﻿СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № 17АП-12998/2018(6)-АК

Дело № А60-19638/2018

03 марта 2020 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 марта 2020 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 03 марта 2020 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Л.М. Зарифуллиной,  

судей И.П. Даниловой, С.И. Мармазовой,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  Н.А. Мальцевой,  

при участии в судебном заседании: 

от кредитора Антипова А.И. - Чугунов Д.В., паспорт, доверенность от  28.02.2019, диплом;  

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и  времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей  121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том  числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного  заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного  суда,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора Антипова  Андрея Ивановича  

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 18 ноября 2019 года 

об отказе в удовлетворении заявления о признании договора купли-продажи  квартиры от 16.02.2016, заключенного между должником и Фирсовым  Виталием Алексеевичем, недействительным и применении последствий  недействительности в виде взыскания с Фирсова В.А. денежных средств в  размере 820 000,00 рублей,  

вынесенное судьей Д.Н. Морозовым в рамках дела № А60-19638/2018 

о признании Валентюкевича Якова Валентиновича (ИНН 661203192142)  несостоятельным (банкротом),  

заинтересованное лицо с правами ответчика Фирсов Виталий Алексеевич,  

заинтересованное лицо с правами соответчика Гуревич Эдуард Львович, 

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно  предмета спора, ПАО «Сбербанк России» в лице Уральского банка,  

установил:

05 апреля 2018 года в Арбитражный суд Свердловской области поступило  заявление Валентюкевича Якова Валентиновича (далее - должник) о признании  его несостоятельным (банкротом), которое определением суда от 09.04.2018  принято к производству, возбуждено настоящее дело о банкротстве должника.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.05.2018  (резолютивная часть решения от 07.05.2018) Валентюкевич Яков Валентинович  признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура  реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника  утверждена Янина Екатерина Сергеевна, член союза «Уральская  саморегулируемая организация арбитражных управляющих».  

Соответствующие сведения опубликованы на сайте ЕФРСБ 10.05.2018 и в  газете «Коммерсантъ» № 85 от 19.05.2018.  

20 марта 2019 года в Арбитражный суд Свердловской области поступило  заявление финансового управляющего должника Яниной Е.С. о признании  договора купли-продажи квартиры от 16.02.2016, заключенного между  должником Валентюкевичем Яковом Валентиновичем и Фирсовым Виталием  Алексеевичем недействительным и применении последствий его  недействительности в виде взыскания с Фирсова В.А. денежных средств  820 000,00 рублей, применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

От кредитора Антипова А.И. в арбитражный суд 20.09.2019 поступил  отзыв. Полагает, что заявление финансового управляющего подлежит  удовлетворению на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  статей 10 и 168 ГК РФ.  

Определением суда от 12.07.2019 к участию в обособленном споре в  качестве заинтересованного лица с правами соответчика привлечен Гуревич  Эдуард Львович.  

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ПАО  «Сбербанк России» в лице Уральского банка.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.11.2019  (резолютивная часть от 11.11.2019) в удовлетворении заявления финансового  управляющего о признании сделки должника недействительной отказано. С  Валентюкевича Якова Валентиновича в доход федерального бюджета взыскана  государственная пошлина в размере 6 000,00 рублей.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, кредитор Антипов  Андрей Иванович обратился с апелляционной жалобой, в которой просит  определение суда от 18.11.2019 отменить, принять новый судебный акт об  

удовлетворении заявления финансового управляющего, ссылаясь на  несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела;  нарушение норм процессуального права; неприменение закона, подлежащего  применению. Считает судебный акт незаконным и необоснованным.  

Заявитель жалобы указывает на то, что при наличии зарегистрированных  20 исполнительных производств в отношении должника на общую сумму  взыскания более 50 млн. рублей, находящихся в открытом доступе, а также  зарегистрированных 26 гражданских дел в судах общей юрисдикции о  взыскании задолженности, Фирсов В.А., действуя разумно и проявляя  требующуюся при покупке дорогостоящей квартиры осмотрительность, мог и  должен был обладать информацией о наличии неисполненных обязательства  должника, его неплатежеспособности и нарушении прав кредиторов должника  на дату совершения сделки. Полагает, что при определении стоимости  квартиры суд в силу части 3 статьи 69 АПК РФ должен был руководствоваться  вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции, которым  утверждена начальная стоимость продажи квартиры в размере 16 880 000  рублей, что свидетельствуют о нерыночной стоимости квартиры в рамках  оспариваемого договора. Переоценка судом первой инстанции установленных  судом общей юрисдикции обстоятельств в части установленной стоимости  залогового имущества недопустима. Суд первой инстанции сделал вывод о  рыночной стоимости квартиры в оспариваемой сделки в отсутствие  надлежащих доказательств, не учитывая обстоятельства, установленные  Кировским районным судом г. Екатеринбурга суда по делу № 2-5934/2015. Суд  не учел заключение специалиста ООО «Экспертиза и оценка собственности»,  согласно которому стоимость квартиры с округлением составляет 28 400 000,00  рублей, а также аналитические сведения, свидетельствующие о существенном  занижении стоимости проданной квартиры. В реестр требований кредиторов  должника включены требования на сумму 47 746 494,90 рубля. Отчужденная  должником квартира является единственным ликвидным активом, от  реализации которой могла быть погашена часть требований кредиторов. Таким  образом, суд не применил закон, подлежащий применению (пункт 2 статьи 62  Закона о банкротстве, статьи 10,168 ГК РФ), поскольку при наличии  неисполненных обязательств в условиях неплатежеспособности произошло  выбытие из конкурсной массы единственного ликвидного имущества по  заведомо заниженной рыночной стоимости со злоупотреблением правом.  

