АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

Красная ул, д.  8,  Кемерово, 650000

www.kemerovo.arbitr.ru,E-mail: info @ kemerovo.arbitr.ru

тел./факс (384-2) 58-37-05

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А27-10313/2020

город Кемерово

21 декабря 2020 года

Резолютивная часть решения оглашена 16 декабря 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 21 декабря 2020 года.

Арбитражный суд Кемеровской области в составе: судьи Переваловой О.И., при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, посредством проведения онлайн заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "СтройКонтроль", г. Омск, ОГРН: 

<

***>

к некоммерческой организации "Фонд капитального ремонта многоквартирных домов Кузбасса", г. Кемерово, ОГРН: 

<

***>

о признании уведомлений недействительными,  о расторжении договоров №04-20/19.СК.20  и №04-20/25.СК.20   от 28.02.2020, о взыскании 33038,38 руб. понесенных расходов и 48816,64 руб. упущенной выгоды по договору №04-20/19.СК.20  от 28.02.2020; 18143,52 руб.,   понесенных расходов, 26808,37 руб.  упущенной выгоды  по договору №04-20/25.СК.20 (с учетом ходатайства принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации)

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью "Кузнецклифт", г. Новокузнецк, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>

при участии: от истца – ФИО2, представитель, доверенность от 09.01.2020 (представлена копия в электронном виде), паспорт, диплом (участие посредством онлайн);

от ответчика и  третьего лица – не явились.

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью "СтройКонтроль" обратилось в  Арбитражный суд Кемеровской области с иском к некоммерческой организации "Фонд капитального ремонта многоквартирных домов Кузбасса" о признании уведомлений  №4118 и 4119 от 06.05.2020 недействительными,  о расторжении договоров №04-20/19.СК.20  и №04-20/25.СК.20   от 28.02.2020, о взыскании 33038,38 руб. понесенных расходов и 48816,64 руб. упущенной выгоды по договору №04-20/19.СК.20  от 28.02.2020; 18143,52 руб. понесенных расходов, 26808,37 руб.  упущенной выгоды  по договору №04-20/25.СК.20 (с учетом  последней редакции просительной части иска  принятой судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

           В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью "Кузнецклифт".

Иск мотивирован  неправомерным отказом ответчика в одностороннем порядке от исполнения договоров №04-20/19.СК.20  и №04-20/25.СК.20   от 28.02.2020, в связи с отсутствием на то правовых оснований,  что послужило основанием требования о взыскании реального ущерба и упущенной выгоды; кроме того, сторона просит расторгнуть   договоры   №04-20/19.СК.20  и №04-20/25.СК.20   от 28.02.2020, в связи с тем, что ответчик необоснованно препятствовал исполнению  обязательств истцом, принятых по договорам.

 В настоящем судебном заседании иск поддержан в полном объеме, дополнительных доказательств и обоснований своей позиции не представлено.

Ответчик и третье лицо, явку представителей не обеспечили.

Согласно отзыву ответчика, поддержанному ранее в судебном заседании,  истцом не обеспечено надлежащее оказание услуг,  выраженное отсутствием работника  исполнителя на объектах в целях осуществления  функции  строительного надзора по замене  лифтового оборудования; а прибывший для  обеспечения  приемки выполненных работ работник не имел соответствующей  квалификации (допуска),  принимая во внимание   специфику работ, в отношении которых осуществляется контроль, что подтверждено консультациями специалиста, данным суду в рамках рассмотрения настоящего дела.

Как следует из пояснений третьего лица, данных в ходе  одного из судебных заседаний,  прибывший к месту производства работ представитель  исполнителя строительного надзора не мог быть допущен  для принятия работ, поскольку не  представил доказательства профессиональной квалификации  предоставляющей, в том числе, возможность  посещения шахты лифта или машинного отделения.

Заслушав позиции сторон и третьего лица, а также оценив консультации специалиста, данные в ходе судебного разбирательства, арбитражный суд не находит оснований для удовлетворения иска, исходя из следующего.

