АРБИТРАЖНЫЙ СУД КУРСКОЙ ОБЛАСТИ

г. Курск, ул. К. Маркса, д. 25

http://www.kursk.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А35-9483/2021

01 ноября 2022 года

г. Курск

 

Резолютивная часть решения объявлена 25.10.2022.

Решение в полном объеме изготовлено 01.11.2022.

Арбитражный суд Курской области в составе судьи Клочковой Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрев в судебном заседании дело по исковому  заявлению

общества с ограниченной ответственностью «МИЛКО» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Ульяновский хладокомбинат» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

о взыскании денежных средств в общей сумме 1 040 000 руб. и расходов по уплате государственной пошлины,

третье лицо - ОАО «Бологовский молочный завод»,

при участии: 

от истца – ФИО2 по доверенности №1-ЮР от 11.08.2021, представлен паспорт, служебное удостоверение,

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 11.11.2021, представлен паспорт, диплом о высшем юридическом образовании.

от третьего лица – не явился, извещен надлежащим образом,

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «МИЛКО» (далее – истец, ООО «МИЛКО») обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Ульяновский хладокомбинат» (далее – ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат») ответчик,  о взыскании денежных средств в общей сумме 1 040 000 руб., в том числе неосновательное обогащение в размере 400 000 руб., штраф за необоснованный отказ от приемки товара по договору поставки № 210705/1 от 05.07.2021 в размере 340 000 руб., транспортные расходы в размере 75 000 руб., неполученные доходы в размере 225 000 руб., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено открытое акционерное общество «Бологовский молочный завод» (171080, Тверская область, Бологовский район, Бологое город, 3-я Пролетарская улица, 12 А, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, далее – ОАО «Бологовский молочный завод»).

В ходе судебного разбирательства ответчик заявил ходатайство о вызове в качестве свидетеля заместителя директора ООО «МИЛКО» ФИО4, подписавшего акт отбора (проб) № б/н от 31.08.2021, ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Анис».

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123 АПК РФ, явку своих представителей не обеспечило.

03.10.2022 от истца через канцелярию поступили дополнительные пояснения.

Представитель истца поддержал заявленные требования в полном объеме. 

Представитель ответчика возражал по заявленным требованиям, относительно приобщения дополнительных пояснений к материалам дела не возражал. 

Поступившие документы судом приобщены к материалам дела.

Судом в порядке статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв в судебном заседании до 25.10.2022 до 11 час. 00 мин.

Информация о перерыве была размещена на официальном сайте Арбитражного суда Курской области (http://kursk.arbitr.ru/) и в картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru).

После перерыва третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123 АПК РФ, явку своих представителей не обеспечило.

19.10.2022 от истца поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

Представитель истца поддержал заявленные требования в полном объеме. 

Представитель ответчика возражал по заявленным требованиям, относительно приобщения дополнительных доказательств к материалам дела не возражал. 

Рассмотрев ходатайство ответчика о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Анис», суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Из приведенных положений законодательства следует, что третьими лицами являются предполагаемые субъекты материальных правоотношений, взаимосвязанных со спорным правоотношением, которые являются предметом судебного разбирательства, привлекаемые или вступающие в начавшийся между первоначальными сторонами процесс с целью защиты своих субъективных прав либо охраняемых законом интересов.

Для того чтобы быть привлеченным к участию в процессе лицо должно иметь очевидный материальный интерес на будущее, то есть после разрешения дела судом у таких лиц возникают, изменяются или прекращаются материально-правовые отношения с одной из сторон. Поэтому после разрешения спора между истцом и ответчиком у третьего лица возникает право на иск или у сторон появляется возможность предъявления иска к третьему лицу, обусловленная взаимосвязью основного спорного правоотношения и правоотношения между стороной и третьим лицом.

Таким образом, критерием привлечения к участию в деле третьих лиц является обоснованный легитимный прямой юридический интерес, выражающийся в том, что решение по делу может создать, изменить или прекратить субъективные права или обязанности третьего лица по отношению к одной из сторон в споре или повлечь факт нарушения лично принадлежащих ему прав или возложения на него обязанностей вынесенным решением.

В обоснование ходатайства ответчик сослался на то, что ООО «Анис» предположительно является реальным поставщиком спорного товара, а истец – «подставным», поскольку, как указывает ответчик, директор ООО «МИЛКО» пояснял в судебном заседании, что он фактически договор не заключал, в переговорах по возврату товара участия не принимал, поскольку все действия происходили по инициативе ООО «Анис». В этой связи ответчик полагает, что привлечение ООО «Анис» необходимо в целях установления фактических обстоятельств дела, связанных с отбором проб, возвратом товара и т.д.

Вместе с тем, ответчиком не учтено, что необходимые условия для привлечения третьего лица к участию в деле установлены статьей 51 АПК РФ, и наличие у лица каких-либо сведений, относящихся к делу, в качестве такого условия в законе не названо, следовательно, не является основанием для привлечения его к участию в деле.

Представление доказательств производится сторонами в порядке, установленном статьей 66 АПК РФ.

В рассматриваемом случае ООО «Анис» не является участником возникшего между сторонами правоотношения.

Следует также отметить, что даже возможная аффилированность указанных выше юридических лиц не может свидетельствовать об ограничении их правоспособности, при том, что вопрос о наличии у ООО «МИЛКО» признаков «технической организации» в рассматриваемом споре во всяком случае не ставится.

Рассмотрев ходатайство ответчика о вызове в качестве свидетеля заместителя директора ООО «МИЛКО» ФИО4, подписавшего акт отбора (проб) № б/н от 31.08.2021, суд приходит к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 88 АПК РФ по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе. Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель, и сообщить суду его фамилию, имя, отчество и место жительства.

В обоснование ходатайства ответчик ссылался на то, что на акте отбора (проб) № б/н от 31.08.2021 основано исследование товара, на которое ссылается истец как на подтверждение качества поставленного товара.

В судебном заседании, состоявшемся 30.05.2022, директор ООО «МИЛКО» ФИО5 пояснил, что не знает лицо, которое подписало акт отбора проб, а также при каких обстоятельствах был подписан данный акт; в штате ООО «МИЛКО» отсутствует должность заместителя директора.

Учитывая, что идентифицировать личность лица, подписавшего акт отбора (проб) № б/н от 31.08.2021 невозможно ввиду отсутствия каких-либо персональных данных физического лица (фамилия выполнена рукописным текстом, частично нечитаема, указаны только инициалы лица без расшифровки), суд приходит к выводу о том, заявленный свидетель не отвечает критериям, предусмотренным статьей 56 АПК РФ, в связи с чем отказывает в удовлетворении соответствующего ходатайства.

На основании статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено судом в отсутствие третьего лица, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного заседания.

Как следует из материалов дела, ООО «МИЛКО» зарегистрировано по адресу: 305001, Курская область, Курск город, Дружининская 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, зарегистрировано в качестве юридического лица: 09.08.2017, ИНН: 

<

***>.

ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» зарегистрировано по адресу: 432035, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, зарегистрировано в качестве юридического лица: 21.02.2002, ИНН: 

<

***>.

05.07.2021 между ООО «МИЛКО» (поставщик) и ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» (покупатель) с протоколом разногласий заключен договор поставки № 210705/1, по условиям которого поставщик обязуется поставить покупателю, а покупатель обязуется принять и оплатить на условиях, изложенных в настоящем договоре, продукцию; товар поставляется партиями, каждая партия товара формируется к поставке на основании полученной от покупателя письменной заявки (по электронной почте) (пункты 1.1-1.2 договора).

Согласно пункту 1.4. договора, наименование, ассортимент, количество и цена товара указываются в товарных накладных, являющихся неотъемлемой частью настоящего договора.

В спецификации № 1 от 16.07.2021 стороны согласовали поставку товара – масла сливочного 72,5% ГОСТ 32261-2013 производства ОАО «Бологовский М3», в количестве 20 000 кг, на общую сумму 6 800 000 руб.

По универсальному передаточному документу (далее – УПД) № 1231 от 28.07.2021 истец передал ответчику товар (масло сливочное МДЖ 72,5 %) на общую сумму 6 800 000 руб.

Вместе с тем, полученный товар ответчиком был принят на ответственное хранение ввиду наличия претензий к его качеству, о чем ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» составило акт от 29.07.2021 и сделало соответствующие отметки о составлении данного акта в УПД № 1231 от 28.07.2021 (т. 1 л.д. 49) и в транспортной накладной от 28.07.2021 (т. 1 л.д. 65-66).

03.08.2021 в 11 час. 30 мин. представителями ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» с участием представителя ООО «МИЛКО» ФИО6 по доверенности произведен отбор проб поставленной истцом продукции, пробы опломбированы номерными пломбами № 03103983 и № 03103984, о чем составлены акты отбора образцов (проб) от 31.08.2021 № б/н (т. 1 л.д. 85-86, 126-127), в которых указаны номера пломб.

Из акта от 03.08.2021 (т. 1 л.д. 85-86) следует, что образцы с пломбой № 03103983 забрал представитель поставщика ФИО6

Проба с пломбой № 03103984 передана ответчиком 03.08.2021 в Испытательный лабораторный центр ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Ульяновской области».

Согласно протоколу лабораторных испытаний № 55746 от 10 августа 2021 г. Испытательным лабораторным центром ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Ульяновской области» установлен факт несоответствия качества поступившего на исследование образца (Масло сливочное «Крестьянское» м.д.ж. 72,5%; дата изготовления: 13.06.2021; срок годности: 24 месяца при температуре не выше -25°С, 15 месяцев при температуре не выше -16 ±2°С; номер партии: №2; объем партии: 20 тонн; упаковка: полиэтиленовый пакет; вес (объем) пробы для испытаний: 1,218 кг) требованиям ГОСТ 32261-2013 «Масло сливочное. Технические условия» по показателям: массовая доля каприловой кислоты (С 8:0); массовая доля каприновой кислоты (С 10:0); массовая доля капроновой кислоты (С 6:0); массовая доля масляной кислоты (С 4:0); массовая доля миристиновой кислоты (С 14:0); соотношение массовых долей жирных кислот: линолевой (С18:2) к миристиновой (С14:0); фитостерины (обнаружено более 2).