При подаче апелляционной жалобы Антиповым А.И. уплачена  государственная пошлина в размере 3 000,00 рублей по чеку-ордеру от  13.01.2020 (операция 15), приобщенному к материалам дела.  

До судебного заседания в материалы дела от лица, в отношении которого  совершена оспариваемая сделка, Фирсова В.А. и третьего лица ПАО «Сбербанк  России» в лице Уральского банка поступили письменные отзывы, в которых  просят оставить определение суда первой инстанции без изменения,  апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Фирсов В.А. в своем отзыве указывает на то, что в случае отсутствия  публикации, о том, что введена соответствующая процедура банкротства,  нельзя утверждать, что лицо должно было знать, что должник имеет признаки  неплатежеспособности. Заявление о признании должника несостоятельным  поступило в суд более чем через 2 года после совершения спорной сделки.  Указывает на то, что он не являлся заинтересованным по отношению к  должнику лицом, а также не являлся лицом, участвующим в деле № 2- 5934/2015. Ссылка заявителя жалобы на обстоятельства в рамках дела № 2- 5934/2015, установленные Кировским районным судом г. Екатеринбурга, не  могут иметь преюдициального значения для Фирсова В.А. в деле № А60- 19638/2018 о банкротстве должника в силу различного субъектного состава  (часть 2 статьи 69 АПК РФ). Указывает на неверное распределение кредитором  бремени доказывания при определении стоимости имущества, возлагая его на  ответчика. Заключение договора на рыночных условиях подтверждено  представленными в материалы дела доказательствами. В материалы дела  представлены доказательства реального исполнения сделки и полного  исполнения обязательств по ней покупателем имущества. В материалы дела не  представлены доказательства для квалификации сделки, как совершенной со  злоупотреблением правом, что стороны намеревались реализовать какой-либо  противоправный интерес.  

ПАО «Сбербанк России» в отзыве указывает на отсутствие доказательств  об осведомленности Фирсова В.А. о неплатежеспособности Валентюкевича  Я.В. на момент совершения сделки. Кредитор ошибочно отождествляет  неплатежеспособность с неуплатой конкретного долга отдельному кредитору.  В экспертном заключении дана оценка стоимости квартиры не на момент  совершения оспариваемого договора купли-продажи, заключение не учитывает  последующие изменения рынка недвижимости. Начальная продажная цена по  решению суда установлена в размере 16 880 000,00 рублей; квартира была  реализована по цене 14 449 338,98 рублей. Таким образом, разница составила  2 430 661,02 рубля, что с учетом колебаний рынка не свидетельствует о  неравноценности встречного предоставления. Экспертное заключение,  направленное представителем кредитора, вызывает сомнение, так как было  составлено без выезда на объект, при отсутствии фотографий, отражающих  состояние квартиры, и надлежащего анализа, не приведены расчеты.  Кредитором не приведено доказательств причинения вреда иным кредиторам  после погашения задолженности Валентюкевича Я.В. Факт совершения сделки  купли-продажи с неравноценным встречным предоставлением и причинением  вреда имущественным правам кредиторов не доказан, в том числе при  злоупотреблении правом. Довод о неправомерности действий Банка касательно  получения им полного удовлетворения своих требований после реализации  предмета залога, не состоятелен. Признание договора купли-продажи  недействительным не влечет автоматического признания недействительным  платежа в пользу банка, оспаривание договора повлияет только на отношения  

между продавцом и покупателем. Банк участие в сделке не принимал.  Реализация залога осуществлена должником добровольно.  

В судебном заседании представитель кредитора Антипова А.И. с  определением суда первой инстанции не согласен. Доводы, изложенные в  жалобе, поддерживает в полном объеме. Просит определение суда первой  инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. Дополнительно  указав, что в суде первой инстанции ходатайство о назначении судебной  оценочной экспертизы в отношении спорного объекта недвижимости не  заявлялось.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о  времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда  апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи  156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –  АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению апелляционной жалобы в  их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, решением 14.05.2018 в отношении  должника введена процедура реализации имущества, финансовым  управляющим утверждена Янина Е.С.  

