﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-7912/2021(1)-АК

Дело № А60-72820/2017-Б6

02 августа 2021 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июля 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 02 августа 2021 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Плаховой Т.Ю.,  

судей                                 Мартемьянова В.И., Мухаметдиновой Г.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шмидт К.А.,

при участии:

от конкурсного управляющего Шафранова А.П. - Белоплотов А.О., паспорт, доверенность от 02.06.2021;

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего Шафранова Андрея Павловича

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 07 мая 2021 года 

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки между ООО «Управляющая компания БЭМЗ – приводное оборудование и технологии» и ОАО «Электростальский завод тяжелого машиностроения»; о признании требования ОАО «Электростальский завод тяжелого машиностроения» в сумме 527 886,16 руб. подлежащим удовлетворению за счёт оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов ООО «Баранчинский электромеханический завод имени Калинина»,

вынесенное в рамках дела № А60-72820/2017	

о признании ООО «Баранчинский электромеханический завод имени Калинина» несостоятельным (банкротом),

третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора: ООО «Управляющая компания БЭМЗ - Приводное оборудование и технологии», арбитражный управляющий Шеваренков Леонид Михайлович.

установил:

28.12.2017 в арбитражный суд Свердловской области поступило заявление закрытого акционерного общества «Завод Припоев» и общества с ограниченной ответственностью ТК «Урал-Металл»  о признании общества с ограниченной ответственностью «Баранчинский электромеханический завод имени Калинина» (далее – ООО «БЭМЗ», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 25.01.2018 (после устранения недостатков) заявление принято к производству суда, возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Определением  суда от 12.03.2018 (резолютивная часть от 02.03.2018) заявление закрытого акционерного общества «Завод Припоев» и общества с ограниченной ответственностью ТК «Урал-Металл» признано обоснованным; в отношении «Баранчинский электромеханический завод имени Калинина» введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утвержден Шеваренков Леонид Михайлович, член союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс». 

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсант» №45 от 17.03.2018.

Определением суда от 13.08.2018 (резолютивная часть от 06.08.2018 ) в отношении должника введена процедура внешнего управления сроком на 18 месяцев. Внешним управляющим должника утверждён Шеваренков Леонид Михайлович.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсант» №148 от 18.08.2018.

Определением суда от 04.02.2019 Шеваренков Леонид освобождён от исполнения обязанностей внешнего управляющего ООО «БЭМЗ». Внешним управляющий должника утверждена Фогилева Флюра Сагмановна, член союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс».

Определением суда от 22.05.2019 Фогилева Флюра Сагмановна освобождена от исполнения обязанностей внешнего управляющего должника ООО «БЭМЗ».

Определением от 17.06.2019 внешним управляющим должника утверждён Ремизов Юрий Викторович, член ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал».

Определением от 13.02.2020 Ремезов Ю.В. освобождён от исполнения обязанностей внешнего управляющего ООО «БЭМЗ», таковым утверждён Шафранов Андрей Павлович, член Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

16.10.2020 в арбитражный суд поступило заявление ОАО «Электростальский завод тяжелого машиностроения» о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника задолженности в сумме 527 886,16 руб.

25.11.2020 конкурсный управляющий должника Шафранов А.П. обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора уступки права требования №27 от 26.07.2017, заключенного между должником и ОАО «Электростальский завод тяжелого машиностроения» (далее - ОАО «ЭЗТМ»), применительно положений ст. 61.2 Закона о банкротстве, ч.2 ст. 170 ГК РФ. 

В судебном заседании (16.12.2020) суд пришёл к выводу о совместном рассмотрении настоящего заявления и заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки – договор уступки от 26.07.2017 №27 между ООО «Управляющая компания БЭМЗ – приводное оборудование и технологии»  и ОАО «ЭЗТМ», в связи с чем, определением от 23.12.2020 рассмотрение заявления отложено.

Конкурсным управляющим по требованиям ОАО «ЭЗТМ» заявлено о пропуске срока исковой давности.

