СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-3728/2021(17, 18)-АК

Дело № А50-3292/2021

22 июля 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 июля 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Чухманцева М.А.,

судей                                        Темерешевой С.В., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Харисовой А.И.,

при участии:

от ответчика ФИО1: ФИО2, паспорт, доверенность от 20.06.2022; 

от ответчика ФИО3: ФИО4, удостоверение адвоката, доверенность от 04.10.2022; 

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ответчиков ФИО1, ФИО3

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 06 мая 2024 года,

об удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании с бывших руководителей должника убытков в размере 3 560 000 рублей, солидарно,

вынесенное в рамках дела № А50-3292/2021 о признании ООО «ОЙЛ-Сервис» несостоятельным (банкротом)

ответчики: ФИО1, Легаев Ярослав Владимирович

третьи лица:  ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ООО «НакладкаСервис», ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, 

 

установил:

Определением арбитражного суда Пермского края от 24.02.2021 заявление ООО СК «Регион-Нефть» о признании ООО «Ойл-Сервис»  несостоятельным (банкротом), принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

Определением арбитражного суда Пермского края от 13.04.2021 (резолютивная часть от 09.04.2021) в отношении ООО «Ойл-Сервис» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО14, член ПАУ ЦФО.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 03.11.2021 (резолютивная часть от 27.10.2021) ООО «Ойл-Сервис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО14

27.02.2023 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего о взыскании солидарно с бывших руководителей должника ФИО3, ФИО15, а также бенефициара должника ФИО1 убытков в размере 3 560 000 руб. (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 06.05.2024 (резолютивная часть от 18.04.2024) с ФИО3, ФИО1 П.Ю,, ФИО15 взыскано солидарно 3 560 000 руб. убытков в пользу ООО «ОЙЛ-Сервис».

Не согласившись с вынесенным определением, ответчики ФИО3, ФИО1 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят отменить обжалуемое определение, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении к ним требований. 

Ответчик ФИО3 в жалобе указывает на то, что им велся поиск доказательств. ФИО3 лично в судебных заседаниях, а так же через представителя, даны пояснения, в том числе неоднократно указывалось на тот факт, что никаких согласованных действий ФИО3 и ФИО1 и ФИО15 не имеется, ФИО3 не знал о смене его в качестве директора, о продаже организации, ФИО3 и ФИО1 были в конфликте с 2020 года, ФИО1 самостоятельно распорядился транспортными средствами в марте-апреле 2021г., то есть после того, как ФИО3 был снят с должности генерального директора. Материалами дела №А50-3292/2021 подтверждается вовлеченность ФИО1 в процесс управления должником, его значительное влияние на принятие решений/распоряжений относительно деятельности должника, что подтверждается и показаниями работников ООО «Ойл-Сервис» ФИО8, ФИО16, ФИО18, ФИО17. Таким образом, у ФИО3 отсутствовала и отсутствует объективная возможность передать принадлежащее должнику имущество (транспортных средств). Вина ФИО3 в непередаче транспортных средств отсутствует. Кроме того, считает недоказанным и не подтвержденным размер взысканной с ответчиков суммы убытков в виде стоимости транспортных средств.

