АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-3606/2019

г. Петропавловск-Камчатский

18 сентября 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 11 сентября 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 18 сентября 2019 года.

 

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи О.Н. Бляхер, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску 

Управления Судебного департамента в Камчатском крае (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к 

обществу с ограниченной ответственностью «Мастер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора

общество с ограниченной ответственностью «Проект» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании штрафа по государственному контракту от 15.12.2017 № 125 в сумме 2 020 506,18 руб.

по встречному иску

общества с ограниченной ответственностью «Мастер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к 

Управлению Судебного департамента в Камчатском крае (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании 75 236, 80 руб.

при участии:

от истца: 

ФИО2 – представитель по доверенности от 17.09.2018 (сроком на 1 год);

от ответчика: 

 

ФИО3 – представитель по доверенности от 25.12.2018 (сроком до 31.12.2019);

от третьего лица:

не явились, 

 

установил:

Управление Судебного департамента в Камчатском крае (далее – Управление, заказчик, место нахождения которого: 683009, Камчатский край, ул. Академика Курчатова, 4) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с иском о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Мастер» (далее – общество, подрядчик, место нахождения которого: 684093, 

<

...>) штрафа в размере 2 020 506,18 руб. за ненадлежащее исполнение обязательств по государственному контракту от 15.12.2017 № 125.

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 309, 432, 452, 748, 763, 766, 767 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы тем, что подрядчик в нарушение условий контракта, самостоятельно, без заключения дополнительного соглашения относительно объема и стоимости работ, то есть в отсутствие необходимого согласования с заказчиком, произвел на объекте работы по демонтажу 36-ти кровельных плит перекрытий, что не предусмотрено проектной документацией. 

Определением от 26.06.2019 суд в порядке статьи 51 АПК РФ привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Проект», ранее осуществляющее авторский надзор и строительный контроль на объекте согласно заключенным с Управлением контрактам № 131 от 18.12.2017 (расторгнут по соглашению сторон 25.07.2018) и  № 132 о 19.12.2017 (расторгнут по соглашению сторон 04.03.2019).

Определением от 28.06.2019 к производству принят встречный иск общества о взыскании с Управления стоимости дополнительных работ по демонтажу 36-ти плит в сумме 106 594,12 руб. Встречные требования основаны на том, что заказчик был своевременно извещен подрядчиком о необходимости принять техническое решение в отношении этих плит, поскольку плиты оказались поврежденными и имели многочисленные дефекты, в связи с чем не могли быть использованы в дальнейшем строительстве. Заказчик 29.05.2018 со своей электронной почты направил подрядчику письмо ООО «Проект», адресованное Управлению, в котором лицо, осуществляющее строительный и авторский надзор, сообщило о необходимости демонтажа этих плит, выполнению новых монолитных участков и принятию таких работ как дополнительных по согласованному локально-сметному расчету в счет статьи «непредвиденные затраты». Подрядчик, полагая, что таким образом заказчик согласовал выполнение дополнительных работ, и данное письмо фактически является техническим решением и указанием заказчика на демонтаж плит, произвел такой демонтаж и в дальнейшем просил оплатить работы, на что был получен отказ заказчика. Подрядчик считает требования Управления необоснованными и просит удовлетворить встречный иск. Вместе с этим, не признавая требования заказчика, просит применить статью 333 ГК РФ. Также подрядчик сообщил суду, что 26.06.2019 принял решение об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Третье лицо явку представителя не обеспечило, ранее направило отзыв на иск Управления, указав, что решение о демонтаже плит было принято обоснованно. Согласно статье 156 АПК РФ суд определил рассмотреть дело в  отсутствие ООО «Проект».

До начала заседания ООО «Мастер» заявило об уменьшении размера встречных требований до 75 236, 80 руб. в связи изначально неверным расчетом.

В порядке статьи 49 АПК РФ суд удовлетворил ходатайство.

Представитель ООО «Мастер» встречный иск поддержал, в том числе по доводам, указанным в отзыве на иск Управления и в письменных дополнениях к отзыву. Иск Управления считает необоснованным, полагает, что действия подрядчика по демонтажу плит явствовали из обстановки и были добросовестными. 

