ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, 

<

...>

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-3570/2023

г. Вологда

16 февраля 2026 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 февраля 2026 года.

В полном объёме постановление изготовлено 16 февраля 2026 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Марковой Н.Г. и Шумиловой Л.Ф., при ведении протокола секретарем судебного заседания Ерофеевой Т.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 и ФИО1 в лице законного представителя ФИО2 на определение Арбитражного суда Архангельской области от 28 августа 2025 года по делу № А05-3570/2023,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Архангельской области (далее – суд) от 18.05.2023 принято к производству заявление о признании общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Регион-Проект» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 163071, 

<

...>; далее – Должник, Общество) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением суда от 07.07.2023 (резолютивная часть от 06.07.2023) в отношении Должника введена процедура банкротства – наблюдение.

Решением суда от 13.12.2023 (резолютивная часть от 06.12.2023) Должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3.

Конкурсный управляющий обратился 21.05.2024 в суд с заявлением о признании недействительными сделками:

договора от 01.08.2020, заключенного Должником и ФИО4 (далее – ответчик 1), о переводе долга по договору лизинга от 27.11.2017 № 1693890-ФЛ/АРХ-17;

соглашения о замене лизингополучателя от 01.08.2020 по договору лизинга от 27.11.2017 № 1693890-ФЛ/АРХ-17, заключенного Обществом и ответчиком 1;

договора купли-продажи от 08.09.2020 № 1693890-ФЛ/АРХ-17, заключенного ответчиком 1 и акционерным обществом (далее – АО) «Лизинговая компания «Европлан» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 119049, Москва, ул. Коровий Вал, д. 5; далее – ответчик 2);

применении последствий недействительности сделок в виде обязания ответчика 1 возвратить в конкурсную массу Общества транспортное средство LEXUS RX200T, 2017 года выпуска, идентификационный номер VIN 

<

***> (далее – транспортное средство).

Определением суда от 29.10.2024 производство по заявлению конкурсного управляющего приостановлено в связи со смертью ответчика 1 до определения его правопреемника.

Определением суда от 27.05.2025 произведена замена лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, ФИО4 на его правопреемников – ФИО1 и ФИО1 в лице их законного представителя ФИО2.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5 (место жительства – г. Архангельск).

Определением суда от 28.08.2025 признаны недействительными договор от 01.08.2020 о переводе долга и соглашение от 01.08.2020 о замене лизингополучателя по договору лизинга от 27.11.2017 № 1693890-ФЛ/АРХ-17, заключенные ООО «Регион-Проект» и ФИО4

Со ФИО6 в конкурсную массу Общества взыскано по 851 522 руб. 19 коп. соответственно.

Заявление конкурсного управляющего в части требования о признании недействительным договора купли-продажи от 08.09.2020 № 1693890-ПР/АРХ-20, заключенного ФИО4 и АО «Лизинговая компания «Европлан», оставлено без рассмотрения.

Со ФИО6 в конкурсную массу Общества взыскано по 6 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

ФИО1 и ФИО1 в лице законного представителя ФИО2 с этим определением суда не согласились, обратились в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просят его отменить в удовлетворенной части.

В обоснование своей позиции ссылается на то, что определение в части признания недействительными договоров и замены лизингополучателя, взыскания с каждого из наследников 851 522 руб. 19 коп. вынесено без учета фактических обстоятельств дела.

Определением суда от 05.12.2023 установлено, что ООО «Спецэнерго», ООО «БК-Строй», Должник, ФИО4 и ФИО2 являлись аффилированными лицами, входили в одну группу лиц.

Вместе с тем эти обстоятельства имели место в период с 18.12.2020 по 09.03.2021, а оспариваемые договоры датированы 01.08.2020, 08.09.2020.

Вывод суда о том, что стоимость перешедшего к наследникам наследственного имущества превышает размер обязательств, возникших в связи с применением последствий недействительности сделок, не основан на фактах.

Судом не принято во внимание то, что для выполнения сделки от 01.08.2019 ФИО4 произведено значительное финансирование, в том числе по аренде генератора.

