/

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-747/18 

Екатеринбург

10 мая 2018 г.

 

Дело № А50-14426/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 03 мая 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 мая 2018 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Сирота Е.Г.,

судей Черемных Л.Н., Черкасской Г.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Уралкалий» (ИНН: 5911029807, ОГРН: 1025901702188; далее – общество «Уралкалий») на решение Арбитражного суда Пермского края от 01.09.2017 по делу № А50-14426/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2018 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества «Уралкалий» – Кормилицына Т.А. (доверенность от 01.01.2018 № 127), Новикова О.А. (доверенность от 01.01.2018 № 126);

общества с ограниченной ответственностью «Научно-внедренческое управление» (ИНН: 5911003982, ОГРН: 1025901712154; далее – общество «НВУ») – Матюшин А.Л. (доверенность от 18.12.2017).

В судебном заседании также принял участие индивидуальный предприниматель Давыдов Александр Валерианович (ИНН: 591100427173, ОГРНИП: 304591119000026; далее – предприниматель Давыдов А.В.) (предъявлен паспорт).

До начала судебного заседания по рассмотрению кассационной жалобы от общества с ограниченной ответственностью «ТрубопроводСпецСтрой» поступили отзыв на кассационную жалобу и ходатайство о привлечении его к участию в данном деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора в порядке ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Указанное ходатайство судом кассационной инстанции рассмотрено и отклонено, поскольку по смыслу ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопрос о вступлении в дело в качестве третьих лиц разрешается судом, рассматривающим спор по существу и до принятия окончательного судебного акта, в связи с чем не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Общество «НВУ» обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском к обществу «Уралкалий» о взыскании 352 827 977 руб. штрафа на основании договора от 17.02.2012 № 609/2012 (с учетом уточнения исковых требований, принятого судом в порядке ст. 49 названного Кодекса).

На основании ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен предприниматель Давыдов А.В.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 01.09.2017 (судья Удовихина В.В.) исковые требования общества «НВУ» удовлетворены частично: в его пользу с общества «Уралкалий» взыскан штраф в сумме 289 573 578 руб. 15 коп., в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2018 (судьи Гребенкина Н.А., Балдин Р.А., Дружинина Л.В.) решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, общество «Уралкалий» обратилось с кассационной жалобой, в которой просит указанные решение и постановление отменить и направить дело на новое рассмотрение.

Кассатор полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для одностороннего отказа подрядчика от исполнения договора – возникновение и неустранение заказчиком в течение 12 месяцев с момента возникновения обстоятельств, послуживших основанием для приостановления работ, не соответствуют имеющимся в деле доказательствам.

Общество «Уралкалий» указывает на то, что суды не исследовали в полном объеме доказательства, положенные в основу вывода о неоказании заказчиком содействия подрядчику в проведении приемочных испытаний в 2015 году на обогатительной фабрике СКРУ-3. Ссылка судов на электронную переписку, которая, по мнению заявителя жалобы, является неотносимым и недопустимым доказательством, является ошибочной. Обосновывая данное утверждение, ответчик отмечает, что в судебном заседании суда апелляционной инстанции истец подтвердил корректировку представляемой в качестве доказательства переписки, что ставит под сомнение оценку данного доказательства. Кроме того, заявитель настаивает на том, что не получал письмо от 28.05.2015 № 232/1, в котором подрядчик подтверждает отсутствие необходимых условий для проведения приемочных испытаний по СКРУ-3. Наличие отметки на указанном письме не подтверждает его вручение, поскольку, как считает кассатор, спорная отметка проставлена истцом самостоятельно. Заявитель жалобы также ссылается на то, что в ответ на письмо от 20.02.2016 № 56 с запросом справок формы ГОР-6 и результатов проб гранулометрического состава заказчиком были предоставлены все необходимые документы. Помимо этого, ответчик отрицает факт принятия решения о временном приостановлении работ  на данной фабрике. Приемочные испытания проведены, что подтверждается актами № 1-3, с содержанием которых подрядчик не согласился. При этом, по мнению заявителя кассационной жалобы, несогласие подрядчика с актами не является основанием для оценки действий заказчика как обстоятельств, влекущих приостановление каких-либо работ. Основания для одностороннего отказа отсутствуют, так как в данном случае существовал спор по качеству выполнения работ, который подрядчик мог разрешить в порядке, установленном п. 5 ст. 720 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Заявитель не согласен с выводом суда первой инстанции, основанным на электронной переписке и письме от 28.05.2015 № 232/1, о том, что подтверждением неоказания содействия подрядчику в проведении испытаний на обогатительной фабрике БКПРУ-2 явилось отсутствие приказа заказчика о создании приемочных комиссий и отказ в получении информации. Как указывает ответчик, в письме №232/1 не содержится просьбы о создании комиссии. Кроме того, обязанность заказчика по изданию приказа о создании приемочной комиссии не следует из условий договора, тогда как суд, в нарушение ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, посчитал такую обязанность существующей, исходя из практики исполнения договора сторонами. Заявитель поясняет, что заказчик приостановил начало проведения приемочных испытаний по БКПРУ-2 в связи с наличием значительного объема невыполненных подрядчиком работ. Истец считает необоснованным утверждение суда первой инстанции о том, что приемочные испытания могли быть проведены на данной фабрике и до выполнения всех этапов работ. При этом ссылки на обстоятельства проведения испытаний по СКРУ-3 несостоятельны, поскольку по БКПРУ-2 до выполнения отдельных невыполненных этапов работ приемочные испытания было проводить нецелесообразно. Сравнимость условий по двум обогатительным фабрикам (СКРУ-3 и БКПРУ-2) в целях проведения приемочных испытаний, а также целесообразность проведения таких испытаний по БКПРУ-2, судами не оценивалась. Доводы истца о приостановке работ, в том числе из-за изъятия из реконструируемой схемы сгустителя поз.73 и длительным ремонтом сгустителя поз.79а, неправомерно приняты судами в подтверждение неоказания содействия заказчиком. Заявитель жалобы полагает, что суды пришли к неверным выводам о том, что непредоставление заказчиком для использования в схеме сбора и повторного использования сточных вод сгустителя поз.79а и изъятие и непредоставление заказчиком для использования в схеме обезвоживания мелкой фракции хвостов сгустителя поз.73 препятствовало осуществлению работ этапов 6.9, 6.11, 6.12, 7.3.3, 7.3.4, 7.5, в связи с тем, что обстоятельства невозможности проведения работ по этапам 6.9.1, 6.9.2, 6.9.5, 6.9.6, 7.3.3, 7.3.4, 7.5 Календарного плана по обогатительной фабрике БКПРУ-2 не были исследованы в полном объеме, не была проведена экспертиза порядка проведения работ. Таким образом, по мнению кассатора, имеющиеся в деле доказательства и установленные фактические обстоятельства не подтверждают выводы судов о возникновении и продолжении более 12 месяцев обстоятельств неоказания содействия заказчиком подрядчику по БКПРУ-2, в том числе, в части непредоставления оборудования как причины невозможности выполнения работ согласно Календарному плану по указанным этапам.