ОАО «ЭЗТМ» заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для подачи заявления о признании сделки недействительной. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.05.2021 (резолютивная часть от 19.04.2021) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника Шафранова А.П. об оспаривании сделки между ООО «Управляющая компания БЭМЗ – приводное оборудование и технологии» и ОАО «Эльктростальский завод тяжелого машиностроения» отказано. 	С ООО «Баранчинский электромеханический завод имени Калинина» взысканы расходы по оплате государственной пошлины в доход федерального бюджета Российской Федерации в размере 6000 руб. Требования ОАО «ЭЗТМ»  в сумме 527 886,16 руб. признаны подлежащими удовлетворению за счёт оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов, имущества ООО «Баранчинский электромеханический завод имени Калинина».

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий Шафранов А.П. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, принять новый об удовлетворении требований о признании недействительным договора уступки права требования от 26.07.2017 №27.

В жалобе заявитель указывает на ошибочность вывода суда о пропуске трехгодичного срока исковой давности конкурсным управляющим, указавшего на начало течения срока с момента, когда временный управляющий (впоследствии внешний управляющий) ООО «БЭМЗ» Шеваренков Л.В. должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки (не позднее 27.11.2018, с момента получения внешним управляющим Л. В. Шеваренковым письма № 01-36/199 от 15.11.2018), поскольку помимо специальных оснований конкурсным управляющим были заявлены и общие основания. Оспариваемая сделка содержит целую совокупность, как общегражданских, так и специальных оснований для признания ее недействительной. Указывает на ряд пороков сделки применительно к положениям ст. 10 ГК РФ.  Также полагает не пропущенным и годичный срок исковой давности, судом не мотивирован вывод о том, что Шеваренков Л.В. должен был узнать не позднее 27.11.2018 о наличии оснований для оспаривания договора цессии. Действующий конкурсный управляющий не был осведомлен о совершении данной сделки ввиду передачи прежним внешним управляющим Ремизовым Ю.В. малой части документации должника и узнал о заключении оспариваемой сделки только после обращения общества «ЭЗТМ» в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов общества «БЭМЗ», то есть 25.10.2020.

Ответчик ОАО «ЭЗТМ» в отзыве возражает против доводов апелляционной жалобы, считает судебный акт законным и обоснованным.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, просит отменить определение суда первой инстанции, принять по делу новый судебный акт, апелляционную жалобу удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст.266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между ООО «БЭМЗ» (поставщик) и ОАО «ЭЗТМ» (покупатель) заключён договор поставки №85/94 от 27.07.2017 на общую сумму 975 760 руб. (2 электродвигателя по цене 487 880,00 за единицу) со сроком поставки 90 рабочих дней с момента поступления авансового платежа на расчетный счет поставщика (не позднее 19.01.2018).

Продукция (электродвигатель), предварительно оплаченная в размере 487 880 руб., должником кредитору не поставлена, оплата в размере 487 880 руб. должником кредитору не возвращена.

Согласно акту сверки взаимных расчётов за период с 01.01.2017 по 31.12.2017 между ООО «Баранчинский электромеханический завод имени Калинина» и ОАО «Электростальский завод тяжёлого машиностроения», задолженность ООО «БЭМЗ» перед ОАО «ЭЗТМ» по состоянию на 31.12.2017 составляет в сумме 487 880 руб. 

Обязательства по заключенному договору исполнены должником не в полном объеме, что явилось основанием для установления задолженности в реестре требований кредиторов должника.

Между ООО «БЭМЗ» (цессионарий) и ОАО «ЭЗТМ» (цедент), заключен договор уступки права требования №27 от 26.07.2017, возникшего из договора поставки №1613 от 11.07.2016 с ООО «Управляющая компания БЭМЗ-приводное оборудование и технологии» (должником) на сумму 211 785,00 руб., цена уступаемых прав составляет 211 785 руб. 

