ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-29577/2019

г. Саратов

09 июня 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июня 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 июня 2022 года. 

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего – судьи Н.А. Колесовой,  

судей Г.М. Батыршиной, А.Ю. Самохваловой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Агро-Холдинг» ФИО2 на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 18 апреля 2022 года по делу № А12-29577/2019 по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО2 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности

заинтересованные лица:

ФИО3, г. Ставрополь,

ФИО4, Краснодарский край, г. Армавир,

ФИО5, Краснодарский край, г. Армавир,

ФИО6, Краснодарский край, г. Армавир,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Агро-Холдинг» (403882, Волгоградская область, г. Камышин, ул. Зеленая, д. 7, пом. 43/1, комната 1; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании: от заявителя апелляционной жалобы – ФИО7, представителя, доверенность от 27.05.2022 (личность установлена, оригинал доверенности обозревался, копия доверенности приобщена к материалам дела), иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121, части 1 статьи 122, части 1 статьи 123, части 1 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается отчетом о публикации судебных актов от 06.05.2022,

УСТАНОВИЛ:

14 августа 2019 года в Арбитражный суд Волгоградской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Волга-Агро» о признании общества с ограниченной ответственностью «Агро-Холдинг» несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 21 августа 2019 года заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) № А12-29577/2019. 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 14 октября 2019 года заявление общества с ограниченной ответственностью «Волга-Агро» признано обоснованным, в отношении общества с ограниченной ответственностью «Агро-Холдинг» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2. 

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 17 февраля 2020 года общество с ограниченной ответственностью «АгроХолдинг» признано несостоятельным (банкротом) по признакам отсутствующего должника, в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2. 

06 октября 2020 года в Арбитражный суд Волгоградской области обратился конкурсный управляющий ФИО2 с заявлением о привлечении руководителя должника ФИО3 и учредителя должника ФИО4 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в сумме 5217475 руб. 56 коп.

15 марта 2021 года в Арбитражный суд Волгоградской области от конкурсного управляющего ФИО2 поступили дополнения к заявлению, в которых конкурсный управляющий уточнил требования, просил привлечь солидарно ФИО3 на основании ст. 61.11, ст. 61.12 Закона о банкротстве за непередачу конкурсному управляющему в полном объеме документации должника, не исполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве в арбитражный суд и за причинение вреда имущественным правам кредиторов путем совершения сделок, направленных на вывод активов должника и ФИО4 на основании ст. 61.11, ст. 61.12 Закона о банкротстве за не исполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве в арбитражный суд и за причинение вреда имущественным правам кредиторов путем совершения сделок, направленных на вывод активов должника. Размер субсидиарной ответственности определен в сумме 5217475 руб. 56 коп. 

В дополнении к заявлению от 24 мая 2021 года конкурсный управляющий уточнил размер субсидиарной ответственности, просил взыскать с ФИО3 и ФИО4 солидарно 5520000 руб. 

08 июля 2021 года в Арбитражный суд Волгоградской области от конкурсного управляющего поступило ходатайство об уточнении требовании, в котором просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника совместно с ранее указанными лицами солидарно ФИО6 и ФИО5 на основании подп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, ст. 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации за совершение указанными лицами сделок по выводу активов, повлекших причинение вреда должнику и его кредиторам. 

22 октября 2021 года в Арбитражный суд Волгоградской области от конкурсного управляющего поступило ходатайство об уточнении требовании, просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 на основании ст. 61.11, ст. 61.12 Закона о банкротстве солидарно на сумму в размере 6994500 руб. 86 коп., ФИО4 на основании ст. 61.11, ст. 61.12 Закона о банкротстве и ФИО6 и ФИО5 на основании ст. 61.11, ст. 61.12 Закона о банкротстве и ст. 1080 ГК РФ солидарно в сумме 5520000 руб.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 18 апреля 2022 года признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Агро-Холдинг», в удовлетворении остальной части требований отказано, производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела № А12-29577/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Агро-Холдинг» контролирующего должника лица приостановлено до окончания расчетов с кредиторами общества с ограниченной ответственностью «Агро-Холдинг». 

Не согласившись с принятым по делу судебным актом в части отказа в удовлетворении заявленных требований, конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Агро-Холдинг» ФИО2  обратился с апелляционной жалобой в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой просит состоявшийся по делу судебный акт в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности отменить, принять новый судебный акт, которым привлечь гражданина ФИО3 на основании ст.ст. 61.11,61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» солидарно к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника и обязанностям по уплате обязательных платежей в сумме 6994500 руб. 86 коп., гражданку ФИО4 на основании ст.ст. 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», гр-на ФИО6 и гр-на ФИО5 на основании ст. 1080 ГК РФ, ст.ст. 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» солидарно к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника и обязанностям по уплате обязательных платежей в сумме 5520000 руб.