Относительно выводов о доказанности неоказания заказчиком подрядчику содействия в виде непринятия решения о выполнении этапов тиражирования, заявитель указывает, что судами не установлена конкретная дата возникновения неоказания содействия заказчика. Доказательства, на основании которых суды пришли к выводу о наличии у заказчика обязанности принять решение о выполнении этапов тиражирования, заявитель кассационной жалобы считает неотносимыми и недопустимыми. Кроме того, общество «Уралкалий» считает, что суды необоснованно, в отсутствие какого-либо заключения эксперта, пришли к выводу о том, что тиражирование приведет к достижению показателей, заданных в техническом задании. Выводы судов о необоснованности непринятия решения о тиражировании сделаны без учета недостатков по зумпфу поз. 0-4, допущенных в результате выполнения работ подрядчиком на одной секции фабрики. Как поясняет ответчик, установленный зумпф поз. 0-4 для приемки пенного продукта оказался конструктивно не доработан. Факт отсутствия замечаний от заказчика при сдаче-приемке работ не может подтверждать надлежащее их качество, так как заказчик не мог знать, что подрядчиком допущена конструктивная недоработка, которая повлечет переливы. Общество «Уралкалий» отмечает, что экспертиза для установления причин образования переливов зумпфа поз. 0-4 в целях установления обоснованности принятия решения о тиражировании выполненных работ на другие секции судами не назначалась, соответственно, обстоятельства, положенные в основу выводов судов о неоказании содействия заказчиком, не были исследованы в полном объеме. Общество «Уралкалий» считает, что вывод судов о неоказании содействия в виде непринятия решения о тиражировании с ноября 2014 года по обогатительной фабрике СКРУ-2 является необоснованным, поскольку сделан в отсутствие заключения технической экспертизы. Более того, кассатор указывает, что письмами от 30.06.2016, от 26.05.2016, от 13.05.2016, от 13.05.2016 истцу неоднократно были заявлены требования незамедлительно обеспечить выполнение работ на всех обогатительных фабриках, включая на фабрике СКРУ-2, и сообщить заказчику фактические сроки выполнения работ, что противоречит выводу суда об отсутствии писем заказчика о проведении работ.

Заявитель кассационной жалобы считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии обязанности подрядчика письменно уведомить заказчика о возникновении обстоятельств, которые грозят невозможности завершения работ в установленный срок, в отношении сгустителя 79а и сгустителя 73 на обогатительной фабрике БКПРУ-2, не соответствуют условиям п. 12.4, 5.7, 5.4.11 договора от 17.02.2012 № 609/2012, а также ст. 716 Гражданского кодекса Российской Федерации. По мнению кассатора, в целях применения права на односторонний отказ на истце лежит бремя доказывания не только обстоятельств, послуживших основанием для приостановки работ, но и наличия факта приостановки работ по договору подрядчиком, подтвержденного своевременным письменным уведомлением и предупреждением заказчика. Соответственно, только при наличии уведомления подрядчика о том, что отсутствие сгустителей в технологической схеме в определенный срок не позволит завершить ему работы, подрядчик имел бы право ссылаться на эти обстоятельства.

Оспаривая судебные акты, общество «Уралкалий» указывает на то, что доказанность достижения определенных показателей в результате выполнения работ подрядчиком имеет существенное значение для спора, в частности для оценки правильности расчета штрафа. При этом кассатор считает документально неподтвержденными выводы о достижении целевых показателей в результате выполнения истцом работ на обогатительных фабриках СКРУ-3 (без ухудшения качества готового продукта) и БКПРУ-2, о достижении положительных результатов, позволяющих сделать вывод о том, что тиражирование приведет к достижению показателей, заданных в техническом задании по обогатительной фабрике БКПРУ-3 и по обогатительной фабрике СКРУ-2. Заявитель выражает несогласие с расчетом взыскиваемого штрафа, определенного истцом на основе данных технических заданий к договору, справок ГОР-6 за базовый период, паспортов проектов. По мнению заявителя, для проверки правильности расчета необходимо было привлечь эксперта. Кроме того, заявитель полагает, что суд апелляционной инстанции необоснованно отказал в приобщении к материалам дела заключения АО «ВНИИ Галургии» от 01.11.2017, подготовленного специалистом акционерного общества «ВНИИ Галургии» Титковым С.Н.

Вместе с тем ответчик указывает, что с ходатайством о приобщении дополнительного доказательства им также было заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы с предложением перечня вопросов для экспертов, а также экспертных организаций. Однако суд апелляционной инстанции, не учитывая положения п. 3 постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», неправомерно  отказал и в назначении экспертизы. Таким образом, имеющие значение для правильного разрешения спора обстоятельства достижения целевых показателей, которые суд первой инстанции посчитал установленными, а суд апелляционной инстанции оценил как не имеющие самостоятельного значения для спора, в действительности установлены не были. Экспертиза, несмотря на указание ответчика на необходимость привлечения экспертов, заявление ходатайства в суде апелляционной инстанции, не была проведена.