 Судом установлено, что  по результатам электронного аукциона между истцом (исполнитель) и ответчиком (заказчик)  заключён договор №04-20/19.СК.20 от 28.02.2020 на оказание услуг по осуществлению строительного контроля за выполнением  работ по капитальному ремонту  общего имущества многоквартирных домов на территории Кемеровской области, согласно которому  истец в соответствии с техническим заданием принял на себя обязательство  собственными силами оказать услуги по осуществлению строительного  контроля за выполнением  работ по замене лифтового оборудования  многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: 

<

...>, стоимостью услуг 81855,02руб. 

Кроме того, 28.02.2020 между истцом (исполнитель) и ответчиком (заказчик)  заключён договор №04-20/25.СК.20 на оказание услуг по осуществлению строительного контроля за выполнением  работ по капитальному ремонту  общего имущества многоквартирных домов на территории Кемеровской области, согласно которому  истец в соответствии с техническим заданием принял на себя обязательство  собственными силами оказать услуги по осуществлению строительного  контроля за выполнением  работ по замене лифтового оборудования  многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: 

<

...>, стоимостью услуг 44951,89руб.  

06.05.2020 заказчик направил в адрес исполнителя уведомления   №4118 и №4119  о расторжении с 03.06.2020  соответственно  договоров №04-20/19.СК.20  и №04-20/25.СК.20   от 28.02.2020.

 Предметом настоящего иска является требование о признании недействительными вышеуказанных односторонних  отказов  исполнения договоров №04-20/19.СК.20  и №04-20/25.СК.20 от 28.02.2020, поскольку  отсутствовали правовые основания для расторжения, в том числе, предусмотренные договорами.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 450.1 ГК РФ предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

 Пунктом 8.6 каждого из договоров предусмотрены идентичные основания  одностороннего отказа заказчика от расторжения договора, к которым отнесено в том числе,  систематическое (2 раза и более) нарушение подрядной организацией сроков оказания  услуг и (или) выполнения работ;  неоднократное (2 раза и более в течение одного календарного месяца) несоблюдение  (отступление от требований, предусмотренных договором о проведении капитального ремонта, проектной документации, стандартами, нормами и правилами, а также  иными действующими нормативными правовыми актами) подрядной организацией  требования к качеству услуг и (или) работ и и(или) технологии проведения работ.

 Указанные положения договора заявлены заказчиком в уведомлениях об одностороннем отказе от исполнения договоров в качестве оснований, влекущих односторонний отказ, при этом из содержания уведомлений  об одностороннем отказе  от договоров, также следует,  что работы по замене лифтового оборудования на момент одностороннего отказа не приняты, в связи с  направлением для приемки представителя ООО «Стройконтроль»,  не обладающего документами, которые подтверждали бы его квалификацию  для принятия работ по замене лифтового оборудования.

В соответствии с п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении" (далее - постановление Пленума N 54) при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от его исполнения она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны. Нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства или одностороннего отказа от его исполнения (п. 2 ст. 10, п. 2 ст. 168 ГК РФ).

С учетом вышеизложенного положения в рамках настоящего дела подлежит установлению  правомерность действий заказчика на односторонний отказ от исполнения договора и права  исполнителя требовать  ко взысканию цены расторгнутых договоров в качестве убытков.

Из материалов дела следует, что исполнителем в адрес заказчика 18.03.2020 направлено уведомление  №153/СК о том, что  ООО «Кузнецклифт» не допускает ООО «Стройконтроль»  к исполнению обязательства  по договору на объекте.

03.04.2020 в адрес заказчика направлено  письмо №203/СК о не устранении подрядной организации выявленных нарушений.

07.04.2020 ООО «Стройконтроль» направило в адрес Фонда  письмо №204/СК из которого следует, что требования  к квалификации инженера по строительному контролю являются завышенными.

Так, во исполнение пункта 3.3.2 каждого из договоров исполнителем  инженерно-технические работники, ответственные за ведение строительного контроля, о чем уведомил заказчика письмом исх. №107/СК от 04.03.2020, согласно которому  ФИО3, прибывший в целях участия в приемке выполненного результата работы,  назначен ответственным за проведение  входного контроля используемых материалов,  операционного контроля и контроля  объемов выполненных подрядчиком работ, участия в совещаниях по вопросам капитального ремонта.