Полагая, что сделка направлена на вывод активов должника, в условиях неравноценного встречного исполнения, при наличии признаков неплатежеспособности, а также совершения ее с целью прикрытия другой сделки, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с требованием о признании договора уступки права требования недействительным на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего, не установив совокупность условий, достаточных для признания сделки недействительной, указав на пропуск годичного срока на обращение с настоящим заявлением об оспаривании сделок. Признавая требования заявителя в заявленном размере обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр кредиторов, суд первой инстанции исходил из подтвержденности заявленных требований, но их предъявлении после закрытия реестра, т.е. с нарушением срока, предусмотренного п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции, исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности в порядке ст.71 АПК РФ, обсудив доводы жалобы, отзыва на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, заслушав представителя конкурсного управляющего, считает, что оснований для отмены определения суда первой инстанции не имеется в силу следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном ст. 100 названного Закона.

Согласно ст.ст. 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлениях от 22.07.2002 №14-П, от 19.12.2005 №12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.).

В развитие данной правовой позиции в п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» даны разъяснения о том, что в силу п.п. 3-5 ст. 71 и п.п. 3-5 ст. 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (ч. 3 ст. 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (ст. 310 ГК РФ).

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (п. 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017.).

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем, они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 вышеупомянутого Постановления от 22.06.2012 № 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2017, № 301-ЭС17-4784 от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533).

Таким образом, при рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований ст.ст. 71, 100, 142, 201.1 Закона о банкротстве судом проверяется обоснованность заявленных требований, определяется их характер, размер и обязательства, не исполненные должником.

В силу ст. 40 Закона о банкротстве к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора.

Согласно части 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, 27.07.2017 между ООО «БЭМЗ» (поставщик) и ОАО «ЭЗТМ» (покупатель) заключён договор поставки №85/94, согласно которому поставщик обязуется передать продукцию, определённую в Спецификации, являющейся неотъемлемой частью договора, в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять эту продукцию и уплатить за неё цену, указанную в спецификации.

В соответствии с пунктами 1.1,1.2, 2.2, 2.4, 4.1 договора наименование, ассортимент, количество, технические характеристики, цена продукции, порядок оплаты и условия поставки, согласовываются сторонами в спецификации, подписанной обеими сторонами и являющейся неотъемлемой частью договора.

Согласно спецификации № 1 от 27.07.2017, ООО «БЭМЗ» (поставщик) поставляет ОАО «ЭЗТМ» (покупателю) продукцию - электродвигатель АО102-12/8/6/4, в количестве 2шт., цена за единицу с НДС – 487 880 руб., общей стоимостью 975 760 руб. (с НДС); порядок оплаты предусмотрен внесением первого авансового платежа в размере 211 785 руб. зачитываемого согласно договору уступки права требования №27 от 26.07.2017; второго авансового платежа в размере 276 095 руб. в течение 10 банковских дней после заключения договора; окончательный расчет в размере 487 880 руб. осуществляется в течение 10 банковских дней с момента уведомления покупателя о готовности продукции к отгрузке в его адрес; срок поставки - 90 рабочих дней с момента поступления авансового платежа на расчетный счет поставщика; условия поставки: самовывоз со склада, расположенного по адресу: Свердловская обл., г. Кушва, пос. Баранчинский, ул. Ленина, д. 2А.

Согласно договору уступки права требования №27 от 26.07.2017, заключённому между ООО «БЭМЗ» (Цессионарий) и ОАО «ЭЗТМ» (Цедент), цедент обязуется уступить цессионарию права требования, а Цессионарий обязуется оплатить уступаемые права; предметом уступки являются принадлежащие цеденту права требования, возникшие из договора поставки №1613 от 11.07.2016 с ООО «Управляющая компания БЭМЗ-приводное оборудование и технологии» (должником); цена прав, являющихся предметом уступки, составляет 211 785 руб., что подтверждается платежными поручениями №7835 от 01.08.2016, выпиской из лицевого счета №40702….0246 за период с 01.08.2016 по 01.08.2016, Банк «Возрождение» (ПАО) г. Москва.

ОАО «ЭЗТМ» (покупатель) перечислил ООО «БЭМЗ» (поставщику) в оплату Продукции (электродвигатели) 276 095 руб. платежным поручениям №9607 от 05.09.2017 на сумму 230 095 руб., №9671 от 05.09.2017 на сумму 46 000 руб.