Помимо этого заявитель кассационной жалобы оспаривает выводы судов о факте расторжении договора от 17.02.2012 № 609/2012. Как поясняет ответчик, после вручения подрядчиком заказчику претензии от 26.08.2016 правоотношения сторон по договору продолжились, что подтверждается актом предъявления к приемке работ по СОФ БКПРУ-2 со стороны истца 04.10.2016, выполненных им в период с 15.07.2016 по 04.10.2016, фактом оплаты этих работ ответчиком платежным поручением от 21.03.2017, приемкой оплаты истцом и  перепиской сторон. Ссылка судов на то, что выполняемые после расторжения договора работы являются устранением недостатков в ранее выполненной работе, опровергается периодом выполнения работ, указанным в акте. Намерение истца продолжить выполнять работы по договору следует также из его письма от 23.11.2016 № 293.

Общество «Уралкалий» полагает, что суды необоснованно посчитали, что штраф, предусмотренный п. 12.4 договора, подлежит взысканию. При этом суд первой инстанции не сделал выводов о способе защиты права, примененном истцом, суд апелляционной инстанции установил, что сумму штрафа, подлежащую уплате заказчиком подрядчику, несмотря на формулировку п. 12.4 договора, следует квалифицировать не в качестве договорной неустойки, а в качестве подлежащей уплате заказчиком подрядчику компенсации в связи с вынужденным отказом от исполнения обязательств по договору. Вместе с тем суд апелляционной инстанции не учел, что данный способ защиты гражданских прав не предусмотрен законом, в частности п. 2 ст. 718, ст. 719 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые не устанавливают для подрядчика такой способ защиты права как взыскание договорной компенсации при неоказании содействия заказчиком и при неисполнении встречных обязанностей по договору подряда. Заявитель жалобы считает, что суды не исследовали в полном объеме доказательства, положенные в основу сделанных выводов о необходимости толкования договора в пользу подрядчика. 

Кроме того, заявитель жалобы указывает, что судами  необоснованно не применена подлежащая применению норма ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом ответчик отмечает, что в результате исполнения договора подрядчик получил оплату за выполненные работы. Право на получение дополнительного вознаграждения, учитывая незавершение в полном объеме всех работ, а также недостижение показателей согласно п. 3.4 договора (увеличение мощности более чем на 20% от увеличения мощности, установленного в техническом задании), подрядчик не получил. Наличие убытков истцом не доказано, в связи с чем начисленный в заявленном размере штраф явно несоразмерен последствиям нарушениям обязательств (неоказание содействия).

К кассационной жалобе обществом «Уралкалий» приложено дополнительное доказательство - заключение от 01.11.2017, выполненное акционерным обществом «ВНИИ Галургии».

Указанный документ не может быть приобщен к материалам дела, поскольку в силу ч. 1 ст. 286, ч. 2 ст. 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сбор и оценка дополнительных доказательств не входят в компетенцию суда кассационной инстанции, который проверяет законность принятых судебных актов на основании имеющихся в деле доказательств, исследованных и оцененных судами первой и апелляционной инстанций.

В отзыве на кассационную жалобу общество «НВУ» просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения, ссылаясь на необоснованность доводов заявителя.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном нормами ст. 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами при рассмотрении спора, между обществом «Уралкалий» (заказчик) и обществом «НВУ» (подрядчик) заключен договор от 17.02.2012 № 609/2012, согласно условиям которого подрядчик обязуется выполнить работы, указанные в п. 1.2 договора, а заказчик – принять и оплатить их результат (п. 1.1 договора).

В соответствии с п. 1.2 данного договора подрядчик обязуется выполнить работы по разработке и внедрению технических решений по увеличению мощности обогатительных фабрик (далее - ОФ) общества «Уралкалий»:

- (ОФ БКПРУ-2) за счет увеличения: 1) нагрузок на 1, 2, 3, 4 технологической секции до 255 т руды в час; 2) повышение товарного извлечения на фабрике до 87,8%;

- (ОФ СКРУ-2) за счет увеличения: 1) нагрузок на 1, 2, 3, 4, 5 технологической секции до 304 т руды в час; 2) повышение товарного извлечения на фабрике до 90,49%;

- (ОФ СКРУ-3) за счет увеличения: 1) нагрузок на 1, 2, 3, 4, 5, 6 технологической секции до 320 т руды в час; 2) повышение товарного извлечения на фабрике до 87,8%;

- (ОФ БКПРУ-3) за счет увеличения: 1) нагрузок на 1, 2, 3, 4 технологической секции до 300 т руды в час; 2) повышение товарного извлечения на 1й секции фабрики до 87,95%; повышение товарного извлечения на 2й и 4й секции фабрики до 85,6%; повышение товарного извлечения на 3й секции фабрики до 86,3%.

На основании п. 1.3 договора работы по каждой фабрике выполняются в соответствии с Техническими заданиями (приложения № 1, 2, 3, 4).

В состав работ входят (могут входить), в том числе, опытно-конструкторские, технологические, строительно-монтажные, пуско-наладочные работы (п. 1.4 договора).

В Технических заданиях определены показатели мощности, достижение которых, согласно техническим заданиям и п. 1.2 договора (1.2.1-1.2.4), является «целью проведения работ».

Сроки выполнения работ (начальный, конечный и промежуточные - этапы) по каждой ОФ определяются Календарным планом работ на ОФ (приложения № 5, 6, 7, 8 к договору).

