﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-11507/2019(12)-АК

Дело №А60-16417/2019

02 июня 2020 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 мая 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 02 июня 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей                                 Е.О. Гладких, И.П. Даниловой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания А.С. Балдиной,

при участии в судебном заседании:

от заявителя Заводовой Е.К. - Кобисская Т.М., удостоверение адвоката, доверенность от 01.08.2019;

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Заводовой Елены Константиновы

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 18 марта 2020 года 

об отказе во включении требования Заводовой Е.К. в реестр требований кредиторов должника,

вынесенное судьей М.Е. Яних

в рамках дела №А60-16417/2019

о признании закрытого акционерного общества «Агрофирма «Ключики»  (ОГРН  1026601228774, ИНН 6619006601) несостоятельным (банкротом),

установил:

25.03.2019	общество с ограниченной ответственностью «Стройкор»  обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании закрытого акционерного общества «Агрофирма «Ключики»  (далее - ЗАО «Агрофирма «Ключики», должник) несостоятельным (банкротом), которое  определением от 01.04.2019 принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.07.2019 (резолютивная часть от 04.07.2019), с учетом определения суда от 12.07.2019 об исправлении опечатки, заявление ООО «Стройкор» признано обоснованным, в отношении ЗАО «Агрофирма «Ключики» введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден Мельник Дмитрий Юрьевич, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Гильдия арбитражных управляющих». 

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №122 от 13.07.2019.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 29.11.2019 (резолютивная часть от 22.11.2019) ЗАО «Агрофирма «Ключики» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего Мельника Д.Ю.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №226 от 07.12.2019. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от  28.01.2020 (резолютивная часть от 21.01.2020) конкурсным управляющим ЗАО «Агрофирма «Ключики» утвержден Семенов Георгий Владимирович, член Ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

12.08.2019 в адрес суда поступило заявление Заводовой Елены Константиновны о включении в реестр требований кредиторов должника (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ) задолженности  в размере 28 694 183,12 рубля, в том числе 23 230 414,98 рубля основного долга, 5 463 768,14 рубля процентов, основанного на договоре уступки права требования (цессии) от 16.01.2019, которое принято к производству определением суда от 14.08.2019.

Кредитор ООО «Свердловскагрохим» представил заявление о фальсификации документов (статья 161 АПК РФ) в отношении договора поручительства от 12.09.2016, дополнительного соглашения к договору поручительства от 10.01.2019, договора об уступке права требования (цессии) от 16.01.2019, акта зачета встречных однородных требований от 18.01.2019, уведомления в адрес ЗАО «Агрофирма Ключики» от 21.01.2019, указав, что они изготовлены не в те даты, которые указаны в документах, подписаны не лицом, от имени которого они составлены. Для проверки заявления о фальсификации доказательств просил назначить экспертизу.

В соответствии со статьей 161 АПК РФ судом разъяснены сторонам уголовно-правовые последствия такого заявления.

Заявление принято судом к рассмотрению, текст заявления и приложенные документы приобщены к материалам дела. Заявителю предложено исключить оспариваемые документы из числа доказательств. Заявитель отказался исключать документы из числа доказательств. 

Для проверки заявленного ходатайства о фальсификации доказательств, от кредитора ООО «Свердловскагрохим» поступило ходатайство о назначении по делу судебно-технической экспертизы с целью установления давности изготовления спорных документов и принадлежности подписей Заводовой Е.К.

Определением суда от 20.12.2019 (резолютивная часть от 13.12.2020) по обособленному спору назначена судебно-техническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту экспертной организации ООО «Научно- исследовательский институт судебной экспертизы - СТЭЛС» Власову Александру Юрьевичу, производство по обособленному спору приостановлено, судебное заседание назначено на 11.02.2020. 

30.01.2020	в материалы дела поступило экспертное заключение.

Определением суда от 18.02.2020 (резолютивная часть от 11.02.2020) производство по обособленному спору возобновлено, удовлетворено ходатайство заявителя о вызове в судебное заседание эксперта Власов А.Ю.

Кредитором ООО «Свердловскагрохим» к материалам дела представлено заключение (рецензия) специалиста №03/03/2020.

В судебном заседании 10.03.2020 допрошен эксперт Власов А.Ю., заслушан в качестве специалиста Овечкин С.В. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области  от 19.03.2020 (резолютивная часть определения от 10.03.2020) в удовлетворении заявления Заводовой Елены Константиновны о включении в реестр требований кредиторов должника закрытого акционерного общества «Агрофирма «Ключики» (ИНН 6619006601, ОГРН 1026601228774) отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, Заводова Е.К. обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 18 марта 2020 года отменить, требования – удовлетворить, ссылаясь на нарушение норм материального права; неверную оценку судом обстоятельств дела. 