Представитель Управления встречный иск не признает согласно доводам отзыва и письменных возражений на отзыв общества. Первоначальный иск поддержал, по снижению штрафа возражал. Представил по указанию суда приказ № 200 от 19.12.2017, согласно которому лицом, ответственным за выполнение функций строительного надзора со стороны заказчика, был назначен ФИО4, с которым 13.09.2018 расторгнут служебный контракт, а также представил его должностной регламент. Пояснил, что письмо ООО «Проект» от 29.05.2018 о демонтаже плит было в этот же день перенаправлено подрядчику исключительно для сведения и в подтверждении того, что заказчик ведёт работу по решению данной проблемы. Полагает, что подрядчик, исходя из условий контракта и специфики деятельности заказчика, не мог не знать о необходимости заключения дополнительного соглашения на такие работы, для надлежащего согласования объема и стоимости таких работ. Кроме этого,  сам по себе демонтаж плит перекрытий безусловно повлек бы необходимость корректировки проектно-сметной документации и заключение экспертизы, что в настоящее время и имеет место быть. Самовольные и несанкционированные действия подрядчика привели к вынесению заказчику предписания Инспекцией государственного строительного надзора Камчатского края от 29.06.2018, согласно которому заказчику было предписано провести дополнительное инженерно-техническое обследование конструкций объекта строительства и обеспечить внесение соответствующих изменений в проектную документацию по блоками 3, 4, 6 и 9. Во исполнение предписания заказчик 16.11.2018 заключил договоры с ООО «Герлео-Тех» на разработку и внесение изменений в проектную и  сметную документацию, а также на сопровождение изменений проекта на экспертизу.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Между Управлением Судебного департамента в Камчатском крае (заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «Мастер» (подрядчик) 15.12.2017 заключен государственный контракт № 125, по условиям которого генеральный подрядчик обязуется в установленный контрактом срок построить по заданию заказчика объект капитального строительства, выраженный в проектно-сметной документации по объекту: «Комплекс правосудия в г. Петропавловске-Камчатском, корпус 1, блоки 3, 4, 6, 9 (2-я очередь строительства)», а заказчик обязуется создать генеральному подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену. Цена контракта составляет 404 101 236, 02 руб.; срок работ – с даты заключения контракта по 31.10.2020.

Согласно пункту 2.1.2 контракта генеральный подрядчик обязан выполнять работы, возводить конструкции, системы инженерно-технического обеспечения объекта строительства в соответствии с требованиями действующего законодательства Российской Федерации, проектной, сметной, рабочей и организационно-технической документацией, техническим заданием (приложение № 1 к государственному контракту), соблюдая требования технических регламентов, обеспечивая требования безопасности работ для работников заказчика, третьих лиц, окружающей среды, сохранность объекта культурного наследия.

Заказчик 18.12.2017 заключил контракт № 131 с обществом с ограниченной ответственностью «Проект» на осуществление авторского надзора за строительством объекта и 19.12.2018 с этим же обществом – контракт № 132 на осуществление строительного контроля в процессе строительства объекта. Контракт № 131 расторгнут по соглашению сторон 25.07.2018; контракт  № 132 расторгнут по соглашению сторон 04.03.2019.

Письмами № 47 от 07.02.2018, № 51 от 07.02.2018 с приложением актов осмотра № 1 и № 2 от 05.02.2018 подрядчик сообщил заказчику о наличии дефектов плит перекрытий в блоках № 3, 4 и 6, а также просил выдать техническое решение на ремонт либо демонтаж плит с последующим включением объемов в дополнительные работы.

Письмом № 107 от 05.03.2018 подрядчик сообщил об аналогичной ситуации с состоянием плит по блоку № 9. При этом какого-либо акта обследования как к предыдущим письмам не приложил. Кроме того, подрядчик указал, что в случае отсутствия технического решения ООО «Мастер» будет вынуждено приостановить работы с 19.03.018.