Уведомления об изменении цены, предусмотренного п.3.1 спецификации, поставщиком в адрес покупателя не направлялось.

При таких обстоятельствах поставщик был обязан поставить покупателю продукцию (2 электродвигателя) не позднее 19.01.2018 (90 рабочих дней с момента поступления аванса).

Уведомления (извещения) о готовности продукции к отгрузке, предусмотренного п.4.2 договора, поставщиком в адрес покупателя не направлялось.

Продукция поставщиком не поставлена.

В соответствии с п.9.1 договор вступает в силу с момента подписания сторонами и действует до 31.12.2017, а в части взаиморасчетов - до полного их завершения. В том случае, если ни одна из сторон в письменном виде не заявит о расторжении договора другой стороне за 30 дней до окончания срока действия договора, срок действия договора продлевается каждый раз на 1 календарный год.

Учитывая, что о расторжении договора сторонами не заявлялось, исходя из п.9.1 договора, действие договора было продлено до 31.12.2018, впоследствии - до 31.12.2019 и до 31.12.2020.

Письмом исх. №01-36/199 от 15.11.2018 ОАО «ЭЗТМ» (кредитор) уведомило должника об отказе от исполнения договора в части поставки 1 электродвигателя и потребовало незамедлительно исполнить обязанности поставщика по поставке 1 электродвигателя. Указанное письмо оставлено должником без ответа и удовлетворения.

Таким образом, продукция (электродвигатель), предварительно оплаченная в размере 487 880 руб., должником кредитору не поставлена, оплата в размере 487 880 руб. должником кредитору не возвращена.

Задолженность ООО «БЭМЗ» перед ОАО «ЭЗТМ» по состоянию на 31.12.2017 в сумме 487 880 руб. подтверждена сторонами в акте сверки взаимных расчётов за период с 01.01.2017 по 31.12.2017 между ООО «Баранчинский электромеханический завод имени Калинина» и ОАО «Электростальский завод тяжёлого машиностроения».

Судом первой инстанции установлено и подтверждено документально, что должник обязательства по договору в размере 487 880,00 не исполнил.

Кроме того, заявителем произведен расчет неустойки за период с 20.01.2018 по 01.03.2018 в размере 40 006,16 руб.

Суд пришел к выводу о документальной подтвержденности задолженности в указанном размере, что свидетельствует об обоснованности заявленного требования.

Доказательств, подтверждающих отсутствие задолженности либо наличие задолженности в меньшем размере, суду не представлено. 

Согласно п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве, реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

В соответствии с п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве требования конкурсных кредиторов и (или) уполномоченных органов, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.

Публикация в газете «Коммерсантъ» об открытии в отношении должника процедуры внешнего управления опубликована 18.08.2018, в то время как требование кредитора направлено посредством сервиса «Мой Арбитра» 16.10.2020, т.е. по истечении двухмесячного срока, предусмотренного п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве, для предъявления требований кредиторов в суд о включении в реестр требований кредиторов должника.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно признал, что удовлетворение требований конкурсного кредитора должно производиться в порядке, предусмотренном п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве.

Судебный акт в части учета заявленных требований за реестром никем не обжалован.

По мнению конкурсного управляющего, договор уступки права требования №27 от 26.07.2017 является притворной сделкой, направленной на вывод активов должника, в условиях неравноценного встречного исполнения, при наличии признаков неплатежеспособности.

Согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом, в соответствии со ст.61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (ст.61.8 Закона о банкротстве).

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии определенных условий, установленных в абзацах 2 - 5 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В п.п. 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 данного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Ответчиком ОАО «ЭЗТМ» заявлено о пропуске годичного срока на обращение с настоящим заявлением об оспаривании сделок.

Суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

В силу ст. 195 ГК РФ судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (ст. 196 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

На основании п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Заявление об оспаривании сделки на основании ст.ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (п. 2 ст. 181 ГК РФ).

В соответствии со ст. 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных ст.ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Исходя из разъяснений, данных в п. 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», заявление об оспаривании сделки на основании ст.ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (п. 2 ст. 181 ГК РФ). Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под ст.ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права.