В пункте 3.1 договора установлено, что цена договора, которую заказчик обязан уплатить подрядчику, состоит из:

– цены работ на каждой из ОФ (пункты 3.2, 3.2.1, 3.2.2 договора (в редакции дополнительного соглашения от 20.11.2013 № 3), определяется по каждому этапу календарного плана сметами и калькуляциями в соответствии с Правилами расчета цены (приложение № 9). На момент заключения ориентировочная цена отдельных этапов строительно-монтажных работ определена сторонами в календарных планах, цена работ «НИР» является твердой. Ориентировочная цена работ определена сторонами в размере 509 997 735 руб. с учетом НДС (приложения№ 5, 6, 7, 8 к договору);

– цены дополнительных работ (пункты 4.1-4.4), выполняемых с согласия заказчика, в случае если ОФ не достигают параметров, указанных в п. 1.2 договора);

– дополнительного вознаграждения (пункты 3.4-3.4.2, 3.7, 3.8 договора в редакции дополнительного соглашения от 20.11.2013 № 3), уплачиваемого по каждой ОФ при условии увеличения мощности соответствующей ОФ более чем на 20% от увеличения мощности, установленного в Техническом задании. Увеличение мощности определяется по результатам испытаний (пункт 6.2) и подтверждается подписанными сторонами Актами результатов испытаний.

Согласно п. 5.1 договора порядок выполнения работ (время выполнения работ в течение суток, необходимость и время остановки оборудования ОФ и т.п.) определяется Регламентом выполнения работ на ОФ, согласованным сторонами.

Пунктом 12.3 договора предусмотрено право подрядчика отказаться от исполнения договора в одностороннем порядке, уведомив об этом заказчика в письменной форме, в случаях, если обстоятельства, послужившие основанием для приостановки работ при неоказании подрядчику содействия в выполнении работ, предусмотренного пунктом 5.8 данного договора, а также в случаях, указанных в пунктах 5.7, 5.9 договора, не устраняются заказчиком в течение 12 месяцев с момента возникновения таких обстоятельств.

Под содействием заказчика по названному договору понимается обеспечение возможности проведения испытаний ОФ (п. 6.2 договора) в соответствии с Календарным планом работ (подп. 5.8.3 договора).

В силу п. 12.4 договора (в редакции дополнительного соглашения от 20.11.2013 № 3 к договору) в случае досрочного расторжения договора по инициативе подрядчика в соответствии с пунктом 12.3 договора заказчик уплачивает подрядчику штраф, который определяется по формуле, указанной в пункте 12.4.

Обращаясь с рассматриваемым требованием, общество «НВУ» указало на то, что в ходе исполнения обязательств по договору основная часть работ, предусмотренная календарными планами по обогатительным фабрикам СКРУ-3 и БКПРУ-2, была выполнена. По данным рудоуправлениям было достигнуто целевое увеличение мощности обогатительных фабрик, что подтверждалось справками общества «Уралкалий», по форме ГОР-6. На СКРУ-3 в сроки, указанные в календарном плане, до выполнения всех этапов работ, предусмотренных планом, проводились приемочные испытания. На СКРУ-2 и БКПРУ-3 были проведены работы по модернизации одной из секций обогатительных фабрик, возникла необходимость перехода к этапам тиражирования работ на остальные секции. Общество «Уралкалий» признавало экономический эффект от работ, осуществляемых подрядчиком по договору.

В качестве оснований для отказа от договора, предусмотренных п. 12.3 договора, истец в исковом заявлении ссылается на то, что общество «Уралкалий» не оказывало содействие в проведении испытаний, не принимало решения о тиражировании работ, допускало иные просрочки исполнения встречных обязательств, не устраняло известные ему обстоятельства, препятствующие выполнению работ истцом в течение 12 месяцев с момента возникновения таких обстоятельств.

Письмом от 26.08.2016 № 250 общество «НВУ» направило в адрес общества «Уралкалий» претензию об отказе от исполнения договора от 17.02.2012 № 609/2012 и уплате штрафа, предусмотренного пунктом 12.4 договора.

Ссылаясь на неисполнение обществом «Уралкалий» требования об уплате штрафа, общество «НВУ» обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Удовлетворяя исковые требования частично, суд первой инстанции установил наличие оснований для одностороннего отказа подрядчика от исполнения договора, в связи с чем признал правомерным требование общества «НВУ» об уплате штрафа на основании п. 12.4 договора от 17.02.2012 № 609/2012. Оснований для применения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судом не установлено.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены суда первой инстанции.

В силу ст. 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно ст. 769 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору на выполнение научно-исследовательских работ исполнитель обязуется провести обусловленные техническим заданием заказчика научные исследования, а по договору на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ - разработать образец нового изделия, конструкторскую документацию на него или новую технологию, а заказчик обязуется принять работу и оплатить ее.

Статьей 773 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исполнитель в договорах на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ обязан: выполнить работы в соответствии с согласованным с заказчиком техническим заданием и передать заказчику их результаты в предусмотренный договором срок; своими силами и за свой счет устранять допущенные по его вине в выполненных работах недостатки, которые могут повлечь отступления от технико-экономических параметров, предусмотренных в техническом задании или в договоре; незамедлительно информировать заказчика об обнаруженной невозможности получить ожидаемые результаты или о нецелесообразности продолжения работы; гарантировать заказчику передачу полученных по договору результатов, не нарушающих исключительных прав других лиц.

На основании п. 1 ст. 774 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик в договорах на выполнение опытно-конструкторских работ обязан принять результаты выполненных работ и оплатить их.

В соответствии с ч. 1 ст. 64, ст. 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права (ч. 2 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая предмет требований, суды определили, что к числу значимых для рассмотрения настоящего спора обстоятельств относится выяснение вопроса о наличии у подрядчика оснований для одностороннего отказа от договора, повлекшего предъявление требования об уплате штрафа на основании п. 12.4 договора, а также обоснованность произведенного расчета штрафа.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном названными процессуальными нормами, все представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, пояснения сторон, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о правомерности одностороннего отказа общества «НВУ» от исполнения договора от 17.02.2012 № 609/2012.

Доводы общества «Уралкалий» об отсутствии у подрядчика оснований для одностороннего отказа от договора являлись предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и мотивированно были отклонены в связи с их противоречием фактическим обстоятельствам спора, подтвержденным совокупностью доказательств, представленных в материалы настоящего дела.

