Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А70-23369/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 14 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 26 февраля 2024 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                  Куклевой Е.А.,

судей                                                                  Доронина С.А.,

ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции при ведении протокола помощником судьи Шинкаренко Е.А. кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 28.08.2023 (судья Поляков В.В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2023 (судьи Дубок О.В., Горбунова Е.А., Зорина О.В.) по делу № А70-23369/2022 о несостоятельности (банкротстве) общества  с ограниченной ответственностью «Торгово-перерабатывающая компания «Базис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятые по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>) о включении требования в реестр требований кредиторов должника.

В судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) приняли участие представители: ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 25.12.2023, общества с ограниченной ответственностью «Торгово-перерабатывающая компания «Базис» – ФИО4 по доверенности от 01.12.2022.

Суд установил:

в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Торгово-перерабатывающая компания «Базис» (далее – компания, должник) индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ФИО2, предприниматель, кредитор) обратился в Арбитражный суд Тюменской областис заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр) требования в сумме 45 011 507,83 руб., в том числе: задолженность в сумме 2 162 366 руб. (вступившее в законную силу решении Арбитражного суда города Москвы от 15.02.2023 по делу № А40-295783/2022), 37 208 709,26 руб. убытков в виде упущенной выгоды по договору залога ценных бумаг от 07.05.2020 (далее – договор залога) и начисленные на указанную сумму убытков проценты за пользование чужими денежными средствами

в сумме 5 640 432,57 руб. (итоговая сумма убытков и процентов - 42 849 141,83 руб.).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.08.2023, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2023, заявление удовлетворено частично. Признано обоснованным требование ФИО2 в размере 2 162 366 руб. и подлежащим удовлетворению в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в части субординации требования в сумме 2 162 366 руб. и отказа во включении в реестр требования в размере 42 849 141,83 руб., направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы указаны следующие доводы: не представлено документального подтверждения аффилированности сторон, не учтено, что оказание услуг в рамках агентского договора осуществлялось в период стабильного финансового состояния компании, договорные отношения с должником являлись частью предпринимательской деятельности предпринимателя, который для публичного акционерного общества «АКБ «Держава» (далее – банк) привлекал иных заёмщиков, сотрудничество с банком осуществлялось с 2016 года; вступление в правоотношения с должником обусловлено реализацией единственного инвестиционного проекта по финансированию покупки продуктопровода, указанная сделка не повлекла возможности ФИО2 влиять на финансово-хозяйственную деятельность должника и не заключена на недоступных другим участникам оборота условиях; предпринимательский интерес кредитора заключался в получении от банка агентского вознаграждения по договору от 06.05.2020 в размере 17,39% и купонный доход – 12% годовых, доходность превышала более, чем в 3,2 раза менее рискованный аналог (долговых инструментов по облигациям федерального займа); кредитор получал справедливую компенсацию за счёт реализации инвестиционного проекта и не предоставлял финансирование безвозмездно; основные кредиторы должника возникли уже после совершения указанных сделок в 2021 году, в том числе в результате неправомерных действий бенефициаров должника по выводу активов; предоставление услуг по агентскому договору не являлось компенсационным финансированием, данные выводы не мотивированны; требование о возмещении упущенной выгоды обусловлено нарушением должником условий инвестиционного проекта и обязанности по возврату кредитных денежных средств, что повлекло за собой лишение кредитора дохода; выводы судов об отсутствии правоотношений между кредитором и должником не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Должник в отзыве на кассационную жалобу выражает несогласие с её доводами, просит судебные акты оставить без изменения.

В судебном заседании представитель сторон поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на неё.

Учитывая надлежащее извещение иных участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассматривается в их отсутствие.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ в пределах доводов кассационной жалобы законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Из материалов дела следует и судами установлено, что между банком и обществом «ТПК «Базис» (заёмщик) заключён кредитный договор от 07.05.2020 № КЮРД-007/20 (далее – кредитный договор), по условиям которого должнику предоставлен кредит на сумму 375 000 000 руб. для приобретения линейного сооружения – участка магистрального продуктопровода «Южно-Балыкский ГПЗ – Тобольский НКХ».

В качестве способа обеспечения исполнения заёмщиком принятых обязательств предусмотрен предоставляемый ФИО2 залог: биржевых облигаций общества с ограниченной ответственностью «Держава-Платформа» (далее – общество «Держава-Платформа») документарных процентных неконвертируемых на предъявителя с обязательным централизованным хранением серии БО-01Р-01 с идентификационным номером выпуска 4В02-01-00366-R-001Р от 30.01.2018 в количестве 201 523 штуки в сумме 201 523 000 руб., биржевых облигаций общества «Держава-Платформа» документарных процентных неконвертируемых на предъявителя с обязательным централизованным хранением серии БО-01Р-02 с идентификационным номером выпуска 4В02-02-00366-R-001Р от 17.09.2018 в количестве 71 074 штуки в сумме 71 074 000 руб.