 Одной из обязанностью, предусмотренной  для исполнения ООО «Стройконтроль»  пунктом 3.3.3 каждого из договоров, является  производство записей в журналах работ подрядчика с указанием отклонений, допущенных от проектно-сметной документации, положений стандартов, сводов правил, нарушения технологии производства ремонтных работ, несоответствия параметров материалов, конструкций и изделий, применяемых при производстве работ, обеспечения контроля  исправления подрядной организацией  допущенных  и произведении записи об их устранении в общем журнале; несоответствий 

Кроме того, пунктом 3.3.9  договоров на исполнителя возложена обязанность  производить приемку выполненных работ по капитальному ремонту в составе комиссии заказчика (в том числе подписывать  соответствующие акты приемки выполненных работ, предусмотренные договором подряда  по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирных домах).

Арбитражный суд особо отмечает, что на исполнителя возложена обязанность производить  фото и (или)  видеофиксацию этапов выполнения работ по капитальному ремонту на подконтрольном объекте, с последующим представлением  фото-и (или)  видеоматериала заказчику  на электронном носителе по завершению работ (пункт 3.3.13 договоров).

Обращение суда особого внимания на положения настоящего пункта договоров обусловлено тем обстоятельством, что  надлежащее исполнение ООО «Стройконтроль» принятых на себя обязательств по каждому из договоров,  в том числе, могло быть подтверждено фото-и или видеоматериами, которые, в свою очередь, поименованы в качестве неотъемлемой части документов, прилагаемых к  паспорту объекта (пункт  41 приложения к договору «Перечень документов к паспорту объекта»), подготовка которого по окончании работ в силу пункта 6.2 2 технического задания  также возложена на исполнителя.

Кроме того, пунктом 6.20 технического задания предусмотрено, что исполнитель  еженедельно  предоставляет заказчику письменный отчет  о ходе выполнения работ на контролируемом объекте.

Таким образом, анализируя условия заключённого сторонами договора,  принимая во внимание принцип разумности и добросовестности поведения каждой из сторон, доказательством надлежащего исполнения  ООО «Стройконтроль» принятых на себя обязательств по договору  могут служить еженедельные отчеты исполнителя и фото и или видеоматериалы, производимые на подконтрольных объектах.

 Наличие видеофиксации,  в том числе, могло  подтвердить  обстоятельства, причин недопуска на объекты,  по результатам которого последовало обращение от 18.03.2020.

Вместе с тем, кроме обращения в адрес  заказчика о недопуске на объект 18.03.2020,  а также о не устранении ООО «Кузнецклифт»  выявленных нарушений от 03.04.2020, следует отметить, что обращение от 18.03.2020 не содержит сведений о   том, какое из ответственных лиц, указанных в приказе от 04.03.2020  №12/СК, не было допущено подрядчиком и для выполнения каких  контрольных мероприятий, поскольку  каждый из ответственных лиц имеет  определенный круг полномочий.

В свою очередь, 27.03.2020 составлен коллегиальный акт с участием представителей ООО «Кузнецклифт», управляющей компании МКД,  Фонд и ООО «Стройконтроль», согласно которому  лифтовое оборудование  не может быть принято до предъявления представителем  ООО «Стройконтроль»  документа допускающего на объект (отсутствует удостоверение по эл. безопасности и   свидетельство  об аттестации  допуска к лифтовому оборудованию).

30.03.2020 письмом №2757 Фонд обратился к исполнителю  обеспечить для приемки выполненных работ по замене лифтового оборудования на объекте 

<

...> дом, 20, которая не состоялась 27.03.2020, в связи с тем, что прибывший  инженер-резидент ФИО3 не обладал  необходимыми документами допуска в машинное отделение, которое требуется в силу Приказа Министерства труда и социальной защиты от 17.01.2014 №18н.

Следует отметить, что прибывший 27.03.2020 на объект инженер-резидент ФИО3 не обладал полномочиями на подписание акта в силу приказа №12/СК рои 04.03.2020.

