ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-103866/15

14 мая 2020 года

город Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 12 мая 2020 года

Постановление в полном объеме изготовлено 14 мая 2020 года

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего судьи – Мысака Н.Я., 

судей: Михайловой Л.В., Петровой Е.А.,

при участии в заседании: 

от финансового управляющего – не явился, извещен

от ФИО1 – Мех А. – дов. от 10.12.2018

от ФИО2 – ФИО3 – дов. от 03.07.2017

от ПАО «МКБ» - ФИО4 – дов. от 31.08.2017

от ФИО5 – ФИО6 дов. от 06.09.2017 

рассмотрев 12 мая 2020 года в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 – ФИО7,

на определение от 22 июля 2019 года

Арбитражного суда Московской области,

на постановление от 29 ноября 2019 года

Десятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению о признании недействительными алиментного соглашения и соглашения о порядке осуществления родительских прав, заключенных 29 апреля 2010 г. между должником и ФИО2, и применении последствий их недействительности,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1

УСТАНОВИЛ:

В производстве Арбитражного суда Московской области находится дело № А41- 103866/15 о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник). 

         Определением Арбитражного суда Московской области от 05 сентября 2017 г. в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО8. 

         Решением Арбитражного суда Московской области от 14.12.2018 должник  признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО7. 

         13.12.2018 финансовый управляющий имуществом должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительными алиментного соглашения и соглашения о порядке осуществления родительских прав, заключенных 29.04.2010 между должником и ФИО2, и применении последствий их недействительности. 

        Определением Арбитражного суда Московской области от 22.07.2019, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2019,  в удовлетворении заявления отказано. 

         Не согласившись с принятым судебными актами, финансовый управляющий должника обратилась в суд кассационной инстанции с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой  инстанции.

         Заявитель в кассационной жалобе приводит  доводы о том, что  судами  не учтено, что финансовым управляющим заявлено о признании соглашений недействительными в силу следующих обстоятельств: завышенный размер и чрезмерный характер принятых должником обязательств, неисполнимость принятых обязательств относительно доходов должника, причинение вреда кредиторам, мнимость заключенных сделок; при принятии судебных актов судами нарушены нормы материального права (ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 66 Семейного кодекса Российской Федерации, долее – соответственно ГК РФ и СК РФ), не учтены правовые подходы Верховного Суда Российской Федерации к разрешению подобной категории дел, содержащиеся в п. 12 Постановления Пленума от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – постановление № 48).

        Финансовый управляющий должника в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, направил в суд ходатайство,  согласно которому кассационную жалобу поддерживает, просит о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие.

         Представители кредиторов должника ПАО Московский кредитный банк» (далее – ПАО «МКБ») и ФИО5 поддержали доводы кассационной жалобы, представитель ПАО «МКБ» не настаивал и просил не рассматривать ходатайство об отложении судебного заседания.

      Представители ФИО1о и ФИО2 возражали в отношении удовлетворения кассационной жалобы, просили судебные акты оставить без изменения, кассационную  жалобу - без удовлетворения.

        Изучив материалы обособленного спора, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившегося в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу, что определение и постановление подлежат отмене, а обособленный спор - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

       Из материалов дела следует и установлено судами решением Мирового судьи судебного участка № 203 района Крылатское г. Москвы от 22.11.2010 по делу № 2-210/10 брак между ФИО2 и должником расторгнут.

        У должника и ФИО2 имеются общие дети: ФИО9  ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ г.р. и ФИО10, 17 августа 2007 г. р.

       29.04.2010 между ФИО2 и должником заключено алиментное соглашение, согласно условиям которого ФИО1 обязуется ежемесячно платить алименты в размере 2 000 долл. США на каждого ребенка вплоть до достижения ими совершеннолетия. 

       Также 29.04.2010 между ФИО2 и должником было заключено соглашение о порядке осуществления родительских прав, согласно которому должник обязался ежемесячно выплачивать ФИО2, сумму эквивалентную 5 000 долл. США на нужды, связанные с воспитанием детей.

        Указанная сумма состоит из трех частей, которые предназначены для осуществления расходов, связанных с воспитанием детей: 1 500 долл. США - ФИО9, 1 500 долл. США  -   ФИО10 и 2 000 долл. США - ФИО10 

        Также должник обязался оплачивать медицинские услуги, оказываемые детям из расчета 2 000 долл. США ежемесячно. 

         Поскольку алиментное соглашение и соглашение о порядке осуществления родительских прав заключены до 01.10.2015, судами на основании ст. 13 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сделан вывод о том, что сделки могут быть признаны судом недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ,  а нормы ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве применению не подлежат.

