., оставшихся денежных средств будет достаточно для приобретения ответчиком иного транспортного средства, но более бюджетного, стоимость которого варьируется от 700 000 руб. до 950 000 руб., что не нарушит права ребенка-инвалида; произведенный раздел имущества нарушил права должника, а так же права имеющихся на тот момент кредиторов; указывая, что в период с 2019 по 2022гг. должником в адрес ФИО3 осуществлялись денежные переводы на общую сумму более 8,6млн.руб., в числе которых были заемные денежные средства, полученные должником от ФИО8 (правопреемник ИП ФИО6), на которые ответчицей был приобретен спорный автомобиль и однокомнатная квартира (первоначальный внос по ипотеке); брачный договор был направлен не только на вывод имущества из потенциальной конкурсной массы, но и реализовывал меры по закреплению возникших долгов за неплатежеспособным супругом, без определения долей ответственности супруги; брачный договор заключен спустя два дня после утверждения судом общей юрисдикции мирового соглашения между должником и кредитором ФИО6, что, по мнению апеллянта, свидетельствует о направленности действий супругов на сокрытие имущества от имеющихся кредиторов, совершенных при злоупотреблении правом, поскольку мировое соглашение должником не исполнялось.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2025 апелляционная жалоба оставлена без движения.  

После устранения заявителем обстоятельств, послуживших основанием для оставления апелляционной жало без движения, определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено  

на 26.03.2025.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

20.03.2025 от ФИО3 в материалы дела поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.  

14.03.2025 от финансового управляющего ФИО1 в материалы дела поступило письменное ходатайство об объединении дел в одно производство.  

Рассмотрев заявленное финансовым управляющим должника ходатайство об объединении дел в одно производство в порядке ст. 159 АПК РФ суд отказывает в его удовлетворении, поскольку согласно п.3 ст. 266 АПК РФ в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила о соединении и разъединении нескольких требований, об изменении предмета или основания иска, об изменении размера исковых требований, о предъявлении встречного иска, о замене ненадлежащего ответчика, о привлечении к участию в деле третьих лиц, а также иные правила, установленные настоящим Кодексом только для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.  

В ходе судебного заседания представитель финансового управляющего ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить определение суда первой инстанции.  

Представитель ФИО3 возражал против доводов апелляционной жалобы, просил оставить определение суда первой инстанции без изменения.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Как следует из материалов дела, брак между должником и ФИО3 заключен 20.10.2012, расторгнут – 13.03.2023 по решению мирового судьи от 10.02.2023, что подтверждается копией свидетельства о заключении брака, сведениями Управления ЗАГС Кабинета Министров Республики Татарстан, истребованными судом, копией судебного акта (резолютивная часть).  

24.02.2022 между должником и ответчиком был заключен брачный договор № 16/64 - н/16-2022-1-102, по условиям которого произведен раздел имущества, совместно нажитого в период брака.  

Согласно пункту 1 указанного договора правовой режим имущества, установленный договором, распространяется как на уже нажитое имущество, так и на имущество, которое будет нажито в будущем.  

Из пункта 1.1 договора следует, что все имущество и покупки, сделанные в период брака, будут считаться имуществом супруга, на имя которого оно оформлено.  

Определением Приволжского районного суда города Казани Республики Татарстан от 21.02.2022 по делу № 2-73/2022 между должником и ИП ФИО6 было заключено мировое соглашение о погашении должником в течении 36 месяцев перед кредитором суммы долга в размере 60 191,00 Евро.  

Таким образом, на момент совершения сделки должник имел неисполненную задолженность перед ИП ФИО6, требования которого включены в реестр требований кредиторов должника (определение суда от 09.02.2023 по настоящему делу).  

На момент заключения брачного договора за супругой должника было зарегистрировано следующее имущество, приобретенное в браке:  

- однокомнатная квартира, назначение – жилое, общей площадью 34,1 кв. м, расположенная по адресу: Россия, Татарстан, 

<

...>, кадастровый номер: 16:50:160824:6010;  

- автомобиль CHERY TIGO 7 PRO 2021 г.в. 

