ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А01-2554/2019

город Ростов-на-Дону

19 декабря 2022 года

15АП-12607/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 12 декабря 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 19 декабря 2022 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Димитриева М.А.,

судей Деминой Я.А., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии: конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Альтаир»  ФИО2 (посредством  веб-конференции лично), от ФИО3: ФИО4, представителя по доверенности,  рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Альтаир» ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 22.06.2022  по делу  № А01-2554/2019 об отказе в признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Альтаир» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Альтаир» (далее – должник) конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в Арбитражный суд Республики Адыгея с заявлением о признании недействительным договора № 24/01/18 об ипотеке (залоге недвижимости) от 24.01.2018, заключенного между ООО «Альтаир» и индивидуальным предпринимателем ФИО5 (далее - ИП ФИО5), внесении изменений в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о прекращении права (ограничения (обременения) права), которое было зарегистрировано на основании договора № 24/01/18 об ипотеке (залоге недвижимости) от 24.01.2018, заключенного между ООО «Альтаир» и ИП ФИО5

Впоследствии, конкурсный управляющий требования уточнил, просил признать недействительными следующие договоры:

- договор № 24/01/18 об ипотеке (залоге недвижимости) от 24.01.2018, заключенный между ООО «Альтаир» и ИП ФИО5;

-договор цессии № 28 от 23.06.2019, заключенный между ИП ФИО5 и ФИО6;

-договоры № 14/11/1-19 от 14.11.2019, №14/11/2-19 от 14.11.2019, №14/11/3-19 от 14.11.2019, №14/11/4-19 от 14.11.2019 о передаче имущества в счет погашения задолженности, заключенные между ООО «Альтаир» и ФИО6;

договор купли - продажи недвижимости от 10.12.2019г., заключенный между ФИО6 и ФИО3;

договор купли - продажи от 06.12.2019., заключенный между ФИО6 и ФИО7

Конкурсный управляющий просил применить последствия недействительности сделок, а именно обязать ФИО3 возвратить в конкурсную массу земельный участок, площадью 10 005 кв.м., категория земель: земли населенных пунктов, находящееся по адресу: РФ, 

<

...>, кадастровый номер:01:09:0103023:009, свидетельство о государственной регистрации права 01 -АА 268244; офисное здание производственной базы (литер А), площадь 157,7 кв.м., этажность 2, кадастровый (или условный) номер 01-01-05/011/2009-605, свидетельство о государственной регистрации права 01-АА 233893, находящееся по адресу: РФ, 

<

...>; промышленный цех производственной базы (литер Б), площадь 618, 6 кв.м., этажность 1, кадастровый (или условный) номер 01-01-05/011/2009-603, свидетельство о государственной регистрации права 01-АА 233892, находящееся по адресу: РФ, 

<

...>; нежилое здание, площадь 1238, 4 кв.м., этажность 1, кадастровый номер: 01:09:0103023:71, свидетельство о государственной регистрации права 01 -АА 55773, находящееся по адресу: РФ, 

<

...>, артезианскую скважину, акт приема-передачи ОС № 00000000005 от 01.03.2013г.; весы автомобильные, акт приема-передачи ОС № 00000000012 от 01.03.2013г.; обязать ФИО7 возвратить в конкурсную массу должника автомобиль марки «Hyundai VI (Eguus, Centennial), 2015 года изготовления, VIN 

<

***>, кузов №XWEGH4IDBG0001027, двигатель №G6DJFA406499, государственный регистрационный знак 

<

***>; обязать ФИО6 возвратить в конкурсную массу должника автопогрузчик марки НАNNGCHA CPD3ON-RG6, гос.рег.знак АС № 0783, 2011 года выпуска, рама № 110317166, двигатель № С490ЕИ-11048330,цвет оранжевый, черный, свидетельство о государственной регистрации СВ 118102 от 17.11.2015г., паспорт самоходной машины ТС 566902 от 09.08.2011г., автопогрузчик марки NISSANNL01A5D, гос.рег.знак АС № 0784, 2007 года выпуска, № рамы ТД01-001738, двигатель № К15-018349Х, цвет серебристый, свидетельство о регистрации СВ 118103 от 17.11.2015г.,паспорт самоходной машины ТС 150967 от 28.12.2009г.; автопогрузчик марки Sun Ward SW 2810, гос. рег. знак. АС №0755, 2011года выпуска, № рамы SWL281000735, двигатель № 4ТNV84T-ХSU-19661, цвет зеленый, оранжевый, свидетельство о регистрации СА577721от 28.08.2015г., паспорт самоходной машины ТС 554754 от 09.06.201 1 г.; автопогрузчик марки МКСМ-800, гос. рег. знак АС № 0756, 2000г года выпуска, № рамы 008348, двигатель № 105213, цвет желтый, свидетельство о регистарцииСА577722 от 28.08.2015г.. паспорт самоходной машины ВЕ 183297 от 06.06.2007г.,дизель генератор Р400Е1ДГУ400КВА; печь плавильную МКПА-03; конвейер КР-01; спектрометр ДФС-500.

Определением от 25.05.2021 суд привлек в качестве соответчиков ФИО6, ФИО3, ФИО7.