16.02.2016 между Валентюкевичем Яковом Валентиновичем в лице  Гуревича Эдуарда Львовича, действующего по доверенности от 22.12.2015,  (продавец) и Фирсовым Виталием Алексеевичем (покупатель) заключен  договор купли-продажи (далее - договор), по условиям которого должник  обязуется передать покупателю в собственность недвижимое имущество в виде  трехкомнатной квартиры под номером 34, находящейся в городе  Екатеринбурге, по улице Шейнкмана, дом 119, общей площадью 185,6 кв.м  (далее - квартира), а покупатель обязуется на условиях настоящего договора  принять её в собственность и оплатить (п. 1 договора), стоимость согласована  сторонами в сумме 14 449 338,98 рубля, подлежащих оплате в следующем  порядке: 13 629 338,98 рубля путем перечисления в Банк Уральского банка  ОАО «Сбербанк России» в счет погашения суммы задолженности по  кредитному договору № 34 от 20.02.2012, заключенного между ОАО «Сбербанк  России» и Валентюкевичем Я.В., после регистрации права собственности  покупателя на квартиру, снятия залога в виде ипотеки, указанного в пункте 2  договора; и 820 000,00 рублей передаются покупателем наличными денежными  средствами продавцу после регистрации права собственности покупателя на  квартиру и снятия залога в виде ипотеки, указанного в пункте 2 настоящего  договора.  

Полагая, что сделка направлена на выбытие имущества из собственности  должника, с целью причинения вреда кредиторам должника, при  злоупотреблении правами со стороны лиц ее совершивших, финансовый  

управляющий обратился в суд с заявлением о признании сделки  недействительной на основании части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и  статей 10, 168 ГК РФ.  

Применительно к требованиям о признании оспариваемой сделки  должника недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд  первой инстанции исходил из недоказанности совокупности всех условий,  необходимых для признания сделки недействительной, отказав в  удовлетворении заявленных требований в данной части. Отказывая в  признании оспариваемой сделки недействительной на основании статьи 10, 168  и 170 ГК РФ, суд первой инстанции исходил из недоказанности признаков  злоупотребления правами ни в действиях должника, ни в действиях ответчиков,  совершении сделки при равноценном встречном предоставлении, что не  причинило вред имущественным правам кредиторов должника.  

 Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы и  отзывов на нее, выслушав представителя кредитора Антипова А.И., исследовав  имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ,  проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный  апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого  судебного акта.  

 Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 АПК РФ  дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом  по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

 Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения,  связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой,  регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2  главы XI названного закона.  

 Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что  финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени  гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям,  предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а  также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона;  

 В соответствии со статьей 213.32 Закона о банкротстве заявление об  оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным  статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано  финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания  кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или  уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности,  включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти  процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр  требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении  которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.  

 Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина  по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона  основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина  (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).  

В пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 N63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63),  разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1  статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего  о признании недействительными сделок должника как по специальным  основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и  иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по  общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в  частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о  юридических лицах).  

Согласно пункту 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63  наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок,  предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление  правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).  

 В силу статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании  сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о  банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве  должника. По результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки  должника суд выносит одно из следующих определений: о признании сделки  должника недействительной и (или) применении последствий  недействительности ничтожной сделки; об отказе в удовлетворении заявления о  признании сделки должника недействительной.  

 В пункте 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 54-ФЗ «Об  урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях  Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении  изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» указано,  что пункты 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции названного  Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам  граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки  указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред  кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10  ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора  (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи  213.32 Закона о банкротстве.  

 Из приведенных положений следует, что они направлены на  регулирование отношений связанных с оспариванием сделок граждан, не  

являющихся индивидуальными предпринимателями. При этом действовавшее  до 01.10.2015 законодательство допускало возможность оспаривания сделок  заключенных предпринимателями на основании гл. III.1 Закона о банкротстве.  

 В рассматриваемом случае оспариваемая сделка совершена 16.02.2016,  поэтому она может быть оспорена как по специальным основаниям,  предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве, так и по основаниям,  предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации.  

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов,  может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка  была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании  должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате  ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если  другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая  сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов  должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в  результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в  отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли  (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с  выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при  наличии одного из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или)  обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости  активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов  балансовой стоимости активов должника, определенной по данным  бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед  совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без  уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или  после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил  правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной  отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено  законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего  исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской  отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать  указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Производство по делу о банкротстве должника возбуждено 09.04.2018,  оспариваемая сделка совершена 16.02.2016, то есть в период подозрительности,  предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010   № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту -  Постановление № 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  предусматривает возможность признания недействительной сделки,  совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки  недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее  сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным  правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред  имущественным правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной  цели должника к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» указано, что при определении наличия признаков  неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из  содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать  четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.  

Согласно абзацу 34 статьи 2 Закона о банкротстве под  неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником  части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных  платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом  недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

В пункте 7 вышеуказанного постановления разъяснено, что в силу абзаца  первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая  сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным  лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об  ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные  

презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не  доказано другой стороной сделки.  

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве презумпции являются опровержимыми, применяются, если иное не  доказано другой стороной сделки.  

