﻿

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

06.12.2021

 

Дело № А41-22396/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 ноября 2021 года 

Полный текст постановления изготовлен 06 декабря 2021 года 

	Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Н.Я. Мысака, Н.Н. Тарасова, 

при участии в заседании: 

от Знаменского Анатолия Анатольевича – Олин Е.А., по доверенности от 24.12.2019, срок 3 года,

от ООО «МК-Н» - Плеханова Л.Н., по доверенности от 26.06.2019, срок 3 года,

от конкурсного управляющего Моргунова Р.Н. – Единова А.А., по доверенности от 08.11.2021, срок 3 года,

рассмотрев 29.11.2021 в судебном заседании кассационную жалобу 

Знаменского Анатолия Анатольевича 

на определение от 05.04.2021

Арбитражного суда Московской области, 

на постановление от 16.08.2021 

Десятого арбитражного апелляционного суда,

по заявлению конкурсного управляющего ООО «Капитал Плюс» Моргунова Романа Николаевича о привлечении Быкова Вадима Владимировича, Знаменского Анатолия Анатольевича и Сигеевой Светланы Геннадьевны к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 11.10.2017 общество с ограниченной ответственностью «Капитал Плюс» (далее - ООО «Капитал Плюс», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура банкротства - конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден Моргунов Роман Николаевич. 

Конкурсный управляющий должником обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просил: 

1. признать доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц - Знаменского Анатолия Анатольевича (далее – Знаменский А.А.), Быкова Вадима Владимировича (далее – Быков В.В.) по обязательствам должника солидарно. 

2. производство по делу приостановить до окончания работы по формированию конкурсной массы должника и окончания расчетов с его кредиторами.

Заявление подано на основании статей 10, 61.11, 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). 

До принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу спора конкурсный управляющий должником в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации изменил заявленные требования, просил:

 1. признать доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц - Знаменского А.А., Быкова В.В. и Сигеевой Светланы Геннадьевны (далее – Сигеева С.Г.) по обязательствам должника солидарно. 

2. производство по делу приостановить до окончания работы по формированию конкурсной массы должника и окончания расчетов с его кредиторами.

Определением Арбитражного суда Московской области от 12.02.2020 к участию в обособленном споре в качестве соответчика была привлечена Сигеева С.Г. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 05.04.2021, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2021, Быков В.В. и Знаменский А.А. привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Капитал Плюс», в удовлетворении заявления в остальной части отказано, производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности Быкова В.В., Знаменского А.А. в части размера ответственности приостановлено до окончания расчётов с кредиторами. 

Не согласившись с принятыми по обособленному спору судебными актами, Знаменский А.А. обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить в части привлечения Знаменского А.А. к субсидиарной ответственности и направить обособленный спор в данной части на новое рассмотрение. 

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

В этой связи в соответствии с указанной нормой права и учитывая доводы кассационной жалобы, проверка законности и обоснованности судебных актов осуществляется судом кассационной инстанции только в обжалуемой части.   

В обоснование кассационной жалобы Знаменский А.А. ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам в обжалуемой части.

На кассационную жалобу поступили отзывы от конкурсного управляющего должником и общества с ограниченной ответственностью «МК-Н» (далее - ООО «МК-Н»), в которых они просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения. Отзывы приобщены судом к материалам дела в порядке статьи 279 АПК РФ.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель Знаменского А.А. поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представители конкурсного управляющего должником и ООО «МК-Н», возражали против удовлетворения жалобы, просили оставить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения, поддержали доводы, изложенные в отзывах на кассационную жалобу. 

Иные лица, участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей Знаменского А.А., конкурсного управляющего должником и ООО «МК-Н», изучив материалы обособленного спора, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из обжалуемых судебных актов усматривается, ООО «Капитал Плюс» было зарегистрировано в качестве юридического лица 26.09.2012, его единственным участником по состоянию на 24.06.2014 являлся Быков В.В., а с 17.07.2014 - Сигеева С.Г., генеральным директором Общества до 24.06.2014 являлся Быков В.В., с 24.06.2014 и до 09.03.2017 - Знаменский А.А., а с 10.03.2017 - Быков В.В. до момента признания должника несостоятельным (банкротом).