29 мая 2018 года в адрес Управления поступило письмо ООО «Проект» (т.1 л.д. 140 – 141), согласно которому орган строительного контроля сообщил, что 24.05.2019 в ходе проверки работ на блоке № 9 при визуальном осмотре обнаружены многочисленные дефекты плит перекрытий в количестве 36-ти шт., не подлежащих демонтированию согласно проектной документации (приложен перечень плит), в связи с чем их необходимо демонтировать, выполнить новые монолитные участки и принять данные работы в качестве дополнительных по согласованному локально-сметному расчету в счет статьи непредвиденные затраты.

Указанное письмо без каких-либо дополнительных указаний и сопроводительных писем к нему Управление по электронной почте переслало подрядчику, который утверждает, что принял данное письмо как техническое решение заказчика и факт согласования демонтажа 36-ти плит в блоке № 9, и произвел демонтаж указанных плит.

29.06.2018 Инспекцией государственного строительного надзора Камчатского края была проведена проверка, заказчику выдано предписание об устранении нарушений при строительстве объекта в срок до 27.12.2018: провести дополнительное инженерно-техническое обследование конструкций по всем блокам для подготовки и внесения изменений в проектную документацию и обеспечить внесение таких изменений.

10.07.2018 письмом № 536 уведомил заказчика о приостановке работ, ссылаясь на необходимость внесения изменений в проектную документацию, в том числе относительно плит перекрытий по всем блокам. О факте уже произведенного демонтажа плит перекрытий в блоке № 9 подрядчик не указал.

На оплату выполненных работ подрядчик представил акты с необходимыми документами (что не оспаривают стороны), а именно: 

за период с 26.02.2018 по 02.04.2018 на сумму 10 737 756,92 руб.;

за период с 03.04.2018 по 14.05.2018 на сумму 10 439 149,70 руб.;

за период 15.05.2018 по 21.05.2018 на сумму 1 124 334 руб.;

за период с 22.05.2018 по 20.06.2018 на сумму 7 082 131,08 руб.;

за период с 21.06.2018 по 12.07.2018 на сумму 1 131337,98 руб.

В актах о приемке выполненных работ по форме КС-2 за указанные периоды  отсутствуют сведения о том, что подрядчик выполнил демонтаж не предусмотренных проектной документацией плит перекрытия блока № 9. Такой акт поступил в адрес заказчика только 27 мая 2019 года письмом № 310 (т.1 л.д.183), то есть уже после обращения Управления в Арбитражный суд Камчатского края с рассматриваемым иском. Как следует из акта КС-2 № 1, он составлен 13.07.2018 за период с 01.05.2018 по 13.07.2018 на сумму 106 594, 12 руб., а также представлена справка КС-3 на эту же сумму. В указанном письме ответчик указал на обязанность заказчика оплатить указанную сумму и заключить по факту выполненных работ дополнительное соглашение к контракту.

В целях исполнения вышеуказанного предписания Инспекции госстройнадзора Камчатского края заказчиком 15.08.2018 заключен договор с ООО «Камчатспецпроект» на проведение дополнительного инженерно-технического обследования конструкций блока 9 объекта строительства, из заключения которого следует, что самовольный демонтаж плит перекрытия блока № 9 требует внесения изменений в проектную документацию в части устройства перекрытия путем монтажа новых плит или устройства монолитного железобетонного перекрытия.

Данный факт комиссия заказчика зафиксировала 07.12.2018 актом проверки хода и качества работы.

В целях дальнейшего выполнения требований предписания 16.11.2018 истец заключил с ООО «Герлео-Тех» договоры № 19 и № 20 на разработку и внесение изменений в проектную и сметную документацию по объекту строительства. Также по условиям договора № 20 исполнитель обязан осуществить сопровождение изменений проекта на экспертизу до получения положительного заключения.

Полагая, что подрядчик допустил нарушение условий контракта, самовольно демонтировав плиты перекрытия, заказчик обратился в суд о взыскании с подрядчика штрафа в размере 0,5% от цены контракта согласно подпункту «г» пункта 6.3.2 контракта, что составило 2 020 506, 18 руб. Подрядчик, в свою очередь, подал встречный иск об оплате дополнительно выполненных работ по демонтажу 36-ти плит перекрытий в блоке № 9.