Определением от 11.08.2020 суд привлек к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ООО "Юнимет", ООО "Элита". Определением от 08.02.2022 к участию в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен ФИО8

Определением от 22.06.2022 суд отказал в удовлетворении заявления, взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Альтаир» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 48 000 руб.

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Альтаир» ФИО2 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт, принять новый. 

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что в преддверии банкротства должник совершил цепочку сделок, направленных на вывод имущества должника.

В отзывах на апелляционную жалобу индивидуальный предприниматель ФИО5, ФИО6, ФИО3, ФИО7 просят определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетоврения.

В отзывах на апелляционную жалобу уполномоченный орган (ФНС России) в лице Управления Федеральной налоговой службы по Республике Адыгея и общество с ограниченной ответственностью просят определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. 

Ввиду болезни судьи Долговой М.Ю. на основании распоряжения № 51 от 26.10.2022 о распределении судебных дел, находящихся в производстве судьи Долговой М.Ю., с применением автоматизированной информационной системы апелляционная жалоба по делу № А01-2554/2019 (№ 15АП-12607/2022) передана на рассмотрение судье Димитриеву М.А.

Определением Председателя коллегии по рассмотрению споров, возникающих из административных правоотношений Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14 ноября 2022 года  произведена замена в составе суда по делу № А01-2554/2019 судьи Долговой М.Ю. на судью Димитриева М.А.

От индивидуального предпринимателя ФИО5 поступило  ходатайство об участии в судебном заседании посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции.

Судом удовлетворено вышеназванное ходатайство. Судом обеспечена техническая возможность проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции, представитель индивидуального предпринимателя ФИО5  - ФИО9 к онлайн-заседанию в режиме веб-конференции не подключился.

Лица, участвующие в деле не возражали против рассмотрения апелляционной жалобы в отсутствие лиц, не явившихся в судебное заседание. 

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрел апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Альтаир» ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение отменить.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, письменных пояснений и отзывов, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 15.08.2019 общество с ограниченной ответственностью «Градиент» обратилось в Арбитражный суд Республики Адыгея с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Альтаир» несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 20.08.2019 заявление принято к производству. 

Определением Арбитражного суд Республики Адыгея от 19.11.2019 требования заявителя признаны обоснованными, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2. 

Решением Арбитражного суд Республики Адыгея от 19.05.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий, обращаясь в суд с заявлением об оспаривании сделок, указал, что договор № 24/01/18 от 24.01.2018 об ипотеке (залоге недвижимости) и последующие сделки имеют признаки подозрительной сделки, установленные пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). 

Отказывая в удовлетворении требований о признании договора № 24/01/18 об ипотеке (залоге недвижимости) от 24.01.2018, заключенного между ООО «Альтаир» и ИП ФИО5, суд первой инстанции исходил из того, что должник ООО «Альтаир» действовал в рамках своей хозяйственной деятельности, сделка (договор залога (ипотеки)) заключена в соответствии с ее прямым назначением, вытекает из правоотношений между  ООО «ЮниМет», ООО «Элита» и ООО «Альтаир», злоупотребление правом в действиях сторон при заключении договоров отсутствовали.

Суд первой инстанции указал, что данные обстоятельства подтверждает Выписка по счету должника 60.01 в период с марта 2012 года по декабрь 2017, свидетельствующая об операциях с ООО «ЮниМет» (впоследствии право требования уступлено ООО «Элита» по договору цессии от 27.12.2017 и ИП ФИО5 по договору цессии от 24.01.2018) и подтверждает обычную хозяйственную деятельность ООО «Альтаир» в период до подачи заявления кредитора о признании предприятия банкротом.

Суд первой инстанции указал, что оспариваемая конкурсным управляющим сделка оплачена и не имела своей целью причинение вреда кредиторам.

Суд первой инстанции указал, что на момент заключения спорных сделок дело о банкротстве в отношении должника не было возбуждено, ни одна из процедур банкротства не была введена. Наличие просроченной задолженности должника перед контрагентами само по себе не может повлечь вывод о несостоятельности или неплатежеспособности должника, а лишь представляет собой нарушение со стороны должника денежного обязательства, в связи с чем, ссылка конкурсного управляющего на наличие кредиторской задолженности в размере 75150366 руб. 19 коп., неустойки в размере 1576621 руб. 23 коп. и расходов по оплате государственной пошлины в размере 200000 руб. (решение №А40-10723/18-12-74 от 24 мая 2018 года), судом не принята.

Ссылка конкурсного управляющего должника на отсутствие доказательств оплаты со стороны ИП ФИО5 судом первой инстанции отклонена, поскольку в материалах дела имеются доказательства ее оплаты (расходный кассовый ордер № 10 от 12.06.2018 года, доверенность № 11 от 11 июня 2018 года), выданная генеральному директору ООО «Элита» ФИО10

Суд первой инстанции отметил, что денежные средства в размере 16 700 000 рулей приняты ИП ФИО5 у ФИО6 по приходному кассовому ордеру от 12.06.2018 года на основании договора займа № 11-06 от 11.06.2018.

Ссылка конкурсного управляющего на аффилированность ИП ФИО5 по отношению к должнику и его руководителям отклонена судом первой инстанции.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что конкурсный управляющий не доказал нарушение прав кредиторов должника, признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, совокупность обстоятельств, необходимых для признания сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления о признании договора № 24/01/18 об ипотеке (залоге недвижимости) от 24.01.2018, заключенного между ООО «Альтаир» и ИП ФИО5 недействительным.