За должником при заключении брачного договора зарегистрировано следующее имущество, приобретенное в браке:  

- автомобиль МЕРСЕДЕС БЕНЦ 814, 1993г.в. (т.1 л.д.66+оборотная сторона); - прицеп автомобильный 9385, Год выпуска: 2000 (т.1 л.д.66+оборотная сторона); - доля в уставном капитале ООО «Интра» ИНН: 

<

***>; - 20% доли в уставном капитале компании «INTRA GmbH», Германия. 

Финансовый управляющий указывая, что в результате заключения оспариваемого брачного договора имущественное положение должника изменилось существенно в худшую сторону, стоимость полученного ФИО3 имущества многократно превышает полученное должником в связи с чем, обратился в суд с заявлением о признании брачного договора недействительной сделкой на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции руководствовался следующим.  

Согласно ст. 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.  

Согласно п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе.  

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве).  

В силу статьи 40 Семейного кодекса Российской Федерации брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.  

Пунктом 1 статьи 42 Семейного кодекса Российской Федерации определено, что брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 данного Кодекса), установив режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.  

Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения  

каждым из них семейных расходов и определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов. Следовательно, брачный договор является основанием для возникновения, изменения и прекращения прав и обязанностей супругов в отношении их совместной собственности.  

Соглашение о разделе общего имущества прекращает право совместной собственности супругов на указанное в соглашении имущество и влечет возникновение права собственности у каждого из супругов в соответствии с его условиями.  

Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве), статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В силу п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.  

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.  

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при  

наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации  

- десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

Если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).  

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.  

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота (п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63).  

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию (п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63).  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение  

стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63).  

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).  

Оспариваемый брачный договор заключен 24.02.2022, т.е. не ранее одного года до принятия судом к производству заявления о признании должника банкротом - 21.11.2022.  

Согласно заявлению финансового управляющего, на момент совершения сделки должник обладал признаками неплатежеспособности, поскольку имел задолженность перед ИП ФИО6, установленную судебным актом от 09.02.2023 по настоящему делу.  

Супруга является заинтересованным лицом по отношению к должнику в силу ст. 19 Закона о банкротстве.  

Как указывал финансовый управляющий, сделка привела к уменьшению конкурсной массы и причинению вреда имущественным правам кредиторов.  

На момент заключения брачного договора за супругой было зарегистрировано следующее имущество, приобретенное в браке: однокомнатная квартира, назначение – жилое, общей площадью 34,1 кв. м, расположенная по адресу: Россия, Татарстан, 

<

...>, кадастровый номер: 16:50:160824:6010; автомобиль CHERY TIGO 7 PRO 2021 г.в.  

За должником при заключении брачного договора зарегистрировано следующее имущество, приобретенное в браке: прицеп автомобильный 9385, Год выпуска: 2000; доля в уставном капитале ООО «Интра» ИНН: 

<

***>; 20% доли в уставном капитале компании «INTRA GmbH», Германия.  

Рыночная стоимость прицепа - 219 000 руб., что подтверждается отчетом об оценке и сторонами не оспаривалось; рыночная стоимость доли в уставном капитале ООО «Интра» ИНН: 

<

***> – 90 000 руб. (по отчету об оценке), в настоящее время юридическое лицо исключено из ЕГРЮЛ.  

Довод о том, что прицеп должником не передан в конкурсную массу, был отклонен судом первой инстанции, поскольку неисполнение должником данной обязанности не свидетельствует об отсутствии имущества на момент заключения брачного договора, не является её следствием. Ответчик не несет ответственность за данное бездействие должника.  

Как указывал финансовый управляющий, рыночная стоимость доли в уставном капитале компании «INTRA GmbH» составляет 163 600 руб. на момент сделки, согласно представленному им отчету об оценке ООО «НЭПЦ». Ответчик же указала, что данное имущество оценено в 528566,87 руб. по состоянию на 24.04.2022, ссылаясь на иной представленный в дело отчет об оценке ООО «Центр оценки «Эдвайс».  

В рассматриваемом случае представленный финансовым управляющим отчет ООО «НЭПЦ» суд оценил критически, т.к. приложен квалификационный аттестат оценщика в области оценки недвижимости, а не оценки бизнеса (ст. 4 Закона об оценочной деятельности, п. 1 Приложения N 5 к Приказу Минэкономразвития России от 29.05.2017 N 257).  