Отношения сторон возникли из контракта на выполнение подрядных работ, регулируемого нормами главы 37 ГК РФ, положениями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон № 44-ФЗ), а также общими нормами гражданского законодательства об обязательствах и ответственности за их нарушение.

Согласно части 2 статьи 763 ГК РФ по государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.

Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ, существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Из содержания пункта 1 статьи 452 ГК РФ следует, что соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

По смыслу содержания пункта 1 статьи 766 ГК РФ к существенным условиям государственного или муниципального контракта относятся условия об объеме и о стоимости подлежащей выполнению работы, сроках ее начала и окончания, размере и порядке финансирования и оплаты работ, способах обеспечения исполнения обязательств сторонами.

Согласно пункту 2 статьи 767 ГК РФ изменения условий государственного или муниципального контракта по соглашению сторон допускаются в случаях, предусмотренных законом.

Перечисленные законодательные положения свидетельствуют о том, что выполнение подрядчиком в рамках контракта дополнительных работ является изменением существенных условий контракта, связанных с объемом и стоимостью подлежащих выполнению работ, в связи с чем требует заключения между сторонами дополнительного соглашения.

Между тем, не вошедшие в перечень предусмотренных контрактом работ, работы по демонтажу 36-ти плит перекрытий произведены подрядчиком в отсутствие заключенного сторонами дополнительного соглашения к контракту и без соответствующего согласования данного вида работ как по объему, так и по стоимости.

Проанализировав действия сторон, учитывая представленную в дело переписку и обстоятельства дела, суд считает, что подрядчик, уведомив заказчика в порядке статьи 716 ГК РФ о наличии дефектов плит перекрытий и ожидая от заказчика технических решений, не имел оснований производить демонтаж плит на основании письма ООО «Проект» от 29 мая 2018 года, которое суд не может расценить как указание заказчика о способе устранения недостатков проектной документации.

Так, согласно условиям контрактов № 131 и № 132, заключенных заказчиком с ООО «Проект», последний лишь обеспечивает решение вопросов, связанных с изменениями в проектную и рабочую документацию, но не наделен исключительными полномочиями заказчика, который может принять решение о внесении изменений в документацию и дать подрядчику указание о выполнении работ иным способом, изначально не предусмотренным документацией. Обязанности ООО «Проект» связаны исключительно с осуществлением функций надзора и контроля за выполнением подрядчиком строительных работ и не предусматривают возможности принимать решения, обязывающие подрядчика выполнять не предусмотренные проектной документацией и условиями контракта работы.

Доводы общества об исполнении указаний органа строительного надзора от 29.05.2018 со ссылкой на пункт 2.1.17 контракта № 125 суд отклоняет, поскольку в данном пункте идет речь об обязанности подрядчика исполнять требования специалистов, осуществляющих авторский надзор, строительный контроль об устранении недостатков выполнения работ, а также предусмотрено, что подрядчик не должен приступать к продолжению работ до составления актов об устранении выявленных недостатков.

Доводы общества об одобрении заказчиком действий по демонтажу плит на том основании, что на объекте постоянно присутствовал представитель заказчика ФИО4, который не мог не знать о демонтаже плит, надлежащими доказательствами не подтверждены. Так, обществом не представлен журнал работ с отметками ФИО4 (лица, ответственного за выполнение функций строительного контроля со стороны заказчика), в котором был бы зафиксирован демонтаж плит. Более того, не представлено суду и акта обследования объекта с участием ООО «Проект», осуществляющего строительный надзор, в котором был бы зафиксирован факт непригодности плит на блоке № 9.

Письмо ООО «Проект» от 29.05.2018 № ПР-59-05/18, адресатом которого также являлся и ответчик, истец переслал в адрес ответчика посредством электронной почты для сведения. Никаких дополнительных указаний, которые позволили бы подрядчику сделать вывод о необходимости осуществления не предусмотренных проектной документацией и условиями контракта работ, Управлением к письму приложено не было.

Более того, ООО «Мастер», являясь профессионалом на рынке строительных услуг, не мог не знать, что демонтаж плит перекрытий объекта капитального строительства, не предусмотренный проектной документацией, повлияет на конструктивную надежность и безопасность объекта и явно повлечет необходимость внесения изменений в ПСД, а такие корректировки согласно условиям контракта вносятся заказчиком только по согласованию с Судебным Департаментом при Верховном Суде РФ (пункт 7.7. контракта).