В части заявленных требований о признании недействительными: договора цессии № 28 от 23.06.2019, заключенного между ИП ФИО5 и ФИО6; договоров № 14/11/1-19 от 14.11.2019, 14/11/2-19 от 14.11.2019, 14/11/3-19 от 14.11.2019, 14/11/4-19 от 14.11.2019 о передаче имущества в счет погашения задолженности, заключенных между ООО «Альтаир» и ФИО6; договора купли -продажи недвижимости от 10.12.2019г., заключенного между ФИО6 и ФИО3; договора купли - продажи от 06.12.2019., заключенного между ФИО6 и ФИО7, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, поскольку оспариваемый договор цессии, договоры о передаче имущества в счет погашения задолженности, договоры купли- продажи имущества заключены в отсутствии признаков единой сделки, заключены по рыночной цене, оплачены сторонами сделки.

Суд первой инстанции отметил, что конкурсным управляющим должника не доказано создание видимости добросовестного приобретателя для сохранения контроля над имуществом должником (единая сделка), поскольку целью дальнейшего отчуждения имущества ФИО6 являлся возврат денежных средств, одолженных по договору процентного займа ИП ФИО5

Довод конкурсного управляющего должника о цепочке сделок, направленных на вывод имущества должника суд первой инстанции отклонил как документально неподтвержденный.

Суд отклонил довод конкурсного управляющего должника, ссылающегося на заинтересованность лиц, приобретающих имущество по отношению к должнику и руководителю должника ФИО11

Суд апелляционной инстанции полагает определение суда первой инстанции является незаконным и необоснованным в связи со следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Из пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление № 63), следует, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", периоды предпочтительности и подозрительности исчисляются с момента возбуждения дела о банкротстве на основании заявления первого кредитора даже независимо от того, что обоснованным может быть признано только следующее заявление, поданное в рамках указанного дела.

Данная правовая позиция нашла отражение и в судебной практике, что подтверждается определением Верховного Суда Российской Федерации от 23.10.2018 № 308-ЭС18-16378 по делу № А63-5243/2016.

Согласно материалов дела производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Альтаир» возбуждено 20.08.2019, следовательно, учитывая дату заключения договора залога от 24.01.2018, спорная сделка подпадает под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.

В пункте 6 постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно материалов дела, 24 января 2018 года индивидуальный предприниматель ФИО5 (ИНН 

<

***>) путем заключения договора цессии (уступки прав) № 24/01/1-УПЦ от 24 января 2018 года приобрела у ООО «Элита» (0721054122) право требование к должнику в размере 19 717 396, 06 рублей.

24 января 2018 года между ООО «Альтаир» (Залогодатель) и индивидуальным предпринимателем ФИО5 (Залогодержатель) был заключен договор № 24/01/18 об ипотеке (залоге недвижимости), в соответствии с которым Залогодатель передал в залог Залогодержателю следующие активы, а именно:

-земельный участок площадью 10 005 кв.м., категория земель: земли населенных пунктов, находящееся по адресу: РФ, 

<

...>, кадастровый номер:01:09:0103023:009, свидетельство о государственной регистрации права 01-АА 268244;

-офисное здание производственной базы (литер А), площадь 157,7 кв.м., этажность 2, кадастровый (или условный) номер 01-01-05/011/2009-605, свидетельство о государственной регистрации права 01-АА 233893, находящееся по адресу: РФ, 

<

...>;

промышленный цех производственной базы (литер Б), площадь 618, 6 кв.м., этажность 1, кадастровый (или условный) номер 01-01-05/011/2009-603, свидетельство о государственной регистрации права 01-АА 233892, находящееся по адресу: РФ, 

<

...> ;

нежилое здание, площадь 1238, 4 кв.м., этажность 1, кадастровый номер: 01:09:0103023:71, свидетельство о государственной регистрации права 01-АА 55773, находящееся по адресу: РФ, 

<

...>

-артезианская скважина, акт приема-передачи ОС № 00000000005 от 01.03.2013г.;

-весы автомобильные, акт приема-передачи ОС № 00000000012 от 01.03.2013г.; 

-автомобиль марки «Hyundai VI (Eguus, Centennial), 2015 года изготовления, VIN 

<

***>, кузов №

<

***>, двигатель № G6DJFA406499, государственный регистрационный знак 

<

***>;

-автопогрузчик марка HANGCHA CPCD30N-RG6,roc.per.3HaKAC № 0783, 2011 года выпуска, рама № 110317166, двигатель № C490BPG-11048330,цвет оранжевый, черный, свидетельство о государственной регистрации СВ 118102 от 17.11.2015г., паспорт самоходной машины ТС 566902 от 09.08.2011г.