Согласно правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2018 №305-ЭС18-2393, бездействие, выражающееся в не оспаривании сделок, может начаться не ранее момента получения конкурсным управляющим реальной возможности предъявить соответствующие иски.

Из материалов дела следует, что ОАО «ЭЗТМ» ввиду неисполнения должником обязательств по договору направило в адрес должника уведомление об отказе от исполнения договора поставки №85/94 от 27.07.2017 (письмо исх. №01-36/199 от 15.11.2018) в части поставки 1 электродвигателя с предложением незамедлительно исполнить обязанности поставщика по поставке 1 электродвигателя. Указанное письмо оставлено должником без ответа и удовлетворения.

В указанном письме, полученным внешним управляющим Шеваренковым Л.В. 27.11.2018 (почтовый идентификатор 14400029029212), а обществом «БЭМЗ» – 23.11.2018 (накладная «Курьер Сервис Экспресс» №43415517) ОАО «ЭЗТМ» кроме прочего, ссылалось, на договор №27 от 26.07.2017. 

Учитывая, что о заключении договора №27 от 26.07.2017 и, соответственно, о наличии оснований для оспаривания сделки временный управляющий (впоследствии внешний управляющий) ООО «БЭМЗ» Шеваренков Л.В. должен был узнать не позднее 27.11.2018, то есть с даты получения письма №01-36/199 от 15.11.2018, суд первой инстанции правомерно признал истекшим 27.11.2019 годичный срок исковой давности по требованию конкурсного управляющего о признании договора №27 от 26.07.2017, что является самостоятельным основанием для отказа в признании недействительной сделки. 

Кроме того,  суд указал на истечение трёхгодичного срока исковой давности для признания сделки недействительной в соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, им оспаривалась сделка – договор цессии от 26.07.2017, помимо специальных оснований, предусмотренных Законом о банкротстве, также на основании п.2 ст. 170 ГК РФ. С позиции управляющего, договор цессии является притворной сделкой, прикрывающей перевод денежного обязательства с  ООО «УК «БЭМЗ» на ООО «БЭМЗ», принявшего на себя обязательство перед ОАО «ЭЗТМ» в размере 211 785,00 руб.

Согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в п. 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу действующего законодательства, притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех ее условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.

Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

Как разъяснено в п. 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК РФ).

Под притворной сделкой понимается сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. В этом случае фактически сделка совершается (в смысле ст. 153 ГК РФ), но только иная отличная от видимой. Например, «внешне» договор купли-продажи, на самом деле - договор дарения.

Чтобы определить, был ли между сторонами заключен договор, каковы его условия и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, необходимо применить правила толкования договора, установленные в ст. 431 ГК РФ.

При определении того, был ли между сторонами заключен договор, каким является содержание его условий и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, суду необходимо применить правила толкования договора, установленные ст. 431 ГК РФ.

Согласно указанной статье ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Таким образом, основной способ толкования условий договора состоит в выяснении буквального значения содержащихся в договоре слов и выражений.

Из условий договора № 27 от 26.07.2017 следует, что у ООО «Управляющая компания БЭМЗ-приводное оборудование и технологии» имелась задолженность перед ОАО «ЭЗТМ» по договору поставки № 1613 от 11.07.2016 в общем размере 211 785 руб., право требования которой последнее уступило ООО «БЭМЗ» по номиналу. При этом у ООО «Управляющая компания БЭМЗ-приводное оборудование и технологии» в сделке не участвовало, его согласие на ее совершение не испрашивалось.

Наличие обязательства у ООО «Управляющая компания БЭМЗ-приводное оборудование и технологии» перед ОАО «ЭЗТМ» никем из участвующих в деле лиц не оспаривается.

С позиции управляющего, в результате данной сделки произошла замена в обязательстве именно должника, а не кредитора.

Между тем, из условий названного договора этого не следует.

Возникновение на стороне ООО «БЭМЗ» обязательства по оплате приобретенного права требования к ООО «Управляющая компания БЭМЗ-приводное оборудование и технологии», не означает, что имел место перевод долга с последнего на ООО «БЭМЗ».

