﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

18 октября 2021 года

Дело №

А56-17259/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Колесниковой С.Г., судей Каменева А.Л.,                    Тарасюка И.М.

при участии Репникова А.Б. (паспорт), от Богдановой О.В. – Репникова А.Б. (доверенность от 11.05.2021), от Виноградовой А.А. – Репникова А.Б. (доверенность от 11.05.2021),  от Виноградовой Н.Н. – Репникова А.Б. (доверенность от 12.05.2021), от Виноградовой Ф.А. – Репникова А.Б.  (доверенность от 12.05.2021), от Кравец Е.А. – Репникова А.Б. (доверенность от 11.05.2021), от Лобановой А.И. – Репникова А.Б. (доверенность от 12.05.2021), от Погодиной М.Ф. – Репникова А.Б.  (доверенность от 11.05.2021),                     от Романовой Л.Ф. – Репникова А.Б. (доверенность от 01.06.2021),                     от Новиковой С.Е. – Репникова А.Б. (доверенность от 09.06.2021),                      от Московского Р.С. – Репникова А.Б. (доверенность от 17.06.2021),                   от Чичулиной А.Н. – Репникова А.Б. (доверенность от 18.06.2021),                      от Лаптева С.В. – Репникова А.Б. (доверенность от 17.06.2021),                          от Бочаровой Л.Ф. – Репникова А.Б. (доверенность от 17.06.2021), от представителя единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Строительное управление»   Петрова И.Г.   – Рыжова А.Н. (решение от 26.07.2021), от общества с ограниченной ответственностью «СОВа» – Соловьева В.А. (доверенность от 25.08.2021),    

рассмотрев  11.10.2021 в открытом судебном заседании кассационные жалобы временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строительное управление» Глушко Ирины Алексеевны, Васильевой Валентины Геннадьевны, Богдановой Ольги Леонидовны, Виноградовой Анастасии Александровны, Виноградовой Натальи Николаевны, Виноградовой Фаины Александровны, Кравец Елены Александровны, Лобановой Анны Ивановны, Новиковой Светланы Евгеньевны, Погодиной Марии Федоровны, Репникова Александра Борисовича, Романовой Людмилы Федоровны на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.03.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.06.2021 по делу № А56-17259/2020/тр.25,

у с т а н о в и л:

Романова Людмила Федоровна 27.02.2020 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Строительное управление», адрес: 198323, Санкт-Петербург, Аннинское ш., тер. Горелово, д. 26А, лит. А, пом. 15/3, ОГРН 1127847354084, ИНН 7811525717 (далее – ООО «Строительное управление»), несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 12.03.2020 заявление принято к производству.

Определением суда от 25.09.2020 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена Глушко Ирина Алексеевна. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 03.10.2020 № 181.

От общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «СОВа», адрес: 191036, СанктПетербург, Гончарная ул., д. 16, лит. А, кв. 5, ОГРН 1197847103365,     ИНН 7842171225, 04.11.2020 в суд поступило заявление о включении в реестр требований кредиторов должника (далее – Реестр) требования в размере   30 390 746 руб., в том числе  22 130 000 руб. основного долга и 8 260 746 руб. процентов, признано обоснованным и включено в третью очередь Реестра.

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица привлечено общество с ограниченной ответственностью «ЕЗ Недвижимость».

Определением от 21.03.2021 заявление кредитора удовлетворено.

В кассационной жалобе, принятой к производству судом кассационной инстанции 22.07.2021, временный управляющий Глушко И.А., ссылаясь на неправильное применение судами двух инстанций норм права и несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение от 21.03.2021 и постановление от 24.06.2021,  принять по делу новый судебный акт – об отказе в удовлетворении требования ООО «СОВа». 

Как указывает Глушко И.А., суды не дали оценки ее доводам о корпоративном характере заявленного требования, аффилированности        ООО «Строительное управление» и ООО «Е3 Недвижимость», фактической аффилированности ООО «СОВа» с должником.