-автопогрузчик марки NISSANNL01A5D, гос.рег.знак АС № 0784, 2007 года выпуска, № рамы ТД01-001738, двигатель № К15-018349Х, цвет серебристый, свидетельство о регистрации СВ 118103 от 17.11.2015г.,паспорт самоходной машиныТС 150967 от 28.12.2009г.;

-автопогрузчик марки Sun Ward SWL2810, гос. per. знак. АС №0755, 2011 года выпуска, № рамы SWL28100073 5, двигатель № 4TNV84T-XSU-19661, цвет зеленый, оранжевый, свидетельство о регистрации СА577721от 28.08.2015г., паспорт самоходной машины ТС 554754 от 09.06.2011г.;

-автопогрузчик марки МКСМ-800, гос. per. знак АС № 0756, 200г года выпуска, №рамы 008348, двигатель № 105213, цвет желтый, свидетельство о регистарцииСА577722 от 28.08.2015г.. паспорт самоходной машины BE 183297 от 06.06.2007г.

-дизель генератор Р400Е1ДГУ400КВА;

-печь плавильная МКПА-03;

-конвейер КР-01;

-Спектрометр ДФС-500;

-Пресс БА 1330.

На момент заключения спорного договора ипотеки у ООО «Альтаир» имелись неисполненные обязательства, что подтверждается материалами дела.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 19 ноября 2019 года заявление ООО «Градиент» (ИНН (

<

***>) о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Альтаир» признано обоснованным, требование ООО «Градиент» в размере 76 926 987 рублей 42 копейки, в том числе: 75 150 366 рублей 19 копеек - основного долга, 1 576 621 рубль 23 копейки - неустойка, 200 000 рублей - государственная пошлина, включено в реестр требований кредиторов ООО «Альтаир».

Данная сумма задолженности подтверждена решением Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2018 по делу № А40-10723/18-12-74. В соответствии с указанным решением суда у должника перед кредитором имелась неоплаченная задолженность за товар, который был поставлен в период с февраля - август 2017 года, который в свою очередь должен был быть оплачен в течение 30 (тридцати) календарных дней с момента его получения.

Таким образом, к дате заключения договора ипотеки (24.01.2018г.) у должника уже имелась значительная кредиторская задолженность (с октября 2017 года), которая была подтверждена решением Арбитражного суда города Москвы и на основании которой впоследствии в отношении должника возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Согласно п. 6.1 договора ипотеки, договор подлежит государственной регистрации в органе, осуществляющем государственную регистрацию прав на недвижимое имущество.

В соответствии с п. 2 ст. 10 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» договор об ипотеке считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации.

Согласно отметок Управления Росреестра по Республике Адыгея в договоре № 24/01/18 об ипотеке (залоге недвижимости) от 24.01.2018г., государственная регистрация указанного договора была проведена 07 марта 2018 года.

Таким образом, на дату заключения договора ипотеки и вступления его в силу, в картотеке арбитражных дел была информация о взыскании значительной суммы кредиторской задолженности, которая превышает в разы сумму задолженности приобретенного ИП ФИО5 права требования к ООО «Альтаир», которое в последующем была обеспечена договором ипотеки.

Следовательно, информация о наличии иных обязательств должника была в общем доступе, и ответчик имел возможность с ней ознакомиться до заключения сделки. Ответчик, действуя добросовестно и разумно должен был проверить общедоступную информацию о наличии задолженности должника перед другими кредиторами.

В связи с этим, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что ответчик-ФИО5 должна был знать о цели заключения оспариваемого договора ипотеки.

Доводы ИП ФИО5 о том, что конкурсным управляющим не доказано, как при должной осмотрительности ответчик мог узнать о наличии информации именно в Арбитражном суде г. Москвы, при том, что сторона сделки зарегистрирована и ведёт деятельность в Республике Адыгея, суд апелляционной инстанции признает необоснованными.

У ИП ФИО5 была возможность получить информацию о о рассмотрении дел с участием должника, поскольку все судебные акты, арбитражный суд публикует в «Картотеке арбитражных дел», которая представляет собой общедоступный официальный федеральный информационно-справочный ресурс, размещенный в сети Интернет.

Соответственно, сведения, содержащиеся в Картотеке арбитражных дел, носят открытый и публичный характер и доступны неограниченному кругу лиц.

В связи с этим, ИП ФИО5, действуя с достаточной степенью осмотрительности, перед заключением сделки, могла проверить информацию о задолженности ООО «Альтаир».

Судебная практика исходит из возможности доказывания наличия статуса заинтересованного лица через наличие фактической аффилированности, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности (Определения ВС РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015, от 15.06.2016, № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014).

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 г. № 308-ЭС16-1475).

Конкурсный управляющий приводит доводы о заинтересованности ИП ФИО5 по отношению к должнику.

В подтверждении данного доводы конкурсный управляющий ссылается на следующие обстоятельства. 

ФИО5 имеет статус индивидуального предпринимателя, а также является (являлась) участником и директором трех юридических лиц:

В ООО «Аэропорт Сити» (ИНН 

<

***>) ФИО5 являлась учредителем с размером уставного капитала 100%. В ООО ЧОП «Витязь» (ИНН 

<

***>) ФИО5 совместно с ФИО12 (ИНН 

<

***>) является учредителем данной организации. В свою очередь ФИО12 (ИНН 

<

***>) является учредителем совместно с руководителем должника ФИО11 в следующих организациях: ООО «Архонт-Ресурс» (ИНН 

<

***>) с 40% долей в уставном капитале организации; ООО «Архонт-Сервис» (ИНН 

<

***>) (в настоящее время организация ликвидирована); ООО «Амаком» (ИНН 

<

***>) с 50% доли в уставном капитале организации (в настоящее время ликвидирована).

Согласно Картотеке арбитражных дел в Арбитражном суде Республики Адыгея 06 мая 2016 года по заявлению ФИО5 возбуждено дело о банкротстве ООО «Архонт - Ресурс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), учредителями которого являются ФИО12 и руководитель должника ФИО11.