Обращаясь в суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий Моргунов Р.Н. указал, что контролировавшими должника лицами совершены сделки, приведшие к банкротству общества, также Быковым В.В. не исполнена обязанность по передаче бухгалтерских и иных документов должника конкурсному управляющему, а Знаменским А.А. - обязанность по подаче в суд заявления о банкротстве должника. 

Принимая обжалуемые судебные акты, суды исходили из наличия достаточных доказательств совершения Быковым В.В. и Знаменским А.А. сделок, направленных на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, приведших к банкротству ООО «Капитал Плюс», и отсутствия оснований для привлечения Сигеевой С.Г. к субсидиарной ответственности. 

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

Федеральным законом № 266-ФЗ от 29.07.17 «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» статья 10 Закона о банкротстве была признана утратившей силу, Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». 

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона № 266-ФЗ от 29.07.2017 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона). 

Заявление конкурсного управляющего должником было подано в Арбитражный суд Московской области 23.09.2019, то есть в период действия Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. 

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта. 

Между тем  действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом. 

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в Постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм. 

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. 

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 137 от 27.04.2010, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности. 

Судами установлено, что в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ООО «Капитал Плюс», в том числе, ссылался на совершение контролировавшими общество лицами в 2014- марте 2017 года сделок с имуществом должника.

Таким образом, основания привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника установлены статьями 9 и 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.09 № 73-ФЗ в отношении совершения контролировавшими должника лицами сделок, и положениями главы III.2 Закона о банкротстве в отношении обязанности по передаче документов управляющему. 

Как указано в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015, учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ. 

В силу пункта 1 статьи 10 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения. 

Пунктом 4 указанной статьи закреплено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. 

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно. 

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника. 

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. 

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. 

В пункте 17 названого Постановления разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. 

Пунктом 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» закреплено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства. 

В пункте 23 названного Постановления разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. 

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения. 

Судами установлено, что 24.07.2014 между Чинарихиным С.В. и ООО «Капитал Плюс» в лице Знаменского А.А. был заключен договор поручительства к договору займа № 11, заключенному между Чинарихиным С.В. и Быковым В.В. на сумму 2 000 000 долларов США, что на дату заключения займа составляло 69 620 000 рублей. При этом на последнюю отчетную дату перед совершением сделки (30.06.14) стоимость внеоборотных активов Общества составила 132 989 000 рублей, из них: основных средств - 0, оборотные активы – 120 197 000 рублей, в том числе: запасов – 17 674 000 рублей, основную часть оборотных активов Общества составляла дебиторская задолженность (76 945 000 рублей). 

На дату заключения договора поручительства ООО «Капитал Плюс» имело долгосрочные обязательства, в частности, в отношении заемных средств на сумму 176 000 000 рублей, краткосрочные обязательства – 77 140 000 рублей. 

Таким образом, суды посчитали, что ООО «Капитал Плюс» были приняты на себя по договору поручительства значительные (применительно к размеру его активов) обязательства.  Срок возврата займа наступил 24.07.2016, однако займ Быковым В.В. возвращен не был, в связи с чем Чинарихин С.В. обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о включении своих требований в реестр требований должника, которое было удовлетворено частично, в реестр требований кредиторов ООО «Капитал Плюс» были включены требования Чинарихина С.В. на сумму 156 831 386 рублей 17 копеек.