Конкурсный управляющий в отзыве возражает против удовлетворения жалобы.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Согласно части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Принимая во внимание часть 5 статьи 268 АПК РФ, разъяснения пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», а также учитывая отсутствие соответствующих возражений, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность принятого по делу судебного акта только в удовлетворенной части.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ответчик 2 (лизингодатель по договору) и Общество (лизингополучатель по договору) заключили договор лизинга от 27.11.2017 № 1693890-ФЛ/АРХ-17.

Согласно пункту 2.1 договора лизингодатель обязуется приобрести в собственность у выбранного лизингополучателем продавца указанный лизингополучателем предмет лизинга и предоставить лизингополучателю предмет лизинга во временное владение и пользование для предпринимательских целей на срок и на условиях, определенных договором лизинга.

В соответствии с пунктом 3 договора предметом лизинга выступает транспортное средство LEXUS RX200T, идентификационный номер VIN 

<

***> (далее – транспортное средство).

Сумма лизинговых платежей по договору составляет 4 316 000 руб. 28 коп.

Размер и сроки уплаты лизинговых платежей согласованы в графике платежей (пункт 4.4.2 договора).

Авансовый платеж в размере 978 600 руб. вносится в течение пяти рабочих дней с момента подписания договора, также лизингополучатель вносит ежемесячно платежи в размере 95 354 руб. 30 коп. (кроме последнего в размере 95 354 руб. 08 коп.). По графику платежей последний платеж подлежит внесению 28.10.2020.

В соответствии с пунктом 4.5 договора выкупная цена предмета лизинга составляет 1 000 руб.

Выкупная цена является платой лизингодателю за передачу права собственности на предмет лизинга лизингополучателю по окончании срока лизинга (пункт 4.5.1 договора).

По договору купли-продажи от 27.11.2017 № 35206405-КП/АРХ-17 лизингодатель приобрел предмет лизинга, по акту приема-передачи от 30.11.2017 передал его лизингополучателю.

Дополнительным соглашением к договору лизинга от 01.11.2018 № 1 сумма лизинговых платежей увеличена до 4 364 319 руб. 96 коп., а пункт 4.4.2 договора изложен в новой редакции (изменен размер ежемесячного платежа).

Общество (старый должник) и ФИО4 (новый должник) заключили 01.08.2020 договор, в соответствии с которым старый должник переводит, а новый должник принимает на себя исполнение обязательств лизингополучателя по договору лизинга от 27.11.2017 в объеме и на условиях, существующих в момент заключения договора. Старый должник уступает, а новый должник принимает права лизингополучателя по договору лизинга.

Как указано в пункте 1.4 договора, сумма невыплаченных платежей по договору лизинга составляет 354 582 руб. 40 коп.

По акту приема-передачи от 01.08.2020 имущество передано ответчику 1.

Также 01.08.2020 Должник (первоначальный лизингополучатель) и ответчик 1 (новый лизингополучатель) заключили соглашение, на основании которого права и обязанности лизингополучателя по договору лизинга от 27.11.2017 № 1693890-ФЛ/АРХ-17 перешли к ответчику 1.

По условиям соглашения за переход прав и обязанностей лизингополучателя новый лизингополучатель производит оплату первоначальному лизингополучателю в размере 150 000 руб. Указанная сумма подлежит уплате в срок до 31.08.2020.

Дополнительным соглашением от 01.12.2020 размер платы за переход прав и обязанностей лизингополучателя увеличен до 2 450 000 руб. Указанная сумма подлежит уплате в срок до 31.12.2020.

По договору купли-продажи от 08.09.2020 № 1693890-ПР/АРХ-20 предмет лизинга передан в собственность ответчика 1. Стоимость имущества определена сторонами в размере 206 871 руб. 68 коп.

По акту приема-передачи от 08.09.2020 имущество передано ответчику 1.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением, в котором просит признать договор о переводе обязательств по договору лизинга, соглашение о замене лизингополучателя, договор купли-продажи недействительными как подозрительные сделки на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также как сделки, при заключении которых допущено злоупотреблением правом, и как притворные сделки на основании статей 10, 168, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суд первой инстанции оставил без рассмотрения заявление конкурсного управляющего в части требования о признании недействительным договора купли-продажи от 08.09.2020 № 1693890-ПР/АРХ-20, заключенного ФИО4 и АО «Лизинговая компания «Европлан».