Податель жалобы указывает на то, что бывший генеральный директор Должника ФИО3, единственный участник Общества гр-ка ФИО4, генеральный директор ООО «Стратегия плюс» ФИО6, бывший генеральный директор и единственный участник ООО «Агро-капитал» ФИО5 действуя сознательно с целью хищения ликвидного имущества Должника (посевы озимой пшеницы общей площадью 1023 га стоимостью 5 520 ООО рублей) вступив в сговор, заключили ряд фиктивных сделок по его обмену на несуществующие четыре кукурузные жатки CASE model 1083 С06 ВХ выпуска 2013 года, в результате которых указанное имущество было похищено. По мнению заявителя жалобы, активы общества на сумму 5520000 руб. были безвозмездно переданы ООО «Агро-капитал», являющемуся аффилированным лицом по отношению к должнику, что повлекло за собой невозможность исполнения обществом своих обязательств перед кредиторами и банкротство общества и о чем ФИО4, ФИО3, ФИО6 (генеральный директор ООО «Стратегия плюс») и ФИО5 (единственный участник и генеральный директор ООО «Агро-капитал») знали и сознательно этому способствовали.

Лица, участвующие в деле, письменные отзывы на апелляционные жалобы не представили.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российско Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Как разъяснено в пункте 27 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания. 

Отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует арбитражному суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части. 

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, выступлениях присутствующего в судебном заседании представителя заявителя апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не считает, что судебный акт в обжалуемой части подлежит изменению или отмене по следующим основаниям.

Пунктом 3 статьи 4 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 266-ФЗ от 29.07.2017 «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях») установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Согласно статье 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу по своей инициативе заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным ст. 61.11 и ст. 61.12 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладает арбитражный управляющий.

В соответствии с положениями пунктов 1, 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника, если:

- это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (подпункт 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве);

- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, учредителем должника с момента его создания (26.01.2018) является ФИО5,  директором должника  с 26.01.2018 до даты признания должника банкротом  (17.02.2020) являлся ФИО3

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно признал  ФИО5 и  ФИО3 контролирующими должника лицами  в силу прямого указания закона.

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Аналогичный подход к выбору применяемых норм и действию закона во времени в отношении субсидиарной ответственности закреплен в определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006.

Применение предусмотренных Законом о банкротстве материально-правовых норм, по вопросам привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в той или иной редакции зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Таким образом, нормы об основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01 июля 2017 года в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 (с 30 июля 2017 года - статьи 61.11, 61.12) Закона о банкротстве в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

При этом действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве применимы в отношении спорных правоотношений только в части процессуальных норм, поскольку в силу части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

В рассматриваемом случае, как верно указал суд первой инстанции, к действиям контролирующих должника лиц, совершенным после 01 июля 2017 года,- подлежат применению нормы Закона о банкротстве в реакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Наличие оснований для привлечения бывшего руководителя и учредителя к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий связывает с неисполнением руководителями и учредителем должника как лицами, контролирующими должника, обязанности по подаче заявления в арбитражный суд при наличии признаков банкротства.

Отказывая в привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности по основаниям статьи 61.12 Закона о банкротстве, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего. 

Согласно статье 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно. Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 этого Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

В силу требований статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании банкротом в срок не позднее 1 месяца с момента возникновения одного из следующих обстоятельств:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязан доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Как отмечено в Определении Верховного Суда РФ от 29.03.2018 по делу № 306-ЭС17-13670 (3), А12-18544/2015, по смыслу разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве», при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой (статьей 61.12 Закона о банкротстве), следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутому основанию, момент возникновения соответствующей обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений (статья 65 АПК РФ).

В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями).

В соответствии с положениями части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Рассмотрев материалы обособленного спора и оценив доказательства в их взаимной связи, арбитражный суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что применительно к конкретным обстоятельствам настоящего дела оснований для признания бывшего руководителя и учредителя недобросовестно и незаконно бездействовавшими в отношении неподачи заявления о банкротстве должника не имеется.

По мнению конкурсного управляющего, руководитель ООО «Агро-Холдинг»  ФИО3 должен был  подать заявление о признании должника банкротом в арбитражный суд не позднее 30.11.2018. учредитель ООО «Агро-Холдинг»   ФИО5 должна была обратиться с соответствующим заявлением в арбитражный суд не позднее 11.12.2018.