Истец, в свою очередь, со ссылкой на проведенные ФБУ «Тест-С.-Петербург» исследования, в иске ссылался на то, что поставленный товар соответствовал требованиям ГОСТ 32261-2013.

Кроме того, как следует из искового заявления, 03.08.2021 представитель ООО «Милко» прибыл на территорию ООО «Торговый дом «Ульяновский хладокомбинат» (

<

...>) и потребовал незамедлительно вернуть самовольно выгруженный товар, однако директор ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» ФИО7 отказалась выполнить требование о возврате товара, отказалась получать данное требование в письменной форме, из-за чего представитель собственника товара был вынужден отправить требование ценным письмом с описью вложения в адрес ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат», которое было оставлено ответчиком без ответа.

Далее, как указывает истец, 31.08.2021 сотрудник ответчика по телефону заявил о том, что готов отдать товар только в случае уплаты ООО «МИЛКО» некого «штрафа», не предусмотренного договором, в размере 400 000 руб., и направил в адрес ООО «МИЛКО» проект дополнительного соглашения к договору поставки с указанием данного «штрафа».

Как пояснил истец, со стороны ООО «МИЛКО» данное соглашение подписано не было, и в связи с этим каких-либо правовых последствий оно не порождает.

Вместе с тем, как указал истец, из-за неправомерного удержания ответчиком товара на значительную сумму и возможного ненадлежащего его хранения, убытки ООО «МИЛКО» могли составить гораздо более крупную сумму, в связи с чем, истцом было принято решение о перечислении требуемой суммы на расчётный счет ответчика без наличия на то законных оснований.

Далее, как указывает в иске истец, 01.09.2021 ответчик «позволил» ООО «МИЛКО» забрать принадлежащую истцу партию товара со своего склада.

Ссылаясь на то, что перечисленные истцом ответчику 400 000 руб. составляют неосновательное обогащение последнего, поскольку названная сумма была перечислена ответчику недобровольно, истец обратился к ответчику с досудебным уведомлением (претензией) от 12.10.2021 № 461 (т. 1 л.д. 29-34), в которой потребовал возвратить указанную сумму.

Кроме того, в данной претензии истец потребовал уплаты штрафа в размере 340 000 руб. за необоснованный отказ от приемки товара, транспортных расходов в размере 75 000 руб., понесенных в связи с перевозкой товара, неполученных доходов в размере 225 000 руб., рассчитанных как разница между ценой товара, по которой истец приобрел данный товар у своего контрагента (ООО «Анис») и ценой договора, заключенного с ответчиком, а также 6 500 000 руб. ущерба, составляющего стоимость товара и возникшего у истца в связи с неправомерным удержанием товара и ненадлежащих условий хранений, и, как следствие, истечения срока годности товара и невозможности его дальнейшего использования.

Неисполнение претензионных требований в добровольном порядке послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском, при этом требование о взыскании 6 500 000 руб. ущерба истец в суде не заявлял.

Ответчик заявленные требования не признал, представил письменный отзыв и дополнения к нему, в которых указывал на то, что истцом был поставлен некачественный товар, не соответствующий требованиям ГОСТ 32261-2013, что послужило сначала основанием для принятия товара на ответственное хранение для дополнительного исследования проб на предмет соответствия обязательным требованиям, предъявляемым к данному виду продукции, а затем для заключения с истцом дополнительного соглашения, предусматривающего выплату истцом штрафа в размере 400 000 руб. в связи с нарушением условий договора о качестве товара.

При этом ответчик пояснил, что им были осуществлены все необходимые действия, выполнение которых предписано законом на случай обнаружения несоответствия товара условиям договора о качестве: составлен акт, для отбора проб приглашен представитель поставщика, товар принят на ответственное хранение, пробы отобраны в присутствии представителя истца, переданы для исследования в компетентное учреждение, подтвердившее нарушение требований, предъявляемых к качеству.

Кроме того, ответчик указал на то, что товар находился на ответственном хранении на территории ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» с согласия истца, а при заключении дополнительного соглашения, предусматривающего уплату штрафа в размере 400 000 руб. в связи с передачей товара ненадлежащего качества, на истца не оказывалось какого-либо давления, доводы ООО «МИЛКО» о принуждении к заключению данного соглашения не подтверждены.

Помимо прочего, ответчик указывал также на то, что условия представленного истцом договора поставки № 210705/1 от 05.07.2021 (с протоколом разногласий) в действительности не согласованы сторонами в полном объеме, поскольку ни у кого из сторон не имеется единого документа с подлинными подписями и печатями сторон, потому, в частности, не согласованы условия о подсудности, о сокращенном сроке разрешения споров в досудебном порядке, а также о неустойке. Как полагает ответчик, сторонами согласовано лишь условие о том, что ООО «Милко» поставит ООО «Торговый дом «Ульяновский хладокомбинат» Масло сливочное 72,5% ГОСТ 32261-2013 производства ОАО «Бологовский МЗ» в количестве 20 тонн силами и средствами Поставщика по адресу: 

<

...>, товар должен соответствовать ГОСТу № 32261-2013. В этой связи ответчик полагает, что истцом не соблюден претензионный порядок, а иск подан с нарушением правил территориальной подсудности.

Третье лицо ОАО «Бологовский молочный завод» представило письменное мнение, в котором указало на то, что 13.06.2021 оно в соответствии с ГОСТ 32261-2013 выпустило партию № 02 молочной продукции, а именно - масло сливочное сладко-сливочное несолёное «Крестьянское» с м.д.ж. 72,5 % в количестве 20 000 кг, далее партия была отгружена покупателю ООО «Анис» (ИНН 

<

***>).

Соответствие данной партии молочной продукции ГОСТ 32261-2013, как указывает третье лицо, подтверждается декларацией соответствия ЕАЭС № RU Д- RU.НВ32.В/12413/20, подлинность которой подтверждается на официальном сайте Федерального агентства по аккредитации; на ОАО «Бологовский молочный завод» постоянно ведется контроль входного сырья и отпуска готовой продукции, при осуществлении процессов производства (изготовления) пищевой продукции производится постоянный контроль процессов связанных с требованиями безопасности такой продукции, ОАО «Бологовский молочный завод» внедрило и поддерживает процедуры, основанные на принципах ХАССП, строго ведется библиотека образцов вырабатываемой продукции, в которую отбираются образцы из каждой партии выпущенной продукции, потому сомнения ответчика по поводу несоответствия вышеуказанной партии продукции ГОСТ 32261-2013 безосновательны.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд пришел к выводу о том, что исковые требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.  

Согласно части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом.

При разрешении спора суд исходит из того, что правоотношения сторон по договору поставки № 210705/1 от 05.07.2021 (с протоколом разногласий) регулируются Главой 30 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 506 ГК РФ, по договору поставки поставщик - продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Доводы ответчика о том, что условия представленного истцом договора поставки № 210705/1 от 05.07.2021 не согласованы сторонами в полном объеме, ошибочны ввиду следующего.

В материалы дела представлена копия договора поставки № 210705/1 от 05.07.2021 с протоколом разногласий, которые со стороны ООО «МИЛКО» подписаны директором ФИО5, а со стороны ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» – директором ФИО7 Договор и протокол разногласий скреплены печатями организаций (т. 1 л.д. 38-45).

Кроме того, в материалы дела представлена также копия спецификации № 1 от 16.07.2021, которая поименована также как приложение к договору поставки № 210705/1 от 05.07.2021 (т. 1 л.д. 47-48). Спецификация подписана со стороны ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» директором ФИО7 и заверена печатью данной организации.

Следует отметить, что хотя данная спецификация и не содержит подписи ФИО5 и оттиска печати ООО «МИЛКО», тем не менее, истец подтвердил заключение данной сделки не только ее фактическим исполнением, но и ссылками на нее в исковом заявлении как на документ, регулирующий правоотношения сторон по поставке товара (т. 1 л.д. 5).

В силу пункта 1 статьи 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно пункту 3 статьи 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Пункт 1 статьи 160 ГК РФ устанавливает, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

При этом по смыслу статей 160, 434 ГК РФ под документом, выражающим содержание заключаемой сделки, понимается не только единый документ, но и несколько взаимосвязанных документов, подписываемых ее сторонами.

С учетом изложенного, при оценке договора на предмет его заключенности следует исходить из того, что существенные условия договора могут быть согласованы сторонами не только в договоре, оформленном в виде одного документа, но и в нескольких взаимосвязанных документах (за исключением случаев, когда законом предусмотрено, что договор должен быть заключен в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами, статей 454, 465 ГК РФ), относящихся, как правило, к стадии заключения договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Условие договора купли-продажи о товаре считается согласованным, если договор позволяет определить наименование и количество товара (пункт 3 статьи 455 ГК РФ).

Правила статьи 506 ГК РФ не устанавливают каких-либо требований к существенным условиям договора поставки, следовательно, в силу пункта 3 статьи 455 условия договора поставки считаются согласованными, если договор позволяет определить наименование и количество товара (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.02.2012 № 12632/11 по делу № А12-19573/2010).

Как указывалось ранее, в спецификации № 1 от 16.07.2021 стороны согласовали поставку товара – масла сливочного 72,5% ГОСТ 32261-2013 производства ОАО «Бологовский М3», в количестве 20 000 кг, на общую сумму 6 800 000 руб.