 Поскольку, в целях правильного разрешения спора, у суда возникла необходимость получения  консультации по вопросу обязательного наличия у работников, осуществляющих контроль за работами по капитальному ремонту общего имущества многоквартирных домов, какой-либо специальной квалификации или допуска, выдаваемого уполномоченными органами, судом  по ходатайству  ответчика в качестве специалиста  вызван государственный инспектор Сибирского управления  Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору ФИО4.

Из данных в ходе судебного разбирательства  специалистом ФИО4 консультаций следует, что  квалификация персонала, выполняющего работы по монтажу, демонтажу, обслуживанию, включая аварийно-техническое обслуживание лифта и обслуживание систем диспетчерского (операторского) контроля, ремонту, техническому освидетельствованию и обследованию лифта, должна соответствовать положениям профессиональных стандартов, устанавливающих квалификационные характеристики для выполнения соответствующих видов работ.

 Поскольку в перечень услуг по осуществлению строительного контроля входили мероприятия обеспечивающие участие  исполнителя в приемке работ по замене лифтового оборудования то, соответствующее лицо могло быть допущено, например, в машинное отделение только  персонал, имеющий 2 группу допуска по электробезопасности, на что указано в  Приказе Министерства труда и социальной защиты РФ от 17.01.2014 №18н, которым утвержден  профессиональный стандарт «Специалист по эксплуатации лифтового оборудования».

Согласно статье 195.3 Трудового кодекса Российской Федерации, если указанным Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации установлены требования к квалификации, необходимой работнику для выполнения определенной трудовой функции, профессиональные стандарты в части указанных требований обязательны для применения работодателями.

Соответствующее требование содержится в Правилах организации безопасного использования и содержания лифтов, подъемных платформ для инвалидов, пассажирских конвейеров (движущихся пешеходных дорожек) и эскалаторов, за исключением эскалаторов в метрополитенах, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.06.2017 N 743 (далее - Правила).

Определением квалифицированного персонала, содержащимся в Правилах, установлена обязательность как соответствия квалификации персонала владельца лифта и (или) специализированной организации, участвующего в процессах монтажа, демонтажа, эксплуатации, в том числе обслуживания и ремонта лифтов, положениям соответствующих профессиональных стандартов, так и подтверждения квалификации указанного персонала в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 03.07.2016 N 238-ФЗ "О независимой оценке квалификации".

Подтверждение квалификации в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 03.07.2016 N 238-ФЗ, обязательно всеми работниками, участвующими в процессах монтажа, демонтажа, эксплуатации, в том числе обслуживания и ремонта лифтов, для которых разработаны и утверждены профессиональные стандарты.

В рассматриваемом правоотношении контролю подлежали работы по замене лифтового оборудования, в связи с чем, как справедливо отмечено специалистом,  лицо, осуществляющее  соответствующие  услуги должно обеспечить соблюдение  требований безопасности, в том числе, предъявляемые  техническим регламентом Таможенного союза «Безопасность лифтов», где в пункте 1 приложения №1  отмечено, что для обеспечения  безопасности лифта должны выполняться следующие общие требования:  недоступность для пользователей и посторонних лиц оборудования  лифта, устанавливаемого в  шкафе для размещения оборудования, машинном помещении, блочном помещении, шахте лифта, за исключением оборудования, расположенного в кабине лифтов.

Суд отклоняет ссылку истца на  пункт 3.3.1  каждого из договор, указывая при этом, что  оказываемые  исполнителем услуги, с учетом  предмета строительного контроля, по убеждению суда должны соответствовать не только  требованиям  Постановления Правительства №468 от 21.06.2010, но иным специальным требованиям,  в частности, техническому  регламенту Таможенного союза «Безопасность лифтов».

С учетом предоставленных специалистом консультаций, арбитражный суд поддерживает  доводы ответчика о том, что прибывший 27.03.2020 инженер-резидент ФИО5 не смог бы осуществить строительный контроль, обеспечивающий надлежащую приемку  работ по замене лифтового оборудования, поскольку указанный  работник не мог быть допущен в машинное отделение в целях   проведения приемки выполненных работ.