Доводы жалобы ответчика ФИО1 сводятся к тому, что ФИО1 являлся только работником общества, на него не возлагались функции сохранности имущества и транспортного средства, в трудовом договоре и должностной инструкции данные полномочия не прописаны, свидетели не подтвердили управление обществом со стороны ФИО1, а сумма убытков ничем не подтверждена. Оспаривает выводы суда о том, что вся деятельность Общества контролировалась как ФИО3, так и ФИО1, а совместное управление усматривается из показаний ФИО8, ФИО16, ФИО18 по уголовному делу №12101270016001462, а также о том, что поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства выбытия из владения должника спорных транспортных средств, а транспортные средства не переданы в конкурсную массу, следует признать, что факт наличия убытков суду доказан. К показаниям в виде адвокатского опроса заместители Генерального директора ООО «ОЙЛ-Сервис» по транспорту и логистике ФИО18 (т.е. к заместителю ФИО3) надо отнестись критически т.к. при даче указанных пояснений с помощью адвокатского опроса не был предупреждён об ответственности за заведомо ложный донос. Кроме того, провести адвокатский опрос имела только сторона представителя ФИО3, представитель ФИО1 не имел возможности также провести адвокатский опрос, что является нарушением равноправия сторон в арбитражном процессе. ФИО3 не пояснил суду местонахождение автомобили УАЗ, период личного использовании и кому он и куда его передал, либо он находится в его пользовании. Автомобиль УАЗ ФИО3 приобрёл на ООО «ОЙЛ- СЕРВИС» у своего близкого друга из г. Бавлы (ФИО12) и использовал его все время вплоть до настоящего времени в личных целях, в пользовании ФИО1 данный автомобиль никогда не находился. Конкурный управляющий привёл мониторинг цен, однако никакого расчёта согласно мониторингу конкурным управляющим не предоставлено, методика расчёта не раскрыта, состояние автомобилей не установлено, иск заявлен без должного обоснования. Судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства ФИО1 от 16.04.2024 в истребовании от конкурного управляющего обоснование размера убытков. Конкурный управляющий не запросил информацию о техническом состоянии, проведенных ремонтах, характеристиках автомобиля непосредственно у заместителя генерального директора ООО «ОЙЛ-Сервис» ФИО18

Конкурсный управляющий должника в отзывах возражает против удовлетворения апелляционных жалоб в полном объеме.

08.07.2024 от ФИО1 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов (объяснения ФИО19 от 28.04.2023, постановление, рапорт – 4 файла, письмо в адрес ФИО18, ходатайства ФИО5 по делу № А50-3292/2021).

В приобщении дополнительных документов к материалам дела судом апелляционной инстанции отказано ввиду отсутствия доказательств их направления лицам, участвующим в деле, и незаблаговременности их направления. Фактическому возвращению на бумажном носителе данные документы не подлежат, так как представлены в электронном виде через систему «Мой Арбитр».

В судебном заседании представители ФИО1 и ФИО3 доводы своих апелляционных жалоб поддержали, против доводов апелляционных жалоб друг друга возражали.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, основанием для обращения в арбитражный суд с заявлением о взыскании убытков с ответчиков конкурсный управляющий указывает на отсутствие доказательств выбытия из владения должника транспортных средств: URAL 4320 6X6, 2000 г.в., VIN 

<

***>, госномер В450ВС159; KAMAZ 43118 6X6, 2008 г.в., VIN 

<

***>, госномер К277КМ159; UAZ 3909, 2005 г.в., VIN 

<

***>, госномер Н071ОХ116. При этом,  указанные транспортные средства принадлежат должнику и не переданы в конкурсную массу, в связи с чем обществу причинены убытки в сумме рыночной стоимости транспортных средств – 3 560 000 руб. 

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из доказанности совокупности обстоятельств, необходимых для взыскания с ответчиков в пользу общества убытков, причиненных в результате их бездействия по передаче конкурсному управляющему спорных транспортных средств, а также уклонения от раскрытия местонахождения транспортных средств, отсутствия возможности установить их фактическое местонахождение и лица, которое в настоящее время их использует, исходя из передвижений транспортных средств.

Исследовав представленные в материалы дела документы в порядке статьи 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционных жалоб и отзыва на них, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой. 

Согласно пункту 2 статьи 61.20 Закона требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами. Заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника.

Из разъяснений, изложенных в пункте 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику – юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

В соответствии с частью 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган такого общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. 

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган этого общества, члены коллегиального исполнительного органа, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные ему их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (ч. 2 ст. 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» обращено внимание на сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (п. 1 ст. 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (ст. 56 ГК РФ). 