В связи с этим, между банком и ФИО2 заключён договор залога указанных ценных бумаг, в соответствии с пунктом 2.4 которого, полученный залогодержателем доход по заложенным ценным бумагам (дивиденды, купоны и др.) до полного выполнения заемщиком обязательств по кредитному договору перечисляется залогодателю.

Вступившим в законную силу постановлением апелляционного суда от 14.06.2023 по настоящему делу установлены следующие обстоятельства:

- в период с 01.09.2020 до 29.01.2021 по кредитному договору должником не осуществлялось погашение основного долга;

- с января 2021 года резко возрастает сумма просроченного долга;

- с сентября 2020 года компания погашала лишь уже просроченный долг.

Начиная с ноября 2020 года банком должнику и поручителю (залогодателю) направлялись требования о погашении образовавшейся задолженности, поскольку погашение кредита осуществлялось с существенным нарушением как сроков, так и внесением сумм оплат.

Как следует из письма Банка от 26.07.2021 № 2470, предмет залога реализован 23.07.2021 на открытых торгах по цене 230 205 984,74 руб., за счёт которых предприниматель погасил обязательства должника по кредитному договору на сумму 1 842 484,60 руб.

Одновременно между обществом «ТПК «Базис» (принципал) и ФИО2 (агент) заключён агентский договор от 06.07.2020 № 0607 (далее – агентский договор),по условиям которого принципал поручил, а агент принял на себя обязанности от имени и за счёт принципала осуществлять действия по поиску юридических лиц (клиенты), имеющих намерение заключить договор поставки лома и отходов чёрных металлов, шлаков металлургических.

В пункте 3.2 договора (в редакции дополнительного соглашения от 30.09.2020 № 1) стороны согласовали размер агентского вознаграждения, составивший 2 550 руб. за каждую тонну металлолома, поставленного принципалом в пользу клиента и им оплаченного.

В рамках агентского договора сторонами подписаны акты-отчеты от 30.09.2020 № 1, от 02.11.2020 № 2, от 14.12.2020 № 3, от 08.02.2021 № 4.

Дело о банкротстве должника возбуждено определением суда от 07.11.2022, процедура наблюдения введена определением суда от 23.03.2023, временным управляющим утверждена ФИО5.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 15.02.2023 по делу № А40-295783/2022 с должника в пользу ФИО2 по указанным актам взыскана задолженность в сумме 2 162 366 руб.

Ссылаясь на обстоятельства введения в отношении должника процедуры банкротства, наличие задолженности, обращения взыскания на предмет залога (ценные бумаги), что повлекло невозможность получения купонного дохода по ним, кредитор обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, частично удовлетворяя заявление, пришёл к выводу о признании требования кредитора в сумме 2 162 366 руб. обоснованным (подтверждено вступившим в законную силу судебным актом) и подлежащим удовлетворению в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты с учётом обстоятельств фактической аффилированности сторон, подписания актов-отчётов в период наличия у должника финансового кризиса, длительного периода неистребования задолженности.

Отказывая в удовлетворении остальной части требования суд исходил из следующих обстоятельств.

В рассматриваемой ситуации возникло два магистральных обязательства: между банком и должником по кредитному договору («банк-заёмщик»), а также между банком и ФИО2 по договору залога («залогодержатель-залогодатель»), одновременно кредитор и должник какими-либо документально оформленными обязательственными отношениями по рассматриваемому предмету связаны не были.

Кредитором не представлены сведения и подтверждающие их доказательства о том, какие именно обязательства и из каких отношений вытекающие не исполнены должником либо исполнены им ненадлежащим образом, повлекшие заявленные к включению в соответствующий реестр убытки.

Более того, ФИО2, будучи зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя с 28.03.2016, вне зависимости от того, каким образом он был поименован в договоре залога (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ), с учётом последующего характера своей деятельности в отношениях с должником, строящейся на рисковых началах, не мог не предполагать возможное обращение взыскания на предмет залога, утрату в связи с этим этого имущества и, как следствие, производного от него дохода.

В подобной ситуации залогодатель, не являющийся должником в обязательстве, в результате суброгации на основании статьи 313, подпункта 3 пункта 1 статьи 387 ГК РФ вступает в договорные отношения с должником в качестве кредитора, в рассматриваемом случае в отношения «банк-заёмщик» на стороне банка, и в целях компенсации своих имущественных потерь вправе претендовать на штрафные санкции, как согласованные в кредитном договоре, так и предусмотренные действующим законодательством.

Вместе с тем требования, вытекающие из отношений «банк-заёмщик» по кредитному договору, уступлены ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Артэк» (далее – общество «Артэк») на основании заключённого договора цессии от 26.07.2021, возможно вытекающие из этого договора убытки не связаны с оборотом предмета залога, тогда как какое-либо соглашение о возмещении потерь, возникших в случае наступления определенных в договоре обстоятельств, спорящими сторонами не заключалось.

Таким образом, в поведении компании отсутствует таком элемент данного вида ответственности как неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств перед ФИО2 и, как следствие, необоснованность соответствующих притязаний в виде упущенной выгоды и начисленной на указанную сумму процентов за пользование чужими денежными средствами.

Восьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Отклоняя утверждения предпринимателя на наличие исключительно экономических мотивов совершения обеспечительной сделки, суд апелляционной инстанции отметил, что в рассматриваемом случае даты заключения агентских договоров (за день до заключения кредитного договора и сразу после приобретения должником продуктопровода на заемные средства), отсутствие убедительных доказательств подыскания для банка иных, кроме компании, клиентов, передача в залог высоколиквидного имущества в целях обеспечения исполнения обязательств на значительную сумму (375 000 000 руб.), риск утраты которого не сопоставим с объемом агентского вознаграждения, опровергает предложенные предпринимателем поведенческие мотивы.

Из имеющихся сведений следует, что ФИО2, выступая пусть не единственным, но одним из бенефициаров деятельности компании, используя имущественную обособленность юридического лица, при своем посредничестве за счёт средств банка профинансировал приобретение должником продуктопровода, сопровождаемое последующей реализацией лома от его демонтажа, участвовал в распределении прибыли от этой деятельности, в том числе под видом получения оплаты по агентским договорам, а также через общество с ограниченной ответственностью  «МетТрейд», что свидетельствует о принятии им управленческих решений и указывает на прямую фактическую заинтересованность его по отношению к компании.

Суд округа с учётом установленных обстоятельств считает выводы судов первой и апелляционной инстанций правильными.

Фактическая аффилированность двух лиц может быть установлена на основании анализа совокупности согласованных друг с другом косвенных доказательств, характеризующих поведение указанных лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472 (4,5,7).

Установленная достоверность, реальность договорных отношений и наличие задолженности между обществом и аффилированным с ним должником в случае банкротства последнего не всегда влечет погашение данного долга наравне с требованиями независимых кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2020 № 309-ЭС20-6158).

Понижение очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица в первую очередь направлено на защиту прав независимых кредиторов, соответственно, носит защитную функцию и преследует цели создания справедливого баланса между корпоративной и гражданской составляющей хозяйственного оборота.

Как разъяснено в пункте 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Сложившейся судебной практикой при рассмотрении требований в ситуации включения в реестр аффилированного кредитора выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с лицом, заявившем о включении требований в реестр, и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, – на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), от 11.07.2017 № 305-ЭС17-2110, от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784).

При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

В рассматриваемом случае суды оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, проанализировав обстоятельства заключения и исполнения кредитного договора, агентских договоров, приняв во внимание вступившие в законную силу судебные акты, установив, что ФИО2, фактически являющийся одним из бенефициаров деятельности компании, при своем посредничестве за счёт средств банка профинансировал приобретение должником продуктопровода (приобретён на кредитные средства), сопровождаемое последующей реализацией лома от его демонтажа и реализации, участвовал в распределении прибыли от данной деятельности, в том числе под видом получения оплаты по агентским договорам, выступал залогодателем ценных бумаг в целях обеспечения исполнения должником обязательств перед банком по кредитному договору по обязательствам на значительную сумму (375 000 000 руб.), пришли к правомерному выводу о наличии обстоятельств фактической аффилированности сторон и оснований для удовлетворения требования кредитора в сумме 2 162 366 руб. в очерёдности, предшествующей ликвидационной квоте.

Отказывая в удовлетворении требования в части упущенной выгоды и процентов за пользование чужими денежными средствами суды обоснованно отметили, что предприниматель, предоставляя в залог ценные бумаги, оценивал возможность отрицательных последствий предпринимательской деятельности, в том числе связанных с неисполнением или ненадлежащим исполнением принятых должником по кредитному договору обязательств, в виде возможного обращения взыскания на предмет залога и его утрату в связи с этим, в данном случае залогодатель в результате суброгации вступает в договорные отношения с должником в качестве кредитора (отношения «банк-заёмщик») на стороне банка, и в целях компенсации своих имущественных потерь вправе претендовать на штрафные санкции, как согласованные в кредитном договоре, так и предусмотренные действующим законодательством.

Утверждения предпринимателя о наличии исключительно экономических мотивов совершения обеспечительной сделки, отсутствия у должника в спорный период признаков неплатёжеспособности правомерно отклонены судами, в том числе с учётом вступившего в законную силу определения суда от 05.07.2023 по настоящему делу, которым дана оценка взаимоотношениям сторон в рамках кредитных обязательств.

Суд округа полагает, что суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали доводы и возражения сторон спора относительно характера предъявленного кредитором требования и порядка его удовлетворения в настоящем деле о банкротстве.

В целом приведённые в кассационной жалобе доводы, являлись предметом оценки судов первой и апелляционной инстанций, им дана подробная, мотивированная и объективная оценка при правильном применении норм материального права к установленным по спору обстоятельствам и в силу положений статей 286, 287 АПК РФ подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 28.08.2023 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2023 по делу № А70-23369/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК Ф.

 

Председательствующий                                                                         Е.А. Куклева

 

Судьи                                                                                                       С.А. Доронин

 

ФИО1