Так, судами установлено, что по СКРУ-3 общество «Уралкалий» с февраля 2015 года в нарушение требований п. 5.5.5, 5.5.6 договора отказало обществу «НВУ» в доступе к автоматизированной учетной системе и сменным журналам, не предоставило по запросу подрядчика месячных справок по форме ГОР-6, на основании которых определяются данные при проведении испытаний в соответствии с Регламентом приемочных испытаний (приложение № 14 договора); не оказало содействие обществу «НВУ» в проведении приемочных испытаний во второй год по ОФ СКРУ-3.

В соответствии с Регламентом приемочных испытаний нагрузка на технологическую секцию помесячно вычисляется как количество руды, прошедшей по конвейеру(ам) ОФ, деленное на количество отработанного времени секцией, в соответствии с инструкцией о составлении отчета «Основные технологические показатели по обогащению руды» (форма ГОР-6) (пункт 9 Регламента).

Основные технологические показатели работы ОФ, в том числе достигнутый уровень товарного извлечения, ежемесячно оформляются отчетом по форме ГОР-6, с использованием применяемого в настоящее время программного обеспечения и подписываются руководителями в установленном порядке (пункт 10).

Проанализировав представленную переписку, в частности письмо общества «НВУ» от 20.02.2016 № 56 с запросом о предоставлении месячных справок формы ГОР-6, письмо заказчика от 08.04.2016 № ГД-19/4194, судами установлено, что общество «Уралкалий» предоставляло подрядчику лишь годовые справки формы ГОР-6. Доказательства своевременного направления ответчиком истцу месячных справок ГОР-6 об основных технологических показателях обогащения руды (нагрузка и извлечение) по флотационным фабрикам СКРУ-2, СКРУ-3, БКПРУ-2 и БКПРУ-3 за 2015-2016 годы в материалы дела не представлены.

Учитывая, что в соответствии с условиями договора предоставление месячных справок ГОР-6 является исполнением обязательств со стороны заказчика, позволяющим подрядчику осуществлять проведение работ по договору, невыполнение данного обязательства обоснованно расценено судами как неоказание содействия со стороны заказчика.

Кроме того, принимая во внимание п. 5.5.5, 5.5.6 договора, предусматривающие обязанность заказчика предоставлять подрядчику доступ к сменным журналам во время проведения испытаний и к автоматизированной системе учета данных, суды пришли к верному выводу о том, что отказ в таком доступе следует расценивать как неоказание заказчиком содействия подрядчику в проведении приемочных испытаний на ОФ СКРУ-3, начиная с февраля 2015 года, что является нарушением обязанности, предусмотренной п. 5.8.3 договора.

Судами указано на то, что данные обстоятельства послужили основанием невозможности полного осуществления работ по п. 7.3 Календарного плана.

Учитывая изложенное, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что неоказание содействия в проведении испытаний на ОФ СКРУ-3, начиная с февраля 2015 года, послужившее основанием для невозможности выполнения работ по этапу 7.3 Календарного плана, является основанием для одностороннего отказа от договора в соответствии с п. 12.3 договора.

Относительно обогатительной фабрики БКПРУ-2 судами также установлен факт отказа заказчика в доступе к автоматизированной системе учета данных, отказа в предоставлении всей информации; выборочное, со значительными просрочками предоставление отдельной информации, что исключило возможность  проведения испытаний и оформление подрядчиком актов испытаний по названной фабрике. 

Кроме того, на основании исследования имеющихся в деле доказательств суды установили, что непредоставление заказчиком для использования в схеме сбора и повторного использования сточных вод сгустителя поз. 79а (непредоставление заказчиком оборудования, используемого в модернизированной схеме) препятствовало осуществлению работ этапа 6 Календарного плана по пунктам 6.9, 6.11, 6.12 Календарного плана. При этом данное обстоятельство было известно заказчику и не было устранено им более 12 месяцев. Заказчику было известно о необходимости предоставления им оборудования поз. 79а с учетом наличия в паспорте проекта БКПРУ-2 информации о проведении работ по модернизации сгустителя 79а для его запуска на стадии сгущения шламов. При этом согласно Календарному плану данные работы не отнесены к работам, выполняемым обществом «НВУ».

Судами также установлено, что изъятие и непредоставление заказчиком для использования в схеме обезвоживания мелкой фракции хвостов сгустителя поз. 73 (непредоставление заказчиком оборудования, используемого в модернизируемой схеме) препятствовало осуществлению работ этапа 7 Календарного плана по пунктам календарного плана 7.3.3, 7.3.4 и 7.5 (7.5.1, 7.5.2) опытно-промышленные испытания. Данное обстоятельство было известно Заказчику, и не было им устранено более 12 месяцев. Осведомленность заказчика по данному обстоятельству «необходимость наличия в схеме обезвоживания мелкой фракции хвостов сгустителя поз. 73» следует из согласования проекта реконструкции схемы и утверждения заказчиком 18.03.2013 программы по настройке и опытно-промышленным испытаниям модернизированной схемы обезвоживания хвостов, разработанной подрядчиком в рамках этапа 7.4 Календарного плана. Программа содержит реконструированную схему, в составе которой находится оборудование сгуститель поз. 73.

Таким образом, невозможность выполнения работ по пунктам 7.3.3, 7.3.4 и 7.5 (7.5.1, 7.5.2.) календарного плана была вызвана исключением с мая 2015 года сгустителя поз. 73 из реконструированной схемы обезвоживания мелкой фракции хвостов и использование его заказчиком в технологической схеме 4й секции вместо сгустителя поз. 73а. Данное обстоятельство, известное заказчику, не устранялось им с мая 2015 года (более 12 месяцев).

Судами также установлено, что на первой секции обогатительной фабрики БКПРУ-3 подрядчиком были выполнены предусмотренные Календарным планом на 2012-2014 годы этапы работ. Невыполненными являются этапы № 4.5, 4.5.1, 4.5.2, 4.5.3, 4.5.4, 4.5.5, относящиеся к этапу 4 Календарного плана «Тиражирование положительного эффекта на 2-3 секции».