Согласование этих условий ответчик прямо подтвердил в письменных возражениях на иск.

Таким образом, стороны согласовали существенные условия договора поставки.

В рассматриваемом случае доводы ответчика в этой части сводятся к тому, что в материалы дела не представлен документ с подлинными подписями и печатями сторон.

Однако данные доводы не могут быть приняты во внимание ввиду следующего.

В силу части 6 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Между тем, ответчик не представлял суду копию какого-либо иного договора, регулирующего отношения сторон по поставке товара спорного товара, не тождественную той, которую представил истец.

Доказательств существования между сторонами иного договора с обозначенным предметом поставки, соответствующим, в свою очередь, спецификации № 1 от 16.07.2021, ответчиком в материалы дела также не представлено.

Кроме того, письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю (абзац второй пункта 1 статьи 160 ГК РФ).

В рассматриваемом случае стороны поясняли суду, что заключение договора осуществлялось путем обмена электронными образами документов посредством электронной почты.

Учитывая, что такой способ заключения договора прямо предусмотрен законом (пункт 1 статьи 160 ГК РФ) и имеет широкое распространение в практике делового оборота, в то время как ответчиком не оспорены совершение директором ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» ФИО7 подписей на указанных документов, заверение их печатью организации, доводы ответчика несостоятельны.

В этой связи доводы ответчика о том, что настоящее дело неподсудно Арбитражному суду Курской области, также необоснованны.

Так, по общему правилу, предусмотренному статьей 35 АПК РФ, иск предъявляется в арбитражный суд субъекта Российской Федерации по месту нахождения или месту жительства ответчика.

В процессуальном законодательстве также закреплено правило об альтернативной подсудности, когда истец по своему выбору вправе обратиться в иной арбитражный суд (статья 36 АПК РФ).

Так, частью 4 статьи 36 АПК РФ определено, что иск, вытекающий из договора, в котором указано место его исполнения, может быть предъявлен в арбитражный суд по месту исполнения договора.

Подсудность, установленная статьями 35 и 36 настоящего Кодекса, может быть изменена по соглашению сторон до принятия арбитражным судом заявления к своему производству (статья 37 АПК РФ).

Институт договорной подсудности предполагает возможность выбора территориальной подсудности для сторон правоотношений с целью наиболее быстрого рассмотрения спора, поэтому договорная подсудность имеет приоритет по сравнению с другими видами подсудности, установленными арбитражным процессуальным законом, кроме исключительной подсудности.

Гарантия прав и законных интересов лиц, участвующих в деле, обеспечивается судом, который должен руководствоваться подсудностью, установленной сторонами в договоре в виде самостоятельного пункта или в отдельном соглашении, которые таким образом выражают свое волеизъявление в сфере судебной защиты прав. Определяя подсудность рассмотрения спора, стороны должны определенно и конкретно сформулировать свое волеизъявление.

Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривает специальную территориальную подсудность отдельных категорий дел, которая императивно закреплена законом и не допускает изменения ни при каких условиях. Это исключительная подсудность, которая, будучи установленной в статье 38 АПК РФ, исключает для поименованных в этой статье дел возможность рассмотрения и разрешения их в каком-либо другом арбитражном суде, кроме прямо указанного в законе.

Пунктом 9.3 договора поставки № 210705/1 от 05.07.2021 предусмотрено, что неурегулированные в претензионной порядке споры разрешаются в соответствии с действующим законодательством РФ в арбитражном суде по месту нахождения истца с соблюдением досудебного порядка.

Таким образом, стороны при подписании договора поставки № 210705/1 от 05.07.2021, реализуя предоставленные им нормами АПК РФ права, своим соглашением изменили территориальную подсудность, установленную статьей 35 АПК РФ.

В силу пунктов 2-3 статьи 54 Гражданского кодекса Российской Федерации место нахождения юридического лица определяется местом его государственной регистрации на территории Российской Федерации путем указания наименования населенного пункта (муниципального образования). В едином государственном реестре юридических лиц должен быть указан адрес юридического лица в пределах места нахождения юридического лица.

Судом установлено, что, согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц, ООО «МИЛКО» зарегистрировано по адресу: 305001, Курская область, Курск город, Дружининская 

<

...>. Следовательно, местом нахождения  ООО «МИЛКО» является город Курск.

Поскольку настоящее дело к указанным в статье 38 АПК РФ категориям дел не относится, данное дело подсудно Арбитражному суду Курской области.

Из материалов дела следует, что между сторонами возник спор относительно качества товара (масло сливочное МДЖ 72,5 %), переданного истцом ответчику по УПД № 1231 от 28.07.2021. 

Оценивая доводы сторон и представленные ими доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В силу пункта 5 статьи 454 ГК РФ к отдельным видам договора купли-продажи (розничная купля-продажа, поставка товаров, поставка товаров для государственных нужд, контрактация, энергоснабжение, продажа недвижимости, продажа предприятия) положения, предусмотренные  параграфом 1 главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются, если иное не предусмотрено правилами настоящего Гражданского кодекса Российской Федерации об этих видах договоров.

Пунктом 1 статьи 469 ГК РФ установлено, что продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи.

Понятие «качество товара» подразумевает совокупность свойств, признаков продукции, товаров, услуг, работ, обусловливающих их способность удовлетворять потребности и запросы заказчика, соответствовать своему назначению и предъявляемым требованиям. Качество определяется мерой соответствия товаров, работ, услуг условиям и требованиям стандартов, договоров, контрактов, запросов потребителей.

Таким образом, в случае поставки товара, не соответствующего требованиям, предъявляемым к нему условиями договора, поставщик нарушает обязанность, установленную п. 1 ст. 456 Гражданского кодекса Российской Федерации, передать товар, предусмотренный договором, в том числе условия о качестве продукции.

Согласно пунктам 4.1, 4.1.1, 4.1.2 заключенного сторонами договора, товар должен соответствовать стандартам и требованиям российской национальной системы сертификации ГОСТ, техническим условиям, предусмотренным для данного вида товаров, и подтверждается декларацией соответствия. Срок действия деклараций соответствия должен быть не менее чем срок годности товара, на который он выдан. Качество гарантируется при условии соблюдения покупателем условий хранения и перевозки переданного в его распоряжение товара. В подтверждении качества товара покупателю выдаются следующие документы: декларация соответствия (копия).

Качество товара подтверждается декларацией о соответствии изготовителя. Копии деклараций, заверенные поставщиком, передаются покупателю вместе с товаром на каждую партию товара (пункт 1.7 договора).

В спецификации № 1 от 16.07.2021 стороны согласовали поставку товара – масла сливочного 72,5% ГОСТ 32261-2013 производства ОАО «Бологовский М3», в количестве 20 000 кг, на общую сумму 6 800 000 руб.

Требования к качеству продукции: ТР ТС 033/2013; ГОСТ 32261-2013 остаточный срок годности – не менее 80% от общего (пункт 10 спецификации).

Согласно пункту 11 спецификации, идентификационные характеристики жировой фазы масла устанавливаются по соотношениям массовых долей метиловых эфиров жирных кислот (или их сумм). 

В указанном пункте спецификации приведены параметры – границы соотношения массовых метиловых эфиров жирных кислот в молочном жире.

Таким образом, стороны пришли к соглашению о том, что поставляемы истцом товар (масла сливочное 72,5% производства ОАО «Бологовский М3») должно соответствовать требованиям ГОСТ 32261-2013 «Масло сливочное. Технические условия».

Истец ссылается на то, что поставленный им товар соответствовал требованиям указанного ГОСТа.

Вместе с тем, материалы настоящего дела свидетельствуют об обратном.

Общие последствия поставки (передачи) товара ненадлежащего качества урегулированы в статьях 475 и 518 ГК РФ, и различаются в зависимости от того, является ли нарушение продавцом требований к качеству существенным (пункт 2 статьи 450, пункты 2 статьи 475 ГК РФ) или нет (пункт 1 статьи 475 ГК РФ).

Существенность нарушения договора одной из сторон определена в общей норме пункта 2 статьи 450 ГК РФ как такое нарушение, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора. Применительно к договору купли-продажи (поставки) указанное понятие раскрывается в специальной норме пункта 2 статьи 475 ГК РФ путем перечисления признаков существенности нарушения продавцом требований к качеству товара: обнаружение неустранимых недостатков, недостатков которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков. Соответственно, при обнаружении существенных недостатков товара покупатель вправе по своему выбору либо отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы, либо потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору (пункт 2 статьи 475 ГК РФ).

Напротив, если недостатки товара не относятся к существенным и не были оговорены продавцом, покупатель вправе по своему выбору потребовать от продавца либо соразмерного уменьшения покупной цены, либо безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок, либо возмещения своих расходов на устранение недостатков товара (пункт 1 статьи 475 ГК).

При этом по договору поставки покупатель не вправе предъявлять поставщику требования, предусмотренные статьей 475 ГК РФ, если поставщик, получивший уведомление покупателя о недостатках поставленных товаров, без промедления заменит поставленные товары товарами надлежащего качества (пункт 1 статьи 518 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 476 ГК РФ в отношении товара, на который предоставлена гарантия качества, продавец отвечает за недостатки товара, если не докажет, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы.

Бремя доказывания причин возникновения недостатков товара распределяется между сторонами договора купли-продажи в зависимости от того установлен ли на товар гарантийный срок.