Заявитель жалобы ссылается на то, что к Заводову В.Г., являющемуся поручителем ЗАО «Агрофирма «Ключики» по обязательствам перед АО «Россельхозбанк» по кредитному договору об оплате основного долга в части 24 808 194 рублей, исполнившему обязательства заемщика перешло соответствующее право требования. Погашение поручителем существенной части задолженности подтверждает реальность заемных правоотношений данных контрагентов и отсутствие злонамеренного поведения Заводова В.Г. и должника. Выражает несогласие с выводом суда о совершении сделки (выдаче кредита) в ситуации экономического кризиса, поскольку договоры оформлены 24.02.2016, тогда как заявление о банкротстве ЗАО «Агрофирма «Ключики» подано 25.03.2019. То, что Заводов В.Г. являлся учредителем должника, само по себе не говорит о том, что он специально искусственно нарастил задолженность. Возражает против вывода суда о корпоративных отношениях, поскольку ПАО «Россельхозбанк» не входит в группу предприятий ЗАО «Агрофирма «Ключики», Заводова Е.К. также никакого отношения к ПАО «Россельхозбанк» не имеет. Заемные средства были получены должником от лица, не имеющего возможности влиять на деятельность группы ЗАО «Агрофирма «Ключики». Доказательств имущественной заинтересованности Заводова В.Г./Заводовой Е.К. или иных выгод от получения указанного займа не приведено. Из бухгалтерского баланса должника следует наличие прибыли, нераспределенной между участниками, что исключает возможность механизм корпоративного перемещения денежных потоков внутри группы. Поручительство Заводова В.Г. происходило без участия его бывшей супруги Заводовой Е.К. факт поручительства в таких отношениях нормальная практика банка (дополнительное поручительство директора/учредителя). Суд не привел доводов о том, какое правовое и фактическое значение имела уступка Заводовой Е.К. прав требований к должнику. Правовое и фактическое значение имела уступка прав требований к ЗАО «Агрофирма «Ключики» к Заводовой Е.К. Заводов В.Г. мог без уступки прав требовать включения в реестр. Уступка прав не меняет в целом изначальную конструкцию долга.  Доказательств создания искусственной задолженности не представлено. Соответственно,  выводы о корпоративных отношениях в связи с возникновением задолженности должника перед Заводовой Е.К. сделаны без учета фактических обстоятельств дела. Судом не приняты во внимание доводы кредитора относительно цели приобретения права требования к должнику. Факт  необращения Заводовой Е.К. в суд с требованиями к Заводову В.Г. о взыскании долга не имеет юридического значения, поскольку это не дело о банкротстве в отношении Заводова В.Г., личность кредитора здесь никакого значения не имеет. Выводы суда о совершении уступки права требования на нерыночных условиях (условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка) является необоснованным, противоречит фактически обстоятельствам. Уступка совершена между лицами, которые не состоят в семейных и родственных отношениях, поскольку брак расторгнут за семь лет до рассматриваемых отношений (02.02.2009). Указывает также на то, что сомнения в датах документов противоречат фактическим обстоятельствам дела, которые подробно изложены в рецензии на заключение эксперта Власова. Соответственно, вывод суда о том, что у Заводова В.Г. отсутствовали обязательства перед Заводовой Е.К. не основан на материалах дела. Кроме того, заключение эксперта не является исключительным средством доказывания, поскольку в материалы дела представлены и иные данные относительно обстоятельств изготовления документов (протокол опроса офис менеджера Сивковой В.В.; протокол опроса бывшего директора ООО «Регистр» Михайловой Л.Г.; рецензия на заключение эксперта;	допрос специалиста в суде относительно пояснений эксперта Власова и его заключения). Полагает, что имеются существенные процессуальные нарушения, так как в реестр требований кредиторов ЗАО «Агрофирма «Ключики» включено ПАО «Уральский транспортный Банк», где Заводов В.Г. является основным акционером. Одинаковое положение участников должника предполагает равное включение их требований в реестр. Суд сформировал неравное отношение к участникам процесса, что противоречит принципам равенства всех перед судом. 

К апелляционной жалобе приложена копия чека-ордера (операция 4999) от 27.03.2020 об уплате Заводовой Е.К. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000,00 рублей. Оригинал платежного документа суду не представлен.

От Заводовой Е.К. поступило ходатайство о приобщении к материалам дела ответа Росстандарта на ее запрос по поводу законности выдачи сертификатов о квалификации эксперту Власову А.Ю., ссылаясь на то, что ранее не могла представить указанные доказательства суду первой инстанции, поскольку на дату рассмотрения дела их не было. 

Ходатайство судом рассмотрено в порядке статьи 159 АПК РФ и удовлетворено с учетом положений части 2 статьи 268 АПК РФ. 

В заседании суда апелляционной инстанции Заводова Е.К. доводы апелляционной жалобы поддерживает. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным. Просит определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, процедура банкротства в отношении должника возбуждена 01.04.2019. Определением суда от 11.07.2019, с учетом определения суда от 12.07.2019 об исправлении опечатки, заявление ООО «Стройкор» признано обоснованным, в отношении ЗАО «Агрофирма «Ключики» введена процедура наблюдения.

Временным управляющим должника утвержден Мельник Д.Ю. 

Решением суда от 29.11.2019 в отношении должника открыта процедура конкурсного производства. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего Мельника Д.Ю.

Определением суда от 28.01.2020 конкурсным управляющим должника утвержден Семенов Г.В. 

Ссылаясь на право требования к должнику, вытекающее из факта исполнения Заводовым В.Г. как поручителем обязательств должника ЗАО «Агрофирма «Ключики» перед АО «Россельхозбанк» по кредитному договору от 24.02.2016 в объеме, существовавшим на дату исполнения в сумме 23 230 414,98 рубля. К поручителю права требования перешли в порядке суброгации, переданные в последующем Заводовой Е.К. на основании договора уступки права требования от 16.01.2019 в качестве обязательства, обеспеченного залогом имущества должника. На основании чего Заводова Е.К. обратилась с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ЗАО «Агрофирма «Ключики» требования, обеспеченного залогом имущества должника. 

Отказывая в удовлетворении заявления Заводовой Е.К. о признании требования обоснованным и во включении его в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции исходил из того, что в настоящем деле правоотношения сложились между аффилированными лицами без видимых экономических обоснований в условиях имущественного кризиса должника. Суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств возникновения и наличия обязательств Заводова В.Г. перед Заводовой Е.К., сделав вывод о создании между сторонами (по уступке права требования) формальных обязательств с целью искусственного формирования задолженности при злоупотреблении правом со стороны заявителя и нарушения прав иных независимых кредиторов.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя Заводовой Е.К., исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) принятого судебного акта в связи со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу положений пункта 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления и до принятия решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, определяются на дату введения каждой процедуры банкротства, следующей после наступления срока исполнения соответствующего обязательства.

Пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве предусмотрено, что требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в законную силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 63 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения, требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, срок исполнения по которым наступил на дату введения наблюдения, могут быть предъявлены к должнику только с соблюдением порядка предъявления требований к должнику, который предусмотрен в статье 71 Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии со статьями 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны.

Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлениях от 22.07.2002 N14-П, от 19.12.2005 N12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.).

В развитие данной правовой позиции в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» даны разъяснения о том, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, пункт 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

При этом проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

В силу статьи 40 Закона о банкротстве к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга.

Таким образом, при рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований статей  71, 100, 142, 201.1 Закона о банкротстве судом проверяется обоснованность заявленных требований, определяется их характер, размер и обязательства, не исполненные должником.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается в обоснование своих требований и возражений. 

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (пункт 2 статьи 9 АПК РФ).

Как установлено судом, 24.02.2016 между АО «Россельхозбанк» и ЗАО «Агрофирма «Ключики» был заключен договор №167300/0003 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи (далее – договор) на сумму 25 000 000,00 рублей под 15,85% годовых со сроком возврата кредита до 17.02.2017.

В обеспечение исполнения обязательств ЗАО «Агрофирма «Ключики» (должник) по договору об открытии кредитной линии были заключены следующие договоры:

1. договор №167300/0003-4 о залоге транспорта от 24.02.2016, заключенный между банком и ЗАО «Агрофирма «Ключики», общая залоговая стоимость транспортных средств составляет 7 860 750 рублей;

2. договор №167300/0003-6.1 о залоге сельскохозяйственных животных от 24.02.2016, заключенный между банком и ЗАО «Агрофирма «Ключики», по которому в залог банку были переданы 467 единицы крупного рогатого скота. Общая залоговая стоимость сельскохозяйственных животных (как товар в обороте) составляет 23 449 500,00 рублей;

3. договор №167300/0003-7.2 о залоге недвижимого имущества от 24.02.2016, заключенный между банком и ЗАО «Агрофирма «Ключики». Общая залоговая стоимость недвижимого имущества составляет 7 030 500,00 рублей;

4. договор №167300/0003-8 поручительства юридического лица от 24.02.2016, заключенный между банком и ООО «КМЗ»;

5. договор №167300/0003-9 поручительства физического лица от 24.02.2016, заключенный между банком и Заводовым В.Г.

В связи с неисполнением ЗАО «Агрофирма «Ключики» обязательств по договору №167300/0003 об открытии кредитной линии от 24.02.2016 АО «Россельхозбанк» обратилось с соответствующим заявлением в арбитражный суд.

В рамках дела №А60-7945/2017 определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.04.2017 между АО «Россельхозбанк», ЗАО «Агрофирма «Ключики», ООО «КМЗ», Заводовым Валерием Геннадьевичем утверждено мировое соглашения на условиях выплаты задолженности платежами в соответствии с графиком.

Заводовым В.Г. произведена оплата по договору №167300/0003 об открытии кредитной линии от 24.02.2016 в погашение задолженности 23 230 414,98 рубля, что подтверждено платежными поручениями №1 от 23.11.2017, №1 от 23.11.2017, №1 от 23.11.2017, №9 от 20.02.2018, №10 от 20.02.2018, №11 от 20.02.2018, №12 от 20.02.2018 с указанием в назначении платежа «оплата основного долга/процентов по договору №167300/0003 от 24.02.2016 (за ЗАО «Агрофирма «Ключики») по мировому соглашению №А60-7945/2017 от 07.04.2017 по договору поручительства».

В материалы дела представлена справка АО «Российский Сельскохозяйственный банк» от 18.07.2018 о том, что по состоянию 18.07.2018 задолженность по кредитному договору №167300/0003 от 24.02.2016 отсутствует, кредитный договор закрыт 17.07.2018.

В обоснование доводов о целесообразности заключения договора уступки права требования, Заводова Е.К. указывает на то, что на основании платежного поручения от 17.01.2014 №83 предоставила ООО «Регистр» (единственный учредитель общества Заводов Валерий Геннадьевич) денежные средства по договору процентного займа от 17.01.2014 в размере 34 600 000,00 рублей, срок возврата сторонами не установлен.  

Требование Заводовой Е.К. о возврате денежных средств обществом «Регистр»  не было исполнено, что послужило основанием для обращения в суд.

Решением Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 26.06.2014 в удовлетворении требований отказано. 

Определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 03.09.2014 по делу №33-11704/2014 вышеуказанное решение отменено, вынесено новое решение. С ООО «Регистр» в пользу Заводовой Е.К. взыскана задолженность по договору займа в сумме 34 600 000,00 рублей, проценты в сумме 475 750,00 рублей и госпошлина в сумме 60 000,00 рублей.

На основании указанного определения Заводовой Е.К. был выдан исполнительный лист серии ВС№047382001 от 13.11.2014 со сроком предъявления до 03.09.2017, который был предъявлен к расчетному счету ООО «Регистр», открытому в ПАО «Уральский транспортный банк».

Согласно сведениям с сайта УФССП России исполнительное производство в отношении ООО «Регистр» не возбуждалось, т.е. исполнительный лист к принудительному исполнению не предъявлялся. 

Во исполнение исполнения обязательств 12.09.2016 между Заводовой Е.К. (кредитор) и Заводовым В.Г. (поручитель) заключен договор поручительства, по условиям которого поручитель обязуется отвечать перед кредитором за исполнение ООО «Регистр» обязательств по погашению долга по исполнительному листу серии ВС№047382001 в сумме 35 135 750,00 рублей.

Доказательств исполнения Заводовым В.Г. обязательств перед Заводовой Е.К. за общество «Регистр» в материалы дела не представлено. 

Письмом ПАО «Уральский транспортный банк» сообщил Заводовой Е.К. о том, что исполнительный лист не может быть исполнен в связи с недостаточностью на счете должника ООО «Регистр» денежных средств, исполнительный лист помещен в очередь неисполненных в срок распоряжений в целях дальнейшего исполнения по мере поступления денежных средств на счет должника, а также о перечислении со счета должника 23.06.2017 суммы 2 967,32 рубля.