Также ответчик указывала на иные существенные и обоснованные недостатки отчета, в частности, информация о структуре уставного (складочного) капитала, паевого фонда  

организации, ведущей бизнес, в частности, при оценке стоимости акций – номинальную стоимость и количество размещенных и голосующих обыкновенных акций, номинальную стоимость и количество голосующих и неголосующих привилегированных акций, при оценке долей в уставном (складочном) капитале – размер уставного капитала, количество и номинальную стоимость долей, при оценке паев в паевых фондах производственных кооперативов – размер паевого фонда, количество паев; (п. 8а ФСО № 8) информация о структуре распределения уставного (складочного) капитала, паевого фонда организации, ведущей бизнес, на дату оценки между акционерами, владеющими более 5 процентов акций, членами кооператива или участниками общества с ограниченной ответственностью, товарищами хозяйственного товарищества, участниками хозяйственного партнерства; (п. 8б ФСО № 8) информация о правах, предусмотренных учредительными документами организации, ведущей бизнес, в отношении владельцев обыкновенных и привилегированных акций, паев в паевом фонде производственного кооператива, долей в уставном (складочном) капитале; (п. 8в ФСО № 8) информацию о распределении прибыли организации, ведущей бизнес, в частности, при оценке стоимости акций – о дивидендной истории (дивидендных выплатах) организации за репрезентативный период, при оценке долей в уставном (складочном) капитале – о размере части прибыли организации, распределяемой между участниками организации; (п. 8г ФСО № 8) сведения о наличии и условиях корпоративного договора, в случае если такой договор определяет объем правомочий участника акционерного общества, общества с ограниченной ответственностью, отличный от объема правомочий, присущих его доле согласно законодательству. (п. 8д ФСО № 8). Анализ и информация о состоянии и перспективах развития отрасли, в которой функционирует организация, ведущая бизнес, в том числе информацию о положении организации, ведущей бизнес, в отрасли и другие рыночные данные, используемые в последующих расчетах для установления стоимости объекта оценки (п. 7а ФСО № 8) Анализ и информация, характеризующая деятельность организации, ведущей бизнес, в соответствии с предполагаемым использованием результатов оценки, в том числе: информация о создании и развитии бизнеса, условиях функционирования организации, ведущей бизнес (п. 7б ФСО № 8) – информация о выпускаемой продукции (товарах) и (или) выполняемых работах, оказываемых услугах, информацию о результатах производственно-хозяйственной деятельности за репрезентативный период (под репрезентативным периодом понимается период, на основе анализа которого возможно сделать вывод о наиболее вероятном характере будущих показателей деятельности организации); – финансовая информация, включая годовую и промежуточную (в случае необходимости) финансовую (бухгалтерскую) отчетность организации, ведущей бизнес, информацию о результатах финансово-хозяйственной деятельности за репрезентативный период; – прогнозные данные, включая бюджеты, бизнес-планы и иные внутренние документы организации, ведущей бизнес, устанавливающие прогнозные величины основных показателей, влияющих на стоимость объекта оценки. При расчете стоимости кредиторской задолженности к ее балансовой стоимости добавляется стоимость в размере 12954,48 евро. Данная сумма отражена в реестре предприятий. В составе документа «Реестр предприятий» есть второй лист, указывающий ссуды и кредиты, предоставленные руководству. Данный пункт указывает изменение баланса по состоянию на конец и начало отчетного периода (2020) и отражает только часть кредитов, предоставленных руководству, но не говорит о необходимости корректировки, так как данные (как и баланс) отражают состояние на 2020 год, соответственно уже отражены в балансе. И добавляя к кредиторской задолженности сумму в размере 12 954,48 евро оценщик необоснованно занижает итоговую стоимость объекта оценки (так как происходит двойной учет).  

Представленный ответчиком отчет признан судом первой инстанции в качестве надлежащего доказательства, изложенные в нём выводы не опровергнуты, сомнения в квалификации эксперта отсутствуют. О назначении судебной экспертизы финансовым управляющий не заявлено. Финансовый управляющий представил доказательства, подтверждающие о том, что компанией не ведется деятельность с 2021 г., а также указал, что ввиду внешне-политической ситуации выявление данного имущества невозможно. Вместе с тем, данные доводы является предположительными, сведения о принятии конкретных мер для пополнения конкурсной массы за счет данного имущества отсутствуют. Кроме того, брачный договор непосредственно заключен 24.02.2022.  