Так, из материалов дела следует, что данные работы подрядчиком выполнены, что подтверждается аннотированным отчетом по работе «Опытно-промышленные испытания, настройка и пуско-наладка модернизированной схемы обесшламливания при нагрузке руды на секцию не менее 300 т/ч на СОФ БКПРУ-3».

Отчет принят протоколом от 30.04.2015, в котором указано, что при рассмотрении аннотированного отчета замечаний не выявлено.

Сторонами подписан акт от 18.05.2015 № 10  о том, что выполненные работы (этап 3.14) удовлетворяют условиям договора и в надлежащем порядке оформлены.

В указанных документах зафиксировано достижение положительных результатов, позволяющих сделать вывод о том, что тиражирование приведет к достижению показателей, заданных в техническом задании.

Данные обстоятельства подтверждаются также справками формы ГОР-6 за 2014 год.

Из материалов дела также следует, что в 2012-2014 годах на обогатительной фабрике СКРУ-2 обществом «НВУ» выполнены этапы работ, предусмотренные календарным планом по третьей секции (приложение № 6 к договору), что подтверждается документами по выполнению работ и их приемке.

Аннотированными отчетами по этапам: 1.6 «Проведение опытно-промышленных испытаний и настройка схемы измельчения третьей секции с оформлением аннотации»; 3.5 «Настройка, опытно-промышленные испытания и пуско-наладка углубленных флотационных машин на 1, 2, 3 перечистных операциях концентрата, с целью повышения качества с оформлением аннотации»; 5.2 календарного плана «Подготовка, проведение опытно-промышленных испытаний, настройка и пуско-наладка 3 технологической секции при нагрузке 304 т/час и сокращенных потерях полезного компонента с оформлением аннотации».

Согласно аннотированным отчетам цели проведения работ достигнуты.

Протоколом технического совета от 17.11.2014 № 87/4/СКРУ аннотированные отчеты по пунктам 1.6, 3.5, 5.2 Календарного плана приняты без замечаний.

Актами от 03.12.2014 № 105, 106, 107 работы по указанным этапам приняты как удовлетворяющие условиям договора.

В указанных документах зафиксировано достижение положительных результатов, позволяющих сделать вывод о том, что тиражирование приведет к достижению показателей, заданных в техническом задании.

Данные обстоятельства подтверждаются также справками формы ГОР-6 за 2014 год.

Судами также отмечено, что ответчик не опровергнул довод истца о том, что при начальном товарном извлечении 89,75% и целевом показателе увеличения до 90,49%, после выполнения работ на первой секции товарное извлечение увеличилось до 90,31%.

Кроме того, как обоснованно отметил суд апелляционной инстанции, обстоятельства, связанные с достижением целевых показателей в результате выполнения работ истцом, сами по себе не имеют самостоятельного значения для настоящего спора.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции верно указал, что изложенная в обжалуемом решении оценка суда первой инстанции доводов ответчика о наличии оснований для выплаты дополнительного вознаграждения, а также выводы суда о том, что подрядчик имел право на получение дополнительного вознаграждения по результатам приемочных испытаний по ОФ СКРУ-3, являются преждевременными, не относящимися к предмету рассматриваемого спора (ч. 1 ст. 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Однако указанные судом выводы о наличии оснований для выплаты истцу дополнительного вознаграждения не привели к принятию неправильного судебного акта. Суд апелляционной инстанции также принял во внимание, что работы по договору подрядчиком в полном объеме не завершены, и тот результат, который мог быть достигнут при выполнении работ в полном объеме, очевидно отсутствует, что, однако, исходя из условий заключенного сторонами договора, не исключает возможность предъявления требований подрядчика о взыскании штрафа в связи с односторонним расторжением договора.

Помимо этого суд апелляционной инстанции  обратил внимание на то, что выводы суда первой инстанции об установлении факта достижения подрядчиком показателей, указанных в технических заданиях, по всем обогатительным фабрикам, не могли повлиять на результат принятого по делу судебного акта. Как обоснованно отметил апелляционный суд, показатели фактического прироста мощности, достигнутые в результате выполнения истцом работ по договору, не положены в основу произведенного расчета штрафа, поскольку по условиям договора расчет штрафа производится по заданным в договоре параметрам, в том числе по заданным показателям увеличения мощности согласно техническим заданиям, а не по фактическим показателям, как это произведено в расчете ответчика. При этом фактические показатели увеличения мощности учитываются лишь при расчете одного поправочного коэффициента для расчета штрафа, который определяется при любом объеме выполненных к моменту расторжения договора работ, даже в том случае, если на указанный момент работы ни на одной из ОФ не завершены. 

Судом апелляционной инстанции рассмотрен и отклонен со ссылкой на конкретные доказательства довод  ответчика о том, что после отказа истца от договора исполнение им обязательств по договору продолжалось. При этом судом правильно указано на то, что обязанность подрядчика по устранению недостатков в работах, выполненных до расторжения договора, сохраняет свое действие и после его расторжения, в связи с чем ссылка общества «Уралкалий» на то, что подрядчик  совершал действия, свидетельствующие о продолжении исполнения договора путем выполнения самостоятельных работ, не состоятельна. Более того, подрядчик в письме от 23.11.2016 в ответ на письмо заказчика от 03.11.2016 № ГД-19/147014 уведомил последнего о готовности продолжать работы только после выполнения обществом «Уралкалий» своих обязательств и подписания дополнительного соглашения, о котором ранее указывал в письме от 21.12.2015 № 506.

Кроме того, суд апелляционной инстанции правильно признал необоснованными доводы ответчика о том, что в порядке, установленном ст. 716 Гражданского кодекса Российской Федерации, подрядчик не извещал заказчика о том, что отсутствие сгустителя 73 и сгустителя 79а являются обстоятельствами, которые угрожают годности или прочности результатов выполняемой работы либо влекут невозможность ее завершения в срок.