	Письмом ПАО «Уральский транспортный банк» в лице Агентства по страхованию вкладов от 25.12.2018 исполнительный лист серии ВС№047382001 от 13.11.2014 возвращен Заводовой Е.К. с указанием периода нахождения исполнительного листа на исполнении с 23.06.2017 по 20.12.2018.

10.01.2019 между Заводовой Е.К. (кредитор) и Заводовым В.Г. (поручитель) подписано дополнительное соглашение к договору поручительства от 12.09.2016, по условиям которого пункт 1 договора изложен в следующей редакции: «поручитель обязуется отвечать перед кредитором за исполнение ООО «Регистр» обязательств по погашению долга по исполнительному листу серии ВС №047382001 в сумме 35 132 782,68 рубля».

Впоследствии, 16.01.2019 между Заводовым В.Г. (цедент) и Заводовой Е.К. (цессионарий) заключен договор об уступке права требования (цессии), по условиям которого цедент уступает права требования к должнику ЗАО «Агрофирма «Ключики», вытекающие из договора поручительства физического лица №167300/0003-9 от 24.02.2016, заключенного к договору №167300/0003 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи от 24.02.2016, обеспеченному договорами залогов, в размере 26 996 280,63 рубля, в том числе 23 230 414,98 рубля исполненных обязательств, 3 765 865,65 рубля начисленных процентов на сумму исполненных обязательств по 31.12.2018.

В соответствии с пунктом 2.1 указанного договора цессионарий обязуется осуществить оплату стоимости уступаемых прав в сумме 26 996 280,63 рубля в срок до 21.01.2019. Оплата может быть произведена в форме безналичного перечисления или зачета встречных требований.

Актом зачета встречных однородных требований от 18.01.2019 Заводова Е.К. (сторона 1) и Заводов В.Г. (сторона 2) для прекращения взаимных обязательств договорились зачесть суммы встречных требований, срок которых наступил, по нижеуказанным договорам:

- по договору об уступке права требования (цессии) от 16.01.2019, по которому сторона 2 является цедентом, сторона 1 цессионарием, предметом которого являются права требования цедента к ЗАО «Агрофирма «Ключики», вытекающие из исполнения цедентом обязательств поручителя должника по договору поручительства физического лица № 167300/0003-9 от 24.02.2016 на сумму 26 996 280,63 рубля;

- по дополнительному соглашению от 16.01.2019 к договору поручительства от 12.09.2016, по которому сторона 1 является кредитором, сторона 2	поручителем, предметом которого является поручительство поручителя перед кредитором за исполнение ООО «Регистр», обязательств по исполнительному листу ВС №047382001, выданному Железнодорожным районным судом г. Екатеринбурга на сумму 35 132 782,68 рубля (п.п. 1.1, 1.2 акта зачета встречных требований от 18.01.2019).

В соответствии с пунктами 1.3, 1.4, 1.5 акта зачета встречных требований от 18.01.2019 по договору поручительства сторона 2 имеет обязательства перед стороной 1 на сумму 35 132 782,68 рубля; размер частично погашаемого по настоящему акту обязательства стороны 2 перед стороной 1 составляет 26 996 280,63 рубля; по договору цессии сторона 1 имеет обязательства перед стороной 2 на 26 996 280,63 рубля; размер погашаемого по настоящему акту обязательства стороны 1 перед стороной 2 составляет 26 996 280, 63 рубля.

Стороны осуществили зачет вышеуказанных встречных однородных требований на сумму 26 996 280,63 рубля.

После осуществления зачета вышеуказанных встречных однородных требований сумма задолженности стороны 2 перед стороной 1 по договору поручительства составляет 8 136 502,05 рубля и подлежит оплате стороной 2 стороне 1 в срок, установленный договором поручительства; сумма задолженности стороны 1 перед стороной 2 по договору цессии полностью погашена и составляет 0,00 рублей (пункты 2,3 акта зачета встречных требований от 18.01.2019).

Указанный акт взаимозачета представлен Заводовой Е.К. в подтверждение доводов об оплате приобретенного ею у Зааводова В.Г. права требования к ЗАО «Агрофирма «Ключики», основанного на исполнении поручителем обязательств перед банком в качестве поручителя. 

С учетом указанного, Заводова Е.К. заявила ко включению в реестр требований кредиторов должника ЗАО «Агрофирма «Ключики» задолженности в размере 28 694 183, 12 рубля, поскольку обязательства по возврату долга должником перед заявителем не исполнены.

Проанализировав представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что требование заявителя не подлежит учету в деле о банкротстве.

Как следует из материалов дела, в подтверждение наличия задолженности заявителем представлены договор №167300/0003 об открытии кредитной линии от 24.02.2016; платежные поручения №1 от 23.11.2017, №1 от 23.11.2017, №1 от 23.11.2017, №9 от 20.02.2018, №10 от 20.02.2018, №11 от 20.02.2018 на общую сумму 23 229 457,22 рубля, по процентам - платежное поручение №12 от 20.02.2018 на сумму 957,76 рубля; справка АО «Российский Сельскохозяйственный банк» от 18.07.2018; договор поручительства от 12.09.2016, дополнительное соглашение к договору поручительства от 10.01.2019, договор об уступке права требования (цессии) от 16.01.2019, акт зачета встречных однородных требований от 18.01.2019, уведомление в адрес ЗАО «Агрофирма Ключики» от 21.01.2019.

Иных доказательств в подтверждение реальности заключенных соглашений и их исполнения суду первой инстанции заявитель требования не представил.

При рассмотрении настоящего обособленного спора, кредитором ООО «Свердловскагрохим» заявлено о фальсификации представленных Заводовой Е.К. документов, а именно договора поручительства от 12.09.2016, дополнительного соглашения к договору поручительства от 10.01.2019, договора об уступке права требования (цессии) от 16.01.2019, акта зачета встречных однородных требований от 18.01.2019, уведомления в адрес ЗАО «Агрофирма Ключики» от 21.01.2019, указав, что они изготовлены не в те даты, которые указаны в документах, и подписаны не лицом, от имени которого они составлены.