 Следует отметить, что согласно приказу №12/СК от 04.03.2020 ООО «Стройконтроль»  инженер-резидент ФИО5  не имеет право подписи исполнительной документации и актов приемки выполненных работ , при этом материалы дела не содержат доказательств того, что иной персонал, поименованный в настоящем приказе осуществлял мероприятия по строительному  контролю спорных работ.

Кроме того, арбитражный суд поддерживает возражения ответчика, связанные с отсутствием доказательств фактического оказания ООО «Стройконтроль» услуг,  в рамках  заключённых договоров.

В подтверждение фактического оказания услуг, выполнения работ в рамках оспариваемых договоров  истец представляет  срочный трудовой договор от 26.02.2020 между истцом (работодатель) и  ФИО3 (работник)  со сроком действия с 26.02.2020 по 31.03.2020, с должностным окладом 18000руб. в месяц; два акта от  19.03.2020, составленные инженером ФИО3, из которых следует, что в доступе на объект отказано и выполнен объем работ 50% и 70% соответственно по адресам 

<

...> и 

<

...>.

 Оценив представленные доказательств в отдельности и в их совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд приходит к выводу, что представленные доказательства не могут свидетельствовать о  надлежащем исполнении ООО «Стройконтроль»  принятых на себя обязательств перед Фондом.

Как указывалось ранее материалы дела не содержат еженедельных отчетов, а также не представлена фото и (или) видеофиксаци,  которые могли бы подтвердить фактическое оказание услуг.

В свою очередь, акты от 19.03.2020, подписанные работником истца, выполняющим свои обязанности по срочному трудовому договору, заключённому с истом, констатируют лишь факт его недопуска на объект 18.03.2020,  который документально не подтвержден иными доказательствами по делу. Кроме того,  указание  в актах на выполнение  работ в  объеме 50% и 70% также  не находят своего документального подтверждения, при этом из содержания актов не представляется возможным определить какие  услуги, имеющие для  Фонда (заказчика по договорам№04-20/19.СК.20  и №04-20/25.СК.20   от 28.02.2020)  потребительскую ценность фактически оказаны работником истца.

Вместе с тем, в материалы дела представлены  общие журналы производства работ по каждому объекту,  отсутствуют сведения об осуществлении  персоналом исполнителя  каких- либо действий, при этом сам факт   прибытия  работника истца ФИО3   на один из объектов не позволило обеспечить его  приемку, в связи с чем,  расходы  понесенные обществом на оплату своего работника не  могут быть отнесены на ответчика по делу.

Иных доказательств в подтверждение  фактического  оказания исполнителем соответствующих работ и услуг не представлено.

При таких обстоятельствах,  ответчиком документально подтверждены основания одностороннего  отказа, в связи с чем,  арбитражный суд признает уведомления  №4118 и 4119 от 06.05.2020 об одностороннем отказе  заказчика от исполнения  договоров №04-20/19.СК.20  и №04-20/25.СК.20   от 28.02.2020 соответственно.

В данном правоотношении решения УФАС об отказе  включения  настоящего исполнителя в реестр недобросовестных поставщиков не изменяет оценки суда, связанной  обоснованностью одностороннего отказа от исполнения договоров, с учетом установленных по делу обстоятельств.

 Применительно к спорному правоотношению, именно исполнитель (истец) является профессиональным субъектом оказания услуг по строительному контролю, в связи с чем не мог не знать о необходимости соблюдения техническому  регламенту Таможенного союза «Безопасность лифтов» и требований, которые предъявляются к работкам, которые фактически будут  осуществлять мероприятия по строительному контролю.

Арбитражный суд также отмечает, что само по себе обстоятельство возврата заказчиком обеспечения, также не свидетельствует о незаконности отказа от исполнения договоров.

  Поскольку односторонний отказ заказчика  от исполнения договоров №04-20/19.СК.20  и №04-20/25.СК.20   от 28.02.2020   признан судом правомерным, то договор считается расторгнутым с 03.06.2020, в связи с чем, исключена возможность его расторжения в судебном порядке, в связи с чем, соответствующие требования истца о расторжении договоров №04-20/19.СК.20  и №04-20/25.СК.20   от 28.02.2020 не подлежат удовлетворению.