Так, судом установлено и материалами дела подтверждено, что по состоянию на 2018 год, учитывая дату создания общества (26 января 2018 года), у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности.    

При убыточной деятельности должника показатель чистых активов не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение этим показателем отрицательных значений само по себе не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о его банкротстве/о ликвидации.

Поэтому сам по себе признак недостаточности имущества у должника не может свидетельствовать о наступлении обязанности у ответчика подать заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

Наличие прямой причинно-следственной связи между бездействием руководителя и учредителя  по подаче заявления и наступившими последствиями в виде возникновения задолженности перед кредиторами, впоследствии включенной в реестр требований кредиторов, конкурсным управляющим не доказано. 

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При этом один лишь факт возникновения обязанности у должника уплатить задолженность само по себе не может являться обстоятельством, которое в дальнейшем повлекло несостоятельность (банкротство) должника, в целях установления субсидиарной ответственности необходимо точное и верное определение арбитражным управляющим момента возникновения обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом.

То обстоятельство, что согласно реестру требований кредиторов, у общества имеется задолженность перед кредиторами, возникшая после истечения месячного срока для обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом,  само по себе не свидетельствует о возникновении признаков несостоятельности (банкротства) по состоянию на 30.11.2018 и 11.12.2018 соответственно.

При этом, как верно отметил суд первой инстанции, само по себе наличие у общества кредиторской задолженности не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующим лицом действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был не способен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

В данном случае необходимо исследовать специфику деятельности должника, характер образовавшейся задолженности, ее соотношение к активам должника, а также действия, которые предпринимал собственник предприятия к выводу предприятия из кризиса.

Системный анализ действующего законодательства о банкротстве и перечисленной судебной практики говорит о том, что наличие у должника задолженности не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя \учредителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем 2 п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя/учредителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

В связи с этим необходимо учитывать специфику деятельности должника (унитарного предприятия) предполагающую перманентное нахождение в ситуации неисполнения денежных обязательств перед кредиторами.

Следует учесть, что негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований  для привлечения ФИО5 и  ФИО3 к субсидиарной ответственности по заявленному основанию.

Представитель заявителя апелляционной жалобы в судебном заседании пояснил, что основание для привлечения ФИО6 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве было указано в просительной части заявления ошибочно, фактически не совершение таких действий указанным лицам не вменялось. 

Обращаясь с заявлением привлечении ФИО5, ФИО6 и ФИО5 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий также  сослался на презумпцию ответственности руководителя, контролирующих должника лиц за невозможность полного удовлетворения требований кредиторов, закрепленной подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

В соответствии с подпунктом  1 пункта  2   статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в частности, причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 указанного Федерального закона.

Согласно пункту 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Таким образом, на заявителе лежит обязанность по доказыванию совершения и одобрения контролирующими лицами сделок, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Волгоградской области от 13.07.2021 по настоящему делу установлено, что 28.03.2019 между ООО «Агро-Холдинг» (продавец) и ООО «Стратегия Плюс» (покупатель) заключен договор купли-продажи незавершенного производства от 28.03.2019, по условиям которого продавец обязался передать в собственность покупателя посевы озимой пшеницы общей площадью 1023 га стоимостью 5520000 руб., а покупатель принять и оплатить товар. 

            02.04.2019 между ООО «Стратегия Плюс» (продавец) и должником (покупатель) заключен договор купли-продажи оборудования, по условиям которого продавец обязался передать в собственность покупателя оборудование - жатка CASE model 1083 CO6BX, 2013 года, 4 единицы, общей стоимостью 5554400 руб., а покупатель принять и оплатить товар.

Впоследствии, 09.04.2019 между ООО «Агро-Холдинг» в лице директора ФИО3 и ООО «Стратегия Плюс» в лице ФИО6  был подписан  акт зачета взаимных требований, согласно которому прекращены путем зачета взаимные  требования:  задолженность ООО «Агро-Холдинг»  перед ООО «Стратегия Плюс»  на сумму 5520000 руб. по договору купли-продажи оборудования от 02.04.2019 (общая сумма поставки составляет 5554400 руб.) и задолженность ООО «Стратегия Плюс» перед ООО «Агро-Холдинг» на сумму 5520000 руб. по договору купли-продажи незавершенного производства от 28.03.2019.

Указанный акт зачета взаимных требований от 09.04.2019 между ООО «Агро-Холдинг» и ООО «Стратегия Плюс» признан недействительным; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Стратегия Плюс» в конкурсную массу денежных средств в сумме 5520000 руб.