В этой части определение суда не обжалуется.

В удовлетворенной части апелляционная коллегия приходит к следующим выводам.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63), сделка, совершенная должником в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана судом недействительной в случае, если оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств:

сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как разъяснено в пункте 5 постановления № 63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как указано в пункте 6 постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В абзаце пятом пункта 6 постановления № 63 разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, в силу которых под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества (активов), а под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Положениями абзаца второго пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается не только в случае наличия у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на дату совершения оспариваемых сделок, но и в случае возникновения указанных признаков в результате совершения оспариваемых сделок.

В пункте 9 постановления № 63 указано, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае дело о признании Должника несостоятельным (банкротом) возбуждено 18.05.2023, оспариваемые сделки заключены 01.08.2020 и 08.09.2020, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий полагает, что договор и соглашение от 01.08.2020 заключены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, направлены на безвозмездное выбытие имущества Должника в пользу заинтересованного лица.

Судом установлено, что на 01.08.2020 Должник перестал исполнять обязательства перед следующими кредиторами:

– решением суда от 16.06.2021 по делу № А05-13686/2020 с Общества в пользу АО «Северное речное пароходство» взыскано 1 200 000 руб. арендной платы за май и июнь 2020 года по договору аренды баржи 2303 без экипажа от 06.09.2019 (требования включены в реестр требований кредиторов определением суда от 07.07.2023).

– решением суда от 05.05.2023 по делу № А05-1727/2023 с Общества в пользу АО «АОЭК» взыскано 712 464 руб. 58 коп. долга, в том числе по счету-фактуре от 30.06.2020 (требования включены в реестр требований кредиторов определением суда от 17.10.2023).

– решением суда от 25.03.2021 по делу № А05-12351/2020 с Общества в пользу ООО «Элемент Ойл Трейдинг» взыскано 4 083 399 руб. 50 коп. стоимости утраченного груза, 54 088 руб. 52 коп. в счет возврата уплаченного фрахта, 101 446 руб. 51 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных за период с 29.07.2020 по 24.02.2021 (требования включены в реестр требований кредиторов определением суда от 05.12.2023).

По смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления № 63 факт наличия денежного обязательства перед отдельным кредитором, его неисполнение и последующее включение вытекающего из него требования в реестр требований кредиторов подтверждают неплатежеспособность должника в период заключения оспариваемой сделки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3)).

В настоящее время в конкурсной массе Должника недостаточно активов, за счет которых могли бы быть погашены требования кредиторов, включенные в реестр.

С учетом изложенного сделка совершена при наличии признаков неплатежеспособности Должника.

Презумпция неплатежеспособности, установленная абзацем тридцать четвертым пункта 1 статьи 2 Закона о банкротстве, не опровергнута.

В соответствии с абзацем третьим пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов свидетельствует также совершение сделки в отношении заинтересованного лица.

В силу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Вопреки доводам жалобы, вступившим в законную силу определением суда от 05.12.2023 по настоящему делу установлено, что Должник, ФИО5 и ФИО4 фактически являются аффилированными лицами.

С учетом изложенного оспариваемая сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в результате заключения сделки произошло уменьшение имущества Должника, за счет стоимости которого могли бы быть удовлетворены требования его кредиторов.

В нарушение статьи 65 АПК РФ ответчик не представил надлежащие доказательства встречного исполнения.

В рамках настоящего дела проведена экспертиза по определению рыночной стоимости предмета лизинга по состоянию на 01.08.2020.

Согласно заключению эксперта № 27/Э-24 рыночная стоимость имущества составляла 2 055 242 руб.

Суд верно указал на то, что заключение эксперта соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы эксперта ясны, обоснованы, содержат ссылки на представленные судом для производства экспертизы документы, противоречия в выводах отсутствуют. Оснований сомневаться в обоснованности заключения не имеется.

Экспертное заключение принято судом в качестве надлежащего доказательства, соответствующего требованиям статей 82, 83, 86 АПК РФ, следовательно суд правомерно принял за рыночную стоимость транспортного средства установленную экспертизой его стоимость.

