ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-11401/2024

Дело № А41-53935/20

08 июля 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  02 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  08 июля 2024 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Семикина Д.С., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2 - ФИО3, по доверенности от 11.01.2024,

от финансового управляющего ФИО4 - представитель не явился, извещен надлежащим образом,

от ФИО5 - представитель не явился, извещен надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 04 апреля 2024 года делу №А41-53935/20 о банкротстве ФИО6, по заявлению финансового управляющего должника о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств должником в пользу ФИО2 и о применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 25.04.2022 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Финансовый управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании сделки по перечислению должником в пользу ФИО2 денежных средств на общую сумму 2 380 000 руб. недействительной и применении последствий ее недействительности.

Определением Арбитражного суда Московской области от 04 апреля 2024 года заявление удовлетворено.

Не согласившись с  указанным судебным актом, ФИО2 подала апелляционную жалобу, в которой просит его отменить, ссылаясь на неправильное применение норм материального и процессуального права, а также неполное выяснение обстоятельств дела.

В суд апелляционной инстанции от финансового управляющего ФИО4 и Банка ВТБ (ПАО) поступили отзывы, в которых они просят отказать в удовлетворении апелляционной жалобы и оставить определение суда первой инстанции без изменения.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить, принять новый судебный акт.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации в картотеке арбитражных дел на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru. 

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя заявителя апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются главой X Закона о банкротстве, а в случае отсутствия в ней каких-либо положений - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона (п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как следует из материалов дела, со счета должника №40817810605034002335, открытого в Банке ВТБ (ПАО), в период с 08.11.2017 по 25.11.2019 в пользу ФИО2 были перечислены денежные средства в общем размере 2 380 000 руб.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий указывает, что оспариваемые платежи являются недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и статей 10,168 Гражданского кодекса Российской Федерации, что послужило основанием для обращения в суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя заявленные финансовым управляющим требования, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности оснований для признания оспариваемых платежей недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, при этом суд не установил достаточных оснований для квалификации платежей недействительными по общим основаниям, установленным ст.ст 10 и 168 ГК РФ.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд поддерживает указанные выводы суда первой инстанции. 

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Московской области от 02.11.2020 заявление ФИО7 о признании ФИО6 несостоятельным (банкротом) принято к производству.

С учетом даты принятия к производству заявления о банкротстве должника, оспариваемые платежи за период с 08.11.2017 по 25.11.2019 совершены в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

 - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаце 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 5 - 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» даны следующие разъяснения в части применения ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Так для признания сделки недействительной в силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (сделка совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка)) необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам второму - пятому п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве для целей настоящего Федерального закона используются следующие основные понятия: недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Судом установлено, что на момент совершения оспариваемых платежей у должника уже имелись неисполненные денежные обязательства перед кредиторами требования, которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.02.2018 №305-ЭС17-11710(3) по делу №А40-177466/2013 наличие на дату совершения оспариваемой сделки у должника неисполненных обязательств, которые в последствии в рамках дела о банкротстве были включены в реестр подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Таким образом, на дату спорных платежей, должник отвечал признаку неплатежеспособности в соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве.

При этом суд также принимает во внимание, что согласно правовому подходу, отраженному в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 №305-ЭС17-11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Таким образом, наличие либо отсутствие признаков неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки не подлежит обязательному доказыванию при оспаривании сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и не носит решающего значения при рассмотрении требований об оспаривании сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Для установления цели причинения вреда имущественным правам кредиторов необходимо одновременное наличие двух условий:

- на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

- имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления Пленума №63).

Финансовый управляющий указывает, что оспариваемая сделка фактически представляет собой необоснованный вывод активов должника в отсутствие какого-либо встречного предоставления со стороны ответчика, что повлекло причинению вреда кредиторам.

Ответчик, возражая по доводам заявления финансового управляющего, указывает, что спорные платежи осуществлялись в счет оплаты услуг, оказанных ответчиком должнику в сфере юридических услуг и переводов.

Однако в нарушение статьи 65 АПК РФ ответчиком не представлено в материалы дела никаких документальных доказательств как прямых так и косвенных в подтверждение доводов о предоставлении встречного исполнения и подтверждающих правомерность и обоснованность оспариваемых платежей в общем размере 2 380 000 руб. в его пользу.

Ответчик также не обосновал, почему, обладая юридическим образованием, он не оформлял документально взаимоотношения с должником в части получения денежных средств на оспариваемую сумму.

При этом из пояснений ответчика следует, что услуги оказывались в отношении хозяйственной деятельности организации, в которой должник являлся директором и участником.

Доказательств того, что оспариваемая сделка (платежи) была совершена в интересах должника, в материалы дела не представлено.