Как следует из материалов дела и установлено документально, между  ООО «Центрстройинвест» в лице Дарюхина Сергея Юрьевича (продавец) и  Валентюкевичем Яковом Валентиновичем (покупатель) заключен договор № 34  купли-продажи квартиры с использованием кредитных средств от 20.02.2012,  по условиям которого продавец продал в собственность должника квартиру,  находящуюся по адресу: город Екатеринбург, улица Шейнкмана, дом 119, этаж  7 (седьмой), кв. 34 (тридцать четыре), кадастровый (или условный) номер 6666-01/312/2011-306, состоящую их 3 жилых комнат, общей площадью 185,6  кв.м.  

В силу пункта 1.2 договора квартира принадлежит на праве  собственности, что подтверждается свидетельством о государственной  регистрации права бланк 66 АД 730788, выданным Управлением федеральной  службы государственной регистрации, кадастра и картографии по  Свердловской области, на основании договора долевого участия в  строительстве № 56-5 от 17 апреля 2008 года, зарегистрированного в  Управлении Федеральной регистрационной службы по Свердловской области  23 июня 2008 года, номер регистрации 66-66-01/235/2008-535.  

Пунктом 1.3 договора сторонами согласована стоимость имущества в  сумме 14 881 790,00 рублей. Указанная цена установлена соглашением сторон,  является окончательной и изменению не подлежит.  

Пунктом 2 договора предусмотрено, что недвижимое имущество  приобретается за счет собственных и кредитных средств, предоставляемых  Кировским отделением № 7003 ОАО «Сбербанк России» в г. Екатеринбурге по  кредитному договору № 713 от 20.02.2012, заключенному с Валентюкевичем  Я.В.  

Кредитные средства согласно кредитному договору предоставляются  покупателю в размере 12 400 000,00 рублей для целей приобретения в  собственность покупателя недвижимого имущества.  

Договор подписан сторонами и зарегистрирован в Управлении  Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по  Свердловской области 27.10.2015 за номером 66-66-01/148/2012-222.  

Свидетельством о государственной регистрации права от 28.02.2012  серии 66 АЕ № 281589, текстом договора подтверждается государственная  регистрация права собственности Валентюкевича Я.В. на указанное имущество  и ограничение права Валентюкевича Я.В. на вышеуказанное имущество в виде  ипотеки в силу закона.  

Одновременно с договором купли-продажи между ОАО «Сбербанк  России» (кредитор) и Валентюкевича Я.В., Валентюкевич Е.Э. (созаемщики)  

заключен кредитный договор № 713 от 20.02.2012, согласно которому кредитор  предоставил созаемщикам кредит «Приобретение готового жилья» в сумме  12 400 000,00 рублей под 12,25% годовых на приобретение (с использованием  кредитных денежных средств) объекта недвижимости: квартиру, находящуюся  по адресу: город Екатеринбург, улица Шейнкмана, дом 119, квартира № 34 на  срок 120 месяцев, считая с даты его предоставления (пункт 1.1.).  

Датой предоставления кредита является дата зачисления суммы кредита  на банковский вклад созаемщика Валентюкевича Я.В., открытый в филиале  кредитора Ленинском отделении № 11 Сбербанка России.  

Стоимость недвижимого имущества для целей установления залоговой  стоимости определена в размере 90% от его стоимости в соответствии с  отчетом об оценке стоимости объекта недвижимости (пункт 2.1.1 кредитного  договора № 713 от 20.02.2012).  

В соответствии с пунктом 10 закладной от 20.02.2012, оценочная  стоимость объекта недвижимости - квартиры, расположенной на 7 этаже,  общей площадью 185,6 кв.м, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, ул.  Шейнкмана, д. 119, кв. 34, кадастровый/условный номер 66-66-01/312/2011-306,  составляет 15 000 000,00 рублей (отчет об оценке 16/2012 от 26.01.2012);  залоговая - 13 500 000,00 руб.  

В связи с нарушением денежного обязательства созаемщиками  Валентюкевичем Я.В., Валентюкевич Е.Э. по кредитному договору в редакции  дополнительного соглашения, банк обратился в Кировский районный суд г.  Екатеринбурга о взыскании долга и обращении взыскания на предмет залога.  

Решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 13.07.2015 по  делу № 2-5934/2015 удовлетворены исковые требования ПАО Сбербанк к  Валентюкевичу Я.В., Валентюкевич Е.Э. о взыскании задолженности по  кредитному договору в размере 13 569 338,98 рубля, госпошлины в размере  60 000,00; обращении взыскания на заложенное имущество - квартиру,  расположенную на 7 этаже, общей площадью 185,6 кв.м, расположенную по  адресу: г. Екатеринбург, ул. Шейнкмана, д. 119, кв. 34, кадастровый/условный  номер 66-66-01/312/2011-306, с установлением начальной продажной цены в  размере 16 880 000,00 рублей.  

Начальная продажная цена определена на основании экспертного  заключения Уральского банка Сбербанка России от 19.03.2015, согласно  которому квартира оценена в 21 000 000,00 рублей. Начальная продажная цена  установлена в размере 80% от 21 000 000,00 рублей - 16 880 000,00 рублей.  