Транспортное средство CHERY TIGO 7 PRO 2021 г.в. было отчуждено супругой должника по цене 1 800 000 руб., в дело представлены копии договора купли-продажи с ООО «Экспомобилити» и акта от 27.04.2023.  

Ответчик посчитал, что рыночная стоимость данного автомобиля составляет 1 800 000 руб. Впоследствии ООО «Экспомобилити» по договору от 30.05.2023 отчуждено данное транспортное средство по цене 2 000 000 руб.  

Финансовый управляющий посчитал, что стоимость транспортное средства составляет 

2 000 000 руб., поскольку договор с ответчиком заключен с организацией, специализирующейся на продаже автомобилей, что не может компенсироваться за счет кредиторов.  

С указанным доводом суд первой инстанции не согласился, поскольку непосредственно ответчиком автомобиль продан по цене 1 800 000 руб., что существенно не превышает цену последующей сделки, доказательства занижения стоимости отсутствуют.  

Также суд первой инстанции учитывал, что финансовым управляющим не доказано, что при продаже имущества на торгах в процедуре банкротства, в случае поступления его в конкурсную массу, цена сделки превышала цену договора, заключенного ответчиком со специализированной организацией.  

В связи с изложенным суд первой инстанции пришел к выводу, что стоимость данного транспортного средства составляет 1 800 000 руб.  

Также суд учитывал, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.08.2024 утверждено локальное мировое соглашение от 24.06.2024, заключенное между ПАО «Сбербанк» (залоговый кредитор), ФИО3, ФИО5, требование ПАО «Сбербанк» в размере 1 608 164,84 руб. долга, 2 714,05 руб. процентов по кредитному договору 

<

***> от 26.08.2020, как обеспеченное залогом квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>. кв. 89, исключено из реестра требований кредиторов должника ФИО5  

Из конкурсной массы ФИО5 данная квартира исключена.  

Судебным актом установлено, что данная квартира является единственным жильем должника.  

Соответственно, изменение режима совместной собственности супругов на данное имущество не может повлиять на удовлетворение требований кредиторов.  

Таким образом, общая стоимость имущества составила 2 547 566,87 руб., с учетом того, что доли супругов в имуществе предполагаются равными (ст. 39 Семейного кодекса РФ), то при разделе стоимость доли каждого составляла 1 273 783,44 руб.  

В результате заключения брачного договора стоимость имущества, поступившего в собственность супруги, составила 1 800 000 руб., должника – 747 566, 87 руб., что на 526 216, 57 руб. меньше причитающейся доли.  

Однако ФИО5 и ФИО3 имеют на иждивении двоих несовершеннолетних детей ДД.ММ.ГГГГ г.р. и ДД.ММ.ГГГГ г.р., что подтверждается копиями свидетельств о рождении. Одному из детей с 25.06.2018 установлена инвалидность, категория «ребенок-инвалид», согласно копии справки бюро медико-социальной экспертизы. В настоящее время, как пояснила ответчик, инвалидность снята.  

Полученный ответчиком в результате заключения брачного договора, а также приобретенный после продажи иной автомобиль используются ответчиком для перевозки детей. Транспортное средство, как имеющееся в настоящее время, так и ранее принадлежавшее ответчику, были зарегистрированы в ФГИС «Федеральный реестр инвалидов», что подтверждается копиями уведомлений.  

В то же время в рамках иного обособленного спора с участием ответчика судом установлено наличие значительных расходов семьи, связанных с лечением ребенка, имеющего инвалидность. В дело представлены копии медицинских документов, подтверждающих госпитализацию ребенка, прохождение лечения в условиях стационара и амбулаторно в период с мая 2018 г. по август 2020 г., нахождение на учете врача до достижения 18-летнего возраста, назначения врача.  

Суд также указал, что уход за ребенком-инвалидом требует особого внимания и затрат родителей не только в период обострения основного заболевания, но и во время дальнейшей реабилитации, восстановления и поддержания здоровья.  

Из пояснений бывшей супруги должника следует, что после развода дети проживают с ней, денежные средства на содержание детей от должника не поступают.  