В рамках указанного дела, Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд рассматривал апелляционную жалобу уполномоченного органа, в соответствии с которой конкурсный управляющий ООО «Архонт-Ресурс» признавал зачеты взаимных требований недействительными и которые были совершены между ООО «Архон-Ресурс» и ООО «Аэропорт Сити».

В постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25 ноября 2019 года по делу № А01-985/2016, суд указал, что ФИО12 является фактическим бенефициаром и ООО «Аэропорт Сити» и ООО «Архонт Ресурс», ООО «Аэропорт Сити» фактически финансировал деятельность ООО «Архонт Ресурс» в условиях его неплатежеспособности и недостаточности имущества, установлен факт аффилированности сторон ООО «Аэропорт Сити» и ООО «Архонт Ресурс». Также суд пришел к выводу о принадлежности ООО «Архонт-Ресурс» (где руководитель должника ФИО11 является учредителем с 40% долей в уставном капитале организации) и ООО «Аэропорт Сити» (где ФИО5 является учредителем со 100% долей в уставном капитале организации) к одной группе лиц.

В связи с этим, суд апелляционной инстанции признает обоснованным довод конкурсного управляющего, что деятельность ФИО5 и руководителя должника ФИО11 является внутрикорпоративной в рамках группы юридических лиц. ИП ФИО5 является аффилированным лицом по отношению к должнику и его руководителю. Соответственно, договор ипотеки (залоге недвижимости) от 24 января 2018 года был заключен с аффилированным к должнику лицом, осведомленном о финансовом положении должника, как следствие, осознающим факт причинения своими действиями вреда имущественным правам кредиторов.

Довод ФИО5 об экономической обоснованности ее действий, судом апелляционной инстанции оценивается критически.

Как следует из материалов дела, согласно договору (уступки прав) № 24/01/1-УПЦ ИП ФИО5 за уступаемое право требование к ООО «Альтаир» обязалась уплатить ООО «Элита» денежную сумму в размере 16 700 000,00 рублей.

Вместе с тем, надлежащих доказательств оплаты не представлено. 

Представленные в материалы дела расходный кассовый ордер № 10 от 12.06.2018 года, доверенность от 11 июня 2018 года по мнению суда апелляционной инстанции не подтверждают фактическую оплату по договору.

Из представленного в материалы дела письму временного управляющего ООО «Элита» ФИО13 следует что, перечисление денежных средств от ФИО5 в пользу ООО «Элита» в счет оплаты по договору цессии от 24.01.2018г.  № 24/01/1-УПЦ не производилось.

Вывод суда первой инстанции о том, что  денежные средства в размере 16 700 000 рулей приняты ИП ФИО5 от ФИО6 по приходному кассовому ордеру от 12.06.2018 года на основании договора займа № 11-06 от 11.06.2018года, а следовательно ответчиком доказана финансовая возможность оплаты по договору цессии, судом апелляционной инстанции признается ошибочным. В материалах дела отсутствуют доказательства наличия финансовой возможности у ФИО6 предоставить ФИО5 указанные денежные средства.

Кроме того, поскольку отсутствуют доказательства поступления денежных средств на счет ООО "Элита", сама по себе передача денежных средств ФИО6 ФИО5 не позволяет констатировать факт оплаты приобретенного у ООО "Элита" права требования к ООО "Альтаир".

Кроме того, в пункте 4 договора цессии № 24/01/1 -УПЦ указано, что цессионарий (ИП ФИО5) обязуется оплатить на расчетный счет Цедента (ООО «Элита») 16 700 000 рублей. Стороны предусмотрели, что оплата должна быть проведена в безналичной форме.

Таким образом, представленный ИП ФИО5 в материалы дела расходный кассовый ордер № 10 от 12.06.2018 года, не может служить подтверждением факта оплаты.

Каких-либо дополнительных соглашений к договору цессии № 24/01/1-УПЦ, ИП ФИО5 представлено не было. 

Помимо этого, ИП ФИО5 с 2018 года фактически не осуществляла деятельность, все счета ответчика были арестованы налоговым органом, что исключало для ФИО5 возможность приобретения права требования и его оплаты.

Изложенное, по мнению суда апелляционной инстанции, свидетельствует, что ответчиком - ФИО5 надлежащей оплаты за приобретенное право требование к ООО "Альтаир" произведено не было.

Как следует из материалов дела, ИП ФИО5 не обращалась с заявление в суд о взыскании задолженности с ООО «Альтаир".

Выводы суда первой инстанции о том, что спорный договор залога недвижимости заключен без цели причинения вреда имущественным правам кредиторов не соответствуют обстоятельствам дела.

Как следует из материалов дела, в результате заключения договора залога недвижимости и последующих договоров (цепочки сделок) из конкурсной массы было выведено имущество должника, что не позволяет ООО "Градиент" и иным включенным в реестр требований кредиторам должника рассчитывать на удовлетворение их требований.