Если гарантийный срок на товар установлен, то при обнаружении некачественности товара в течение гарантийного срока предполагается, что недостатки возникли до передачи товара и за них отвечает продавец, пока им не доказано обратное. Соответственно, если гарантийный срок на товар не установлен, то при обнаружении некачественности товара, пока иное не доказано покупателем, предполагается, что недостатки возникли после передачи товара продавцом покупателю в связи с неправильной эксплуатацией или хранением товара, либо действиями третьих лиц, либо непреодолимой силы.

Судом установлено, что сторонами гарантийный срок не согласован.

Пунктом 2 статьи 477 ГК РФ предусмотрено, что, если на товар не установлен гарантийный срок или срок годности, требования, связанные с недостатками товара, могут быть предъявлены покупателем при условии, что недостатки проданного товара были обнаружены в разумный срок, но в пределах двух лет со дня передачи товара покупателю либо в пределах более длительного срока, когда такой срок установлен законом или договором купли-продажи. Срок для выявления недостатков товара, подлежащего перевозке или отправке по почте, исчисляется со дня доставки товара в место его назначения.

Согласно статье 513 ГК РФ покупатель (получатель) обязан совершить все необходимые действия, обеспечивающие принятие товаров, поставленных в соответствии с договором поставки. Принятые покупателем товары должны быть им осмотрены в срок, определенный законом, иными правовыми актами, договором поставки или обычаями делового оборота. Покупатель обязан в этот же срок проверить количество и качество принятых товаров в порядке, установленном законом, иными правовыми актами, договором или обычаями делового оборота, и о выявленных несоответствиях или недостатках товаров незамедлительно письменно уведомить поставщика.

В силу пункта 1 статьи 483 ГК РФ покупатель обязан известить продавца о нарушении условий договора купли-продажи о качестве в срок, предусмотренный законом, иными правовыми актами или договором, а если такой срок не установлен, в разумный срок после того, как такое нарушение должно было быть обнаружено исходя из характера и назначения товара.

Согласно пункту 5.3 договора, оплата товара производится по факту получения результатов соответствия поставляемого товара ГОСТ (спецификации) и визуальному осмотру товара в течение 1 (одного) рабочего дня с момента прибытия товара, но до выгрузки товара на склад покупателя.

В соответствии с пунктом 3.8 договора, приёмка товара по качеству осуществляется в момент передачи товара покупателю, путём подписания товарной накладной (ТОРГ-12) или универсального передаточного документа. После принятия товара покупателем или компанией перевозчиком, привлечённой покупателем, в месте разгрузки указанным в п 3.5. настоящего договора. Поставщик не несёт ответственности по качеству товара, если покупатель не докажет, что покупатель или компания перевозчик соблюдали необходимые нормы перевозки, включая температурный режим.

При приемке товара покупателем в обязательном порядке осуществляются лабораторные исследования соответствия поставляемого товара ГОСТу и/или спецификации. В случае отклонения результатов лабораторных исследований от требований ГОСТ (спецификации), поставленный товар подлежит возврату поставщику как некачественный товар.

Согласно пункту 3.9. договора, в случае обнаружения представителем покупателя расхождений по количеству и качеству при приёмке товарно-материальных ценностей в момент принятия товара от поставщика, представителем покупателя составляется Акт об установлении несоответствия по качеству и количеству.

В соответствии с пунктом 3.13 договора, покупатель обязан проверить поставленный товар на предмет соответствия его условиям договора о качестве не позднее 5 дней с момента получения товара. Проверка осуществляется внутритарно путем вскрытия тары (упаковки) и отбора проб на экспертизу в соответствии с ГОСТом (указывается номер, дата и название нормативного документа который регламентирует проверку качества масла).

В случае, если поставляемый товар был поставлен не надлежащего качества, то покупатель письменно уведомляет поставщика о недостатках товара в пятидневный срок и такой товар подлежит возврату в течение 14 дней. Если покупателем было не заявлено о не надлежащем качестве товара в течение 5 дней после приемки товара, то такой товар принимается Покупателем без претензий по качеству и оплачивается согласно п. 5.3 настоящего договора (пункт 3.14 договора).

В пункте 5 спецификации № 1 от 16.07.2021 указаны следующие условия оплаты товара: по факту получения лабораторных исследований, но не более 1 суток с момента прихода машины к покупателю. Датой поступления денежных средств следует считать дату зачисления на расчетный счет поставщика

Как следует из материалов дела, переданный истцом ответчику товар был принят на ответственное хранение ввиду наличия претензий к его качеству, о чем ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» составило акт от 29.07.2021 и сделало соответствующие отметки о составлении данного акта в УПД № 1231 от 28.07.2021 (т. 1 л.д. 49) и в транспортной накладной от 28.07.2021 (т. 1 л.д. 65-66).

Согласно составленному комиссией ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» акту от 29.07.2021, при проверке качества масла при входном контроле внутренней лабораторией ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» было установлено, что поставленный Товар не соответствует TP ТС033/2013, ТР ТС 021/2011 по микробиологическим показателям, органолептическим, физико-химическим показателям (влага), не соответствует ГОСТ 32261-2013; декларация на продукцию не имеет QR-кода, знак ЕАС находится в сером фоне, не заверен поставщиком; протокол исследований для декларации выдан в г. Ангарск Иркутской области, что более чем в 5 тыс. км. от поставщика.

В этой связи комиссией было решено принять поставленный товар на ответственное хранение, обеспечить нормативные условия хранения товара, направить в адрес поставщика уведомление - вызов представителя поставщика 02 августа 2021 года к 11.00 местного времени (МСК +1) для участия в комиссии по отбору проб, поставленного товара, для дальнейшего направления в независимую лабораторию, отобранные пробы направить в независимую лабораторию для определения качества поставленного товара.

Из материалов дела следует, что основанием для вывода о ненадлежащем качестве товара и составления акта от 29.07.2021 послужили результаты проведенного производственной лабораторией ООО «Мороженое» исследования, результаты которого оформлены протоколом входного контроля сырья № б/н от 29.07.2021 (т. 1 л.д. 134-136).

Акт от 29.07.2021 был получен истцом 30.07.2021. Данное обстоятельство указано истцом в иске.

Телеграммой (т. 1 л.д. 148) ответчик пригласил истца принять 02.08.2021 участие в комиссии по отбору проб поставленного товара для дальнейшего направления в независимую лабораторию.

Письмом от 30.07.2021 (т. 1 л.д. 69) истец сообщил ответчику о возможности прибытия представителя ООО «МИЛКО» по адресу нахождения ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» 03.08.2021 к 11 час. 00 мин. местного времени.

Таким образом, материалам дела подтверждается соблюдение ответчиком требований пункта 1 статьи 483, статьи 513 ГК РФ о необходимости проверить количество и качество полученного товара и известить продавца о нарушении условий договора купли-продажи.

Ответчиком выполнено требование о составлении акта об установлении несоответствия по качеству и количеству (пункт 3.9. договора), проверка осуществлена в установленный пунктом 3.13 договора срок (не позднее 5 дней с момента получения товара), ответчик известил истца о поставке товара ненадлежащего качества в установленный пунктом 3.14 договора срок.

Следовательно, все необходимые действия, предусмотренные законом и договором установления на случай нарушения условий договора о качестве, ответчиком были совершены.

Как следует из материалов дела, 03.08.2021 в 11 час. 30 мин. представителями ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» с участием представителя ООО «МИЛКО» ФИО6 по доверенности произведен отбор проб поставленной истцом продукции, пробы опломбированы номерными пломбами № 03103983 и № 03103984, о чем составлены акты отбора образцов (проб) от 31.08.2021 № б/н (т. 1 л.д. 85-86, 126-127), в которых указаны номера пломб.

Из акта от 03.08.2021 (т. 1 л.д. 85-86) следует, что образцы с пломбой № 03103983 забрал представитель поставщика ФИО6

Процесс отбора проб с участием представителей сторон зафиксирован также посредством видеозаписи, материальный носитель которой приобщен к материалам дела (т. 2 л.д. 28). На видеозаписи отражен сам процесс отбора проб, их упаковка, опломбирование, отчетливо просматриваются номерные пломбы № 03103983 и № 03103984, подписание акта отбора проб. Названные действия совершались представителями ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» и ООО «МИЛКО» совместно, в частности, представитель ООО «МИЛКО» непосредственно осуществлял упаковку пробы масла сливочного в пакет и опломбировал его.

Далее из материалов дела следует, что проба с пломбой № 03103984 передана ответчиком 03.08.2021 в Испытательный лабораторный центр ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Ульяновской области».

Согласно протоколу лабораторных испытаний № 55746 от 10 августа 2021 г. Испытательным лабораторным центром ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Ульяновской области» установлен факт несоответствия качества поступившего на исследование образца (Масло сливочное «Крестьянское» м.д.ж. 72,5%; дата изготовления: 13.06.2021; срок годности: 24 месяца при температуре не выше -25°С, 15 месяцев при температуре не выше -16 ±2°С; номер партии: №2; объем партии: 20 тонн; упаковка: полиэтиленовый пакет; вес (объем) пробы для испытаний: 1,218 кг) требованиям ГОСТ 32261-2013 «Масло сливочное. Технические условия» по показателям: массовая доля каприловой кислоты (С 8:0); массовая доля каприновой кислоты (С 10:0); массовая доля капроновой кислоты (С 6:0); массовая доля масляной кислоты (С 4:0); массовая доля миристиновой кислоты (С 14:0); соотношение массовых долей жирных кислот: линолевой (С18:2) к миристиновой (С14:0); фитостерины (обнаружено более 2).

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, в том числе, протокол лабораторных испытаний № 55746 от 10 августа 2021 г., суд приходит к выводу о том, что факт несоответствие масла сливочного требованиям ГОСТ 32261-2013 «Масло сливочное. Технические условия», а, следовательно, условиям договора, является доказанным.