Кроме этого, в соответствии с пунктом 7 статьи 52 Градостроительного кодекса Российской Федерации отклонение параметров объекта капитального строительства от проектной документации, необходимость которого выявилась в процессе строительства, реконструкции, капитального ремонта такого объекта, допускается только на основании вновь утвержденной застройщиком, техническим заказчиком, лицом, ответственным за эксплуатацию здания, сооружения, или региональным оператором проектной документации после внесения в нее соответствующих изменений в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Согласно пункту 44 Постановления Правительства РФ от 05.03.2007 № 145 «О порядке   организации   и   проведения   государственной   экспертизы   проектной документации и результатов инженерных изысканий», при внесении изменений в проектную документацию, получившую положительное заключение государственной экспертизы, в части изменения технических решений, которые затрагивают конструктивные и другие характеристики безопасности объекта капитального строительства, проектная документация направляется повторно (2 и более раза) на государственную экспертизу.

Из содержания пункта 45 указанного Постановления следует, что экспертной оценке при проведении повторной государственной экспертизы подлежит часть проектной документации и (или) результатов инженерных изысканий, в которую были внесены изменения, а также совместимость внесенных изменений с проектной документацией и (или) результатами инженерных изысканий, в отношении которых была ранее проведена государственная экспертиза.

В соответствии с пунктом 7.1.2 «ГОСТ Р 21.1101-2013. Национальный стандарт Российской Федерации. Система проектной документации для строительства. Основные требования к проектной и рабочей документации», изменением документа, ранее переданного заказчику, является любое исправление, исключение или добавление в него каких-либо данных без изменения обозначения этого документа.

Согласно пункту 7.4.8 указанного ГОСТа изменения в утвержденную проектную документацию, связанные с изменением параметров объекта строительства, влияющих на его конструктивную надежность и безопасность, и необходимостью переутверждения проектной документации, вносят по решению заказчика на основе нового задания на проектирование или дополнения к ранее утвержденному заданию на проектирование.

Из содержания перечисленных положений следует, что не предусмотренные проектной документацией работы по демонтажу плит перекрытия блока № 9 объекта строительства являлись изменением параметров объекта строительства, требовали внесения таких изменений в ПСД и получения положительного заключения государственной экспертизы в части внесенных изменений, либо на документацию в целом, что также не мог не знать ООО «Мастер», участвуя как профессионал в области строительства в аукционе на строительство объекта и отвечая необходимым требованиям к участнику аукциона.

Кроме этого, суд учитывает, что в письме от 05.03.2018 № 07 (по блоку № 9) подрядчик уведомил заказчика, что при отсутствии технического решения приостановит работы с 19.03.2018, в связи с чем Управление обоснованно предполагало, что подрядчик приостановил работы с указанной даты, однако фактически подрядчик самовольно произвел демонтаж плит на блоке № 9 и только после этого письмом от 10.07.2018 № 536 (т.1 л.д. 180 – 182) уведомил заказчика о приостановке работ. При этом в уведомлении, описывая наличие причин, препятствующих выполнению работ (в основном по плитам перекрытия) по каждому блоку, подрядчик не указал на то, что им уже произведен демонтаж плит в блоке № 9. Напротив, в описании содержится указание на наличие 36 дефектных плит в блоке № 9 и необходимость принятия заказчиком технического решения.

Также заслуживают внимания доводы Управления, что акты КС-2, предъявленные для оплаты выполненных работ, произведенных вплоть до июля 2018 года, не содержат сведений о демонтаже 36-ти плит блока № 9, и указанные работы не включены в общий объем работ.

Помимо этого суд отмечает, что подрядчик, ссылаясь на переписку с Управлением, начиная с февраля 2018 года относительно дефекта плит не только по блоку № 9, но и по блокам № 3, 4 и 6, произвел демонтаж плит только по блоку № 9, указав, что письмо ООО «Проект» от 29.05.2018 было им расценено как техническое решение заказчика, что явствовало из обстановки. Однако логично предположить, что если бы заказчик и выдал такое решение, то оно касалось бы всех блоков, а не только блока № 9, поскольку дефекты плит, как указывает сам подрядчик, идентичны, что следует из писем подрядчика от 07.02.2018 № 47 (по блокам № 4 и № 6) , № 51 (по блоку № 3) и № 107 от 05.03.2018 (по блоку № 9). 

