АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ 

115225, г.Москва, ул. Большая Тульская, д. 17 http://www.msk.arbitr.ru Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

 

г. Москва Дело № А40-19177/23-165-54 15.12.2023 

Резолютивная часть решения объявлена 28.11.2023 Решение в полном объеме изготовлено 15.12.2023 

Арбитражный суд г. Москвы в составе: судьи Кантара М.И.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление ООО «МГП  «ИНЖЕНЕРНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ» о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО  

«КУЗНИЦА КЛИМАТА», при участии: согласно протоколу судебного заседания; 

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд города Москвы 02.02.2023 поступило исковое заявление  ООО «МГП «ИНЖЕНЕРНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ» о привлечении ФИО2,  ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности  по обязательствам ООО «КУЗНИЦА КЛИМАТА» солидарно в размере 9 067 704,63  руб.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) (в редакции Федерального закона  от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была  опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.  

В судебном заседании представители сторон огласили правовые позиции по  существу заявления.  

Судом, было объявлено, что подготовка дела к судебному разбирательству  окончена, в связи с чем, на основании ст. 136, 137, 184 АПК РФ, суд определил:  заявление ООО «МГП «ИНЖЕНЕРНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ» о привлечении к  субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц рассмотреть по  существу заявленных требований ввиду отсутствия возражений сторон.  

Исследовав и оценив все материалы дела в их совокупности, арбитражный суд  пришел к следующим выводам.  

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК  РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  

правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях» (далее также – Федеральный  закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ) в Закон о банкротстве были внесены изменения,  вступающие в силу со дня его официального опубликования (текст Федерального  закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ опубликован на официальном интернет-портале  правовой информации (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017, в «Российской газете» от  04.08.2017 № 172, в Собрании законодательства Российской Федерации от 31.07.2017   № 1 (часть I) статья 4815).  

В силу пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ  рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности,  предусмотренной статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня  вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), которые поданы с  01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального  закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.  

Поскольку заявление ООО «МГП «ИНЖЕНЕРНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ» подано в  суд после 01.07.2017, заявление подлежит рассмотрению по правилам Закона о  банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.  

Вместе с тем, порядок введения в действие соответствующих изменений в  Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных  с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»  означает следующее.  

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4  статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах  осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время  разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения  судебного акта.  

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется  иным правилам – пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее также – ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не  имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в  действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения  его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.  

Таким образом, при рассмотрении настоящего обособленного спора подлежат  применению нормы материального права, предусмотренные редакцией закона,  действующей на дату вменяемого деликта, и процессуальные нормы, действующие на  дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после  завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о  банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к  субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 названного  Закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет  известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности,  предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в  арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.  

Как разъяснено в пункте 28 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53  после  

завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу в связи  

с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедур  банкротства, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности вправе подать  только те кредиторы, работники должника, чьи требования в рамках дела о банкротстве  были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника  (в том числе в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве)  (пункты 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).  

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по  основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после  завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о  банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных  расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата  уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают  конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или  уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2  статьи 61.12 настоящего Федерального закона (пункт 4 статьи 61.14 Закона о  банкротстве).  

Из материалов дела усматривается, что определением Арбитражного суда  города Москвы от 20.01.2021 завершено конкурсное производство в отношении ООО  «МГП «ИНЖЕНЕРНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ».  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.07.2019 по делу № А40192696/18-30-214 Б требование ООО «МГП «ИНЖЕНЕРНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ» было  включено в реестр требований кредиторов Должника.  

Следовательно, Истец (ООО «МГП «ИНЖЕНЕРНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ»)  обладает правом на обращение с заявлением о привлечении контролирующего лица к  субсидиарной ответственности по заявленным основаниям в силу положений пункта 3  статьи 61.14 Закона о банкротстве.  

При рассмотрении вопросов, связанных с привлечением контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности в соответствии с разъяснениями,  данными в пункте 2 Постановления № 53, подлежат применению общие положения глав  25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах  вследствие причинения вреда, в части, не противоречащей специальным положениям  Закона о банкротстве.  

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по  обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности  установлены главой III.2. Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не  предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального  закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или  юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих  возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия  арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать  обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом  определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их  условий:  

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что  лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:  

 - являлось руководителем должника или управляющей организации должника,  членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом  ликвидационной комиссии;  

- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами  распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного  общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с  

ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в  общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать  (избирать) руководителя должника.  

Как следует из материалов дела, ФИО5 в период с 14.03.2013 по  27.07.2014 являлся руководителем должника, а также в период с 14.03.2013 по  15.07.2014 являлся единственным участником ООО «КУЗНИЦА КЛИМАТА»;  

ФИО4 в период с 28.07.2014 по 09.05.2017 являлся руководителем  должника;  

ФИО2 в период с 10.05.2017 по 15.05.2019 являлась руководителем  должника;  

ФИО3 в период с 15.05.2017 по 24.07.2018 являлась единственным  участником ООО «КУЗНИЦА КЛИМАТА».  