Кроме того, судами установлено, что19.01.2016 между ОСВ Лизинг 1 Лимитед и ООО «Капитал Плюс» в лице Знаменского А.А. был заключен договора поручительства № 19/01/16-ОСВ-П к договору уступки прав требования (цессии) № 19/01/16-ОСВ от 19.01.2016, заключенному между Компанией ОСВ Лизинг 1 Лимитед и Быковым В.В.  На последнюю отчетную дату перед совершением сделки (31.12.2015) размер основных средств ООО «Капитал Плюс» составлял 81 000 рублей, внеоборотные активы - 810 932 000 рублей. Размер оборотных активов Общества, непосредственно используемых в производственном процессе, составлял 361 083 000 рублей, из них запасы 107 623 000 рублей. Долгосрочные обязательства ООО «Капитал Плюс», в частности заемные средства, составляли 239 000 000 рублей, а краткосрочные обязательства - 932 899 000 рублей.  Обязательства Быковым В.В. надлежащим образом исполнены не были, в связи с чем у Компании ОСВ Лизинг 1 Лимитед возникло требование к ООО «Капитал Плюс», как 11 А41-22396/17 к поручителю, на сумму 195 938 868 рублей 29 копеек основного долга и 24 179 179 рублей 92 копейки неустойки. Компания ОСВ Лизинг 1 Лимитед обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением о включении ее требований по договору поручительства № 19/01/16-ОСВ-П от 19.01.2016 в реестр требований кредиторов ООО «КапиталПлюс», определением Арбитражного суда Московской области рассмотрение названных требований отложено на 17.08.2021. 

Таким образом, суды пришли к выводу, что в результате заключения ООО «Капитал Плюс» вышеуказанных договоров поручительства Общество в отсутствие к тому экономической целесообразности приняло на себя обязательства Быкова В.В., которые в совокупности превышали активы должника. 

Суды исходили из того, что в результате заключения данных сделок ООО «Капитал Плюс» получило какую-либо выгоду не имеется. Напротив, Общество приняло на себя значительные обязательства третьего лица, аффилированного с ним, при наличии собственных неисполненных обязательств. 

Кроме того, судами установлено, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Московской области от 28.04.2020 признаны недействительными сделки, совершенные ООО «Капитал Плюс» с ООО «Драйв Механика», договоры куплипродажи квартир №№ 1, 8, 31, 32, 48, 113, 115, 120, 133, 159, 204, 208, 209, 238, 284, 288, 289, 313, 336, 350, 385, 400, 401, 402, 414, расположенных по адресу: Московская область, г. Звенигород, мкрн. Супонево, корп. 3а; применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Драйв Механика» в конкурсную массу ООО «Капитал Плюс» действительной стоимости квартир №№1, 8, 31, 32, 48, 113, 115, 120, 133, 159, 204, 208, 209, 238, 284, 288, 289, 313, 336, 350, 385, 400, 401, 402, 414, расположенных по адресу: Московская область, г. Звенигород, мкрн. Супонево, корп. 3а, в общем размере 93 572 529 рублей.  Из названного судебного акта следует, что договоры купли-продажи были заключены ООО «Капитал Плюс» по заниженной цене и в отсутствие оплаты со стороны ООО «Драйв Механика». 

Кроме того, ООО «Капитал Плюс» заключило договоры купли-продажи нежилых помещений с Чинарихиным Сергеем Владимировичем от 02.04.2014 на сумму 62 410 500 рублей, Сомовым Александром Владимировичем от 25.03.2015 на сумму 13 044 000 рублей, Челеби Георгием Георгиевичем от 02.03.2015 на сумму 6 880 000 рублей, Журавлевым Арсением Александровичем от 02.04.2015 на сумму 6 640 000 рублей, денежные средства во исполнение которых на счет или в кассу Общества не поступили. 

Суды с учетом изложенного пришли к обоснованному выводу, что руководителями ООО «Капитал Плюс», в том числе и Знаменским А.А. были совершены умышленные действия, направленные на уменьшение активов Общества, что является основанием для привлечения Знаменского А.А. к субсидиарной ответственности в связи с заключением им сделок, причинивших вред имущественным правам кредиторов должника. 

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

В силу требований абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

Указанное требование Закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему получить полную и достоверную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках, исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. 