Так, указанный протокол содержит сведения о том, что заявителем испытания является ООО «ТД Ульяновский хладокомбинат»; проба отобрана в соответствии с ГОСТ 26809.2-2014 «Молоко и молочная продукция. Правила приемки, методы отбора и подготовка проб к анализу. Часть 2. Масло из коровьего молока, спреды и сырные продукты, плавленые сыры и плавленые сырные продукты»; проба доставлена в опечатанном виде, пломба 03103984; образец поступил в лабораторию 03.08.2021; измерения производились следующими средствами: весы лабораторные электронные OHAUS RV214, (заводской номер 8728060197, № свидетельства о поверке С-ВЬ/12-04- 2021/58802367 от 12.04.2021, срок действия 11.04.2022), Комплекс на базе Хроматографа газового Кристалл- 5000 исп.2 (заводской номер 652412, № свидетельства о поверке 056224/01-20 от 22.10.2020, срок действия 21.10.2021), Хроматограф газовый «Кристалл-5000,2» (заводской номер 852530, № свидетельства о поверке 056226/01 от 20.10.2020, срок действия 19.10.2021).

Ненадлежащее качество товара истцом не опровергнуто.

Так, в подтверждение соответствия качества товара требованиям ГОСТа истец ссылался на протоколы лабораторных исследований ФБУ «Тест-С.-Петербург» (190103, Россия, 

<

...>) № № 802746, 802747, 802748, 802749 и 802750, выполненных в отношении проб, отобранных 03.08.2021, а также протоколы лабораторных исследований ФБУ «Тест-С.-Петербург» № № 811811, 811813, 811814, выполненных в отношении проб, отобранных 31.08.2021.

Названные документы, как указывал истец в иске, подтверждают, что показатели представленных образцов (проб) по микробиологическим показателям, органолептическим, физико-химическим показателям (влага), с учётом погрешностей измерений, соответствуют ГОСТ 32261-2013, а согласно Протоколу лабораторных исследований № 811811, жировая фаза продукта содержит только молочный жир коровьего молока.

Вместе с тем, к представленным истцом документам суд относится критически по следующим основаниям.

Так, в протоколах лабораторных испытаний № 802749 от 12.08.2021, № 802748 от 12.08.2021, № 802747 от 12.08.2021, № 802746 от 12.08.2021, № 802745 от 12.08.2021, № 802750 от 16.08.2021, изготовленных Федеральным бюджетным учреждением «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в г.Санкт-Петербурге и Ленинградской области» (ФБУ «Тест-С.-Петербург»), в качестве заказчика испытаний указано не ООО «МИЛКО», а ООО «АНиС» (юридический и фактический адрес: 194362, г. Санкт-Петербург, 

<

...>, литер А, оф. 23, ИНН: 

<

***>).

При этом из протоколов следует, что образцы предоставлены заказчиком, то есть,  ООО «АНиС».

Также все протоколы ФБУ «Тест-С.-Петербург» содержат отметку о том, что если проба отобрана заказчиком, за правильность отбора и за сведения по процедуре отбора испытательная лаборатория пищевых продуктов, сырья и материалов ответственности не несет.

В рассматриваемом случае ООО «АНиС» не осуществляло отбор проб согласно акту от 03.08.2021, более того, каких-либо оснований для такого отбора у ООО «АНиС» во всяком случае не имелось.

Кроме того, в соответствии с пунктом 5.2.9.4 ГОСТ 26809.2-2014 «Межгосударственный стандарт. Молоко и молочная продукция. Правила приемки, методы отбора и подготовка проб к анализу. Часть 2. Масло из коровьего молока, спреды, сыры и сырные продукты, плавленые сыры и плавленые сырные продукты», пробы продукта должны быть отправлены в лабораторию сразу после их отбора, продолжительность доставки проб - не более 24 ч.

Из протоколов лабораторных испытаний № 802749 от 12.08.2021, № 802748 от 12.08.2021, № 802747 от 12.08.2021, № 802746 от 12.08.2021, № 802745 от 12.08.2021, № 802750 от 16.08.2021 следует, что пробы поступили в лабораторию 09.08.2021 в 11:59, то есть, по истечении шести суток после составления акта отбора проб от 03.08.2021.

 С учетом изложенного, протоколы лабораторных испытаний № 802749 от 12.08.2021, № 802748 от 12.08.2021, № 802747 от 12.08.2021, № 802746 от 12.08.2021, № 802745 от 12.08.2021, № 802750 от 16.08.2021 не могут быть признаны достоверными доказательствами, подтверждающими качество спорного товара.

  Довод истца о том, что пунктом 12 спецификации № 1 от 16 июля 2021 г., являющейся приложением к договору поставки, сторонами согласован порядок отбора проб и место проведения лабораторных испытаний, а именно, ФБУ «Тест-С.-Петербург», в то время как представленные ответчиком протоколы лабораторных исследований произведены в несогласованных сторонами организациях, подлежит отклонению по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон (часть 2 статьи 431 ГК РФ).

В пункте 12 спецификации указано следующее: с целью контроля качества товара поставщик производит отбор арбитражных проб в следующем порядке:

- количество проб - 4 (четыре)

- вес пробы - +/- 500 гр, тип пломбирования: роторная пломба

- порядок отбора проб: из каждой партии Товара

- порядок хранения проб: 2 (две) передаются покупателю в момент передачи товара, 2 (две) находятся в библиотеке проб поставщика

- номера пломб из библиотеки проб передаются покупателю, номера пломб из отправленных покупателю проб хранятся у поставщика

- срок хранения арбитражных проб: не менее срока годности Товара.

- лаборатория поставщика для проведения лабораторных исследований: ФБУ «ТЕСТ - С.-ПЕТЕРБУРГ», 190103, Россия, 

<

...>.

Таким образом, из буквального толкования условий спецификации следует, что в ней урегулирован порядок отбора арбитражных проб, осуществляемого поставщиком единолично. 

При этом из буквального текста спецификации следует, что ФБУ «ТЕСТ - С.-ПЕТЕРБУРГ» определена в ней как «лаборатория поставщика для проведения лабораторных исследований», иными словами, спецификация лишь фиксирует, что поставщик в случае разногласий организует лабораторное исследование проб, взятых из библиотеки поставщика, в ФБУ «ТЕСТ - С.-ПЕТЕРБУРГ».

Спецификация не содержит какого-либо ограничения на проведение исследований проб, отобранных сторонами комиссионно в ходе приемки товара, в иных лабораториях.

Более того, согласно данным в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

В рассматриваемом случае предложенное истцом толкование спецификации (о допустимости исследований лишь в ФБУ «ТЕСТ - С.-ПЕТЕРБУРГ», находящейся в г. Санкт-Петербург) очевидно не позволило бы выполнить требования пункта 5.2.9.4 ГОСТ 26809.2-2014, устанавливающие, что продолжительность доставки проб не должна превышать 24 часов.

При таких обстоятельствах, направление ответчиком проб в Испытательный лабораторный центр ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Ульяновской области» соответствовало условиям заключенного сторонами договора.

Относительно протоколов лабораторных исследований ФБУ «Тест-С.-Петербург» № № 811811, 811813, 811814, выполненных в отношении проб, отобранных 31.08.2021, суд отмечает, что в дополнительных обоснованиях заявленных требований от 22.04.2022 № 141, поступивших в суд 22.04.2022, представитель истца прямо указал, что оттиск печати ООО «МИЛКО» проставленный на Акте отбора проб от 31 августа 2021 г., является сфальсифицированным, из чего следует, что результаты лабораторных исследований, произведённых с образом продукции, отобранным 31.08.2021, не могут считаться корректными, т.к. данный образец нельзя признать аутентичным и отобранным именно из спорной партии продукции.

Иных относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о соответствии поставленного масла сливочного требованиям ГОСТ 32261-2013 «Масло сливочное. Технические условия», в материалы дела не представлено.

Суд отмечает, что по условиям пункта 12 спецификации к договору, поставщик принял на себя обязательства по отбору арбитражных проб и помещению их в библиотеку проб поставщика.

В этой связи истец не был лишен возможности инициировать исследование данных проб, однако данной возможностью ООО «МИЛКО» не воспользовалось, на наличие таких проб вообще не ссыалалось.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что ответчик доказал ненадлежащее качество поставленного истцом товара.

Истцом заявлено требование о взыскании штрафа в размере 340 000 руб. за необоснованный отказ от приемки товара, транспортных расходов в размере 75 000 руб., понесенных в связи с перевозкой товара, неполученных доходов в размере 225 000 руб., рассчитанных как разница между ценой товара, по которой истец приобрел данный товар у своего контрагента (ООО «Анис») и ценой договора, заключенного с ответчиком.

В обоснование данных требований истец ссылался на то, что ответчик неосновательно отказался от принятия качественного товара.

Оценивая данные требования, суд исходит из следующего.

Гражданское законодательство предусматривает ответственность лица, не исполнившего либо ненадлежащим образом исполнившего свои обязательства.

Неустойка согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ является одним из способов обеспечения исполнения обязательств.

Статьей 330 ГК РФ установлено, что неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Размер неустойки может устанавливаться сторонами обязательства, как в твердой сумме неисполненного обязательства, так и в процентах к сумме неисполненного обязательства, при этом соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу пункта 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ). При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

Таким образом, к числу обстоятельств, подлежащих установлению при разрешении спора о взыскании убытков на основании статьи 393 ГК РФ, относятся: факт нарушения стороной обязательств по договору; наличие причинно-следственной связи между ненадлежащим исполнением обязательств по договору и понесенными стороной договора убытками; размер убытков.

Обязанность по доказыванию совокупности указанных обстоятельств возлагается на лицо, требующее взыскания убытков.

При этом недоказанность хотя бы одного из перечисленных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении иска.