Признак имущественной обособленности заключается в том, что имущество юридического лица не может считаться принадлежащим его участникам и они, по общему правилу, не вправе распоряжаться им в своих интересах, не совпадающих с имущественными интересами самого юридического, то есть, умаляя имущественную массу юридического лица, вопреки цели извлечения прибыли. 

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Пунктом 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. 404 ГК РФ). Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (п. 3 ст. 401 ГК РФ).

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков истцу необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц. О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля (п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62).

Согласно пункту 8 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Статья 2  Закона о банкротстве определяет понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В порядке статьи 65 АПК РФ обязанность доказывания наличия оснований для привлечения руководителя общества к ответственности лежит на заявителе, отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к ответственности.

Из материалов дела следует, что ООО «ОЙЛ-Сервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 29.08.2011 МИФНС №17 по Пермскому краю.

Единственным учредителем с даты образования общества являлась ФИО5, руководителем общества «Ойл-Сервис» с 09.11.2011 по 10.05.2016 и с 15.12.2016 по 21.02.2021 являлся ФИО3; ФИО1 в период с 23.03.2015 по 26.09.2019 являлся учредителем должника (с размером доли в уставном капитале 50%, с 29.10.2018 – 100% доли в уставном капитале), в период с 11.05.2016 по 14.12.2016 руководителем общества; ФИО15 с 22.01.2021 является единственным учредителем должника, а также c 22.01.2021 до даты признания должника банкротом являлся руководителем должника.

При этом судом первой инстанции правомерно приняты во внимание пояснения свидетелей (ФИО8, ФИО16, ФИО18), данные в рамках рассматриваемых судом обособленных споров, согласно которым  управление в обществе осуществлялось ФИО3, ФИО1, ФИО5 (жена ФИО3, юрист общества), вся деятельность общества контролировалась как ФИО3, так и ФИО1, которые находились в дружеских отношениях. Также совместное управление Обществом усматривается из показаний свидетелей, данными в ходе расследования уголовного дела №12101270016001462, показания имеются в материалах обособленных споров в деле в электронном виде.

Кроме того, ФИО1 замещал в обществе «Ойл-Сервис» должность генерального директора по общим вопросам.

Установив вышеуказанные обстоятельства, суд первой инстанции признал ФИО3 и ФИО1 контролирующими должника лицами.

Также в рамках иных обособленных споров установлено, что что ООО «Ойл-Сервис», ООО «НС-Групп», ООО «Эрида» находились под контролем ФИО3 и ФИО1, роль ФИО5 по управлению обществами суду не раскрыта, поскольку у ФИО5 прослеживается связь как с ФИО3 (супруга, бывшая супруга), так и с ФИО1 (совместное проживание), при этом доказательств того, что как юрисконсульт ООО «Ойл-Сервис» и ООО «Эрида» ФИО5 принимала ключевые решения по бизнесу, суду не представлено.

Как указывалось выше, конкурсным управляющим в ходе процедуры банкротства должника выявлено, что зарегистрированные за должником транспортные средства: URAL 4320 6X6, 2000 г.в., VIN 

<

***>, госномер В450ВС159; KAMAZ 43118 6X6, 2008 г.в., VIN 

<

***>, госномер К277КМ159; UAZ 3909, 2005 г.в., VIN 

<

***>, госномер Н071ОХ116, в конкурсную массу не переданы, их местонахождение неизвестно. 

Исходя из истребованных судом первой инстанции документов о передвижении транспортных средств, указанные автомобили в различный период времени передвигаются по территории Пермского края, Республики Башкортостан.

Таким образом, установив в рамках настоящего дела о банкротстве, что ФИО3, ФИО1 контролировали деятельность должника, ФИО15 являлся руководителем должника, который обязан был передать документы по деятельности должника конкурсному управляющему, а также раскрыть фактическое местонахождение имущества должника, в частности, спорных транспортных средств, а также лица, которое в настоящее время их использует, исходя из их передвижений, суд апелляционной инстанции считает доказанной совокупность обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО3, ФИО1, ФИО15 к ответственности в виде взыскания с них суммы 3 560 000 руб. убытков, причиненных выбытием из владения должника спорных транспортных средств и их непередачей в  конкурсную массу должника.