Следовательно, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5  являются контролирующими должника лицами по смыслу положений пункта 1 статьи  60.10 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности  по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия  решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию  такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о  банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых  настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для  принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию  такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.  

В силу пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в  соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе  по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного  пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о  банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания  должника банкротом). Бремя доказывания отсутствия причинной связи между  невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности,  предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к  ответственности лице (лицах).  

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан  обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:  

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов  приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или  обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном  объеме перед другими кредиторами;  

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными  документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об  обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного  предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением  должника;  

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или  сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;  

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам  недостаточности имущества;  

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине  недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий,  оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в  

размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым  законодательством;  

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи. 

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях,  предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем  через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9  Закона о банкротстве).  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 9 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 "О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве",  обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в  момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных  обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб  деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из  обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение  признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом  пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном  банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно  рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для  достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой  руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период,  пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя,  находящегося в сходных обстоятельствах.  

Анализ указанных норм права и положений позволяет сделать вывод о том, что  заявление о признании должника банкротом должно быть подано в суд  контролирующим должника лицом, которое при неисполнении названной обязанности  может быть привлечено к субсидиарной ответственности.  

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено  настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под  контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо,  имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению  признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным  судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для  исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия  должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Возможность определять действия должника может достигаться в силу наличия  полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности,  нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии (подпункт 2 пункт 2  статьи 61.10 Закона о банкротстве).  

В обоснование заявленного требования Истец указывает, что у Должника с  31.12.2015 усматриваются признаки объективного банкротства, так как ООО  «КУЗНИЦА КЛИМАТА» не имело в достаточном объеме оборотных средств для  ведения хозяйственной деятельности и погашения обязательств перед кредиторами.  

По мнению Истца с 31.12.2015 Ответчики должны были обратиться в суд с  заявлением о признании ООО «КУЗНИЦА КЛИМАТА» несостоятельным (банкротом).  

Однако, как указывает Истец данная обязанность Ответчиками исполнена не  была.  

В нарушение статьи 65 АПК РФ в материалы дела Истцом не представлено  доказательств того, что по состоянию на заявленную им дату, у должника имелись  обстоятельства, перечисленные в пункте 1 стать 9 Закона о банкротстве как основания,  при которых руководитель должника обязан подать заявление о признании банкротом.  

Само по себе наличие у должника формальных признаков банкротства не  является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника  ответственности за исполнение обязанности по обращению в суд с заявлением в  порядке статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку само по себе возникновение у  хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступление  такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает  зависимость инициирования процедуры несостоятельности и субсидиарную  ответственность руководителя должника.  

При этом, ненадлежащее исполнение обязательств одной из сторон по  гражданско-правовой сделке не является следствием не обращения руководителя  должника с заявлением о собственном банкротстве.  

Ошибочным является отождествление неплатежеспособности с неоплатой  конкретного долга отдельному кредитору.  

Данное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном  банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости  чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования  кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может  рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость  обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве (Определение Судебной  коллегии ВС РФ от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412).  

Истец, обращаясь в суд с настоящим заявлением, не представил в материалы  дела расчет размера обязательств, возникших после истечения месячного срока,  установленного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве, равно как и сведений ни об  одном новом обязательстве, возникшем после истечения срока, установленного статьей  9 Закона о банкротстве, тогда как это обязательное условие для привлечения бывшего  руководителя к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании  должника банкротом.  

Таким образом, оснований для удовлетворения заявления в указанной части у  суда не имеется.  

В обоснование заявления, Истец указывает, что ответчиком ФИО2 как  руководителем должника не исполнена, обязанность по передаче конкурсному  управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов,  материальных и иных ценностей.  

В соответствии с положениями статьи 61.11 Закона о банкротстве (пункт 1) если  полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или)  бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную  ответственность по обязательствам должника.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано  иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно  вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при  наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:  

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в  результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим  лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию  этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального  закона;  

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню  назначения временной администрации финансовой организации) или принятия  решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию  об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации,  

формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством  Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего  существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в  том числе формирование и реализация конкурсной массы;  

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности,  возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу  решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо  являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной,  административной ответственности или ответственности за налоговые  правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в  результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят  процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме  задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;  

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с  законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных  бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о  государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в  соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения  определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной  администрации финансовой организации) или принятия решения о признании  должника банкротом отсутствуют либо искажены;  

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие  обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо  внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный  реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом  документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности  юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на  юридическое лицо.  