В силу статьи 718 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан в случаях, в объеме и в порядке, предусмотренных договором подряда, оказывать подрядчику содействие в выполнении работы.

При неисполнении заказчиком этой обязанности подрядчик вправе требовать возмещения причиненных убытков, включая дополнительные издержки, вызванные простоем, либо перенесения сроков исполнения работы, либо увеличения указанной в договоре цены работы.

В случаях, когда исполнение работы по договору подряда стало невозможным вследствие действий или упущений заказчика, подрядчик сохраняет право на уплату ему указанной в договоре цены с учетом выполненной части работы.

Судом установлено, что пункты 5.8, 5.8.3 договора предусматривают обязательство заказчика обеспечить возможность проведения испытаний ОФ (пункт 6.2 договора) в соответствии с Календарными планами работ, а пункты 12.3, 12.4 договора предусматривают ответственность заказчика в случае невозможности провести испытания (фактическая приостановка работ) в течение 12 месяцев в связи с невыполнением этой обязанности (невозможность исполнения подрядчиком в связи с просрочкой заказчика).

Как указал суд, пункт 12.3 договора не содержит положения о его применении исключительно при условии направления подрядчиком предупреждения либо уведомления о приостановлении работы.

Положения договора, содержащиеся в пунктах 5.8, 5.8.3 и в ст. 718 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержат требование об обязательности направления уведомления подрядчика о приостановке работы, поскольку они относятся к институту просрочки кредитора (статья 406 Гражданского кодекса Российской Федерации), а не к институту приостановления исполнения встречного обязательства (статья 328 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом из материалов дела следует, что подрядчик неоднократно обращался к заказчику с просьбой выполнить действия и предоставить информацию, необходимую для проведения испытаний.

При таких обстоятельствах позиция ответчика о необходимости формального уведомления заказчика о приостановке работ судом  не принята судами. Злоупотребления правом со стороны истца судом апелляционной инстанции не установлено. Доказательства, явно свидетельствующие о недобросовестном поведении истца, ответчиком в материалы дела не представлены.

Доводы о том, что судами применены положения п. 12.4 договора в противоречие с п. 3 ст. 718, ст. 719 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежащих применению обоснованно отклонены судом апелляционной инстанции как основанные на неверном толковании норм материального права.

Статьей 719 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1) предусмотрено, что подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если иное не предусмотрено договором подряда, подрядчик при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 настоящей статьи, вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков (пункт 2 статьи 719 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Содержание ст. 718, 719 Гражданского кодекса Российской Федерации не исключает возможности установления соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренных этими нормами правил. Указанные нормы являются диспозитивными.

В пункте 12.3 договора согласовано условие о праве подрядчика отказаться от исполнения договора в одностороннем порядке с уведомлением об этом заказчика в письменной форме в случаях, если обстоятельства, послужившие основанием для приостановки работ при неоказании подрядчику содействия в выполнении работ, предусмотренного пунктом 5.8 настоящего договора, не устраняются заказчиком в течение 12 месяцев с момента возникновения таких обстоятельств.

В разделе 12 договора сторонами согласованы условия о последствиях расторжения договора, в том числе в пункте 12.4 предусмотрено, что в случае досрочного расторжения договора заказчик уплачивает подрядчику штраф, размер которого определяется по заданной формуле, что не свидетельствует о наличии противоречий данного условия договора с указанными выше нормами Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом судом отмечено, что проект договора подготовлен самим обществом «Уралкалий», доказательства нарушения его воли при формулировании им и согласовании сторонами условий договора в материалах дела отсутствуют, в связи с чем, исходя из разъяснений, содержащихся в п. 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»  толкование судом соответствующих условий договора осуществляется в пользу контрагента (подрядчика).

Суд,  проанализировав условия договора исходя из положений ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что, несмотря на формулировку пункта 12.4 договора, сумму штрафа, подлежащую уплате заказчиком подрядчику в связи с досрочным расторжением договора (в том числе по инициативе самого заказчика), следует квалифицировать не в качестве договорной неустойки (как меры ответственности за ненадлежащее исполнение договорных обязательств), а в качестве подлежащей уплате заказчиком подрядчику компенсации в связи с вынужденным отказом от исполнения (завершения) обязательств по договору (последствия досрочного расторжения договора). Исходя из условий договора, такая выплата (с корректировкой расчета и применением соответствующих коэффициентов) предусмотрена в случаях расторжения договора как по инициативе заказчика, в том числе в порядке статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации или в случаях существенного нарушения подрядчиком требований к качеству и/или срокам выполнения работ, так и по инициативе подрядчика в соответствии с пунктом 12.3 договора в связи с указанными в договоре обстоятельствами невозможности завершения им выполнения работ при неоказании заказчиком подрядчику содействия в выполнении работ в течение обусловленного договором срока.

Указанный характер поименованного штрафа как выплаты подрядчику в связи с невозможностью завершения им работ по договору также подтверждается и тем, что стороны включили соответствующее положение в раздел о расторжении договора, как его особое последствие в определенных обстоятельствах, а не в раздел договора об ответственности сторон, который предусматривает иные санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение сторонами договорных обязательств.

Формулирование указанного условия договора произведено сторонами в процессе согласования взаимной воли сторон, которые, руководствуясь принципом свободы договора, вправе самостоятельно урегулировать порядок осуществления договорных обязательств, в том числе предусмотреть возможные последствия расторжения договора по инициативе заказчика при невозможности завершения работ, компенсирующие подрядчику его возможные имущественные потери.

Приведенные в кассационной жалобе доводы, касающиеся несогласия общества «Уралкалий» с данными выводами суда  апелляционной инстанции, их не опровергают и по существу сводятся к необходимости дать иное толкование условиям заключенного договора, следовательно, касаются фактической стороны спора, доказательственной базы по делу, оценки судами договора, в рамках которого возникли спорные правоотношения. Подобного рода доводы не могут быть приняты судом кассационной инстанции, который в силу положений гл. 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не уполномочен разрешать вопросы факта, исследовать и оценивать доказательства.