Из поведения сторон оспариваемой сделки усматривается их воля на заключение именно договора цессии.

Сторонами названного договора при заключении договора поставки от 27.07.2017 согласовано, что плата за уступленное право по договору от 26.07.2017 засчитывается в счет авансового платежа по договору поставки (п. 3 спецификации № 1 от 27.07.2017.

Учитывая заключение договора поставки на следующий день после оспариваемого договора цессии, очевидно, что стороны изначально планировали включить в расчеты по договору поставки плату по договору цессии.

Вместе с тем, данное обстоятельство свидетельством недействительности договора цессии не является; избранный сторонами способ расчетов действующему законодательству не противоречит. Применение названного способа расчетов (отнесение платы за уступленное право в счет аванса по договору поставки) позволило сторонами избежать денежных операций по счетам по части расчетов. При этом большая часть расчетов согласована сторонами путем перечисления денежных средств. 

ОАО «ЭЗТМ» произвело оплату в безналичном порядке в соответствии с условиями договора поставки, что опровергает доводы управляющего об отсутствии между должником и ОАО «ЭЗТМ» реальных денежных расчетов.

Кроме того, такой порядок расчетов не нарушил ничьи права.

В рассматриваемом случае ООО «УК «БЭМЗ» и ООО «БЭМЗ» входят в одну группу компаний, доказательств того, что контрагент ОАО «ЭЗТМ» является аффилированным лицом к указанным обществам, в материалы дела не представлено, доводы о наличии аффилированности никем из участвующих в деле лиц не приведены.

То есть фактически урегулирована задолженность перед внешним по отношению к группе компаний кредитором. 

Документальные свидетельства приобретения ООО «БЭМЗ» неликвидной дебиторской задолженности в материалах дела отсутствуют. 

Утверждение управляющего о том, что на момент совершения оспариваемой сделки у ООО «УК «БЭМЗ» имелись признаки неплатежеспособности, им не подтверждено.

Неисполнение ООО «УК «БЭМЗ» обязательства по поставке ОАО «ЭЗТМ» товар само по себе об этом не свидетельствует.

Управляющий не оспаривает, что условия договора поставки с ООО «УК «БЭМЗ» аналогичные; срок поставки товара истек в декабре 2017 года, то есть срок нарушения названным обществом обязательства на момент заключения оспариваемого договора составил примерно полгода. С учетом указанной просрочки исполнения обязательства, не являющейся критичной, отсутствия аффилированности между предприятиями группы БЭМЗ и ОАО «ЭЗТМ» не предъявление последним требований к ООО «УК «БЭМЗ» свидетельством заведомой невозможности получения исполнения от последнего не является, равно как и направленности воли сторон оспариваемой сделки именно на перевод долга на должника.

При этом из материалов настоящего дела о банкротстве усматривается, что ООО «УК «БЭМЗ» вело деятельность в 2017 году, ООО «БЭМЗ» было одним из его основных контрагентов, в рамках заключенного между указанными лицам агентского договора ООО «УК «БЭМЗ» осуществлялись продвижение  продукции должника, поиск покупателей на нее, а также реализация товара, расчеты между назваными обществами осуществлялись, в том числе путем взаимозачетов.

Действительность правоотношений по названному агентскому договору проверена в судебном порядке, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника в признании названного договора недействительным отказано.

Указанные обстоятельства подтверждают целесообразность заключения договора цессии для ООО «БЭМЗ» и дополнительно свидетельствуют об отсутствии основания полагать, что должник приобрел неликвидную дебиторскую задолженность.

Направление ОАО «ЭЗТМ» должнику уведомления об отказе от поставки одного генератора обусловлено утратой интереса в приобретении данной единицы товара ввиду длительного неисполнения должником обязательств по его поставке, тем более, что с учетом предусмотренного договором поставки товара оплаченной оказалась лишь одна единица товара (последняя часть оплаты по условиям договора подлежала внесению после уведомления должника о готовности к отгрузке товара, чего последним не сделано). 