16.02.2016 между Валентюкевичем Яковом Валентиновичем в лице  Гуревича Эдуарда Львовича (продавец) и Фирсовым Виталием Алексеевичем  (покупатель) заключен договор купли-продажи (далее - договор), по которому  продавец обязуется передать покупателю в собственность недвижимое  имущество в виде трехкомнатной квартиры под номером 34, находящейся в  городе Екатеринбурге, по улице Шейнкмана, дом 119, общей площадью 185,6  

кв.м (далее - квартира), а покупатель обязуется на условиях настоящего  договора принять её в собственность и оплатить (п. 1 договора).  

В силу пункта 2 договора отчуждаемая квартира принадлежит продавцу  на праве единоличной собственности, на основании договора купли-продажи с  использованием кредитных средств № 34 от 20.02.2012, дата регистрации  28.02.2012, номер регистрации 66-66-01/148/2012-222, что подтверждается  свидетельством о государственной регистрации права 66 АЕ № 281589 от  28.02.2012, кадастровый номер 66:41:0401048:3522, существующие  ограничения (обременения) права: ипотека в силу закона, о чем в Едином  государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним от  28.02.2012 произведена запись регистрации № 66-66-01/148/2012-223, что  подтверждается свидетельством о государственной регистрации права 66 АЕ   № 281589 от 28.02.2012.  

В соответствии с пунктом 3 договора недвижимое имущество продается  по цене 14 449 338,98 рубля.  

Пунктом 3.1 договора предусмотрено, что оплата производится  следующим образом: 13 629 338,98 рубля покупателем (либо сторонней  организацией за покупателя) перечисляется в Уральский банк ОАО «Сбербанк  России» в счет погашения суммы задолженности по кредитному договору от  20.02.2012 № 34, заключенному между ОАО «Сбербанк России» и  Валентюкевичем Яковом Валентиновичем, после регистрации права  собственности покупателя на квартиру снятия залога в виде ипотеки,  указанного в пункте 2 настоящего договора; 820 000,00 рублей покупателем  передается наличными денежными средствами продавцу после регистрации  права собственности покупателя на квартиру и снятия залога в виде ипотеки,  указанного в пункте 2 настоящего договора.  

Из представленного ПАО «Сбербанк России» отзыва следует, что  поступившие в пользу банка 13 629 338,98 рубля были направлены в счет  погашения задолженности Валентюкевича Я.В. по кредитному договору от  20.02.2012 № 34, обеспеченному ипотекой указанной квартиры, 25.02.2016  задолженность Валентюкевича Я.В. перед ПАО «Сбербанк России» была  погашена в полном объеме.  

Таким образом, 25.02.2016 задолженность по кредитному договору была  погашена в полном объеме.  

Финансовый управляющий, ссылаясь на то, что отсутствуют  доказательства передачи денежных средств в размере 820 000,00 рублей  должнику, обратился в суд с заявлением о признании сделки должника  договора купли-продажи от 16.02.2016 недействительной применительно к  пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Вместе с тем, со стороны должника договор был подписан Гуревичем  Эдуардом Львовичем, который был уполномочен нотариальной доверенностью  на заключение договора купли-продажи спорной квартиры от имени должника  с правом получения всех следуемых денежных средств.  

В подтверждение получения денежных средств наличными в материалы  дела представлена расписка от 18.02.2016, выданная Гуревичем Эдуардом  Львовичем о том, что он получил от Фирсова В.А. денежные средства в размере  820 000,00 рублей по договору купли-продажи от 16.02.2016 спорной квартиры.  

Денежные средства в сумме 820 000,00 рублей, переданные Фирсовым  В.А. Гуревичу Э.Л., в последующем были также переданы должнику;  доказательств иного в материалы обособленного спора не представлено. Из  пояснений должника следует получение им по договору купли-продажи  указанных денежных средств.  

Согласно выписке из лицевого счета по вкладу от 26.01.2015 в ПАО  «Сбербанк России», открытого на имя Фирсова В.А., подтверждается  перечисление и снятие наличными денежных средств.  

Таким образом, сделка между сторонами исполнена в полном объеме по  передаче квартиры в собственность Фирсова В.А. и оплаты им в полном объеме  стоимости приобретенного имущества.  

При таких обстоятельствах суд первой инстанции признал Гуревича Э.Л.  ненадлежащим ответчиком.  

Как следует из материалов дела, Валентюкевич Я.В. не в состоянии  исполнить денежные обязательства и обязанность по уплате обязательных  платежей в установленный срок, при этом гражданин отвечает признакам  неплатежеспособности: гражданин прекратил расчеты с кредиторами; размер  задолженности гражданина превышает стоимость его имущества; судебными  приставами-исполнителями вынесены постановления об окончании  исполнительного производства в связи с тем, что у гражданина отсутствует  имущество, на которое может быть обращено взыскание.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.05.2018  должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена  процедура реализации имущества должника.  

Согласно доводам кредитора сделка совершена между  заинтересованными лицами.  

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью  причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана  заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или  должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными  лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг,  родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их  родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.  

В материалы дела не представлены доказательства того, что Фирсов В.А.,  являющийся покупателем спорной квартиры, обладает признаками  

заинтересованного лица (статья 19 Закона о банкротстве) по отношению к  должнику.  