Более того, подрядчик уже после самостоятельно произведенного демонтажа и обращения заказчика в суд обратился в адрес Управления о заключении дополнительного соглашения, что даёт основания полагать, что о необходимости заключения такого соглашения изначально с обязательным согласованием объемов, сроков и стоимости работ подрядчик знал.

Таким образом, доводы общества о том, что действия подрядчика по демонтажу плит в блоке № 9 явствовали из обстановки, суд считает неподтвержденными и не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, а правовую позицию ООО «Мастер» относительно того, что подрядчик исполнял техническое решение и указания заказчика о демонтаже плит блока № 9, суд признает несостоятельной и приходит к выводу о доказанности факта нарушения подрядчиком условий контракта.

Согласно пункту 1 статьи 754 ГК РФ, подрядчик несет ответственность перед заказчиком за допущенные отступления от требований, предусмотренных в технической документации и в обязательных для сторон строительных нормах и правилах.

Поскольку судом установлен факт нарушения подрядчиком условий контракта, выразившегося в выполнении работ, не предусмотренных проектной документацией и в отсутствие необходимых согласований с заказчиком, в силу пункта 6.3.2 контракта,  пункта 8 статьи 34 Закона № 44-ФЗ и положений Постановления Правительства Российской Федерации от 30 августа 2017 года № 1042, заказчик обоснованно предъявил обществу штраф в размере 0,5% от цены контракта, что составило 2 020 506, 18 руб.

Фактов злоупотребления правом со стороны заказчика судом в ходе судебного разбирательства не установлено.

В удовлетворении ходатайства общества о применении статьи 333 ГК РФ и снижении суммы штрафа суд отказывает, не усмотрев для этого оснований.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2 указанной статьи).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление N 7), установленная законом или договором неустойка может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ) в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

В пункте 73 Постановления № 7 разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Приведенные обществом доводы не свидетельствуют о несоразмерности заявленной к взысканию санкции последствиям нарушения обязательства.

Основанием для применения статьи 333 ГК РФ и уменьшения размера штрафа является только наличие явной несоразмерности санкции относительно последствий нарушения обязательства ответчиком.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2015 N 5-КГ14-131 указано, что при применении положения части 1 статьи 333 ГК РФ необходимо исходить из недопустимости решения судом вопроса о снижении размера неустойки по мотиву явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства без представления доказательств, подтверждающих такую несоразмерность.

Ссылаясь на наличие оснований для применения положений статьи 333 ГК РФ, надлежащие доказательства, подтверждающие явную несоразмерность штрафа последствиям нарушения обязательства, обществом в материалы дела не представлены. Более того, размер штрафа установлен законом в процентном отношении в зависимости от цены контракта.

Таким образом, иск Управления подлежит удовлетворению в полном объеме, с общества надлежит взыскать штраф в размере 2 020 506, 18 руб. Соответственно встречные требования общества о взыскании стоимости дополнительных работ по демонтажу 36-ти плит перекрытий блока № 9, которые не были согласованы заказчиком и не представляют для последнего какой-либо потребительской ценности, удовлетворению не подлежат.

Учитывая, что иск Управления, освобожденного от уплаты государственной пошлины, удовлетворен, государственная пошлина в размере 33 103 руб. относится на общество и подлежит взысканию в доход бюджета. Поскольку обществом при подаче встречного иска, в удовлетворении которого отказано, уплачено в бюджет 4 198 руб., с общества надлежит взыскать в бюджет 28 905 руб.

Руководствуясь статьями 1–3, 17, 27–28, 101–103, 110, 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

решил:

иск удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мастер» в пользу Управления Судебного департамента в Камчатском крае 2 020 506, 18 руб. штрафа.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мастер» в доход федерального бюджета 28 905 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                                       О.Н. Бляхер