В связи с чем, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011 «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. 

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. 

Установленная статьей 61.11 Закона о банкротстве ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, 29 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.11 «О бухгалтерском учете») и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). 

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов. 

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием Закона. Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации. 

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

Как установили суды, определением Арбитражного суда Московской области от 12.08.2019 удовлетворено требование конкурсного управляющего ООО «КапиталИнвест» об истребовании документации у бывших руководителей должника, в частности, суд обязал Знаменского А.А. передать конкурсному управляющему кассовую книгу за 2017 год, бухгалтерские документы по учету платежей участников долевого строительства (карточки счета 76 за 2014, 2015, 2016, 2017 годы), недостающие договоры долевого участия на кладовые помещения (перечень в определении).

Во исполнение названного судебного акта выдан исполнительный лист. Являвшийся на дату открытия конкурсного производства в отношении должника генеральным директором Общества Быков В.В. указанную обязанность в полной мере не исполнил. 

Так, из представленного в материалы дела акта передачи документов, печатей и банковских ключей от 13.03.2017 следует, что Знаменским А.А. при увольнении с должности генерального директора ООО «Капитал Плюс» Быкову В.В. были переданы документы Общества в 17 папках, печать Общества и токен-ключи. 

Вместе с тем, конкурсному управляющему ООО «Капитал Плюс» указанные в определении суда от 12.08.2019 документы не переданы. 

Суды отметили, что отсутствие указанных документов существенно затруднило проведение процедуры банкротства ООО «Капитал Плюс», поскольку потребовало проведения дополнительных мероприятий с целью установления участников долевого строительства на конкретные помещения, что способствовало затягиванию конкурсного производства. Кроме того, отсутствие кассовой книги и бухгалтерских документов по учету платежей участников строительства привело к тому, что конкурсный управляющий лишен возможности определить лиц, исполнивших свои обязательства перед должником по договорам долевого участия путем внесения денежных средств наличными, что привело к инициированию управляющим судебных исков и дополнительным расходам из конкурсной массы. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 по делу № 302-ЭС17-9244, отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. 

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. 

Как верно указали суды, вопреки доводам ответчиков, необходимые документы не могли быть получены конкурсным управляющим самостоятельно. 

Кассовая книга является одной из форм первичной учетной документации (КО-4), утвержденной Постановлением Госкомстата Российской Федерации от 18.08.1998 № 88 и применяется для учета поступлений и выдач наличных денег организации в кассе. 

Кассовую книгу нужно хранить в течение пяти лет после окончания года, за который она велась, а при возникновении споров, разногласий - до принятия решения по делу (часть 1 статьи 29 Закона о бухгалтерском учете, статья 277 Перечня типовых управленческих архивных документов, пункт 4.1 Инструкции по применению Перечня типовых управленческих архивных документов). Хранение кассовой книги должен организовать руководитель (подпункт 4.7 пункта 4 Указания № 3210-У). 

Поскольку обязанность по хранению кассовой книги лежит на руководителе Общества, конкурсный управляющий был лишен возможности получить данный документ иным способом, кроме как от Быкова В.В. 

Судами установлено, что в дополнительных пояснениях к отзыву на заявления о привлечении к субсидиарной ответственности Быков В.В. указал, что передача документации явилась невозможной ввиду объективных факторов, находящихся вне сферы контроля директора, документы Общества были изъяты правоохранительными органами. 

Действительно в отношении, в том числе Быкова В.В. и Знаменского А.А. было возбуждено уголовное дело № 1170145000900036, которое передано на рассмотрение Химкинского городского суда Московской области 10.06.2020, и принято к производству 15.06.2020. 

Вместе с тем  каких-либо допустимых доказательств (протокол о выемке) о том, что в рамках названного уголовного дела были изъяты кассовая книга за 2017 год, бухгалтерские документы по учету платежей участников долевого строительства (карточки счета 76 за 2014, 2015, 2016, 2017 годы), недостающие договоры долевого участия на кладовые помещения, в материалы дела не представлены. 