Проверив доводы участников сделки, суд первой инстанции установил,  что в материалах дела отсутствуют сведения о том, что Фирсов В.А. знал или  должен был знать о неплатежеспособности должника: продавец квартиры  (должник) являлся заемщиком банка, при этом аффилированным лицом в  отношении Валентюкевича Я.В. и ПАО «Сбербанк России» не был.  

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий  должника ссылается на то, что сделка совершена при неравноценном встречном  исполнении.  

Согласно части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение  для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на  основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с  подлежащими применению нормами материального права.  

В соответствии со статьей 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном  суде осуществляется на основе состязательности. Каждому лицу,  участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства  арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять  ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по  всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с  представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск  наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных  действий.  

В связи с этим сторона процесса вправе представить в подтверждение  своих требований или возражений определенные доказательства, которые  могут быть признаны судом минимально достаточными для подтверждения  обстоятельств, на которые ссылается такая сторона, при отсутствии их  опровержения другой стороной спора. При этом нежелание второй стороны  представить доказательства, подтверждающие ее возражения и опровергающие  доводы первой стороны, представившей доказательства, должно быть  квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на  наличие которого аргументировано, со ссылкой на конкретные документы,  указывает процессуальный оппонент (постановления Президиума ВАС РФ от  06.03.2012 № 12505/11, от 08.10.2013 № 12857/12, от 13.05.2014 № 1446/14,  определения ВС РФ от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 09.10.2015 № 305-КГ15- 5805).  

В силу части 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются  полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими  федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых  арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств,  обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также  иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.  

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные  доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов,  консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные  документы и материалы (часть 2 статьи 64 АПК РФ).  

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства  по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном,  объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле  доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость,  достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и  взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается  арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и  исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют  действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным  судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют  для арбитражного суда заранее установленной силы.  

Бремя доказывания того, что сделка совершена с неравноценным  встречным предоставлением, лежит на оспаривающем её лице (часть 1 статьи  65 АПК РФ).  

При этом неравноценность встречного исполнения обязательств может  устанавливаться исходя из условий сделки и для определения наличия  оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по пункту 1  

статьи 61.2 Закона о банкротстве подлежат сопоставлению цена оспариваемой  сделки с ценами аналогичных сделок, совершавшихся должником или иными  участниками оборота.  

Между тем, в рассматриваемой ситуации, признаков неравноценности  встречного предоставления не усматривается ввиду нижеследующих  обстоятельств.  

По условиям сделки по отчуждению имущества, оформленной договором  купли-продажи от 16.02.2016, цена спорного имущества определена  сторонами в размере в размере 14 449 338,98 рубля.  

Из пояснений представителя ПАО «Сбербанк России», изложенных в  отзыве следует, что поступившие в пользу банка 13 629 338,98 рубля были  направлены в счет погашения задолженности Валентюкевича Я.В. по  кредитному договору от 20.02.2012 № 34, обеспеченному ипотекой указанной  квартиры, 25.02.2016 задолженность Валентюкевича Я.В. перед ПАО Сбербанк  была погашена в полном объеме.  

Таким образом, сделка по отчуждению имущества должника носила  возмездный характер, факт оплаты стоимости приобретенного имущества  подтвержден представленными документами, пояснениями представителя  банка и распиской о получении денежных средств, выпиской по счету о  перечислении денежных средств со счета покупателя на счет банка и снятием  наличных денежных средств. Иного суду не представлено.  

Соответственно, должник, отчуждая принадлежащее ему спорное жилое  помещение, получил равноценное встречное предоставление.  

Суд первой инстанции также признал обоснованными доводы отзыва  ПАО «Сбербанк России» о том, что банк получил не 100% денежных средств  после продажи залога, а только 94,5% (13 629 338,98 рубля от 14 449 338,98  рубля). При этом очевидно, что в случае отсутствия кредиторов первой и  второй очереди и при условии, что первоначальные восемьдесят процентов не  покрыли полностью обеспеченное залогом требование, залоговый кредитор  имеет право на 90% от вырученной суммы (определение Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда РФ от 24.12.2018 № 305-ЭС18- 15086(1,2)).  

Утверждения кредитора Антипова А.И. об иной рыночной стоимости  заложенной квартиры со ссылкой на заключение специалиста судом первой  инстанции правомерно отклонены. Из указанного заключения не следует, что  при выборе аналогов было принято во внимание состояние квартиры  (представителем Фирсова В.А. было указано на отсутствие в квартире отделки),  а также не учтена реальная цена сделок, а не цена экспозиции, которые с  учетом очевидной для суда высокой ценовой категории ЖК «Антарес» и  значительной площади квартир могли существенно различаться.  

Указанная в решении Кировского районного суда г. Екатеринбурга от  13.07.2015 по делу № 2-5934/55 начальная продажная цена спорной квартиры в  размере 16 880 000,00 рублей была определена на основании экспертного  заключения сотрудника ПАО Сбербанк от 19.03.2015 и каких-либо  преюдициальных последствий для настоящего спора не имеет.  