Как указано финансовым управляющим и следует из его отчетов, доходы должника в конкурсную массу не поступают, денежные средства в размере прожиточного минимума на содержание детей (ст. 213.25 Закона о банкротстве, ст. 446 ГПК РФ) не выдаются с момента введения процедуры реализации (06.07.2023). На момент разрешения настоящего спора этот срок составляет 1 год и 5 месяцев, общая сумма неполученного двумя детьми прожиточного минимума составляет 560 946 руб. (исходя из величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации, как указано в ст. 446 ГПК РФ, в 2023 г. 15 669 руб. ежемесячно, в 2024 г. – 16 844 руб.), что сопоставимо с разницей между стоимостью полученного должником и полученного супругой имущества в результате заключения брачного договора.  

Соответственно, при включении транспортного средства в конкурсную массу и последующей продаже полученные денежные средства также подлежали бы направлению на выплату прожиточного минимума. Кроме того, с учетом потребности семьи в автомобиле, отсутствии поступлений от должника на содержание детей, получение супругой автомобиля в результате заключения брачного договора позволила иные доходы направлять на содержание детей, а не транспортные расходы, приобретение иного автомобиля.  

Исходя из правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда РФ от 14.04.2022 N 15-П, ответственность за обеспечение надлежащих условий для реализации ребенком права на достойный уровень жизни обязывает родителей предпринять для этого все возможные усилия. Добровольное исполнение данной обязанности основано на общепризнанной презумпции добросовестности родительской заботы о детях, когда родители самостоятельно определяют порядок и формы предоставления им содержания, в том числе посредством соглашения об уплате алиментов.  

Таким образом, на основании совокупности вышеизложенных обстоятельств, принципа баланса интересов между должником и его кредиторами, личными правами должника и членов его семьи, в том числе правами на достойную жизнь и достоинство личности, а также из конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к выводу, что передача автомобиля, используемого бывшей супругой должника для проезда с несовершеннолетними детьми, один из которых имеет серьезное заболевание, направлена на соблюдение прав детей. Данный вывод согласуется с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2023 N 306-ЭС23-17596 по делу N А06-4099/2020.  

На основании совокупности изложенных обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу, что имущественное положение должника не изменилось (не ухудшилось) в результате заключения оспариваемой сделки, брачным договором право кредиторов на удовлетворение своих требований не нарушено.  

Возможность отступления от законного режима имущества супругов посредством заключения брачного договора предусмотрена действующим законодательством и само по себе без учета конкретных обстоятельств не может свидетельствовать о недобросовестности супругов, причинении вреда кредиторам. При таких обстоятельствах оснований полагать, что в результате подписания спорного брачного договора должник безвозмездно лишился имущества, которое бы подлежало включению в конкурсную массу, а сама сделка причинила вред кредиторам, по мнению суда, не имеется.  

Таким образом, отсутствуют основания для признания недействительным брачного договора от 24.02.2022 № 16 АА 6970602, заключенного между ФИО5 и ФИО3, по ст. 61.2 Закона о банкротстве и, соответственно, применения последствий недействительности сделки в связи с чем, суд отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего судом первой инстанции.  

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств установленных в рамках настоящего спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего спора, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, при этом считает необходимым отметить следующее.  

Согласно статье 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату  

принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством. В конкурсную массу может включаться имущество гражданина, составляющее его долю в общем имуществе, на которое может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским законодательством, семейным законодательством.  

Имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве).  

Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Оно признается таковым независимо от того, на имя кого из супругов оформлена вещь либо кем из супругов внесены денежные средства в счет ее оплаты (статья 34 Семейного кодекса Российской Федерации; далее - Семейный кодекс).  

Законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное (пункт 1 статьи 33 Семейного кодекса).  

Брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения (статья 40 Семейного кодекса).  

Брачный договор может быть заключен как до государственной регистрации заключения брака, так и в любое время в период брака (пункт 1 статьи 41 Семейного кодекса).  

Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности, установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов (пункт 1 статьи 42 Семейного кодекса).  

Возможность отступления от законного режима имущества супругов посредством заключения брачного договора предусмотрена действующим законодательством и не может свидетельствовать о злоупотреблении правом при его заключении.  

Оспаривание сделок при банкротстве, предусмотренное статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве направлено на достижение одной из основных целей банкротства - максимально возможное справедливое удовлетворение требований кредиторов.  