В силу пункта 1 статьи 484 ГК РФ покупатель обязан принять переданный ему товар, за исключением случаев, когда он вправе потребовать замены товара или отказаться от исполнения договора купли-продажи.

В рассматриваемом случае ответчик правомерно отказался от исполнения договора поставки, поскольку нарушение поставщиком (истцом) требований к качеству товара являлось существенным, устранение которого не представлялось возможным.

Поскольку нарушение ответчиком обязательств по договору поставки не установлено, ответчик правомерно отказался от принятия товара ненадлежащего качества, постольку отсутствуют какие-либо основания для возложения на него ответственности в виде неустойки (штрафа в размере 340 000 руб. за необоснованный отказ от приемки товара) и убытков (транспортных расходов в размере 75 000 руб., понесенных в связи с перевозкой товара, неполученных доходов в размере 225 000 руб.).

Также истцом заявлено требование о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в размере 400 000 руб.

Как пояснил истец, 31.08.2021 сотрудник ответчика по телефону заявил о том, что готов отдать товар только в случае уплаты ООО «МИЛКО» некого «штрафа», не предусмотренного договором, в размере 400 000 руб., и направил в адрес ООО «МИЛКО» проект дополнительного соглашения к договору поставки с указанием данного «штрафа».

В материалы дела истцом была представлена копия документа, поименованного как «дополнительное соглашение к договору поставки № 210705/1 от 05.07.2021», датированное 30.08.2021, согласно которому ООО «Милко», именуемый в дальнейшем «Поставщик», в лице директора ФИО5, действующего на основании Устава, с одной стороны, и ООО «Торговый дом «Ульяновский хладокомбинат», именуемое в дальнейшем Покупатель, в лице директора ФИО7, Действующей на основании Устава, с другой стороны, составили настоящее соглашение о нижеследующем:

 1. В связи с поставкой товара «Масло сливочное МДЖ 72,5%» в количестве 20 тонн не соответствующего качества Поставщик выплачивает Покупателю штраф в размере 400 000,00 (четыреста тысяч) руб. 

2. Указанные в пункте 1 настоящего дополнительного соглашения денежные средства Поставщик обязуется перечислить на расчетный счет Покупателя в течение 1 (одного) рабочего дня с момента подписания настоящего соглашения.

Из материалов дела следует, что указанный документ, представленный истцом (копия), подписан со стороны ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» директором ФИО7 и заверен печатью данной организации. 

Со стороны истца данный документ подписан не был.

В ходе рассмотрения спора ответчиком было представлено дополнительное соглашение к договору поставки № 210705/1 от 05.07.2021, датированное 30.08.2021, которое было подписано от имени ФИО5 (директора ООО «МИЛКО»), а также на нем имелся оттиск печати с указанием наименования ООО «МИЛКО» и его реквизитов.

Истцом со ссылкой на то, что ФИО5 названный документ не подписывал, было заявлено о фальсификации дополнительного соглашения от 30.08.2021.

В судебном заседании, состоявшемся 25.01.2022, суд разъяснил сторонам уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации в соответствии со ст. 161 АПК РФ, после чего представитель ответчика заявил отказ от исключения дополнительного соглашения из числа доказательств.

Для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства суд определением от 16.03.2022 назначил по делу судебно-почерковедческую экспертизу и судебно-техническую экспертизу реквизитов документов, поручив ее проведение Федеральному бюджетному учреждению «Курская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации, ведущему государственному судебному эксперту ФИО8, имеющей высшее образование и экспертную квалификацию по специальностям 1.1 «Исследование почерка и подписей» (с 2003 года), 3.1 «Исследование реквизитов документов» (с 2009 года), общий стаж экспертной работы с 2002 года.

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

- Кем, самим ФИО5 или другим лицом, выполнена подпись от его имени на дополнительном соглашении от 30.08.2021 к договору поставки № 210705/1 от 05.07.2021?

- Соответствует ли оттиск печати на дополнительном соглашении от 30.08.2021 к договору поставки № 210705/1 от 05.07.2021 печати общества с ограниченной ответственностью «МИЛКО», имеются ли признаки подделки печати?

05.04.2022 в суд поступило заключение эксперта №№439/1.1-3, 440/3.1-3 от 01.04.2022, согласно выводам которого:

1. В представленном на экспертизу Дополнительном соглашении от 30.08.2021 к договору поставки №210705/1 от 05.07.2021 подпись от имени ФИО5, расположенная в строке слева от печатных ФИО «ФИО5» под печатными словами «Поставщик: Директор ООО «Милко»», выполнена не ФИО5, а другим лицом с подражанием какой-то подлинной подписи ФИО5 

2. В представленном на экспертизу Дополнительном соглашении от 30.08.2021 к договору поставки №210705/1 от 05.07.2021 оттиск печати ООО «МИЛКО» нанесён не той печатью ООО «МИЛКО», образцы оттисков которой поступили на экспертизу в следующих документах: в Кредитном договоре 

<

***> от 03.12.2021, в копии Договора поставки №210705/1 от 05.07.2021, в копии Спецификации №1 от 16.07.2021 к договору поставки №210705/1 от 05.07.2021, в Договоре аренды производственной площади № 0112-УС от 01.12.2021, в Договоре поставки №ВРА-205-2021 от 09.04.2021, в Дополнительном соглашении №1 от 09.04.2021 к договору поставки №ВРА-205-2021 от 09.04.2021, изображение оттиска печати в копии карточки с образцами подписей и оттиска печати ООО «МИЛКО» от 07.11.2019 , в экспериментальных образцах оттисков печати ООО «МИЛКО» на 02 листах бумаги белого цвета форматом А-4.

В представленном на экспертизу Дополнительном соглашении от 30.08.2021 к договору поставки №210705/1 от 05.07.2021 оттиск печати ООО «МИЛКО» нанесён той же печатью ООО «МИЛКО», оттиск-образец которой поступил в Акте отбора образцов (проб) от 31.08.2021.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу статьи 64 АПК РФ заключения экспертов являются доказательствами, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Вместе с тем, никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (статья 71 АПК РФ).

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме.

Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Согласно статье 16 указанного Закона эксперт обязан провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам.

Исходя из буквального толкования приведенных норм права, в совокупности с рекомендациями, изложенными в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», следует, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом.

Материалами дела установлено, что отводов эксперту ФИО8 в порядке статьи 23 АПК РФ до назначения судом экспертизы и начала ее проведения заявлено не было.

В соответствии с частью 3 статьи 82 АПК РФ лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о привлечении в качестве экспертов указанных ими лиц или о проведении экспертизы в конкретном экспертном учреждении.

При определении кандидатуры эксперта, принимая во внимание отсутствие оснований, предусмотренных статьями 21, 23 АПК РФ, а также, учитывая, что предложенная истцом в качестве эксперта кандидатура отвечала требованиям, установленным АПК РФ - данные об образовании, стаже работы эксперта имеются в материалах дела и позволяют сделать вывод о наличии у эксперта необходимого образования и опыта работы, суд поручил проведение экспертизы Федеральному бюджетному учреждению Курская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации с привлечением в качестве эксперта ФИО8

Проанализировав экспертное заключение, суд приходит к выводу о том, что заключение соответствует требованиям, предъявляемым законом, экспертом полно и всесторонне исследованы представленные по делу доказательства, даны подробные пояснения по вопросам, поставленным на его разрешение. Доказательства, свидетельствующие о нарушении экспертом при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, доказательства наличия в заключении противоречивых или неясных выводов, из материалов дела не усматриваются. Противоречий выводов эксперта иным, имеющимся в деле доказательствам, судом не установлено.

При таких обстоятельствах, с учетом положений статьей 86, 87 АПК РФ, суд признает заключение эксперта №№439/1.1-3, 440/3.1-3 от 01.04.2022 надлежащим доказательством по делу.

Учитывая изложенное, в ходе проверки заявления истца о фальсификации дополнительного соглашения от 30.08.2021 к договору поставки № 210705/1 от 05.07.2021 судом было установлено, что названный документ действительно не подписывался директором ООО «МИЛКО» ФИО5 и не заверялся печатью ООО «МИЛКО».

Между тем оснований для удовлетворения требования истца о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в размере 400 000 руб., перечисленных во исполнение дополнительного соглашения от 30.08.2021, у суда не имеется.

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Кодекса.

Таким образом, для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

При этом основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Следовательно, распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования. Исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на ответчика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.01.2013 № 11524/12).

Таким образом, исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами в рамках настоящего спора, на истца возлагается обязанность доказать факт обогащения приобретателя за счет потерпевшего,  а на ответчика, в свою очередь, возложено бремя доказывания наличия какого-либо правового основания для обогащения за счет истца.

Иное распределение бремени доказывания в данном деле при отсутствии между сторонами спора каких-либо отношений влечет нарушение баланса прав и интересов сторон спора.

Так, как указывалось ранее, по мнению истца, поскольку дополнительное соглашение от 30.08.2021 к договору поставки № 210705/1 от 05.07.2021 со стороны ООО «МИЛКО» подписано не было, оно не порождает каких-либо правовых последствий.

Вместе с тем, юридическое значение подписи, применительно к обстоятельствам настоящего спора, заключается в том, что пока не доказано иное, наличие личной подписи правомочного лица в договоре свидетельствует о выражении его воли на заключение договора.

Юридическое значение печати, в свою очередь, заключается в удостоверении ее оттиском подлинности подписи лица, управомоченного представлять юридическое лицо во внешних отношениях, а также того факта, что соответствующий документ исходит от юридического лица, являющегося самостоятельным участником гражданского оборота и субъектом права.

Как было указано ранее, в силу статей 432, 433 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта. Сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности.

Согласно статье 434 ГК РФ договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 данного Кодекса.

