Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа 

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 Ф02-2722/2024

Дело № А33-17689/2021

27 июня 2024 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июня 2024 года. Полный текст постановления изготовлен 27 июня 2024 года. 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе: председательствующего Волковой И.А., судей: Бронниковой И.А., Первушиной М.А., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Самцовым А.В., 

при участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции  представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Ярнефть» ФИО1 - ФИО2 (доверенность от  09.01.2024, паспорт),  

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного  управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ярнефть» ФИО1 на определение Арбитражного суда Красноярского края  от 07 февраля 2024 года по делу № А33-17689/2021, постановление Третьего  арбитражного апелляционного суда от 10 апреля 2024 года по тому же делу,  

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Ярнефть» (далее – ООО «Ярнефть», должник) конкурсный  управляющий ФИО1 (далее – конкурсный управляющий)  обратилась с заявлением о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО3 (далее - ФИО3, ответчик) убытков в размере 978 000 рублей.  

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 07 февраля 2024 года,  оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда  от 10 апреля 2024 года, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.  

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Восточно-Сибирского  округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение судами  

норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов  фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение Арбитражного суда  Красноярского края от 07 февраля 2024 года и постановление Третьего арбитражного  апелляционного суда от 10 апреля 2024 года, принять новый судебный акт об  удовлетворении заявленных требований.  

Заявитель кассационной жалобы считает необоснованными выводы судов о  недоказанности материалами дела совокупности условий для взыскания с ФИО3 убытков. Ссылаясь на отсутствие в материалах дела документов, подтверждающих  наличие между должником и обществом с ограниченной ответственностью  «Стройиндустрия» (далее – ООО «Стройиндустрия») договорных отношений, в счет  исполнения обязательств по которым должником переданы ООО «Стройиндустрия» два  бытовых помещения, конкурсный управляющий указывает на безвозмездность передачи  данного имущества. По мнению конкурсного управляющего, ФИО3 также не  опроверг и доводы о том, что списание двух других бытовых помещений носило  формальный характер и имело целью вывод активов из конкурсной массы.  

Отзыв на кассационную жалобу не поступил. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал  доводы, изложенные в кассационной жалобе.  

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены  по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного  усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направлено  лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в информационной системе  «Картотека арбитражных дел» - kad.arbitr.ru), однако своих представителей в судебное  заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для  рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.  

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Проверив исходя из доводов кассационной жалобы, в пределах, установленных  статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также  соответствие выводов судов установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в  деле доказательствам, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к  следующим выводам.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО3 являлся  директором ООО «Ярнефть» с 05.04.2016 по дату признания ООО «Ярнефть» банкротом.  

В период осуществления хозяйственной деятельности должник на основании  заключенного с обществом с ограниченной ответственностью «ЛидерК» (поставщик)  договора поставки № 91021003 от 30.01.2019 приобрел два бытовых помещения общей  стоимостью 538 000 рублей и два бытовых помещения общей стоимостью 440 000 рублей.  

Данное имущество передано должнику по универсальным передаточным  документам № 1 от 22.01.2019 и № 4 от 02.04.2019.  

27.12.2019 комиссия в составе директора ФИО3 и заместителя  директора ФИО4 подписала акт о порче, бое, ломе товарно-материальных  ценностей: двух бытовых помещений стоимостью 448 333 рубля 34 копейки, в основании  списания которых указано «исключается использование по назначению,  месторасположение 250 км от Хабаровска, транспортировке не подлежат».  

07.11.2019 между ООО «Ярнефть» и ООО «Стройиндустрия» (покупатель)  заключен договор поставки № 2019/11/1, в соответствии с которым должник передал в  собственность покупателя два бытовых помещения стоимостью 300 000 рублей.  

Согласно пункту 4.1 договора поставки от 07.11.2019 оплата товара производится  путем перечисления денежных средств на расчетный счет ООО «Ярнефть».  

Полагая, что списание двух бытовых помещений носило формальный характер в  отсутствие действительных оснований для его списания, а другие два бытовых помещения  выбыли из правообладания должника без встречного исполнения со стороны покупателя,  конкурсный управляющий обратился с заявлением о взыскании с бывшего руководителя  должника убытков в размере стоимости данного имущества.  

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, Арбитражный суд  Красноярского края руководствовался положениями статей 15, 1064 Гражданского  кодекса Российской Федерации и исходил из недоказанности совокупности условий  для взыскания с ФИО3 убытков.  

Третий арбитражный апелляционный суд согласился с выводами суда первой  инстанции и постановлением от 10 апреля 2024 года оставил без изменения определение  от 07 февраля 2024 года.  

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в  отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о  возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать  от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или  лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями  

(участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность  определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в  рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о  банкротстве.  

Пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено,  что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа  юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в  интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же  обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного  или иного совета, правления и т.п.). Обязанность указанных лиц возместить должнику  причиненные ими убытки предусмотрена положениями статьи 53.1 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

В силу положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо,  право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему  убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем  размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено,  произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата  или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы,  которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его  право не было нарушено (упущенная выгода).  

Из содержания статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и  разъяснений пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что лицо, требующее возмещения  причиненных убытков, должно доказать противоправность действий (бездействия)  ответчика, наличие и размер ущерба, причинно-следственную связь между  противоправностью поведения ответчика и наступившими неблагоприятными  материальными последствиями.  

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце втором пункта 1 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О  некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов  юридического лица» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62)  арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия,  наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов  юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о  

недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как  возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру  предпринимательской деятельности.  