Заявление о фальсификации доказательств рассмотрено  судом первой инстанции в порядке статьи 161 АПК РФ путем назначения судебной технической экспертизы в отношении представленных документов.  

Согласно части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Определением от 20.12.2019 судом по обособленному спору назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту экспертной организации НИИСЭ-СТЭЛС Власову Александру Юрьевичу (стаж экспертной работы 44 года), на разрешение которого поставлены вопросы о давности нанесения машинописного текста на всех листах документов при помощи печатного устройства (компьютера, принтера), соответствия указанной на них даты дате изготовления документов; соответствии дата нанесения подписи Заводовой Елены Константиновны дате, указанной на документах в отношении следующих объектов исследования: договора поручительства от 12.09.2016, дополнительного соглашения к договору поручительства от 10.01.2019, договора об уступке права требования (цессии) от 16.01.2019,  акта зачета встречных однородных требований от 18.01.2019, уведомления в адрес ЗАО «Агрофирма Ключики» от 21.01.2019.

По результатам проведенной технической экспертизы в суд представлено заключение эксперта НИИСЭ «СТЭЛС» №11тэд/01/20 от 21.01.2020 со следующими выводами:

по первому вопросу: документы, условно обозначенные в тексте №1-4 (договор поручительства от 12.09.2016: дополнительное соглашение к договору поручительства от 10.01.2019; договор об уступке права требования (цессии) от 16.01.2019; акт зачета встречных однородных требований от 18.01.2019 распечатаны на одном знакосинтезирующем устройстве, в пределах чрезвычайно короткого временного лага (возможно, в рамках одной закладки). Исследование машинописных фрагментов документов №2-4 не дает оснований для достоверного исключения срока их изготовления в январе 2019 года. Отсюда следует категоричный вывод, что и договор поручительства от 12 сентября 2016 года также был распечатан в тот же период. При исследовании всех пяти документов обнаружены многочисленные признаки экстремальных воздействий в виде участков термической деструкции целлюлозы, вплавления в бумагу посторонних объектов (волокон и разноцветных включений), преимущественно как в зоне рукописных подписей и записей (расшифровки подписей), как и в зоне печатного текста. В наибольшей степени перечисленные признаки отвечают финишной реализации прямого контактного высокотемпературного воздействия (например, проглаживание утюгом через увлажненную ткань);

по второму вопросу: время подписания всех пяти исследуемых документов, теоретически, не могло быть более, чем в два года до момента начала экспертизы, и срок изготовления всех документов (при отсутствии экстремальных воздействий) не мог выходить за пределы января 2017 года. С учетом того, что подобные высокотемпературные воздействия, ускоряющие полимеризацию не менее чем вдвое, обнаружены на всех пяти документах, их предельный возраст не может превышать одного года (т.е. январь 2019 года).

В материалы дела Заводовой Е.К. представлено заключение специалиста АНО «Национальное экспертное бюро» №19/02-1 от 12.02.2020-19.02.2020, где указано на то, что заключение экспертов НИИСЭ-СТЭЛС №11тэд/01/20 от 27.01.2020 содержит нарушения положений статьи 8, статьи 25 Федерального Закона №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», методик судебно-технической экспертизы документов, имеет методические нарушения, является неполным, выводы являются необоснованными и недостоверными. 

 Кредитором ООО «Свердловскагрохим» также представлено заключение специалиста №03/03/2020 от 02.03.2020-06.03.2020, выполненное Бубновым М.Ю., на заключение специалиста АНО «Национальное экспертное бюро» №19/02-1 от 12.02.2020-19.02.2020 и заключение специалиста АНО «Национальное экспертное бюро» №19/02-1 от 12.02.2020-19.02.2020, где указано на то, что заключение специалиста АНО «Национальное экспертное бюро» №19/02-1 от 12.02.2020-19.02.2020 выполнено без приложения квалификационных документов, выводы о необоснованности и необъективности экспертизы №11/тэд/01/20 не обоснованы реальными аргументами и не подкреплены доказательствами; эксперт высказал сомнение факта выполнения специалистами С.В. Овечкиным и О.В. Подопригориной заключения №19/02-1 от 12.02.2020-19.02.2020 от имени учреждения АНО «Национальное экспертное бюро».

Кроме того, в заседании суда первой инстанции был опрошен эксперт Власов А.Ю.

Таким образом, заявление о фальсификации проверено судом на основании оценки всех представленных в дело доказательств в совокупности и заключения эксперта, полученного в рамках проведенной судебной экспертизы. Анализ вышеуказанных доказательств позволил суду сделать вывод о заключении договора поручительства от 12.09.2016 между Заводовым В.Г. и Заводовой Е.К. по обязательствам ООО «Регистр» не в дату, указанную в договоре, а именно не ранее января 2019 года. 

Доводы Заводовой Е.К. о несоответствии заключения эксперта требованиям закона правомерно отклонены в силу следующего.

Заключение экспертизы в силу статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является одним из доказательств, которое в соответствии со статьями 71, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исследуется и оценивается судом наравне с другими доказательствами и не может иметь заранее установленной силы.

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

В силу положений статьи 16 указанного Закона эксперт обязан провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам.

В заключении должны быть отражены объекты исследований, содержание и результаты исследований с указанием примененных методов (пункты 6, 7 статьи 86 АПК РФ), оценка результатов исследований, выводы и их обоснование (пункт 8 статьи 86 АПК РФ).

Согласно части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Анализ экспертного заключения, с учетом сопоставления представленных письменных доказательств, позволил арбитражному суду прийти к выводу о том, что указанное заключение оформлено в соответствии с требованиями статей 82, 83, 86 АПК РФ, в нём отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения, экспертом исследованы и оценены все имеющиеся в деле на момент проведения экспертизы доказательства. Заключение эксперта, имеющего соответствующие образование, специальность и стаж работы, необходимые для производства данного вида работ, предупреждённого об ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, дал ответы на все поставленные судом вопросы, снабдив заключение необходимыми пояснениями и фотографическими материалами, а также указав способы проведения экспертизы и оборудование, с помощью которого экспертиза произведена, экспертное заключение основано на материалах дела, противоречий в выводах экспертов не усматривается , экспертное заключение является ясным и полным.