Вывод судов о том, что требование кредитора не подлежит субординированию, поскольку приобретено у независимого кредитора, противоречит правовой позиции, изложенной в пункте 7 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020).

По мнению подателя жалобы, в данном случае использование должником и третьими лицами механизма, предусмотренного пунктом 5 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), является злоупотреблением правом с целью контроля процедуры банкротства через фактически аффилированное лицо, уменьшения в интересах должника и аффилированных с ним лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов;  должником и ООО «СОВа» совершена мнимая сделка, посредством которой из контрагентов намеренно выведено юридически аффилированное с должником ООО «Е3 Недвижимость», руководителем которого также является Петров И.Г. – руководитель и участник должника.

Податель жалобы отмечает, что в дело представлены платежные поручения, подтверждающие оплату третьими лицами (ООО «Е3 Инвестмент» и ООО«Е3 Недвижимость») на сумму 585 455 руб., при этом сумма уступленных требований согласно акту сверки  29 772 888, 28 руб.

Кроме того, податель жалобы полагает, что апелляционный суд необоснованно оставил без внимания представленное кредитором  заключение специалиста № 27-1 о несоответствии  требованиям законодательства об оценочной деятельности отчета от 02.11.2020, подготовленного  оценщиком  ООО «НОВЫЕ ГОРИЗОНТЫ» Юрютиным Д.М. и представленного в дело   в качестве доказательства.

Решением от 02.08.2021 в отношении должника введено конкурсное производство, конкурсным управляющим назначена Стоянова Светлана Игоревна. Об отказе от кассационной жалобы конкурсным управляющим не заявлено.

В кассационной жалобе, принятой к производству 04.08.2021,  кредитор Васильева Валентина Геннадьевна просит отменить указанные определение  и постановление, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

По мнению подателя жалобы, судам следовало в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) отклонить требования ООО «СОВа», учитывая их значительность (в сумме 60 000 000 руб. по трем заявленным требованиям) и соответствие размеру всех включенных в процедуре наблюдения требований независимых кредиторов.

Кредитор также обращает внимание на то, что ряд требований, которые якобы были погашены ООО «Е3 Недвижимость», заявлены в данном деле о банкротстве самими инвесторами.

В кассационной жалобе, принятой к производству 27.08.2021,  кредиторы, Богданова Ольга Леонидовна, Виноградова Анастасия Александровна, Виноградова Наталья Николаевна, Виноградова Фаина Александровна, Кравец Елена Александровна, Лобанова Анна Ивановна, Новикова Светлана Евгеньевна, Погодина Мария Федоровна, Репников Александр Борисович, Романова Людмила Федоровна, просят отменить указанные определение  и постановление,  отказать в удовлетворении требований  ООО «СОВа».

Податели жалобы утверждают, что судами нарушен принцип состязательности процесса вследствие неизвещения в соответствии с нормами статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) кредиторов о  времени и месте судебного заседания по требованию ООО «СОВа».

Как полагают кредиторы, суды неверно определили обстоятельства, имеющие значение для дела, не оценили доводы, приведенные временным управляющим, не указали  мотивы, по которым эти доводы не были приняты; апелляционный суд также не учел доводы представителя кредитора Крамской Марины Николаевны и представителя независимых кредиторов Репникова А.Б. Суть означенных доводов сводилась к тому, что Петров И.Г.,  возможно с целью обмана граждан, зарегистрировал на свое имя три общества с одинаковым названием ООО «ЕЗ Инвестмент», одно из которых в последующем переименовано в ООО «Стройпроект», другое – в ООО «Строительное управление».

Кредиторы также отмечают следующее.

Суды, отклонив доводы о мнимости ничтожных сделок в отсутствие в материалах дела банковских выписок по расчетным счетам, не проверили  транзитный характер платежей, не исследовали, за счет каких источников приобретались права.