При этом судом было установлено, что  на момент совершения оспариваемого соглашения о погашении взаимной задолженности (акт зачета от 09.04.2019) у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед иными кредиторами, требования которых в последующем включены в реестр требований кредиторов должника. При этом, ООО «Стратегия Плюс» знало о неплатежеспособности должника, что ООО «Стратегия Плюс» не оспаривалось и подтверждалось материалами проверки КУСП № 5334 от 28.02.2019, в ходе которой директор ООО «Стратегия Плюс» ФИО6 подтвердил, что ему известно о наличии у должника задолженности перед ООО «Волго-Агро» в размере 3335940 руб., для погашения которого должник пытался получить новый заем ООО «Стратегия Плюс», однако ООО «Стратегия Плюс» отказалось выдать заем; между ними ранее заключен договор займа от 18.10.2018 на сумму 4500000 руб.  Также суд пришел к выводу, что факт приобретения данного оборудования у общества «Агро-Капитал» обществом с ограниченной ответственностью «Стратегия Плюс» не доказан.

Конкурсный управляющий полагает, что в результате совершения ряда сделок обществу с ограниченной ответственностью «Стратегия Плюс» были переданы активы должника на сумму в размере 5520000 руб. в отсутствии равноценного встречного предоставления что и явилось, по мнению конкурсного управляющего, причиной банкротства общества с  ограниченной ответственностью «Агро-Холдинг».

Для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, заявитель должен доказать факт совершения ими правонарушения (действия, бездействие) и причинную связь между действиями ответчика (контролирующего должника лицами) и наступившими последствиями (банкротством должника).

В силу пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований в отношении ФИО6 и ФИО5, обоснованно пришел к выводу, что указанные лица не обладают статусом контролирующих должника лиц. 

Обратное заявителем апелляционной жалобы не доказано. 

ФИО6  и ФИО5  не являлись руководителями должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Сам факт участия ФИО6, как руководителя ООО «Стратегия плюс»,  в спорной сделке не может свидетельствовать о наличии у ФИО6 статуса контролирующего должника лица. ФИО5 стороной признанной судом недействительной сделки не являлся. Спорная сделка подписана непосредственно руководителем должника. Доказательств того, что ООО «Стратегия плюс», ООО «Агро-Капитал» оказывали влияние на хозяйственную деятельность ООО «Агро-Холдинг» и принятие управленческих решений данного общества, конкурсным управляющим  не представлено, как и не доказан факт наличия у указанных лиц фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Доказательства наличия причинно-следственной связи между их действиями и наступившим банкротством в материалах дела отсутствуют.  

Наличие у ФИО4 статуса контролирующего должника лица обоснованно расценено судом первой инстанции как не являющееся достаточным основанием для установления вины указанного лица в невозможности погашения требований кредиторов в результате оспоренной сделки и привлечения его к субсидиарной ответственности. К ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки (по смыслу абзаца третьего пункта 16 Постановления N 53) и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения.

Однако, в рассматриваемом случае доказательства того, что указанная выше сделка была совершена с участием или под контролем ФИО4 и исключительно с целью причинения вреда кредиторам ООО «Агро-Холдинг»  не представлены. 

Оценив представленные в материалы дела в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований в указанной части.

Доводы конкурсного управляющего, изложенные в апелляционной жалобе, свидетельствуют о его несогласии с оценкой, данной судом первой инстанции обстоятельствам спора и представленным доказательствам. Между тем их иная оценка заявителем не свидетельствует о неправильном применении судом первой инстанции норм права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта.

Каких-либо доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Всем доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, арбитражный суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку при разрешении спора по существу заявленных требований в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив все доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, правовые основания для переоценки доказательств отсутствуют.

Согласно Постановлению Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 62 «О внесении дополнений в пункт 61.9 главы 12 Регламента арбитражных судов Российской Федерации» считается определенной практика применения законодательства по вопросам, разъяснения по которым содержатся в постановлениях Пленума и информационных письмах Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации».

В порядке пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, какие законы и иные нормативные правовые акты подлежат применению в конкретном спорном правоотношении (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2010 года № 8467/10, Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 марта 2013 года № ВАС-1877/13).

Представленные в материалы дела доказательства исследованы полно и всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, выводы, содержащиеся в решении, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, не установлено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта.

При таких обстоятельствах, у арбитражного суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для изменения или отмены состоявшегося по делу судебного акта в обжалуемой части в соответствии с положениями статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.         

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 18 апреля 2022 года по делу № А12-29577/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.

            

Председательствующий                                                                 Н.А. Колесова

 

Судьи                                                                                               Г.М. Батыршина

 

                                                                                                                      А.Ю. Самохвалова