В частности, статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (неравноценность встречного исполнения обязательств другой стороной сделки), в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

Учитывая изложенное, брачный договор может быть признан недействительным, если будет доказано, что в результате заключения брачного договора режим совместной собственности супругов в отношении имущества, приобретенного в браке, изменен в пользу заинтересованного лица - супруги и должник утратил право на значительную часть имущества, на которое могло быть обращено взыскание по его обязательствам перед кредиторами.  

Как следует из материалов настоящего дела, согласно доводам финансового управляющего, предметом неравноценности спорного договора является автомобиль - CHERY TIGO 7 PRO 2021г.в. (дата регистрации за супругой должника – 30.04.2021).  

Как указывает ответчица, данный автомобиль был приобретен на ее имя на денежные средства от продажи 22.04.2021 ранее принадлежащего автомобиля БМВ 630D XDRIVE, 2017г.в.  

После расторжения брака между супругами, автомобиль CHERY TIGO 7 PRO 2021г.в. был реализован ответчицей 27.04.2023 по программе "трейд-ин" и послужил первоначальным платежом по договору автокредита при покупке нового автомобиля CHERY TIGO 7 PRO MAX 2023г.в., автокредит, выданный ответчику Росбанком, ФИО3 до настоящего времени не погашен в полном объеме, автомобиль находится в залоге у Росбанка (т.1 л.д.24, 100-101, 107, т.2 л.д. 142-143). При этом кредит погашается за счет личных средств супруги.  

Новым собственником автомобиля CHERY TIGO 7 PRO 2021г.в. в настоящее время является гр.ФИО7 01.06.1987г.р. (т.2 л.д.130).  

Данный факт подтвержден материалами дела и лицами, участвующими в деле, не оспаривается. Доказательств того, что гр.ФИО7 01.06.1987г.р. является недобросовестным приобретателем спорного транспортного средства, материалы дела не содержат/судом не установлено (ст.65 АПК РФ).  

Действительно на момент заключения между супругами спорного договора у должника имелись неисполненные обязательства перед ИП ФИО6  

Вопреки доводом апеллянта, должник исполнял условия утвержденного судом мирового соглашения, с 25.11.2022 вплоть до 30.01.2023 включительно (т.1 л.д.77).  

Вместе с тем, апелляционный суд учитывает, что на момент заключения брачного договора, должнику, помимо прицепа и долей в ООО, принадлежало транспортное средство МЕРСЕДЕС БЕНЦ 814, 1993г.в. (т.1 л.д.66+оборотная сторона).  

Финансовый управляющий указывая на неравноценность спорной сделки, ссылается, что рыночная стоимость CHERY TIGO 7 PRO 2021 г.в. составляет более 2млн.руб., что значительно превышает рыночную стоимость имущества перешедшего к должнику в результате раздела, при этом не представляет доказательств оценки автомобиля МЕРСЕДЕС БЕНЦ 814, 1993г.в., включенного в конкурсную массу должника, согласно отчету управляющего от 24.03.2025 (размещен в карточке настоящего дела системы КАД АРБИТР - 28.03.2025).  

Между тем, согласно открытым источникам сети Интернет (АВИТО, Дром.ру и т.п.), рыночная стоимость продажи аналогичного транспортного средства варьируется от 900 000 руб. до 2 300 000 руб.  

Документальных доказательств обратного в материалы дела не представлено (ст.65 АПК РФ).  

При этом апелляционный суд учитывает, что согласно отчету управляющего от 24.03.2025, доля 100 % в уставном капитале ООО "ИНТРА" ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>, принадлежащая должнику на дату раздела имущества супругов, оценена управляющим в 40 000,00 руб. (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности); стоимость доли 100% в копании «INTRA GmbH» оценена в сумме 528 566,87 руб. (установлено в определении от 20.12.2024 по оценке ООО «Центр оценки «Эдвайс» от 24.04.2022).  

Таким образом стоимость имущества должника, зарегистрированного за ним на дату раздела имущества между супругами, сопоставима со стоимостью спорного автомобиля CHERY TIGO 7 PRO 2021 г.в., принадлежащего на ту же дату супруге должника; в результате заключения брачного договора какое-либо имущество из владения должника в пользу супруги не перешло, причинения вреда имущественным правам кредиторов оспариваемой сделкой не установлено.  

Учитывая изложенное заключение брачного договора не повлекло изменение объемов имущественных активов должника в меньшую сторону в связи с чем, апелляционный суд  

приходит к выводу о недоказанности управляющим факта неравноценного раздела имущества между бывшими супругами.  