Суды не указали, какие конкретно права из инвестиционных договоров были уступлены (фамилии, имена и отчества контрагентов, даты заключения договоров и суммы).

Суды посчитали недоказанной временным управляющим общность экономических интересов кредитора, должника и третьих лиц, в то время, как временный управляющий привела обоснованные им сомнения и бремя их опровержения перешло на указанных в качестве аффилированных лиц.

Рыночная стоимость спорных уступленных прав не подтверждена, поскольку отчеты подготовлены Юрютиным Д.М. в нарушение Федеральных стандартов оценки. В частности, в задании отсутствуют характеристики объекта оценки, позволяющие его идентифицировать; в отчетах нет анализа влияния макроэкономических факторов, анализ рынка;  при расчете стоимости на дату оценки 02.11.2020 использованы данные о сделках, состоявшихся в декабре 2020 года.

Отклоняя доводы о нерыночном характере отношений по уступке прав и злоупотреблении правом, суд первой инстанции не дал оценки тому обстоятельству, что ООО «СОВа» активно скупало требования независимых кредиторов, предлагая 30, 50 и 100 % стоимости от номинала.

Кроме того, заключают кредиторы, требование, изначально принадлежавшее аффилированному кредитору, не валидируется с переходом к новому кредитору; вывод судов об обратном противоречит правовой позиции, изложенной в пункте 7 Обзора от 29.01.2020.

В судебном заседании 30.08.2021 судебное разбирательство было отложено на 11.10.2021 для одновременного рассмотрения указанных кассационных жалоб.

После отложения дело рассмотрено в тем же составом судей.

В отзыве на кассационные жалобы ООО «СОВа»  просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, считая их законными и обоснованными.

В судебном заседании кредитор Репников А.Б, действующий от себя лично и по доверенности от кредиторов  Богдановой О.В., Виноградовой А.А., Виноградовой Н.Н., Виноградовой Ф.А., Кравец Е.А.,  Лобановой А.И.,  Погодиной М.Ф.,  Романовой Л.Ф.,  Новиковой С.Е.,  Московского Р.С.,   Чичулиной А.Н.,  Лаптева С.В. и Бочаровой Л.Ф.,  поддержал доводы, приведенные в кассационных жалобах, а представители   единственного участника ООО «Строительное управление»   Петрова И.Г. и ООО «СОВа»    против удовлетворения жалобы возражали.

Остальные лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного заседания, представителей не направили, в связи с чем жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Довод кредиторов о неизвещении их о судебном разбирательстве отклоняется как противоречащий разъяснениям, данным в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее –  Постановление № 35), согласно которым о времени и месте судебных заседаний в рамках обособленного спора  извещаются непосредственные участники данного обособленного спора. 

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленного требования  ООО «СОВа» указало, что на основании договора уступки требований от 02.11.2020  № 1  с ООО «ЕЗ Недвижимость»  оно приобрело требования к ООО «Строительное управление» о  возврате суммы займа и уплате процентов за пользование займом в общем размере 30 390 746 руб., в том числе   22 130 000 руб. основного долга и 8 260 746 руб. – проценты за пользование займом за период до 23.09.2020, которые  возникли из договоров инвестиционного займа, заключенных между заимодавцами – физическими лицами и заемщиком ООО «Строительное управление».

Как указал заявитель, ООО «Строительное управление» возлагало исполнение своих обязательств по выплате процентов за пользование займом на ООО «ЕЗ Недвижимость», в результате чего к указанному  обществу перешли права кредиторов по обязательствам на основании пункта 5 статьи      313 ГК РФ. В последующем эти права были уступлены ООО «СОВа».

Суды посчитали требование обоснованным, ссылаясь на положения пункта 1 статьи 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 1 и 10, 170, 309, 310, пункта 5 статьи 313,  пункта 1 статьи 807, пункта 1 статьи 809, пункта 1 статьи 811 ГК РФ, разъяснения, данные в пункте 26 Постановления № 35).