О необходимости назначения дополнительной либо повторной экспертизы участниками процесса заявлено не было.

Соответственно, суд первой инстанции признал экспертное заключение допустимым доказательством, добытым в установленном законом порядке. 

Приведенные Заводовой Е.К. возражения на экспертное заключение отражают лишь несогласие с выводами этого заключения. Однако несогласие с результатами экспертизы, методикой ее проведения, с выводами эксперта в отсутствие соответствующих доказательств в обоснование такого несогласия, сомнений, а также доказательств наличия в нем каких-либо неясностей, неточностей, противоречий не является основанием для проведения повторной экспертизы.

Представленные Заводовой Е.К. разъяснения Росстандарта от 09.04.2020 №6145-ИК/03 в отношении сертификатов соответствия эксперту Власову А.Ю. не свидетельствуют о невозможности проведения им экспертных исследований. 

Кроме того, заключение экспертизы исследовано Арбитражным судом Свердловской области наряду с другими документами и признано надлежащим доказательством, оценено им наряду с другими представленными сторонами доказательствами (статьи 64, 71, часть 3 статьи 86 АПК РФ).

Стороны в соответствии с положениями статей 8, 9 АПК РФ пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Таким образом, оценка представленных и добытых в ходе судебного разбирательства, произведена в их совокупности. 

С учетом изложенного выше, оценки доказательств, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований руководствуясь следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 819 Гражданского кодекса РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

К отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные параграфом 1 «Заем» главы 42 «Заем и кредит» Гражданского кодекса Российской Федерации (часть 2 статьи 819 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. 

Договор займа может предусматривать штрафные санкции для должника, нарушившего его условия (статья 811 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

На основании части 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить полученную сумму в срок и в порядке, которые предусмотрены договором.

В силу пункта 1 статьи 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. 

При отсутствии в договоре условия о размере процентов их размер определяется существующей в месте жительства займодавца, а если займодавцем является юридическое лицо, в месте его нахождения ставкой банковского процента (ставкой рефинансирования) на день уплаты заемщиком суммы долга или его соответствующей части.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. 

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В соответствии со статьей 361 Гражданского кодекса РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

Согласно статье 363 Гражданского кодекса РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 9 постановления Пленума N42, в пункте 15.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что заключение договора поручительства может быть вызвано наличием у заемщиков и поручителей в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества).

В соответствии с пунктом 1 статьи 365 Гражданского кодекса к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том числе если поручитель произвел исполнение обязательства за должника лишь в части. В последнем случае кредитор и поручитель становятся созалогодержателями, имеющими равные права на удовлетворение своих требований из стоимости заложенного имущества.

Действительно, материалами дела установлено исполнение поручителем Заводовым В.Г. обязательств должника перед банком по кредитному соглашению, что подтверждено справкой АО «Российский Сельскохозяйственный банк» от 18.07.2018 об исполнении обязательств и закрытии кредитного договора.

Таким образом, к Заводову В.Г. как к поручителю, исполнившему обязательства, перешли права кредитора в части уплаченной суммы по обязательству ЗАО «Агрофирма «Ключики» по договору №167300/0003 об открытии кредитной линии от 24.02.2016, и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.10.2019, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2019 по настоящему делу, установлено, что Заводов Валерий Геннадьевич является акционером должника ЗАО «Агрофирма «Ключики» с долей акций более 97%. Заводова Елена Константиновна является бывшей супругой Заводова Валерия Геннадьевича, брак между расторгнут решением мирового судьи судебного участка №2 Железнодорожного района Екатеринбурга от 02.02.2009 по делу №2-65/2009.

Заводов В. Г. является контролирующим должника лицом.

Договор №167300/0003 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи, как и договору №167300/0003-9 поручительства физического лица, были заключены 24.02.2016.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждено документально, в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов, задолженность перед которыми существовала с 2016 года, а именно перед МУП «Энергосервис», МО Красноуфимского района Свердловской области, Министерством экономики и территориального развития Свердловской области, ООО «Маяк-Агро», ИП Ежовым Дмитрием Николаевичем, ООО Нефтяная компания «Парматрейд», ООО «Зелекс», АО «Тюменьагромаш».

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что на момент заключения договора №167300/0003-9 поручительства физического лица должник находился в трудном экономическом положении, отвечал признаку неплатежеспособности, что подтверждается реестром требований кредиторов должника, задолженность перед которыми существовала на 2016 год.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

С учетом изложенного, следует признать верным вывод суда о том, что договор поручительства был заключен Заводовым В.Г. в условиях имущественного кризиса подконтрольного ему основного должника ЗАО «Агрофирма «Ключики», контролирующее лицо, выдавая поручительство, по сути, предоставило должнику компенсационное финансирование. 

Соответственно, с учетом положений пункта 6.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, требования Заводова В.Г. могли быть рассмотрены судом на предмет их обоснованности и подлежащих удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Арбитражный суд при рассмотрении заявленных  требований пришел к выводу о том, что контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу компенсационного финансирования, в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 6.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020,	такие требования поручителя, не могут конкурировать с требованиями других кредиторов (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

При этом, в обход указанного порядка удовлетворения требований аффилированного с должником лица, с целью установления задолженности в реестре требований кредиторов должника наравне с иными внешними кредиторами, Заводовым В.Г. были совершены действия по уступке права требования Заводовой Е.К. (бывшей супруге), т.е. с целью создания видимости реальных долговых обязательств. 

Так, указанные требования уступлены Заводовым В.Г. бывшей супруге Заводовой Е.К. на основании договора об уступке права требования (цессии) от 16.01.2019.