      Ссылаясь на нормы 10, 168, 170 ГК РФ, ст. 99, 100, п. 1 ст. 101 СК РФ, ст.2,   п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве, а также разъяснения, содержащиеся в п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее постановление № 25), а также п. 10 Постановления № 48, суды констатировали, что в материалы дела не представлено доказательств того, что у ФИО1 в момент заключения оспариваемых соглашений были неисполненные обязательства перед его кредиторами, а оспариваемые сделки заключены задолго (более чем за 2 года) до заключения договоров с кредиторами должника, чьи требования впоследствии включены в реестр требований.

         Суд апелляционной инстанции также указал, что  неплатежеспособность и дальнейшее банкротство должника может свидетельствовать о существенном изменении обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, что может являться основанием для изменения или расторжения оспариваемых соглашений в силу статьи 451 ГК РФ, но не основанием для признания договора недействительным. Доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достоверности, подтверждающих недобросовестность сторон при заключении оспариваемых соглашений в момент их совершения, в нарушение положений ст. 65 АПК РФ, как указал суд, не было представлено.

        Судебная коллегия согласна с выводами судов первой и апелляционной инстанций о том, что соглашение об алиментах и соглашения о порядке осуществления родительских прав от 29.04.2010 не могут быть оспорены по специальным правилам, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве, так как они заключены до 01.10.2015 (пункт 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ).

        Между тем оценивая действия сторон сделки на предмет наличия признаков злоупотребления правом, судами не было учтено следующее.

         Обращаясь с настоящим заявлением, финансовый управляющий в обоснование своего довода о направленности действий сторон алиментного соглашения и соглашения о порядке осуществления родительских прав на причинение вреда  конкурсным кредиторам, по сути, указывал, что данные соглашения имели своей целью сокрытие имущества должника от обращения на него взыскания кредиторами; ссылается на то, что соглашение о порядке осуществления родительских прав в части принятых должником обязательств по несению расходов носит дублирующий с алиментным соглашением характер.  

        Подобные действия по смыслу пункта 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" содержат в себе признаки злоупотребления правом и являются недопустимыми.

          При сокрытии имущества от обращения на него взыскания оно остается в имущественной массе и в сфере контроля самого должника, искусственно приобретая черты исполнительского иммунитета.

        Разрешая споры, особенностью которых состоит в том, что интересу кредитора в возврате долга не противопоставляется запрещенный законом интерес должника в уклонении от исполнения взятых на себя обязательств (в связи с чем отсутствует и признак сокрытия имущества), а противопоставляются интересы детей как кредиторов должника по алиментному соглашению. 

         Верховным Судом Российской Федерации, в определениях от 27.10.2017 № 310-ЭС17-9405 (1,2) сформулирован следующий правовой подход.

          Разрешая вопрос о допустимости оспаривания данного соглашения, необходимо было соотнести две правовые ценности: права ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития (статья 27 Конвенции о правах ребенка от 20.11.1989), с одной стороны, и закрепленное в статьях 307 и 309 Гражданского кодекса Российской Федерации право кредитора по гражданско-правовому обязательству получить от должника надлежащее исполнение, с другой стороны, - и установления между названными ценностями баланса.

          Верховный Суд Российской Федерации указал, что при этом под соответствующим балансом не может пониматься равенство интересов детей как кредиторов по алиментам и обычных гражданско-правовых кредиторов. Коль скоро Российская Федерация является социальным государством (часть 1 статьи 7 Конституции Российской Федерации), под защитой которого находятся материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации), интересы детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам. Равным образом данный вывод следует из положений пунктов 2 и 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве, согласно которым алиментные требования к гражданину-банкроту в отличие от иных требований подлежат первоочередному удовлетворению.

          Следовательно, недействительность алиментного соглашения применительно к делу о банкротстве сама по себе не может быть обоснована через ссылку на ухудшение этим соглашением положения кредиторов по обязательствам с более низкой очередностью удовлетворения.

          Для квалификации такой сделки в качестве недействительной необходимо установить, что согласованный (бывшими) супругами размер алиментов носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина. При этом необходимо исходить не из относительного (процентного) показателя согласованного сторонами размера алиментов, а из абсолютной величины денежных средств, выделенных ребенку (для чего необходимо установить уровень доходов плательщика алиментов). В случае если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 N 11-П), то соглашение может быть признано недействительным в части такого превышения, но в любом случае с сохранением в силе соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке (статья 81 Семейного кодекса Российской Федерации). Если же признак явного превышения размером алиментов уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей ребенка, не доказан, то такое соглашение не может быть квалифицировано в качестве причиняющего вред остальным кредиторам должника.