Из пояснений кредитора и письма ОАО «ЭЗТМ» исх.№ 01-36/199 от 15.11.2018 следует, что ОАО «ЭЗТМ» намеревалось получить электродвигатель в натуре (предварительно оплаченный, «по ценам 2017г.»), поэтому оно не заявляло требований, предусмотренных п.3 ст.487 ГК РФ, равно как требований о расторжении договора. Соответственно, для обращения в суд с исковым заявлением о взыскании с ООО «БЭМЗ» 487 880 руб. оснований не имелось.

С учетом изложенного, вопреки позиции управляющего, из поведения сторон оспариваемой сделки не усматривается направленность на приобретении только одной единицы товара, с принятием к расчету за который платы за уступленное право требования к ООО «УК «БЭМЗ».

Конкурсным управляющим не раскрыты те обстоятельства, на которые он ссылается, довод конкурсного управляющего о притворности сделок сделан в отсутствие доказательств наличия сговора у сторон договора поставки от 85/94 от 27.07.2017 и договора уступки права требования от №27 от 26.07.2017, направленности их действий на достижение иного результата.

При таких обстоятельствах следует признать недоказанной совокупность условий для признания оспоренной сделки недействительной по заявленному управляющим основанию (п. 2 ст. 170 ГК РФ).

Заявитель в жалобе указывает на ошибочность вывода суда о пропуске трехгодичного срока исковой давности конкурсным управляющим на подачу заявления об оспаривании сделки, поскольку исходя из установленного судом момента, когда внешний управляющий Шеваренков Л.В. должен был узнать о сделке (27.11.2018), на дату подачи заявления (25.11.2020) данный срок не истек. 

Действительно, суд ошибочно указал на пропуск управляющим названного срока, однако, с учетом отсутствия оснований для признания договора цессии недействительной сделкой и по второму заявленному управляющим основанию п. 2 ст. 170 ГК РФ, данный вывод не привел к принятию судом неправильного решения.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий в качестве оснований для оспаривания сделки приводит положения ст.ст. 10,168 ГКРФ, вместе с тем, о недействительности сделки по данным основания в суде первой инстанции конкурсным управляющим не заявлено, это новые доводы, которые не подлежат оценки на стадии апелляционного производства.

При этом судом апелляционной инстанции принимается во внимание, что указанные управляющим в подтверждение недействительности сделки как совершенной со злоупотреблением правом пороки, вопреки его позиции, не выходят за пределы дефектов подозрительной сделки.

Доводы конкурсного управляющего в жалобе о том, что он не был осведомлен о совершении данной сделки ввиду передачи прежним внешним управляющим Ремизовым Ю.В. малой части документации должника и узнал о заключении оспариваемой сделки только после обращения общества «ЭЗТМ» в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов общества «БЭМЗ», то есть 25.10.2020, подлежат отклонению, поскольку действующий конкурсный управляющий является правопреемником предыдущего арбитражного управляющего. Как указано ранее, получив сведения о сделке действующий внешний управляющий обязан был запросить данный договор у руководителя должника, у другой стороны по сделке, проанализировать ее, однако, необходимые действия внешним управляющим не совершены. 

Ссылка апеллянта на то, что конкурсным управляющим должника был назначен А.П. Шафранов, предыдущие управляющие конкурсными управляющими не являлись, применительно к рассматриваемому вопросу значения не имеет. 

Обжалуя определение суда, конкурсным управляющим в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлено надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции отмене, а апелляционная жалоба удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст.110 АПК РФ расходы по уплате государственных пошлин по апелляционной жалобе относится на ее заявителя. 

При подаче апелляционной жалобы конкурсному управляющему ООО «Барачинский электромеханический завод им. Калинина» определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2021 предоставлена отсрочка об уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы на срок до окончания рассмотрения дела. 

При таких обстоятельствах неуплаченная конкурсным управляющим должника Шафрановым А.П. государственная пошлина в размере 3 000,00 рублей подлежит взысканию с ООО «Барачинский электромеханический завод им. Калинина» в доход федерального бюджета Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 07 мая 2021 года по делу № А60-72820/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ООО «Барачинский электромеханический завод им. Калинина» в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

В.И. Мартемьянов 

 

Г.Н. Мухаметдинова