Доводы общества «Уралкалий» о необоснованном неприменении к сумме штрафа нормы ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не могут являться основанием для отмены обжалованных судебных актов и подлежат отклонению. 

Доказательств, свидетельствующих о несоразмерности размера штрафных санкций нарушенному обязательству и возможности применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлено.

В отсутствие доказательств очевидного несоответствия размера взыскиваемой денежной суммы неблагоприятным последствиям, вызванным досрочным расторжением договора, оснований для применения в целях снижения спорной суммы положений ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражный не имеется.

Каких-либо доказательств, обосновывающих позицию заказчика в данной части, позволяющих иным образом оценить данное условие договора, применить нормы гражданского законодательства о неустойке и сделать вывод о несоразмерности заявленной суммы штрафа последствиям нарушения обязательств, в суд апелляционной инстанции заинтересованной стороной не представлено.

Спорное условие договора определено сторонами по своему усмотрению; о необходимости внесения соответствующих изменений в условия договора стороны не заявляли, в связи с чем оснований для иного, чем предусмотрено договором, механизма расчета  не имеется.

С учетом изложенного, признав доказанным наличие оснований для одностороннего отказа подрядчика от исполнения договора от 17.02.2012 № 609/2012, суды пришли к обоснованному выводу о правомерности начисления обществом «НВУ» штрафа на основании п. 12.4 договора исходя из расчета, определенного истцом по данным технических заданий к договору, справок ГОР-6 за базовый период, паспортов проектов, в сумме 289 573 578 руб. 15 коп.

Довод общества «Уралкалий» о необоснованном отказе суда апелляционной инстанции в приобщении к материалам дела дополнительного доказательства – заключения акционерного общества «ВНИИ Галургии» от 01.11.2017, полученного после вынесения решения суда по настоящему делу, подлежит отклонению, исходя из следующего.

В силу ч. 2 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него.

Из содержания обжалуемого постановления следует, что суд апелляционной инстанции отказал в приобщении к материалам дела дополнительного доказательства на стадии апелляционного судопроизводства, приложенного к апелляционной жалобе, на основании ч. 2 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом того, что ответчик надлежащим образом был извещен о начавшемся судебном процессе. Доказательства невозможности представления названного  доказательства в суд первой инстанции по независящим от заявителя причинам в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, вопреки доводам кассационной жалобы, суд апелляционной инстанции отказал в приобщении дополнительного доказательства, поскольку общество «Уралкалий» не доказало объективной невозможности представления данного доказательства в арбитражный суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него.

Довод о необоснованном, по мнению общества «Уралкалий», отказе суда апелляционной инстанции в назначении по делу технической экспертизы на основании ч. 2, 3 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не может являться основанием для отмены оспариваемого судебного акта и подлежит отклонению судом кассационной инстанции.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 2 пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», ходатайство о проведении экспертизы в суде апелляционной инстанции рассматривается судом с учетом положений частей 2 и 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него (в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство о назначении экспертизы), и суд признает эти причины уважительными.

Аудиозаписью судебного заседания, состоявшегося в суде первой инстанции 10.08.2017, подтверждается, что вопрос о проведении экспертизы ставился судом на обсуждение сторон, обществу «Уралкалий» было указано на необходимость своевременного заявления ходатайства об этом.

Однако, как следует из материалов дела, при рассмотрении дела в суде первой инстанции общество «Уралкалий» ходатайство о назначении судебной экспертизы в порядке ст. 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не заявляло.

Доказательств, свидетельствующих о наличии уважительных причин, препятствующих обществу «Уралкалий» заявить данное ходатайство при рассмотрении дела в суде первой инстанции, не представлено, соответствующих обстоятельств судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах направление дела на новое рассмотрение с целью повторного предоставления ответчику процессуального права на представление доказательств, а также заявление ходатайств на проведение экспертизы, которыми он не воспользовался без уважительных причин при наличии у него соответствующей возможности, противоречит принципу правовой определенности и положениям ч. 2 ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в силу которых лицо, участвующее в деле, несет риск наступления неблагоприятных последствий совершения или несовершения этим лицом процессуальных действий.

Указанное согласуется с позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 27.03.2018 № 305-ЭС18-645 по делу № А40-164626/2015.

Иные доводы кассационной жалобы не могут быть положены в основу отмены обжалованных судебных актов, поскольку заявлены без учета норм ч. 2 ст. 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исключивших из полномочий суда кассационной инстанции установление обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешение вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также переоценку доказательств, которым уже была дана оценка судом первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, ст. 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

С учетом приведенной правовой позиции, характера рассматриваемого спора, суд кассационной инстанции отклоняет доводы заявителя о необходимости иной оценки доказательств, а также фактических обстоятельств, установленных судами первой и апелляционной инстанций.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной ст. 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений или неправильного применения судами первой и апелляционной инстанций при разрешении спора норм материального и процессуального права, являющихся основаниями для отмены судебных актов (ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба общества «Уралкалий» – без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 06.02.2018 удовлетворено ходатайство общества «Уралкалий» о приостановлении исполнения решения Арбитражного суда Пермского края от 01.09.2017 по делу № А50-14426/2017 и постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2018 по тому же делу до окончания производства в арбитражном суде кассационной инстанции. Поскольку производство по кассационной жалобе завершено, суд на основании ст. 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отменяет принятое приостановление исполнения судебного акта.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Пермского края от 01.09.2017 по делу № А50-14426/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2018 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу публичного акционерного общества «Уралкалий» – без удовлетворения.

Приостановление исполнения решения Арбитражного суда Пермского края от 01.09.2017 по делу № А50-14426/2017 и постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2018, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 06.02.2018, отменить.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Е.Г. Сирота 

 

Судьи                                                                            Л.Н. Черемных 

 

                                                                                             Г.Н. Черкасская