Цепочка сделок совершена последовательно в течение непродолжительного периода времени. Оспариваемый договор залога заключен сразу после приобретения права требования ИП ФИО5 к ООО "Альтаир" у ООО "Элита".

Анализ материалов дела показал, что с целью дальнейшего вывода имущества из конкурсной массы должника 28 июня 2019 года ИП ФИО5 передала по договору цессии № 28 право требование в полном объеме к должнику ФИО6 (ИНН 

<

***>), который также является аффилированным лицом с ФИО11, поскольку ФИО6 является совместно с руководителем должника учредителем в ООО «Премиум» (ИНН 

<

***>).

Судом апелляционной инстанции установлено, что в процессе рассмотрения в Арбитражном суде Республики Адыгея заявления кредитора ООО «Градиент» о введении процедуры наблюдения в отношении должника, 25 октября 2019 года ФИО6 обратился в Теучежский районный суд Республики Адыгея с исковым заявлением о взыскании с ООО «Альтаир» суммы долга по договору цессии № 28 от 28.06.2019г. Определением от 13 ноября 2019 года по делу № 2-1056/2019 Теучежский районный суд Республики Адыгея утвердил мировое соглашение между ООО «Альтаир» и ФИО6, в соответствии с которым должник обязался передать имущество, указанное в договоре № 24/01/18 об ипотеке (залоге недвижимости) от 24.01.2018г.

14 ноября 2019 года ФИО6 и ООО «Альтаир» заключили договоры № 14/11/1-19, 14/11/1-19, 14/11/3-19, 14/11/4-19 о передаче имущества в счет погашения задолженности, в соответствии с которым руководитель должника передал ликвидное имущество должника в распоряжение ФИО6. Руководитель ООО «Альтаир» ФИО11 признал исковые требования и заключил мировое соглашение о передаче имущества должника в счет погашения задолженности за 5 дней до ведения процедуры банкротства в отношении ООО «Альтаир». После получения определения Теучежского районного суда Республики Адыгея от 13 ноября 2019 года по делу 2-1056/2019, ФИО6 осуществил регистрацию права собственности на имущество на себя.

Вместе с тем, в материалы дела представлены документы, подтверждающие, что в июле 2019 года Межрайонным отделом судебных приставов по особым исполнительным производства были возбуждены исполнительные производства № 11310/19/01013-ИП и 2929/19/01013-ИП, заявителями которых являлись ООО «Градиент» (заявитель по настоящему делу) и МИФНС № 3 по Республике Адыгея на общую сумму 77 808 713,00 рублей. По данным исполнительным производствам судебным приставом-исполнителем по особым исполнительным производствам УФССП России по Республике Адыгея с августа 2019 года на все имущество, которое было поименовано в договоре № 24/01/18 об ипотеке (залоге недвижимости) от 24.01.2018г. был наложен арест, что исключало отчуждение имущества и регистрацию права собственности на него за приобретателями.

Определением Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 27.10.2020г. по делу № 2-1056/2019, определение Теучежского районного суда Республики Адыгеи об утверждении мирового соглашения отменено в связи с нарушением  прав кредиторов должника.

10 декабря 2019 года ФИО6 заключил договор купли-продажи недвижимости с ФИО3, в соответствии с которым передает в собственность последнего земельный участок площадью 10 005 кв.м., категория земель: земли населенных пунктов, находящееся по адресу: РФ, 

<

...>, кадастровый номер:01:09:0103023:009, свидетельство о государственной регистрации права 01-АА 268244;офисное здание производственной базы (литер А), площадь 157,7 кв.м., этажность 2, кадастровый (или условный) номер 01-01-05/011/2009-605, свидетельство о государственной регистрации права 01-АА 233893, находящееся по адресу: РФ, 

<

...>;промышленный цех производственной базы (литер Б), площадь 618, 6 кв.м., этажность 1, кадастровый (или условный) номер 01-01-05/011/2009-603, свидетельство о государственной регистрации права 01-АА 233892, находящееся по адресу: РФ, 

<

...> ;- нежилое здание, площадь 1238, 4 кв.м., этажность 1, кадастровый номер: 01:09:0103023:71, свидетельство о государственной регистрации права 01-АА 55773, находящееся по адресу: РФ, 

<

...>; артезианскую скважину, акт приема-передачи ОС № 00000000005 от 01.03.2013г.; весы автомобильные, акт приема-передачи ОС № 00000000012 от 01.03.2013г.

При этом ФИО3 является заинтересованным по отношению к должнику лицом поскольку является руководителем ООО «Южная строительная компания», с которым у должника 14 марта 2017 года был заключен договор займа № 3/14-03, согласно которому ООО «Альтаир» перечислило ООО «Южная строительная компания» денежных сумму в размере 1 660 000 рублей. Данное обстоятельство в совокупности с согласованностью действий ФИО5, ФИО6, ФИО3 по созданию цепочки сделок, направленных на вывод активов должника  свидетельствует о наличии фактической аффилированности между указанными лицами. 