 Рассматривая требование о взыскании с ответчика о взыскании 33038,38 руб. понесенных расходов и 48816,64 руб. упущенной выгоды по договору №04-20/19.СК.20  от 28.02.2020; 18143,52 руб.,   понесенных расходов, 26808,37 руб.  упущенной выгоды  по договору №04-20/25.СК.20, арбитражный суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.

Положения пункта 4 статьи 453 ГК РФ не исключают возможности истребовать в качестве неосновательного обогащения полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала, о чем прямо указано в абзаце 2 указанного пункта, а именно: в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

 Поскольку в спорном правоотношении односторонний отказ заказчика от договоров признаны обоснованным, то у исполнителя отсутствует право требовать убытков по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

 В данном  случае, истцу следует представить доказательства предоставления в пользу заказчика услуг, имеющих для последнего потребительскую ценность  не оплаченных заказчиком, т.е. установлению подлежит эквивалентность встречного предоставления  до момента расторжения.

 Как указывалось ранее, материалы дела не содержат доказательств фактического оказания  исполнителем услуг в рамках заключённых договоров. 

В подтверждение  несения  исполнителем расходов, связанных с выполнением работ по договорам №04-20/19.СК.20  и №04-20/25.СК.20 от 28.02.2020, истцом  представлены платёжные поручения  №164 от 20.03.2020 на сумму 10000руб., №181 от 03.04.2020 на сумму 24017 руб., сведения о начислении НДФЛ  по ФИО3 за март в размере 5083руб., которые свидетельствуют  об исполнении истцом как работодателем своих обязательств перед работником в сумме 34000руб. и в качестве налогового агента в размере 5083руб.( несмотря на непредставление платежных документов об уплате НДФЛ), что в общей сумме составляет 29083руб., вместе с тем, истец  предъявляет к возмещению 51182,32 руб.

Однако  представленные платёжные документы не являются надлежащими, относимыми и допустимыми доказательствами, подтверждающими оказание ООО «Стройконтроль»  надлежащих услуг в рамках   договоров  №04-20/19.СК.20  и №04-20/25.СК.20   от 28.02.2020, имеющих непосредственно для заказчика какую либо ценность.

В данном случае, истец ошибочно полагает, что вправе претендовать  на возмещение ему  согласованной цены, расторгнутых в одностороннем порядке договоров, в связи с неисполнением исполнителем  принятых на себя обязательств, при отсутствии доказательств, свидетельствующих о том, что препятствия к исполнению договоров чинились непосредственно заказчиком.

При таких обстоятельствах  оснований для удовлетворения  имущественных требований истца, судом не  установлено.

В соответствии ос статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации понесенные истцом расходы от уплаты государственной пошлины по иску подлежат отнесении на истца, при этом недостающая в бюджет государственная пошлина взыскивается с истца в доход бюджета.

 Так, истцом заявлено четыре нематериальных требования  о признании недействительным двух односторонних отказов от исполнения договора и расторжении двух договоров,    размер государственной пошлины за рассмотрение которых составляет по 6000руб. каждое, кроме того, истцом заявлено материальное требование о взыскании в общей сумме 126806,91руб., государственная пошлина за рассмотрение которого составляет 4804руб., итого 28804руб. 

 Вместе с тем, истцом оплачено  по 7000руб. государственной пошлины по платежным поручениям №225 от 13.05.2020 и №243 от 25.05.202, а также 12000руб. по платежному поручению №249, всего 26000 руб., в связи с чем,  с истца в доход бюджета подлежит взысканию 2804 руб. за рассмотрение иска.

 В свою очередь, оплаченная истцом государственная пошлина в размере 3000руб. по платежному поручению №244 от 25.09.2020 относится на истца в связи с отказом в принятии обеспечительных мер.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Отказать в удовлетворении иска.

 Судебные издержки, связанные с рассмотрением иска отнести на истца.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "СтройКонтроль" в доход федерального бюджета 2804руб. государственной пошлины за рассмотрение иска.

Решение может быть обжаловано в арбитражный  суд апелляционной инстанции в течение одного месяца с момента его принятия.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья                                                                                                      О.И. Перевалова