В соответствии с разъяснениями пункта 35 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 (далее – Обзор от 27.10.2021), односторонний отказ лизингодателя от исполнения договора лизинга и изъятие предмета лизинга сами по себе не свидетельствуют о наличии оснований для признания отказа недействительным по правилам пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, недействительными могут быть признаны условия договора лизинга (соглашения о его расторжении), ущемляющие лизингополучателя в праве на получение сальдо встречных предоставлений по договору.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 38 Обзора от 27.10.2021, в случае оспаривания соглашения о передаче лизингополучателем прав и обязанностей по договору лизинга по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, факт причинения вреда имущественным правам кредиторов устанавливается путем определения соотношения между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя.

С учетом изложенного размер справедливого встречного исполнения по договору о замене стороны в договоре лизинга соответствует размеру сальдо встречных обязательств по договору лизинга на дату перемены лица в договоре, если такое сальдо складывается в пользу прежнего лизингополучателя, но в любом случае не может быть больше разницы между рыночной стоимостью предмета лизинга на дату совершения сделки и размером обязательств перед лизингодателем, оставшихся непогашенными.

Поскольку размер платы за предоставленное Должнику финансирование в договоре лизинга от 27.11.2017 не предусмотрен, плата за финансирование обоснованно определена судом расчетным путем согласно формуле, указанной в пункте 3.5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

С расчетом суда апелляционная коллегия согласна.

Так, общий размер платежей по договору лизинга от 27.11.2017 установлен в пункте 4.4 в редакции дополнительного соглашения от 01.11.2018 и составляет 4 364 319 руб. 96 коп.

Размер авансового платежа составил 978 600 руб.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, равняется закупочной цене предмета лизинга за вычетом авансового платежа, что согласно материалам дела составило 2 283 400 руб. (3 262 000 руб. – 978 600 руб.).

Срок договора лизинга за период с даты его заключения (27.11.2017) по дату его окончания согласно пункту 5.3 договора –31.10.2020 – составил 1 070 дней.

С учетом изложенного размер платы за финансирование верно определен судом в размере 16,47 % исходя из следующего: (4 364 319 руб. 96 коп. – 978 600 руб.) – 2 283 400 руб. / 2 283 400 руб. х 1070) х 365 х 100.

На основании определенной расчетным путем платы за финансирование судом произведен расчет сальдо взаимных обязательств лизингодателя и лизингополучателя по договору лизинга от 27.11.2017 на 01.08.2020.

На основании сведений, отраженных в акте сверки расчетов по договору лизинга, суд верно установил то, что до 01.08.2020 Должник внес ответчику 2 платежа в общем размере 3 108 843 руб. 79 коп. (кроме авансового платежа).

С учетом рыночной стоимости предмета лизинга (2 055 242 руб.) в случае расторжения договора лизинга 01.08.2020 размер предоставлений должника по договору составил бы 5 164 085 руб. 79 коп.

Размер предоставленного Должнику ответчиком 2 финансирования до 01.08.2020 (то есть за 978 дней действия договора лизинга) составил бы 3 290 941 руб. 05 коп., в том числе:

2 283 400 руб. – финансирование, предоставленное при приобретении договора лизинга,

1 007 541 руб. 05 коп. – плата за финансирование до даты расторжения договора, определенная по формуле: 2 283 400 руб. х 16,47 % / 365 дней х 978 дней.

Следовательно, расторжение договора выкупного лизинга и возврат предмета лизинга лизингодателю повлекли бы за собой право лизингополучателя на получение денежных средств в размере 1 873 144 руб. 74 коп.

В то же время размер платы за переход прав и обязанностей лизингополучателя по договору лизинга определен сторонами в размере 2 450 000 руб., в связи с чем нарушения прав кредиторов самим условием оспариваемого договора не усматривается.

Судом также правомерно учтены следующие обстоятельства.

Внесение платы за переход прав и обязанностей лизингополучателя по договору лизинга денежными средствами по соглашению от 01.08.2020 ответчиком 1 не производилось, обязательства ответчика 1 прекращены зачетом встречных требований:

на сумму 1 850 000 руб. по акту взаимозачета от 15.12.2020 № 1;

на сумму 600 000 руб. по уведомлению о зачете встречных требований от 03.07.2023.