Суд первой инстанции исходил из следующего.

Кредитором в материалы спора представлен договор уступки права требований от 02.11.2020 № 1 с ООО «Е3 Недвижимость», в котором указана цена уступаемых требований, с отчетами об оценке рыночной стоимости прав требования ООО «Е3 Недвижимость» к ООО «Строительное управление» о размере уступаемых прав, договоры инвестиционного займа, поименованные заявителем в качестве оснований возникновения задолженности, платежные документы, подтверждающие исполнение должником обязательств по договорам.

В соответствии с представленными договором цессии и отчетом о действительной стоимости уступленного права, ее размер сопоставим в уплаченной кредитором в пользу цедента суммы в качестве оплаты по договору уступки прав.

Контротчет или иная оценка стоимости уступленных прав в материалах спора не содержится, выводы оценщика участниками процесса не опровергнуты, доказательства необъективности проведенного анализа действительной стоимости прав требований суду не представлены.

Ходатайства о фальсификации документов в порядке статьи 161 АПК РФ, представленных в качестве подтверждения наличия задолженности, в том числе платежных документов, отчета об оценке, временным управляющим не заявлено.

Довод временного управляющего о безденежности основного обязательства и цессии опровергнут в результате представления доказательств исполнения обязательств кредитором в размере и в порядке, которые предусмотрены договором цессии.

Отклоняя доводы временного управляющего о фактической аффилированности заявителя с должником  и  участником сделки по переходу прав требования, суд первой инстанции указал, что временным управляющим не доказано наличие общих экономических интересов указанных лиц.

В данном случае, учел суд первой инстанции,  заявителем обязательства в рамках рассматриваемого обязательства с его участием исполнены в полном объеме, доказательства того, что сделки совершены на условиях, недоступных независимым участникам хозяйственного оборота, временным управляющим не представлены.   

Доводы относительно мнимости сделок по правилам положений статьи   170 ГК РФ также отклонены судом первой инстанции со ссылкой на наличие в материалах спора доказательств, свидетельствующих о поведении сторон, направленном на осуществление своих гражданских прав и обязанностей в соответствии с уставными целями, а также на наличие экономико-правового обоснования приобретения права требования у указанных лиц.

Не приняты судом первой инстанции и  доводы временного управляющего об отсутствии экономической целесообразности приобретения права требования в предбанкротный период. Как указал суд,  стоимость уступленного актива не соответствует номинальному значению кредиторской задолженности ООО «Строительное управление» перед цедентами в рамках рассматриваемых правоотношений, в связи с чем вероятность перекрытия действительной стоимости права, при условии выполнения всех предусмотренных в текущей процедуре банкротства мероприятий, объективно имеется.

По мнению суда первой инстанции, отсутствие в материалах спора документов, подтверждающих наличие согласия первоначальных займодавцев на перемену должника в обязательстве, не свидетельствует о нарушении порядка, установленного частью 2 статьи 391 ГК РФ, поскольку в данном случае не применим повышенный стандарт доказывания для аффилированных кредиторов, при том, что о наличии нарушения прав указанных лиц в установленном законом порядке не заявлено, переход прав в пользу ООО «Е3 Недвижимость» не признан.

Ссылка временного управляющего на совершение  ООО «СОВа», ООО «Е3 Недвижимость» иных сделок на условиях, недоступных обычным участникам гражданского оборота, отклонена судом как не имеющая правового значения и не свидетельствующая о фактической аффилированности сторон, а доводы временного управляющего признаны предположительными и преждевременными, не подтвержденными иными относимыми и допустимыми доказательствами.

Апелляционный суд  с выводами суда первой инстанции согласился, отклонив доводы временного управляющего и возражающих кредиторов.