На основании пункта 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Порядок назначения или избрания органов юридического лица определяется законом и учредительными документами.

В силу пункта 3 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки, выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия.

Учитывая особый характер представительства юридического лица, которое приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, что предполагает применение законодательства о юридических лицах, на органы юридического лица распространяются отдельные положения главы 10 ГК РФ, в том числе пункты 1, 3 статьи 182, статьи 183 ГК РФ (пункт 121 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 25)).

В пункте 122 постановления Пленума ВС РФ № 25 разъяснено, что в случаях, когда сделка от имени юридического лица совершена лицом, у которого отсутствуют какие-либо полномочия (за исключением случаев, когда контрагент юридического лица добросовестно полагался на сведения о его полномочиях, содержащиеся в ЕГРЮЛ), подлежат применению положения статьи 183 ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 183 ГК РФ предусмотрено, что при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.04.2009 № 17064/08 приведена позиция о том, что сделка, совершенная неуполномоченным лицом, не является недействительной, поскольку последствия заключения сделки неуполномоченным лицом предусмотрены частью 1 статьи 183 ГК РФ.

Таким образом, общее последствие подписания сделки неуполномоченным (неустановленным) лицом выражается в том, что такая сделка не влечет для представляемого соответствующие правовых последствий.

При этом согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2013 № 44-КГ13-1, заключение сделки неустановленным лицом имеет те же правовые последствия, что и заключение сделки неуполномоченным лицом.

С учетом приведенных правовых норм и разъяснений, подписание дополнительного соглашения от 30.08.2021 к договору поставки № 210705/1 от 05.07.2021, содержащего условие о неустойке в размере 400 000 руб., от имени ООО «МИЛКО» неустановленным лицом само по себе не влечет признания названного договора недействительным (ничтожным).

В соответствии с пунктом 2 статьи 183 ГК РФ последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

В пункте 123 постановления Пленума ВС РФ № 25 разъяснено, что установление факта заключения сделки представителем без полномочий или с превышением таковых служит основанием для отказа в иске, вытекающем из этой сделки, к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку (пункты 1, 2 статьи 183 ГК РФ). Аналогичное разъяснение приведено в пункте 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2000 № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Следовательно, если договор, подписанный от имени юридического лица неуполномоченным или неустановленным лицом, в последующем одобрен юридическим лицом, факт его ненадлежащего подписания не является основанием для признания договора недействительным, а обстоятельства такого одобрения должны быть исследованы судами.

Из материалов дела следует, что истец платежным поручением № 306 от 01.09.2021 перечислил ответчику 400 000 руб., тем самым в полном объеме исполнив обязательства в рамках дополнительного соглашения от 30.08.2021 к договору поставки № 210705/1 от 05.07.2021.

Из разъяснений, содержащихся в абзацах втором-четвертом пункта 123 постановления Пленума ВС РФ № 25, следует, что под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься: письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

Независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или иного лица, уполномоченного заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение.

Равным образом об одобрении могут свидетельствовать действия работников представляемого по исполнению обязательства при условии, что они основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (абзац второй пункта 1 статьи 182 ГК РФ).

Аналогичное разъяснение приведено в пункте 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2000 № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации».

В этой связи суд приходит к выводу о том, что истец своими действиями по перечислению денежных средств ответчику одобрил данную сделку.

Констатация совершения сторонами действий по исполнению сделки делает юридически незначимым факт подписания текста дополнительного соглашения от 30.08.2021 не руководителем истца, поскольку позволяет установить заключенность соглашения по правилам пункта 3 статьи 438 ГК РФ.

Данный вывод также согласуется с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2011 № 10473/11 по делу № А07-16356/2009.

Согласно части 1 статьи 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры. При этом нормы статьи 161 АПК РФ не устанавливают безусловной обязанности суда назначить экспертизу при наличии заявления участвующего в деле лица о фальсификации доказательства.

По смыслу статьи 161 АПК РФ понятие «фальсификация доказательств» предполагает сознательное искажение представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или ложных сведений, документов, специально изготовленных и заведомо не соответствующих действительным фактам и обстоятельствам. То есть определяющим ожидаемым последствием фальсификации какого-либо документа является искажение действительных фактов и обстоятельств различными способами для использования в своих неправомерных целях.

Рассматривая заявление о фальсификации доказательств, суд вправе делать выводы об установлении факта фальсификации или неустановлении такового, в том числе, путем сопоставления имеющихся в деле доказательств.

Субъективная сторона фальсификации доказательств может быть только в форме прямого умысла, а потому в отсутствие такого обоснования заявление о фальсификации доказательства подлежит отклонению.

Вместе с тем, суд не установил, что имело место сознательное искажение ответчиком представленных доказательств, то есть в рамках данного дела не установлен прямой умысел лица, участвующего в деле, в фальсификации доказательства – дополнительного соглашения от 30.08.2021 к договору поставки № 210705/1 от 05.07.2021.

Так, в судебном заседании, состоявшемся 25.01.2022, представитель ответчика ФИО3, представивший дополнительное соглашение от 30.08.2021, пояснил, что данный документ был получен ответчиком от истца почте (аудиопротокол от 25.01.2022, 04 мин. 03 сек.). ФИО3 указывал на то, что на дополнительном соглашении печать ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» черно-белая (копия), в то время как со стороны ООО «МИЛКО» документ подписан и заверен оригинальной подписью и печатью (т. 3 л.д. 83).

Соглашаясь с данными доводами ФИО3 суд отмечает, что каждая сторона договора несет ответственность за надлежащее заполнение первичных учетных документов в соответствующей части, вторая сторона договора не может проконтролировать ни факт использования надлежащей печати, ни факт исполнения подписи надлежащим лицом, если подписание документа осуществляется не в присутствии представителя этой стороны. Фактически, сторона принимает документ в том виде, в котором его предоставила другая сторона.

Как уже указывалось ранее, между сторонами сложилась практика заключения сделок путем обмена электронными письмами, что прямо подтверждал в судебном заседании директор ООО «МИЛКО» ФИО5

Следует также отметить, что при проведении судебной экспертизы, назначенной по настоящему делу, экспертом была установлена тождественность печати, оттиск которой был нанесен на дополнительное соглашение от 30.08.2021 к договору поставки № 210705/1 от 05.07.2021 и на акт отбора образцов (проб) от 31.08.2021 (т. 3 л.д. 96-97).

При этом в иске истец указывал на то, что «31.08.2021 г., за день до возврата товара, представителями сторон были повторно отобраны образцы (пробы) товара и опечатаны пломбой с отметкой «Образец № 1», о чем был составлен акт отбора образцов (проб) б/н от 31.08.2021 г. Данный образец, был также передан для исследования в ФБУ «Тест-С.-Петербург».».

Следовательно, изначально позиция истца строилась на том, что 31.08.2021 пробы представителем истца отбирались, составлялся акт от 31.08.2021, а протоколы лабораторных исследований проб, отобранных 31.08.2021 (№№ 811811, 811813, 811814), являются надлежащими доказательствами качества товара.

Вместе с тем, после ознакомления с результатами судебной экспертизы истец изменил свою позицию и указал на то, что оттиск печати ООО «МИЛКО» проставленный на акте отбора проб от 31 августа 2021 г., является сфальсифицированным, из чего следует, что результаты лабораторных исследований, произведённых с образом продукции, отобранным 31.08.2021, не могут считаться корректными, т.к. данный образец нельзя признать аутентичным и отобранным именно из спорной партии продукции.

Учитывая, что истец изначально признавал факт отбора проб 31.08.2021 и составление акта от этой даты, однако не представил в материалы дела какой-либо иной акт отбора от 31.08.2021, отличающийся по содержанию от представленного ответчиком, позиция истца о том, что именно ответчик сфальсифицировал доказательства, представляется суду крайне неубедительной.

Учитывая изложенное, у суда отсутствуют основания не доверять пояснениям представителя ответчика по доверенности ФИО3 о том, что дополнительное соглашение от 30.08.2021 было получено ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» по почте, то есть при подписании дополнительного соглашения ФИО3 во всяком случае не присутствовал и не мог знать, кем в действительности выполнена подпись от имени ФИО5 и кто заверял данный документ печатью.

Более того, при решении вопроса о назначении судебной экспертизы представитель ответчика по доверенности ФИО3, пользуясь своими процессуальными правами, настаивал на проверке не только подписи, выполненной от имени  ФИО5, но оттиска печати, что, по мнению суда, свидетельствует о том, что представляя дополнительное соглашение от 30.08.2021, ФИО3 добросовестно заблуждался относительно подлинности соответствующей подписи и оттиска печати.

При таких обстоятельствах, учитывая, что умысел в фальсификации доказательств отсутствует, заявление о фальсификации доказательства подлежит отклонению.

При этом доводы истца о том, что деньги были перечислены им в связи с принуждением со стороны ответчика, подлежат отклонению по следующим основаниям.

В судебном заседании, состоявшемся 15.12.2021, в качестве свидетеля был допрошен ФИО9, который в соответствии со статьями 307 и 308 УК РФ был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, отказ от дачи показаний, о чем у свидетеля взята подписка.

ФИО9 пояснил, что он представлял ООО «Милко» по доверенности, ездил в г. Ульяновск с целью установления контакта с руководителем ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат», а именно с целью договориться об условиях возврата продукции, поскольку ее исследование показало несоответствие требованиям ГОСТа и договора; ФИО9, с его слов, стремился прийти к согласию о возврате товара на взаимовыгодных условиях.

Далее ФИО9 указал на то, что стороны в ходе телефонного разговора пришли к договоренности о выплате 400 000 руб., при этом ФИО9 пояснил, что со стороны ООО «МИЛКО» в телефонном разговоре участвовал директор ООО «МИЛКО».