06 декабря 2019 года ФИО6 заключил договор купли-продажи, в соответствии с которым передал автомобиль марки «Hyundai VI (Eguus, Centennial), 2015 года изготовления, VIN 

<

***>, кузов №

<

***>, двигатель № G6DJFA406499, государственный регистрационный знак 

<

***> в собственность ФИО7.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что  договор заключенный между ООО «Альтаир» и ИП ФИО5 № 24/01/18 об ипотеке (залоге недвижимости) от 24.01.2018;  договор цессии № 28 от 23.06.2019, заключенный между ИП ФИО5 и ФИО6;  договоры от 14.11.2019 о передаче имущества в счет погашения задолженности, заключенные между ООО «Альтаир» и ФИО6 под номерами  14/11/1-19, 14/11/2-19, 14/11/3-19, 14/11/4-19.  договор купли – продажи недвижимости от 10.12.2019, заключенный между ФИО6 и ФИО3 представляют собой единую сделку, направленную на вывод имущества из конкурсной массы и закрепления данного имущества за участниками указанной цепочки, а именно  за ФИО6 и ФИО3

В данном случае лица, участвовавшие в цепочке сделок, являются заинтересованными лицами по отношению к должнику и руководителю должника ФИО11

В данном случае ИП ФИО5, ФИО6, ФИО14, предприняли совместные действия для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому.

Установленные обстоятельства, по мнению суда апелляционной инстанции позволяют применить правовой подход, изложенный в Определении Верховного суда Российской Федерации № 301-ЭС17-19678 от 19.06.2020г. по делу № А11-7472/2015.

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678, от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031 (6), от 24.01.2022 № 305-ЭС20-16615, имущество должника, находившегося в преддверии банкротства, может быть отчуждено как по одной, так и по нескольким сделкам, взаимосвязанных между собой или нет. В связи с этим различны способы защиты интересов конкурсной массы и кредиторов этого должника.

Цепочка последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом могла быть создана формально для прикрытия одной сделки, направленной на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара.

При таком варианте воля первого приобретателя на получение права собственности на имущество должника (а возможно и последующих, исключая последнего) выражается лишь для вида без реального намерения породить отраженные в первом договоре купли-продажи последствия. Личность таких приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов должника из-под угрозы обращения на него взыскания по требованиям кредиторов.

В действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Отчуждаемое имущество все время находится под контролем этого бенефициара.

Такая цепочка сделок как притворная единая сделка в силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожна, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве с возвратом в конкурсную массу незаконно отчужденного имущества должника по правилам статьи 61.6 названного закона.

Если первый приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником, действительно желая создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности, то при отчуждении им спорного имущества на основании последующих сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю.

В случае признания первой сделки недействительной право собственности не переходит к последующим приобретателям имущества в силу отсутствия необходимого на то основания и спорная вещь может быть истребована у ее конечного приобретателя по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации посредством предъявления к нему виндикационного иска.

Виндикационный иск может быть рассмотрен судом в деле о банкротстве совместно с заявлением о недействительности первой сделки (если иск о виндикации подсуден этому суду), либо иным судом, определенным в соответствии с компетенцией судов и подсудностью дел (пункт 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63).

Фактические обстоятельства настоящего обособленного спора в совокупности свидетельствуют о том, что оспариваемые сделки являются взаимосвязанной цепочкой сделок, в результате заключения договоров причинен вред кредиторам должника и ответчики должны были знать об указанной цели сделки. Доказательств обратного не представлено.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности конкурсным управляющим заявленных требований и о наличии предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Таким образом, учитывая совокупность изложенных выше обстоятельств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оспариваемые сделки совершены должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, при неравноценном встречном исполнении, поскольку какое-либо встречное предоставление предоставлено не было. Следовательно, спорная сделка подлежит признанию недействительной применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в обособленном споре, и имеющимся в деле документам, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что оспариваемые сделки представляют собой цепочку взаимосвязанных сделок, с разным субъектным составом, объединенных одной целью, направленной на прямое отчуждение ликвидного актива из конкурсной массы должника последнему покупателю – с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов при наличии признаков неплатежеспособности. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции признает недействительными сделками:

договор заключенный между ООО «Альтаир» и ИП ФИО5 № 24/01/18 об ипотеке (залоге недвижимости) от 24.01.2018; 

договор цессии № 28 от 23.06.2019, заключенный между ИП ФИО5 и ФИО6; 

договоры от 14.11.2019 о передаче имущества в счет погашения задолженности, заключенные между ООО «Альтаир» и ФИО6 под номерами  14/11/1-19, 14/11/2-19, 14/11/3-19, 14/11/4-19. 

договор купли – продажи недвижимости от 10.12.2019, заключенный между ФИО6 и ФИО3

Выводы суда первой инстанции о том, что наличие значительной кредиторской задолженности в период заключения договора ипотеки (залога недвижимости) не может явиться основанием для признания такого договора недействительным как заключенного в период неплатежеспособности должника, судом апелляционной инстанции признается ошибочным. Вопреки утверждениям суда первой инстанции, совершение сделки по выводу значительного актива из конкурсной массы в пользу заинтересованных лиц в период наращивания кредиторской задолженности перед независимыми кредиторами является основанием для признания такой сделки недействительной применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Судом первой инстанции не учтено, что оспариваемая цепочка сделок с учетом обстоятельств обособленного спора (хронологии действий ответчиков по выводу активов должника) совершена с целью освобождения имущества должника об обращения на него взыскания по требованиям независимых кредиторов. 