Между тем, ссылаясь на положения статьи 71 Закона о банкротстве и разъяснения, данные в пункте 26 Постановления № 35, суды фактически не выполнили требования, предусмотренные нормами указанной статьи Закона о банкротстве.

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 Закона о банкротстве   проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 Постановления № 35).

Для включения требования в реестр требований кредиторов должника кредитор должен представить доказательства, ясно и убедительно подтверждающие наличие и размер задолженности перед ним и опровергающие возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга.

Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные, как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения. При наличии признаков заинтересованности между лицами, вступившими в спорные правоотношения, к последним применяется повышенный стандарт доказывания.

Аффилированный с должником кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

Такое распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера заявленного долга, возникшего из договора, и недопущения включения в реестр необоснованных требований, созданных формально для искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставления такой документации аффилированным лицом), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Таким образом, хотя аффилированность кредитора, предъявившего требование о включении в реестр, и должника не свидетельствует о намерении сторон искусственно создать задолженность, но при заявлении иными незаинтересованными лицами обоснованных возражений возлагает бремя опровержения таких возражений на аффилированного кредитора.

В данном случае при исследовании имеющихся в материалах дела доказательств по правилам статей 65, 71 АПК РФ судам следовало установить, имеются ли в материалах дела доказательства, подтверждающие реальность спорных отношений, в том числе наличия спорной задолженности перед инвесторами по инвестиционным договорам, ее гашения ООО «Е3 Недвижимость» в связи с переводом долга и переходом прав требования от последних к ООО «СОВа».

В своем заявлении ООО «СОВа» не указало, из каких сумм задолженности по конкретным договором исчислено заявленное требование, за какой период образовалась спорная задолженность перед конкретным инвестором.

В тексте судебных актов также не означена конкретная задолженность по указанным кредитором инвестиционным договорам и период ее образования.

Расчет задолженности не представлен.

При таких обстоятельствах вывод судов о наличии задолженности ООО «Строительное управление» перед инвесторами в заявленном размере не может быть признан соответствующим представленным в дело доказательствам.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (часть 1 статьи 170 ГК РФ).

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что если исполнение обязательства было возложено должником на третье лицо, то последствия такого исполнения в отношениях между третьим лицом и должником регулируются соглашением между ними.

Согласно пункту 5 статьи 313 ГК РФ при отсутствии такого соглашения к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора в соответствии со статьей 387 ГК РФ.

Так как ООО «СОВа» ссылалось на приобретение спорных прав требования  на основании договоров цессии, судам надлежало проверить не только реальность долга по инвестиционным договорам, но и реальность  возникновения суброгационных требований цедентов ООО «Е3 Недвижимость» к  ООО «Строительное управление» с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 5 Обзора от 29.01.2020, а также доводы о злоупотреблении правом участниками означенных отношений. При этом следовало  дать  оценку доводам временного управляющего  об аффилированности ООО «Е3 Недвижимость» и   ООО «Строительное управление», нахождении указанных лиц под контролем одного и того же бенефициара. Такой оценки суды не дали, ограничившись указанием на то, что ООО «ЕЗ Недвижимость» приобретало права требования к должнику не у должника, а у физических лиц - независимых кредиторов должника по договорам инвестиционного займа, не по договорам уступки, а в результате исполнения за должника его обязательств. 

Доводы о возможности  транзитного перечисления между аффилированными лицами денежных средств, полученных от инвесторов, судами не исследовались. 

Доказательства, подтверждающие наличие у   ООО «ЕЗ Недвижимость» собственных денежных средств для выплаты инвесторам в заявленном порядке, не приведены. 

Доказательства отражения гашения задолженности и перехода соответствующих прав в бухгалтерской отчетности должника и  ООО «ЕЗ Недвижимость» судами не указаны, наличие таковых в материалах дела не усматривается.