В ответ на вопрос представителя ответчика по доверенности ФИО3 о том, были ли со стороны ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» какие-либо угрозы в адрес истца,  ФИО9 ответил, что не было.

В судебном заседании, в ходе допроса свидетеля ФИО9, директор ООО «МИЛКО» ФИО5 подтвердил, что действительно выдавал ФИО9 доверенность на представление интересов ООО «МИЛКО» с целью решения ФИО9 вопроса о возврате продукции.

Копия доверенности от 27.08.2021, выданной ФИО9, приобщена к материалам дела (т. 2 л.д. 2).

При этом ФИО5 в судебном заседании пояснил, что кандидатура ФИО9 для ведения переговоров с ответчиком была предложена контрагентом истца (ООО «Анис»), заинтересованного в урегулировании данного вопроса. 

ФИО5 также уточнил, что в телефонном разговоре, свидетелем которого стал ФИО9 во время пребывания в г. Ульяновске, он не участвовал, поскольку на самом деле об условиях возврата продукции договаривался Алексей (представитель ООО «Анис»).

Как пояснил директор ФИО5, именно Алексей предложил ответчику условия о выплате 400 000 руб., а ФИО5 данные условия акцептовал со своей стороны, его задача (т.е. ФИО5) была оплатить (аудиопротокол судебного заседания от 15.12.2021, 01 час. 03 мин. 24 сек.).

Помимо прочего, директор ФИО5 в судебном заседании, состоявшемся 30.05.2022, в ответ на вопрос представителя ответчика ФИО3 по доверенности о том, кто именно со стороны ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» угрожал ФИО5 и принуждал его к перечислению денежных средств, затруднился ответить.

Довод истца о том, что принуждение выражалось в насильственном удержании товара также не нашел своего подтверждения материалами дела, поскольку, как указывалось ранее, процесс отбора проб с участием представителей сторон, состоявшийся 03.08.2021, зафиксирован посредством видеозаписи, материальный носитель которой приобщен к материалам дела (т. 2 л.д. 28). Названные действия совершались представителями ООО «ТД «Ульяновский хладокомбинат» и ООО «МИЛКО» совместно, в частности, представитель ООО «МИЛКО» непосредственно осуществлял упаковку пробы масла сливочного в пакет и опломбировал его.

Из указанной видеозаписи очевидно следует, что истец был заинтересован в подтверждении надлежащего качества товара и не возражал против нахождения товара на ответственном хранении у ответчика.

Учитывая изложенное, доводы истца о принуждении к исполнению сделки не нашли своего подтверждения.

Кроме того, как указано в пункте 98 постановления Пленума ВС РФ № 25, сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 1 статьи 179 ГК РФ). 

При этом в пункте 71 постановления Пленума ВС РФ № 25 указано, что отказ в иске на том основании, что требование истца основано на оспоримой сделке, возможен только при одновременном удовлетворении встречного иска ответчика о признании такой сделки недействительной или наличии вступившего в законную силу решения суда по другому делу, которым такая сделка признана недействительной.

Доказательств признания судом данной сделки недействительной в материалах дела не имеется.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (статья 9 АПК РФ).

Условий, которые противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, а также обстоятельств того, что сделка нарушает требования закона или иного правового акта и при этом посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, которые позволили бы суду сделать вывод о ничтожности данной сделки (пункт 74 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации») судом не установлено.

Как указывалось выше, статьей 330 ГК РФ установлено, что неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Из дополнительного соглашения от 30.08.2021 к договору поставки № 210705/1 от 05.07.2021 следует, что денежные средства в размере 400 000 руб. являются неустойкой, обязательство по уплате которой возникло у истца в связи с нарушением договора поставки, выразившемся в поставке товара ненадлежащего качества.

Учитывая, что факт поставки товара ненадлежащего качества доказан, условия дополнительного соглашения от 30.08.2021 законодательству не противоречат.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, 400 000 руб. были перечислены истцом ответчику в рамках заключенной сторонами сделки, потому данная сумма не является неосновательным обогащением ответчика.

Таким образом, в удовлетворении исковых требований следует отказать.

Довод ответчика о несоблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора опровергается материалами дела.

Согласно пункту 9.2 договора поставки срок рассмотрения претензии составляет 5 календарных дней.

Из материалов дела следует, что досудебное уведомление (претензией) от 12.10.2021 № 461 было направлено в адрес ответчика 14.10.2021 (т. 1 л.д. 35), в арбитражный суд исковое заявление поступило 22.10.2022, следовательно, истцом соблюден досудебный претензионный порядок урегулирования спора в согласованном сторонами порядке.

Кроме того, суд полагает необходимым отметить следующее.

По смыслу п. 8 ч. 2 ст. 125, ч. 7 ст. 126, п. 2 ч. 1 ст. 148 АПК РФ, претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату госпошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав.

Согласно пункту 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 № 18 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства», суд первой инстанции или суд апелляционной инстанции, рассматривающий дело по правилам суда первой инстанции, удовлетворяет ходатайство ответчика об оставлении иска без рассмотрения в связи с несоблюдением истцом досудебного порядка урегулирования спора, если оно подано не позднее дня представления ответчиком первого заявления по существу спора и ответчик выразил намерение его урегулировать, а также если на момент подачи данного ходатайства не истек установленный законом или договором срок досудебного урегулирования и отсутствует ответ на обращение либо иной документ, подтверждающий соблюдение такого урегулирования (часть 5 статьи 3, пункт 5 части 1 статьи 148, часть 5 статьи 159 АПК РФ, часть 4 статьи 1, статья 222 ГПК РФ).

Из поведения ответчика не усматривалось намерения добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке, в ходе рассмотрения спора ответчик также выразил несогласие с исковыми требованиями, представив письменный отзыв на иск.

В ходе рассмотрения настоящего спора истцом заявлялось ходатайство о вынесении частного определения в связи с результатами проведенной судебной экспертизы.

В силу части 1 статьи 188.1 АПК РФ при выявлении в ходе рассмотрения дела случаев, требующих устранения нарушения законодательства Российской Федерации государственным органом, органом местного самоуправления, иным органом, организацией, наделенной федеральным законом отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностным лицом, адвокатом, субъектом профессиональной деятельности, арбитражный суд вправе вынести частное определение.

В случае, если при рассмотрении дела арбитражный суд обнаружит в действиях лиц, участвующих в деле, иных участников арбитражного процесса, должностных лиц или иных лиц признаки преступления, копия частного определения арбитражного суда направляется в органы дознания или предварительного следствия (часть 4 статьи 188.1 АПК РФ).

В абзаце пятом пункта 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», разъяснено, что если по результатам проверки заявления о фальсификации доказательства факт фальсификации с достоверностью подтвержден либо опровергнут, суд выносит частное определение и в порядке части 4 статьи 188.1 АПК РФ направляет его копию в правоохранительные органы для решения вопроса о привлечении лица, представившего фальсифицированное доказательство, или лица, безосновательно заявившего о его фальсификации, предупрежденных об уголовной ответственности, к данной ответственности.

Учитывая, что по результатам проверки заявления о фальсификации судом не установлен факт фальсификации дополнительного соглашения от 30.08.2021, непосредственно самим ФИО3, то оснований для вынесения в отношении ФИО3 частного определения для решения вопроса о привлечении его к уголовной ответственности не имеется.

В то же самое время суд не находит оснований и для вынесения частного определения в отношении представителя истца по доверенности ФИО2, как лица, заявившего о фальсификации доказательства, поскольку, заявляя о фальсификации, ФИО2 как адвокат, представляющий интересы ООО «МИЛКО» в арбитражном суде, исполняя обязанность, предписанную статьей 7 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» по отстаиванию прав и законных интересов доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами, исходил из пояснений директора ООО «МИЛКО» ФИО5, пояснившего в судебном заседании, что он лично дополнительное соглашение от 30.08.2021 не подписывал.

Учитывая, что сам факт неподписания дополнительного соглашения от 30.08.2021 непосредственно ФИО5 подтвержден результатами судебной экспертизы, оснований полагать, что ФИО2 безосновательно заявил о фальсификации доказательств, у суда не имеется.

В рассматриваемом случае суд исходит из того, что в материалы дела не представлено доказательств, позволяющих с очевидностью установить лицо, осуществившее фальсификацию дополнительного соглашения от 30.08.2021.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Истцом при обращении в арбитражный суд была уплачена государственная пошлина в сумме 23 400 рублей (платежное поручение № 884 от 19.10.2021).

Вывод суда об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований является основанием для отнесения бремени судебных расходов по уплате государственной пошлины на истца.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 107 АПК РФ с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 20 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» (далее - постановление Пленума № 23), эксперту выплачивается вознаграждение за работу, выполненную им по поручению суда.

Из разъяснений, изложенных в пункте 24 постановления Пленума № 23, следует, что по выполнении экспертом своих обязанностей денежные суммы в размере предварительного размера вознаграждения выплачиваются с депозитного счета суда, дополнительные суммы с учетом части 6 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию в пользу эксперта (экспертного учреждения, организации) с участвующих в деле лиц в порядке распределения судебных расходов.

Денежные средства в размере 40 800 руб., подлежащие выплате экспертному учреждению, перечислены ООО «МИЛКО» на депозитный счет Арбитражного суда Курской области на основании платежных поручений № 85 от 20.01.2022 и № 326 от 10.03.2022. Исходя из содержания названных норм права и разъяснений высшей судебной инстанции понесенные расходы в связи с оплатой экспертизы также относятся на истца. 

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «МИЛКО» отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после принятия решения через Арбитражный суд Курской области.     

Судья                                      Е.В. Клочкова