Доказательств того, что Фирсов В.А. является недобросовестным  приобретателем, в материалы дела финансовым управляющим не представлено.  

Несмотря на то, что сделка и совершена в период подозрительности при  наличии у должника признаков неплатежеспособности, однако, доказательств  причинения вреда имущественным правам должника и ее кредиторам  указанной сделкой, финансовым управляющим суду не представлено. Как не  представлено и доказательств осведомленности стороны по сделке о  причинении вреда имущественным правам кредиторов.  

Само по себе наличие задолженности перед иными кредиторами на  момент совершения платежей не свидетельствует о наличии у должника  признака неплатежеспособности.  

Размещение в открытых источниках, которыми с должника взыскана  задолженность перед кредиторами, имеются возбужденные исполнительные  производства, не свидетельствует о том, что Фирсов В.А. был обязан знать о  наличии таких судебных актов, исполнительных производств, так как  обязанность отслеживать информацию, опубликованную на сайте судом и  ФССП, у него отсутствовала.  

Соответственно, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о  недоказанности совокупности условий, позволяющих признать сделку  

должника недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

При этом, в том виде, как рассматриваемое заявление финансового  управляющего поддержано конкурсным кредитором по основанию пункта 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве судом первой инстанции расценено как  заявленное с целью обхода законодательного ограничения шестимесячного  срока на оспаривание сделок с предпочтением, предусмотренного пункта 3  статьи 61.3 Закона о банкротстве, а также соответствующей правовой позиции,  закрепленной в пункте 29.3 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63  «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального  закона «О несостоятельности (банкротстве)».  

Помимо прочего, по мнению кредитора, оспариваемая сделка совершена  со злоупотреблением правами и является ничтожной.  

Для признания сделки недействительной по основаниям,  предусмотренным статьей 10 ГК РФ в рамках дела о несостоятельности  (банкротстве) необходимо установить, что такая сделка направлена на  нарушение прав и законных интересов кредиторов и должника, при этом  пороки сделки, совершенной со злоупотреблением правом, не охватываются  составом недействительности сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со  злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства  того, что совершая оспариваемую сделку, ее стороны намеревались реализовать  какой-либо противоправный интерес.  

Поскольку сделка должника по отчуждению спорного имущества  оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении факта того  была ли совершена сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует  установить имелись у должника намерения причинить вред имущественным  правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение  конкурсной массы.  

Проанализировав основания заявленных требований в совокупности с  представленными документами и пояснениями сторон по сделке, суд первой  инстанции пришел к выводу о том, что доказательства, свидетельствующие о  том, что при заключении спорного договора должник и заинтересованные лица  действовали исключительно с целью причинения вреда третьим лицам и  нарушением пределов осуществления гражданских прав, в материалах дела  отсутствуют.  

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, не соответствующая  требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не  устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных  последствий нарушения.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть  сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие  

ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в  том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее  исполнять или требовать ее исполнения.  

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы  необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не  намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного  вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является  порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких  правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют  намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.  

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при  совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять;  оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых  последствий для третьих лиц.  

Согласно пункту 86 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации N25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых  положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также  осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание  обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры  купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче  данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или  учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами  мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права  собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой  сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.  

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная  лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые  последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от  недобросовестности участников гражданского оборота.  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели  достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не  совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть,  например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед  другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и  участия в распределении имущества должника либо для создания  искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или  имущества должника.  

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной  цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не  имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав  и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным  для квалификации сделки как ничтожной.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих  ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все  документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому  факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем  анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений  сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности  согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие  требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле,  и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

В данном случае была достигнута цель, с которой стороны связывали  совершение оспариваемой сделки. Заинтересованные лица получили в общую  собственность жилое помещение, а должник – стоимость указанного  имущества.  

Поскольку заинтересованным лицом была произведена оплата по  спорному договору в полном объеме, постольку суд первой инстанции пришел  к верному выводу о том, что финансовый управляющий не доказал, что в  результате совершения оспариваемого договора был причинен вред  имущественным правам кредиторов должника Валентюкевич Я.В.  

Доказательств, опровергающих указанные доводы, финансовым  управляющим суду не представлено.  

Довод управляющего о том, что спорная квартира была продана по цене  недвижимого имущества ниже рыночной стоимости судом отклонен.  

Материалами дела установлено, что экспертное заключение об оценке  квартиры на 19.03.2015, имеющееся в гражданском деле № 2-5934/2015 от  13.07.2015 Кировского районного суда г. Екатеринбурга, подписано ведущим  инспектором отдела досудебного погашения задолженности управления по  работе с просроченной задолженностью Яковлевым И.Ю., и не может являться  надлежащим достоверным доказательством стоимости квартиры, поскольку  Яковлев не является субъектом оценочной деятельности в нарушение  требований статей 3 и 4 Федерального закона от 29.07.1998 N135-ФЗ «Об  оценочной деятельности в Российской Федерации», а также, по причине того,  что указанное заключение не соответствует требованиям статьи 11  Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в  Российской Федерации».  