         В рамках настоящего дела судами первой и апелляционной инстанций не проанализирован конкретный доход ФИО1 по годам и размер установленных алиментов, данные величины не сопоставлены с количеством средств, необходимых для поддержания достойного уровня жизни троих детей, удовлетворения их разумных потребностей в материальном обеспечении. 

        Недействительность соглашения об алиментах в рамках дела о банкротстве может быть подтверждена и через доказывание его мнимости (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), когда, например, соглашение не носило реального характера, а было заключено исключительно де-юре в целях создания искусственной кредиторской задолженности. Однако в рассматриваемом случае соответствующие признаки судами не установлены.

        В Определении от 02.08.2018 № 305-ЭС18-1570 Верховным Судом Российской Федерации сформулирован следующий правовой подход.

        Действующее законодательство не устанавливает запрет на заключение соглашения об алиментах при наличии у плательщика алиментов признаков неплатежеспособности и кредиторской задолженности, а также не ставит в зависимость его заключение от указанных обстоятельств. Напротив, в случае банкротства такого лица требование о взыскании алиментов обладает преференцией перед иными требованиями кредиторов (пункты 2, 3 статьи 213.27 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

          Вместе с тем, в отличие от обычных условий, в ситуации несостоятельности обязанного к уплате алиментов лица существенное превышение размера алиментов относительно доли от дохода, которая подлежала бы уплате по закону (статья 81 Семейного кодекса Российской Федерации), может вызывать у кредиторов должника обоснованные претензии, поскольку от объема первоочередных платежей зависит удовлетворение их требований в процедуре банкротства.

          В связи с этим при разрешении такого рода споров судам необходимо обеспечить баланс интересов: с одной стороны - несовершеннолетнего в получении содержания, который должен обеспечиваться независимо от несостоятельности плательщика алиментов, с другой - кредиторов, заключающийся в недопущении недобросовестного увеличения кредиторской задолженности. Сохранение ребенку прежнего уровня его материального обеспечения, существенно превышающего установленные законом нормы, не может быть реализовано за счет кредиторов. Иной подход посягает на основы правопорядка и стабильность гражданского оборота.

         В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 г. № 48 внесудебное соглашение об уплате алиментов может быть признано недействительным по заявлению финансового управляющего, кредиторов должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, в той части, в которой предоставление, причитающееся получателю алиментов, превосходит его разумно достаточные потребности, чем причиняется ущерб интересам иных кредиторов (статья 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170 ГК РФ).     

        Соответствующее заявление подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве. Заявления о признании недействительными соглашений об уплате алиментов по иным основаниям подлежат рассмотрению в исковом порядке судами общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности; соответствующий иск может быть подан, в частности, финансовым управляющим от имени должника.

         Разрешая вопрос о недействительности соглашения об уплате алиментов по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов, арбитражный суд проверяет, была ли направлена сделка на достижение противоправных целей в момент ее совершения. Если же негативные последствия для кредиторов возникли впоследствии, например, по причине ухудшения имущественного положения гражданина-должника и возникшего в связи с этим существенного дисбаланса между правами кредиторов и правами получателя алиментов, должник, финансовый управляющий его имуществом, кредиторы должника, чьи требования признаны обоснованными арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, вправе предъявить иск об изменении или о расторжении соглашения об уплате алиментов (пункт 4 статьи 101 СК РФ). Такой иск подлежит рассмотрению судом общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности. К участию в деле привлекается финансовый управляющий.  

       Судами при разрешении обособленного спора данные разъяснения высшей судебной инстанции не учтены.

          При рассмотрении настоящего обособленного спора финансовый управляющий должника также ссылался на следующее:  

         завышенный размер и чрезмерный характер принятых должником обязательств по алиментному соглашению и соглашению о порядке осуществления родительских прав, носящих дублирующий характер: расходы на алименты и содержание детей ежегодно, начиная с 29.04.2010 г. обходились бы должнику более 7 млн. руб. (ежемесячно алименты на детей 6 000 долл. США, компенсация расходов на обучение, пребыванием в детском саду, предоставление каждые пять-шесть лет ФИО11 нового автомобиля; ежемесячно (кроме алиментных обязательств) оплачивать ФИО2 сумму, эквивалентную 5000 долл. США на нужды, связанные с воспитанием троих детей; размер содержания няни не должен превышать  сумму, эквивалентную 2 000 долл. США на троих детей; арендовать жилой дом для проживания ФИО2 с детьми, ежемесячная арендная плата за который не будет превышать сумму, эквивалентной 5000 долл. США; ежемесячные обязательства должника по соглашению о порядке осуществления родительских прав составляют 14 000 долл. США (не учитывая предоставления нового автомобиля); 