Заявителями в жалобах перекладывается вина друг на друга, приведены доводы о неподтвержденности размера взысканной с ответчиков суммы убытков в виде стоимости транспортных средств (3 560 000 руб.).

Вместе с тем, указанные доводы отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие правомерность выбытия из владения должника транспортных средств, их фактического местонахождения.

Так, из пояснений ФИО1 следует, что ФИО18 был заместителем ФИО3 и подчинялся непосредственно ФИО3, а не ФИО1, на работу был принят непосредственно ФИО3, является его знакомым, поскольку они вместе работали в ООО СК «Регион нефть», ФИО18 по должностной инструкции занимался распределением транспорта (инструкция прилагается); местонахождение автомобилей ФИО1 не известно, автомобиль УАЗ ФИО3 покупал у своего друга в г.Бавлы и использовал для личных нужд, в связи с чем предполагает, что он находится у ФИО3

ФИО5 в своих пояснениях указала, что УАЗ использовался ФИО3 для поездок на рыбалку, может находиться у него.

Арбитражным судом проведена проверка информации о выданных полисах ОСАГО в отношении указанных автомобилей, а также проверка передвижения автомобилей по территориям Пермского края, Удмуртской Республики и Республики Башкортостан, сделаны запросы о собственниках автомобилей, наличии ДТП с участием автомобилей, наличии штрафов с истребованием первичных документов.

При этом согласно данным ГИБДД, спорные автомобили зарегистрированы за должником (Урал – с 27.11.2015, Камаз – с 23.05.2017, УАЗ – с 13.11.2018) (т.1 л.д. 6).

Заявителями в апелляционных жалобах в возражение против заявленных требований приведены доводы о непричастности апеллянтов к деятельности должника и отсутствия их влияния на принятие решений/распоряжений относительно деятельности должника.

При этом указанные доводы опровергаются материалами дела, в том числе показаниями ФИО18, согласно которым свидетель показал, что ему известно, что Камаз 432118 2008 года выпуска находился на базе по адресу: 

<

...>, после увольнения из ООО «Ойл-Сервис», примерно в марте-апреле 2021 года, ФИО1 позвонил ФИО18 и сообщил, что Камаз продает, необходимо его передать покупателю, в связи с чем он выслал в г.Уфа с водителем автобуса доверенность на его имя, ПТС, которые ФИО18 забрал на автовокзале, в этот же день на базу (

<

...>) приехали неизвестные люди, которых ФИО1 называл по телефону покупатели, им были переданы ключи и документы на Камаз, но поскольку Камаз завести не смогли, то сняли установку кран-манипулятор, после чего на базу приехала фура, на которую загрузили установку и сам Камаз, и покупатели уехали в неизвестном направлении, денежные средства за Камаз ФИО18 не передавались. 

Доводы о том, что к показаниям в виде адвокатского опроса заместители Генерального директора ООО «ОЙЛ-Сервис» по транспорту и логистике ФИО18 надо отнестись критически т.к. при даче указанных пояснений с помощью адвокатского опроса не был предупреждён об ответственности за заведомо ложный донос подлежат отклонению, поскольку данный свидетель был также допрошен Арбитражным судом Республики Башкортостан по поручению арбитражного суда Пермского края, свидетелем даны аналогичные показания, свидетель был предупрежден об уголовной ответственности, о чем им дана соответствующая подписка.

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку они направлены на переоценку фактических обстоятельств и представленных доказательств, правильно установленных и оцененных судом первой инстанции. 

Основания для переоценки установленных судом первой инстанции обстоятельств, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционные жалобы, с учетом приведенных в них доводов, следует оставить без удовлетворения.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за подачу настоящих апелляционных жалоб не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 06 мая 2024 года по делу № А50-3292/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

М.А. Чухманцев 

 

Судьи

 

С.В. Темерешева 

 

 

О.Н. Чепурченко