Предоставленное кредитором Антиповым А.И. письмо за исх. № 36 от  28.10.2019 ООО «Экспертиза и оценка собственности» об оценке стоимости  квартиры, также не может являться надлежащим достоверным доказательством  стоимости квартиры по причине того, что указанное заключение не  соответствует требованиям статьи 11 Федерального закона от 29.07.1998 N135- ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», так как не является  отчетом об оценке, выполнена без соблюдения требований установленных  Федеральным законом от 29.07.1998 N135 «Об оценочной деятельности в  

Российской Федерации» Федеральных Стандартов Оценки «Общие понятия  оценки, подходы и требования к проведению оценки».  

Предоставленная кредитором Антиповым А.И. справочная информация  рынка недвижимости Екатеринбурга о средней стоимости предложения по  состоянию на 15.12.2016 квартир расположенных в центре Екатеринбурга,  также не является надлежащим доказательством стоимости квартиры  являющейся объектом спора, поскольку в нарушение требований статей 3, 4, 11  Федерального закона от 29.07.1998 N135-ФЗ «Об оценочной деятельности в  Российской Федерации», Федеральных Стандартов Оценки «Общие понятия  оценки, подходы и требования к проведению оценки» (ФСО N 1), «Требования  к отчету об оценке (ФСО N 3)», обязательными к применению субъектами  оценочной деятельности, утвержденными приказом Минэкономразвития  Российской Федерации от 20.07.2007 за N256 и N254 производилась не  субъектом оценочной деятельности и не является отчетом об оценке и является  справочной информацией сделанной без учета поправочных коэффициентов на  состояние объектов аналогов.  

Вместе с тем, стоимость спорной квартиры в размере 14 449 338,98 рубля  указана и согласована сторонами и, в том числе ПАО «Сбербанк России» в  кредитном договоре от 20.02.2016.  

Ходатайство о проведении судебной экспертизы для определения  рыночной стоимости спорной квартиры площадью 185,6 кв.м, расположенной  по адресу: г. Екатеринбург, ул. Шейнкмана, д.119 кв.34, сторонами не  заявлялось и судом не рассматривалось.  

Таким образом, довод апеллянта Антипов А.И. о том, что судом разрешен  вопрос об отсутствии существенного занижения стоимости проданной  квартиры в отсутствие надлежащих доказательств, не учитывая обстоятельства,  установленные Кировским районным судом г. Екатеринбурга суда по делу № 2- 5934/2015, а также, не учитывая заключение специалиста ООО «Экспертиза и  оценка собственности» и аналитические сведения подлежит отклонению,  поскольку не влияет на выводы об установлении неравноценности встречного  предоставления по сделке.  

В экспертном заключении дана оценка квартиры не на момент  совершения оспариваемого договора купли-продажи, оно не учитывает  последующие изменения рынка недвижимости. Начальная продажная цена по  решению суда установлена в размере 16 880 000,00 рублей; квартира была  реализована по цене 14 449 338,98 рублей. Таким образом, разница составила  2 430 661,02 рубля, что, с учетом колебаний рынка, не свидетельствует о  неравноценности встречного предоставления.  

При таких обстоятельствах, суд обоснованно отказал в удовлетворении  заявления финансового управляющего о признании договора купли-продажи  спорного недвижимого имущества недействительным.  

Доводы кредитора, изложенные в апелляционной жалобе, в части  наличия доказательств занижения стоимости совершения сделки подлежат  

отклонению ввиду того, что материалами дела подтверждена реальная оплата  стоимости отчужденного имущества.  

Иное не доказано. 

Доказательств недобросовестности поведения сторон совершенной  должником сделки, неопровержимо свидетельствующих о том, что стороны  действовали не в соответствии с обычно применяемыми правилами, а  исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника в материалы  дела не представлено. Как не представлено и доказательств того, что, заключая  оспариваемую сделку, участники сделки имели намерение и действовали  совместно исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника.  

Таким образом, финансовый управляющий и кредитор не доказали  наличие таких пороков сделки, которые не охватываются нормами статьи 61.2  Закона о банкротстве и требуют квалификацию по основаниям, установленным  статьями 10, 168 и 170 ГК РФ.  

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с  выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания  совершенной сделки недействительной, ничтожной и применении последствий  ее недействительности (ничтожности).  

Суд апелляционной инстанции находит ошибочным доводы апеллянта о  доказанности совокупности обстоятельств, позволяющих удовлетворить  заявленные требования.  

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что  доводы заявителя жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены  и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы  юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на  обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда  первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции  несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.  

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная  жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом  направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых  оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.  

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в  соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или  изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.  

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции  отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней  доводов, следует оставить без удовлетворения.  

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате  государственных пошлин по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя,  поскольку в удовлетворении жалобы отказано.  

Руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый  

арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 18 ноября  2019 года по делу № А60-19638/2018 оставить без изменения, апелляционную  жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.  

Председательствующий Л.М. Зарифуллина  

Судьи И.П. Данилова   С.И. Мармазова