При этом определением суда от 13.06.2024 по настоящему делу уведомление от 03.07.2023 о зачете встречных требований между ответчиком 1 и Должником признано недействительным. Это определение не обжаловано и вступило в законную силу.

Таким образом, оплата на сумму 600 000 руб. не произведена.

Фактически к зачету обязательств ответчика 1 направлены обязательства Общества по договору оказания услуг от 01.08.2019.

Однако определением суда от 11.09.2024 по настоящему делу ФИО4 отказано во включении в реестр требований кредиторов Должника требований, вытекающих из договора оказания услуг от 01.08.2019.

Суд пришел к выводу о том, что заключенный договор являлся мнимой сделкой, а ФИО4 не выполнял работы, предусмотренные договором, в связи с чем не имеет права претендовать на получение денежных средств по договору. Названное определение арбитражного суда также вступило в законную силу.

С учетом изложенного обязательства ответчика 1 по договору от 01.08.2020 по внесению платы за переход прав и обязанностей лизингополучателя не могли быть зачтены в счет обязательств Должника по договору оказания услуг от 01.08.2019.

При этом, поскольку договор от 01.08.2019 признан судом мнимой сделкой, то о невозможности зачета стороны не могли не знать.

Таким образом, на момент заключения договора и соглашения от 01.08.2020 и изменения размера платы дополнительным соглашением от 15.12.2020, и Должник, и ответчик 1 знали, что фактически плата за переход прав лизингополучателя не будет внесена. Должник не получил причитающиеся ему денежные средства.

В итоге при наличии возможности расторгнуть договор лизинга и получить денежные средства в размере 1 873 144 руб. 74 коп., Должник уступил свои права ответчику 1, утратив право на получение транспортного средства и освободившись от обязанности от внесения лизинговых платежей в сумме 352 197 руб. 62 коп. (фактически внесенные платежи согласно акту сверки расчетов без учета платы в размере 30 000 руб. за дополнительные услуги по замене лизингополучателя).

С учетом изложенного суд пришел к правомерному выводу о том, что оспариваемые заявителем договор и соглашение от 01.08.2020 заключены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку Должник равноценное предоставление по ним не получил.

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявление конкурсного управляющего в данной части, признав недействительными договор от 01.08.2020 о переводе долга и соглашение от 01.08.2020, заключенные ООО «Регион-Проект» и ФИО4

С правовой аргументацией выводов суда первой инстанции апелляционная коллегия согласна.

Относительно применения последствий недействительности сделок суд апелляционной инстанции учитывает следующее.

На основании статьи 167 ГК РФ, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве суд первой инстанции правомерно в порядке применения последствий недействительности сделки взыскал со ФИО6 по 851 522 руб. 19 коп. соответственно.

При этом судом учтено то, что транспортное средство отчуждено ответчиком 1, в связи с чем не может быть возвращено в конкурсную массу.

Рыночная стоимость имущества на 01.08.2020 составила 2 055 242 руб., при этом ответчик 1 после перехода к нему прав и обязанностей лизингополучателя уплатил ответчику 2 денежные средства в размере 352 197 руб. 62 коп.

При таких обстоятельствах в порядке применения последствий недействительности сделок с ответчика 1 в пользу Должника подлежали бы взысканию денежные средства в размере 1 703 044 руб. 38 коп.

В связи с переходом обязательств ответчика 1 к наследникам в порядке применения последствий недействительности сделок денежные средства правомерно взысканы с наследников.

Согласно материалам дела стоимость перешедшего к наследникам наследственного имущества превышает размер обязательств, возникших в связи с применением последствий недействительности сделок.

Доводы подателей жалобы по существу сводятся к несогласию с оценкой судом первой инстанции установленных по делу обстоятельств. Между тем иная оценка имеющихся доказательств не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального права.

Поскольку материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Архангельской области от 28 августа 2025 года по делу № А05-3570/2023 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 и ФИО1 в лице законного представителя ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия.

Председательствующий

К.А. Кузнецов

Судьи

Н.Г. Маркова

Л.Ф. Шумилова