По правилам статьи  2 Федерального закона от 26.10.2002 N127-ФЗ (ред. от 01.07.2018) «О несостоятельности (банкротстве)» к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

В определении от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556(2) Верховным Судом  РФ сформирован  правовой подход, в силу  которого  по смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.  

В частности заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Если «дружественный» кредитор не подтверждает целесообразность заключения обеспечительной сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 ГК РФ).

При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно положениям статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции) входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица,                            входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участии в этом хозяйственном обществе, (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии е полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо осуществляет функции единоличного исполнительного органа этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственном обществу (товариществу, хозяйственному партнерству} обязательные для исполнения указания;

4) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), в котором более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

7) физическое лицо, его супруг, родители (и том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1-7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1-7 настоящей части признаку;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных а пунктах 1-8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Соответственно, общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель, обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества (в том числе и денежных средств), иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления со стороны должника по рассматриваемому обязательству).

Однако в ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой, выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 №308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 №306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 №306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056(6)).

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Целью судебной проверки таких требований является исключение у суда любых разумных сомнений в наличии и размере долга, а также в его гражданско-правовой характеристике.

Таким образом, сам по себе факт аффилированности кредитора, предъявившего требование о включении в реестр, и должника хотя и не свидетельствует о намерении сторон искусственно создать задолженность, однако при заявлении иными незаинтересованными участниками процесса обоснованных возражений возлагает бремя опровержения таких возражений на аффилированного кредитора.

Как указывалось выше, акционером должника с долей акций более 97% является Заводов Валерий Геннадьевич.

Из материалов дела следует, и сторонами не оспаривается, что Заводова Е.К. являлась супругой Заводова В.Г.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ по состоянию на 17.10.2019  ООО «Регистр» зарегистрировано в качестве юридического лица 28.04.2012 с присвоением ОГРН 11266780048770. Учредителем (участником) ООО «Регистр» с размером доли 100% является Заводов Валерий Геннадьевич.

Таким образом, на момент совершения спорных соглашений должник,  Заводова Е.К. и Заводов В.Г. являлись заинтересованными по отношению друг к другу лицами. 

Вопреки доводам Заводовой Е.К., указывающей на расторжение брака между Заводовой Еленой Константиновной и Заводовым Валерием Геннадьевичем согласно решению мирового судьи судебного участка №2 Железнодорожного района Екатеринбурга от 02.02.2009 по делу №2-65/2009, как на доказательство того, что Заводов В.Г. более не является заинтересованным по отношению к должнику лицом, необходимо обратить внимание на то, что Заводова Е.К. представляла интересы ЗАО «Агрофирма «Ключики» как ответчика в судебном процессе по делу №А60-4276/2019 по иску ООО «Свердловскагрохим».

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дела о банкротстве», п. 13 утвержденного Президиумом ВС РФ 20.12.2016 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота предъявляются повышенные требования.

При представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

При этом, доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Из материалов дела также следует, что между Заводовой Е.К. и Заводовым В.Г. для прекращения взаимных обязательств подписан акт зачета встречных однородных требований от 18.01.2019, по которому зачтены суммы встречных требований по договору об уступке права требования (цессии) от 16.01.2019, предметом которого являются права требования Заводова В. Г. к ЗАО «Агрофирма «Ключики», вытекающие из исполнения им обязательств поручителя должника, обеспеченные залогом недвижимости, транспортных средств и сельскохозяйственных животных, и по дополнительному соглашению от 16.01.2019 к договору поручительства, предметом которого является поручительство Заводова В.Г. перед Заводовой Е.К. за исполнение ООО «Регистр», обязательств по исполнительному листу ВС№047382001 на сумму 35 132 782,68 рубля.

Как верно указал суд первой инстанции, произошел зачет одного обязательства, обеспеченного залогом недвижимости, транспортных средств и сельскохозяйственных животных, и второго обязательства, возникшего в 2014 году у ООО «Регистр» (учредителем которого также является Заводов В.Г. с долей участия 100%), ничем не обеспеченных.

Кроме того, дополнительное соглашение от 10.01.2019 к договору поручительства от 12.09.2016, в соответствии с которым уточнена сумма долга ООО «Регистр» по исполнительному листу, а также установлен срок исполнения обязательств (до 31.01.2019), заключено на последних месяцах срока предъявления исполнительного листа серии ВС№047382001 к исполнению.

Указанные обстоятельства указывают, что договор об уступке права требования (цессии) от 16.01.2019, с учетом акта зачета встречных однородных требований от 18.01.2019, заключен на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Таким образом, обстоятельства дела указывают на то, что договор об уступке права требования (цессии) от 16.01.2019 заключен между аффилированными лицами.

В подтверждение разумных мотивов совершения сделки Заводова Е. К. ссылается на то, что приобретая права требования к должнику руководствовалась тем, что в течение нескольких лет она не могла взыскать долг с ООО «Регистр», поэтому фактически «обменяла» это обязательство на более ликвидное.

Вместе с тем, обоснований по необращению к Заводову В.Г. как к поручителю по обязательствам ООО «Регистр» с момента заключения договора поручительства от 12.09.2016, не представлено.

Разумных экономических мотивов совершения сделок Заводовым В.Г., а именно договора уступки права требования от 16.01.2019, акта зачета встречных однородных требований от 18.01.2019, в результате которого произошел явно невыгодный для него «обмен» обязательства, обеспеченного залогом недвижимости, транспортных средств и сельскохозяйственных животных, на обязательство, ничем не обеспеченное, а также дополнительного соглашения от 10.01.2019 к договору поручительства от 12.09.2016, заключенного на последних месяцах срока предъявления исполнительного листа серии ВС№047382001 к исполнению, установить не представляется возможным.