         неисполнимость принятых обязательств относительно доходов должника:   в материалы спора представлены налоговые декларации, ссылаясь на данные документы финансовый управляющий утверждал, что должник не имел достаточных доходов от трудовой деятельности для принятия соответствующих обязательств, а большая часть полученных должником доходов, подлежащих налогообложению, была уменьшена за счет  произведенных расходов на приобретение долей в уставном капитале обществ, в том числе в текущем периоде; суды фактически устранились от установления реального уровня дохода должника;

        злоупотребление правом и причинение вреда кредиторам: наличие у должника на момент заключения оспариваемых соглашений обязательств по договорам поручительства перед ПАО Сбербанк РФ и ПАО «Московский кредитный банк» начиная с января 2010 г. по обязательствам основного заемщика ООО «Раритет»;

       мнимость заключенных сделок:  22.11.2010г. решением мирового судьи брак расторгнут, в то время, как оспариваемые соглашения заключены в период брака и не имеют экономического смысла в условиях предусмотренной законом обязанности содержания детей; должник не намеревался исполнять и не исполнял алиментные обязательства на условиях, содержащихся в соглашениях, а бывшая супруга должника не требовала принудительного их исполнения до момента банкротства должника; стороны соглашений в 2014, 2016 г.г. пытались создать видимость их исполнения. 

         Финансовый управляющий утверждал, что в такой ситуации принятие на себя дополнительного заведомо неисполнимого обязательства, явно превышающего разумные размеры, свидетельствует о недобросовестном поведении должника, направленном на искусственное увеличение кредиторской задолженности.

    По сути, управляющий ссылался на ряд обстоятельств, свидетельствующих о нетипичном характере оспариваемых соглашений, с 2010г. ФИО2 ни разу не предъявляла оспариваемые соглашения в службу судебных приставов, то есть не пыталась получить по ним принудительное исполнение, несмотря на то, что должник не платил по соглашениям. 

        Если названные доводы соответствуют действительности, то у суда имеются основания сомневаться в добросовестности сторон спорных соглашений. В таком случае супруги должны раскрыть суду разумные экономические мотивы заключения алиментного соглашения и соглашения о порядке осуществления родительских прав (в части, предусматривающим несение должником расходов) в период существования режима совместной собственности, а также непредъявления их к исполнению вплоть до инициирования несостоятельности алиментообязанного лица. Если подобные мотивы раскрыты не будут, совокупность приведенных обстоятельств может свидетельствовать о злоупотреблении правом при заключении спорных соглашений (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).  

        Финансовый управляющий ссылался на то, что оспариваемые соглашения заключены должником с заинтересованным лицом в условиях наличия обязательств должника по договорам поручительства перед ПАО «Сбербанк» начиная с января 2010 г., а в последующие годы (2011-2014 обязательства исполнялись за счет новых кредитов в том числе полученных должником от ПАО «МКБ»). 

         В этой связи управляющим заявлены ходатайства (т. 1 л.д. 69-70, т. 2 л.д. 3-7) об истребования доказательств у ПАО «Сбербанк России в то числе кредитных договоров с ООО «Раритет» и договоров поручительства с участием должника, начиная с 2010г.  (т. 2 л.д. 3-7), ссылаясь на то, что самостоятельно финансовый управляющий данные документы получить от банка не может (запросы финансового управляющего т. 1 л.д. 55-77,   т. 1 л.д. 84-86 в адрес банка, ответы на которые не получены). 

         С целью проверки обоснованности всех заявленных финансовым управляющим доводов, сохраняя независимость и беспристрастность, с целью правильного рассмотрения обособленного спора суду необходимо рассмотреть вопрос об истребовании  доказательств, о которых заявил управляющий в своих ходатайствах.

         При таких обстоятельствах судебная коллегия считает, что судебные акты приняты без исследования всех существенных обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора (статьи 168, 170 АПК РФ). 

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, исследовать доводы и возражения участвующих в деле лиц, представленные ими доказательства, установить юридически значимые обстоятельства для правильного разрешения спора, при соблюдении норм закона, а также учитывая правовые позиции, сформулированные Верховным Судом Российской Федерации и судебную практику по данной категории дел, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

         Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального      кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 22 июля 2019 года и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 29 ноября 2019 года по делу № А41-103866/15 отменить.

         Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

 

Председательствующий судья                      Н.Я. Мысак

Судьи:Л.В. Михайлова

           Е.А. Петрова