Согласно пункту 1 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным ГК РФ для недействительности сделок.  

По общему правилу, установленному гражданским законодательством, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (статья 256 ГК РФ, статья 34 СК РФ). При этом супругам предоставлена возможность заключения соглашения, по поводу юридической судьбы приобретенного ими имущества. В частности, в соответствии со статьей 42 СК РФ брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности, установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.  

Отступление от законного режима совместной собственности супругов само по себе не может свидетельствовать о злоупотреблении правом при заключении брачного договора (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.04.2019 N 309-ЭС19-3099).  

Вместе с тем, поскольку брачный договора в любом случае является сделкой совершенной с заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве), не предусматривающей встречного предоставления, которой лишь определяется режим приобретенного в браке имущества, такая сделка может быть признана недействительной лишь при установлении обстоятельств причинения в результате ее совершения вреда имущественным правам кредиторов.  

Само по себе заключение супругами брачного договора не свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов должника (одного из супругов).  

В рассматриваемом случае, финансовым управляющим не представлено надлежащих доказательств значительного уменьшения стоимости имущества должника в результате заключения спорного брачного договора, что является достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.  

Доводов о фиктивности расторжения брака, о продолжении фактических брачных отношений между супругами, участвующие в деле лица не приводилось.  

При установленных обстоятельствах, апелляционный суд не усматривает достаточных оснований для признания спорной сделки недействительной по мотиву отсутствия у нее признака вредоносности и нацеленности на причинение вреда имущественным правам кредиторов; равным образом апелляционным судом не установлено обстоятельств, а управляющим не представлено доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении сторон сделки, направленном на вывод имущества должника с целью избежать обращения взыскания на него.  

При этом суд апелляционной инстанции, учитывает правовой подход, изложенный в пункте 9 постановления N 48, согласно которому само по себе заключение брачного договора должником не лишает возможности кредиторов требовать включения такого имущества в конкурсную массу при доказанности того, что на момент заключения брачного договора у должника перед кредитором имелись неисполненные обязательства и кредиторы не были извещены об изменении режима имущества супругов в результате заключения брачного договора.  

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований управляющего, суд первой инстанции исходил из совокупности установленных по данному делу обстоятельств и недоказанности в данном случае наличия оснований для признания спорной сделки недействительной, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).  

Довод апеллянта о том, что сделка совершена с заинтересованным лицом, что подтверждает осведомленность стороны о цели сделки, совершенной во вред кредиторам должника, апелляционным судом отклоняется, поскольку суд установил отсутствие причинения вреда кредиторам при заключении указанного соглашения, поскольку супруги не отступили от принципа равенства долей в их имуществе.  

Довод заявителя о том, что на момент его заключения у должника перед кредитором ИП ФИО6 имелись неисполненные обязательства и кредитор не был извещен об изменении режима имущества супругов подлежит отклонению, поскольку данные обстоятельства не являются основанием для безусловного включения в конкурсную массу имущества, перешедшего  

в единоличную собственность супруга должника по спорному соглашению, поскольку в рамках настоящего спора рассматривался вопрос о признании соглашения о разделе имущества недействительным по мотиву причинения вреда имущественным правам кредиторов и недобросовестности участников сделки, тогда как обстоятельства наличия или отсутствия оснований для включения имущества в конкурсную массу подлежат исследованию и оценке в самостоятельном процессе.  

Довод апеллянта об имеющемся на рассмотрении суда обособленного спора по заявлению кредитора ИП ФИО6 о признании задолженности перед ним общим обязательством супругов, не имеет правового значения в настоящем споре о признании недействительным оспариваемого брачного договора.  

Доводы апеллянта о необходимости принятия во внимание дальнейших действий супруги должника по реализации разделенного имущества не влияют на признание недействительным соглашения, поскольку предметом оспаривания дальнейшие сделки в данном обособленном споре не являются, они могут быть обжалованы финансовым управляющим в отдельном производстве.  

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм права, регулирующие спорные правоотношения сторон, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.  

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.  

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.  

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта обжалуемого по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.  

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20 декабря 2024 года по делу № А65-31318/2022 - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий А.В. Машьянова  

 Судьи Ю.А. Бондарева  

 Я.А. Львов