Кроме того, выводы эксперта НИИСЭ «СТЭЛС» в заключении №11тэд/01/20 от 21.01.2020 ставят под сомнение наличие каких-либо обязательств Заводова В.Г. перед Заводовой Е.К. за исполнение своих обязательств ООО «Регистр» ранее января 2019 года, и как следствие экономической обоснованности и целесообразности заключения в дальнейшем дополнительного соглашения к договору поручительства от 10.01.2019, акта зачета встречных однородных требований от 18.01.2019 к договору об уступке права требования (цессии) от 16.01.2019, свидетельствуют об отсутствии намерения сторон получить положительный результат, свойственный для сделок, совершаемых в обычной хозяйственной деятельности.

Подобные факты могут свидетельствовать о создании формальных обязательств между сторонами с целью искусственного формирования задолженности. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора (определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2017 по делу N301-ЭС17-4784).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что со стороны Заводовой Е.К. имело место злоупотребление правом и недобросовестное поведение (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

При этом, наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр требований кредиторов должника, согласно абзацу 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Правоотношения сложились между аффилированными лицами и без видимых на то экономических обоснований, при отсутствии доказательств с достоверностью подтверждающих факт исполнения Заводовой Е.К. обязанности по оплате приобретенного ею права требования к должнику на основании договора уступки от 16.01.2019, т.е. при злоупотреблении правом (с учетом того, что договор поручительства от 12.09.2016, заключенный между Заводовым В.Г. и Заводовой Е.К. в обеспечение исполнения обязательств общества «Регистр» перед Заводовой Е.К. признан судом сфальсифицированным, поскольку выполнен не ранее января 2019). 

Обязательства должника перед заявителем имеют корпоративную природу и не могут учитываться в деле о банкротстве, кредиторы по такому обязательству не являются конкурсными кредиторами должника в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве, поскольку характер обязательств этих лиц непосредственно связан с их ответственностью за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей.

Наличие такой задолженности не может конкурировать с внешними независимыми обязательствами.  

Как следствие, требования таких лиц не подлежат включению в реестр требований кредиторов.

Закон не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (пункт 1 статьи 148 Закона о банкротстве, пункт 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом. Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В пункте 5 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01 июля 1996 года №6/8 указано, что при разрешении споров отказ на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в защите права со стороны суда допускается лишь в случаях, когда материалы дела свидетельствуют о совершении юридическим лицом действий, которые могут быть квалифицированы как злоупотребление правом, в частности действий, имеющих своей целью причинить вред другим лицам.

Злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая при этом права и законные интересы других лиц.

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что при недоказанности аффилированным лицом достаточными и достоверными доказательствами наличия у должника перед ним денежных обязательств, обращение аффилированного лица с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника направлено на создание контролируемой кредиторской задолженности должника, уменьшение в реестре требований кредиторов должника процента требований независимых кредиторов, что не согласуется с целями и задачами процедуры банкротства должника.

Доводы заявителя о несогласии с выводами суда о корпоративных отношениях, поскольку ПАО «Россельхозбанк» не входит в группу предприятий ЗАО «Агрофирма «Ключики», Заводова Е.К. также никакого отношения к ПАО «Россельхозбанк» не имеет, уступка прав не меняет в целом изначальную конструкцию долга подлежат отклонению как основанные на неверном толковании норм материального права. В данном случае суд исходил из совокупности фактических обстоятельств, из которых установлено, что договор уступки права требования был заключен для видимости создания взаимоотношений между Заводовой Е.К. и Заводовым В.Г. с целью исключения возможности квалифицировать отношения в качестве совершенных между аффилированными лицами и установления в реестре требований «независимого кредитора» и недопущения понижения очередности удовлетворения требований. 

Суд первой инстанции обоснованно поставил под сомнение (не опровергнутое заявителем) наличие каких-либо обязательств Заводова В.Г. перед Заводовой Е.К. за исполнение своих обязательств за ООО «Регистр», что позволило суду прийти к выводу об отсутствии экономической целесообразности и обосновании заключения в последующем соглашения к договору поручительства, акта зачета встречных однородных обязательств и уступки права требования. Данные обстоятельства подтверждают отсутствие намерения сторон получить положительный результат, свойственных для сделок, совершаемых в обычной хозяйственной деятельности. 

Ссылка апеллянта на то, что вывод суда о заключении договора об уступке права требования (цессии) от 16.01.2019, с учетом акта зачета встречных однородных требований от 18.01.2019, на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка не обоснован подлежит отклонению, поскольку судом первой инстанции дана надлежащая правовая оценка указанным обстоятельствам.

Доводы заявителя жалобы о том, что сомнения в датах документов противоречат фактическим обстоятельствам дела, которые подробно изложены в рецензии на заключение эксперта Власова; заключение эксперта не является исключительным средством доказывания, поскольку в материалы дела представлены и иные данные относительно обстоятельств изготовления документов подлежат отклонению, поскольку представленное в материалы дела заключение эксперта соответствует требованиям Закона «Об оценочной деятельности». Заводовой Е.К. не приведено достаточных и обоснованных аргументов о наличии существенных противоречий в выводах экспертов, допущенных нарушениях.

Экспертное заключение исследовано и оценено наряду с другими доказательствами по делу и не имело для суда заранее установленной силы и не являлось исключительным доказательством по делу и сводятся лишь с несогласием выводов, установленных судом.

Ссылка апеллянта на наличие существенных процессуальных нарушений, так как в реестр требований кредиторов ЗАО «Агрофирма «Ключики» включен ПАО «Уральский транспортный Банк», где Заводов В.Г. является основным акционером; одинаковое положение участников должника предполагает равное включение их требований в реестр, основаны на неверном толковании судебного акта по результатам рассмотрения заявления ПАО «Уральский транспортный Банк». 

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения. 

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции. 

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за подачу настоящей апелляционной жалобы не предусмотрена.

Апеллянтом представлена копия чека-ордера от 27.03.2020 (операция 4999) об уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Вопрос о возврате государственной пошлины полежит разрешению при предоставлении подлинника платежного документа.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 18 марта 2020 года по делу №А60-16417/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Л.М. Зарифуллина 

 

Судьи

Е.О. Гладких

 

И.П. Данилова