Таким образом, действующим законодательством в статье 61.11 Закона о  банкротстве установлен закрытый перечень обстоятельств, при наличии которых  возможно привлечение лица к субсидиарной ответственности.  

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель  должника, а также временный управляющий, административный управляющий,  внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного  управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации  должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному  управляющему.  

Как указано в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от  21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих  должника лиц к ответственности при банкротстве", в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца  четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве  на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному  управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче  управляющему.  

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от  других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду  исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК  РФ.  

По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора  выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном  частью 3 статьи 223 АПК РФ.  

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной  ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или  искажением документации (подпункты 2и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду  объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной  информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на  проведение процедур банкротства.  

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной  ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или  искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11Закона о  банкротстве), необходимо учитывать следующее.  

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как  отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в  документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.  

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные  презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не  привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо  доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в  частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения  обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени  заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства  понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих  должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных  активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в  период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать  данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях  пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых  органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на  предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность  взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.  

К руководителю должника не могут быть применены презумпции,  установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если  необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в  ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.  

Такая передача документации (информации) не исключает возможность  привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных  просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным  основаниям.  

В соответствии с пунктом 11 названной статьи Закона, размер субсидиарной  ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру  требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также  заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов  по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности  имущества должника.  

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является  гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на руководителя обязанности нести  субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.  

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой  ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего  наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно- 

следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и  наступившим вредом, вину причинителя вреда.  

Конкурсный управляющий в суд с заявлением о выдаче исполнительного листа  на решение Арбитражного суда г. Москвы от 17.04.2019 не обращался.  

В рассматриваемом случае в материалах дела отсутствуют доказательства,  подтверждающие факт нахождения необходимой документации у бывшего  руководителя должника.  

Истцом не представлено доказательств наличия у ФИО2 либо иных  ответчиков какой-либо документации должника, не передача, которой, существенно  затруднила проведение процедуры банкротства, в том числе формирование и  реализация конкурсной массы, а также совершения им действий, определяющих  порядок ведения должником хозяйственной деятельности, прямо или косвенно  направленных на доведение последнего до банкротства.  

Из вступившего в законную силу определения Арбитражного суд города  Москвы от 20.01.2021 следует, что конкурсным управляющим процедура конкурсного  производства проведена в полном соответствии с требованиями Закона о банкротстве,  конкурсная масса сформирована за счет поступлений денежных средств на счет  должника. Доказательств наличия у должника какого-либо иного имущества, не  включенного в состав конкурсной массы или включенного, но не реализованного на  момент рассмотрении отчета о результатах проведения конкурсного производства,  судом установлено не было, в связи с чем, суд пришел к выводу о завершении  конкурсного производства.  

Таким образом, Истец не обосновал, отсутствие каких конкретно документов  существенно затруднило формирование конкурсной массы.  

При этом в силу закона участник общества ФИО3 не может быть  привлечен к субсидиарной ответственности за не передачу документации  управляющему, поскольку на дату введения процедуры банкротства не являлся его  руководителем, следовательно, на него законом не возложена обязанность по ведению  бухгалтерского учета и по передаче бухгалтерской документации, так как такая  обязанность лежит именно на последнем руководителе должника.  

Доказательств нахождения документации должника в распоряжении  ФИО3, в материалы дела не предоставлено.  

Также Истцом не приведены доводы и доказательства, свидетельствующие о  невозможности выполнения процедур банкротства в отсутствие запрашиваемой  документации, в связи с чем, оснований для удовлетворения требований в указанной  части у суда не имеется.  

Истец указывает, что в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений о  юридическом лице ООО «КУЗНИЦА КЛИМАТА».  

В силу подпункта 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презюмируется,  что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действия  контролирующего лица, если на дату возбуждения дела о банкротстве в ЕГРЮЛ  внесены недостоверные сведения о юридическом лице.  

Как разъяснил Верховный Суд РФ в пункте 25 Постановления Пленума  Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"  согласно взаимосвязанным положениям подпункта 5 пункта 2, пункта 1 статьи 61.11  Закона о банкротстве в ходе рассмотрения вопроса о применении презумпции,  касающейся невнесения информации в единый государственный реестр юридических  лиц или единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц  (либо внесения в эти реестры недостоверной информации), заявитель должен  представить суду объяснения относительно того, как отсутствие соответствующей  информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на  

проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе  опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что выявленные  недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур  банкротства.  

В нарушение статьи 65 АПК РФ Истцом не представлены доказательства того,  что запись о недостоверности сведений о юридическом лице повлияла на процедуру  банкротства и уменьшила вероятность удовлетворения требований кредиторов.  