Недобросовестность предполагается, в частности, при наличии конфликта  интересов, при заключении сделки на заведомо невыгодных для юридического лица  условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом, то есть в  ситуации, когда об указанных обстоятельствах руководитель знал или должен был знать  на момент совершения сделки исходя из обычной деловой практики. О неразумности  могут свидетельствовать разрешение вопроса без учета известной информации,  несовершение принятых в деловой практике действий, направленных на получение  необходимой и достаточной информации, игнорирование требующихся внутренних  процедур (пункты 2 и 3 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62).  

Возражая заявленному требованию, ФИО3 пояснил, что два бытовых  помещения использовались должником на строительных объектах, расположенных  в п. Санболи Хабаровского края (250 км от г. Хабаровска), в качестве временного жилья  для рабочих и для хранения инструментов; в связи с усиленной эксплуатацией в  неблагоприятных климатических условиях временные помещения пришли в негодность, а  с учетом значительности затрат на перевозку объектов ввиду их удаленности было  принято решение о списании имущества.  

Настаивая на своем доводе, что списание бытовых помещений носило формальный  характер и имело целью вывод активов из конкурсной массы, конкурсный управляющий  не опроверг указанные пояснения ФИО3 о неудовлетворительном состоянии  имущества и затратности его транспортировки, не обосновал, какими дополнительными  доказательствами должна быть подтверждена обоснованность принятого комиссионного  решения о списании имущества.  

В отношении двух других бытовых помещений ответчик сообщил, что расчеты за  указанное имущество произведены покупателем (ООО «Стройиндустрия») путем зачета  имеющейся задолженности ООО «Ярнефть» перед ООО «Стройиндустрия» по договору  на оказание услуг спецтехники и договору на поставку щебня.  

Конкурсный управляющий считает, что поскольку ФИО3 не  представлены документы, подтверждающие наличие указанных правоотношений между  ООО «Ярнефть» и ООО «Стройиндустрия», то следует вывод, что имущество передано  безвозмездно.  

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго  пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности  

по представлению арбитражному управляющему документации должника для  ознакомления или по ее передаче управляющему.  

Применяя при разрешении споров о привлечении к ответственности презумпции,  связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо  устанавливать как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или  наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур  банкротства.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в  том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его  основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника  и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности  сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть  вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы.  

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 12 ноября 2022 года на  ФИО3 возложена обязанность передать конкурсному управляющему четыре  бытовых помещения либо документы, подтверждающие основания отчуждения  указанного имущества.  

На принудительное исполнение судебного акта выдан исполнительный лист. 

В рамках настоящего обособленного спора судами установлено, что 27.03.2023  ФИО3 передал истребованные у него документы в Отдел судебных приставов по  Свердловскому району г. Красноярска. Так, согласно описи от 27.03.2023 (пункты 55-58)  ФИО3 передал договор поставки от 07.11.2019 с ООО «Стройиндустрия» и счет-фактуру от 07.11.2019, акт о порче ТМЦ от 27.12.2019, акт о списании ТМЦ от 27.12.2019.  

Таким образом, ФИО3 представил документы, подтверждающие  основания отчуждения двух бытовых помещения и позволяющие конкурсному  управляющему установить контрагента по сделке, проанализировать условия сделки по  отчуждению имущества и рассмотреть вопрос о необходимости ее оспаривания в целях  пополнения конкурсной массы либо взыскания в порядке искового производства  задолженности по данной сделке.  

Доказательства того, что конкурсным управляющим были приняты меры по  оспариванию договора поставки от 07.11.2019 либо по взысканию задолженности по  данному договору и данные меры оказались безрезультатными по причинам, прямо или  косвенно связанным с действиями / бездействием ФИО3, в том числе и  вследствие истечения срока исковой давности, в материалы дела не представлены.  Конкурсный управляющий в своей кассационной жалобе также не ссылается на принятие  

им исчерпывающих мер по взысканию с ООО «Стройиндустрия» суммы долга (при  наличии такового).  

Принимая во внимание данные обстоятельства, суды первой и апелляционной  инстанций указали, что материалами дела не подтвержден факт противоправного  поведения ФИО3, повлиявшего на формирование конкурсной массы, и который  находился бы в причинно-следственной связи с наступившими у должника  неблагоприятными материальными последствиями.  

Суд апелляционной инстанции дополнительно отметил, что в материалы дела не  представлены доказательства того, что ФИО3 являлся фактическим  выгодоприобретателем и конечным бенефициаром по сделкам об отчуждении бытовых  помещений.  

В отсутствие доказательств подконтрольности ООО «Стройиндустрия» ФИО3 процессуальные последствия непредоставления ООО «Стройиндустрия»  истребованных судом доказательств не могут быть возложены на ФИО3, не  имеющего возможности повлиять на ООО «Стройиндустрия».  

Из протокола судебного заседания от 07.12.2023 следует, что представитель  конкурсного управляющего, осведомленный о непоступлении в материалы дела  истребованных у ООО «Стройиндустрия» документов, указал на возможность  рассмотрения дела по имеющимся доказательствам.  

Обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и  апелляционной инстанции установлены верно, представленные в дело доказательства  исследованы полно и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации; выводы судов основаны на правильном  применении норм материального права, регулирующих спорные отношения.  

Доводы кассационной жалобы не свидетельствуют о нарушении судами норм  материального и процессуального права, а фактически сводятся к несогласию с выводами  судов и направлены на переоценку исследованных доказательств и установленных  обстоятельств, что в силу положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.  

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа приходит к выводу  о том, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм материального и  процессуального права и на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации подлежат оставлению без изменения, а  кассационная жалоба без удовлетворения.  

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа,  подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи  с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на  официальном сайте суда в сети «Интернет».  

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут  быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего  ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.  

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 07 февраля 2024 года  по делу № А33-17689/2021, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда  от 10 апреля 2024 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу  – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей  291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий И.А. Волкова 

Судьи И.А. Бронникова  М.А. Первушина