При этом  суды учли, что определение об истребовании доказательств от 12.08.2019 ни Быковым В.В., ни Знаменским А.А. оспорено не было по мотиву того, что на день вынесения названного определения они не обладали истребуемыми документами. 

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами. 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности. 

В этом случае суд, в том числе суд апелляционной инстанции (при установлении оснований для привлечения контролирующего должника лица к ответственности при рассмотрении апелляционной жалобы на определение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении соответствующего требования), выносит определение (постановление) о приостановлении производства по обособленному спору, в резолютивной части которого должны содержаться указание на приостановление производства по спору и вывод о наличии оснований привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а в мотивировочной части приводит обоснование соответствующего вывода. Такой судебный акт как в части вывода о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, так и в части приостановления производства по спору может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Учитывая, что мероприятия по формированию конкурсной массы должника не завершены, производство по заявлению в части определения размера ответственности Знаменского А.А. правомерно  приостановлено судом первой инстанции. 

Данный вывод соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2019 № 310-ЭС19-16642 по делу № А48-979/2016.

Суд апелляционной инстанции отклонил довод Знаменского А.А. об отсутствии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности, поскольку в настоящее время договоры поручительства оспариваются конкурсным управляющим, поскольку в настоящее время отсутствуют вступившие в законную силу судебные акты о признании договоров поручительства недействительными. 

В случае принятия судебного акта о признании договоров поручительства недействительными в связи с тем, что Знаменский А.А. данные договоры не подписывал, заинтересованные лица будут вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о пересмотре обжалуемого определения в данной части по новым обстоятельствам в порядке главы 37 АПК РФ. 

          Одновременно апелляционный суд отметил, что при заявлении требований, основанных на указанных договорах поручительства, в реестр требований кредиторов должника, Знаменский А.А. не заявлял возражений о недействительности названных договоров, и сами не были инициаторами оспаривания названных договоров в судебном порядке. 

Представленные в материалы дела заключения специалиста в области почерковедческой экспертизы правомерно оценены судами критически в связи с тем, что составлены вне рамок судебного разбирательства, по инициативе самого Знаменского А.А., эксперт об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупреждался. 

Суд апелляционной инстанции также обоснованно отклонил довод о неправомерном отказе в приостановлении производства по делу. 

В силу пункта 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом. 

Исходя из толкования названной нормы права, одним из обязательных условий для приостановления производства по делу по указанному основанию является объективная невозможность рассмотрения и разрешения дела арбитражным судом до разрешения иного дела, рассматриваемого судом. Такая невозможность означает, что если производство по делу не будет приостановлено, разрешение дела может привести к незаконности судебного решения, неправильным выводам суда или к вынесению противоречащих судебных актов. 

Данная норма направлена на устранение конкуренции между судебными актами по делам с пересекающимся предметом доказывания. 

Законодатель связывает обязанность арбитражного суда приостановить производство по делу не с наличием другого дела или вопроса, рассматриваемого в порядке конституционного, гражданского, уголовного или административного производства, а с невозможностью рассмотрения спора до принятия решения по другому вопросу, то есть наличием обстоятельств, в силу которых невозможно принять решение по данному делу. 

Рассмотрение одного дела до разрешения другого дела следует признать невозможным, если обстоятельства, исследуемые в другом деле, либо результат рассмотрения другого дела имеют значение для данного дела, то есть могут повлиять на результат его рассмотрения по существу. Следовательно, невозможность рассмотрения спора обусловлена тем, что существенные для дела обстоятельства подлежат установлению при разрешении другого дела в арбитражном суде. 

Другими словами, обязанность суда приостановить производство по делу напрямую зависит от данного обстоятельства, при его отсутствии нет оснований приостанавливать производство по делу, поскольку отсутствует невозможность судебного разбирательства. 

Невозможность рассмотрения данного дела означает необходимость установления в другом деле фактов, имеющих значение для того дела, производство по которому должно быть приостановлено. 