Доводы Истца носят предположительный характер и не подтверждены  материалами дела.  

При этом, для кредиторов юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ по  решению регистрирующего органа на основании ст. 21.1 Федерального закона от  08.08.2001 № 129 - ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и  индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон о государственной регистрации),  законодателем действительно предусмотрена возможность защитить свои права путем  предъявления исковых требований к лицам, указанным в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК  РФ.  

С учетом изложенного, судом не установлено основания для привлечения  Ответчиков к субсидиарной ответственности на основании подпункта 5 пункта 2 статьи  61.11 Закона о банкротстве.  

В обоснование заявленных требований Истец указывает, что полное погашение  требований кредиторов Должника невозможно в связи с причинением вреда  имущественным правам кредиторов, в результате совершения должником сделок по  отчуждению лизинговых автомобилей по договору уступки права требования с ООО  «СК4286», сделки в последствии были признаны недействительными.  

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не  доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов  невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника  лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе, причинен  существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения ним  лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких  сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки,  указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.  

В соответствии с постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", если  необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по  которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя  из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве,  такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность,  предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем  должника (абзац первый статьи 1080 ГК РФ).  

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что  согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция  доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть  применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен  существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки  должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и  одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать,  что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие  критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46  

Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о  том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того,  что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях,  существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также  сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник  утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений  хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.  

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для  доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам,  заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе  предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с  предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит  обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной  убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания  предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не  подтверждают.  

Таким образом, при обращении с требованием о привлечении руководителя  должника, его учредителя к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать,  что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть  до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по  денежным обязательствам.  

Факт причинения имущественного вреда кредиторам по мнению конкурсного  управляющего подтверждается тем, что в настоящее время в результате совершения  спорных сделок кредиторы утратили право на удовлетворение своих требований за счет  имущества, незаконно отчужденного третьим лицам.  

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско- правовой, в связи с чем, возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную  ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ, следовательно, для  привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо  доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда,  противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между  противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину  причинителя вреда (статьи 65 АПК РФ).  

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 "О  некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью  учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным  (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать  обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют  возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд  должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной  ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство)  юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.  

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее  должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно  полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности,  если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований  кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского  оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей  (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет,  

что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам  кредиторов.  

В силу норм пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины  доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.  

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий  контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими  вреда должнику и его кредиторам презюмируется.  

Конкурсный управляющий, либо кредиторы не обязаны доказывать их вину как  в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (пункту 2 статьи 401,  пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и специальных  положений законодательства о банкротстве.  

Из разъяснений, содержащихся в пункте 16 Постановления № 53, следует, что  под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности  погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует  понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной  банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило  бы.  

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия)  контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически  наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением  принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или  одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным  исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по  поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности  лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам  возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления  должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом  во вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и  иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной  предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка  (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее  неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного  банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций,  совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих  лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в  стадию объективного банкротства.  

В нарушение положение статьи 65 АПК РФ Истцом не доказано, что  совершение бывшими руководителями должника указанных выше сделок явилось  объективной причиной банкротства должника или существенно ухудшило его  финансовое состояние.  

При этом суд принимает во внимание, что выше указанные сделки были  признаны судом недействительными и были применены последствия  недействительности оспоренных сделок.  

Следовательно, взыскание в рамках спора о привлечении к субсидиарной  ответственности вышеуказанной суммы будет являться повторным.  

Ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи  с чем, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность  осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.  

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать  противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить  ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между  противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными  последствиями; вину правонарушителя.  

При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления  должно быть отказано.  

Материалы дела не содержат доказательств вины Ответчиков при исполнении  им обязанностей руководителей должника, наличия причинно-следственной связи  между их указаниями или иными действиями и возникновением причин, повлекших  несостоятельность (банкротство) должника, а также причинно-следственной связи  между действиями указанных лиц и последующим банкротством должника.  

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о недоказанности всей  совокупности условий, необходимых для привлечения Ответчиков к субсидиарной  ответственности, установленной специальными нормами законодательства о  банкротстве  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 65, 71, 75,121, 123, 156,  136,137, 167-170, 176, 180-181 АПК РФ, арбитражный суд  

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении искового заявления ООО «МГП «ИНЖЕНЕРНЫЕ  ТЕХНОЛОГИИ» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2,  ФИО3, ФИО4 и ФИО5 по обязательствам ООО  «КУЗНИЦА КЛИМАТА».  

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в  Девятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд г. Москвы.  

Судья М.И. Кантар