Не получили надлежащей правой оценки и доводы временного управляющего о корпоративной природе заявленного требования. Суды исходили лишь из того, что первоначальные сделки, права требования к должнику из которых уступлены, заключены не между ООО «СОВа» и ООО «ЕЗ Недвижимость», а между ООО «Строительное управление» и независимыми кредиторами - физическими лицами.

Выводы судов противоречат правовой позиции, приведенной в пункте 7 Обзора, согласно которой действия, направленные на необоснованное повышение очередности удовлетворения требования, эту очередность не изменяют. Вопреки мнению судов, очередность требования подлежала определению применительно к суброгационным требованиям                         ООО «Е3 Недвижимость» к  ООО «Строительное управление».   

Не учтено судами и то, что  переход права требования, основанного на ничтожной сделке, не исключает негативных последствий таковой. В случае установления злоупотребления правом в действиях ООО «Е3 Недвижимость» и ООО «Строительное управление»,  создания мнимой искусственной задолженности последнего негативные последствия такого злоупотребления не могут быть исключены последующей уступкой мнимого требования.

Кроме того, не могут быть признаны соответствующими обстоятельствам дела и выводы судов об отсутствии оснований для признания  ООО «СОВа»  «дружественным» и фактически аффилированным по отношению к  должнику и аффилированным с ним лицам.

Кредитор Крамская М.Н. в направленном в суд 01.03.2021 в электронном виде ходатайстве обращала внимание суда первой инстанции на то, что согласно сведениям из Единого государственного  реестра юридических лиц ООО «СОВа» создано 26.04.2019, в его штате числятся два сотрудника, совокупный размер активов в соответствии с бухгалтерским балансом на 2019 год составляет 1 000 руб. Крамская М.Н. высказала сомнения о наличии у кредитора возможности приобрести права требования к должнику в общей сумме порядка 60 000 000 руб. (требования № 23,24, 25).

Апелляционный суд  признал не соответствующим представленным в дело документам довод кредитора о неосуществлении ООО «СОВа» экономической деятельности, указав, что  в материалы дела представлены платежные поручения, в соответствии с которыми ООО «СОВа» уплачен в полном объеме аванс по договору уступки требований с ООО «ЕЗ Недвижимость», а данные бухгалтерской отчетности ООО «СОВа» свидетельствуют о ведении кредитором активной экономической деятельности. Однако конкретные доказательства, на которых основаны такие выводы в судебном акте не приведены. Вывод сделан без проверки движения по банковским счетам кредитора и выяснения источников денежных средств, за счет которых могли быть исполнены обязательства по оплате спорных прав требования.

Не проверены судами и доводы о совершении ООО «СОВа» действий, направленных на приобретение контроля процедуры банкротства должника и возможности такого контроля с учетом соотношения количества приобретаемых голосов с размером голосов иных кредиторов, заявивших требования к должнику в процедуре наблюдения.

Суд первой инстанции отклонил доводы о приобретении ООО «СОВа» спорных прав требования на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, ссылаясь на  наличие в деле отчета  об оценочной стоимости  уступаемых прав. 

При этом суд не проверил соответствие упомянутого отчета требованиям Федеральных стандартов оценки, а суд апелляционной инстанции указанное нарушение не устранил, оставив без внимание доводы независимых кредиторов, в том числе  об использовании оценщиком сведений о сделках, совершенных позже даты составления отчетов.

В нарушение положений части 4 статьи 170 АПК РФ в мотивировочной части обжалуемых актов суды не указали конкретные доказательства, на которых основаны их выводы об обстоятельствах дела, не дали оценку каждому доводу и доказательству.

В результате неправильного применения норм материального и процессуального права суды не установили обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, в связи с чем обжалуемые судебные акты в силу части 1 статьи 288 АПК РФ подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду надлежит исследовать изложенные обстоятельства, в зависимости от установленного разрешить спор.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.03.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.06.2021 по делу № А56-17259/2020/тр.25 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

Председательствующий

С.Г. Колесникова

Судьи

 

А.Л. Каменев

И.М. Тарасюк