На момент подачи заявления о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности договоры поручительства являлись действующими и в установленном законом порядке оспорены не были. 

Поскольку основанием для привлечения Знаменского А.А. к субсидиарной ответственности послужили не только договора поручительства, но  также и иные сделки, а заинтересованные лица не лишены будут возможности подать заявление о пересмотре обжалуемого определения в случае признания договоров поручительства недействительными, то обстоятельство, что суд первой инстанции не приостановил рассмотрение настоящего обособленного спора не повлекло принятие неправильного судебного акта. 

Ссылки на отсутствие противоправных целей при заключении договоров купли-продажи с ООО «Драйв Механика», в том числе в связи с отчуждением квартир по рыночной стоимости, признаны судом апелляционной инстанции необоснованными. 

В определении Арбитражного суда Московской области от 28.04.2020 установлено, что спорные квартиры были отчуждены ООО «Капитал Плюс» на условиях длительной (6 месяцев) отсрочки платежа, при этом залог отчуждаемого имущества в пользу продавца установлен не был. 

Следует согласиться с выводом судов, что указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии экономической выгоды для ООО «Капитал Плюс» от заключения названных договоров. Исходя из обычаев делового оборота, ООО «Капитал Плюс», как добросовестный участник гражданских правоотношений, в целях погашения обязательств перед Банком и возобновления своей хозяйственной деятельности могло бы передать спорные квартиры в качестве отступного или продать их с получением немедленной прибыли, а не отчуждать на условиях длительной отсрочки платежа. 

Как верно указал суд апелляционной инстанции, указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что заключение договоров купли-продажи с ООО «Драйв Механика» было направлено исключительно на недопущение обращения взыскания на имущество должника. 

Следует также согласиться с выводом суда апелляционной инстанции, что оснований для переквалификации требований на взыскание убытков не имеется. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности - суд в каждом, конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника путем проверки, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после такого воздействия. 

 Только если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности. 

В том случае, когда вред, причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, не должен был привести, исходя из разумных ожиданий, к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 названного Кодекса. 

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков. 

Как правильно установили суды, из фактических обстоятельств дела следует наличие оснований для привлечения Знаменского А.А. именно к субсидиарной ответственности. При этом размер ответственности (в отличии от убытков, размер которых подлежит обязательному доказыванию) в настоящее время не установлен и будет определен по результатам формирования конкурсной массы и проведения расчетов с кредиторами. 

Суд апелляционной инстанции, отклоняя довод о пропуске конкурсным управляющим ООО «Капитал Плюс» срока исковой давности по заявленным требованиям, обоснованно принял во внимание следующее. 

Течение срока исковой давности определяется правилам пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, что согласуется с разъяснениями, данными в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, в силу которых процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления в силу новой редакции закона независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Согласно статье 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. 

Заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности (пункт 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве). 

Должник признан несостоятельным банкротом решением Арбитражного суда Московской области от 11.10.2017.    

С заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий должника обратился 23 сентября 2019 года. 

Следовательно, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу о том, что срок исковой давности по заявленным требованиям не пропущен. 

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили в обжалуемой части спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства, пришли к обоснованному и правомерному выводу об удовлетворении заявленных требований частично и приостановлении производства по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности Знаменского А.А. в части размера ответственности приостановлено до окончания расчётов с кредиторами.

Нормы материального права, в том числе на нарушение которых в кассационной жалобе ссылается Знаменский А.А., применены судами правильно.

Доводы кассационной жалобы являлись предметом рассмотрения в судах первой и апелляционной инстанции, получили надлежащую оценку, с которой арбитражный суд округа согласен.

Доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии Знаменского А.А. с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку. Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 05.04.2021 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2021 по  делу №А41-22396/17 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.   

          	Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья			Е.Л. Зенькова 		 

	Судьи:					 	Н.Я. Мысак 

                                                                  		Н.Н. Тарасов