Таким образом, образом, есть все основания считать, что данные платежи были осуществлены с целью вывода денежных средств и причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Получая безвозмездно от должника денежные средства, ответчик не мог не знать о том, что целью совершения сделки (платежей) является необоснованный вывод активов из владения должника и причинение вреда кредиторам ФИО6

Следовательно, совершение безвозмездной сделки, при объективном отсутствии встречного представления со стороны ответчика, не могут быть расценены иным образом, как направленные на необоснованное и искусственное уменьшение финансовых активов должника, что в свою очередь означает, что действия последнего были направлены исключительно на причинение ущерба иным кредитором должника.

Таким образом, имеются все условия, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания оспариваемых платежей недействительными.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Исследовав материалы дела, принимая во внимание фактически установленные обстоятельства спора, суд апелляционной инстанции согласен с выводом суда первой инстанции о необходимости  применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 2 380 000 рублей.

Финансовый управляющий просит признать недействительными сделки по перечислению должником в пользу ФИО2 денежных средств за период с 08.11.2017 по 25.11.2019 в общем размере 2 380 000 руб. также на основании ст.ст. 10 и 168 ГК РФ.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ.

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В силу изложенного заявление финансового управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Поскольку оспариваемая сделка не имеет пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, оснований для применения положений статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе ФИО2, о том, что финансовым управляющим не доказан факт недостаточности имущества у ФИО6 на момент платежей, отсутствовала цель - причинить вред имущественным правам кредиторов ФИО6, нет доказательств осведомленности ответчика об указанной цели ФИО6, - отклонены арбитражным апелляционным судом, так как они не подтверждены надлежащими доказательствами, и, более того, противоречат материалам дела.

Имеющимися в материалах дела доказательствами подтверждается, что в период подозрительности у должника уже имелся значительный объем непогашенной задолженности перед кредиторами.

На момент осуществления ФИО6 спорных перечислений в пользу ФИО2, в период с 08.11.2017 по 25.11.2019 у должника уже имелась непогашенная задолженность перед следующими кредиторами, которая признана обоснованной и включена в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО6

Задолженность перед ООО «Энергокомплект» в размере 905 191,98 руб.

Обязательство по возврату денежных средств кредитору у должника возникло с января 2016 года.

Задолженность перед ФИО8 в размере 5 927 266,82 руб. основного долга (определение Арбитражного суда Московской области от 19.04.2021).

Обязательство по возврату денежных средств кредитору у должника возникло с 29.03.2019.

Задолженность перед ФИО9 в размере 27 561 596,32 руб. основного долга, 56 215 878,47 руб. процентов (определение Арбитражного суда Московской области от 22.12.2021).

Так, в период с 08.11.2017 по 25.11.2019 у должника уже имелись неисполненные обязательства перед кредиторами на сумму более 90 млн. руб., что отвечает всем признакам недостаточности имущества.

Следовательно, при таком значительном размере задолженности не может быть никаких разумных оснований для совершения безвозмездных платежей в пользу ответчика.

Учитывая, что ответчиком документально не опровергается факт безвозмездности платежей и отсутствия между сторонами правовых отношений, недобросовестность таких действий является очевидной.

Для установления цели причинения вреда имущественным правам кредиторов необходимо одновременное наличие двух условий: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23,12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В свою очередь, согласно правовому подходу, отраженному в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 №305-ЭС17-11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Получая безвозмездно от должника денежные средства, ответчик не могла не знать о том, что имеется цель на необоснованный вывод активов из владения должника и причинение вреда кредиторам ФИО6

Совершение безвозмездной сделки, при объективном отсутствии встречного представления со стороны ответчика, не могут быть расценены иным образом, как направленные на необоснованное и искусственное уменьшение финансовых активов должника.

Такими действиями должником и ответчиком причинен вред имущественным правам кредиторов, так как в данном случае кредиторы в настоящий момент не могут рассчитывать на удовлетворение своих требований за счет суммы спорной сделки, которая выбыла из владения должника.

Ответчиком ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции не представлены доказательства, подтверждающие наличие между должником и ответчиком юридических отношений, подтверждающих правомерность и обоснованность оспариваемых платежей в общем размере 2 380 000 рублей.

Обжалуя определение суда первой инстанции, ФИО2 не приведено доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда первой инстанции.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Иная оценка заявителем фактических обстоятельств дела и иное толкование им положений закона не означают допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствуют о существенных нарушениях судом норм материального права, повлиявших на исход дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции, в связи с чем апелляционная жалоба ФИО2 удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 04 апреля 2024 года по делу № А41-53935/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия.

 

Председательствующий

 

В.А. Мурина

 

Судьи

 

Д.С. Семикин

 

А.В. Терешин