Доказательств возмездности (применительно к получению ООО "Альтаир" встречного предоставления, позволившего последнему прирастить свою конкурсную массу за счет имущества, полученного от ИП ФИО5 ФИО6, ФИО3) в материалы дела не представлено. По существу выбытие имущества в пользу указанных ответчиков опосредовано передачей или созданием фикции передачи денег от одного ответчика в другому, в отсутствии реального имущественного предоставления в пользу ООО "Альтаир" или цедента - ООО "Элита". Судебная коллегия отмечает, что ссылка суда первой инстанции на обычную хозяйственную деятельность в период с марта 2012 года по декабрь 2017 года в отношениях ООО "Альтаир" с ООО "ЮниМет" является несостоятельной, поскольку не имеет правового значения применительно к оспариванию цепочки сделок ООО "Альтаир", ИП ФИО5 ФИО6, ФИО3

Вместе с тем, в части предъявленных требований к ФИО7, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения заявления, поскольку доказательств заинтересованности ФИО7 по отношению к должнику и иным ответчикам не представлено. Материалы дела не содержат доказательств, участия ФИО7 в группе лиц, действия которых были направлены на вывод активов должника посредством создания цепочки сделок.

Судом апелляционной инстанции установлено, что 06.12.2019 между ФИО6 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи, согласно которого продавец передать в собственность покупателю транспортное средство Hyundai VI, идентификационный номер (VIN) 

<

***> регистрационный номер 

<

***>. 

В суде ФИО7 приобщила к материалам дела расписку от 06.12.2019, согласно которой ФИО6 (продавец) получил от ФИО7 (покупатель) денежные средства в размере 1 240 000 руб., за проданное транспортное средство по договору купли-продажи от 06.12.2019. 

ФИО7 представила суду сведения о доходах с 2017 по 2019 года, в качестве подтверждения у нее финансовой возможности приобрести названное транспортное средство по договору купли-продажи от 06.12.2019. 

Судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО7 не является заинтересованным лицом по отношению к должнику и ответчикам, в связи с чем отказывает в удовлетворении заявления в части признания недействительным договора купли-продажи от 06.12.2019, заключенного между ФИО6 и ФИО7

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В пункте 29 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абз. второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

В качестве последствий недействительности сделки суд апелляционной инстанции обязывает ФИО6 и ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника спорное имущество.

Поскольку транспортное средство Hyundai VI, идентификационный номер (VIN) 

<

***> регистрационный номер 

<

***> перепродано в пользу ФИО7 в размере 1 240 000 руб., что подтверждается распиской от 06.12.2019, в отношении которой доказательства недобросовестности отсутствуют, суд апелляционной инстанции применяет последствия недействительности в виде взыскания с ФИО6 денежных средств в размере 1 240 000 руб.

При таких обстоятельствах определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 22.06.2022  по делу № А01-2554/2019 подлежит отмене ввиду неполного выяснения обстоятельств, имеющих значения для дела.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 22.06.2022  по делу № А01-2554/2019 отменить.

Признать недействительными сделками:

договор заключенный между ООО «Альтаир» и ИП ФИО5 № 24/01/18 об ипотеке (залоге недвижимости) от 24.01.2018; 

договор цессии № 28 от 23.06.2019, заключенный между ИП ФИО5 и ФИО6; 

договоры от 14.11.2019 о передаче имущества в счет погашения задолженности, заключенные между ООО «Альтаир» и ФИО6 под номерами  14/11/1-19, 14/11/2-19, 14/11/3-19, 14/11/4-19. 

договор купли – продажи недвижимости от 10.12.2019, заключенный между ФИО6 и ФИО3

Применить последствия недействительности сделки.

ФИО15 Хажисмельевича возвратить в конкурсную массу должника;

 автопогрузчик марки НАNNGCHA CPD3ON-RG6, гос.рег.знак АС № 0783, 2011 года выпуска; 

автопогрузчик марки NISSANNL01A5D, гос.рег.знак АС № 0784, 2007 года выпуска; 

автопогрузчик марки Sun Ward SW 2810, гос.рег.знак. АС №0755, 2011 года выпуска; 

автопогрузчик марки МКСМ-800, гос.рег.знак АС № 0756, 2000 года выпуска; 

дизель генератор Р400Е1ДГУ400КВА; 

печь плавильную МКПА-03; 

конвейер КР-01; 

спектрометр ДФС-500.

Взыскать с ФИО6 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Альтаир» денежные средства в размере 1 240 000 руб.

ФИО16 Мухамедовича возвратить в конкурсную массу должника:

 земельный участок, площадью 10 005 кв.м., находящийся по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 01:09:0103023:009; 

офисное здание производственной базы (литер А), площадью 157,7 кв.м., находящееся по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер 01-01-05/011/2009-605;

промышленный цех производственной базы (литер Б), площадь 618, 6 кв.м., находящейся по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер 01-01-05/011/2009-603;

нежилое здание, площадь 1238,4 кв.м., находящееся по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 01:09:0103023:71;

артезианскую скважину, поименованную в акте приема-передачи ОС № 00000000005 от 01.03.2013; весы автомобильные, поименованные в акте приема-передачи ОС  № 00000000012 от 01.03.2013.

В остальной части в удовлетворении заявления отказать.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий М.А. Димитриев

СудьиЯ.А. Демина

Н.В. Шимбарева